Апелляционное постановление № 22-322/2026 от 4 февраля 2026 г.

Судья: Бунаева Л.Д. Номер изъят


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 февраля 2026 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Масловой Е.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Матюшенко И.А., с участием прокурора Ненаховой И.В., защитника подсудимого ФИО1 - адвоката Шаляпиной Н.Л.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя Филимоновой Л.В. на постановление <адрес изъят> от Дата изъята , которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося Дата изъята в <адрес изъят>, гражданина РФ, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

в порядке ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору <адрес изъят> для устранения препятствий рассмотрения его судом.

Выслушав стороны, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Постановлением <адрес изъят> от Дата изъята уголовное дело возвращено в порядке ст. 237 УПК РФ прокурору <адрес изъят> для устранения препятствий рассмотрения его судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – старший помощник прокурора <адрес изъят> Филимонова Л.В. считает постановление не соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, просит его отменить, передать уголовное дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение. Приводит положения п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», правовую позицию, отраженную в Постановлении Конституционного Суда РФ от 02.07.2013 № 16-П, считает, что суд не указал конкретные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные на стадии досудебного производства, исключающие постановление приговора на основании обвинительного заключения. Считает, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в том числе содержит указание на существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значения для уголовного дела. Полагает, что изложенные в постановлении суда обстоятельства не препятствуют вынесению итогового судебного решения. Обращает внимание, что в обвинительном заключении указан умысел ФИО1 на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 с применением оружия. Приводит содержание показаний подсудимого ФИО1 об отсутствии умысла на убийство потерпевшего ФИО2, показания потерпевшего и подсудимого об отсутствии угроз убийством со стороны последнего. Обращает внимание на п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» о том, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом. Считает, что умысел ФИО1 на убийство ФИО2 в ходе следствия и в суде не подтвержден, так как доводы подсудимого об отсутствии желания на причинение смерти потерпевшему не опровергнуты представленными стороной обвинения и стороной защиты доказательствами. Не соглашается с выводом суда о том, что не дана оценка действиям ФИО1 и направленности его умысла при производстве выстрела в человека из ружья 16 калибра с близкого расстояния – не более 5 метров патронами, заряженными дробью. Считает, что в судебном заседании установлены обстоятельства, подтверждающие указанную в обвинительном заключении квалификацию действий ФИО1 по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ. Полагает, что судом в нарушении ст. 299 УПК РФ дана оценка доказательствам, исследованным в судебном заседании при вынесении постановления о возвращении уголовного дела прокурору. Ссылается на правовую позицию, отраженную в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 39 «О практике применения судами норм уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», а также в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П, и полагает, что судом не приведено убедительных доводов о допущенных существенных нарушениях норм уголовно-процессуального закона, препятствующих рассмотрению дела и вынесению судебного решения. Считает, что изложенные в постановлении суда обстоятельства не являются основаниями для возвращения уголовного дела прокурору.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Ненахова И.В. поддержала апелляционное представление в полном объеме.

Защитник подсудимого ФИО1 – адвокат Шаляпина Н.Л. полагали апелляционное представление подлежащим удовлетворению.

Выслушав стороны, изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным, обоснованным и мотивированным, доводы апелляционного представления не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

На основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

В силу требований п. п. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Обстоятельства, указанные в ст. 73 и ст. 299 УПК РФ, подлежат установлению судом в рамках и на основании утвержденного надлежащим прокурором обвинительного заключения.

Согласно ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем, он не наделен полномочиями по формулировке и конкретизации обвинения, собиранию доказательств, увеличению объема обвинения.

В ходе судебного разбирательства суд установил наличие нарушений требований УПК РФ, допущенных при составлении обвинительного заключения.

В соответствии с п. 3, 4, 5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировка обвинения с указанием пункта, части статьи УК РФ, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

Вывод суда о существенных нарушениях следственным органом требований уголовно-процессуального закона, неустранимых в судебном заседании и потому исключающих постановление законного и обоснованного приговора или вынесение иного решения, соответствует материалам уголовного дела.

Согласно обвинительному заключению, ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, квалифицируемого как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением оружия, при следующих обстоятельствах: Дата изъята в дневное время, но не позднее (данные изъяты)., у ФИО1, находившегося в состоянии алкогольного опьянения на кладбище, расположенном в <адрес изъят>, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО2, с которым произошла ссора, возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью последнего, с применением оружия. Реализуя преступный умысел, ФИО1 в указанное время проследовал в сторожку, расположенную на территорию ООО (данные изъяты) по адресу: <адрес изъят> где взял охотничье ружье модели (данные изъяты), (данные изъяты) калибра, заряженное патронами, продолжая преступные намерения, держа в руках заряженное ружье проследовал на участок местности, расположенный около <адрес изъят>, где находился ФИО2, и, удерживая ружье в своих руках и используя его в качестве оружия, умышленно осуществил один выстрел в сторону ФИО2, чем причинил последнему повреждения в виде: огнестрельного слепого, дробового ранения передней брюшной стенки, проникающее в брюшную полость, в области передней брюшной стенки чуть выше лобка раны с размозженными краями с множественными мелкими раневыми дефектами вокруг основной раны, дробовых ран в области мошонки, наличия в ране фрагментов пластика оранжевого цвета, ранения петель тонкого кишечника, сигмовидной кишки, размозжения мышц тазового дна слева, размозжения предпузырной клетчатки слева, краевого перелома в области седалищной кости левой седалищной кости, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Возвращая уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, суд первой инстанции обоснованно указал, что при описании обстоятельств совершения ФИО1 преступления в отношении потерпевшего ФИО2 органами предварительного следствия не учтены фактические обстоятельства дела, не дана оценка действиям подсудимого о направленности его умысла при производстве выстрела в жизненно важную часть тела человека из ружья 16 калибра с близкого расстояния – не более 5 метров, патронами заряженными дробью, обстоятельствам, предшествующим преступлению, а также показаниям подсудимого о том, что он убил человека, его последующего поведения, не интересовавшегося состоянием потерпевшего, показаниям потерпевшего ФИО2 о демонстрации подсудимым ружья, которое подсудимый зарядил двумя патронами, направлял в его сторону, преследовал его и свидетеля Свидетель №2, угрожал им, показаниям свидетеля Свидетель №1 о том, что подсудимый не реагировал на просьбы отдать ружье, показаниям свидетеля Свидетель №3 о том, что подсудимый сообщил об убийстве человека, показаниям потерпевшего и свидетеля Свидетель №1 о целенаправленности выстрела, от которого согласно заключению эксперта потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Вопреки доводам апелляционного представления, приведенные обстоятельства свидетельствуют о наличии существенных противоречий, касающихся обстоятельств совершения преступления, как в предъявленном обвинении, так и в обвинительном заключении.

Исправление приведенных нарушений относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия, так как в силу требований закона, предъявленное обвинение, в частности обстоятельства, касающиеся событий инкриминируемого преступления, могут быть изменены судом только в том случае, если эти изменения не являются существенными и не нарушают право подсудимого защищаться от такого обвинения.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд первой инстанции строго руководствовался правовой позицией, изложенной в Постановлениях Конституционного Суда РФ, а также разъяснениями, содержащимся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», в том числе не указывал статью Особенной части УК РФ, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также не делал выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого.

Суд первой инстанции привел в обжалуемом постановлении фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении и исследованные в судебном заседании, которые выходят за рамки предъявленного обвинения и свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Вывод суда первой инстанции о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в связи с допущенными нарушениями, суд апелляционной инстанции признает обоснованным, поскольку выявленные нарушения являются существенными, ограничивающими права и законные интересы участников уголовного судопроизводства, а том числе, право подсудимого на защиту от конкретного обвинения.

Решение суда о возвращении уголовного дела прокурору принято в соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ.

Вопреки доводам прокурора, отсутствие в постановлении ссылки на п. 6 ч.1 ст. 237 УПК РФ не влечет отмены принятого судом решения, кроме того, из текста постановления следует, что судом указанные требования закона были учтены и приняты во внимание.

Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену судебного решения, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах апелляционное представление государственного обвинителя - старшего помощника прокурора <адрес изъят> Филимоновой Л.В. удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление <адрес изъят> от Дата изъята о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, прокурору <адрес изъят> в порядке ст. 237 УПК РФ оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Филимоновой Л.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

Председательствующий Маслова Е.И.