Решение № 2-309/2018 2-4/2019 2-4/2019(2-309/2018;)~М-264/2018 М-264/2018 от 24 апреля 2019 г. по делу № 2-309/2018

Дело № 2-4/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Вяземский 24 апреля 2019 года

Вяземский районный суд Хабаровского края в составе:

председательствующего судьи Якина А.А.

при секретаре Антоновой О.Ю.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца - адвоката Максимовой М.Н.

ответчика ФИО3,

представителя ответчиков ФИО3 и ФИО5- адвоката Белоножко О.Г.,

помощника прокурора Вяземского района Шаповалова Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 в своих интересах и в интересах ФИО2 к ФИО3 и ФИО5 о взыскании в пользу ФИО1 суммы материального ущерба и компенсации морального вреда, и в пользу ФИО2 компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском в своих интересах и в интересах ФИО2 к ФИО3 о взыскании в пользу ФИО1 суммы материального ущерба и компенсации морального вреда, и в пользу ФИО2 компенсации морального вреда, мотивировав свои требования тем, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения является её сыном. 26.10.2017 около 21 часа 30 минут на пересечении ул. Шоссейная- Коммунистическая в г. Вяземский Хабаровского края ФИО3 управляя автомобилем марки «Toyota Land Cruiser Prado», государственный регистрационный номер №, совершил наезд на ФИО2, в результате чего тот, с телесными повреждениями, был госпитализирован в КГБУЗ «Вяземская районная больница». 15.05.2018 СО ОМВД России по Вяземскому району было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ. 27.10.2017 её сын был госпитализирован КГБУЗ «ККБ №2», где находился на стационарном лечении до 13.01.2018. ФИО2 был выставлен диагноз: закрытая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозга тяжелой степени с формированием контузионных очагов правой лобной, левой височной, левой затылочной долей. Дифузное аксональное повреждение. Очаг контузии левого полушария мозжечка. Ушибы, ссадины мягких тканей головы, лица. 30.10.2017 была проведена операция - резекционная субокципитальная краниотомия в левой затылочной области, удаление внутримозговой гематомы левого полушария мозжечка. 02.11.2017 - трахеостомия по Бьерку. 30.11.2017-дренирование плевральной полости по Бюлау. Также её сыну были выставлены диагнозы: Апаллический синдром с нарушением всех психических функций организма, бульбарно-псевлдобульбарный синдром, тетрапарез. Спастические контрактуры нижних и верхних конечностей. Обширные пролежни крестцовой области, большого вертела слева. Пузырно-мошоночный мочевой свищ. В первый раз после ДТП она увидела своего сына в тот момент, когда его увозили на машине скорой медицинской помощи из КГБУЗ «Вяземская районная больница» в КГБУЗ «ККБ №2» г. Хабаровска. Это было в первые сутки после ДТП, сын без сознания, голова была вся перевязана бинтами. Только в конце ноября 2017 года её в первый раз пустили к сыну в палату реанимации. Таких посещений было три, каждое из них длилось не более пяти минут. Сын также находился без сознания. В середине декабря 2017 года сына перевели в обычную палату. Поскольку сам себя сын обслуживать не мог, так как совсем не двигался, она взяла на работе отпуск без сохранения заработной платы и поехала в г. Хабаровск, чтобы находится рядом со своим ребенком и ухаживать за ним. Сын мог шевелить только глазами, суставы тела и конечностей не двигались совсем, даже не поворачивалась голова. Ребенок очень похудел. Пролежни были по всему телу, даже на голове. Её сын страдал от боли, плакал, говорил шепотом, просил, чтобы она его не бросала. После выписки из стационара, сын понемногу мог передвигаться на инвалидном кресле. Сидел в нем по несколько минут, так как сильно уставал. Кости позвоночника его не держали. Их семья начали учить сына всему заново: держать голову, спину, шевелить конечностями. Психическое состояние сына было также не устойчиво, иногда он вел неадекватно. Эмоциональное состояние ребенка улучшилось только после проведенного курса медикаментозной терапии. До настоящего времени, функции опорно-двигательного аппарата сына не восстановились, передвигается только с посторонней помощью в инвалидном кресле. Согласно прогнозу врачей, когда-нибудь сын будет ходить самостоятельно, но правая нога до конца не восстановится. С 26.02.2018 по 30.03.2018 ФИО2 находился на лечении и обследовании в КГБУЗ «Вяземская районная больница» с диагнозом: последствия тяжелой черепно-мозговой травмы, восстановительный период, правосторонний гемипарез, нарушение функции суставов конечностей справа. С 16.05.2018 до 01.06.2020 её сыну установлена первая группа инвалидности. В результате случившегося её сыну были причинены нравственные и физические страдания. Во время всего периода лечения он испытывал сильнейшие боли, от которых до настоящего времени не избавился. Молодой и здоровый человек стал инвалидом, передвигающимся только в инвалидном кресле. Кроме этого, моральные страдания причинены и ей. Они обусловлены страданиями её сына, длительностью его лечения и восстановления, постоянным уходом за ним. С конца октября 2017 года, из-за перенесенного стресса, у неё начались проблемы с сердцем, которые продолжались в течение всего периода его лечения. В то время за медицинской помощью она не обращалась, так как все время уходило на лечение сына и уход за ним. Только в начале мая 2018 года она обратилась в больницу. С 03.05.2019 по 11.05.2018 она находилась на обследовании и лечении в терапевтическом отделении КГБУЗ «Вяземская районная больница» с диагнозом: ИБС: затянувшийся параксизм трепетания предсердий, гипертоническая болезнь 1 ст. 2 ст. Считала, что сумма компенсации морального вреда в пользу сына ФИО2 в размере 800000 рублей и в её пользу в размере 200000 рублей, будет отвечать принципам разумности и справедливости. Помимо морального вреда ей также был причинен материальный ущерб, состоящий из затрат на приобретение медикаментов и средств гигиены для сына на сумму 31778 рублей, а также недополученной ею заработной платы, в связи с её нахождением в отпуске без сохранения заработной платы с 19.12.2017 по 06.02.2018 в сумме 11567,5 рублей.

На основании изложенного, ссылаясь на нормы Гражданского кодекса Российской Федерации истец просила взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 800000 рублей, в качестве компенсации морального вреда, в её пользу 200000 рублей, в качестве компенсации морального вреда и 43345,5 рублей в счет возмещения материального ущерба.

Определением Вяземского районного суда Хабаровского края от 05 апреля 2019 года к участию в рассмотрении дела в качестве соответчика был привлечен ФИО5.

В судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивала, привела в обоснование доводы, изложенные в иске, дополнительно пояснила, что размер суммы компенсации морального вреда обусловлен характером телесных повреждений причиненных её сыну, а также длительностью лечения. Вина ФИО3 по её мнению в том, что он допустил наезд на её сына. ФИО2 по - прежнему имеет первую группу инвалидности, сейчас он ходит, ездит на велосипеде, одна рука не работает. В день дорожно-транспортного происшествия сын находился в гостях у отца. С его (ФИО2) слов ей известно, что сын употреблял у отца спиртное, после он поспал и пошел домой. Последнее, что он помнит, как он дошел до дороги.

Представитель истца Максимова М.Н. исковые требования своего доверителя поддержала, пояснила, что ФИО2 пострадал в результате дорожно-транспортного происшествия, после чего ему была установлена первая группа инвалидности, ФИО2 не может полноценно передвигаться. ФИО1 после случившегося все свое время посветила ребенку. Она вынуждена была заниматься восстановлением здоровья сына. Вина ФИО3 в том, что он управлял источником повышенной опасности, а ФИО5 является собственником автомобиля, которым управлял ФИО3. С момента дорожно-транспортного происшествия от Г-вых не поступило никаких извинений и денежных сумм. ФИО1 во время лечения ФИО2 приобретала за свой счет медицинские средства. Когда эти средства приобретались, ФИО2 не являлся социально защищенным субъектом. Бесплатно медицинские средства ему никто бы не предоставил.

Ответчик ФИО3 исковые требования истца признал частично, пояснив что требование в части взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО2 он признает, но сумма компенсации завышена. Он нигде не работает, оказывает услуги такси. Его ежемесячный доход составляет около 20000-25000 рублей. В отношении ФИО1 он не видит своей вины в причинении ей нравственных и физических страданий и понесении той денежных расходов. Автомобиль он взял у отца - ФИО5. На момент совершения дорожно-транспортного происшествия отец являлся фактическим владельцем автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado». ФИО9 не владел указанным автомобилем и не распоряжался им в его пользу. Разрешение взять автомобиль он получил от отца в устной форме. У него имеется водительское удостоверение, в день дорожно-транспортного происшествия он не нарушал правила дорожного движения. После ДТП он еще чуть проехал вперед по дороге, пешком вернулся на место дорожно-транспортного происшествия и попытался вызвать помощь. Подъехал автомобиль. В нем оказался сотрудник полиции – ФИО14. Тот вызвал полицию. После он отъехал, потом вернулся на место ДТП, там уже были сотрудники ГИБДД. Он видел, что ФИО2 был без сознания и не стал его трогать. После случившегося он не общался ни с ФИО2 ни с ФИО1, и не пытался оказать материальную помощь.

Ответчик ФИО5, в судебном заседании 05 апреля 2019 года исковые требования ФИО1 признал частично, и пояснил, что до 22 марта 2017 года, так и после указанной даты собственником автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер № являлся он. 22 марта 2017 года его сын - ФИО3 не заключал с ФИО9 договор купли-продажи вышеуказанного автомобиля, и 28 мая 2018 года ФИО9 не заключал с ним (ФИО5) договор купли-продажи того же автомобиля. Договоры купли-продажи автомобиля от 22 марта 2017 года и от 28 мая 2018 года он (ФИО5 составил единолично и затем представил их в орган ГИБДД для производсства регистрационных действий. В настоящее время он по прежнему является собственником автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер №.

Представитель ответчиков ФИО5 и ФИО3 - адвокат Белоножко О.Г. поддержал позицию ФИО3 и ФИО5 и пояснил, что если вина лица управляющего источником повышенной опасности отсутствует, то размер вреда может быть уменьшен. ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения, в темное время суток совершил переход проезжей части и был сбит транспортным средством, которым управлял ФИО3. Тот не имел технической возможности избежать наезда и не допустил нарушений правил дорожного движения. ФИО2 получал лечение, группа инвалидности не бессрочная, он ездит на велосипеде. Последствия случившегося наступили по вине самого ФИО2 В связи с чем считал, что сумму компенсации морального вреда в пользу ФИО2 следует уменьшить. По заявленным требованиям в пользу ФИО1 пояснил, что ей известно, что ДТП случилось по вине самого ФИО2 Истцом не представлено документов, подтверждающих прямую причинную связь между тем, что случилось с ФИО2 и состоянием здоровья ФИО1 Также отсутствуют сведения о том, что ФИО2 не имел право на получение бесплатных медикаментов. Истец не представил доказательств того, что она (ФИО1) брала отпуск для ухода за сыном. ФИО2 вред причинен источником повышенной опасности, а ФИО1 испытывала нравственные и физические страдания вследствии своих переживаний за состояние жизни и здоровья своего близкого родственника, пострадавшего в ДТП, случившегося вследствие грубой неосторожности потерпевшего.

ФИО9, привлеченый к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, на основании определения суда от 11.02.2019 пояснил, что на момент ДТП с участием автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер №, то есть на 26 октября 2017 года он не являлся собственником указанного автомобиля, поскольку не заключал договор купли продажи данного автомобиля с ответчиком ФИО3 и в последствии не заключал договор купли-продажи этого же автомобиля с ФИО5.

Выслушав пояснения истца ФИО1, её представителя адвоката Максимовой М.Н., ответчиков ФИО3, ФИО5, их представителя - адвоката Белоножко О.Г., изучив материалы гражданского дела и материал проверки № 306 (КУСП № 3332 от 27 октября 2017 года), заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Положениями ст. 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

В силу положений ч.2 и ч. 3 ст. 1083 ГК РФ, при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. (ч. 2) Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение

В судебном заседании установлено, что 26.10.2017 около 21 часа 30 минут на пересечении ул. Шоссейная-Коммунистическая в г. Вяземском Хабаровского края, ФИО3, управляя автомобилем марки «Toyota Land Cruiser Prado» госномер №, совершил наезд на пешехода ФИО2. В связи с причинением вреда здоровью ФИО2 находился на стационарном лечение в КГБУЗ «Краевая клиническая больница №2 с 27.10.2017 по 13.01.2018 с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозга тяжелой степени с формированием контузионных очагов правой лобной, левой височной, левой затылочной долей. Диффузное аксональное повреждение. Очаг контузии левого полушария мозжечка. Ушибы, ссадины мягких тканей головы, лица. Операция 30.10.2017. Резекционная субокципитальная краниотомия в левой затылочной области, удаление внутримозговой гематомы левого полушария мозжечка. Трахеостомия по Бьерку 02.11.2017. Операция 30.11.2017-дренирование плевральной полости по Бюлау. Апаллический синдром с нарушением всех психических функций организма, бульбарно-псевдобульбарный синдром, тетрапарез. Спастические контрактуры нижних и верхних конечностей. Обширные пролежни крестцовой области, большого вертела слева. Пузырно-мошоночный мочевой свищь. С 26.02.2018 по 30.03.2018 ФИО2 находился на лечении в ГКБУЗ «Вяземская районная больница» с диагнозом: последствия тяжелой черепно-мозговой травмы, восстановительный период. Правосторонний гемипарез. Нарушение функции суставов конечностей справа. С 03.05.2018 по 11.05.2018 ФИО1 находилась на лечении в КГБУЗ «Вяземская районная больница» с диагнозом: ИБС: затянувшийся параксизм трепетания предсердий 1 ст. 2 ст.

Согласно справке серии МСЭ-2015 №0016964 ФИО2 установлена первая группа инвалидности с 16.05.2018 на срок до 01.06.2020.

Ответчики и их представитель не оспаривали в судебном заседании вышеуказанные обстоятельства.

Из материала проверки №306 КУСП № 3332 от 27 октября 2017 года следует, что ФИО3 27.10.2017 был привлечен к административной ответственности по ст. 12.5 ч.1 КРФоАП.. Постановлением мирового судьи судебного района «Вяземский район Хабаровского края» от 27.10.2017 ФИО3 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.27 КРФоАП, а именно за оставление места ДТП, участником которого он являлся. В ходе проверки была проведена автотехническая судебная экспертиза в УМВД РФ по Хабаровскому краю экспертно-криминалистический центр. Согласно заключению эксперта №171Э допустимая скорость движения автомобиля, в данных дорожных условиях, исходя из общей видимости элементов дороги равной 29,8 м, должна была составлять не более 60 км/ч. В данных дорожных условиях, при скорости движения равной 55 км/ч водитель автомобиля не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода. В данной ситуации водитель должен был руководствоваться требованиями абз.2 п.10.1 Правил дорожного движения РФ. В действиях водителя несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается. С технической точки зрения одной из причин данного дорожно-транспортного происшествия явились действия пешехода. Как следует из выводов органа предварительного расследования, пешеход ФИО2 получил телесные повреждения, и причиной получения данных телесных повреждений являются неосторожные действия самого пешехода ФИО2 Согласно постановлению старшего следователя СО ОМВД Росси по Вяземскому району от 15.05.2018 в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО4 отказано, за отсутствием в его деянии состава преступления.

Из заключения эксперта №175-2018 от 16.12.2018 АНО «Хабаровская судебная экспертиза» следует, что допустимая скорость движения автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер №, в данных дорожных условиях, исходя из общей видимости элементов дороги равной 29,8 м, должна была составлять не более 60 км/ч. В данных дорожных условиях, при скорости движения равной 55 км/ч водитель автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер № не имел технической возможности предотвратить наезд пешехода. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер № должен был руководствоваться требованиями аб. 2 п.10.1 Правил дорожного движения РФ. В действиях водителя автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер № несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается. Учитывая, что у водителя автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» госномер № не было технической возможности предотвратить наезд, действия пешехода не соответствуют Правилам дорожного движения, а именно п. 4.5 – на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

Оценивая представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, ФИО2 двигаясь по проезжей части должен был руководствоваться и действовать в соответствии с п. 4.5 Правил дорожного движения, то есть должен был убедиться, что переход проезжей части улицы будет для него безопасен. В данной дорожной ситуации, пешеход двигался вне пешеходного перехода, в связи с чем создал для водителя «Toyota Land Cruiser Prado» госномер №, опасность для движения.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что из-за грубой неосторожности потерпевшего ФИО2, его действия привели к неблагоприятным последствиям, а именно к дорожно-транспортному происшествию, в результате которого ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью. Нарушений Правил дорожного движения РФ в отношении ФИО3 не установлено, также он не располагал технической возможностью избежать данного дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из материалов дела следует, что причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 связано с воздействием источника повышенной опасности - автомобиля, владельцем которого на момент дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО5, и с устного согласия ФИО5 автомобилем управлял ФИО3. Доверенности на право управления автомобилем ФИО3 не имел, поскольку ФИО5 такую доверенность ему не выдавал.

С учетом содержания ст. 1079 ГК РФ и установленных в судебном заседании фактических обстоятельств, суд пришел к выводу, что надлежащим ответчиком по заявленному иску является ФИО5, и именно он, как владелец источника повышенной опасности, должен нести ответственность за причинение вреда здоровью ФИО2.

В связи с наличием в действиях потерпевшего ФИО2 грубой неосторожности который в темное время суток переходил проезжую часть улицы, на участке, не имеющем нерегулируемого пешеходного перехода, и в связи с отсутствия вины в действиях ФИО3, фактически управлявшего источником повышенной опасности, суд пришел к убеждению о необходимости уменьшить размер компенсации морального вреда с 800000 рублей до 250000 рублей.

Рассматривая по существу требования ФИО1 о взыскании с ответчиков в её пользу компенсации морального вреда в сумме 200000 рублей, взыскании материального ущерба в размере 43345,50 рублей, суд пришел к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 приходится матерью ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении от 15.02.1994.

В соответствии с действующим законодательством, одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом, в частности, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. В результате дорожно-транспортного происшествия 26 октября 2017 года с участием источника повышенной опасности (автомобиля) и пешехода, был причинен вред здоровью пешехода ФИО2. Вины лица, управлявшего источником повышенной опасности, в судебном заседании установлено не было. ФИО1 участником указанного ДТП не была и испытала нравственные и физические страдания вследствие своих переживаний за состояние жизни и здоровья своего близкого родственника, пострадавшего в ДТП, случившегося по его (ФИО2) вине, то есть вследствие грубой неосторожности.

При указанных обстоятельствах, суд не нашел оснований для удовлетворения требований о взыскании с ответчиков в пользу ФИО1 компенсации морального вреда.

Согласно ч. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование заявленного требования о взыскании суммы материального ущерба, истец ФИО1 представила копии приказов генерального директора ООО «Фреш-Милк» от 19 декабря 2017 года о предоставлении ФИО1 отпуска без сохранения заработной платы на 13 календарных дней, от 09 января 2018 года о предоставления отпуска без сохранения заработной платы на 30 календарных дней, от 30 января 2018 года о предоставления отпуска без сохранения заработной платы на 6 календарных дней, справку о доходах ФИО1 за 2017 года и расчет суммы недополученной заработной платы в размере 11567 рублей 50 копеек.

Суд не ставит под сомнение достоверность вышеуказанных доказательств, но учитывая содержание вышеприведенных норм права и отсутствие вины ответчика ФИО5 в причине, по которой истец ФИО1 была вынуждена не выполнять свою трудовую функцию и не получать заработную плату, не находит достаточных оснований для удовлетворения требования о взыскании суммы материального ущерба в этой части.

В обоснование понесенных расходов на приобретение медикаментов и средств гигиены для ФИО10, на общую сумму 31778 рублей, истцом ФИО1 представлены копии кассовых чеков и кассовые чеки, из содержания которых следует, что в период с 29 октября 2017 года по 30 января 2018 года в аптечном пункте ООО «Панафарм», в ООО «Ваше здоровье», в торговом доме «Медтехника» приобретались медикаменты и средства гигиены (памперсы, пеленки, салфетки влажные и т.д.)

Суд не ставит под сомнение достоверность представленных доказательств, но при отсутствии доказательств того, что потерпевший ФИО2 нуждался в указанных медикаментах и средствах личной гигиены, но не имел право на их бесплатное получение, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного требования о взыскании материального ущерба в указанной части.

Согласно ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В обоснование произведенных судебных расходов истцом представлено суду: чек-ордер об оплате госпошлины на сумму 1801 рубль, квитанция № 98 от 16 июля 2018 года об оплате адвокату за составление искового заявления.

С учетом положений ст. 98 ГПК РФ, в настоящем случае с ответчика ФИО5 следует взыскать 3000 рублей в счет возмещения расходов, связанных с оплатой за составление искового заявления и 300 рублей, как расходы по оплате госпошлины по требованию, носящему неимущественный характер.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 в интересах ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

ФИО1 в интересах ФИО2 в иске к ФИО3 о компенсации морального вреда, отказать.

ФИО1 в иске к ФИО3 и ФИО5 о взыскании в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в сумме 200000 (двести тысяч) рублей и материального ущерба в сумме 43345 (сорок три тысячи триста сорок пять) рублей 50 копеек, отказать.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 понесенные судебные расходы в сумме 3300 (три тысячи триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Вяземский районный суд в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято судом 29 апреля 2019 года.

Председательствующий: судья А.А. Якин