Апелляционное постановление № 22-136/2020 от 13 февраля 2020 г. по делу № 1-122/2019

Судья: Жукаускас П.П. Дело № 22 – 136 2020 г.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 14 февраля 2020 г.

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего Кузменко Е.В.,

при секретаре Чике О.А.,

с участием прокуроров Черновой И.В., Ежеля А.А.,

потерпевшего А.,

оправданного ФИО1,

адвоката Дударева И.А.,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные представление государственного обвинителя Ежеля А.А. и жалобу потерпевшего А. на приговор Советского городского суда Калининградской области от 3 декабря 2019 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <данные изъяты>, ранее не судимый,

оправдан по ст. 318 ч. 1 УК РФ за не установлением события преступления.

Заслушав выступления прокуроров Черновой И.В., Ежеля А.А. и потерпевшего А., поддержавших доводы апелляционных представления и жалобы, оправданного ФИО1 и адвоката Дударева И.А. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в том, что 22 июня 2018 года в период с 10 часов 30 минут до 12 часов в здании МО МВД России «Советский» по адресу: <...> угрожал применением насилия в отношении представителя власти – старшего участкового уполномоченного полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних МО МВД России «Советский» А. в связи с исполнением А. своих должностных обязанностей.

Действия ФИО1 были квалифицированы по ст. 318 ч. 1 УК РФ как угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Приговором Советского городского суда Калининградской области от 3 декабря 2019 года ФИО1 оправдан по предъявленному обвинению за неустановлением события преступления, поскольку ФИО1 не совершал инкриминируемого ему деяния. При этом суд в приговоре указал, что доказательства, приведенные в обвинительном заключении и представленные государственным обвинителем и защитой в судебном заседании, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не дают оснований для вывода о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ежель указывает на необоснованность вывода суда об отсутствии события преступления. Считает, что суд полностью принял сторону защиты и не мотивировал в приговоре, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение, принял одни из них и отверг другие. Обращает внимание на показания потерпевшего А. и свидетелей Б., В., Г. и Д., подтвердивших факт высказывания ФИО1 угроз в адрес А., которые существенных противоречий не имеют. Считает, что суд не дал показаниям этих лиц надлежащей оценки, а только безмотивно указал, что они являются надуманными и ничем не подтверждаются. Оспаривает вывод суда о том, что событие могло произойти с 10 часов 10 минут до 10 часов 40 минут 22 июня 2018 года и не могло иметь место в указанный следствием промежуток времени. Считает, что этот вывод основан лишь на сомнительных показаниях свидетелей Ж. и Х., которым суд дал неверную оценку, без учета других доказательств по делу, в том числе, без учета показаний сотрудника полиции Г., который отрицал факт общения со свидетелем Х.. Считает, что показания свидетеля М. не свидетельствуют о невиновности ФИО1. Полагает, что показания свидетелей Ж., Х., М. и оправданного имеют существенные противоречия по временному промежутку нахождения их в отделе полиции, которые не были устранены в судебном заседании. Ссылается на недостоверность показаний свидетелей Ж., Х. и М.. Обращает внимание на существенные противоречия в показаниях потерпевшего А. и свидетеля И. о содержании состоявшегося между ними разговора, которые не устранены судом. Находит не основанным на доказательствах вывод суда о том, что сотрудниками полиции были составлены рапорта в порядке ст. 143 УПК РФ только в целях защиты себя от последствий принесения заявления о применении к ФИО1 насилия А., указывая, что у сотрудников полиции Б., В., Г. и Д. не было причин опасаться наступления каких-либо последствий в результате подачи этого заявления, поскольку оно их не касалось. Полагает, что суд ошибочно истолковал показания Я. в защиту интересов ФИО1, поскольку, не подтверждая вину оправданного, они не свидетельствуют и о его невиновности. Учитывая изложенное, находит приговор незаконным и несправедливым, поэтому просит его отменить, а уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе потерпевший А. указывает на незаконность, необоснованность и несправедливость приговора, приводя доводы, аналогичные содержащимся в апелляционном представлении государственного обвинителя. Также ссылается на необъективную оценку показаний свидетелей, в том числе, Ж. и Х., сотрудников полиции, и на оставление судом без внимания его показаний о содержании разговора со свидетелем И. Кроме того, обращает внимание на то обстоятельство, что заявление о якобы применении им насилия к ФИО1 подается не самим ФИО1, а по непонятным причинам И., и не сразу, а только после того, как в его адрес прозвучали угрозы со стороны И. и ФИО1. Считает, что ссылка в приговоре на показания свидетеля Я. как на доказательство невиновности ФИО1 является несостоятельной, поскольку эти показания не опровергают и не подтверждают факт высказывания ФИО1 угрозы применения насилия в его адрес. Ссылается на оставление судом без оценки его доводов о том, что свидетель Х. в суде отказалась от своих показаний, данных в ходе предварительного следствия, на почве мести, связанной с проведением им в отношении этого свидетеля проверки. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

В возражениях на апелляционные представление государственного обвинителя и жалобу потерпевшего оправданный ФИО1 указывает на законность и обоснованность приговора, поскольку в судебном заседании было установлено, что все сотрудники полиции лгут, преступление он не совершал, какие-либо доказательства его виновности отсутствуют. Просит оправдательный приговор в отношении него оставить без изменения.

Адвокат Дударев в возражениях на апелляционные представление государственного обвинителя и жалобу потерпевшего указывает на справедливость вынесенного в отношении ФИО1 оправдательного приговора, поскольку доводы защиты о невиновности ФИО1 стороной обвинения не были опровергнуты. Находит, что доказательств для признания ФИО1 виновным недостаточно. Выражает сомнение в обоснованности самого факта возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1. Также просит приговор оставить без изменения, апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела с учетом доводов апелляционных представления, жалобы и возражений на них, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

Основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке в числе других, указанных в ст. 389.15 УПК РФ, является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела.

Исходя из положений п.п. 1-3 ст. 389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам дела в случаях, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании; если судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда; если в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Суд апелляционной инстанции считает, что требования закона, касающиеся оценки доказательств, выполнены при постановлении приговора не в полной мере, что привело к несоответствию изложенных в приговоре выводов фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Так, в приговоре, мотивируя необходимость оправдания ФИО1, суд указал, что А. и другие сотрудники полиции не приняли каких-либо мер по установлению незаинтересованных в исходе дела очевидцев при их наличии в месте события инкриминируемого ФИО1 деяния. Однако данное указание не влияет на фактические обстоятельства дела, поскольку не относится к вопросу доказанности вины ФИО1 в угрозе применения насилия к сотруднику полиции А..

Из содержания приговора не видно, из показаний каких лиц суд сделал вывод о том, что событие, вмененное ФИО1 в вину, могло произойти в период времени с 10 часов до 10 часов 40 минут, и не могло произойти в период с 10 часов 30 минут по 12 часов 00 минут. При этом суд не указал, почему установленное им время исключает возможность высказывания в отношении А. угроз с 10 часов 30 минут до 10 часов 40 минут, то есть в промежуток времени, соответствующий как предъявленному обвинению, так и выводу суда.

Кроме того, признавая показания свидетелей Ж. и Х. полностью соответствующими действительности, суд не проверил их достоверность. В судебном заседании не было выяснено, действительно ли эти лица именно 22 июня 2018 года находились в здании МО МВД России «Советский». Каких-либо объективных данных, подтверждающих этот факт, в материалах уголовного дела не имеется, в судебном заседании не исследовано и в приговоре не приведено. Из допросов Ж. и Х. видно, что дату посещения ими МО МВД России «Советский» они не называют, а указывают только месяц – июнь. Кроме того, свидетель Х. в судебном заседании пояснила, что обратилась в отдел полиции по поводу поджога машины к Г., к которому ей посоветовала обратиться женщина как к хорошему участковому, поскольку ее участкового не было на месте. Вместе с тем Г. в судебном заседании отрицал факт обращения к нему Х. и пояснил, что участковым по месту проживания Х. является А., который находился на месте, поэтому принимать Х. он не мог. Утверждение Х. о том, что ее участкового не было на месте, противоречит фактическим обстоятельствам, в соответствии с которыми А., являясь потерпевшим, не мог отсутствовать на месте преступления. Оценка противоречий в показаниях свидетелей Х. и Г. в приговоре отсутствует.

Согласно показаниям свидетеля Ж., в отдел полиции она обращалась в июне 2018 года неоднократно по поводу того, что ее ребенка ограбили цыгане. Точную дату, когда она видела в отделе полиции заглядывающего в кабинет И., назвать не смогла, а по поводу времени сообщила, что находилась в отделе полиции в дообеденное время. При этом пояснила, что ФИО1 не видела. Суд, указывая в приговоре на показания данного свидетеля как на одно из доказательств невиновности ФИО1, не привел данных о том, каким образом эти показания могут соотноситься со временем исследуемого события.

Потерпевший А., свидетели Б., В., Д., Г. в судебном заседании дали показания о том, что ФИО1 в коридоре вслед за И. повторил угрозу применения насилия к А. при встрече его на улице без формы. Ссылаясь на непоследовательный и противоречивый характер показания потерпевшего и этих свидетелей, суд не указал, в чем выражаются эти противоречия, посчитав, что они опровергаются показаниями незаинтересованного в исходе дела показаниями свидетеля М., а также показаниями Я., находившегося во время события инкриминируемого ФИО1 деяния в непосредственной близости от И. и ФИО1. Вместе с тем, содержание показаний свидетелей М. и Я. не опровергает показания потерпевшего и свидетелей Б., В., Д. и Г., подтвердивших факт высказывания ФИО1 угрозы применения насилия в отношении А.. Так, свидетель М., видевший в отделе полиции ФИО1 и И., пояснил, что неоднократно отходил позвонить, и данный факт подтверждается детализацией его звонков. Свидетель Я. пояснил, что услышал угрозы в адрес А. со стороны И., поэтому успокаивал А., был занят только им, а на ФИО1 внимания не обращал. Такие показания свидетелей Я. и М. не опровергают показания потерпевшего А. и свидетелей Б., В., Д. и Г., поскольку не подтверждают и не отрицают факт высказывания угроз ФИО1.

Вывод суда о заинтересованности сотрудников полиции в исходе дела в целях защиты от обвинения в адрес сотрудника полиции является голословным. В приговоре не приведены фамилии этих сотрудников полиции и не указаны причины, по которым эти сотрудники дают ложные показания, а также не указано, в чем конкретно выражается их заинтересованность.

Кроме того, по мнению суда показания свидетеля А. о том, что потерпевший А. извинялся перед ним за возбужденное в отношении его сына уголовное дело, поясняя, что ему никто не угрожал, но он вынужден таким образом защищаться от обвинения, также свидетельствуют о заинтересованности сотрудников полиции в исходе дела. Вместе с тем, в приговоре не указано, каким образом поданное в отношении А. заявление о применении им насилия в отношении ФИО1 касается других работников полиции и влияет на их показания. Кроме того, находя правдивыми показания свидетеля А., суд оставил без внимания утверждение потерпевшего А. о том, что свидетель А. действительно разговаривал с ним, однако в разговоре только просил помириться с его сыном. Оценка этим противоречиям в показаниях потерпевшего А. и свидетеля А. также не дана.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Ф. и Ъ. лишь подтвердили факт нахождения 22 июня 2018 года в коридоре отдела полиции ФИО1 и А., пояснив, что ушли из кабинета, поэтому конфликта не слышали. Свидетели Э. и Ю. пояснили, что очевидцами событий не являлись. Показания этих свидетелей также не свидетельствуют об отсутствии события преступления, поскольку не подтверждают и не опровергают его совершение.

Таким образом, суд в приговоре не дал объективную оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам в совокупности, как подтверждающим выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим этим выводам, то есть нарушил закрепленный в ст. 88 УПК РФ принцип оценки каждого доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности – достаточности для справедливого разрешения настоящего уголовного дела. Кроме того, в нарушение п. 4 ч. 1 ст. 305 УПК РФ суд не привел мотивы, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения. Также судом не указана в резолютивной части приговора и норма уголовно-процессуального закона, регламентирующая основание оправдания ФИО1.

Указанные нарушения свидетельствуют о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, поскольку совокупность допущенных нарушений, которые не могут быть восполнены и устранены судом апелляционной инстанции, свидетельствует о незаконности и необоснованности оправдательного приговора и необходимости его отмены с направлением дела на новое судебное разбирательство, в ходе которого суду первой инстанции надлежит устранить допущенные нарушения, принять меры к объективному, всестороннему и полному исследованию доказательств, дать надлежащую оценку доказательствам с точки зрения их относимости и достоверности, устранив имеющиеся противоречия, и принять по делу законное, обоснованное и мотивированное решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского городского суда Калининградской области от 3 декабря 2019 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства иным составом, апелляционное представление государственного обвинителя Ежеля А.А. и апелляционную жалобу потерпевшего А. – удовлетворить.

Председательствующий: Кузменко Е.В.