Решение № 2-176/2017 2-176/2017~М-42/2017 М-42/2017 от 22 марта 2017 г. по делу № 2-176/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 марта 2017 года с.Началово

Приволжский районный суд Астраханской области в составе:

Председательствующего судьи Богдановой Е.Н.,

при секретаре Ибрагимовой А.Х.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Муниципальному автономному учреждению «Комплексно-техническому центр» Приволжский район о взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском, указав, 10 января 2017 года в соответствии с заявленными сведениями о потребности в работниках, наличии рабочих мест ОГКУ «Центр занятости населения города Астрахани» ей выдало направление на работу на замещение свободного рабочего места по профессии уборщик производственных и служебных помещений, уборщик служебных помещений спорткомплекса «Центральный» с.Три Протока. Однако ее кандидатура ответчиком была отклонена по причине отсутствия документа о прохождении медицинской комиссии. Считает действия ответчика незаконными, нарушающими ее право на труд, а, следовательно, причинившими ей моральный вред, компенсацию которого она оценивает в размере <данные изъяты> рублей. Впоследствии ФИО2 в порядке ст.39 ГПК РФ дополнены требования, истец просит взыскать с ответчика неполученную заработную плату в размере <данные изъяты> рулей за период с 11 января 2017 года по 23 марта 2017 года. Мотивировав требования тем, что по вине ответчика, не принявшего истца на работу, она лишилась заработка в указанном размере за данный период.

В судебном заседании ФИО2 поддержала исковые требования, по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ФИО1 иск не признал, просил отказать в его удовлетворении, указал, что права истца не нарушал, нравственных и физических страданий ей не причинял. Оснований для взыскания заработной платы не имеется, поскольку ФИО2 не работала в их учреждении.

Суд, выслушав истца, представителя ответчика, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 3 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

В силу части 1 статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации запрещается необоснованный отказ в заключении трудового договора.

По смыслу частей 2, 3, 4 статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации необоснованным отказом в приеме на работу считается отказ, не основанный на деловых качествах работника, т.е. дискриминационный, связанный с личными либо физическими особенностями кандидата, его политическими или религиозными убеждениями и другими признаками, не имеющими отношения к подлежащей выполнению работе, а также отказ в том случае, когда работник имеет право заключить трудовой договор. В качестве критериев дискриминации, как статья 3, так и статья 64 Трудового кодекса Российской Федерации, указывают на пол, расу, цвет кожи, национальность, язык, происхождение, имущественное, социальное и должностное положение, возраст, место жительства.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с отказом в приеме на работу, необходимо иметь в виду, что труд свободен и каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также иметь равные возможности при заключении трудового договора без какой-либо дискриминации, то есть какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав или установления прямых или косвенных преимуществ при заключении трудового договора в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства (в том числе наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работников, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статьи 19, 37 Конституции Российской Федерации, статьи 2, 3, 64 данного Кодекса, статья 1 Конвенции МОТ N 111 1958 года о дискриминации в области труда и занятий, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР 31 января 1961 г.)

Право принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановку, увольнение персонала) в силу статьи 22 ТК РФ, предоставлено работодателю. Заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

При рассмотрении дел данной категории в целях оптимального согласования интересов работодателя и лица, желающего заключить трудовой договор, и с учетом того, что исходя из содержания статьи 8, части 1 статьи 34, частей 1 и 2 статьи 35 Конституции РФ и абз. 2 части 1 статьи 22 Кодекса работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала) и заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя, а также того, что Кодекс не содержит норм, обязывающих работодателя заполнять вакантные должности или работы немедленно по мере их возникновения, необходимо проверить, делалось ли работодателем предложение об имеющихся у него вакансиях (например, сообщение о вакансиях передано в органы службы занятости, помещено в газете, объявлено по радио, оглашено во время выступлений перед выпускниками учебных заведений, размещено на доске объявлений), велись ли переговоры о приеме на работу с данным лицом и по каким основаниям ему было отказано в заключении трудового договора.

Из материалов дела установлено, что ФИО2 состоит на учете в ОГКУ «Центр занятости населения <адрес>» ОСЗ по Приволжскому району в качестве безработной с 04 июня 2015 года.

10 января 2017 года Отделом содействия занятости по Приволжскому району в соответствии с заявленными сведениями о потребности в работниках, наличии рабочих мест выдано ФИО2 направление на работу на замещение свободного рабочего места по профессии уборщик производственных и служебных помещений спорткомплекса «Центральный» с.Три Протока Муниципальное автономное учреждение «Комплексно-технический центр» Приволжский район.

В качестве обоснования нарушения ее трудовых прав ФИО2 предоставлено суду направление на работу, где в графе «результат рассмотрения кандидатуры» имеется запись о том, что кандидатура ФИО2 отклонена по результатам собеседования. Однако в судебном заседании истец ФИО2 утверждала, что ответчик требовал от нее предоставления медицинской комиссии.

Из показаний представителя ответчика, полученных в судебном заседании, следует, что ответчик лично общался с ФИО2 и не отказывал ей в приеме на работу по причине отсутствия медицинской комиссии. ФИО2 не принята на работу по итогам собеседования.

Указанные обстоятельства никем не оспорены и не опровергнуты, а поэтому не вызывают у суда сомнений.

Доказательств тому, что отказ инициирован ответчиком по причине отсутствия в учреждении денежных средств для направления работника на прохождение медицинской комиссии, не имеется.

Установив данные обстоятельства, суд приходит выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО2, поскольку для наступления ответственности за причинение морального вреда необходимо наличие вины причинителя вреда, однако, в данном случае вина ответчика в нарушении права истца на трудоустройство и как следствие причинения ей нравственных и физических страданий, отсутствует.

В соответствии с частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Пунктом 3 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Согласно ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

На основании положений ст. ст. 22, 56 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, выплачивать работнику заработную плату за выполненную им работу в полном размере.

Между тем истцом не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о наличии между сторонами заключенного трудового договора, а также о начисленной, но невыплаченной заработной плате.

При указанных обстоятельствах требования истца о взыскании с ответчика заработной платы в размере 18600 рублей необоснованны и не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 к Муниципальному автономному учреждению «Комплексно-техническому центр» Приволжский район о взыскании заработной платы, компенсации морального вреда –оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд через Приволжский районный суд Астраханской области в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 28 марта 2017 года.

Судья Е.Н. Богданова

.