Приговор № 1-82/2019 от 6 августа 2019 г. по делу № 1-82/2019

Дело № 1-82/2019

УИД № 66RS0012-01-2019-000366-61


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский

Свердловской области 07 августа 2019 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе: председательствующего судьи Москалевой А.В. при секретаре судебного заседания Нечаевой И.Г.

с участием государственных обвинителей Павлова Д.В., Неустроева М.П. и Полякова С.В.,

потерпевшего Ф.,

подсудимой ФИО1 и ее защитника адвоката Пологовой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <*****>, ранее не судимой,

задержанной в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 02 декабря 2018 года, мера пресечения в отношении которой в виде заключения под стражу избрана 04 декабря 2018 года,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимая ФИО1 умышленно причинила смерть другому человеку при следующих обстоятельствах.

02 декабря 2018 года в период с 00:00 до 03:00 ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире № дома № по <адрес> в г. Каменск-Уральский Свердловской области, в ходе ссоры из личных неприязненных отношений, действуя с целью убийства Ф., умышленно нанесла ему не менее одного удара ножом в область груди. В результате указанных действий ФИО1 Ф. причинено телесное повреждение в виде одного проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением по ходу раневого канала кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц, пристеночной плевры, верхней доли левого легкого, перикарда, восходящей части аорты, сопровождавшееся острой кровопотерей, квалифицирующееся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, повлекшее смерть Ф. на месте происшествия.

В судебном заседании, выражая отношение к предъявленному обвинению, подсудимая ФИО1 не согласилась с ним, сообщив о том, что не признает себя виновной в убийстве Ф.

Пояснила, что 01 декабря 2018 года они с сожителем Ф. в вечернее время находились дома одни, до этого употребляли спиртное вместе со своим знакомым Д.Д., ушедшим от них около 21:30, поэтому находились в алкогольном опьянении. Затем между ней и Ф. начался конфликт из-за ее (ФИО2) сына. Ф. стал оскорблять Н.Е., обзывал его, ей это не понравилось, она заступалась за сына. Ф. попытался ударить ее, надавить пальцами на глаза, но она увернулась. Подумав, что Ф. не успокоится, пока не допьет оставшееся спиртное, она ушла в комнату спать, Н.Е. в этот момент дома не было. Сколько она пролежала, не помнит, затем встала и пошла в кухню. В кухне Ф. разогревал на плитке суп. Разогрев суп, он решил отнести его в комнате, но, покачнувшись, вылил суп из кастрюли ей на правую ногу. От того, что горячий суп вылился на ногу, испытала сильную физическую боль. Что происходило дальше, не помнит. Следующий момент, который помнит, что Ф. лежит на полу в крови, а она пытается привести его в чувство. Сын в этот момент в верхней одежде спал в комнате на диване, как и когда он пришел, она не видела. Затем она побежала за помощью к соседке Н.С. вызвать скорую помощь, думая, что у Ф. просто приступ и он еще жив. Помнит, что звонила брату сожителя. Затем приехала скорая помощь и сотрудники полиции. Ножа в своих руках она не помнит. Почему нож со следами крови оказался в подставке для приборов, объяснить не может. Этим ножом они часто пользовались, в том числе и 01 декабря резали им закуску, он лежал на столе. Она не верит в то, что могла ударить ножом Ф., они прожили вместе 20 лет, бывало, что ссорились и Ф. применял к ней насилие, но за ножи она никогда не бралась. Сотрудникам скорой помощи и полиции, брату Ф. она сказала, что это она убила, так как решила, что больше этого сделать некому, потому что они с Ф. были в кухне вдвоем, а раз она в крови, значит и виновата. Давая показания в ходе предварительного следствия, она также не оспаривала своей вины, так как сделала для себя вывод, что это она виновата, хотя не помнила ничего. Она не видела, чтобы кто-то другой, в том числе Н.Е., наносил Ф. удар ножом, крови на Н.Е. не было. В ходе проверки показаний на месте ей просто задавали наводящие вопросы, с которыми она соглашалась.

Несмотря на непризнание подсудимой вины, ее виновность в умышленном причинении смерти Ф. подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, ФИО1 неоднократно на предварительном следствии указывала, что убийство Ф. совершила она.

На допросах в качестве подозреваемой и обвиняемой 02 декабря 2018 года ФИО1 поясняла, что после ухода Д.Д. они с Ф. продолжили употреблять спиртное. Затем Ф. стал высказывать ей претензии по поводу ее сына из-за того, что тот не работает и употребляет алкогольные напитки. Она стала защищать сына. А потом Ф. стал выражаться в ее адрес нецензурными фразами, попытался ударить кулаком в область лица, надавить пальцами на глаза, но она увернулась. Между ними началась словесная ссора, которая продолжалась около часа. Все происходило в кухне, она стояла у кухонного стола, а Ф. напротив нее. Ф. своим ворчанием и нецензурными оскорблениями надоел ей и сильно разозлил, поэтому, не глядя, она схватила с кухонного стола первое, что мне попалось под руку. Она была настолько разозлена, что даже не поняла, что схватила в правую руку нож. Этим ножом она нанесла Ф. удар. Куда бросила нож после нанесенного удара, она не помнит. Нанеся удар Ф., она испугалась и позвонила в скорую медицинскую помощь, затем побежала к соседке из комнаты №. Н.Е. был в другой комнате, лежал на диван. В их с Ф. конфликт он не вмешивался, как сын зашел в квартиру, она не заметила. Свою вину в убийстве она признает в полном объеме и раскаивается в содеянном (том 2 л.д. 50-54, 59-62).

В ходе проверки показаний на месте 03 декабря 2018 года ФИО1 дала аналогичные пояснения, указав, что в ответ на оскорбления со стороны Ф., разозлившись, она взяла со стола первый попавшийся предмет, оказавшийся ножом, и ударила им Ф.. Куда именно был нанесен удар, она не помнит. При этом ФИО1 показала, что нож у нее был в правой руке, а Ф. стоял напротив нее лицом к лицу (том 2 л.д. 63-76).

Следственные действия с участием ФИО1 проведены без нарушений закона, с участием адвоката, от услуг которого она не отказывалась. ФИО1 предупреждалась о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от них, ей разъяснялось право не свидетельствовать против себя. Замечаний от нее, адвоката перед началом следственных действий по поводу применения к подсудимой недозволенных методов ведения следствия, а также после их окончания по поводу изложенных показаний, не поступало.

Подсудимая сама пояснила в судебном заседании, что никакого воздействия на нее сотрудниками правоохранительных органов не оказывалось

Допрошенный в суде оперуполномоченный отдела полиции № 24 Н.А. пояснил, что подсудимая были задержана по подозрению в совершении преступления в отношении потерпевшего Ф.. Никто из сотрудников полиции к подсудимой насилия не применял. В ходе проверки показаний на месте подсудимая в присутствии защитника рассказала, как наносила удар, в какую примерно область тела, как лежало тело потерпевшего. Также свидетель пояснил, что при визуальном осмотре на одежде доставленного в отдел полиции с места происшествия Н.Е. следов крови не было обнаружено.

Таким образом, предварительное следствие проведено в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона. Права подсудимой нарушены не были.

Изложенные показания подсудимой ФИО1 на предварительном следствии согласуются с другими исследованными в суде доказательствами.

Так, потерпевший Ф. пояснил в суде, что погибший приходился ему братом, он около 20 лет проживал с подсудимой. Ночью 02 декабря ему позвонили с незнакомого номера, но он не ответил. Тогда пришла смс с просьбой перезвонить. Перезвонив, он по голосу узнал ФИО2, которая сказала, что убила Ф.. Сразу же приехав к дому брата, он увидел, что там находятся сотрудники полиции, в дом его не пустили.

Свидетель Н.С. пояснила в судебном заседании, что подсудимая была ее соседкой. Ночью, около 03:00, она (Н.С.) проснулась от стука в окно, выглянув, увидела удаляющуюся от дома подсудимую. Затем ФИО1 стала стучать в стену и просить помощи. Когда она подошла к входным дверям квартиры подсудимой, то увидела, что Ф. лежит на полу, а под ним лужа крови. На ее вопрос о том, кто это сделал, подсудимая сначала предложила угадать, а потом сказала, что это она с Ф. повздорила. Пока ждали скорую помощь, она (Н.С.) в дом не заходила, с подсудимой переговаривалась через порог.

Свидетель Д.Д. пояснил в суде, что в вечернее время 01 декабря был в гостях у ФИО1 и Ф., втроем употребляли спиртное, никаких конфликтов не было. Около 20-30 он ушел домой. Ночью, выходя на улицу покурить, видел, что ФИО1 стояла с соседкой Н.С. около своей квартиры, о чем они говорили, ему не было слышно. О смерти Ф. узнал утром от его брата.

Свидетель К.С., являющийся сотрудником патрульно-постовой службы полиции, пояснил в судебном заседании, что, прибыв совместно с К.В. в ночное время на вызов в дом по <адрес>, они увидели на кухне прямо у входа в дом труп мужчины. Здесь же в кухне с сотрудниками скорой помощи находилась подсудимая, а в комнате ее сын, спавший на диване прямо в верхней одежде. На теле мужчины была рана в области груди. Подсудимая сказала, что это она ударила его ножом. Когда он (К.С.) стал выяснять подробности, то сказала, что не помнит. Сказала только, что мужчина пролил на нее что-то горячее, она вспылила и ударила его ножом. В банке с ножами нашли нож со следами крови на лезвии.

Свидетель К.В. пояснил в суде, что изначально они с К.С. подумали на сына подсудимой, который на момент их прихода спал в комнате, но следов крови на нем не было и подсудимая сказала им, что это совершила она. Про причину конфликта подсудимая объясняла что-то про политый суп, на полу действительно валялась кастрюля, был разлит суп.

Свидетель Я.Р., являющийся фельдшером бригады скорой медицинской помощи, пояснил в судебном заседании, что 02 декабря 2018 года при выезде в дом по <адрес> ими был обнаружен труп мужчины. Труп лежал на спине у входа в дом, на полу была кровь. В доме находилась подсудимая и ее сын, который спал в комнате. Подсудимая призналась сотрудникам полиции, что это она ударила мужчину ножом, говорила, что это она его убила. У подсудимой были признаки опьянения, она и сама не отрицала, что употребляла спиртное.

Свидетель М.Т. пояснила в судебном заседании, что присутствовала в качестве понятой при проверке показаний подсудимой на месте происшествия. На кухне перед подсудимой поставили манекен, она сказала, что ударила Ф. ножом, тот упал на спину головой в сторону дверей на улицу. Потом она на манекене показала, как нанесла удар. Про то, какой это был нож и куда она его дела, подсудимая говорила, что не помнит.

Свидетель А.Л. пояснила в суде, что также присутствовала в качестве понятой при проверке показаний подсудимой. ФИО1 рассказала, что у них в гостях был Д.Д., втроем выпивали спиртное, а когда Д.Д. ушел, он разругались, показала, кто и где сидел. Хотя подсудимая и сказала, что это она ударила Ф. ножом, но говорила она не своими словами, ей задавали наводящие вопросы, а она повторяла за следователем. Когда ее попросили показать, куда она удар нанесла, ФИО1 показала куда-то в область тела. Показала не чёткое место удара, а только замах. Она дружит с ФИО1, может охарактеризовать подсудимую и Ф. только с положительной стороны. Она (А.Л.) полагает, что ФИО1 выгораживает Н.Е., который на самом деле причастен к смерти Ф..

Из показаний свидетеля Н.Е. следует, что момент убийства Ф. он не видел. В ту ночь он был в гостях у Т.О., где употреблял спиртное. Видел в доме труп Ф., понял, что тот мертв, так как было много крови вокруг, мать не видел. Сам к смерти Ф. не причастен.

Из оглашенных показаний свидетеля Т.О. следует, что Н.Е. пришел к нему утром 01 декабря 2018 года и находился примерно до 00:30 02 декабря 2018 года, употребляя спиртное, затем ночью ушел домой. Утром 02 декабря 2018 года он (Т.О.) узнал от соседей, что Ф. убили. Ф. и ФИО1 нигде не работали, часто употребляли спиртное (том 1 л.д. 91-93).

Допрошенные по ходатайству защитника свидетели Е.О. и У.А. пояснили в суде, что 01 декабря 2018 года оба находились в гостях у Т.О., там же был Н.Е. и незнакомые мужчины, все употребляли спиртное. В ходе распития спиртного Н.Е. ударил ФИО3, У.А. заступился за нее, их разняли. От Т.О. они (Е.О. и У.А.) ушли ближе к 01:00, Н.Е. еще оставался там. Н.Е. агрессивный, он часто применял насилие к ФИО1 и Ф.

Также виновность подсудимой подтверждается и письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия, 02 декабря 2018 года в квартире № дома № по <адрес> в г. Каменске-Уральском был обнаружен труп Ф. с признаками насильственной смерти. Труп находился при входе в дом, лежа на спине. На кухонном столе в подставке для столовых приборов обнаружен нож с рукояткой синего цвета, с наслоением вещества бурого цвета. Указанный нож изъят (т. 1 л. д. 7-16).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, на трупе Ф. обнаружено одно проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева, с повреждением по ходу раневого канала кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц, пристеночной плевры, верхней доли левого легкого, перикарда, восходящей части аорты. Указанное ранение, сопровождавшееся острой кровопотерей, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ф.. Проникающее колото-резаное ранение грудной клетки могло образоваться в результате воздействия острого колюще-режущего предмета, имеющего клинок с острием, обухом и режущим краем, например ножом, при его ударном воздействии и линейно-поступательном движении. Судя по локализации колото-резаной раны, направлению раневого канала, нападавший мог наносить данное повреждение, находясь спереди/спереди-сбоку от потерпевшего. В крови трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации, которая у живых лиц соответствует тяжелому отравлению алкоголем (том 1 л.д. 133-136).

Эксперт П.Е., проводившая судебную экспертизу по трупу потерпевшего, в суде подтвердила свое заключение. Дополнила, что, исходя из направления раневого канала на трупе Ф., при взаимном расположении нападавшего и пострадавшего напротив друг друга удар ножом был нанесен правшой, правой рукой.

Как следует из заключения судебной медико-криминалистической экспертизы наиболее вероятно, что колото-резаная рана на представленном на исследование кожном лоскуте от трупа Ф. могла быть причинена клинком изъятого с места происшествия ножа (с рукояткой синего цвета со вставками белого цвета). На это указывает наличие на клинке ножа продольно полосовидных следов крови – динамического скольжения клинка вдоль его оси по окровавленной поверхности, что встречается при погружении клинка в тело и его последующем извлечении (том 1 л.д. 217-225). Согласно выводам молекулярно-генетической экспертизы № мг на клинке и рукоятке указанного ножа обнаружена кровь Ф., а на рукоятке ножа ДНК ФИО1 (том 1 л.д. 199-207).

Согласно выводам судебной трасологической экспертизы на изъятом у подсудимой ФИО1 платье обнаружены следы вещества красно-бурого цвета, похожего на высохшую кровь. На левой половине верхнего слоя переда следы являются брызгами, образовавшимися в результате стряхивания частиц следообразующего вещества с объекта (предмета, орудия, части тела), покрытого данным веществом и находящегося в движении в направлении сверху вниз в непосредственной близости от следовоспринимающей поверхности левой половины верхнего слоя переда платья. На обеих половинах верхнего слоя переда и верхней оборке нижнего слоя переда следы являются помарками-мазками, образовавшимися в результате динамического контакта следовоспринимающих поверхностей с объектом, покрытым данным веществом. На задней поверхности левого рукава следы являются помарками-отпечатками, образовавшимися в результате статическо-динамического контакта следовоспринимающей поверхности с объектом, покрытым следообразующим веществом (например, с пальцами руки человека). На кружевном полотне нижней оборки нижнего слоя переда следы являются пропитыванием, образовались в результате контакта с объектом, обильно покрытым следообразующим веществом (том 1 л.д. 234-241). Как следует из заключений судебно-биологических экспертиз на платье и носках ФИО1 обнаружена кровь человека, которая могла произойти от Ф. (том 1 л.д. 187-190, том 2 л.д. 19-22).

Согласно выводам молекулярно-генетических экспертиз на смывах с правой и левой руки Н.Е. крови и ДНК Ф. не обнаружено (том 1 л.д. 175-177), в подногтевом содержимом с рук Ф. ДНК Н.Е. и ФИО1 не обнаружено (том 2 л.д. 7-11).

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы при осмотре ФИО1 экспертом 03 декабря 2018 года у нее обнаружены термические ожоги нижних конечностей 1-2 степени общей площадью 4%, давностью причинения 1-2 сутки, могли образоваться в результате контакта с горячей водой (том 1 л.д. 121-122).

Также по уголовному делу был проведен еще ряд судебных экспертиз, не несущих доказательственного значения (экспертиза № в т. 1 л.д. 148-153, экспертиза № в т.1 на л.д. 164-167, № в т. 1 л.д. 249-251).

Таким образом, проанализировав представленные суду доказательства, изложенные выше, являющиеся относимыми, допустимыми и достоверными, суд приходит к убеждению о том, что их совокупности достаточно для вывода о виновности подсудимой ФИО1, действия которой суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Поскольку судом достоверно установлено, что подсудимая ФИО1 02 декабря 2018 года с целью убийства, желая наступления смерти Ф., умышленно нанесла ему не менее одного удара ножом в область грудной клетки слева, причинив проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева, повлекшее смерть потерпевшего на месте происшествия.

В основу выводов о виновности ФИО1 суд в первую очередь считает необходимым положить приведенные в приговоре показания самой подсудимой на предварительном следствии, в которых она неоднократно указывала на свою причастность к убийству Ф.

Указанные показания, полученные без нарушения уголовно-процессуального законодательства в присутствии защитника после разъяснения всех прав, суд расценивает как достоверные и допустимые. Правдивость данных показаний подтверждается тем, что они были даны ФИО1 непосредственно после задержания, в начале расследования уголовного дела, когда еще не было возможности выработать линию защиты.

Анализируя показания подсудимой ФИО1 в судебном заседании, настаивающей на том, что она не помнит событий той ночи и уверена в том, что не могла ударить потерпевшего ножом, поскольку не способна на это, суд оценивает их критически, полагая, что они даны подсудимой, чтобы избежать уголовной ответственности и возможного наказания. Указанные показания полностью опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Указание ФИО1 в своих первоначальных показаниях на предварительном следствии на то, что она не помнит, куда точно нанесла удар Ф. и что делала после этого, по мнению суда не ставит под сомнение правдивость ее показаний и расценивается как психологический способ защиты в период следственных действий. Либо как проявление алкогольного опьянения, в котором подсудимая находилась в момент совершения преступления, что подтверждается выводами психолого-психиатрической экспертизы. Согласно выводам экспертизы в состоянии аффекта подсудимая не находилась, ее эмоциональное состояние в тот момент квалифицируется как эмоциональное возбуждение на фоне алкогольного опьянения, не достигшее степени выраженности аффекта и не ограничивающее ФИО1 к осознанной регуляции своих действий. В структуре индивидуально-психологических особенностей у ФИО1 экспертами определяются такие особенности как легкая возбудимость, вспыльчивость, раздражительность, конфликтность, ослабление интеллектуального и волевого контроля эмоциональных побуждений.

Причин для самооговора ФИО1, указывающей в ходе следствия в своих показаниях, признанных судом достоверными, на то, что именно она ударила ножом Ф., причинив ему смерть, судом не установлено. Поскольку приведенные в приговоре показания ФИО1 на предварительном следствии в полной мере согласуются с другими доказательствами по уголовному делу, подтверждающими достоверность этих показаний.

Так свидетели К.С., К.В. и Я.Р., прибывшие по вызову на место происшествия, пояснили в суде, что ФИО1 сразу сообщила им, что это именно она убила Ф., нанеся ему удар ножом, не ссылаясь на то, что она ничего не помнит.

Свидетелю Н.С., оказавшейся на месте происшествия еще до прибытия сотрудников скорой помощи и полиции, ФИО1 на вопрос о том, кто это сделал с Ф., сказала, что она повздорила с Вадиком, о чем свидетель сообщила в суде.

В ходе проверки показаний на месте происшествия ФИО1 также не оспаривала своей причастности к смерти Ф., что подтвердили в суде присутствующие в качестве понятых свидетели А.Л. и М.Т., а также свидетель Н.А.

Потерпевший Ф. сообщил в суде, что подсудимая ФИО1 ночью 02 декабря 2018 года по телефону сообщила ему, что убила его брата.

Также виновность подсудимой в убийстве Ф. объективно и бесспорно подтверждается письменными доказательствами (протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертиз).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, в кухне дома был изъят нож со следами вещества красно-бурого цвета.

Согласно выводам проведенных по делу экспертиз смерть потерпевшего Ф. наступила от проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева с повреждением по ходу раневого канала кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц, пристеночной плевры, верхней доли левого легкого, перикарда, восходящей части аорты, сопровождавшееся острой кровопотерей. Указанное ранение могло быть нанесено потерпевшему ножом, изъятым с места происшествия. При этом на указанном ноже обнаружены кровь и ДНК потерпевшего Ф., а на рукоятке ножа ДНК подсудимой ФИО1

Как следует из показаний ФИО1 в ходе предварительного следствия, в том числе в ходе проверки показаний на месте, она сообщила о том, что нанесла удар ножом Ф., держа нож в правой руке, стоя лицом к лицу с потерпевшим. Описанный подсудимой механизм нанесения удара согласуется с выводами судебно-медицинского эксперта П.Е., сообщившей в суде о том, что исходя из направления раневого канала на трупе Ф., при взаимном расположении нападавшего и пострадавшего напротив друг друга удар ножом был нанесен правшой, каковым ФИО4 и является, в отличие от своего сына Н.Е., который является левшой.

Более того, виновность подсудимой подтверждают заключения экспертных исследований по изъятому у подсудимой платью, согласно которым на платье ФИО1 обнаружена кровь Ф., следы которой по механизму образования относятся к брызгам, помаркам и пропитываниям. При этом экспертом отмечено, что брызги крови на платье образовались в результате стряхивания частиц следообразующего вещества с объекта, покрытого данным веществом, и находящегося в движении в непосредственной близости от поверхности платья.

При таких обстоятельствах версия ФИО1 в судебном заседании о том, что она не могла нанести Ф. удар ножом является несостоятельной.

Все заключения экспертиз по уголовному делу получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, выводы сделаны экспертами, имеющими соответствующую экспертную специальность в своей сфере деятельности и стаж экспертной деятельности. Сомнений в обоснованности заключений экспертов или наличия противоречий в выводах экспертов судом не обнаруживается.

Приведенные выше доказательства, положенные судом в основу приговора, являются достоверными, допустимыми, они получены без нарушения уголовно-процессуального закона, полностью согласуются между собой, дополняют друг друга, и в своей совокупности позволяют суду достоверно и полно установить фактические обстоятельства дела, прийти к выводу о виновности подсудимой.

Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей или потерпевшего при даче показаний в отношении подсудимой, оснований для оговора ими ФИО1, равно как и противоречий в показаниях данных лиц по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, судом не установлено.

Суд полагает, что исследованными доказательствами подтверждается причинение смертельного ранения Ф. именно подсудимой.

Об умысле ФИО1 на убийство Ф. свидетельствует способ и орудие совершенного преступления, локализация и характер причиненного этим оружием телесного повреждения, механизм его причинения. Поскольку ФИО1 применила предмет – нож, имеющий высокую поражающую способность, нанеся им Ф. целенаправленный удар в область сердца, повреждение которого заведомо приведет к смерти, это свидетельствует о том, что действовала она именно с целью причинения Ф. смерти.

Указанное позволяет квалифицировать действия подсудимой ФИО1 именно по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как умышленное причинение смерти Ф., то есть убийство.

Мотивом преступления явились неприязненные отношения подсудимой с потерпевшим, возникшие на почве ссоры в ходе совместного употребления спиртного. Наличие данного мотива следует из показаний самой подсудимой на предварительном следствии, признанных судом достоверными.

Сомневаться в психическом здоровье подсудимой ФИО1 суд оснований не находит, за психиатрической помощью она не обращалась, на учете врача психиатра не состоит.

В отношении ФИО1 была проведена стационарная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (заключение №), согласно выводам которой во время совершения инкриминируемого ей деяния подсудимая каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием и иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы ее возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими не страдала и не страдает в настоящее время. ФИО1 могла в период совершения инкриминируемого ей деяния и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, по своему психическому состоянию ФИО1 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Ссылки подсудимой на частичное запамятование обстоятельств содеянного могут быть проявлением амнестического варианта простого (не патологического) алкогольного опьянения, либо являться защитной линией поведения, что не влияет на экспертную оценку.

Вышеизложенное экспертное заключение не противоречит другим материалам дела, основано не только на представленных медицинских документах, материалах уголовного дела, но и на непосредственном исследовании подсудимой в условиях стационара. Заключение подготовлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона квалифицированными экспертами, в том числе высшей квалификационной категории, имеющими значительный опыт экспертной деятельности. Сомневаться в психическом здоровье подсудимой ФИО1 суд оснований не находит. В ходе судебного заседания она правильно ориентировалась в окружающей обстановке, адекватно отвечая на все задаваемые ей вопросы, что исключает сомнение в ее вменяемости.

Исходя из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы и анализа поведения подсудимой в период как предварительного, так и судебного следствия, ФИО1 следует признать вменяемой, назначив ей наказание за совершенное преступление.

При назначении меры и срока наказания суд, руководствуясь ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимой, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие ее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной.

По характеру общественной опасности подсудимой совершено преступление, отнесенное законом к категории особо тяжких преступлений, оно посягает на жизнь человека.

При оценке степени общественной опасности суд учитывает оконченный характер преступления и его совершение ФИО1 умышленно.

В быту подсудимая характеризуется удовлетворительно, она имела постоянное место жительства. Согласно характеристике соседей подсудимая зарекомендовала себя с положительной стороны. Какие-либо отрицательные характеристики подсудимой в материалы уголовного дела не представлены, на учете врачей нарколога и психиатра она не состоит, была не судима на момент совершения преступления, имеет болезненное состояние здоровья.

При назначении наказания суд на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Поскольку подсудимая добровольно в показаниях на предварительном следствии, признанных судом достоверными, сообщала подробности совершенного ею в условиях неочевидности преступления, назвала мотивы, побудившие ее к совершению преступных действий, то есть сообщала такую информацию, которая не была известна сотрудникам правоохранительных органов и имела существенное значение для раскрытия и расследования преступления.

Руководствуясь ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд учитывает в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства болезненное состояние здоровья, как самой подсудимой, так и ее близкого родственника – <*****>

Кроме того, судом установлено, в том числе, из показаний свидетеля Н.С., что подсудимая непосредственно после совершения преступления до приезда скорой медицинской помощи, считая Ф. живым, принимала меры по оказанию ему медицинской помощи, что суд признает смягчающим ее наказание обстоятельством, предусмотренным п. "к" ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь положениями ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд, назначая ФИО1 наказание за преступление, с учетом обстоятельств преступления признает в качестве отягчающего наказание подсудимой обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. При этом суд исходит из конкретных обстоятельств дела, указывающих на то, что поведение и действия ФИО1 в момент совершения преступления в большой степени определялись состоянием алкогольного опьянения, вызванным продолжительным на протяжении дня периодом употребления спиртных напитков, и снижением самоконтроля в результате этого. О нахождении подсудимой в состоянии алкогольного опьянения свидетельствуют показания самой подсудимой. Указанные показания ФИО1 о совместном употреблении с потерпевшим алкоголя подтверждаются выводами заключения судебно-медицинской экспертизы трупа Ф. о наличии в крови потерпевшего этилового спирта в концентрации, соответствующей тяжелой степени алкогольного опьянения.

Учитывая данные о личности подсудимой ФИО1, характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, отнесенного к категории особо тяжких и посягающего на жизнь человека, конкретные обстоятельства дела, руководствуясь принципами справедливости и разумности, балансом интересов защиты личности от преступных посягательств, суд считает необходимым назначить подсудимой ФИО1 предусмотренное санкцией статьи наказание в виде реального лишения свободы на определенный срок.

Наказание в виде лишения свободы будет справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления.

С учетом фактических обстоятельств преступления, его характера и степени общественной опасности, принимая во внимание, что подсудимой совершено особо тяжкое преступление против жизни человека, суд не находит оснований для применения положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначения подсудимой наказания условно.

Судом не установлено наличие исключительных обстоятельств для назначения подсудимой наказания с учетом правил ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Наличие отягчающего наказание обстоятельства – совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не позволяет суду применить положения ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации и изменить категорию совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую категорию, а также применить при назначении наказания правила ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации подсудимой надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Правовых оснований для применения в отношении подсудимой ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации и предоставления ей отсрочки отбывания наказания, а также для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами не имеется, поскольку ФИО1 совершено особо тяжкое преступление против личности.

Поскольку при постановлении обвинительного приговора ФИО1 назначается наказание в виде лишения свободы, что увеличивает риск осужденной, находясь на свободе, скрыться, опасаясь назначенного наказания, для исполнения приговора в части назначенного наказания в виде лишения свободы суд считает необходимым меру пресечения подсудимой ФИО1 оставить без изменения – заключение под стражу.

По делу имеются процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката Пологовой Ю.В. по назначению, за оказание в период предварительного и судебного следствий юридической помощи подсудимой, которые в силу ч. 2 ст. 132 УПК РФ, подлежат взысканию с осужденной. Необходимо взыскать процессуальные издержки с ФИО1 в размере 14547, 50 рублей (2530+ 3737,50 +8280). Суд не находит оснований для освобождения подсудимой ФИО1 полностью или частично от уплаты процессуальных издержек. Доказательств имущественной несостоятельности подсудимая суду не представила, она является трудоспособной, иждивенцев не имеет, против взыскания с нее процессуальных издержек в судебном заседании не возражала.

Решая вопрос о вещественных доказательствах, руководствуясь частью 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что сотовые телефоны, изъятые в ходе осмотра места происшествия, следует возвратить подсудимой ФИО1 как законному владельцу. Остальные вещественные доказательства (ножи, платье, носки, футболка, трусы, срезы ногтей) следует уничтожить, как не представляющие ценности и не истребованные сторонами.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 303-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 8 (ВОСЕМЬ) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 – заключение по стражу – оставить без изменения. Срок отбытия наказания исчислять со дня вынесения приговора - с 07 августа 2019 года, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 02 декабря 2018 года по 06 августа 2019 года включительно.

На основании ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в размере 14547 (четырнадцать тысяч пятьсот сорок семь) рублей 50 (пятьдесят) копеек.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу:

- сотовые телефоны Fly и Nokia возвратить ФИО1;

- ножи, платье, носки, футболку, трусы, срезы ногтей уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Синарский районный суд в течение 10 дней со дня его провозглашения, а лицом, содержащимся под стражей, в то же срок с момента получения копии приговора. При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, отказаться от защитника, пригласить защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ.

Приговор изготовлен в машинописном варианте в совещательной комнате и является подлинником.

Судья А.В. Москалева