Решение № 2-134/2018 2-2/2019 2-2/2019(2-134/2018;)~М-86/2018 М-86/2018 от 14 января 2019 г. по делу № 2-134/2018

Решение

Именем Российской Федерации

15 января 2019 года Таштыпский районный суд Республики Хакасия

в селе Таштып

в составе: председательствующего судьи Кузнецовой С.А.

при секретаре Тюмерековой Д.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО8 о возмещении ущерба, упущенной выгоды и взыскании компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО7 в лице представителя по доверенности ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО8 о возмещении ущерба в размере 31610 рублей, упущенной выгоды в размере 450 тысяч рублей и взыскании компенсации морального вреда в размере 150 тысяч рублей, мотивируя свои требования тем, что 17 августа 2016 года она (истица) оформила в собственность жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, на основании решения Таштыпского районного суда от 14 июля 2016 года. С 2006 года в данном жилом доме без регистрации проживал ФИО1, решением суда признанный недееспособным, опекуном которого назначена ответчик ФИО8. 8 ноября 2017 года при осмотре вышеуказанного жилого дома выяснилось, что в доме отсутствует крыша: снят шифер вместе с обрешеткой и стропилами, тем самым ей причинен материальный ущерб. Кроме того, ею (ФИО7) упущена материальная выгода, т.к. в апреле 2017 года она хотела заключить договор купли- продажи дома на средства материнского капитала с потенциальными покупателями, чему воспрепятствовала ответчик ФИО8, т.к. добровольно на протяжении полутора лет из дома они выселяться не хотели, 13 ноября 2017 года Таштыпским районным судом вынесено определение о выселении ФИО1 без предоставления другого жилого помещения. Кроме того, ответчиком ей причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в нервных переживаниях, бессонных ночах, постоянных поездках из <адрес> в с.Таштып.

В ходе судебного разбирательства по делу истица ФИО7 ранее заявленные требования в порядке ст.39 ГПК РФ увеличила, просила суд взыскать с ответчика ФИО8 материальный ущерб в размере 52526 рублей, упущенную выгоду в размере 450 тысяч рублей, компенсацию морального вреда в размере 150 тысяч рублей, понесенные судебные расходы в размере 30616 рублей.

Согласно расчету причиненного ущерба истица ФИО7 включила в материальный ущерб стоимость работ по демонтажу крыши (с учетом ранее выплаченной ответчиком денежной суммы 9000 рублей)- 13119 рублей, стоимость материалов 2561 рубль, стоимость восстановительных работ 34206 рублей, что в общей сумме составляет 49886 рублей; судебные расходы: 27 тысяч рублей- стоимость судебной экспертизы, госпошлина- 3616 рублей, стоимость подачи объявления о продаже в газету «Земля таштыпская»- 2640 рублей, всего 52526 рублей.

В дополнительно представленном расчете истица ФИО7 в числе судебных расходов указала расходы: на оплату услуг представителей по 45 тысяч рублей ФИО5 и ФИО4, удостоверение доверенности представителя- 1000 рублей, на уплату государственной пошлины- 3881 рубль, стоимость проезда из <адрес> в Таштыпский районный суд вместе с представителем на общественном транспорте в размере 26280 рублей, стоимость проезда из <адрес> в Таштыпский районный суд на личном транспорте- 94881 рубль, оплату справок о стоимости проезда- 100 рублей, оплату объявления в газету о продаже домовладения- 1320х2= 2640 рублей, оплату стоимости судебной экспертизы- 27 тысяч рублей, а также приводит общую сумму затрат при демонтаже крыши и восстановительных работ- 49886 рублей, утраченную выгоду- 360 тысяч рублей из расчета 450 тысяч рублей (материнский капитал)- 90 тысяч рублей (стоимость имущества в настоящее время), компенсацию морального вреда- 150 тысяч рублей.

В окончательном варианте в судебном заседании истица ФИО7 просила суд взыскать с ответчика ФИО8 в возмещение материального ущерба 57325 рублей, из них 34206 рублей- стоимость ремонта крыши, 22119 рублей- стоимость ремонта дома, упущенную выгоду в размере 360 тысяч рублей, компенсацию морального вреда в размере 150 тысяч рублей, судебные расходы в виде оплаты стоимости нотариально удостоверенной доверенности на представителя ФИО4, проезд с представителем на общественном транспорте из <адрес> в Таштыпский районный суд - 26280 рублей, оплату справок о стоимости проезда- 100 рублей, оплату объявлений в газету «Земля таштыпская» - 2640 рублей и оплату услуг представителей по 15 тысяч рублей (всего 30 тысяч рублей). В обоснование заявленных требований приведя доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении, дополнительно суду пояснив, что в данном доме ранее проживала ее мать ФИО2. Мать к себе в <адрес> она забрала в апреле 2006 года, при этом мать сказала, что нашла покупателя на дом- ФИО9, но та не отдала деньги и договор она (мать) не подписала, но ФИО10 осталась проживать в доме, ей было разрешено пользовать земельным участком, о чем имеется расписка. Первоначальная стоимость дома была определена в 100 тысяч рублей, ФИО10 заплатила 20 тысяч рублей, ей «скинули» 10 тысяч и она не доплатила 70 тысяч рублей. Ей (ФИО7) было известно о том, что в доме проживал опекаемый ответчиком ФИО1. В ноябре 2017 года от участкового ФИО11 ей стало известно о том, что крышу ее дома разобрали, прибыв 8 ноября 2017 года в <адрес>, обнаружила, что крыша, ранее покрытая толью, отсутствует, в связи с чем обратилась с заявлением в полицию. Отсутствие крыши повлияло на техническое состояние дома, в котором ранее можно было проживать. Она (ФИО7) хотела продать дом, о чем давала объявление в местную газету, у нее появились покупатели, которые были согласны купить дом за счет средств материнского капитала, но из- за действий ФИО1 от этого отказались. В частности, она и свидетель Киви намеревались заключить сделки в апреле 2018 года, но затем последняя от сделки отказалась. В настоящее время дом из- за его состояния продать невозможно, поэтому она продает только земельный участок за 90 тысяч рублей, в связи с чем уменьшает ранее заявленный размер упущенной выгоды на эту сумму. Моральный вред заключается в том, что если бы не действия стороны ответчика, она бы дом продала, а вместо этого была оскорблена, унижена.

Представители истицы ФИО7- ФИО5 и ФИО4 требования своего доверителя в окончательном варианте поддержали по приведенным истицей доводам.

Ответчик ФИО8 требования истицы ФИО7 не признала ни в какой части, в том числе, в окончательном варианте, суду пояснила, что материальный ущерб истице был возмещен при рассмотрении уголовного дела, от получения шифера ФИО7 отказалась и он хранится у нее (ответчика). Данный дом у ФИО2 – матери истицы ФИО7 в 2006 году купила ее (ФИО10) мать- ФИО3 по расписке, в которой указано про участок, для внука ФИО1, опекуном которого являлась. Правоустанавливающих документов на дом не имелось, дом находился в ветхом состоянии: без крыши, которая была провалена, частично была покрыта толью, частично шифером, без полов, света, все заборы были разрушены, отсутствовали надворные постройки. В связи с чем ее (ответчика) отец и племянник ФИО1 в апреле 2006 года отремонтировали дом, построили забор и надворные постройки. В июле- августе 2016 года старую крышу демонтировали, ее муж с родственниками построил новую крышу за счет средств племянника. С 2006 по 2017 г.г. племянник ФИО1, опекуном которого она стала после смерти своей матери, проживал в <адрес> в <адрес>, за это время она никогда там не видела ФИО7, за техническим состоянием дома следил только ее (ФИО10) брат, поэтому она удивилась, узнав о том, что Крахова вступила в наследство. По решению суда ФИО1 из дома по <адрес> выселили, в связи с чем после решения суда 5 или 6 ноября 2017 года ФИО1 снял крышу (шифер и обрешетку), при этом дом ничем не был закрыт. По данному поводу ФИО7 написала заявление в полицию и возбудили уголовное дело, ей (ФИО7) возместили ущерб и производство по делу прекратили. Считает, что доказательств упущенной выгоды не имеется, основания для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда отсутствуют.

В поданном суду письменном отзыве на исковое заявление ФИО7 ответчик ФИО8 указала о том, что представленная истицей в подтверждение размера ущерба смета составлена на основании одного прайса самой истицей и не может быть признана достоверной. Кроме того, истица умолчала о постановлении мирового судьи судебного участка в границах Таштыпского района от 16 марта 2018 года, которым ущерб, причиненный ФИО7 разбором крыши, в размере 8784 рубля возмещен в полном объеме, и кроме того ей переданы снятые листы шифера в количестве 38 листов, тем самым истица, злоупотребляя правом, пытается повторно взыскать с нее (ответчика) ущерб. Истицей ФИО7 не доказано наличие обстоятельств возможности заключения договора купли- продажи дома, по которому она могла получить доход в размере 450 тысяч рублей, а также причинно- следственные связи невозможности его заключения с причиненным ущербом. Требования о возмещении морального вреда не основаны на законе, т.к. требования иска носят имущественный характер.

Суд, заслушав объяснения сторон, показания свидетеля, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам:

Право собственности истицы ФИО7 на жилой дом, расположенный по <адрес>, в порядке наследования по закону после смерти матери ФИО2 подтверждается вступившим в законную силу решением Таштыпского районного суда от 14 июня 2016 года, выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, удостоверяющей проведение государственной регистрации прав от 17.08.2016 года.

О наличии жилого дома по вышеуказанному адресу в натуре в технически исправном состоянии свидетельствует технический паспорт здания (строения) на 12 января 2016 года.

Определением Таштыпского районного суда от 10 августа 2017 года в удовлетворении заявления ФИО8, действующей в интересах опекаемого недееспособного ФИО1, о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу решения Таштыпского районного суда от 14 июня 2016 года отказано. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РХ от 10 октября 2017 года определение Таштыпского районного суда от 10 августа 2017 года оставлено без изменения, частная жалоба заявителя ФИО12- без удовлетворения.

Вступившим в законную силу решением Таштыпского районного суда от 8 ноября 2017 года удовлетворены требования истицы ФИО7 к ФИО8, действующей в интересах опекаемого недееспособного ФИО1, о выселении, последний выселен из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, без предоставления другого жилого помещения.

Постановлением мирового судьи судебного участка в границах Таштыпского района от 16 марта 2018 года по уголовному делу в отношении ФИО1 о применении принудительных мер медицинского характера за совершение общественно- опасного деяния, запрещенного уголовным законом, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, установлено, что в период времени с 2006 по 08.11.2017 г.г. ФИО1 проживал в <адрес> в <адрес> без приобретения права собственности с ведома и устного согласия законных владельцев данного дома. Во время проживания ФИО1, действуя по своему усмотрению, произвел улучшение имущества, собственником которого не являлся, произведя ремонт крыши. В период времени с 09 до 20 часов с 01 по 08 ноября 2017 года ФИО1, зная о признании решением суда за ФИО7 права собственности на приведенный выше жилой дом в нарушение требований ст.ст.209, 301, 303 ГК РФ, полагая свои действия правомерными, самовольно, вопреки воле собственника, произвел разбор крыши дома, чем причинил собственнику ФИО7 материальный ущерб на сумму 8784 рубля.

Согласно приведенному выше постановлению мирового судьи на основании поступившего от потерпевшей ФИО7 заявления о примирении, возмещении ФИО1 причиненного ей материального ущерба в размере 8784 рублей, расписки последней о получении денежных средств в указанной сумме от 12 марта 2018 года, уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено ввиду примирения с потерпевшей.

Тем же постановлением мирового судьи принято решение о возвращении вещественных доказательств – 38 листов шифера потерпевшей ФИО7, от получения которых последняя отказалась, что подтверждается актом Отд.МВД России по Таштыпскому району от 03 апреля 2018 года.

Как следует из объяснений ответчика ФИО8 указанные в постановлении мирового судьи вещественные доказательства находятся у нее по месту жительства, где совместно с ней с момента выселения из <адрес> в <адрес> проживает опекаемый племянник ФИО1.

Вступившим в законную силу решением Таштыпского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по заявлению <данные изъяты> ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признан недееспособным.

Из приведенного выше решения видно, что согласно заключению амбулаторной судебно- психиатрической экспертизы заинтересованное лицо ФИО1 вследствие хронического психического расстройства в виде <данные изъяты> по дому может выполнять простейшие работы под контролем, о чем суду поясняла и заинтересованное лицо ФИО8, являющаяся тетей ФИО1.

Распоряжением директора Государственного казенного учреждения Республики Хакасия «Управление социальной поддержки населения Таштыпского района» Номер от ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления ФИО8 в лице последней установлена предварительная опека над ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, признанного решением Таштыпского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ недееспособным, определено место жительства опекуна и опекаемого по разным адресам.

Распоряжением директора Государственного казенного учреждения Республики Хакасия «Управление социальной поддержки населения Таштыпского района» Номер от ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления ФИО8 в лице последней установлена опека над ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, признанного решением Таштыпского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ недееспособным, определено место жительства опекуна и опекаемого по разным адресам, в частности, опекаемого лица ФИО1 по адресу: <адрес>.

Объяснения ответчика ФИО8 об основаниях вселения в жилой до по <адрес> в <адрес> не оспариваются истицей ФИО7 и подтверждаются распиской от 21 апреля 2006 года, согласно которой ФИО2, являющаяся матерью (наследодателем) истицы ФИО7, получила от ФИО3 20 тысяч рублей за продажу приусадебного участка по адресу: <адрес> при свидетелях, в т.ч. истице ФИО7, которой сделана запись о том, что оплата за усадебный участок произведена полностью, претензий не имеет.

Однако приведенная расписка не может быть признана допустимым доказательством заключения договора купли- продажи недвижимого имущества- жилого дома, и, соответственно, права собственности на указанный выше жилой дом ФИО1 либо ФИО3. Более того, в данной расписке речь идет относительного земельного участка, но не жилого дома.

Заключением судебной строительной экспертизы <данные изъяты> установлены: стоимость ущерба, причиненного демонтажом (разбором) крыши (кровли) жилого <адрес>, расположенного по <адрес> в <адрес>,- 22119 рублей; стоимость материалов с учетом износа по восстановительному ремонту крыши- 2561 рубль; стоимость работ по восстановительному ремонту крыши (кровли) жилого дома- 34206 рублей; стоимость ремонтно- восстановительных работ по дому- 22119 рублей. Однако проведение ремонтных работ по восстановлению крыши, кровли может повлечь обрушение конструкции в целом (перекрытие, стены) ввиду аварийного технического состояния жилого дома.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Вина причинителя вреда презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 307 ГК РФ предусмотрено, что обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 29 ГК РФ гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Над ним устанавливается опека.

Согласно пункту 1 статьи 31 ГК РФ опека и попечительство устанавливаются для защиты прав и интересов недееспособных или не полностью дееспособных граждан.

Опека устанавливается над малолетними, а также над гражданами, признанными судом недееспособными вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 32 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1076 ГК РФ вред, причиненный гражданином, признанным недееспособным, возмещают его опекун или организация, обязанная осуществлять за ним надзор, если они не докажут, что вред возник не по их вине.

В силу ч.1 ст.56, ч.1 ст.57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляют сторонами, суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

Совокупность исследованных по делу доказательств позволяет суду прийти к достоверному выводу о том, что истица ФИО7 как наследник по закону после смерти своей матери ФИО2 приобрела право собственности на жилой <адрес>, расположенный по <адрес> в <адрес>. В данный жилой дом с ведома и разрешения ФИО2 и истицы ФИО7 в 2006 году вселился ФИО1, в установленном действующим законодательством порядке решением суда признанный недееспособным, опекуном котором на основании постановления уполномоченного государственного учреждения назначена с ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО8. Недееспособное лицо ФИО1 проживал в данном доме до ноября 2017 года, при выселении из которого он с помощью иных лиц демонтировал крышу дома, о чем достоверно было известно его опекуну- ответчику ФИО8, которая не только не пресекла незаконные действия опекаемого лица, но и не приняла мер к восстановлению крыши, существовавшей до ее ремонта ФИО1 и его родственниками в 2016 году.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в результате незаконных действий опекаемого ответчиком ФИО8 недееспособного лица ФИО1 по демонтажу крыши жилого дома, расположенного по <адрес> в <адрес>, истице ФИО7 причинен вред имуществу в размере 36767 рублей, состоящий из стоимости работ по восстановительному ремонту крыши (кровли ) жилого дома- 34206 рублей и стоимости материалов с учетом износа- 2561 рубль. Однако при этом суд учитывает и то, что в ходе судебного разбирательства уголовного дела в отношении ФИО1 материальный ущерб, причиненный действиями последнего при демонтаже крыши потерпевшей ФИО7, последней причинителем вреда был возмещен в размере 8784 рубля.

Таким образом, суд находит требования истицы ФИО7 к ответчику ФИО8 в части возмещения материального ущерба подлежащими частичному удовлетворению в общей сумме 27983 рубля из расчета 36767 рублей- 8784 рубля. При этом суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истицы к ответчику в части взыскания стоимости ремонтно- восстановительных работ по дому в размере 22119 рублей, как и в части стоимости работ по демонтажу крыши в размере 22119 рублей, поскольку в нарушение требований ч.1 ст.56 ГПК РФ стороной истицы суду не представлено доказательств причинения стороной ответчика (ФИО8 либо опекаемым ею недееспособным лицом ФИО1) вреда имуществу в части разрушения конструкций дома; а также суд учитывает тот факт, что демонтаж крыши был осуществлен недееспособным лицом ФИО1, доказательств необходимости выполнения работ либо понесенных ею расходов по демонтажу крыши истицей ФИО7 суду не представлено. В связи с чем в удовлетворении требований истицы ФИО7 в этой части суд считает необходимым отказать.

При изложенных выше обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в силу пунктов 1 и 3 статьи 1076 ГК РФ вред, причиненный ФИО1, признанным недееспособным, подлежит возмещению его опекуном ФИО8, обязанной осуществлять за ним надзор, поскольку ею в соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ не доказано то, что вред возник не по ее вине. При этом представленные ответчиком ФИО8 документы: заявление соседей, расходная накладная и товарный чек на выводы суда не опровергают и во внимание судом не принимаются.

Из представленной истицей ФИО7 газеты «Земля таштыпская» от 12 мая 2017 года следует, что в ней опубликовано объявление о продаже участка 12 соток с избой, и о рассмотрении продажи с использованием средств материнского капитала. В объявлении указан номер телефона продавца <данные изъяты>, соответствующий номеру телефона истицы ФИО7, указанному ею в расписке о согласии об извещении ее о времени и месте судебного заседания посредством направления СМС сообщений на номер мобильного телефона от 06.06.2018 года.

Свидетель ФИО6 суду показала, что в марте 2017 года она с мужем с целью строительства жилого дома подыскивала земельный участок с домом, в котором можно было проживать до окончания строительства, под материнский капитал, просматривала объявления и в апреле нашла объявление о продаже земельного участка с домом в <адрес>, созвонилась с продавцом ФИО7 и в апреле- мае 2017 года они встретились в <адрес>, посмотрели дом, участок, их все устроило. В дом они не заходили, т.к. он был закрыт на замок. Ее мужу понравился участок, ФИО7 попросила предоплату 30 тысяч рублей, но денег у них не было, поскольку на приобретение дома и участка 60 тысяч им обещала дать свекровь после получения кредита, материнский капитал она (свидетель) еще не получила, т.к. в то время была только беременна вторым ребенком и родила его ДД.ММ.ГГГГ. Поэтому с ФИО7 договорились о том, что соберут деньги и перечислят ей на карточку, но в июне или в июле 2017 года до рождения ребенка созвонились с ФИО7, и та им сказала, что нашла другого покупателя и взяла у него предоплату, им отказала.

Таким образом, из представленных истицей ФИО7 доказательств следует, что являясь собственником жилого дома, расположенного по <адрес> в <адрес>, она приняла решение об его продаже, в том числе за счет средств материнского капитала. Данное предложение было опубликовано в средствах массовой информации (газете), что ответчиком не опровергнуто. Однако при этом истице ФИО7 было достоверно известно о том, что в данном жилом доме проживает гр.ФИО1, о чем объективно свидетельствуют показания свидетеля ФИО6 о том, что при осмотре дома он был закрыт на замок, который истица ФИО7 им не открыла, а также последующее обращение ФИО7 в лице представителя ФИО4 27 июня 2017 года с иском в суд о выселении ФИО1 без предоставления другого жилого помещения.

Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно пунктам 1 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 7 от 24 марта 2016 года "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере, в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Таким образом, из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу пункта 4 статьи 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны. Для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы, если бы не утратил возможность использовать спорное имущество при обычных условиях гражданского оборота.

В обоснование убытков в виде упущенной выгоды истицей ФИО7 в ходе судебного разбирательства представлены объявление о продаже земельного участка и дома (как указано в объявлении- избы) в газете «Земля таштыпская», и обеспечена явка в судебное заседание свидетеля ФИО6, с которой, по утверждению истицы, было достигнуто соглашение о заключении сделки купли- продажи.

Однако с доводами истицы ФИО7 в части взыскания упущенной выгоды суд согласиться не может, поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. (пункты 1 и 2 статьи 432 ГК РФ)

Статьей 429 ГК РФ предусмотрена возможность заключения сторонами предварительного договора, требования к его форме и содержанию.

Исследованные по делу доказательства: объяснения истицы ФИО7, объявление в газете «Земля таштыпская», показания свидетеля ФИО6, не доверять которым суд оснований не находит, позволяют суду прийти к достоверному выводу о том, что истица ФИО7 не представила суду убедительных и достаточных доказательств тому, что допущенное опекаемым ответчиком ФИО8 недееспособным лицом ФИО1 либо собственно ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ей получить упущенную выгоду, однако все остальные необходимые приготовления для ее получения ею (ФИО7) были сделаны. Между тем как из показаний свидетеля ФИО6, не опровергнутых стороной истицы, следует, что на самом деле между ними не было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора купли- продажи недвижимости, договор купли- продажи, в т.ч. предварительный, не заключен. Сам по себе поиск потенциальных покупателей посредством размещения объявления о продаже объекта недвижимости, согласно объявлению- земельного участка с избой в средствах массовой информации не подтверждает факт наличия упущенной выгоды.

В связи с чем требования истицы ФИО7 к ответчику ФИО8 в этой части удовлетворению не подлежат как не основанные на законе. Соответственно, не подлежат удовлетворению и требования истицы ФИО7 в части взыскания судебных издержек, связанных с оплатой публикации объявления в газете «Земля таштыпская», в размере 2640 рублей.

В силу пункта 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Пункт 1 статьи 151 ГК РФ предусматривает возможность компенсации морального вреда в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, действующим Гражданским законодательством возможность компенсации морального вреда связана с нарушением личных неимущественных прав либо посягающих на принадлежащие гражданину нематериальные блага, однако требования истицы ФИО7 к ответчику ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда связаны именно с нарушением имущественных прав истицы. Вследствие чего данные требования ФИО7 удовлетворению не подлежат как не основанные на законе.

Кроме того, истица ФИО7 просила взыскать с ответчика ФИО8 судебные расходы, включающие в себя расходы на оплату государственной пошлины, уплаченной при подаче иска в суд и подаче заявления об увеличении требований, судебных издержек- оплаты услуг представителей в размере 30 тысяч рублей- по 15 тысяч рублей представителям ФИО5 и ФИО4, расходов на поездки на общественном транспорте в Таштыпский районный суд из <адрес> – своих и представителя ФИО5 в размере 26280 рублей, расходов на оплату стоимости экспертизы в размере 27 тысяч рублей, дополнительных расходов на оплату экспертизы в размере 10 тысяч рублей и понесенных ею расходов на оплату данных в газету «Земля таштыпская» объявлений о продаже дома, расходы на оформление доверенности представителя в размере 1000 рублей.

Экспертное учреждение ООО «Независимая экспертиза» обратилось в суд с ходатайством о взыскании части неоплаченной суммы за проведение экспертизы в размере 10 тысяч рублей, мотивируя его тем, что стоимость экспертизы составила 37 тысяч рублей, определением суда оплата стоимости экспертизы возложена на истицу ФИО7, которая оплату произвела частично в сумме 27 тысяч рублей.

Согласно счету <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ стоимость проведенной экспертным учреждением судебной экспертизы составила 37 тысяч рублей, из которой как видно из счета- фактуры <данные изъяты> Номер от ДД.ММ.ГГГГ истицей ФИО7 оплачено 27 тысяч рублей.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Часть 1 статьи 98 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований

В силу ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя, почтовые расходы, понесенные сторонами, а также иные признанные судом необходимыми расходы.

Часть 1 статьи 100 ГПК РФ устанавливает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу. Однако из представленной истицей ФИО7 доверенности представителю ФИО4 от 17 декабря 2015 года не следует, что данная доверенность выдана для участия в конкретном деле или конкретном судебном заседании. Таким образом, полномочия представителя истицы ФИО7- ФИО4 не ограничены лишь представительством в данном деле, доверенность выдана задолго до подачи вышеуказанного иска в суд. В связи с чем сам по себе факт подтверждения истицей несения расходов на оплату услуг нотариуса по удостоверению доверенности не является основанием для признания их судебными издержками по данному гражданскому делу, и в удовлетворении требований истицы о взыскания расходов на оформление доверенности в размере 1000 рублей суд считает необходимым отказать.

Заявляя требования о взыскании стоимости проезда на общественном транспорте от места жительства- <адрес> до местоположения Таштыпского районного суда – с.Таштып на 2х человек (себя и представителя ФИО5) истица ФИО7 представила суду билет о стоимости проезда на общественном транспорте в <адрес> (23 рубля), подтверждающий стоимость проезда от дома до автовокзала, справку ООО «Терминал- Сервис» Номер от ДД.ММ.ГГГГ о стоимости проезда по маршруту <данные изъяты> и обратно в размере 50 рублей, справку ОАО «АВТОВОКЗАЛ» о стоимости проезда по маршруту Таштып- Абакан, Абакан- Таштып в размере 365 рублей, а также кассовые чеки, подтверждающие оплату стоимости данных справок в размере по 50 рублей.

В соответствии со ст.94 ГПК РФ данные расходы суд относит к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в связи с чем требования истицы ФИО7 о взыскании с ответчика ФИО12 стоимости проезда ее и представителя ФИО5 в судебные заседания на общественном транспорте подлежат удовлетворению. Однако при определении размера судебных издержек в этой части суд учитывает положения ст.ст. 94, 98 ГПК РФ и поскольку требования истицы ФИО7 удовлетворены в части (1/2), то с ответчика в пользу истицы подлежат взысканию судебные издержки в этой части пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 7008 рублей из расчета 23 рубля (проезд до автовокзала) + 50 рублей (проезд <адрес>) + 365 рублей (проезд <адрес>) + 438 рублей- стоимость проезда из <адрес> в <адрес> за 1 человека * 2 =876 рублей * за 2 человек =1752 рубля * 8 заседаний = 14016 рублей. Вопреки утверждениям стороны истицы ФИО7 по делу состоялось 8 судебных заседаний, в т.ч. с учетом подготовок дела к судебному разбирательству, а не 15, как указывается истицей в расчете.

При этом суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истицы ФИО7 о взыскании стоимости проезда в те же судебные заседания на личном транспорте.

Кроме того суд признает судебными издержками оплату истицей ФИО7 стоимости выданных автотранспортными предприятиями справок пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 50 рублей (из расчета 2 справки*50 рублей = 100 рублей :2).

При обращении с иском в суд истицей ФИО7 уплачена государственная пошлина в размере 1000 рублей и при увеличении исковых требований произведена доплата государственной пошлины в размере 2616 рублей, что подтверждается чеками- ордерами банка. В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ с ответчика ФИО8 подлежат взысканию в счет возмещения судебных расходов пропорционально удовлетворенным требованиям 1808 рублей.

Из договоров на оказание услуг представителей при рассмотрении дела по возмещению материального ущерба и морального вреда от 2 июля 2018 года следует, что данный договоры заключены между истицей ФИО7 и ее представителями ФИО5 и ФИО4, при этом стороны пришли к соглашению о размере вознаграждения каждому представителю по 15 тысяч рублей, из которых на момент подготовки документов к судебному разбирательству подлежат выплате 5000 рублей (каждому представителю), остальная сумма по 10 тысяч рублей- выплате по завершению дела.

В силу п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Пунктом 13 этого же постановления предусмотрено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

По смыслу закона суд вправе уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя, однако реализация судом данного права возможна лишь в случаях, если он признает эти расходы чрезмерными с учетом конкретных обстоятельств дела.

Так, согласно положениям Гражданско- процессуального закона и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации сумма вознаграждения представителя, в частности, зависит от продолжительности и сложности дела, квалификации и опыта представителя, обусловлена достижением юридически значимого для доверителя результата, и должна соотноситься со средним уровнем оплаты аналогичных услуг. Неразумными при этом могут быть сочтены расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права, либо несложностью дела.

Согласно распискам представителей ФИО5 и ФИО4 ими 2 июля 2018 года получено от истицы ФИО7 в счет оплаты оказываемых юридических услуг по 5000 рублей. Оценив представленные истицей ФИО7 доказательства в подтверждение размера заявленных ею требований о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату услуг представителей, суд приходит к выводу о том, что требования истца в этой части являются обоснованными, поскольку в ходе рассмотрения вышеуказанного гражданского дела, связанного с защитой ее имущественных прав, истице ее представителями ФИО5 и ФИО4 действительно оказывались юридические услуги в виде представления интересов в ходе судебного разбирательства по делу, подготовки искового заявления, подачи его в суд, подготовки в ходе судебного разбирательства по делу заявлений об увеличении ранее заявленных требований, расчетов, различных ходатайств, а также непосредственное участие в подготовках дела к судебному разбирательству и судебных заседаниях (всего в 8ми).

При определении размера судебных расходов (оплаты услуг представителя) суд исходит из объема защищаемого права и оказанных услуг, количества судебных заседаний и их продолжительности, требований закона о разумности, а также того, что требования истца удовлетворены в части, не предоставления ответчиком ФИО8 доказательств чрезмерности размера судебных расходов на оплату услуг представителей, а также учитывает то, что граждане в силу ст.421 ГК РФ свободны в заключении договора, и в данном случае юридического значения тот факт, что договор заключен между физическими лицами, не имеет, и приходит к выводу о том, что истица ФИО7 имеет право на возмещение фактически понесенных ею судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителей пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 5000 рублей. Данная стоимость услуг представителей истицы, по мнению суда, отвечает требованиям разумности, оснований для уменьшения ее размера суд не усматривает.

В соответствии со ст.ст.98 и 100 ГПК РФ суд находит необходимым взыскать с ответчика ФИО8 в пользу истицы ФИО7 понесенные им судебные издержки по оплате услуг экспертного учреждения по проведению судебной строительно- технической экспертизы пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 13500 рублей,

Определением Таштыпского районного суда от 14 июня 2018 года по делу назначена судебная строительно- техническая экспертиза, производство которой поручено ООО «Независимая экспертиза». Расходы по производству экспертизы возложены на истицу ФИО7.

Указанное выше определение суда сторонами не обжаловалось и вступило в законную силу.

Указанная выше экспертиза экспертным учреждением ООО «Независимая экспертиза» проведена, истицей ФИО7 произведена частичная оплата стоимости экспертизы в размере 27 тысяч рублей, что ею не оспаривается, в связи с чем экспертным учреждением суду подано ходатайство о взыскании недоплаченной части ее стоимости – 10 тысяч рублей с истицы ФИО7.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ суд, исходя из необходимости проведения по делу судебной экспертизы, поскольку решение поставленных сторонами вопросов требует специальных познаний, назначил землеустроительную экспертизу, которая экспертным учреждением проведена, ее стоимость согласно представленным последним документам, составляет 37 тысяч рублей, которые в силу ст.ст.94 и 98 ГПК РФ суд относит к необходимым для правильного разрешения дела судебным расходам, подлежащим взысканию пропорционально удовлетворенным требованиям с истицы ФИО7 в размере 5000 рублей и ответчика ФИО8 в размере 5000 рублей.

В соответствии со ст.199 ГПК РФ в судебном заседании оглашена резолютивная часть решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

Решил:

Требования ФИО7 удовлетворить в части:

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО7 в возмещение материального ущерба 27983 рубля.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО7 в возмещение судебных расходов стоимость проезда на общественном транспорте 7008 рублей, оплату стоимости справок 50 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 1808 рублей, оплату услуг представителей в размере 5000 рублей, расходов по оплате стоимости экспертизы 13500 рублей, всего взыскав 27366 рублей.

В остальной части заявленных ФИО7 к ФИО8 требований отказать.

Взыскать с ФИО7 и ФИО8 в пользу ООО «Независимая экспертиза» по 5000 рублей с каждой.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Таштыпский районный суд.

Председательствующий судья

Решение суда в окончательной форме изготовлено 21 января 2019 года

Верно:

Судья Таштыпского районного суда Кузнецова