Апелляционное определение № 22-177/2026 22-3723/2025 от 28 января 2026 г.

Судья 1 инстанции –Халтаева Г.П. № 22-177/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе председательствующего Морозова С.Л., судей Иванова Е.В., Трофимовой Р.Р., при секретаре Корепановой В.С., с участием прокурора Пашинцевой Е.А., осужденного ФИО1, защитника – адвоката Панищевой Т.Д., рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя Сопходоевой Л.З. и апелляционной жалобой осужденного ФИО1 на приговор Баяндаевского районного суда Иркутской области от 31 октября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся Дата изъята в <адрес изъят>, несудимый,

осужден по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ к 2 годам 8 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 20 000 рублей, ч. 5 ст. 191 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 20 000 рублей.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 3 года 8 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 35 000 рублей.

Отбывание лишения свободы в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначено в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, время содержания под стражей с 31 октября 2025 года до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

По докладу председательствующего, выслушав стороны, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан судом виновным в совершении при изложенных в приговоре обстоятельствах двух умышленных преступлений: кражи, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а также незаконного хранения и перевозки драгоценных металлов, организованной группой, в крупном размере.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Сопходоева Л.З. просит приговор суда изменить: исключить из его описательно-мотивировочной части указание на совершение ФИО1 преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 158, ч. 5 ст. 191 УК РФ на листах 3 и 10, признать смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, исключить указание о признании смягчающим наказание обстоятельством активного способствования раскрытию преступления в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и усилить наказание. В обоснование своих требований государственный обвинитель указывает следующее. Полагает приговор незаконным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью наказания. Приводя в апелляционном представлении содержание ст. ст. 73 и 307 УПК РФ, государственный обвинитель ссылается на то, что в описательно-мотивировочной части приговора, сразу после описания преступного деяния и до оценки доказательств, сделан преждевременный вывод о совершении ФИО1 преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 158 и ч. 5 ст. 191 УК РФ на листах 3 и 10 приговора. Приводя в апелляционном представлении содержание ст. 60 УК РФ, государственный обвинитель полагает, что данные требования закона в полной мере судом учтены не были. Из материалов дела следует, что ФИО1 предоставил правоохранительным органам сведения о соучастниках преступления, изобличил их в совместном преступлении, представленные им сведения явились достаточным основанием для возбуждения уголовного дела в отношении конкретных лиц. При таких обстоятельствах показания ФИО1 и его поведение свидетельствуют, что он активно способствовал изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления. Вместе с тем, установлено, что ФИО1 задержан в момент совершения преступления, событие преступления зафиксировано в ходе оперативно-розыскного мероприятия от 21 января 2024 года, сведений об обращении ФИО1 в правоохранительные органы и оказании им активного способствования раскрытию преступления, представления органам следствия ранее неизвестной информации не имелось. Его причастность к преступлению подтверждена совокупностью собранных в ходе оперативно-розыскного мероприятия доказательств, достаточных для установления виновности осужденного. Судом не приведено убедительных мотивов для вывода, что ФИО1 именно активно, как того требует уголовный закон, способствовал раскрытию преступлений. Какие значимые для уголовного дела обстоятельства сообщил ФИО1, что содействовало расследованию и способствовало раскрытию преступлений, судом в приговоре не указано. Таким образом вывод суда, что ФИО1 активно способствовал раскрытию преступления не соответствует требованиям закона, наказание нельзя признать справедливым.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Панищева Т.Д. не согласилась с доводами государственного обвинителя об усилении наказания.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит смягчить наказание путем снижения срока лишения свободы, назначенного по совокупности преступлений, а также изменить вид исправительного учреждения, при этом указывает следующее. Приговор не справедливый и не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильно применен уголовный закон. Судом установлено, что имеются смягчающие обстоятельства, в том числе исключительные, отсутствуют отягчающие обстоятельства, но в приговоре не отражены данные обстоятельства согласно ст. 61 УК РФ тем самым не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, в том числе на назначение наказания.

Государственный обвинитель Сопходоева Л.З. в возражениях на апелляционную жалобу просит оставить ее без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Пашинцева Е.А. поддержала апелляционное представление и возражала удовлетворению апелляционной жалобы.

Осужденный ФИО1 и защитник – адвокат Панищева Т.Д. не согласились с доводами апелляционного представления об усилении наказания, поддержали апелляционную жалобу и просили смягчить наказание и, кроме того, отсрочить отбывание наказания до достижения ребенком осужденного 14-летнего возраста.

Изучив уголовное дело, проверив и обсудив доводы сторон, изложенные в апелляционных представлении и жалобе, а также озвученные в судебном заседании апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Никем не оспариваемые выводы суда о доказанности совершения ФИО1 преступных деяний, судебная коллегия полагает соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании. Они подтверждены приведенными в приговоре доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или определение меры наказания, изложенные в приговоре выводы суда, по мнению судебной коллегии, не содержат.

Квалификация действий ФИО1 по п. «б» ч. 4 ст. 158 и ч. 5 ст. 191 УК РФ является правильной, поскольку соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела и требованиям уголовного закона.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые лишили или ограничили участников судопроизводства их прав или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения иным путем, судом первой инстанции не допущено. Процедура судебного разбирательства соблюдена.

Судебная коллегия полагает формальными и не существенными доводы государственного обвинителя об исключении из описательно-мотивировочной части приговора указаний на листах 3 и 10 приговора на квалификацию действий ФИО1, приведенную сразу после описания соответствующего преступного деяния, но до указания на доказательства, на которых основаны выводы суда.

Какие именно требования указанных государственным обвинителем норм уголовно-процессуального закона, то есть ст. ст. 73 и 307 УПК РФ, при этом существенно нарушены в апелляционном представлении не конкретизируется.

Однако сами по себе требования ст. 73 УПК РФ об обстоятельствах подлежащих доказыванию и ст. 307 УПК РФ о содержании описательно-мотивировочной части приговора, не содержат правил или предписаний изложения в приговоре выводов о квалификации, не соблюдение которых поставило бы под сомнение правосудность обжалуемого итогового судебного решения, в указанном государственным обвинителем аспекте, в том числе с учетом положений ст. 299 УПК РФ о вопросах, разрешаемых судом при постановлении приговора.

Приговор составлен в совещательной комнате, все подлежащие разрешению исходя из требований ст. 73 УПК РФ в их связи с положениями ст. 299 УПК РФ вопросы, на момент провозглашения приговора председательствующим были разрешены и уже изложены в нем в письменном виде.

Учитывая, что описательно-мотивировочная часть приговора представляет собою самостоятельную и вместе с тем единую часть в структуре итогового судебного решения, то содержащийся в ней вывод с правовой оценкой содеянного ФИО1 в том виде, в котором он изложен судом во всяком случае не являлся преждевременным, как об этом указывается в апелляционном представлении.

Следует учитывать тот факт, что мотивы данной квалификации достаточно подробно изложены в приговоре после оценки доказательств, а то, что в данном случае квалификация приведена также и после описания обстоятельств каждого преступного деяния, само по себе не свидетельствует о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, которое бы ставило под сомнение законность и обоснованность судебного решения или иным образом порочило выводы суда. Каких-либо противоречий при квалификации содеянного ФИО1 судом не допущено.

Таким образом, судебная коллегия полагает доводы государственного обвинителя о корректировке описательно-мотивировочной части приговора ввиду необходимости изложения иным образом выводов о квалификации содеянного ФИО1 безосновательными.

Назначая наказание суд обоснованно исходил из требований об учете характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При этом смягчающими наказание судом обоснованно признаны приведенные в приговоре обстоятельства, как предусмотренные п. п. «и», «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, так и учтенные в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

По мнению судебной коллегии, судом первой инстанции правильно учтены все имеющие значение сведения, в том числе поведение осужденного, расцененное как активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, наличие малолетнего ребенка, полное признание вины, раскаяние в содеянном, положительная характеристика, оказание помощи участникам "данные удалены" то есть ведомственных наград, связанных с военной службой по защите Отечества.

С противоречивыми доводами государственного обвинителя об отсутствии активного способствования раскрытию преступлений при одновременном утверждении о наличии активного способствования изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, судебная коллегия согласиться не может.

Судом обоснованно признано смягчающим наказание обстоятельством именно активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, на что обращали внимание и сами органы предварительного следствия указав о таких обстоятельствах в обвинительном заключении, утвержденном соответствующим прокурором, что не предопределяет выводы суда в данной части, однако, соответствует установленным в судебном заседании обстоятельствам дела.

Ссылки государственного обвинителя о том, что ФИО1 не представлялась органам предварительного следствия ранее неизвестная информация не согласуются с исследованными материалами уголовного дела.

Несмотря на то, что уголовное дело возбуждалось по результатам оперативно-розыскной деятельности, в том числе с учетом полученных от ФИО1 и иных лиц в ходе такой деятельности сведений о произошедшем, конкретные обстоятельства преступных деяний и причастность к ним как ФИО1, так и иных лиц, устанавливалась при производстве расследования, с учетом его изобличающих показаний, которые признаны судом достоверными и положены в основу обвинительного приговора.

ФИО1 о совершенных им и иными лицами преступлениях, выразившихся в том числе в краже самородного золота и дальнейшем хранении его в тайниках, его фасовки, перевозки из Якутии в Иркутскую область, представил как органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, так и органам предварительного следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования этих преступных деяний.

Данная информация само изобличающего характера не противоречит, а полностью соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела установленным судом.

Доводы государственного обвинителя, что в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия 21 января 2024 года были установлены все обстоятельства совершенных преступлений, судебная коллегия полагает неубедительными и не согласующимися с исследованными судом доказательствами.

Кроме того, необходимости исключения отдельных элементов смягчающего наказание обстоятельства из приговора с одновременным указанием на другие элементы также охватывающиеся п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, судебная коллегия не усматривает постольку, поскольку доводы государственного обвинителя в этой части связаны с переоценкой вопроса значимости для раскрытия и расследования полученных от ФИО1 сведений, с чем нельзя согласиться.

Оценка доказательств судом осуществлялась в соответствии с правилами ст. 17 УПК РФ, обстоятельства дела установлены судом правильно.

Доводы государственного обвинителя об усилении наказания, фактически мотивированные наличием смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ с иным содержанием, судебная коллегия полагает безосновательными.

Таким образом, оснований полагать, как о том указывает государственный обвинитель, что неправильное установление смягчающих наказание обстоятельств, повлекло назначение чрезмерно мягкого наказания, у судебной коллегии не имеется.

Вместе с тем отсутствуют так же основания полагать, что наказание несправедливое вследствие чрезмерной суровости как об этом указывает осужденный ФИО1 в своей апелляционной жалобе.

Помимо тех, что указаны в приговоре, каких-либо иных обстоятельств, которые признаются смягчающими наказание в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также могут учитываться в качестве таковых согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ, но не учтены судом первой инстанции, судебная коллегия не находит.

Судом не допущено неправильного применения уголовного закона, обеспечено соблюдение правил индивидуализации наказания, вытекающих из принципа справедливости, предусмотренного ст. 6 УК РФ.

Вопреки апелляционной жалобе приговор суда содержит выводы об отсутствии исключительных обстоятельств, то есть оснований для применения ст. 64 УК РФ, с чем судебная коллегия согласна по указанным в приговоре основаниям.

В приговоре аргументировано применение специальных правил назначения наказания, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, ограничивающих максимальный размер наказания при наличии смягчающих и отсутствии отягчающих обстоятельств.

Судом мотивировано надлежащим образом назначение основного наказания в виде реального лишения свободы и дополнительного наказания в виде штрафа в указанных размерах, исходя из характера и обстоятельств совершенных преступлений, относящихся к категории тяжких, необходимости обеспечения целей наказания.

Таким образом назначенное ФИО1 наказание за отдельные преступления и по их совокупности в полной мере соответствует требованиям уголовного закона, оснований считать его несоразмерным содеянному вследствие чрезмерной суровости, судебная коллегия не усматривает. Законных оснований для смягчения наказания не имеется.

Вид исправительного учреждения для отбывания ФИО1 лишения свободы определен правильно, с учетом того, что уголовный закон не допускает возможность назначения осужденным за тяжкие преступления того или иного вида исправительного учреждения по усмотрению суда.

Поскольку п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ предусматривает назначение для отбывания мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, исключительно в исправительной колонии общего режима, доводы апелляционной жалобы ФИО1 об изменении вида исправительного учреждения, являются несостоятельными.

Оснований для отсрочки отбывания наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ в отношении осужденного не имеется с учетом имеющихся в материалах дела сведениях о семейном положении ФИО1 и данных о матери ребенка.

Из пояснения осужденного в судебном заседании о матери его ребенка, которая принимает участие в воспитании последнего, следует, что ФИО1 не является единственным родителем, что полностью опровергает его доводы о возможности предоставления ему отсрочки отбывания наказания до достижения ребенком 14-летнего возраста.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции учтены все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, существенных нарушений уголовно-процессуального закона не допущено, правильно применен уголовный закон, наказание по своему виду и размеру нельзя признать несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Баяндаевского районного суда Иркутской области от 31 октября 2025 года в отношении осужденного ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Сопходоевой Л.З. и апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через Баяндаевский районный суд Иркутской области в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, а осужденным в тот же срок со дня получения копии апелляционного определения.

В случае обжалования осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Л. Морозов

Судьи Е.В. Иванов

Р.Р. Трофимова