Апелляционное постановление № 10-3648/2025 от 27 июля 2025 г.

Дело № 10-3648/2025 Судья Виноградова А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 28 июля 2025 года

Челябинский областной суд в составе председательствующего судьи Чобитько М.Б.

при помощнике судьи Щетининой А.А.,

с участием: прокурора Вяткина М.В.,

потерпевшей Потерпевший №1,

защитника оправданного ФИО1 – адвоката Струнина М.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора <адрес> ФИО6, апелляционной жалобе потерпевшей Потерпевший №1 на приговор Сосновского районного суда Челябинской области от 03 октября 2024 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, несудимый,

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Постановлено признать за ФИО1 право на реабилитацию, предусмотренное ст. 134 УПК РФ.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 о взыскании с ФИО1, материального ущерба в размере 66 060 рублей оставлен без рассмотрения.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления прокурора Вяткина М.В., потерпевшей Потерпевший №1, поддержавших доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, адвоката Струнина М.А., просившего приговор оставить без изменений, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 признан невиновным и оправдан в тайном хищении имущества, совершенного с причинением значительного ущерба гражданину.

Суд, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, пришел к выводу о невиновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления и оправдал ФИО1 за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционном представлении прокурор <адрес> ФИО6 полагает приговор суда несоответствующим требованиям ст. 297 УПК РФ, подлежащим отмене, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства, несправедливостью реабилитирующего решения, нарушающего права и законные интересы потерпевшей. Считает, что суд в нарушение положений п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ не привел в приговоре обстоятельств, фактически установленных в судебном заседании, касающихся самого события и обстоятельств преступления, и не дал им какой-либо оценки в совокупности.

Утверждает, что решение суда мотивированно противоречивыми выводами об отсутствии у ФИО1 корыстного мотива при совершении инкриминируемого деяния, а также формальной трактовкой условий письменного договора № 3 на строительство фундамента, заключенного между ФИО1 и Потерпевший №1

Полагает, что судом необоснованно положены в обоснование принятого решения показания свидетелей ФИО11, ФИО10, ФИО12, ФИО13 о том, что никто из свидетелей об обстоятельствах наличия и погрузки арматуры не указывает. Утверждает, что показания данных лиц, являющихся работниками и близкими знакомыми ФИО1, в указанной части не свидетельствуют об отсутствии арматуры. Более того, факт наличия арматуры на участке и вывоза в день хищения помимо объективных доказательств, представленных стороной обвинения, подсудимый ФИО1 подтвердил в судебном заседании.

Полагает, что судом безосновательно и немотивированно отвергнуты показания потерпевшей Потерпевший №1, которые были последовательными на всем протяжении предварительного расследования и судебного разбирательства, подтверждаются показаниями свидетелей ФИО9, ФИО7, ФИО8, фото и видеоматериалами, приобщенными к уголовному делу, а также в значительной степени признаны ФИО1 в ходе судебной стадии уголовного судопроизводства. Отмечает, что одним из таких обстоятельств являются показания Потерпевший №1 в судебном заседании о том, что при изготовлении фундамента выяснились недостатки проекта в части расчета необходимого объема арматуры. В результате потерпевшей пришлось докупать арматуру за свой счет сверх предварительных расчетов и денежных средств, переданных ФИО1 по договору. При этом, ФИО1 данный факт признал, что подтверждает факт хищения арматуры. Отмечает, что в приговоре суда данные обстоятельства не отражены, этим доказательствам в приговоре не дано никакой оценки. Полагает, что данное обстоятельство также объективно свидетельствует о необоснованности неоднократных утверждений суда о приоритетном характере условий, указанных в письменном договоре о строительстве фундамента.

Считает, что факт наличия письменного договора и указанных в нем условий вопреки позиции суда какого-либо преюдициального значения не имеет, данные обстоятельства подлежат оценке в совокупности с иными доказательствами по делу. Обращает внимание, что исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств, которые никем, в том числе ФИО1, не оспариваются, следует, что между Потерпевший №1 и ФИО1 изначально была достигнута договоренность о строительстве дома в целом, оговорены условия, предусматривалась возможность их корректировки в процессе строительства. Заключение отдельных договоров (фундамент, коробка дома, возведение крыши) имело место по инициативе ФИО1 в связи с неготовностью полного проекта дома, что свидетельствует о возможности корректировки условий письменных договоров в процессе строительства. Обращает внимание, что судом в приговоре данным обстоятельствам также не дано никакой оценки, решение фактически мотивированно исключительно пунктами одного договора о строительстве фундамента без оценки всех доказательств в совокупности.

Полагает неверными утверждения суда о приобретении строительных материалов ФИО1 за счет собственных средств. Отмечает, что все строительные материалы, в том числе доски и арматура, в том числе приобретенная потерпевшей сверх первоначальных объемов и условий письменного договора), хищение которых инкриминировано ФИО1, закупались на денежные средства Потерпевший №1 исключительно с целью использования при строительстве дома, что по мнению автора представления, свидетельствует о наличии у Потерпевший №1 права собственности на данные строительные материалы. Считает логичными и последовательными показания Потерпевший №1 о договоренности использовать приобретенные доски при возведении крыши, а арматуры при возведении коробки дома, то есть при выполнении тех этапов строительства, которые ФИО1 выполнены не были, несмотря на изначальную договоренность о строительства дома в целом. Полагает утверждения ФИО1 о том, что приобретенные доски после строительства фундамента не могли использовать в дальнейшем процессе строительства, голословными, помимо здравой логики полностью опровергаются вышеуказанными доказательствами. Отмечает, что показания ФИО1, в том числе подтвержденные им в судебном заседании о том, что данные доски могли использоваться только во вспомогательных целях, в частности для обустройства строительных лесов, по своей сути свидетельствует о возможности и необходимости использования данных строительных материалов при строительстве дома в целом, то есть при выполнении всего объема работ, которые должен был выполнить ФИО1 Лишение Потерпевший №1 указанных строительных материалов причинило потерпевшей материальный ущерб, влекло за собой дополнительные расходы на их приобретение в целях строительства дома.

Отмечает, что из исследованных в судебном заседании доказательств следует, что похищенные у Потерпевший №1 стройматериалы были завезены на участок свидетеля ФИО8 в целях использования при строительстве дома, что также опровергает доводы ФИО1 о невозможности использования данных стройматериалов при строительстве. Утверждает, что сам факт действий ФИО1 и обстоятельства их совершения свидетельствуют о материальной стоимости похищенных им строительных материалов и о его корыстной заинтересованности, а также о тайном и противоправном характере данных действий. Данным обстоятельствам судом в приговоре также не дана оценка, при этом объективно установлено, что Потерпевший №1 приняв решение о прекращении договорных отношений с ФИО1, известила его об этом и пригласила для составления акта о взаиморасчетах. Однако, ФИО1 в нарушение данного законного порядка, действуя тайно, прибыл на участок потерпевшей и похитил строительные материалы потерпевшей.

Считает ссылку суда об отсутствии оснований для иной правовой оценки действий ФИО1, в том числе для обсуждения вопросов о наличии составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, ст. 330 УК РФ, необоснованной, поскольку в обжалуемом приговоре соответствующие обстоятельства не указаны и оценка им не дана.

Просит оправдательный приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот де суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 выражает несогласие с приговором суда, считает его несправедливым, необоснованным и несоответствующим действующему уголовному законодательству РФ. Полагает, что судом не учтены все фактически установленные и подтвержденные обстоятельства уголовного дела и не дана им надлежащая оценка.

Утверждает, что выводы суда основаны только на показаниях ФИО1 и формальной трактовке условий письменного гражданско-правового договора на строительство фундамента, заключенного между ней (Потерпевший №1) и ФИО1 По мнению потерпевшей, суд ошибочно пришел к выводу об отсутствии у ФИО1 умысла на хищение чужого имущества, обосновывая это показаниями самого ФИО1 Полагает показания ФИО1 на протяжении следствия и судебного разбирательства непоследовательными и противоречивыми друг другу. Считает, что учитывая статус ФИО1, являющегося подсудимым, его показания должны были быть оценены судом критически. Отмечает, что к ее показаниям, которые были последовательны и постоянны на протяжении всего процесса, суд отнесся критически.

Обращает внимание, что ею и свидетелем ФИО9 неоднократно в ходе предварительного расследования и на судебном разбирательстве указывалось, что похищенная ФИО1 арматура докупалась ею на ее средства сверх стоимости подписанного между ней и ФИО1 договора на строительство фундамента. При этом ФИО1 признавал факт приобретения арматуры дополнительно, как на очной ставке, так и в ходе судебного разбирательства в своих показаниях. Однако данное обстоятельство не было учтено при вынесении приговора. Отмечает, что если исходить из того, что суд на основании показаний ФИО1 посчитал, что ФИО1 правомерно вывозил с ее участка приобретенные им в рамках письменного договора материалы, которые, по мнению ФИО1, несмотря на то, что они были приобретены на ее денежные средства, он считал своими, то докупленная и вывезенная с ее участка ФИО1 арматура вообще не входила в расчет стоимости изначально подписанного между ними договора и докупалась на ее дополнительно оплаченные ФИО1 средства и данный факт ФИО1 подтверждает. Данный факт также подтверждает, что помимо условий письменного договора, который был заключен формально и для расчетов, между ней и ФИО1 действовали и устные договоренности, которые не были отражены письменно в договоре, в связи с нежеланием ФИО1 их туда включать. Это подтверждается показаниями свидетеля ФИО9 В частности, такой договоренностью было и то, что обрезные доски от фундамента в дальнейшем будут использоваться для возведения кровли дома, а чеки и финансовые документы на все приобретенные материалы ФИО1 обязался передать ей (Потерпевший №1) по окончанию строительства, как собственнику этих материалов, однако сделано этого им не было, в связи с сообщением ею ФИО1 о досрочном прекращении всех договорных отношений с ним после обследования выполненного ФИО1 объема работ специалистом строительного надзора ФИО7

Обращает внимание, что она и свидетель ФИО9 неоднократно указывали, что когда ФИО1 приобретал какие-либо материалы за свой счет, то он сразу же просил их возместить. Точно также он потребовал дополнительно оплатить докупленную сверх стоимости договора арматуру, которая и была похищена им впоследствии. Полагает, что судом не были приняты во внимание ее показания в части того обстоятельства, почему она согласилась заключить с ФИО1 письменные договоры, несмотря на его отказ о включении в них отдельных положений, в том числе касающихся чеков и платежных документов. Обращает внимание, что в ходе следствия и судебного разбирательства она отмечала, что если бы она отказалась заключать договоры с ФИО1, то могла бы потерять уплаченные ему и его поставщикам денежные средства за материалы, которые были оплачены по устной договоренности с ФИО1 еще до заключения всех договоров с ним. Письменные доказательства об этом также были представлены в ходе следствия. Отмечает, что ее показания подтверждаются показаниями свидетеля ФИО9

Полагает, что судом не было учтено, что между ней и ФИО1 было заключено три договора на строительство фундамента, коробки и кровли жилого дома. При том, что с ФИО1 была договоренность о строительстве всего дома и заключении одного единого договора. Однако ФИО1 впоследствии из-за того, что торопил со стройкой и был не готов проект дома, предложил разбить договоры на три и отказался заключать единый договор. Данное обстоятельство подтверждает устную договоренность о том, что доски от строительства фундамента должны были использоваться при строительстве кровли дома, к работам по которым ФИО1 даже не приступил, хотя денежные средства на закупку материала также получил, что подтверждается материалами дела.

Обращает внимание, что ею и свидетелем ФИО9 указан тот факт, что ФИО1 при разговоре неоднократно угрожал потерей денежных средств, которые были переданы ФИО1 по договору на строительство кровли дома, в случае досрочного прекращения с ним договорных отношений якобы в счет компенсации за потерянную выгоду.

Отмечает, что ФИО1 помимо хищения с ее участка обрезных досок и арматуры, не вернул переданные ему в качестве предоплаты на закуп материалов для кровли денежные средства в размере 400 000 рублей и 274 000 рублей за работы по договору на строительство коробки дома, которые выполнил некачественно и распорядился ими по своему усмотрению, чем причинил ей значительный ущерб.

Считает, что судом не дана полная оценка показаниям свидетеля ФИО7, который подтверждает наличие арматуры, находящейся на ее земельном участке, а также подтверждает возможность повторного использования досок от фундамента при обустройстве кровли дома. Данные доказательства противоречат показаниям ФИО1 и свидетелей ФИО11, ФИО10, ФИО12, ФИО13, которые являются знакомыми ФИО1 и работают с ним на взаимовыгодных условиях, что показывает их материальную зависимость и заинтересованность, соответственно суд должен был к их показаниям отнестись критически.

Обращает внимание, что судом не учтено, что ФИО1 вывез с ее участка купленные за ее счет стройматериалы на следующий день после того, как она ФИО1 устно объявила о прекращении с ним договорных отношений и предложила выяснить вопрос о взаиморасчетах. Сообщает, что она не давала разрешения ФИО1 что-либо вывозить с ее участка, однако он это сделал тайно. При этом ФИО1 среагировал на ее сообщение о расторжении договорных отношений эмоционально, сказав, что они об этом пожалеют. Указывает, что своими действиями ФИО1 причинил ей ущерб, поскольку она и ее супруг были вынуждены заново приобретать арматуру и доски, которые должны были использоваться для строительства дома в дальнейшем. Подтверждающие документы о приобретении этих материалов заново также были представлены в материалы дела. Просит отменить приговор суда.

Заслушав участников судебного разбирательства, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, апелляционной жалобе, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Судом соблюдены требования ст. 305 УПК РФ при вынесении оправдательного приговора. В частности судом в описательно-мотивировочной части приговора изложено существо предъявленного обвинения и обстоятельства дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого, доказательства их подтверждающие. Приговор не содержит формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного.

Рассмотрение уголовного дела судом проведено в соответствии с положениями гл. 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, гл. 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела. Нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела не допущено.

Нарушений прав потерпевшей стороны, на участие в судебном разбирательстве, поддержание обвинения и выступление в прениях не установлено. Судебное разбирательство продолжалось длительное время. Во всех процессуальных и судебных действиях потерпевшая принимала участие.

Из протокола судебного заседания усматривается, что суд, соблюдая принципы уголовного судопроизводства, в том числе принцип состязательности, закрепленный в ст. 15 УПК РФ, обеспечил сторонам равные права в предоставлении и исследовании доказательств. Все ходатайства участников процесса и в частности, заявленные стороной защиты, рассмотрены судом в порядке, предусмотренном ст. 271 УПК РФ, по ним приняты мотивированные решения, в том числе об удовлетворении ходатайств в случае их обоснованности.

Существо доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы сводится к необходимости переоценки выводов суда первой инстанции относительно доказательств, представленных стороной обвинения, каждое в отдельности и совокупность которых, как полагают авторы апелляционных доводов, является достаточным для признания ФИО1 виновным.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит, что данные доводы не могут являться основанием к признанию приговора незаконным или необоснованным для его отмены. Все без исключения доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы были предметом исследования суда первой инстанции и с приведением в приговоре убедительных мотивов обоснованно отклонены как не нашедшие своего подтверждения.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется.

Так, органом предварительного расследования ФИО1 обвинялся в том, что в период времени с 18:00 часов 21 октября 2021 года до 12:00 часов 23 октября 2021 года на территории земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, решил похитить имущество Потерпевший №1, расположенного на территории земельного участка с кадастровым номером № в <адрес>, на котором он выполнял обязанности разнорабочего.

Как полагает обвинение, непосредственно реализуя умысел на хищение имущества потерпевшей с причинением ей значительного ущерба, ФИО1, в указанное время, в указанном месте, воспользовавшись тем, что находящиеся на указанном участке ранее ему знакомые ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13 о его преступных намерениях не догадывались и не были в них посвящены, а кроме последних на указанном участке и поблизости никого нет и за его преступными действиями никто не наблюдает, осознавая незаконный и противоправный характер своих действий, а также то, что право пользования и распоряжения имуществом Потерпевший №1, последняя ему не давала, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде причинения материального ущерба собственнику и желая этого, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью личной наживы тайно похитил чужое имущество, а именно принадлежащие Потерпевший №1: металлическую арматуру диаметром 6 мм в количестве 25 штук, стоимостью 108 рублей за 1 штуку, на общую сумму 2 700 рублей; обрезные доски в количестве 66 штук объемом 3,96 кубических метров, стоимостью 16 000 рублей за 1 кубический метр, на общую сумму 63 360 рублей, а всего имущества на общую сумму 66 060 рублей.

Имущество Потерпевший №1, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13 по указанию ФИО1 сложили в кузов неустановленного следствием автомобиля, под управлением ФИО13, который также не был посвящен в преступные намерения ФИО1 С похищенным имуществом ФИО1 с места совершения преступления скрылся, в дальнейшем распорядился похищенным по своему усмотрению, причинив потерпевшей Потерпевший №1 значительный материальный ущерб на общую сумму 66 060 рублей.

Органом предварительного расследования действия ФИО1 квалифицированы по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину.

В судебных прениях прокурор изменил обвинение, предъявленное ФИО1 и просил квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, поскольку квалифицирующий признак совершения преступления с причинением значительного ущерба гражданину не нашел своего подтверждения (т. 3 л.д. 184).

Исследовав все представленные доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о том, что как в отдельности, так и в совокупности они не подтверждают обвинение ФИО1 в совершении преступления.

При этом суд правильно, с учетом пределов судебного разбирательства, как они определены ст. 252 УПК РФ, установил фактические обстоятельства дела. Выводы суда основаны на полном и всестороннем исследовании, с учетом требований ст.ст. 87, 88 УПК РФ, представленных в состязательном процессе сторонами доказательств, содержание и анализ которых подробно приведен в приговоре.

Судом, как того и требует закон, указаны мотивы, по которым были оценены как достоверные и приняты одни из доказательств и отвергнуты другие, а также доводы, в обоснование позиции суда, в соответствии с которой он критически отнесся к ряду доказательств, как противоречащим установленным судом обстоятельствам дела. Выводы суда являются правильными, сомнений в этом у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оправданный ФИО1 в своих показаниях, данных в суде и производстве предварительного расследования (т. 2 л.д. 2-6, 17-20), вину не признал и указал, что не похищал имущества потерпевшей. В начале 2021 года между ним и Потерпевший №1 было заключено три договора: на заливку фундамента, постройку коробки дома и отдельно на кровлю дома. Перед строительством фундамента, Потерпевший №1 передала ему денежные средства на общую сумму 645 000 рублей, согласно актов приема передачи денежных средств. Указанные денежные средства использовались на заработную плату рабочих и для приобретения строительных материалов. Строительство фундамента планировалось произвести из опалубки, которая имелась у ФИО1, однако длина фундамента дома потерпевшей составляла около шести метров и нужен был дополнительный материал, в особенности доска. Таким образом, на участок потерпевшей он частично привез арматуру и деревянные доски. По достигнутой договоренности закупка строительного материала для заливки фундамента входила в стоимость договора. При этом материалы для строительства фундамента: доски, арматура, пленка, степлер и т.д. были у него в наличии, поскольку он их использовал на других объектах. Он докупал недостающее количество досок из своего денежного вознаграждения, входящего в стоимость работ по договору. Когда фундамент был залит, во время строительства коробки дома между ним и Потерпевший №1 произошло недопонимание и она решила расторгнуть договор. После расторжения договора с Потерпевший №1 он вывез с участка инструменты, строительный вагончик, а также доски в виде опалубки и привезенную им арматуру. Отдельно от Потерпевший №1 он не получал денежные средства для того, чтобы приобретать строительные материалы, они приобретали все сами и привозили доставкой. На момент строительства у него был свободный доступ к земельному участку, на котором велось строительство. Арматуру он лично не загружал, рабочим было дано указание загрузить строительные материалы, которые использовались при строительстве фундамента.

В обоснование виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ стороной обвинения представлены доказательства, которые, как считает обвинение, непосредственно подтверждают его виновность.

В соответствии с показаниями потерпевшей Потерпевший №1, данных в суде и при производстве предварительного расследования (т. 1 л.д. 131-138), из которых следует, что ФИО1 она нашла по объявлению на сайте «<данные изъяты> в марте 2021 года он предложил услуги проектировщика и подрядчика по строительству дома. Поскольку изготовление проекта затянулось, они обратились к другому проектировщику. Когда была готова проектная часть фундамента, они заключили с ФИО1 договоры, в том числе договор на возведение фундамента дома. Стоимость договора составляла 645 000 рублей, включая работу и материалы, из которых 550 000 рублей были переданы ФИО1 на начальном этапе, а оставшаяся сумма по окончании работ. Между ними была достигнута устная договоренность о том, что по окончании работ ФИО1 предоставит чеки на строительные материалы, обрезные доски обернет в целлофан и они в последующем будут использованы в качестве перекрытия для возведения кровли. При возведении коробки к ФИО1 возникли претензии по качеству работы, в связи с чем 22 октября 2021 года ФИО1 было направлено уведомление, потерпевшая зафиксировала на фото и видео наличие строительного материала. 23 октября по приезду на участок было обнаружено отсутствие строительного вагончика, обрезной доски 6 метровой толщиной 5 и 20 мм. В количестве 66 штук, и арматуры диаметром 6 мм. в количестве 25 прутков. Приобретенные для строительства фундамента арматура и доски 3,96 метра кубических в количестве 66 штук размером 50Х200Х6000 мм, стоимостью 16 000 за метр кубический на сумму 63 360 рублей доски привезены 17 июля 2021 года, планировалось использовать в дальнейшем при возведении крыши жилого дома, для чего обрезная доска была запакована в черный целлофан для сохранности. Доставку и приобретение данных материалов организовал ФИО1 и о том, что данные материалы должны были использоваться только при дальнейшем строительстве, он достоверно знал, данные вопросы с ним обсуждались, разрешения на их вывоз у него не имелось, данные материалы ФИО1 не дарились. Строительные материалы приобретались за ее счет, а не за счет ФИО1 Фактически ФИО1 только организовывал приобретение строительных материалов путем нахождения продавцов и дальнейшую доставку. Причиненный ей ущерб считает значительным.

Свидетель ФИО9, являющийся супругом потерпевшей Потерпевший №1, в своих показаниях указал на аналогичные обстоятельства дела, что и потерпевшая.

Согласно показаний свидетеля ФИО7, данных в суде и при производстве предварительного расследования (т. 1 л.д. 197-199), он <данные изъяты>». В конце октября 2021 года он оказывал содействие Потерпевший №1, производил осмотр участка и строящегося дома. Свидетель отметил, что работы по укладке газоблока были выполнены некачественно, он сделал снимки допущенных нарушений, а также составил акт-предписание о качестве выполненных работ. Свидетель подтвердил, что на участке находились доски, которые частично были покрыты пленкой. Там же находилась арматура, которая лежала в одной куче, один прут был длиной около шести метров. Примерно в октябре-ноябре 2021 года в утреннее время суток он приехал на участок Потерпевший №1 для приема-передачи выполненных работ. На участке не было строительного вагончика, досок, которые находились на участке, а также арматуры. Потерпевший №1 сказала, что все те доски и арматура принадлежат ей, а строительный вагон принадлежит ФИО1 Также Потерпевший №1 предположила, что вывезти доски и арматуру, которая находилась на территории ее участка, мог только ФИО1

Согласно показаний свидетеля ФИО14, данных при производстве предварительного расследования (т. 1 л.д. 200-203), <данные изъяты> Данный свидетель проводил проверку по заявлению Потерпевший №1 о хищении ее имущества: досок и арматуры, производил осмотр места происшествия, отбирал объяснения от Потерпевший №1 и ФИО1, в которых каждый настаивал на правоте своих доводов.

Из показаний свидетеля ФИО8, данных при производстве предварительного расследования (т. 1 л.д. 204-206) установлено, что в сентябре 2021 года он заключил с ФИО1 договор на строительство дома. Все строительные материалы ФИО1 приобретал сам, на что ФИО8 давал ему свои денежные средства. Свидетель подтвердил, что на его участок были завезены доски, которые уже были ранее использованы и которые применялись в строительстве его дома.

Кроме того, судом исследованы и получили надлежащую оценку показания свидетелей ФИО11, ФИО10, ФИО13, ФИО12, которые приведены в обвинительном заключении в качестве доказательств стороны обвинения.

Так, свидетель ФИО11 в своих показаниях, данных в суде и при производстве предварительного расследования (т. 2 л.д. 125-126), следует, что он и его отец ФИО10 работали в составе бригады на участке Потерпевший №1 Свидетель показал, что на участок потерпевшей ФИО1, с другого объекта, до начала строительства завозились доски и арматура для строительства опалубки фундамента. Кроме того при строительстве опалубки использовались новые доски, завозилась дополнительная арматура.

На аналогичные обстоятельства дела указал в своих показаниях, данных в суде и при производстве предварительного расследования, свидетель ФИО10 (т. 1 л.д. 207-210).

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО13, данными при производстве предварительного расследования (т. 1 л.д. 218-221), в июне-июле 2021 года он на автомобиле с краном-манипулятором перевозил на участок Потерпевший №1 строительный вагончик и доски. Осенью 2021 года он также забирал с этого участки строительный вагончик и доски, которые перевезли на другой участок.

Данным показаниям соответствуют и показания свидетеля ФИО12, данные при производстве предварительного расследования (т. 1 л.д 215-217), работавшего под руководством ФИО1 на участке Потерпевший №1 Свидетель показал, что на участок были привезены доски, они были новые и в последующем они частично использовались в качестве опалубки для фундамента будущего дома. После того, как строительство фундамента было закончено и заказчиками была принята работа, они приступили к строительству коробки дома. Они разобрали опалубку и сложили ее на участке.

Как правильно указал суд первой инстанции, показания свидетелей ФИО11, ФИО10, ФИО13 и ФИО12 получены в установленном законом порядке, в ходе производства предварительного расследования уполномоченным на то должностным лицом.

Несмотря на то, что содержание их показаний, не только не изобличают ФИО1 в совершении преступления, но и подтверждают его версию защиты, они включены в качестве доказательства стороны обвинения в обвинительном заключении и их представляла в судебном следствии сторона обвинения. Таким образом, данные доказательства, являющиеся доказательством стороны обвинения, которые подтвердили фактические обстоятельства дела, обоснованно положены в основу оправдательного приговора и у суда не было оснований ставить под сомнение их достоверность, поскольку таковая не ставилась под сомнение ни органом предварительного расследования, ни государственным обвинителем, представлявшим сторону обвинения в досудебном и судебном производствах по настоящему делу.

Данные свидетели подтвердили тот факт, что материал, который использовался для строительства фундамента дома, была завезен на участок потерпевшей вместе с имуществом ФИО1, для строительства фундамента использовалась опалубка, привезенная с другого объекта. Кроме того, для строительства фундамента использовался и новый материал.

Кроме того судом первой инстанции исследованы и получили надлежащую оценку и другие доказательства, в том числе:

- заявление Потерпевший №1 от 23 октября 2021 года о хищении ее имущества (т. 1 л.д. 79);

- протокол принятия устного заявления от Потерпевший №1 о совершении в отношении нее преступления от 24 декабря 2021 года, по факту хищения в период времени с 21 октября 2021 года до 12:00 часов 23 октября 2021 года с территории земельного участка, расположенного в <адрес> ее имущества на общую сумму 50 280 рублей (т. 1 л.д. 89-81);

- протокол осмотра места происшествия от 27 июня 2022 года - земельного участка, расположенного в <адрес> (т. 1 л.д. 82-89);

- протокол осмотра места происшествия от 07 июня 2023 года - участка местности, расположенного вблизи <адрес>, куда при помощи манипулятора были привезены доски с участка Потерпевший №1 (т. 1 л.д. 90-94);

- накладные № 6 от 17 февраля 2022 года на приобретение Потерпевший №1 арматуры диаметром 6, 8, 12 мм; № 4818 от 17 мая 2022 года на приобретение Потерпевший №1 доски 50Х150Х6000 мм (т. 1 л.д. 111);

- договор № 3 подряда на строительство фундамента от 07 июля 2021 года между Потерпевший №1 и ФИО1, с приложениями, актами приема-передачи денежных средств по договору (т. 1 л.д. 112-114);

- договор № 4 подряда на строительство коробки жилого дома от 06 сентября 2021 года, заключенный между Потерпевший №1 и ФИО1, с приложением и актом приема-передачи денежных средств по договору (т. 1 л.д. 114 оборот – 115);

- договор № 5 подряда на устройство перекрытия и кровли жилого дома от 06 сентября 2021 года, заключенный между Потерпевший №1 и ФИО1, с приложением, акт приема-передачи денежных средств по договору (т. 1 л.д. 116-117).

- счет на оплату № 683 от 22 июля 2021 года, согласно которого «частное лицо» - покупатель приобрел арматуру диаметром 6, 12, 14 мм (т. 1 л.д. 156);

- свидетельство о государственной регистрации земельного участка с кадастровым номером № в <адрес> (т. 1 л.д. 177-186);

- протокол осмотра предметов от 20 января 2023 года – ДВД-Р диска с видеозаписью с участка с кадастровым номером № в <адрес> на котором свидетель ФИО9 поясняет где лежали доски (т. 1 л.д. 223-227, л.д. 228);

- протокол осмотра предметов от 24 марта 2023 года - фотографий с изображением земельного участка с кадастровым номером № в <адрес> (т. 1 л.д. 234-238, л.д. 239, л.д. 240-244);

- копии материалов гражданского дела №, находившегося в производстве <данные изъяты> по иску Потерпевший №1 к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами (т. 3 л.д. 2-38).

- представленная потерпевшей спецификация материалов – выдержка из проекта жилого дома (т. 3 л.д. 124-125).

Учитывая, что доказательства, представленные стороной обвинения и стороной защиты исследованы, и круг доказательств исчерпан, суд считает, что доказательства, предоставленные стороной обвинения, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не дают оснований для вывода о виновности подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния по следующим основаниям.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что доказательствами, представленными обвинением не опровергнут тот факт, что при строительстве фундамента ФИО1 использовал собственные материалы в виде обрезной доски и арматуры, а также что дополнительные материалы этого же наименования он приобрел за счет собственных средств, которые получил в качестве оплаты по договору на строительство фундамента.

При этом суд дал детальную оценку положениям договора от 07 июля 2021 года, согласно которого материалы и оборудование, необходимые для выполнения работ, предоставляются Подрядчиком (ФИО1) и входят в стоимость работ (п. 1.6), которыми оперирует сторона защита и которые обвинение считает несущественными.

На основании анализа всех доказательств суд пришел к верному выводу, что обстоятельства дела, которые обвинение расценивает как свидетельство виновности ФИО1, фактически следуют только из показаний потерпевшей Потерпевший №1 и свидетеля ФИО9, которые противоречат всем остальным доказательствам по делу, в том числе положениям договора на изготовление фундамента, заключенного между потерпевшей и оправданным.

Судом первой инстанции не ставилось под сомнение соответствие обвинения, предъявленного ФИО1 и содержания обвинительного заключения формальным требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе требованиям ст. 220 УПК РФ. Суд апелляционной инстанции также полагает, что препятствий к постановлению оправдательного приговора на основании материалов уголовного дела, не имелось.

Оправдательный приговор по своему процессуальному содержанию полностью соответствует требованиям ст. 305 УПК РФ, в том числе, в соответствии с п.п. 3, 4 указанной нормы, приведены основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

Вопреки апелляционным доводам государственного обвинителя и представителя потерпевшего (гражданского истца), доказательства по делу, в том числе показания допрошенных лиц, приведены надлежащим образом, соответствуют протоколам следственных действий и протоколам судебного заседания.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в основе уголовного преследования ФИО1 находится спор между Потерпевший №1 и ФИО1 о принадлежности материала, который использовался для изготовления фундамента: доски и арматуры. При этом каждая из сторон договора, исходя из условий договора и сопутствующих данному договору устных договоренностей полагает, что вывезенное имущество принадлежит ему.

Действия ФИО1, который не оспаривал факт открытого перемещения с участка Потерпевший №1 своего имущества, в числе которого находились доски и арматура, используемые оправданным в своей деятельности по строительству в качестве инструмента для строительства фундамента (составные части опалубки), расценены потерпевшей и обвинением как хищение.

Вместе с тем, согласно примечания 1 к ст. 158 УК РФ, под хищением в статьях УК РФ понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Как установил суд, ФИО1, действуя в своих интересах, исходил из того, что перемещает с участка Потерпевший №1 принадлежащее ему имущество. На данное обстоятельство указывал ФИО1 в своих показаниях, данных на предварительном следствии и в суде, свидетели, указывающие на использование материалов, принадлежащих ФИО1 при строительстве фундамента, а также все доказательства по делу, ни одно из которых не подтверждает наличие в действиях ФИО1 признаков хищения.

При отсутствии в действиях оправданного таких признаков хищения, как совершенные с корыстной целью и безвозмездно, действия в отношении чужого имущества, несмотря на его изъятие, не может расцениваться как хищение, в том числе кража в соответствии с диспозицией ст. 158 УК РФ.

Всем доводам обвинения, в том числе высказанным потерпевшей Потерпевший №1, судом первой инстанции дана надлежащая оценка. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что приведенные апелляционные доводы, в том числе касающиеся обстоятельств расторжения заключенных договоров, конфликта между потерпевшей и оправданным, обстоятельств последующего гражданского судопроизводства по разрешению возникших споров, не влияют на существо оправдательного приговора, поскольку данные обстоятельства не влияют на юридические основания, по которым принято решение о постановлении в отношении ФИО1 оправдательного приговора.

Таким образом, сторона обвинения не представила ни одного доказательства, которое бы опровергало доводы защиты относительно того, что ФИО1, вывозя из числа своего имущества с участка Потерпевший №1 спорные предметы: доску и арматуру, действовал с целью совершения хищения.

То есть отсутствует совокупность относимых, допустимых и достоверных доказательств, которые бы указывали, что оправданный ФИО1 совершил преступление, предусмотренное п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Вопреки апелляционным доводам прокурора, суд первой инстанции дал оценку в том числе обстоятельствам, касающимся предмета спора - металлической арматуры, диаметром 6 мм в количестве 25 штук, стоимостью 108 рублей за 1 штуку, на общую сумму 2 700 рублей. Как следует из обстоятельств дела, данный предмет относится к числу средств, необходимых для строительства фундамента (формирование опалубки), по этой причине нельзя рассматривать вывоз с участка остатков арматуры отдельно для оценки действий оправданного.

Потерпевшей представлено доказательство в виде платежного документа о покупке арматуры неизвестным лицом (т. 1 л.д. 156), к которому суд обоснованно отнесся критически, как закономерному следствию критической оценки показаний потерпевшей в целом, которые на основании анализа всех доказательств в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, мотивированно признал недостоверными.

Как следует из материалов дела, часть доски и арматуры для строительства опалубки завозились ФИО1 на участок потерпевшей до начала строительства, а часть закупалась непосредственно в процессе строительства. Относительно принадлежности и объемов использованного материала между Потерпевший №1 и ФИО1 имеется спор. Вместе с тем, данные факты и сомнения, правильно истолкованные судом в пользу оправданного, согласно ч. 3 ст. 14 УПК РФ, не влияют на наличие в действиях оправданного признаков хищения.

Несмотря на возражения стороны обвинения, выводы суда полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции. Тем самым доводы, озвученные прокурором в суде апелляционной инстанции о недостатках обвинительного приговора, не могут выступать веским основанием для его отмены с целью повторного рассмотрения дела, поскольку на существо оправдательного приговора высказанные прокурором сомнения повлиять не способны.

Ни один из апелляционных доводов государственного обвинителя и потерпевшей не нашел своего подтверждения при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поскольку они в своей совокупности направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, положенных в основу оправдательного приговора. Иных доводов, которые могли бы являться основанием для отмены оправдательного приговора ввиду несоблюдения процедуры уголовного судопроизводства, ограничения или несоблюдения прав участников, участниками приведено не было и суд апелляционной инстанции таковых не установил.

Другие доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы не содержат сведений об обстоятельствах, которые могут повлиять на решение суда. Они также были предметом исследования суда первой инстанции, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и выводов суда, на иное применение и толкование норм закона, в связи с чем, они не могут повлечь отмену правильного по существу приговора.

Поскольку вопрос виновности ФИО1 непосредственно связан с предметом гражданского иска, заявленного в уголовном деле, судом принято верное решение об оставлении его без рассмотрения, что не препятствует потерпевшей Потерпевший №1 продолжить защиту своих имущественных прав порядке гражданского судопроизводства относительно принадлежности спорного имущества при отсутствии в действиях ФИО1 признаков хищения.

Вопросы о мере пресечения в отношении оправданного и судьбе вещественных доказательств, судом разрешен надлежащим образом.

Таким образом, оправдательный приговор отмене по доводам апелляционного представления, апелляционной жалобы и иным основаниям не подлежит.

Руководствуясь ст. 389.13, п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ :

приговор Сосновского районного суда Челябинской области от 03 октября 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора Сосновского района Челябинской области Мичурина Е.В., апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления, в законную силу с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий