Приговор № 1-29/2017 от 31 октября 2017 г. по делу № 1-29/2017

№1-29/2017

(63948)


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пос. Ягодное. 24 ноября 2017 года.

Ягоднинский районный суд Магаданской области в составе:

председательствующего судьи Дьяченко В.А.,

при секретаре Воротило Т.Р.,

с участием:

государственного обвинителя: старшего помощника прокурора Ягоднинского района Магаданской области Рейзер И.В.,

потерпевшей Потерпевший №2,

подсудимого ФИО1,

защитников подсудимого:

- адвоката Второй Магаданской областной коллегии адвокатов ФИО2, представившей удостоверение №310 от 08 декабря 29010 года и ордер №1574 от 23 октября 2017 года,

- адвоката Магаданской областной коллегии адвокатов ФИО3, представившего удостоверение №180 от 20 августа 2004 года и ордер №2232 от 01 ноября 2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, "дата" года рождения, уроженец <адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего <данные изъяты> образование, <данные изъяты>, работающего <данные изъяты> зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, <данные изъяты>,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1 совершил халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление совершено в пос. Ягодное Ягоднинского района Магаданской области при следующих обстоятельствах.

Приказом врио начальника отделения министерства внутренних дел Российской Федерации по Ягоднинскому району Магаданской области (далее по тексту Отд МВД России по Ягоднинскому району) №103л/с от 02 октября 2015 года прапорщик полиции ФИО1 назначен на должность полицейского-кинолога группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых, с 03 октября 2015 года.

В соответствии с контрактом о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации (далее по тексту ОВД РФ) от 03 октября 2015 года на ФИО1 возложены обязательства, связанные с прохождением службы в ОВД РФ, по добросовестному выполнению служебных обязанностей в соответствии с данным контрактом, должностным регламентом (должностной инструкцией).

Как должностное лицо государственного органа исполнительной власти - полиции, ФИО1 обладал правами и обязанностями, и в своей служебной деятельности руководствовался положениями Конституции Российской Федерации, Федерального закона РФ №3-ФЗ от 07 февраля 2011 года «О полиции», Федерального закона РФ №103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом МВД РФ №950 от 22 ноября 2005 года (далее по тексту Правила), Наставлением по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденным Приказом МВД РФ №140-дсп от 07 марта 2006 года (далее по тесту Наставление), а именно:

- статьёй 15 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой органы государственной власти, должностные лица обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы;

- статьёй 45 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации;

- статьёй 52 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причинённого ущерба;

- статьёй 2 Федерального закона РФ «О полиции», в соответствии с которой основными направлениями деятельности полиции являются защита личности, общества, государства от противоправных посягательств; предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений;

- пунктом 14 части 1 статьи 12 Федерального закона РФ «О полиции», в соответствии с которым на полицию возлагаются обязанности содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключённых под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел;

- пунктом 2 части 1 статьи 27 Федерального закона РФ «О полиции», в соответствии с которым сотрудник полиции обязан выполнять свои служебные обязанности в соответствии с должностным регламентом (должностной инструкцией);

- статьёй 15 Федерального закона РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которой в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации;

- статьёй 34 Федерального закона РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которой подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором и передвигаются по территориям этих мест под конвоем либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей;

- статьёй 49 Федерального закона РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которой основанием освобождения подозреваемых и обвиняемых из-под стражи являются: судебное решение, вынесенное в порядке, предусмотренном законом; постановление следователя, органа дознания;

- пунктом 1 Правил, в соответствии с которым подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в изоляторе временного содержания, обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный Федеральным законом РФ №103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел;

- пунктом 3 Правил, в соответствии с которым подозреваемым и обвиняемым запрещается закрывать лампы освещения и совершать иные действия, которые затрудняют наблюдение за поведением содержащихся в камере лиц, а также закрывать «глазок»;

- пунктом 8 Наставления, в соответствии с которым охрана подозреваемых и обвиняемых предусматривает комплекс организационных и практических мер, осуществляемых в целях недопущения побегов указанных лиц, защиты их от нападения, пресечения проникновения на охраняемую территорию посторонних лиц, незаконного выноса (вывоза) имущества либо проноса (провоза, передачи) предметов, веществ и продуктов питания, запрещённых к хранению и использованию подозреваемыми и обвиняемыми, обеспечения исполнения судебных решений, режимных и иных требований, а также мероприятий, предусмотренных федеральными законами и другими нормативными правовыми актами;

- пунктом 10 Наставления, в соответствии с которым содержание подозреваемых и обвиняемых состоит в обеспечении надлежащего режима их изоляции, раздельного размещения и осуществления постоянного надзора за ними, с целью исключения возможности скрыться от следствия и суда, сокрыть вещественные доказательства, воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу или продолжить заниматься преступной деятельностью;

- пунктом 103 Наставления, в соответствии с которым постовой внутреннего поста у камер с подозреваемыми и обвиняемыми при заступлении на пост проверяет совместно со сменяющимся полицейским (милиционером), дежурным изолятора временного содержания (помощником дежурного), начальником ИВС состояние и исправность оборудования камер, кроватей, окон, решёток, полов, потолков, стен, отопительных систем, вентиляции, сигнализации, дневного и ночного освещения; не оставляет поста ни при каких обстоятельствах до прибытия смены; при нарушениях подозреваемыми и обвиняемыми установленных Правил внутреннего распорядка в ИВС требует (через дверную форточку) прекращения нарушения, при неподчинении вызывает на пост дежурного ИВС или руководителей ИВС.

В соответствии с должностным регламентом (должностной инструкцией) полицейского-кинолога группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых Отд МВД России по Ягоднинскому району ФИО1, утверждённой 18 апреля 2016 года начальником Отд МВД России по Ягоднинскому району, с которым ФИО1 был ознакомлен 18 апреля 2016 года, ФИО1 в случае служебной необходимости исполняет обязанности постового внутренней охраны ИВС, при этом обязан:

- пункт 8.15.1 - при заступлении на пост проверять совместно со сменяющимся полицейским, дежурным группы режима ИВС, начальником ИВС либо с заместителем начальника ИВС, состояние и исправность оборудования камер, кроватей, окон, решёток, полов, потолков, стен, отопительных систем, вентиляции, сигнализации, дневного и ночного освещения;

- пункт 8.15.3 - не оставлять пост ни при каких обстоятельствах до прибытия смены;

- пункт 8.15.4 - осуществлять постоянный надзор за поведением подозреваемых и обвиняемых в камерах через дверные «глазки», бесшумно передвигаясь по коридору, точно и строго соблюдать правила по их охране при выходе из камер;

- пункт 8.15.7 - при нарушениях подозреваемыми и обвиняемыми установленных Правил внутреннего распорядка в ИВС требовать (через дверь) прекращения нарушения, при неподчинении - вызывать на пост дежурного группы режима ИВС или руководство ИВС.

Таким образом, сотрудник полиции ФИО1 является должностным лицом правоохранительного органа, постоянно наделённым распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости и обладающим правом принимать решения обязательные для исполнения гражданами, то есть является представителем власти.

Обладая вышеуказанными правами и обязанностями в отношении подозреваемых, обвиняемых и осуждённых, содержащихся в изоляторе временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району (далее по тексту ИВС), в том числе требовать от указанных лиц соблюдения установленных правил внутреннего распорядка, полицейский-кинолог группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ИВС, исполняя обязанности постового внутренней охраны ИВС, совершил халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересовобщества и государства.

Так, в период с 20 часов 15 минут 19 ноября 2016 года до 04 часа 00 минут 10 декабря 2016 года ФИО4, осужденный "дата" Ягоднинским районным судом к наказанию в виде 09 лет 09 месяцев лишения свободы за совершение особо тяжкого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и ФИО5, осужденный "дата" Ягоднинским районным судом к наказанию в виде 09 лет 09 месяцев лишения свободы за совершение особо тяжкого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, находясь в предварительном заключении, в помещении камеры №5 изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району, вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на противоправное, самовольное уклонение от отбытия наказания в виде лишения свободы, то есть на совершение побега из-под стражи. С этой целью, ФИО4 и ФИО5, при помощи инструмента, приспособленного для повреждения металлических решеток, установленных в окне указанной камеры №5 ИВС, действуя совместно и согласованно, в период с 20 часов 15 минут 19 ноября 2016 года до 04 часов 00 минут 10 декабря 2016 года поочередно перепиливали решетки, установленные с внутренней и внешней сторон в окне камеры №5 ИВС, при этом, не производя их полного распила.

09 декабря 2016 года, в 09 часов 00 минут, полицейский-кинолог группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ИВС ФИО1 заступил на службу на суточное дежурство по исполнению обязанностей постового внутренней охраны изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району, расположенному по адресу: <адрес>, по охране содержащихся под стражей ФИО4 и ФИО5, и обеспечению соблюдения последними установленных правил внутреннего распорядка.

В период несения службы с 09 часов 00 минут 09 декабря 2016 года до 09 часов 00 минут 10 декабря 2016 года, ФИО1 в силу имеющихся профессиональных знаний, практического опыта, исполняя обязанности постового внутренней охраны ИВС, имея реальную возможность для надлежащего их исполнения, проявляя преступную небрежность и недобросовестно относясь к исполнению своих служебных обязанностей,возложенных на него вышеуказанными Наставлением и должностным регламентом (должностной инструкцией), не предвидя общественно-опасных последствий в виде побега осужденных ФИО4 и ФИО5 из ИВС, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, имея на то полномочия и, соответственно, предотвратить их наступления, нарушил возложенные на него обязанности, что выразилось в следующем:

- в нарушение пункта 103 Наставления и пункта 8.15.1 должностного регламента (должностной инструкции), при заступлении на пост не проверил совместно со сменяющейся дежурной сменой ИВС "У" и "ЕЕ" состояние и исправность оборудования камер, окон и решёток;

- в нарушение пункта 103 Наставления и пунктов 8.15.3 и 8.15.4 должностного регламента (должностной инструкции), ФИО1 в период суточного дежурства неоднократно оставлял пост внутренней охраны ИВС до прибытия смены и не осуществлял постоянный надзор через дверные «глазки» за поведением содержащихся под стражей в камере №5 ИВС ФИО4 и ФИО5, при этом достоверно зная о том, что последние осуждены за совершение особо тяжких преступлений против личности, характеризуются отрицательно, а, кроме того, ФИО5 имел судимость и суицидальную наклонность;

- в нарушение пункта 103 Наставления и пункта 8.15.7 должностного регламента (должностной инструкции), ФИО1 в период суточного дежурства не потребовал от содержащихся под стражей ФИО4 и ФИО6 и не пресек нарушения ими пункта 3 установленных Правил внутреннего распорядка в ИВС, а именно удаления затрудняющего наблюдение за их поведением в камере №5 ИВС фрагмента бумаги, закрывающей «глазок», а также, не принял мер к устранению указанного нарушения.

В результате ненадлежащего исполнения ФИО1 обязанностей постового внутренней охраны изолятора временного содержания, вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, содержащиеся под стражей в ИВС ФИО4 и ФИО5, воспользовавшись отсутствием постоянного надзора за их поведением, незаконно имеющимся в своём распоряжении инструментом, приспособленным для повреждения металлических решеток, осуществили полный распил прутьев решетки и отделив с внутренней и внешней сторон по одному фрагменту решетки, через образовавшееся отверстие в окне камеры №5 ИВС, поочерёдно покинули помещение указанной камеры, тем самым совершили побег из - под стражи из ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району, расположенного по адресу: <адрес>, (здание без указания номера).

10 декабря 2016 года при смене дежурства в ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району заступающим на дежурство "Ю" обнаружен факт совершенного побега из-под стражи ФИО4 и ФИО5 и в этот же день следователем СО Отд МВД России по Ягоднинскому району в отношении последних возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 313 УК РФ.

10 декабря 2016 года в целях стабилизации оперативной обстановки, ликвидации последствий чрезвычайного обстоятельства и поддержания правопорядка на территории Магаданской области, привлечения сил и средств для проведения специальной операции по розыску и задержанию совершивших побег из-под стражи ФИО4 и ФИО5, на территории Ягоднинского, Сусуманского, Среднеканского районов, с целью розыска преступников и перекрытия выездов из п. Ягодное, был введен план «Перехват», до завершения мероприятий по розыску преступников.

Проведёнными розыскными мероприятиями 13 декабря 2016 года ФИО4 и ФИО5 были обнаружены в посёлке <адрес> и задержаны сотрудниками УФСБ России по Магаданской области в Ягоднинском районе.

Приговором Ягоднинского районного суда от "дата" ФИО4 и ФИО5 были признаны виновными и осуждены за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 313 УК РФ.

Таким образом, ненадлежащее исполнение полицейским-кинологом группы охраны и конвоирования изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых ФИО1 обязанностей постового внутренней охраны изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району, вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, привело к побегу содержащихся под стражей ФИО4 и ФИО5 из ИВС и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в следующем.

Существенно нарушены конституционные права и законные интересы потерпевшей Потерпевший №2, предусмотренные статьёй 45 Конституции Российской Федерации и гарантирующие государственную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, поскольку в связи совершенным побегом из-под стражи осужденных ФИО4 и ФИО5 создалась реальная угроза для ее жизни и здоровья, так как она являлась свидетелем по уголовному делу по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Совершив побег из-под стражи и оказавшись на свободе, осужденные ФИО4 и ФИО5 тем самым уклонились от назначенного им судом наказания за совершенные преступления, чем были существенно нарушены конституционные права и законные интересы потерпевшего "О", предусмотренные статьей 52 Конституции Российской Федерации, гарантирующие охраняемые законом права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причинённого ущерба.

Кроме того, существенно нарушены охраняемые законом интересы общества и государства, что выразилось в следующем:

- в розыске совершивших побег из-под стражи ФИО4 и ФИО5 в период с 10 по 13 декабря 2016 года были задействованы сотрудники УФСБ России по Магаданской области в Ягоднинском районе, УМВД России по Магаданской области, Отд МВД России по Ягоднинскому району, Отд МВД России по Сусуманскому району, Отд МВД России по Среднеканскому району, а также транспортные средства указанных правоохранительных органов;

- на мероприятия по розыску совершивших побег из-под стражи ФИО4 и ФИО5 правоохранительными органами были затрачены денежные средства в общей сумме 145 683 рубля 68 копеек, в том числе: на горюче-смазочные материалы - 93 883 рубля 68 копеек, на командировочные расходы - 51 800 рублей;

- побег из-под стражи ФИО4 и ФИО5 дезорганизовал деятельность правоохранительных органов в связи с отвлечением сил и средств на их розыск и задержание;

- факт совершенного побега из-под стражи ФИО4 и ФИО5 привел к возникновению у населения сомнений в способности правоохранительных органов обеспечивать надлежащую изоляцию арестованных от общества, что выразилось в подрыве авторитета УМВД России по Магаданской области - Отд МВД России по Ягоднинскому району и формирование у граждан негативного представления о способности правоохранительных органов по обеспечению защиты личности, общества, государства.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал и по обстоятельствам дела показал, что с октября 2015 года по декабрь 2016 года он работал в изоляторе временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району в должности полицейского-кинолога и в его обязанности входило присутствовать при осмотре камер с собакой, выставлять собаку на глухую привязь, не допускать нападения, во время несения службы снимать с собаки намордник. Собака в ИВС была признана непригодной для несения службы, но он за ней ухаживал, кормил. Также согласно его должностному регламенту в случае служебной необходимости он выполнял обязанности постового внутреннего поста и конвоира. Со своим должностным регламентом он был ознакомлен. Для выполнения обязанностей постового никакого приказа не издавалось, он выполнял эту работу по устному указанию руководства. Он в устной форме доводил до сведения руководства ИВС о большой нагрузке в связи с необходимостью выполнения обязанностей по нескольким должностям. По четвергам у них проводились занятия, на которых они изучали и конспектировали нормативные документы, регламентирующие деятельность изоляторов временного содержания. В ИВС было всего три смены в составе дежурного и постового. В 2016 году в ИВС работали дежурными "У", "Ю" и "Е", постовыми - он, "ЕЕ" и "Э", а также начальник ИВС "Н" и его заместитель "Я". На суточное дежурство заступали дежурный и постовой. График их работы был разный, то есть сутки через двое или бывало сутки через сутки. Также между сменами их привлекали к работе в качестве конвоиров. В декабре 2016 года он постоянно заступал на смену постовым с дежурным "Е". Когда они приходили в ИВС, сразу принимали смену. Дежурные при этом проверяли камеры, а он со сменяющимся постовым шли на кухню, там он принимал посуду, смотрел, чтобы все было чисто в помещении ИВС. При приемке дежурства присутствовал начальник ИВС или его заместитель. Фактически проверка технического состояния камер, окон и решеток в его обязанности не входила, он не имел права заходить в камеры, в связи с чем он считает, что в данной части он не нарушил своих обязанностей. 08 декабря 2016 года его также привлекали к работе в качестве конвоира для конвоирования лиц в суд. 09 декабря 2016 года он заступил на суточное дежурство постовым вместе с дежурным "Е". Они принимали смену у дежурного "У" и постового "ЕЕ". При их заступлении на дежурство присутствовал заместитель начальника ИВС "Я". Заходили ли "Е" и "У" в камеру №5, где содержались тогда ФИО4 и ФИО7, и проверяли ли техническую укрепленность камеры или нет, он не видел. Он также никогда не видел, чтобы кто-либо из дежурных при приеме смены проверял оконные решетки в камерах. В ходе дежурной смены при обнаружении каких-либо нарушений, допущенных содержащимися в камерах лицами, он должен доложить об этом дежурному и потребовать от этих лиц прекратить противоправные действия. За время его работы от руководства ИВС к нему не было никаких замечаний по поводу его работы. 09 декабря 2016 года во время его смены кроме выполнения обязанностей постового он по указанию дежурного и руководства ИВС отвлекался от выполнения обязанностей постового для приготовления пищи для собаки, кормил ее, чистил снег во дворе ИВС, ездил за пищей для осужденных Барановского и ФИО7, кормил их, в связи с чем он также не считает, что он допускал нарушения своих обязанностей не покидать своего поста. В ночное время с 09 на 10 декабря 2016 года он также не имел возможности постоянно находиться возле камер и наблюдать через глазок за поведением осужденных, так как он целый день был занят работой и ему такого указания со стороны дежурного Волосиенко не поступало. Периодичность наблюдения через дверной глазок за содержащимися в камерах лицами ничем не установлена. Он вел такое наблюдение примерно один раз в час, два или три часа. В камере №5 ИВС имеется две двери. На правой двери, за которой находится туалет, то есть приватзона, есть дверной глазок, который постоянно закрыт изнутри бумагой. С этого глазка никогда бумага не убиралась. Это видели все работники ИВС, в том числе и руководство. Он спрашивал у руководства ИВС, почему этот глазок всегда закрыт, на что ему ответили, что так нужно, поскольку за этой дверью туалет. На левой двери камеры №5 также имелся дверной глазок, через который видно только левую часть камеры и частично правую ее часть. Окно и решетка правой части камеры через этот глазок не видна. Если убрать с глазка правой двери бумагу, то через его видно окно правой части камеры. В здании ИВС не было сигнализации, тревожной кнопки и наружного видеонаблюдения, что и послужило причиной совершенного осужденными Барановским и ФИО7 побега из-под стражи. 09 декабря 2016 года он во время дежурной смены докладывал дежурному "Е" о том, что глазок правой двери камеры №5 изнутри закрыт бумагой, но сам не требовал от осужденных Барановского и ФИО7, чтобы они сняли бумагу с этого глазка. "Е" в данной части также не предпринимал никаких действий.

Несмотря на непризнание подсудимым ФИО1 своей вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах его виновность подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Так, потерпевшая Потерпевший №2 в судебном заседании показала, что она является свидетелем по уголовному делу в отношении ФИО7, который совершил убийство ФИО8 и был осужден Ягоднинским районным судом к лишению свободы. В первой половине декабря 2016 года ей стало известно, что осужденный ФИО7 совершил побег из-под стражи из изолятора временного содержания в поселке Ягодное. Так как она была основным свидетелем по делу, узнав о побеге ФИО7, она сильно испугалась, полагая, что ФИО7, находясь на свободе, может из мести за ее показания в суде причинить ей и ее ребенку какой-либо вред, в связи с чем опасалась за свою жизнь и здоровье и за своего ребенка.

Потерпевший Потерпевший 1 в ходе предварительного расследования показал, что ФИО4 был осужден за совершение убийства его отца "И" к реальному лишению свободы. По данному уголовному делу он был признан потерпевшим. Впоследствии ему стало известно, что ФИО4 совершил побег из-под стражи, что стало возможным из-за халатного отношения к своим обязанностям со стороны должностных лиц ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району, которые не обеспечили исполнение назначенного ФИО4. наказания в виде лишения свободы. Таким образом, были нарушены его конституционные права и ему был причинен моральный вред (том №3, л.д. 129-131).

Свидетель "Д" в ходе предварительного следствия показал, что в должности начальника Отд МВД России по Ягоднинскому району он состоял с 02 декабря 2015 года. С момента его назначения на службу в Ягоднинском районе функционировал изолятор временного содержания, расположенный в <адрес>. Предъявленным требованиям изолятор временного содержания не соответствовал, в связи с чем, направлялись заявки в УМВД России по <адрес>, однако при должном несении охранно-конвойной службы содержание в ИВС лиц, задержанных за совершение преступлений, было возможным. 09 декабря 2016 года в 08 часов 30 минут, оперативным дежурным отделения заступила "Х" с помощником дежурного "В" В этот день на дежурство в ИВС по его устному приказу заступала смена в составе "Е" и ФИО1 При этом ФИО1 заступил на смену в связи со служебной необходимостью и исполнял обязанности постового внутреннего поста, что было предусмотрено его должностным регламентом. Также заступление ФИО1 в качестве постового внутреннего поста и исполнение им соответствующих обязанностей было указано в утвержденной им постовой ведомости расстановки нарядов по охране подозреваемых и обвиняемых. После прибытия заступающей смене наряда ИВС в составе дежурного "Е" и постового ФИО1 оперативным дежурным было выдано оружие и боеприпасы. После чего в 08 часов 45 минут произведен развод личного состава наряда в присутствии начальника следственного отделения "С", которым проводился инструктаж наряда, с разъяснением оснований применения оружия. Также выяснялся у заступающей смены вопрос о состоянии здоровья и возможности нести службу. Он также присутствовал при инструктаже наряда ИВС и после инструктажа им сделана запись в постовую ведомость расстановки нарядов. При заступлении на дежурство "Е" и ФИО1 жалоб на здоровье не предъявляли, каких-либо заявлений об их замене от них не поступало. После проведенного инструктажа, наряд изолятора временного содержания направился для несения службы в ИВС. При этом он в точности может пояснить, что ФИО1 знал и понимал, что заступает на суточное дежурство и им будут исполняться должностные обязанности именно постового внутреннего поста, а не обязанности полицейского кинолога. В случае невозможности заступления в наряд одного из сотрудников ИВС по состоянию здоровья, им был бы рассмотрен вопрос о замене больного сотрудника. Нареканий в отношении "Е" и ФИО1 не было, на службу прибывали вовремя и в в трезвом виде. С данными сотрудниками проводились служебные занятия, они знали службу ИВС, должны были нести службу согласно своего должностного регламента, в частности осуществлять постоянный надзор за подозреваемыми и обвиняемыми, находившимися в условиях ИВС. 09 декабря 2016 года в течении дня каких-либо чрезвычайных происшествий не произошло. В дневное время оперативный дежурный "Х" неоднократно созванивалась с нарядом ИВС с выяснением обстановки и при этом дежурный ИВС "Е" докладывал, что все в норме. 10 декабря 2016 года, примерно в 09 часов, в дежурную часть позвонил дежурный ИВС "Е" и сообщил, что при смене нарядов обнаружили побег осужденных ФИО4 и ФИО5 Был объявлен общий сбор и план «Сирена». В связи с проведенной проверкой действия должностных лиц, дежуривших в период совершения побега, он и начальник следственного отделения привлечены к дисциплинарной ответственности за отсутствие контроля за несением службы наряда ИВС, а четверо сотрудников ИВС уволены. В 2016 году был не комплект двух сотрудников ИВС, имелись вакантные должности дежурного ИВС и одного полицейского группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых. В связи с этим при конвое сотрудники ИВС привлекались к несению службы по охране и конвоированию подозреваемых и обвиняемых между сменами, что учитывалось в графике работы дежурных смен ИВС, при этом сотрудники не перерабатывали, поскольку, учитывая небольшое число лиц, содержащихся в ИВС, сотрудники изолятора временного содержания заступали на суточное дежурство через сутки, перед заступлением у них был выходной день. Им утверждался график работы дежурных смен ИВС и в течение месяца вносились дополнения с учетом конвоев и в последующем в конце месяца утвержденный график работы дежурных смен ИВС направлялся в бухгалтерию для начисления денежного довольствия. Факты превышения установленного приказами МВД нормального времени работы сотрудника полиции ФИО1 имелись и были связаны со спецификой службы в органах внутренних дел, его работа является особым видом государственной службы и обусловлена выполнением конституционного значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Учитывая правовой статус сотрудников полиции, для них установлены особые требования и особые обязанности, обусловленные задачами, специфическим характером деятельности сотрудников полиции. У сотрудников ИВС имелись часы работы сверх установленной нормальной продолжительностью, которые оплачивались денежной компенсацией за переработку, а также предоставлялись дополнительные дни отдыха либо дни к отпуску, это не было запрещено законом. О фактах невозможности несения службы по причине усталости, чрезмерной нагрузки, превышением нормальной продолжительности служебного времени сотрудники ИВС, в том числе "Е" и ФИО1 с жалобами и заявлениями к нему не обращались. В соответствии с должностным регламентом полицейского-кинолога группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ИВС ФИО1, в его должностные обязанности входило исполнение обязанностей кинолога, а в случае служебной необходимости, исполнение обязанностей постового внутренней охраны. При этом служебная необходимость исходила из заступления на дежурство согласно графика работы дежурных смен ИВС. Какие-либо приказы в данном случае не издавались, и их не требовалось, поскольку исполнение обязанностей постового внутренней охраны ИВС предусматривалось должностным регламентом ФИО1 При заступлении на смену в качестве постового внутренней охраны ИВС ФИО1 был обязан нести службу именно как постовой внутренней охраны. О какой-либо конкуренции в исполнении обязанностей ФИО1 полицейским-кинологом либо постовым внутренней охраны у ИВС не могло быть и речи. Учитывая, что служебная собака была не пригодна к несению конвойной службы и находилась в ИВС на свободном выгуле, дежурная смена осуществляла ее кормление. Действительно в период деятельности ИВС в помещении отсутствовала охранная сигнализация и это было связано с отсутствием материального обеспечения (том №3, л.д. 139-143, том №5, л.д. 32-35).

Из показаний свидетеля "П", данных им в ходе предварительного следствия, следует, что в декабре 2016 года он исполнял обязанности заместителя начальника Отд МВД России по Ягоднинскому району. 09 декабря 2016 года дежурный группы режима изолятора временного содержания "Г" и полицейский-кинолог группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ИВС ФИО1 заступили на суточное дежурство и несли службу в ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району. 10 декабря 2016 года, в период несения службы "Г" и ФИО1 содержащиеся в ИВС под стражей ФИО4. и ФИО5 совершили побег из-под стражи. "Е" и ФИО1 заступили на службу на суточное дежурство в ИВС в соответствии с графиком дежурства сотрудников изолятора временного содержания, а также утвержденной им постовой ведомостью расстановки нарядов по обеспечению правопорядка в общественных местах на 09 декабря 2016 года. В изоляторе временного содержания имелась служебная собака, однако в соответствии с имеющимися документами пригодность ее к несению службы была оценена неудовлетворительно. При комиссионном обследовании ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району были установлены нарушения в материальном оснащении. Однако, несмотря на выявленные нарушения в материальном обеспечении ИВС, где отсутствовала охранная сигнализация на окнах камер, а также не имелось внешнего видеонаблюдения территории изолятора временного содержания, при надлежащем несении службы сотрудниками ИВС обеспечение целей и задач по охране лиц, содержащихся под стражей, было возможным и являлось обязанностями сотрудников изолятора временного содержания (том №3, л.д. 186-189).

Свидетель "А" в судебном заседании показала, что в декабре 2016 года она состояла в должности помощника начальника Отд МВД России по Ягоднинскому району по работе с личным составом. В это время в отделении полиции в должности полицейского-кинолога изолятора временного содержания проходил службу ФИО1 Однако в связи со служебной необходимостью он также заступал на смену в качестве постового ИВС, что было предусмотрено его должностным регламентом. При этом никаких дополнительных приказов о выполнении обязанностей постового ИВС не издавалось, так как необходимости в этом не было. 09 декабря 2016 года ФИО1 заступил на дежурство в ИВС в качестве постового вместе с дежурным "Е". В период их дежурства содержащиеся в ИВС осужденные ФИО4 и ФИО7 совершили побег из-под стражи, о чем стало известно утром 10 декабря 2016 года.

Допрошенный в судебном заседании свидетель "Е" показал, что в декабре 2016 года он работал в изоляторе временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району в должности дежурного ИВС. 09 декабря 2016 года он вместе с постовым ФИО1 заступили на суточное дежурство. Утром этого дня был развод нарядов, с ними провели инструктаж, после чего они прибыли в ИВС. Он принял дежурство у сменяющегося дежурного "У". Им была осмотрена камера №5, где содержались осужденные ФИО4 и ФИО7. Больше никто в ИВС в то время не содержался. Все было в порядке, в том числе решетки на окнах камеры были целыми, без повреждений. Согласно его обязанностей он отвечает за исправность технических средств охраны, выполнение содержащимися в ИВС лицами внутреннего распорядка, контроль за несением службы постовым. В обязанности постового входит наблюдение за поведением содержащихся в камерах лиц, а также доставка пищи, кормление этих лиц, выводка их на прогулку. Во время отсутствия в помещении ИВС постового он выполняет его обязанности. В это время он контролирует поведение содержащихся в камерах лиц путем наблюдения через дверные глазки. В камере №5 две двери и он в ходе наблюдения за Барановским и ФИО7 смотрел в оба дверных глазка, никаких нарушений он при этом не выявлял. ФИО1 в течение дежурных суток с 09 на 10 декабря 2016 года осуществлял контроль за Барановским и ФИО7 через глазок в двери примерно 2-3 раза в час. О каких-либо происшествиях, в том числе о том, что в камере №5 изнутри закрыт дверной глазок бумагой, ФИО1 ему не докладывал. В случае обнаружения ФИО1 закрытого дверного глазка, он должен был потребовать от осужденных устранить это нарушение, а если осужденные не выполнили бы его требование, он обязан был доложить об этом ему. Через дверной глазок правой двери камеры №5 возможно определить техническое состояние решеток на окнах. В период дежурной смены с 09 на 10 декабря 2016 года ФИО1 покидал помещение ИВС лишь для получения пищи для осужденных, больше из ИВС никуда не отлучался и нес службу именно в качестве постового. ФИО1 лишь числился полицейским-кинологом, а фактически всегда выполнял обязанности постового ИВС, что было предусмотрено его должностным регламентом. В ИВС имелась служебная собака, но она была непригодной для несения службы и ее только кормили, ухаживали за ней не только ФИО1, а все сотрудники ИВС в ходе дежурной смены. Утром 10 декабря 2016 года он обнаружил, что осужденные ФИО4 и ФИО7 совершили побег из камеры №5 через окно, перепилив решетку. Изолятор временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району не соответствовал установленным нормам и правилам, поскольку в нем не имелось сигнализации, наружного видеонаблюдения и тревожных кнопок.

В ходе предварительного следствия при проведении очной ставки с ФИО1 свидетель "Е" подтвердил данные им ранее показания, в том числе показал, что в дежурную смену с 09 на 10 декабря 2016 года ФИО1 заступил на дежурство в качестве постового внутреннего поста ИВС. О том, что смотровой глазок правой двери камеры №5 закрыт и обзор через этот глазок осуществлять невозможно, ФИО1 ему не докладывал. В ходе этой дежурной смены ФИО1 отлучался для получения пищи для содержащихся в ИВС лиц, в остальном ФИО1 ничего от выполнения его обязанностей постового не отвлекало и не препятствовало наблюдать за содержащимися в камере №5 осужденными Барановским и ФИО7. В период службы он давал указания ФИО1 исполнять его непосредственные обязанности, а именно смотреть за поведением содержащихся в камере №5 Барановским и ФИО7, и о результатах осмотра камеры ФИО1 ему докладывал, что ФИО4 и ФИО7 находятся на месте, происшествий нет (том №5, л.д. 1-2-110).

Свидетель "Н" в судебном заседании показал, что в декабре 2016 года он состоял в должности начальника изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району. В ночь с 09 на 10 декабря 2016 года осужденные ФИО4 и ФИО7, содержавшиеся в камере №5 ИВС, совершили побег, перепилив решетку на окне этой камеры. В это время дежурила смена в составе дежурного Волосиенко и постового ФИО1. 09 декабря 2016 года дежурный Волосиенко принял смену у дежурного "У". Они вместе заходили в камеру №5, проверяли окна, решетки были без повреждений. ФИО1 на тот период времени состоял в должности полицейского-кинолога, однако согласно должностного регламента, в связи со служебной необходимостью, исполнял обязанности постового ИВС. В изоляторе временного содержания имелась служебная собака, однако она была непригодна для несения службы, в связи с чем ее только кормили и ухаживали за ней все сотрудники дежурной смены ИВС. В обязанности постового, кроме других обязанностей, также входит наблюдение за поведением содержащихся в камерах лиц через глазок в дверях камеры. Периодичность осуществления такого контроля через дверной глазок нормативными документами не установлена, однако на практике такая периодичность составляет примерно через каждых 10-30 минут. Работа дежурной смены в ИВС регулируется графиком дежурства, который составляется начальником ИВС, а также при фактическом заступлении на службу заполняется постовая ведомость. Во время дежурной смены постовой также выполняет другие работы, в том числе ездит за пищей для содержащихся в ИВС лиц, потом кормит их, выводит этих лиц на прогулки, чистит снег во дворе ИВС. Во всем постовой подчиняется дежурному ИВС и в его отсутствие дежурный выполняет обязанности постового. Во время дежурной смены с 09 на 10 декабря 2016 года ФИО1 ему на здоровье не жаловался, и ничего не говорил ему о своей усталости и невозможности нести службу. В камере №5 через дверные глазки видны окна и решетки на этих окнах. С сотрудниками изолятора временного содержания проводились занятия, в ходе которых изучались нормативные акты, регулирующие деятельность изоляторов временного содержания. Одной из причин, способствовавших совершению побега, является отсутствие сигнализации в помещении ИВС.

Допрошенный в судебном заседании "Я" показал, что в декабре 2016 года он состоял в должности заместителя начальника ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району. В ночь с 09 на 10 декабря 2016 года осужденные ФИО4 и ФИО7, которые содержались в камере №5 ИВС, совершили побег из-под стражи через окно, перепилив оконную решетку. В эту ночь дежурство в ИВС осуществляли дежурный Волосиенко и постовой ФИО1. 09 декабря 2016 года он осматривал камеру №5, все находилось в исправном состоянии, в том числе и решетки окон. Камера №5 состоит из двух комнат. В правой комнате находится туалет, в связи с чем осужденные ФИО4 и ФИО7 периодически закрывают дверной глазок правой двери, когда пользуются туалетом. В связи с чем сотрудники дежурной смены требуют от осужденных, чтобы они убирали с глазка бумагу для обеспечения видимости через глазок. Если осужденные не выполняют этого требования, то дежурный предпринимает все необходимые меры для устранения этого нарушения. Постовой, в том числе и ФИО1, осуществляют наблюдение за осужденными через дверной глазок примерно один раз в 30 минут в дневное время и примерно раз в 15 минут - в ночное время. Периодичность такого наблюдения нормативными документами не установлена. Кривошеев состоял в должности полицейского-кинолога, но фактически постоянно выполнял обязанности постового, а также привлекался в качестве конвойного. Эти обязанности были закреплены в его должностном регламенте. Кроме того, имеющаяся в ИВС служебная собака была непригодной к несению службы и ее только кормили и ухаживали за ней не только ФИО1, но и все сотрудники ИВС. ФИО1 никогда, в том числе и во время дежурной смены с 09 на 10 декабря 2016 года, не обращался к нему с претензиями и жалобами на загруженность в работе в связи с выполнением других обязанностей, не говорил о невозможности нести службу постового. В изоляторе временного содержания имелось внутреннее видеонаблюдение в следственном кабинете и двух продолах помещения ИВС, сигнализации и наружного видеонаблюдения не было.

В судебном заседании свидетель "Х" показала, что она состоит в должности оперативного дежурного Отд МВД России по Ягоднинскому району. 09 декабря 2016 года она находилась на суточном дежурстве и в этот день в дежурную смену в изолятор временного содержания заступали дежурный ИВС "Е" и постовой ФИО1. Перед заступлением на дежурство проводился инструктаж, выяснялось у заступающей смены состояние здоровья и возможность несения службы. От "Е" и ФИО1 никаких таких жалоб на здоровье и иных заявлений не поступало. Потом в течение дежурных суток она несколько раз звонила в ИВС, "Е" докладывал обстановку, никаких происшествий не было, но 10 декабря 2016 года, в 09 часов 10 минут, в дежурную часть позвонил Волосиенко и сообщил, что осужденные ФИО4 и ФИО7 совершили побег из-под стражи из изолятора временного содержания. Согласно приказов она обязана лично проверять несение службы в изоляторе временного содержания, но фактически выполнять это она не может, так как помещение ИВС находится на значительном расстоянии от отделения полиции, а она не имеет права покидать помещение дежурной части.

Свидетель "В" в ходе предварительного следствия показал, что 09 декабря 2016 года он заступил на суточное дежурство в качестве помощника оперативного дежурного Отд МВД России по Ягоднинскому району. В период заступления на службу, проведения инструктажа заступающего наряда, "Е" и ФИО1 о невозможности несения службы не сообщали, на свое состояние здоровья и усталость не жаловались. Проверка несения службы нарядом ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району осуществлялась оперативным дежурным "Х" и ответственным от руководства "С" по средствам телефонной связи и нарядом ИВС докладывалось об отсутствии происшествий. Непосредственный выезд в ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району "Х" и "С" не осуществлялся по причине отсутствия транспортных средств и удаленностью изолятора временного содержания. 10 декабря 2016 года в дежурную часть было доложено о совершенном побеге из-под стражи Барановского и ФИО7 (том №3, л.д. 147-150).

Из показаний свидетеля "У", данных им в судебном заседании, следует, что он состоит в должности заместителя начальника ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району. Во время смены дежурных смен в ИВС дежурные осматривают камеры, где содержатся подозреваемые, обвиняемые и осужденные, на предмет технической укрепленности стен и окон, решеток. В декабре 2016 года в камере №5 ИВС содержались осужденные ФИО4 и ФИО7. В этой камере осужденные постоянно закрывают глазок правой двери бумагой, так как за этой дверью находится туалет. За состоянием глазков камер постоянно должен следить постовой, наблюдать через глазки за осужденными, и если осужденные закрывают эти глазки, требовать от них, чтобы они убирали бумагу с глазков, а в случае неподчинения постовой обязан доложить об этом дежурному, который должен принять все возможные меры для устранения этого нарушения. Дежурный и постовой ИВС заступают на суточное дежурство согласно графика, составленного начальником ИВС и утвержденного начальником Отд МВД России по Ягоднинскому району. В ходе несения службы постовой выполняет указания дежурного ИВС, начальника ИВС и его заместителя, а также руководства отделения полиции. При этом постовой ИВС, кроме своей обязанности вести наблюдение за содержащимися в камерах лицами, должен ездить за пищей для этих лиц, разогревать эту пищу, кормить содержащихся лиц, выводить их на прогулку. Во время отсутствие постового в помещении ИВС его обязанности выполняет дежурный. В ночь с 09 на 10 декабря 2016 года, во время дежурной смены в составе дежурного "Е" и постового ФИО1, осужденные ФИО4 и ФИО7, содержавшиеся в камере №5 ИВС, совершили побег, перепилив решетку окна. Возможность совершения данного побега была следствием отсутствия в изоляторе временного содержания сигнализации и наружного видеонаблюдения в помещении ИВС. Обычно постовые и дежурные осуществляют контроль за содержащимися в камере лицами через дверной глазок с периодичностью не реже одного раза в час. Какими-либо нормативными документами периодичность осуществления такого контроля через глазок не установлена. Кривошеев состоял в должности полицейского-кинолога ИВС, но согласно его должностного регламента он фактически всегда заступал на дежурство в ИВС в качестве постового.

Допрошенный в судебном заседании свидетель "Ю" показал, что в декабре 2016 года он работал в должности дежурного изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району. При заступлении на смену дежурным ИВС осматривается внешняя территория, периметр, проверяется документация на содержащихся в ИВС лиц, осматриваются камеры, где находятся содержащиеся в них лица, на предмет целостности стен, окон. Постовые в это время принимают внутри ИВС кухонную утварь, мебель. Старшим в смене является дежурный, которому подчиняется постовой. ФИО1 работает полицейским-кинологом в ИВС, однако в его обязанности входит также исполнение в случае служебной необходимости и других обязанностей, в том числе и постового ИВС. В то время, когда постовой покидает свое место несения службы, его обязанности должен исполнять дежурный ИВС. В течение дежурной смены постовой покидает помещение ИВС для получения пищи для лиц, содержащихся в ИВС, а также покидает свой пост для разогрева пищи, уборки территории ИВС и в других случаях. В это время его обязанности выполняет дежурный ИВС. 10 декабря 2016 года он заступал на смену в ИВС и в ходе приема смены от дежурного Волосиенко и постового ФИО1 было обнаружено, что осужденные ФИО4 и ФИО7, содержащиеся в камере №5, через окно путем перепиливания решеток совершили побег из-под стражи. Камера №5 состоит из двух помещений, в одном из которых, находящемся справа, имеется туалет. Периодически лица, содержащиеся в этой камере, закрывают глазок в правой двери камеры, когда пользуются туалетом. Это является нарушением и дежурный и постовой обязаны требовать от лиц, содержащихся в камере, чтобы они сняли бумагу с глазка. Если эти лица не подчиняются данным требованиям, постовой должен доложить об этом дежурному, который предпринимает все необходимые меры для устранения допущенного нарушения. Напротив этой двери с глазком находится стена с окном, через которое ФИО4 и ФИО7 совершили побег. Сам постовой не имеет права заходить в камеру, а лишь требовать от содержащихся в камере лиц не допускать различных нарушений и в случае неподчинения докладывать об этом дежурному. Перед побегом Барановского и ФИО7 он проверял целостность решеток в камере №5 при заступлении на смену 08 декабря 2016 года, решетки были целыми, никаких повреждений не имели. В ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району имелся некомплект должностей дежурного и постового, в связи с чем на смены заступали на сутки, а не на 12 часов, как это предусмотрено законом. Также в ИВС отсутствует сигнализация и наружное видеонаблюдение. Постовой ведет наблюдение за содержащимися в камерах ИВС лицами через дверной глазок с периодичностью примерно 10-15 минут.

Свидетель "Э" в судебном заседании показал, что он работает в должности постового внутреннего поста изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району. 10 декабря 2016 года он заступал на смену вместе с дежурным "Ю". По прибытию в помещение ИВС утром этого дня они принимали смену у дежурного Волосиенко и постового ФИО1. В ходе приема дежурства было установлено, что осужденные ФИО4 и ФИО7, содержащиеся в камере №5, совершили побег через окно, перепилив оконную решетку. Ранее, когда принимали дежурство у предыдущей смены, окна и решетки были целыми. В ходе дежурной смены имели место случаи, когда содержащиеся в камере лица закрывали дверной глазок бумагой. В этом случае он как постовой требовали от них, чтобы они убрали бумагу с глазка, а в случае неподчинения, он докладывал об этом дежурному ИВС, который принимал все необходимые меры для устранения этого нарушения. Ключи от камер имеются у дежурного, он как постовой сам в камеру заходить не может. В дневное время постоянно смотреть за осужденными через глазок постовому невозможно, так как он выполняет другие обязанности, а именно ездит за пищей для содержащихся в камерах лиц, разогревает эту пищу, выводит с дежурным этих лиц на прогулку и выполняет иные необходимые работы. В ночное время постовой наблюдает через глазок за содержащимися лицами с периодичностью примерно один раз в 30 минут, если они спят, а если не спят, то чаще.

Свидетель "ЕЕ" в судебном заседании показал, что он состоит в должности постового внутреннего поста изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району. 10 декабря 2016 года из ИВС совершили побег осужденные ФИО4 и ФИО7, которые содержались в камере №5. Он находился на суточном дежурстве вместе с дежурным ФИО9 с 08 на 09 декабря 2016 года. Когда они принимали дежурство 08 декабря 2016 года, дежурный "У" заходил в камеру №5, проверил все, в том числе и оконную решетку. Все было целым, никаких нарушений и повреждений решетки обнаружено не было. В ходе дежурства он как постовой осуществляет контроль за содержащимися в камере лицами через глазок в двери. В случае обнаружения каких-либо нарушений требует от этих лиц, чтобы они устранили нарушения, а в случае их неподчинения, докладывает об этом дежурному. Периодичность контроля через глазок осуществляется примерно один раз в 30 минут, но нормативными документами такая периодичность не установлена. Во время дежурства он покидал помещение ИВС для получения пищи для содержащихся в ИВС лиц, кормил их, выполнял другие необходимые работы по указанию дежурного. В период его отсутствия обязанности постового выполнял дежурный. Камера №5 состоит из двух комнат и в этой камере две двери. Постоянно наблюдение производится через глазок левой двери. На правой двери также имеется дверной глазок, который содержащиеся в камере лица периодически закрывают изнутри бумагой, когда пользуются туалетом, находящимся в правой части камеры. Он как постовой требует у этих лиц, чтобы они сняли бумагу с этого глазка для обеспечения через него контроля. Обычно содержащиеся в камере лица не слушают его и он докладывает об этом дежурному, который открывает камеру и после его требования эти лица снимают бумагу с глазка.

Свидетель "Ф" в судебном заседании показал, что он состоит в должности следователя следственного отделения Отд МВД России по Ягоднинскому району. 10 декабря 2016 года он находился на дежурстве в составе следственно-оперативной группы. Утром этого дня поступило сообщение, что осужденные ФИО4 и ФИО7 совершили побег из изолятора временного содержания. Он прибыл в ИВС, где в ходе осмотра камеры №5 было установлено, что в правой двери этой камеры глазок был изнутри закрыт бумагой. В этой части камеры напротив правой двери в противоположной стене имеется окно, на котором на момент осмотра металлическая решетка была перепилена и окно открыто. Это все он отразил в составленном протоколе осмотра.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО5 в ходе предварительного следствия показал, что в период нахождения его и ФИО4 в помещении камеры "номер" ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району в день совершенного побега наблюдение за ними через дверные глазки осуществлял сотрудник полиции ФИО1 примерно через 2-3 часа в дневное время. Как осуществлялась проверка ночью, пояснить не может. При этом глазок в правой двери камеры, где расположен санузел, был заткнут бумагой, в связи с чем наблюдение через данный глазок было не возможно. Кем и когда данный глазок был заткнут бумагой, он не помнит. Как ему известно, данный глазок был заткнут, так как визуальное наблюдение затрагивало приватную зону. Кто-либо из сотрудников полиции, в том числе и ФИО1, 09 декабря 2016 года, от него и Барановского не требовали убрать эту бумагу и ничего об этом не говорили и сами ее не убирали. Никто из сотрудников полиции ИВС 09 декабря 2016 года целостность решеток камеры №5 не проверял (том №5, л.д. 36-40).

Кроме вышеизложенных показаний свидетелей виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается исследованными письменными доказательствами.

Так, согласно исследованной выписки из приказа Отд МВД России по Ягоднинскому району №103 от 02 октября 2015 года, прапорщик полиции ФИО1 назначен на должность полицейского-кинолога группы охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых, по контракту сроком на 4 года (том №4, л.д. 213).

В соответствии с контрактом о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации от 03 октября 2015 года, на ФИО1 возложены обязанности: знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законы и иные подведомственные правовые акты Российской Федерации, обеспечивать их исполнение, выполнять приказы и распоряжения руководителей (начальников), добросовестно выполнять служебные обязанности в соответствии с должностным регламентом (должностной инструкцией), поддерживать уровень профессиональной квалификации, соблюдать внутренний служебный распорядок, в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о происшествиях и иных обстоятельствах, исключающих возможность выполнения служебных обязанностей (том №4, л.д. 214).

Из копии должностного регламента (должностной инструкции) полицейского-кинолога, утвержденного 18 апреля 2016 года начальником Отд МВД России по Ягоднинскому району, и с которым подсудимый ознакомлен 18.04.2016г., ФИО1 в случае служебной необходимости исполняет обязанности постового внутренней охраны ИВС и при этом обязан:

- пункт 8.15.1 - при заступлении на пост проверять совместно со сменяющимся полицейским, дежурным группы режима ИВС, начальником ИВС либо с заместителем начальника ИВС, состояние и исправность оборудования камер, кроватей, окон, решёток, полов, потолков, стен, отопительных систем, вентиляции, сигнализации, дневного и ночного освещения;

- пункт 8.15.3 - не оставлять пост ни при каких обстоятельствах до прибытия смены;

- пункт 8.15.4 - осуществлять постоянный надзор за поведением подозреваемых и обвиняемых в камерах через дверные «глазки», бесшумно передвигаясь по коридору, точно и строго соблюдать правила по их охране при выходе из камер;

- пункт 8.15.7 - при нарушениях подозреваемыми и обвиняемыми установленных Правил внутреннего распорядка в ИВС требовать (через дверь) прекращения нарушения, при неподчинении - вызывать на пост дежурного группы режима ИВС или руководство ИВС (том №4, л.д. 215-218).

Таким образом, на основании вышеизложенных доказательств, судом установлено, что подсудимый ФИО1 в период инкриминируемых ему деяний являлся должностным лицом органа внутренних дел, то есть представителем власти, наделенным распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости и обладающим правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами.

Кроме того, выполнение подсудимым обязанностей постового внутренней охраны ИВС прямо предусмотрено его должностным регламентом, который ФИО1 обязан неукоснительно соблюдать в соответствии с заключенным контрактом.

В судебных прениях стороной защиты приведены доводы о том, что подсудимый ФИО1 являлся полицейским-кинологом и органом предварительного расследования якобы не приведено достаточных доказательств того, что он в дежурную смену с 09 на 10 декабря 2016 года выполнял обязанности постового внутренней охраны ИВС.

При этом сторона защиты ссылалась на исследованную постовую ведомость, из которой следует, что ФИО1 09 декабря 2016 года заступал в дежурную смену в качестве помощника дежурного (том №1, л.д. 149).

Вместе с тем, указанные доводы стороны защиты суд признает несостоятельными, поскольку, как следует из вышеизложенных показаний свидетелей "Д", "П", "Х", "А", "Е", "Н", "Я", "В", "У", "Ю", "Э" и "ЕЕ", а также из показаний самого подсудимого, фактически ФИО1, заступая на суточное дежурство в ИВС, выполнял возложенные на него должностным регламентом обязанности постового, в том числе и 09-10 декабря 2016 года, в то время как должности помощника дежурного в ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району не имелось.

Таким образом, судом с достоверностью установлено, что в дежурную суточную смену с 09 на 10 декабря 2016 года подсудимый заступил на службу и выполнял обязанности именно постового внутренней охраны ИВС на основании графика дежурства, приказа начальника Отд МВД России по Ягоднинскому району и должностного регламента.

Более того, как следует из показаний допрошенных свидетелей и самого подсудимого, служебная собака изолятора временного содержания была непригодной для несения службы, в связи с чем выполнение подсудимым обязанностей полицейского-кинолога согласно его должностного регламента не представлялось возможным.

Согласно исследованных решения Ягоднинского районного суда от 05 апреля 2017 года и приговора Ягоднинского районного суда от 26 мая 2017 года, вступивших в законную силу, ФИО1, давая показания по гражданскому и уголовному делу, также подтвердил, что в дежурную смену с 09 на 10 декабря 2016 года он заступил на службу и выполнял обязанности постового внутренней охраны ИВС (том №4, л.д. 79-90, 99-125).

Доводы подсудимого и защитников о том, что при приеме дежурства в ИВС проверка камер и целостности решеток оконных проемов не входит в обязанности постового внутреннего поста ИВС, суд не принимает во внимание, поскольку они полностью опровергаются пунктом 8.15.1 должностного регламента подсудимого, из которого следует, что постовой обязан при заступлении на пост проверять совместно со сменяющимся полицейским, дежурным группы режима ИВС, начальником ИВС либо с заместителем начальника ИВС, состояние и исправность оборудования камер, кроватей, окон, решёток, полов, потолков, стен, отопительных систем, вентиляции, сигнализации, дневного и ночного освещения.

На основании исследованных в ходе судебного следствия доказательств судом установлено, что ФИО1 данную возложенную на него обязанность не выполнял, что не отрицал и сам подсудимый.

Как следует из протокола осмотра места происшествия от 10 декабря 2016 года, осмотрено было помещение изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району. В ходе осмотра установлено, что камера №5 оборудована двумя металлическими дверьми, на каждой из которой имеются дверные глазки. Камера №5 разделена на две половины. На противоположной от входа стене имеются два оконных проема, которые с внутренней стороны оборудованы решетками. На момент осмотра установлено, что в правой части камеры внутренняя и внешняя решетки оконного проема повреждены, внутренняя решетка отогнута вовнутрь, на наружной решетке отсутствуют две металлические горизонтальные и одна вертикальная арматура (том №1, л.д. 9-27). Данный протокол осмотра подтверждает факт повреждения осужденными Барановским и ФИО7 решеток окна правой части камеры №5 и совершенного побега, что также согласуется с вышеизложенными показаниями свидетелей в данной части.

На основании исследованного приговора Ягоднинского районного суда от 26 мая 2017 года, вступившего в законную силу, судом установлено, что осужденные ФИО4 и ФИО7 в период с 21 часа 35 минут 09 декабря 2016 года до 04 часов 00 минут 10 декабря 2016 года, осуществив полный распил прутьев решетки окна, совершили побег из помещения изолятора временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району.

В судебном заседании также был исследован протокол осмотра видеорегистратора «SmartecSTR-0474», который был установлен в помещении ИВС Отд МВД России по Ягоднинскому району, с имеющейся в нем видеозаписью помещения (продола) ИВС от 09-10 декабря 2016 года. В частности, согласно данной видеозаписи установлено, что ФИО1 09.12.2017г., в 21 час 34 минуты, проходя мимо камеры №5, проверил, заперта ли левая дверь данной камеры. Затем ФИО1 в течение ночи производил осмотр камеры через глазок левой двери 09 декабря 2016 года в 23 часа 21 минуту и в 23 часа 59 минут, а также 10 декабря 2016 года в 01 час 08 минут, в 04 часа 46 минут и в 08 часов 03 минуты. В 09 часов 06 минут 10 декабря 2016 года дежурным "Е" при открывании левой входной двери камеры №5 был обнаружен факт совершенного побега осужденными Барановским и ФИО7 (том №2, л.д. 224-233, том №5, л.д. 66-72). Более в указанный промежуток времени никто, в том числе и подсудимый ФИО1, контроль за осужденными, находящимися в камере №5, не осуществлял.

Таким образом, судом установлено, что в ночное время дежурной смены, в том числе и в период совершения Барановским и ФИО7 побега из-под стражи, постовой ИВС ФИО1 покидал свой пост и длительное время отсутствовал на посту, осуществляя контроль за осужденными с периодичностью: 01 час 47 минут (21 час 34 минуты - 23 часа 21 минута 09.12.2016г.), 38 минут (23 часа 21 минута - 23 часа 59 минут 09.12.2016г.), 03 часа 38 минут (01 час 08 минут - 04 часа 46 минут 10.12.2016г.) и 03 часа 17 минут (04 часа 46 минут - 08 часов 03 минуты 10.12.2016г.), что нельзя признать надлежащим и в полном объеме выполнением ФИО1 возложенных на него обязанностей не оставлять пост ни при каких обстоятельствах до прибытия смены и осуществлять постоянный надзор за поведением осужденных, как это предусмотрено пунктами 8.15.3 и 8.15.4 его должностного регламента.

В судебном заседании подсудимый и защитники указывали на то, что в соответствии с Приказом МВД РФ №346 от 28 июня 2016 года в пункт 103 Приказа МВД РФ №140 дсп от 07 марта 2006 года «Об утверждении Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания …» были внесены изменения, а именно исключена обязанность постового постоянно осуществлять надзор за содержащимися в камерах ИВС лицами, что, по мнению подсудимого и его защитников, свидетельствует о том, что ФИО1 не нарушил своих обязанностей при несении службы, а именно в части надзора за осужденными.

При этом судом установлено, что на основании вышеуказанного Приказа МВД РФ №346 от 28 июня 2016 года, пункт 103 Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания, утвержденного Приказом МВД РФ №140 дсп от 07 марта 2006 года, действительно был изменен и абзац шестой данного пункта изложен в следующей редакции: «постовой внутреннего поста осуществляет надзор за поведением подозреваемых и обвиняемых путем бесшумного передвижения по коридору и поочередного осмотра всех камер, в которых содержатся подозреваемые и обвиняемые, через дверные «глазки» не прекращая обход камер до смены поста, за исключением случаев возникновения чрезвычайных происшествий и обстоятельств».

Однако, как следует из предъявленного подсудимому ФИО1 обвинения, орган предварительного расследования сослался на пункт 103 указанного Наставления без учета внесенных в него изменений, то есть в старой недействующей редакции, в связи с чем суд исключает из обвинения подсудимого ФИО1 ссылку о том, что ФИО1 в своей служебной деятельности в качестве постового внутреннего поста «осуществляет постоянный надзор за поведением подозреваемых и обвиняемых в камерах через дверные «глазки», бесшумно передвигаясь по коридору, точно и строго соблюдает правила по их охране при выходе из камер».

Вместе с тем, судом с достоверностью установлено, что подсудимый ФИО1 ненадлежащее исполнил свои обязанности, предусмотренные пунктами 8.15.3 и 8.15.4 должностного регламента, а именно, как изложено выше, длительное время отсутствовал на посту, осуществляя контроль за осужденными с вышеуказанной периодичностью, в том числе и в период совершенного осужденными побега, что свидетельствует о допущенных подсудимым нарушениях возложенных на него должностным регламентом обязанностей в данной части.

На основании исследованных доказательств и показаний подсудимого, судом также установлено, что Кривошеев согласно должностного регламента выполнял обязанности по должностям полицейского-кинолога, постового, выводного и конвоира. При этом, нес службу, заступая на суточные дежурства в качестве постового внутренней охраны ИВС, а также привлекался между суточными сменами к работе в качестве конвоира. Как показал подсудимый в судебном заседании, он не мог осуществлять постоянный надзор за поведением Барановского и ФИО7 в ночное время, так как работал 08 декабря 2016 года в качестве конвоира, а 09 декабря 2016 года заступил на суточное дежурство в качестве постового. Он в устной форме ставил в известность руководство ИВС о его большой загруженности в работе.

Вместе с тем, указанные установленные обстоятельства не освобождают подсудимого от ответственности за совершенное преступление, поскольку, как установил суд, при заступлении на суточное дежурство 09 декабря 2016 года, во время инструктажа и в дальнейшем в течение дежурной смены ФИО1 не предъявлял жалоб на здоровье либо на свою усталость и невозможность несения службы, что подтверждается показаниями свидетелей "Д" "Н", "Я", "Е", "Х" и "В", а также не отрицается и самим подсудимым.

Таким образом, судом установлено, что в период дежурства с 09 на 10 декабря 2016 года подсудимый ФИО1 в случае возникновения каких-либо препятствий несения службы, в том числе по состоянию здоровья либо по причине усталости и невозможности выполнять свои обязанности, имел реальную возможность поставить об этом в известность дежурного либо руководство ИВС, однако об этом не заявлял, то есть был способен нести службу и ему ничто не препятствовало выполнять возложенные на него должностным регламентом обязанности постового внутренней охраны ИВС.

В ходе судебного следствия также был исследован протокол следственного эксперимента, из которого следует, что через глазок левой двери камеры №5, который использовал подсудимый ФИО1, наблюдая за поведением осужденных, невозможно осуществлять наблюдение за оконным проемом, расположенным в правой половине камеры, через который осужденные ФИО4 и ФИО7 совершили побег (том №3, л.д. 190-195).

Также, согласно исследованного протокола следственного эксперимента судом установлено, что через глазок правой двери камеры №5 наблюдение за оконным проемом правой половины камеры возможно и при этом видны не только сам оконный проем, но и повреждения решеток окна, обнаруженные после совершенного осужденными побега (том №5, л.д. 73-76).

Вместе с тем, как установил суд на основании исследованных доказательств, в том числе вышеизложенных показаний свидетелей "Ф" и ФИО7, а также показаний самого подсудимого, глазок камеры №5 ИВС изнутри был закрыт бумагой, что препятствовало ФИО1 во время дежурной смены с 09 на 10 декабря 2016 года осуществлять наблюдение за обстановкой в правой половине камеры, в том числе и за оконным проемом, через который осужденные совершили побег.

При этом, судом установлено и не отрицается самим подсудимым, что ФИО1 не потребовал от осужденных Барановского и ФИО7 убрать бумагу с глазка правой двери камеры для обеспечения возможности надлежащего наблюдения за действиями и поведением осужденных, то есть не выполнил возложенные на него пунктом 8.15.7 должностного регламента обязанности.

В своих показаниях подсудимый указывал на то, что он в дежурную смену с 09 на 10 декабря 2016 года докладывал дежурному ИВС "Е" о том, что глазок правой двери камеры №5 закрыт с внутренней стороны бумагой.

Однако показания подсудимого в данной части не подтвердил свидетель Волосиенко как при допросе в судебном заседании, так и в ходе очной ставки с ФИО1.

Других каких-либо доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что подсудимым были выполнены его обязанности в части принятия мер, направленных на устранение допущенных осужденными Барановским и ФИО7 нарушений, препятствующих осуществлению наблюдения за ними через глазок правой двери камеры №5, подсудимым и его защитниками не представлено и судом не установлено.

Согласно пункта 3 Правил поведения подозреваемых и обвиняемых (приложение №1 к Правилам внутреннего распорядка ИВС), утвержденных Приказом МВД РФ №950 от 22 ноября 2005 года «Об утверждении Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел», подозреваемым и обвиняемым запрещается закрывать лампы освещения и совершать иные действия, которые затрудняют наблюдение за поведением содержащихся в камере лиц, а также закрывать «глазок».

Однако, подсудимый ФИО1, обнаружив вышеуказанное нарушение в действиях осужденных, не предпринял каких-либо действенных мер, направленных на устранение этого нарушения, что свидетельствует о невыполнении им своих обязанностей, предусмотренных пунктом 8.15.7 должностного регламента.

Выводы суда в данной части подтверждаются также вышеуказанным исследованным протоколом осмотра видеорегистратора «SmartecSTR-0474», который не содержит сведений о том, что подсудимый ФИО1 в дежурную смену с 09 на 10 декабря 2016 года требовал у осужденных Барановского и ФИО7 снять бумагу с глазка правой двери камеры №5 либо вызывал на пост дежурного ИВС "Е" или кого-либо из руководства ИВС, как это предусмотрено его должностным регламентом.

Доводы стороны защиты о том, что в правой части камеры №5 находится туалет, так называемая «приватная» зона, в связи с чем наблюдение через глазок правой двери невозможно, поскольку нарушаются права содержащихся в камере лиц, суд не принимает во внимание, так как данный дверной глазок предназначен для контроля за содержащимися в камере лицами с целью обнаружения и предупреждения их противоправных действий, и в данном случае подсудимый ФИО1 должен был действовать в строгом соответствии с требованиями пунктов 8.15.4 и 8.15.7 его должностного регламента, которые он нарушил, то есть ненадлежащее исполнил свои обязанности.

Таким образом, на основании вышеизложенных исследованных доказательств судом с достоверностью установлено, что при условии выполнения подсудимым в полном объеме возложенных на него должностным регламентом обязанностей постового внутренней охраны ИВС (пункты 8.15.1, 8.15.3, 8.15.4 и 8.15.7), он имел бы возможность предотвратить побег из-под стражи осужденных Барановского и ФИО7, в том числе и путем наблюдения за их действиями через глазок правой двери камеры №5 и своевременного обнаружения их противоправных действий.

В обоснование отсутствия в действиях Кривошеева состава рассматриваемого преступления подсудимым и его защитниками также приводились доводы о том, что в изоляторе временного содержания Отд МВД России по Ягоднинскому району отсутствовала сигнализация и наружное видеонаблюдение, осужденные ФИО4 и ФИО7 перед побегом в течение месяца постепенно пилили решетку окна в камере №5, что не было замечено другими дежурными сменами при приеме дежурств, что, по мнению стороны защиты, свидетельствует о том, что в наступивших вредных последствиях виновен не подсудимый ФИО1, а иные должностные лица Отд МВД России по Ягоднинскому району.

Однако суд признает указанные доводы несостоятельными, поскольку они не могут быть признаны в качестве оснований для признания подсудимого невиновным в совершенном преступлении.

Так, несмотря на отсутствие в изоляторе временного содержания сигнализации и наружного видеонаблюдения, при надлежащем исполнении подсудимым Кривошеевым своих обязанностей постового, предусмотренных его должностным регламентом, побег осужденных Барановского и ФИО7 из-под стражи можно было предотвратить.

Кроме того, независимо от того, какой период времени осужденные распиливали металлические решетки окна камеры №5 до совершенного побега, окончательный ее распил они осуществили и скрылись из-под стражи именно в ночь с 09 на 10 декабря 2016 года, то есть во время несения службы подсудимым в качестве постового внутренней охраны ИВС.

Приговором Ягоднинского районного суда от 26 мая 2017 года установлено, что ФИО4 и ФИО7 в период с 20 часов 15 минут 19 ноября 2016 года до 04 часов 00 минут 10 декабря 2016 года перепиливали решетки окна камеры №5 ИВС.

Вместе с тем, тот факт, что повреждение оконных решеток в камере №5 не было обнаружено ранее другими дежурными сменами, также не свидетельствует о невиновности подсудимого в совершении рассматриваемого судом преступления, поскольку эти обстоятельства не освобождают подсудимого от ответственности за установленное судом ненадлежащее исполнение им возложенных на него обязанностей, в то время как, в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Ненадлежащее исполнение ФИО1 своих должностных обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, выразившееся в невыполнении требований пунктов 8.15.1, 8.15.3, 8.15.4 и 8.15.7 его должностного регламента, послужило причиной совершения осужденными побега из-под стражи, что в свою очередь привело к существенному нарушению прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, в том числе к дискредитации органов полиции перед общественностью, подрыве авторитета государственной власти и службы в правоохранительных органах и нанесении тем самым существенного урона интересам службы в правоохранительных органах, послужило причиной возникновения у населения сомнений в способности правоохранительных органов обеспечить надлежащую изоляцию арестованных от общества, а также формирование у граждан негативного представления о способности правоохранительных органов обеспечить защиту личности, общества, государства. При этом, ненадлежащее исполнение подсудимым своих обязанностей, установленных его должностным регламентом, состоит в прямой причинной связи с наступившими вредными последствиями, то есть побегом из-под стражи осужденных Барановского и ФИО7.

Так, потерпевшая Потерпевший №2 являлась основным свидетелем по уголовному делу по обвинению ФИО7 в совершении убийства, и в результате его побега из-под стражи, как следует из ее показаний, она реально опасалась за свою жизнь и здоровье, а также за своего ребенка, опасаясь, что ФИО7, оказавшись на свободе, может отомстить ей за ее показания.

Потерпевший Потерпевший 1 являлся также потерпевшим по уголовному делу в отношении Барановского, совершившего убийство его отца. В результате совершенного Барановским побега были нарушены его права потерпевшего, поскольку по причине ненадлежащего исполнения подсудимым своих обязанностей осужденный Барановский скрылся от отбывания назначенного судом наказания.

Кроме того, в результате побега осужденных Барановского и ФИО7, в целях их розыска были задействованы силы и средства органов внутренних дел Магаданской области и на мероприятия по розыску правоохранительными органами были затрачены денежные средства в общей сумме 145 683 рубля 68 копеек, в том числе: на горюче-смазочные материалы - 93 883 рубля 68 копеек, на командировочные расходы - 51 800 рублей, что подтверждается исследованными копией приказа УМВД России по Магаданской области и сведениями о понесенных расходах (том №4, л.д. 37-47, 56).

Исследовав все представленные доказательства в их совокупности, суд считает, что виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах нашла свое полное подтверждение, в связи с чем квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 1 ст. 293 УК РФ как халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Судом изучалась личность подсудимого ФИО1 и установлено, что он ранее не судим, впервые совершил преступление небольшой тяжести, женат и имеет на иждивении несовершеннолетнюю дочь, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на учете у врача психиатра и нарколога не состоит (том №4, л.д. 221, 227).

В период совершенного преступления ФИО1 являлся сотрудником полиции и по месту прохождения службы в Отд МВД России по Ягоднинскому району характеризовался положительно как дисциплинированный и исполнительный сотрудник, по характеру спокоен, уравновешен (том №4, л.д. 219).

Судом также установлено, что в период прохождения службы в органах внутренних дел РФ, до совершения настоящего преступления, подсудимый ФИО1 имел поощрения и награждался ведомственными наградами, а именно медалями «За отличие в службе» 3 степени (09.11.2005г.), «За отличие в службе» 2 степени (31.10.2007г.), «За отличие в службе» 1 степени (23.10.2012г.), а также на него были наложены взыскания: выговор (11.01.1996г.), строгий выговор (27.08.1999г.), неполное служебное соответствие (19.01.2000г.) (том №4, л.д. 220).

По месту жительства и месту работы в ООО ЧОО «Медведь» подсудимый также характеризуется с положительной стороны (том №4, л.д. 225, 234).

На основании изложенного, суд признает в качестве обстоятельства, смягчающего подсудимого ФИО1, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1, судом не установлено.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, степень вины подсудимого, наличие смягчающего и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, личность подсудимого, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Оценив всю совокупность вышеприведенных установленных обстоятельств, в том числе характеризующих подсудимого ФИО1 и влияющих на назначение ему наказания, суд пришел к убеждению, что подсудимому должно быть назначено наказание в виде обязательных работ.

При этом суд не находит оснований для назначения более мягкого наказания в виде штрафа, поскольку, учитывая материальное положение подсудимого, имеющиеся у него кредитные обязательства и наличие на его иждивении несовершеннолетнего ребенка, суд приходит к выводу, что исполнение наказания в виде штрафа может быть для осужденного затруднительным либо неисполнимым, а кроме того, по мнению суда, не будет соразмерным содеянному.

Ограничений для назначения подсудимому наказания в виде обязательных работ, предусмотренных ч. 4 ст. 49 УК РФ, судом не установлено.

Поскольку совершенное подсудимым преступление относится к преступлениям небольшой тяжести, оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ при назначении наказания подсудимому ФИО1, то есть для изменения категории преступления на менее тяжкую, не имеется.

Также суд не находит оснований для назначения подсудимому наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, судом не установлено.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Процессуальных издержек по делу не имеется.

Разрешая вопрос в части вещественных доказательств, суд приходит к выводу, что:

- результаты оперативно-розыскной деятельности, копии протоколов допроса ФИО4 и ФИО5, выписку из протокола судебного заседания Ягоднинского районного суда, находящиеся в материалах уголовного дела, следует хранить в деле в период всего срока его хранения;

- журнал регистрации выходов подозреваемых и обвиняемых, журнал передач и свиданий ИВС, видеорегистратор «SmartecSTR-0474», хранящийся при уголовном деле, следует вернуть по принадлежности в Отд МВД России по Ягоднинскому району.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296-299, 302-304, 307-309, УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 120 (сто двадцать) часов.

Обязанность по исполнению назначенного ФИО1 наказания возложить на ФКУ УФСИН России по Магаданской области.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную в отношении ФИО1, оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Вещественные доказательства:

- результаты оперативно-розыскной деятельности, копии протоколов допроса ФИО4 и ФИО5, выписку из протокола судебного заседания Ягоднинского районного суда, находящиеся в материалах уголовного дела, хранить в деле в период всего срока его хранения;

- журнал регистрации выходов подозреваемых и обвиняемых, журнал передач и свиданий ИВС, видеорегистратор «SmartecSTR-0474», хранящийся при уголовном деле, вернуть по принадлежности в Отд МВД России по Ягоднинскому району.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Магаданского областного суда путем подачи апелляционной жалобы (представления) через Ягоднинский районный суд в течение 10 (десяти) суток со дня его постановления.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём необходимо указать в жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий: подпись.

Копия верна.

Судья В.А. Дьяченко.