Апелляционное определение № 33-1259/2026 от 18 февраля 2026 г.

Судья: Гемузова А.И. Дело № 33-1259/2026 (2-1499/2025)

Докладчик: Бабушкина Е.А. УИД: 42RS0037-01-2025-001259-51


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 февраля 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного в составе председательствующего судьи Акининой Е.В.,

судей Чурсиной Л.Ю., Бабушкиной Е.А.,

при секретаре Клюевой В.А.,

с участием прокурора Исаковой А.И.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Бабушкиной Е.А. гражданское дело по апелляционным жалобам ответчиков ФИО1 и ФИО2

на решение Юргинского городского суда Кемеровской области от 21 ноября 2025 г.

по иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении имущественного ущерба, причиненного в результате ДТП, и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением, в котором с учетом итоговых уточнений (т.1 л.д.213-214) просил:

1) взыскать с ФИО1, ФИО2 в солидарном порядке 225 700 руб. – размер вреда, причиненного повреждением автомобиля; 10 000 руб. – расходы на проведение экспертизы (оценка);

2) взыскать с ФИО1 26 355,90 руб. – размер вреда, причиненного здоровью, 500 000 руб. – компенсация морального вреда.

Исковые требования мотивированы следующим.

05.01.2024 около 15 часов 03 минут на автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес> на территории <адрес> в районе <данные изъяты> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее также - ДТП) при следующих обстоятельствах.

Водитель ФИО1 (ответчик), управляя автомобилем <данные изъяты> №, принадлежащим на праве собственности ФИО2, двигался в условиях неограниченной видимости, в дневное время суток, при естественном освещении, без осадков, асфальтового покрытия проезжей части с гололедом по автодороге <данные изъяты> В пути следования ФИО1, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, осознавая противоправный характер своих действий, в нарушение требований п. 1.4, 1.5, 9.1 (1), 9.4, 10.1 ПДД РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N? 1090 «О Правилах дорожного движения», не проявил необходимой внимательности и предусмотрительности, не оценил дорожные условия и избрал скорость, не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, для выполнения требований правил дорожного движения Российской Федерации. На указанном участке автодороги в <данные изъяты> водитель ФИО1, в условиях гололеда не справился с управлением своего автомобиля и выехал на встречную полосу движения, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, под управлением ФИО4 (истец), который двигался из <данные изъяты>. Таким образом, участниками ДТП стали: ФИО1 (ответчик) и ФИО4 (истец).

В результате ДТП истцу был причинен <данные изъяты> вред здоровью по признаку <данные изъяты>

Приговором Болотнинского районного суда Новосибирской области от 26.08.2024 (вступил в законную силу 22.11.2024) ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека).

Также приговором установлено, что причинение истцу ФИО4 тяжкого вреда здоровью состоит в прямой причинно-следственной связи с нарушением водителем ФИО1 требований ПДД РФ.

В результате ДТП и причиненного вреда здоровью истцом перенесены сильные моральные и нравственные страдания, а также он понес материальные издержки, связанные с восстановлением своего здоровья, ему причинен имущественный ущерб в связи с повреждением в ДТП его транспортного средства.

После ДТП ФИО4 был доставлен скорой медицинской помощью в <данные изъяты>, 06.01.2024 был госпитализирован в филиал <данные изъяты>, с 10.02.2024 – в <данные изъяты> На протяжении месяца с 10.01.2024 по 05.02.2024 находился на стационарном медицинском лечении, ему был выполнен <данные изъяты>

В октябре 2024 г. ФИО4 проходил стационарное лечение в <данные изъяты>

В феврале 2025 г. в связи с полученной в ДТП травмой прошел <данные изъяты>

Таким образом, истец неоднократно <данные изъяты>

В ходе лечения истец понес расходы на общую сумму 26 355,90 руб. на приобретение медикаментов по назначению врачей, ортопедических изделий по рекомендациям врачей (бандаж), проведение обследований и консультаций, которые не имел права получить бесплатно в силу положений ст. 10 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации».

Также в результате ДТП автомобиль «<данные изъяты> №, собственником которого является истец (свидетельство о регистрации <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ), пришел в негодность. Его восстановление экономически нецелесообразно. Так, стоимость аналогичного автомобиля на дату ДТП, до его повреждения, составляет 259 000 рублей, стоимость годных остатков – 33 300 рублей.

Указывает, что размер причиненного вреда составляет 25 9000 – 33 300 рублей = 225 700 рублей.

Истцом понесены расходы на проведение оценки в размере 10 000 руб.

Также ФИО5 в результате ДТП по вине ответчика был причинен моральный вред, заключающийся в том, что истец в результате полученных травм перенес <данные изъяты><данные изъяты>

Решением Юргинского городского суда Кемеровской области от 21.11.2025 постановлено:

Исковые требования ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о возмещении имущественного ущерба, причиненного в результате ДТП, и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 возмещение причиненного повреждением автомобиля в дорожно-транспортном происшествии 05.01.2024 имущественного ущерба в размере 225 700 руб., судебные расходы за составление экспертного заключения в размере 10 000 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 возмещение причиненного повреждением здоровья в дорожно-транспортном происшествии 05.01.2024 имущественного ущерба в размере 26 355,90 руб., денежную компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 500 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4, предъявленных к ФИО1, отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 771 руб.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда изменить, принять по делу новое решение, отказав в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 в полном объеме, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 возмещение причиненного повреждением автомобиля имущественного ущерба в размере 225 700 рублей, судебные расходы за составление экспертного заключения в размере 10 000 рублей, снизить компенсацию морального вреда.

Указывает, что судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права. Не согласен с размером определенной судом компенсации морального вреда, считает ее завышенной. Указывает на свое тяжелое материальное положение, наличие на иждивении троих малолетних детей, отсутствие постоянного дохода у супруги.

Считает, что суд первой инстанции необоснованно взыскал с ФИО2 имущественный ущерб и расходы за составление экспертного заключения, так как и он (Симоной Н.А.), и ФИО2 пояснили, что между ними был заключен договор аренды, но договор не сохранился. Отмечает, что эти пояснения были подтверждены пояснениями бывшего собственника ФИО16

Считает, что ФИО2 не являлась владельцем источника повышенной опасности, ФИО1 владел автомобилем на законных основаниях, соответственно, только на него должна быть возложена обязанность по возмещению вреда.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда изменить, принять по делу новое решение, отказав в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 в полном объеме, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 возмещение причиненного повреждением автомобиля имущественного ущерба в размере 225 700 рублей, судебные расходы за составление экспертного заключения в размере 10 000 рублей.

Указывает, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам, установленным по делу. То, что договор аренды не сохранился, полагает апеллянт, не свидетельствует о том, что данный договор не заключался. Отмечает, что пояснения о заключении договора аренды подтверждаются пояснениями бывшего собственника ФИО16

Считает, что ФИО1 владел автомобилем на законных основаниях, соответственно, только на него должна быть возложена обязанность по возмещению вреда.

На апелляционную жалобу принесены возражения старшим помощником прокурора Юргинской межрайонной прокуратуры ФИО9, а также представителем истца ФИО4 – ФИО15

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции истец ФИО4, представитель истца ФИО15 возражали относительно удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в письменных возражениях.

На вопросы судебной коллегии ФИО4 пояснил, что еще не оправился от полученных повреждений, ограничен в выполнении своих служебных обязанностей по военной службе. Также сообщил, что какие-либо денежные средства в счет возмещения причиненного вреда он от ответчиков не получил.

Ответчики о времени и месте судебного заседания, назначенного в суде апелляционной инстанции на 19.02.2026, извещены надлежаще, в судебное заседание не явились, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

В соответствии с частью 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание ответчиков.

Заслушав пояснения истца, его представителя, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав заключение старшего прокурора гражданско-судебного отдела прокуратуры Кемеровской области – Кузбасса Исаковой А.И., полагавшего, что решение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 05.01.2024 произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> №, под управлением ФИО1, принадлежащем на праве собственности ФИО2, и автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО4

На момент ДТП, гражданская ответственность ФИО1 застрахована не была (т.1 л.д.73).

Собственником автомобиля <данные изъяты> является ФИО4 (т.1 л.д.42-43).

Согласно сведениям ГИБДД, а также согласно представленному в материалы дела договору купли-продажи от 26.11.2020 собственником автомобиля <данные изъяты> № на дату ДТП являлась ФИО2 (т.1 л.д.206-207, т.2 л.д.14).

Приговором Болотнинского районного суда Новосибирской области от 26.08.2024 по уголовному делу № (т.1 л.д.108-110, 111-113), вступившим в законную силу 22.11.2024, ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека).

В ходе производства по уголовному делу установлено, что 05.01.2024 около 15:03 ФИО1, управляя автомобилем <данные изъяты> №, двигался в условиях неограниченной видимости, в дневное время суток, при естественном освещении, без осадков, асфальтового покрытия проезжей части с гололедом, по автодороге <данные изъяты>

В пути следования водитель ФИО1, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, осознавая противоправный характер своих действий, в нарушение требований пунктов 1.4, 1.5, 9.1(1), 9.4, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 №1090 «О Правилах дорожного движения», не проявил необходимой внимательности и предусмотрительности, не оценил дорожные условия и избрал скорость, не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, для выполнения требований правил дорожного движения Российской Федерации. Так, двигаясь по автодороге «<данные изъяты> водитель ФИО1, в условиях гололеда не справился с управлением своего автомобиля и выехал на встречную полосу движения, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты> ФИО6» (<данные изъяты>, под управлением ФИО4, который двигался из <данные изъяты>

В результате ДТП водителю автомобиля <данные изъяты> ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., причинены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>

При рассмотрении уголовного дела судом установлено, что совершение ДТП, в результате которого ФИО4 был причинен <данные изъяты>, состоит в прямой причинно-следственной связи с нарушением водителем ФИО1 требований Правил дорожного движения, а именно: п.1.4, согласно которому на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств; п.1.5, согласно которому участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; п.9.1(1), согласно которому на любых дорогах о двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1,3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева; п.9.4, согласно которому вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3, или где разрешено движение со скоростью более 80 км/9, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых; п.10.1, предписывающего водителю вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из экспертного заключения <данные изъяты> ФИО10 № от ДД.ММ.ГГГГ об определении стоимости ремонта (восстановления) транспортного средства и стоимости годных остатков поврежденного транспортного средства <данные изъяты> следует, что восстановление транспортного средства экономически нецелесообразно, так как стоимость восстановительного ремонта без учета износа составит 341 000 руб., рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП до его повреждения составляет 259 000 руб., стоимость годных остатков – 33 300 руб.(т.1 л.д. 46-70).

Результаты оценки ответчиками не оспаривались.

За выполнение работ по проведению экспертизы ФИО4 уплачено 10 000 руб. (т.1 л.д.71-72).

Таким образом, размер ущерба, причиненного в ДТП, составил 225 700 руб. (259 000 - 33 300).

ФИО4 представлены в материалы дела письменные доказательства, подтверждающие, что в ходе лечения травм, полученных в ДТП по вине ФИО1, он понес следующие расходы: на приобретение медикаментов по назначению врачей – 9 241,38 руб., на приобретение ортопедических изделий <данные изъяты> по рекомендациям врачей – 2 714,52 руб., на проведение обследования (<данные изъяты> по рекомендациям врачей – 7 900 руб., на консультацию специалистов (по рекомендациям врачей) – 6 500 руб., а всего на сумму – 26 355,90 руб. По доводам истца, которые не оспаривались ответчиками, ФИО4 нуждался в этих видах помощи и не имел права на их бесплатное получение в силу положений ст. 10 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (т.1 л.д. 24, 28-41, 74-75, 164).

Также в материалы дела представлены медицинские и служебные документы в обоснование доводов истца о прохождении длительного лечения, неоднократного проведения операций, вреда здоровью, которое до настоящего времени в полной мере не восстановилось, что создает <данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции получены документы о семейном положении ответчика ФИО1 (трое несовершеннолетних детей, с которыми он зарегистрирован по одному адресу, т.1 л.д.172, 185-186, 188-190, 224), о том, что в результате ДТП 05.01.2024 ФИО1, <данные изъяты> получил телесные повреждения (т.1 л.д.152-153), ФИО1 получает пенсию по выслуге лет в размере около 30 000 руб. в месяц (т.1 л.д.171), супруга (<данные изъяты> т.1 л.д.182, 187) зарегистрирована индивидуальным предпринимателем (т.1 л.д.175-181), а также характеризующие материалы (т.1 л.д.170, 173-174, 225, 227-231).

Также в материалы дела представлен рукописный документ, именуемый «Договор аренды автотранспортного средства с правом выкупа» с указанием в нем даты – 15.01.2021, согласно которому ФИО2 передала ФИО1 автомобиль <данные изъяты> № в аренду с установлением арендной платы в размере 10 000 руб. с даты подписания договора 15.01.2024 (т.1 л.д.205).

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции получены пояснения от ФИО1 о том, что он брал автомобиль не у ФИО2, а у ФИО16, которому он производил выкупные выплаты за автомобиль ГАЗ, договор аренды заключен в 2024 г. (т.1 л.д.240 оборот-241), от ФИО2 – о том, что представленный в материалы дела договор аренды был написан ею в 2024 г., текст договора ей продиктовал бывший собственник ФИО16 (т.1 л.д.242).

Из копии объяснения ФИО1 от 05.01.2024 следует, что он сообщил сотруднику ГИБДД, что 05.01.2024 в 14:00 он взял машину <данные изъяты> № у ФИО16 для собственных нужд. Страхового полиса не было (т.1 л.д.218, т.2 л.д.32).

Из протокола допроса ФИО2 от 05.06.2024, полученного в ходе производства по уголовному делу в отношении ФИО1, следует, что у нее в собственности имеется автомобиль <данные изъяты>, приобретенный 16.01.2021, автомобилем не пользуется, ответственность не застрахована. ФИО1, с которым ФИО2 ранее работала, 05.01.2024 попросил автомобиль, чтобы съездить в <адрес> (т.1 л.д.219 оборот-220, т.2 л.д.36-38).

Также в материалы дела представлены скриншоты экрана сотового телефона из мессенджера, содержащие текст сообщения от имени ФИО16 (поясняет, что был собственником автомобиля <данные изъяты>, продал его в 2021 г., ему известно, что у ФИО2 и ФИО1 был заключен договор аренды) (т.2 л.д.50), а также фотографию документа, именуемого «договор аренды автотранспортного средства с правом выкупа» от 15.01.2021 (т.2 л.д.51).

Установив указанные обстоятельства, руководствуясь положениями статей 1064, 1079, 1080, 1082, 15 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», правовой позицией Конституционного Суда РФ, сформулированной в Постановлении от 10.03.2017 № 6-П, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО1 были нарушены Правила дорожного движения, в результате чего произошло ДТП, действия ФИО1 находятся в причинной связи с причинением истцу ущерба.

Также суд первой инстанции исходил из того, что автомобиль ГАЗ в момент ДТП принадлежал ФИО2, которая передала автомобиль ФИО1 без какого-либо законного основания, что подтверждается объяснениями ФИО1 о том, что он взял машину у ФИО16 для собственных нужд, показаниями свидетеля ФИО3, данными в рамках производства по уголовному делу, о том, что ФИО1 05.01.2024 попросил у нее автомобиль.

Суд первой инстанции указал, что критически относится к доводам ответчиков о том, что между ними был заключен договор аренды, так как указанные обстоятельства опровергаются объяснениями самих же ответчиков, данными в судебных заседаниях, о том, что договор аренды, представленный в материалы дела, не является подлинным (т.1 л.д.205), составлен при рассмотрении гражданского дела.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО2 в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ не представила доказательства и не заявила о том, что автомобиль - источник повышенной опасности выбыл из ее обладания в результате противоправных действий ФИО1 и при этом отсутствует ее вина в противоправном изъятии автомобиля из ее обладания. С учетом вышеизложенного ответственность за причинение ущерба истцу возложена на владельца автомобиля – ФИО2 и с нее в пользу ФИО4 взыскан ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 225 700 рублей., в связи с чем исковые требования, предъявленные к ФИО1 в этой части, оставлены без удовлетворения.

Судебная коллегия оценивает как несостоятельные доводы апеллянтов об ошибочности сделанных судом первой инстанции выводов о законном владельце автомобиля.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ названного Кодекса вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).

В п. 1 ст. 1079 указанного Кодекса предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 данного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника; повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

Передача собственником или иным законным владельцем транспортного средства другому лицу в техническое управление не может рассматриваться как законное основание для передачи титула владения в смысле, вытекающем из содержания статьи 1079 Гражданского кодекса РФ, в силу чего данное лицо не может считаться законным владельцем источника повышенной опасности и нести ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Как следует из материалов дела, риск гражданской ответственности виновника ДТП ФИО1 при использовании автомобиля застрахован не был.

В материалы дела не был представлен оригинал заключенного между ответчиками договор аренды, не представлены документы о реальности такого договора, в частности, акт приема-передачи автомобиля, документы о платежах, произведенных по договору аренды. На вопросы суда первой инстанции об указанных обстоятельствах ответчики пояснили, что оригинал договора отсутствует, платежи за пользованием автомобилем ФИО1 ФИО2 не передавались.

При этом, как верно обращено внимание судом первой инстанции, после ДТП ответчики давали пояснения сотруднику ГИБДД и следователю о том, что автомобиль был получен 05.01.2024 по просьбе ФИО1, чтобы съездить в <адрес>, то есть для разового действия. Про договор аренды ответчики не упоминали.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что сам по себе факт управления ФИО1 автомобилем на момент ДТП не может свидетельствовать о том, что именно он являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в статье 1079 Гражданского кодекса РФ.

Факт передачи собственником транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности (Определения Верховного Суда РФ от 26.03.2024 № 48-КГ23-26-К7, от 17.01.2023 № 41-КГ22-45-К4, от 26.04.2021 № 33-КГ21-1-К3, от 24.04.2021 № 33-КГ21-1-К3, от 24.12.2019 № 44-КГ19-21, от 11.05.2018 № 18-КГ18-18).

Учитывая изложенное, а также тот факт, что собственник автомобиля ФИО2 не застраховала ответственность по договору ОСАГО, не проконтролировала исполнение обязательств по страхованию ответственности ФИО1, суд обоснованно возложил ответственность по возмещению имущественного ущерба истцу на ответчика ФИО2

Ссылки апеллянтов на переписку в мессенджере сотового телефона, содержащие пояснения бывшего собственника автомобиля ГАЗ ФИО16, не могут являться основанием для отмены по существу правильного судебного постановления, в связи со следующим.

Статьей 162 Гражданского кодекса РФ установлено, что несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Следовательно, пояснения бывшего собственника при несоблюдении сторонами письменной формы сделки по аренде не могли быть приняты судом в качестве надлежащего доказательства передачи машины во владение ответчика ФИО1

Таким образом, вывод суда о том, что в момент ДТП автомобиль, принадлежащий ФИО2, не находился в законном владении водителя ФИО1, сделан с учетом требований материального права, на основе правильно установленных фактических обстоятельств спора.

Размер ущерба, определенный в соответствии с заключением, представленным истцом в материалы дела, ответчиками не оспаривался, судом выводы в заключении были положены в основу принятого решения. За подготовку заключения с ФИО1 в пользу ФИО7 были взысканы документально подтвержденные расходы в сумме 10 000 руб.

Вместе с тем, судом первой инстанции сделан вывод, что по требованиям о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, ответчиком является не законный владелец источника повышенной опасности ФИО2, а причинитель вреда ФИО1

Указанный вывод основан на неправильном применении и толковании положений Гражданского кодекса РФ (Определение Верховного Суда от 26.10.2015 № 18-КГ15-134), моральный вред и расходы на лечение также подлежат взысканию с законного владельца источника повышенной опасности.

Вместе с тем, учитывая процессуальные позиции сторон, в том числе истца ФИО7, требовавшего возмещение морального вреда именно с причинителя вреда ФИО1, а также ответчика ФИО1, не оспаривавшего свою ответственность и не возражавшего, что он является надлежащим ответчиком, а также учитывая доводы апелляционных жалоб ответчиков и возражений истца относительно поданных апелляционных жалоб, судебная коллегия полагает отсутствующими основания для пересмотра в указанной части судебного постановления.

Ответчик ФИО1 в своей апелляционной жалобе не оспаривает решение в части взыскания расходов на лечение, с связи с чем решение суда в указанной части не является предметом проверки суда апелляционной инстанции.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о завышенном размере компенсации морального вреда подлежат отклонению в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101) Гражданского кодекса РФ и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В соответствие с пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (часть 3 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ).

Доводы апелляционной жалобы о завышенном размере компенсации морального вреда не свидетельствуют о незаконности обжалуемого решения, поскольку судом первой инстанции, исходя из положений статей 150, 1101 Гражданского кодекса РФ, были учтены характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с причинением вреда здоровью, последствия причиненного вреда здоровью и длительность его восстановления, а также требования разумности и справедливости.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, и, соответственно, является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем должна отвечать признакам справедливости и разумности.

При определении размера морального вреда судом первой инстанции принято во внимание, что согласно заключению эксперта ФИО7 причинен <данные изъяты>

Учтены показания свидетеля ФИО11, допрошенной в судебном заседании и пояснившей, что сожительствует с ФИО4 В момент, когда произошло ДТП, она находилась в автомобиле вместе с ним, обстоятельства самого ДТП помнит отрывочно. Помнит то, как очнулись, пришли в сознание, их увезли в <данные изъяты>, осмотрели, его оставили. ФИО7 был весь <данные изъяты>. В <данные изъяты> был в госпитале, но так как в <данные изъяты> Лечение ФИО12 проходил в <данные изъяты>, затем его выписали, после выписки лечился дома, ходили по врачам, у него было <данные изъяты>

Учитывая характер и степень физических и нравственных страданий, переживаний ФИО4, выразившихся в том, что в момент травмы он испытал <данные изъяты> принимая во внимание индивидуальные особенности истца, его возраст, семейное положение, обстоятельства ДТП, степень тяжести вреда здоровью, при которых истцу был причинен <данные изъяты>, а также степень вины ответчика ФИО1, его поведение после совершенного дорожно-транспортного происшествия, а именно то, что в течении почти двух лет после ДТП он не стремится оказать материальную помощь истцу, возместить ущерб, не интересуется состоянием его здоровья, суд первой инстанции, исходя из требований разумности и справедливости, позволяющих, с одной стороны, максимально возместить причиненный истцу моральный вред, с другой - не допустить его неосновательного обогащения, учитывая, что размер морального вреда является оценочной категорией и не подлежит точному денежному подсчету и производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, пришел к обоснованному выводу о том, что компенсация морального вреда в размере 500 000 руб. является разумной и справедливой.

Судом первой инстанции учтены индивидуальные особенности личности потерпевшего – офицера-военнослужащего, для которого хорошая физическая форма является необходимой для надлежащего исполнения служебных обязанностей, а также необходима для <данные изъяты>

Принята во внимание длительность лечения, проведение нескольких операций, медицинские документы и пояснения истца, а также свидетеля о проявлении последствий травмы по настоящее время <данные изъяты> вынужденных ограничениях в работе и личной жизни, которые могут в определенном объеме сохраниться на всю жизнь.

Суд первой инстанции оценил представленные в материалы дела доказательства, с учетом положений статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, и пришел к выводу, что не имеется оснований для снижения размера компенсации морального вреда со ссылкой на имущественное и семейное положение ответчика, в связи с тем, что нахождение на иждивении ответчика несовершеннолетних детей и наличие благодарственных писем не свидетельствует о его тяжелом материальном положении и отсутствии возможности возмещения ущерба, причиненного истцу, при этом, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Судебной коллегией также учитывается, что ФИО1 находится в трудоспособном возрасте <данные изъяты> при этом получает пенсию по выслуге лет, состоит в браке, супруга также находится в трудоспособном возрасте (<данные изъяты>.). Документы о наличии инвалидности, иных медицинских ограничений к трудовой деятельности ни в отношении истца, ни в отношении его супруги не представлено.

При этом, с даты ДТП 05.01.2024 ни ответчиком не предпринято каких-либо действенных мер по компенсации причиненного вреда, хотя он и заявляет, что только он один должен нести ответственность за весь причиненный вред.

С учетом примененных судом первой инстанции норм права и установленных по делу фактических обстоятельств, судебная коллегия соглашается с размером взысканной в пользу истца компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, поскольку указанная сумма соответствует вышеприведенным критериям. Каких-либо обстоятельств, имеющих юридическое значение, которые не были учтены судом первой инстанции, в апелляционной жалобе ФИО1 не приведено и судебной коллегией не установлено.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что обжалуемое решение принято в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционные жалобы, которые не содержат предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции – оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Юргинского городского суда Кемеровской области от 21 ноября 2025 г. в обжалованной части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий: Е.В. Акинина

Судьи: Л.Ю. Чурсина

Е.А. Бабушкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06.03.2026.