Определение № 33-10256/2026 от 25 мая 2026 г.

Гражданское дело № 2-125/2026

УИД № 03RS0045-01-2026-000063-35

судья Илишевского районного суда

Республики Башкортостан ФИО1

категория 2.179

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛДЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 33-10256/2026
26 мая 2026 г.
г. Уфа
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Оленичевой Е.А.,

судей: Лахиной О.В., Семенова И.С.

при секретаре судебного заседания Абдульмановой А.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к публичному акционерному обществу «Каршеринг Руссия» о защите прав потребителя,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Илишевского районного суда Республики Башкортостан от 16 марта 2026 г.

Заслушав доклад судьи Семенова И.С., судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ПАО «Каршеринг Руссия» о защите прав потребителя, в обоснование заявленных требований указывая на то, что 15 декабря 2025 г. он воспользовался услугой каршеринга, заключив с ПАО «Каршеринг Руссия» договор присоединения на аренду автомобиля ..., государственный номер №.... Поездка состоялась в г. Уфа, аренда начата в 1:35:50, завершена в 3:23:03. В ходе поездки истец несколько раз использовал стояночный тормоз (ручник) для предотвращения скатывания автомобиля, поскольку на приборной панели периодически загорался индикатор включенного ручника, а его работа казалась некорректной. ДТП не происходило, автомобиль возвращен без повреждений. По данным телематики сервиса «Делимобиль», зафиксировано неоднократное поднятие ручника во время движения, что квалифицировано ответчиком как дрифт (применение управляемых заносов). На основании п. 8.2 приложения № 3 к договору истцу начислен штраф в размере 110000,00 руб., а также пени в размере 46200,00 руб. в соответствии с п. 22 приложения № 3, всего 156200,00 руб. 24 декабря 2025 г. истец направил ответчику претензию с требованием отмены штрафа, которая оставлена без удовлетворения.

Приводя данные обстоятельства, истец просил суд признать выставленный штраф в размере 156200,00 руб. незаконным; в случае неудовлетворения этого требования снизить штраф до 5000,00 руб. на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10000,00 руб.; судебные расходы на юридические услуги в размере 17091,00 руб.

В возражении на исковое заявление ПАО «Каршеринг Руссия» просило в его удовлетворении отказать, ссылаясь на то, что 15 декабря 2025 г. между сторонами заключён договор аренды транспортного средства VW Polo VI 2020 1.6 АТ (государственный регистрационный знак <***>), в электронной форме через мобильное приложение Делимобиль. Сессия аренды продолжалась в период с 1:35 до 3:23:03 по местному времени. Все транспортные средства ответчика оборудованы сертифицированными устройствами спутникового мониторинга ГЛОНАСС/GPS, что позволяет фиксировать маршрут движения и состояние автомобиля. Согласно данным телеметрии, в ходе сессии аренды зафиксировано резкое увеличение скорости и её резкое падение, что свидетельствует о неоднократном поднятии стояночного тормоза (ручника) во время движения, что запрещено договором аренды. Пунктом 4.3.15 договора аренды запрещено опасное вождение, дрифт (применение управляемых заносов), а также вождение, которое может повредить транспортному средству или третьим лицам. Согласно п. 8.2 приложения № 3 к договору (положение о штрафах), за дрифт предусмотрен штраф в размере 110000,00 руб. Примечанием к указанному пункту определено, что дрифтом признаётся, в том числе, изменение траектории движения, сопряжённое с использованием стояночного тормоза 5 раз и более за сессию аренды. Истец, присоединившись к договору, добровольно выразил согласие со всеми его условиями. Доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства истцом не представлено, при этом отсутствие повреждений арендованного имущества не является основанием для снижения штрафа, поскольку за повреждение транспортного средства договором предусмотрена отдельная ответственность.

Решением Илишевского районного суда Республики Башкортостан от 16 марта 2026 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда, ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой ставится вопрос о его отмене со ссылкой на то, что суд первой инстанции пришёл к выводу о виновности истца в нарушении условий договора на основании детализации и данных телематики, однако, по мнению заявителя, эти доказательства не являются надлежащими. Ответчик не представил доказательств, позволяющих идентифицировать марку, модель и государственный номер автомобиля по данным телематики, не подтвердил сертификацию телематического оборудования и достоверность его показаний. Сам по себе факт поднятия ручника во время движения не тождественен дрифту, поскольку дрифт характеризуется совокупностью параметров движения, а простое поднятие ручника не может однозначно свидетельствовать о совершении управляемого заноса. Кроме того, суд не принял во внимание доводы истца о возможном техническом сбое оборудования, а именно некорректной работе индикатора стояночного тормоза. Также суд первой инстанции не применил статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии заявления истца и явной несоразмерности штрафа: штраф в размере 110000,00 руб. явно несоразмерен последствиям предполагаемого нарушения, при этом материалы дела не содержат доказательств причинения какого-либо вреда имуществу ответчика. Суд не установил баланс интересов сторон и не дал оценки явной несоразмерности штрафа, что привело к тому, что взыскание штрафа в полном размере при отсутствии убытков является не мерой ответственности, а средством неосновательного обогащения ответчика. Кроме того, суд первой инстанции неправомерно возложил на истца как потребителя бремя доказывания отсутствия вины, тогда как по закону обязанность доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на исполнителе услуги.

Лица, участвующие в деле, на судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству с указанием времени и места судебного разбирательства размещена в открытом доступе на официальном сайте Верховного Суда Республики Башкортостан (vs.bkr.sudrf.ru) в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Судебная коллегия, принимая во внимание отсутствие возражений, руководствуясь положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрела дело без участия указанных лиц.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ПАО «Каршеринг Руссия» оказывает услуги по предоставлению транспортных средств в краткосрочную (до 24 часов) аренду на основе поминутной тарификации физическим лицам для целей, не связанным с осуществлением ими предпринимательской деятельности (каршеринг). Транспортные средства предоставляются клиентам после их присоединения к договору Делимобиль. Приемка транспортного средства осуществляется посредством использования мобильного приложения Делимобиль либо посредством звонка оператору – в дистанционном порядке разблокируются двери, клиент проводит осмотр транспортного средства и принимает (либо отказывается от приемки) транспортного средства в аренду. Управление транспортным средством осуществляется клиентами ПАО «Каршеринг Руссия» по договору аренды.

Отношения между ответчиком и клиентом оформляются двумя договорами: договор «Делимобиль», устанавливающий общие условия оказания услуг по пользованию сервисом каршеринга; договор аренды транспортного средства, который стороны заключают при каждой аренде транспортного средства.

ФИО2 является зарегистрированным пользователем сервиса Делимобиль.

ФИО2 подтвердил присоединение к договору Делимобиль, размещенному в сети Интернет, до заключения договора ознакомился с положениями договора и всеми его неотъемлемыми частями (приложениями к договору), подтвердил согласие с условиями договора и тарифами и взял на себя обязанности по исполнению, о чем свидетельствует электронная подпись истца.

15 декабря 2025 г. между истцом и ПАО «Каршеринг Руссия» заключен договор аренды транспортного средства № 293769656, автомобиль ..., государственный регистрационный знак №..., согласно п. 1.1 которого арендодатель предоставляет арендатору во временное владение и пользование (аренда) транспортное средство без оказания услуг по управлению им, а арендатор обязуется использовать транспортное средство в соответствии с условиями настоящего договора, договора Делимобиль и иными документами об использовании сервиса. Аренда осуществляется с помощью мобильного приложения.

Согласно договору аренды транспортного средства, утверждённому Приказом № ДД-28 от 18 ноября 2019 г. в редакции Приказа № ДД-125 от 29 апреля 2025 г., ПАО «Каршеринг Руссия» (арендодатель) предоставляет арендатору во временное владение и пользование транспортное средство без оказания услуг по управлению им. Договор является договором присоединения, оферта считается направленной с момента отображения в мобильном приложении, а акцепт осуществляется путём нажатия активной клавиши «Принять условия». Конкретный объект аренды, тарифы и условия выбираются арендатором в приложении. арендатор подтверждает, что ознакомлен с условиями, имеет право управления транспортным средством, согласен на использование технических средств контроля, включая спутниковый мониторинг ГЛОНАСС/GPS, а также фото- и видеофиксацию в салоне. Заключение договора происходит в электронной форме через мобильное приложение с использованием электронной подписи. Арендатор обязан провести внешний осмотр транспортного средства до начала аренды, зафиксировав повреждения через приложение; при отсутствии замечаний транспортное средство считается принятым в надлежащем состоянии. Завершение аренды оформляется актом возврата с фотофиксацией. Арендатору запрещается опасное вождение, дрифт (применение управляемых заносов), а также вождение, которое может повредить транспортному средству или третьим лицам. За нарушение указанного запрета Положением о штрафах предусмотрена ответственность. Арендатор несёт риск угона, повреждения или гибели транспортного средства с момента начала сессии аренды и до её окончания, а в отдельных случаях и после. Размер взыскания за повреждение транспортного средства ограничен в зависимости от модели и суммы ущерба, однако данные ограничения не применяются при нарушении запрета на дрифт или опасное вождение. Арендодатель вправе осуществлять оплату административных штрафов, полученных в период аренды, с последующим возмещением за счёт арендатора. Споры с физическими лицами разрешаются в соответствии с действующим законодательством.

Согласно Положению о территориальных ограничениях в использовании транспортных средств, являющемуся приложением № 2 к договору аренды, движение и оставление автомобиля в режиме ожидания допускается только в пределах разрешённой зоны, обозначенной на карте в мобильном приложении жёлтой непрерывистой линией. Завершение сессии аренды возможно исключительно в пределах зоны, отображаемой на карте в виде закрашенного полупрозрачного фона. Остановка и стоянка транспортного средства в любом случае не допускаются с нарушением правил дорожного движения, на подземных или крытых парковках, тротуарах, закрытых или специализированных парковках, частных территориях, а также на территориях с ограниченным доступом, включая оснащённые шлагбаумами, и на парковочных местах для инвалидов или грузовых автомобилей. Положением установлены специальные правила для разрешённой зоны «Москва», где оставление автомобиля допускается на платных городских парковках, но запрещается на подземных парковках, тротуарах, частных и закрытых территориях, а также на парковках, не входящих в зону платной городской парковки. Аналогичные ограничения предусмотрены для зоны «Сочи». Отдельные разделы положения регулируют размещение транспортных средств на территориях аэропортов. Нарушение установленных правил влечёт применение мер ответственности, предусмотренных договором, а также возмещение всех убытков арендодателя, понесённых в связи с таким нарушением.

Согласно Положению о штрафах, являющемуся приложением № 3 к договору аренды транспортного средства, за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора предусмотрены штрафные санкции. В частности, за опасное вождение, в том числе в соответствии с определением Правил дорожного движения, а также использование транспортного средства в состязаниях, соревнованиях, пари, конкурсах или испытаниях любого вида установлен штраф в размере 15000,00 руб. при отсутствии вреда арендодателю или третьим лицам, и 110000,00 руб. при неоднократном нарушении в течение использования сервиса либо при причинении вреда. Отдельным составом нарушения выделен дрифт, под которым понимается совершение управляемых заносов, характеризующихся в том числе изменением траектории движения, не обусловленным изменением направления движения, сопровождаемым использованием торможения (включая стояночный тормоз) во время движения. В целях договора к дрифту приравнивается изменение траектории движения, сопряжённое с использованием стояночного тормоза 5 раз и более за сессию аренды, определяемое по данным программного обеспечения сервиса «Делимобиль». За дрифт предусмотрен штраф в размере 110000,00 руб. Кроме того, за нарушение иных условий договора, за которое не установлен отдельный штраф, применяется штраф в размере 15000,00 руб. За просрочку исполнения платежных обязательств начисляются пени в размере 2 % от суммы задолженности за каждый день просрочки со дня истечения срока, когда платёж должен был быть совершён.

Сессия аренды осуществлялась 15 декабря 2025 г. в период с 1:35:50 по 3:23:03. Маршрут следования проходил от адрес до Проспекта Октября, адрес Республики Башкортостан.

Согласно электронному письму от сервиса «Делимобиль», направленному с адреса info@delimobil.ru в адрес ФИО2, в ходе поездки 15 декабря 2025 г. на автомобиле ... с государственным регистрационным знаком №... зафиксировано неоднократное поднятие стояночного тормоза (ручника) во время движения, что квалифицировано как опасное вождение и запрещено договором аренды. В связи с данным нарушением на основании пункта 8.2 приложения № 3 к договору начислен штраф в размере 110000,00 руб., который предложено оплатить через приложение в течение одного календарного дня. В письме также указано, что в случае несвоевременной оплаты за каждый день просрочки может начисляться неустойка в соответствии с пунктом 10.9 договора и пунктом 22 приложения № 3 к договору аренды.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции указал на то, что между сторонами заключён договор аренды транспортного средства без экипажа, к которому применим Закон о защите прав потребителей. Истец при присоединении к договору через мобильное приложение был ознакомлен с его условиями, включая запрет на опасное вождение и дрифт, а также с размером штрафных санкций, и добровольно выразил согласие с ними. Суд установил, что в период сессии аренды 15 декабря 2025 г. на автомобиле ... с государственным регистрационным знаком №..., исходя из представленной ответчиком детализации и данных телеметрии, зафиксирована траектория движения, скорость и неоднократное применение стояночного тормоза, что квалифицировано как дрифт в соответствии с условиями договора. Представленные ответчиком доказательства, включая данные спутникового мониторинга с сертифицированного оборудования, суд признал допустимыми и достаточными для подтверждения нарушения. Истец не представил доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, а также не доказал несоразмерность начисленного штрафа последствиям нарушения. Поскольку нарушение условий договора подтверждено, основания для признания штрафа незаконным отсутствуют. Доводы истца о возможном техническом сбое оборудования не нашли подтверждения в материалах дела. При таких обстоятельствах суд пришёл к выводу, что требования истца о признании штрафа незаконным, его снижении, а также производные требования о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворению не подлежат.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, приходит к следующим выводам.

Так, обращаясь в суд с исковым заявлением, ФИО2 указал, что воспользовался услугой каршеринга и арендовал у ответчика автомобиль VW POLO VI. Договор был заключён в форме договора присоединения, условия которого размещены на сайте ответчика. Истец пояснил, что в ходе поездки он несколько раз использовал стояночный тормоз (ручник) для обеспечения безопасности, чтобы автомобиль не покатился, поскольку на приборной панели периодически загорался индикатор включённого стояночного тормоза и создавалось впечатление некорректной работы ручника. При этом, как утверждал истец, элементы дрифта в его действиях отсутствовали, дорожно-транспортное происшествие не происходило, автомобиль возвращён без повреждений. Несмотря на это, ответчик направил истцу уведомление о начислении штрафа за дрифт в размере 110000 руб., а также пени в размере 46200 руб. Истец направил претензию об отмене штрафа, которая оставлена без удовлетворения. Полагая штраф незаконным и несоразмерным, истец просил признать выставленный штраф незаконным, в случае неудовлетворения этого требования снизить его на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также взыскать компенсацию морального вреда и судебные расходы.

Судебная коллегия, анализируя нормы законодательства, подлежащие применению к спорным правоотношениям, исходит из следующего.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом или иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации, договором присоединения признаётся договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путём присоединения к предложенному договору в целом. При этом присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что неустойкой (штрафом, пеней) признаётся определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Правовое регулирование отношений по краткосрочной аренде транспортных средств (каршеринг) в Российской Федерации осуществляется на основе общих норм гражданского законодательства об аренде, в частности параграфа 3 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующего аренду транспортных средств без экипажа.

Особенностью каршеринга как вида предпринимательской деятельности является предоставление транспортных средств в аренду неопределённому кругу физических лиц для личных (некоммерческих) нужд на короткий срок с поминутной тарификацией. В силу специфики данного сервиса, предполагающей многократную смену арендаторов в течение суток и использование транспортных средств в интенсивном режиме, арендодатель объективно заинтересован в установлении чётких правил эксплуатации автомобилей, направленных на обеспечение их сохранности, безопасности дорожного движения, а также защиту имущественных интересов как самого арендодателя, так и третьих лиц.

В связи с этим договоры каршеринга заключаются в форме договоров присоединения, что не противоречит действующему законодательству и обусловлено экономической целесообразностью: стандартизация условий позволяет минимизировать временные и организационные издержки при заключении большого количества однотипных сделок. Присоединяясь к такому договору, арендатор подтверждает, что ознакомлен с его условиями и принимает их в полном объёме, включая положения об ответственности за нарушения.

Законодатель, предоставляя гражданам-потребителям повышенную защиту в рамках Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», вместе с тем не отменяет принцип свободы договора и не освобождает потребителя от обязанности соблюдать принятые на себя договорные обязательства. Условия договора, устанавливающие меры ответственности за опасное вождение и иные действия, способные повредить транспортному средству или создать угрозу для третьих лиц, сами по себе не могут расцениваться как ущемляющие права потребителя, поскольку направлены на защиту имущества арендодателя и обеспечение безопасности дорожного движения, что соответствует публичным интересам.

Системное толкование норм гражданского законодательства и законодательства о защите прав потребителей приводит к выводу о том, что потребитель, добровольно принимая условия договора присоединения, соглашается с установленными в нём правилами пользования имуществом и мерами ответственности за их нарушение, и бремя доказывания несоразмерности таких мер последствиям нарушения лежит на потребителе, заявляющем о снижении неустойки.

Исследуя существо иска и совокупность установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что юридически значимыми обстоятельствами, подлежавшими установлению в рамках настоящего дела, являлись следующие: факт заключения между сторонами договора аренды транспортного средства от 15 декабря 2025 г.; содержание условий договора и приложений к нему, касающихся запрета на дрифт и опасное вождение, а также размера ответственности за нарушение указанных запретов; наличие либо отсутствие в действиях истца в период сессии аренды поведения, которое в соответствии с условиями договора квалифицируется как дрифт; соблюдение ответчиком порядка фиксации нарушения и начисления штрафа; наличие либо отсутствие правовых оснований для снижения размера начисленных штрафных санкций.

Суд первой инстанции, проанализировав условия договора аренды транспортного средства и положения о штрафах, являющегося приложением № 3 к договору, установил, что пунктом 8 Приложения № 3 предусмотрен штраф за дрифт в размере 110000,00 руб. При этом в примечании к указанному пункту дано развёрнутое определение дрифта, согласно которому под дрифтом понимается совершение управляемых заносов, характеризующихся в том числе изменением траектории движения транспортного средства, не обусловленным изменением направления движения, определённого для соответствующей территории, и/или не являющимся необходимым при соблюдении требований Правил дорожного движения, сопровождаемое в том числе использованием торможения (включая стояночный тормоз) во время движения. В целях договора к дрифту приравнивается изменение траектории движения, сопряжённое с использованием стояночного тормоза 5 раз и более за сессию аренды, определённое по данным программного обеспечения сервиса «Делимобиль». Истец, присоединившись к договору, выразил согласие с указанным определением.

Судом также установлено, что ответчиком в материалы дела представлена детализация аренды транспортного средства, полученная посредством сертифицированного оборудования спутникового мониторинга ГЛОНАСС/GPS, которым оборудованы все транспортные средства ответчика. Из указанной детализации следует, что в период сессии аренды 15 декабря 2025 г. в интервале с 1:35:50 по 3:23:03 зафиксировано неоднократное (более пяти раз) использование стояночного тормоза во время движения, что в соответствии с условиями договора приравнивается к дрифту.

Доказательств того, что зафиксированные телематикой параметры движения относятся к иному автомобилю либо что оборудование дало сбой, истцом не представлено. При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришёл к выводу о том, что факт нарушения истцом условий договора, выразившегося в совершении действий, квалифицированных как дрифт, нашёл своё подтверждение в ходе судебного разбирательства. Поскольку нарушение имело место, а договором прямо предусмотрена ответственность в виде штрафа, у ответчика возникло право на выставление истцу требования об уплате указанного штрафа как условия дальнейшего использования сервиса. Следовательно, вывод суда первой инстанции об отказе в признании незаконным факта выставления штрафа в связи с нарушением условий аренды транспортного средства является законным и обоснованным. Оснований для отмены или изменения решения суда в указанной части судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы истца о недоказанности его вины в нарушении условий договора. Истец в апелляционной жалобе утверждает, что представленные ответчиком данные телематики не позволяют идентифицировать марку, модель и государственный номер автомобиля, в связи с чем не могут являться безусловными и достаточными доказательствами.

Указанный довод признаётся несостоятельным, поскольку детализация аренды, представленная ответчиком, содержит сведения о конкретном транспортном средстве ... с государственным регистрационным знаком №..., а также о периоде сессии аренды, который совпадает со временем поездки, указанным истцом в исковом заявлении. Истец не оспаривал сам факт использования указанного автомобиля в указанное время. Таким образом, идентификация транспортного средства и его принадлежность к сессии аренды истца сомнений не вызывают.

Довод истца о том, что ответчик не представил документов, подтверждающих сертификацию телематического оборудования, также не может служить основанием для отмены решения, поскольку в силу пункта 1.3.4 договора аренды транспортного средства истец при заключении договора согласился с размещением в транспортном средстве и использованием арендодателем технических средств, позволяющих отследить местонахождение транспортного средства, а также возможные нарушения договора, включая датчики и спутниковый мониторинг. Доказательств того, что использованное ответчиком оборудование не сертифицировано либо его показания недостоверны, истцом не представлено.

Более того, в соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Истец, заявляя о техническом сбое оборудования и некорректной работе индикатора стояночного тормоза, не представил никаких доказательств в подтверждение этих доводов.

Несостоятельным является и утверждение истца о том, что простое поднятие ручника во время движения не тождественно дрифту. Указанный довод опровергается прямым содержанием договора, в котором стороны согласовали, что изменение траектории движения, сопряжённое с использованием стояночного тормоза 5 раз и более за сессию аренды, в целях договора приравнивается к дрифту. Таким образом, истец, добровольно присоединившись к договору, принял на себя обязательство не совершать указанных действий и согласился с тем, что их совершение будет квалифицироваться как дрифт с применением соответствующих штрафных санкций.

Довод апелляционной жалобы о неправильном распределении бремени доказывания и о том, что суд первой инстанции возложил на истца обязанность доказывать свою невиновность, основан на неверном толковании норм процессуального права. Из материалов дела следует, что ответчик представил доказательства, подтверждающие факт нарушения истцом условий договора (детализацию аренды, данные телематики). После этого бремя доказывания перешло к истцу, который должен был представить доказательства, опровергающие доводы ответчика либо подтверждающие наличие обстоятельств, освобождающих его от ответственности. Истец таких доказательств не представил. Ссылка истца на возможный технический сбой оборудования носит предположительный характер и не подтверждена никакими объективными данными.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно признал доказанным факт нарушения истцом условий договора. Доводы апелляционной жалобы в части оспаривания вины истца подлежат отклонению как несостоятельные.

Вместе с тем, судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы в части неприменения судом первой инстанции положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к начисленным пеням.

В рамках искового заявления истец заявлял требование о снижении штрафных санкций на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований в полном объёме, не дал оценки соразмерности начисленных пени последствиям нарушения обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Указанная норма направлена на установление баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и действительным размером ущерба, причинённого в результате конкретного правонарушения.

Судебная коллегия, проанализировав размер начисленных пеней, установила, что они составляют 46200,00 руб. и начислены на основании пункта 22 Положения о штрафах за просрочку исполнения платежных обязательств в размере 2 % от суммы задолженности за каждый день просрочки со дня истечения срока, когда платёж должен был быть совершен. При этом размер основного штрафа за дрифт составляет 110000,00 руб. Таким образом, пени, начисленные за просрочку уплаты штрафа, по своему размеру составляют более 42 % от суммы основного долга.

Доказательств того, что просрочка оплаты штрафа повлекла для ответчика какие-либо существенные негативные последствия или убытки в размере, сопоставимом с начисленными пенями, материалы дела не содержат. Более того, сам штраф за дрифт, составляющий 110000,00 руб., уже представляет собой значительную сумму, сопоставимую со стоимостью многократных арендных сессий. Начисление пеней в размере 46200,00 руб. за относительно непродолжительный период просрочки (как следует из материалов дела, с 16 декабря 2025 г., то есть с даты, следующей за днём истечения однодневного срока добровольной оплаты, до момента рассмотрения дела судом первой инстанции) при отсутствии доказательств причинения ответчику реальных убытков в указанном размере свидетельствует о явной несоразмерности начисленных пеней последствиям нарушения обязательства.

Судебная коллегия учитывает также, что истец является физическим лицом, потребителем, и взыскание с него пеней в размере, превышающем 40 % от суммы основного долга, при отсутствии данных о недобросовестном уклонении от оплаты, не соответствует принципам разумности и справедливости.

Истец в исковом заявлении и в апелляционной жалобе указывал на несоразмерность штрафных санкций, что следует расценивать как заявление о снижении неустойки. Ответчик, в свою очередь, не представил доказательств того, что размер начисленных пеней соразмерен последствиям нарушения, либо того, что просрочка оплаты повлекла для него убытки в размере, сопоставимом с начисленными пенями. При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для снижения размера пеней, начисленных истцу в связи с просрочкой уплаты штрафа.

Судебная коллегия также учитывает, что в силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойка является способом обеспечения исполнения обязательства, а не средством обогащения кредитора. Взыскание неустойки в чрезмерно высоком размере, не соответствующем характеру и последствиям нарушения, противоречит компенсационной природе неустойки.

Определяя размер пеней, подлежащих взысканию с истца, судебная коллегия принимает во внимание конкретные обстоятельства дела: отсутствие доказательств причинения ответчику убытков в результате просрочки оплаты, незначительный период просрочки (с момента выставления штрафа до рассмотрения дела судом первой инстанции), а также то обстоятельство, что основной штраф за дрифт уже представляет собой значительную сумму, которая подлежит уплате истцом и достаточна для восстановления имущественных интересов ответчика.

Судебная коллегия полагает, что снижение пеней до 10000,00 руб. соответствует принципам соразмерности и справедливости, обеспечивает баланс интересов сторон и не нарушает прав ответчика, поскольку компенсирует ему возможные негативные последствия, связанные с несвоевременной оплатой штрафа. Взыскание пеней в указанном размере, наряду с основным штрафом, будет достаточным для стимулирования истца к надлежащему исполнению денежных обязательств в будущем.

В связи с изложенным, решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требования о снижении пеней подлежит изменению. Судебная коллегия считает возможным снизить размер пеней, начисленных ПАО «Каршеринг Руссия» ФИО2, до 10000,00 руб.

На основании изложенного руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Илишевского районного суда Республики Башкортостан от 16 марта 2026 г. изменить в части отказа в признании незаконным взыскания штрафных санкций.

В измененной части принять по делу новое решение, которым начисленные к взысканию с ФИО2 в пользу акционерного общества «Каршеринг Руссия» пени снизить до 10 000 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерному обществу «Каршеринг Руссия» - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 9 июня 2026 г.