Апелляционное постановление № 22-456/2025 от 20 июля 2025 г. по делу № 1-169/2025

Судья Зарудняк Н.Н. Дело №22-456/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21 июля 2025 года г.Севастополь

Севастопольский городской суд в составе:

председательствующего: Авхимова В.А.,

при секретаре: Боднар Т.С.,

с участием прокурора: Язева В.С.,

обвиняемого: ФИО1,

защитника: Гуркина С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя, а также по апелляционной жалобе потерпевшего Потерпевший №3 на постановление Балаклавского районного суда г.Севастополя от 25 апреля 2025 года, которым уголовное дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ,

возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Авхимова В.А., выслушав выступление прокурора Язева В.С., поддержавшего доводы апелляционных представления и жалобы, мнение обвиняемого ФИО1 и защитника Гуркина С.А., об оставлении постановления без изменения, суд,

УСТАНОВИЛ:

Органами следствия ФИО1 обвиняется в выполнении работ и оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, если они повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть человека.

Постановлением Балаклавского районного суда г.Севастополя от 25 апреля 2025 года уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №3 находит постановление незаконным, просит его отменить, уголовное дело направить для рассмотрения в суд в ином составе суда.

Считает, что оснований, препятствующих рассмотрению уголовного дела по существу, не имеется,

Отмечает, что учитывая фактические обстоятельства дела, а именно смерть потерпевшей К., причинение сильных ожогов ему само по себе свидетельствует о наличии имевшейся опасности, образовавшейся ввиду некачественной работы со стороны ФИО1, что доказано следователем.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Китавцев М.В. находит постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить уголовное дело направить для рассмотрения в суд первой инстанции.

Утверждает, что из обвинительного заключения следует, что органом предварительного следствия соблюдены требования, предусмотренные ст.220 УПК РФ, что нашло своё отражение при изложении существа обвинения, с учётом специфики состава преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.238 УК РФ.

Указывает, что в обвинительном заключении содержатся ссылки на все имеющиеся в материалах уголовного дела заключения экспертов, в том числе пожарно-технической судебной экспертизы, где изложены причины -загазованности помещения, а также причины, приведшие к взрыву, при этом органом предварительного следствия, с целью установления причинно- следственной связи между действиями обвиняемого ФИО1 и наступившими последствиями, дополнительно изучены и подтверждены данные обстоятельства в ходе производства следственных действий, с отражением сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному делу, конкретных нормативно-правовых актов и их требований, нарушенных ФИО1 при выполнении работ и оказании услуг по установке и первичному пуску газового котла.

Полагает, что при наличии заключения пожарно-технической экспертизы №35-24 от 15 апреля 2024 года, судом первой инстанции необоснованно указано на отсутствие выводов о причине образования загазованности помещения, в котором произошёл взрыв, при этом наличие (отсутствие) причинно-следственной связи между действиями ФИО1 по выполнению работ, связанных с установкой первичным пуском газового котла, загазованностью помещения, приведшей к взрыву, является в данном конкретном случае прерогативой органов предварительного следствия, относится их компетенции, и не может быть установлена, предрешена или определена экспертным путём, поскольку ни в предмет «технической экспертизы», в предмет какой-либо другой судебной экспертизы не входит.

Считает, что доводы суда об отсутствии заключения эксперта об исправности газового оборудования, в том числе на момент первичного пуска, является необоснованным, противоречат материалам уголовного дела.

Обращает внимание, что выводы суда о недостаточности перечисленных доказательств для рассмотрения уголовного дела по существу являются преждевременным, поскольку исследование доказательств по делу не начиналось, а в случае возникновения у суда сомнений в правильности, объективности и полноте совокупности доказательств, в том числе заключений экспертов, они могли быть разрешены судом путём допроса в судебном заседании экспертов, участвовавших в проведении экспертизы, постановки перед ними соответствующих вопросов, исследования всех представленных сторонами доказательств, в том числе допросов специалистов и последующей оценки доказательств в совокупности. Кроме того, суд не лишён возможности назначения новых, дополнительных либо повторных экспертиз.

В возражениях на апелляционные представление и жалобу защитник считает постановление законным и обоснованным, просит его оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы представления, жалобы и возражений, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление подлежащим отмене по следующим основаниям.

Так, возвращая уголовное дело прокурору суд первой инстанции указал, что для установления характера опасности выполненных ФИО1 работ и оказанных им услуг суд должен располагать заключением эксперта, содержащим вывод о том, могло ли качество выполненных последним работ и оказанных услуг в обычных условиях привести к смерти или причинению тяжкого вреда здоровью человека.

Также суд указал на отсутствие ссылки в обвинительном заключении на заключение специальной технической экспертизы, содержащей выводы о причине образования загазованности помещения, в котором произошёл взрыв, а также о наличии причинной связи между действиями ФИО1 по выполнению работ, связанных с установкой и пуском газового оборудования, и загазованностью помещения, приведшей к взрыву. При этом по мнению суда первой инстанции, не произведена экспертиза на предмет исправности газового котла на момент первичного пуска, что является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу.

Мотивируя свои доводы, суд первой инстанции указал, что обстоятельства, подлежащие доказыванию по данному уголовному делу, которые не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, в том числе с помощью заключений судебных экспертиз, на которые имеются ссылки в обвинительном включении, а именно: пожарно-технической экспертизы №35-24 от 15 апреля 2024 года, строительно-технической экспертизы №1008/3-1-24 от 03 декабря 2024 года, трасологической экспертизы №92 от 27 августа 2024 года, товароведческой экспертизы №2417/2-1-24, судебно-медицинских экспертиз №4121 от 17 января 2024 года и №677 от 25 марта 2024 года, в связи с чем возникает необходимость в проведении значительных по объёму исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными выводами по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу закона под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в статье 220 УПК РФ, а также других взаимосвязанных с ними нормах УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

Уголовное дело подлежит возвращению прокурору в случаях, когда обвинительный документ не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 73 УПК РФ), с учётом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объёму исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Согласно п.п.1, 2 ст.73 УПК РФ следует, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; характер и размер вреда, причинённого преступлением и так далее.

В соответствии с п.п.3, 4, 5, 8 ч.1 ст.220 УПК РФ следует, что в обвинительном заключении следователь указывает: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причинённого преступлением.

Исходя из диспозиции статьи, уголовная ответственность по ст.238 УК РФ наступает при условии, что опасность товаров, продукции, работ или услуг для жизни или здоровья человека является реальной. О реальной опасности выполняемых (выполненных) работ или оказываемых (оказанных) услуг может свидетельствовать такое их качество, при котором выполнение работ или оказание услуг в обычных условиях могло привести к указанным тяжким последствиям. В тех случаях, когда для установления характера опасности работ или услуг требуются специальные знания, суды должны располагать соответствующими заключениями экспертов или специалистов.

Из обвинительного заключения следует, что органом предварительного следствия соблюдены требования, предусмотренные ст.220 УПК РФ, что нашло своё отражение при изложении существа обвинения, с учётом специфики состава преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ - нарушенных требований нормативно-правовых актов, указания несоответствия выполнения работ и оказания услуг данным требованиям, наличия причинной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти К. и причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №3 по неосторожности. При этом, в соответствии с требованиями статьи 196 УПК РФ по уголовному делу проведены соответствующие судебные медицинские экспертизы, ссылки на которые содержатся в предъявленном ФИО1 обвинении.

Помимо этого, в обвинительном заключении содержатся ссылки на все имеющиеся в материалах уголовного дела заключения экспертов, в том числе пожарно-технической судебной экспертизы, где изложены причины загазованности помещения, а также причины, приведшие к взрыву, при этом органом предварительного следствия, с целью установления причинно- следственной связи между действиями обвиняемого ФИО1 и наступившими последствиями, дополнительно изучены и подтверждены данные обстоятельства в ходе производства следственных действий - допроса специалистов И. от 13 июня 2024 года, 16 октября 2024 года, 12 февраля 2024 года; С. от 28 октября 2024 года, 23 ноября 2024 года, 12 февраля 2025 года; Ш. от 17 июня 2024 года, 12 февраля 2025 года, с отражением сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному делу, конкретных нормативно-правовых актов и их требований, нарушенных ФИО1 при выполнении работ и оказании услуг по установке и первичному пуску газового котла.

Судом первой инстанции при изложении позиции о необходимости наличия ссылки на «заключение специальной технической экспертизы» по уголовному телу упомянуты положения п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №18 от 25 июня 2019 года «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст.238 УК РФ», согласно которым «по смыслу закона уголовная ответственность по ч.1 или по п.п. «а», «б» ч.2 ст.238 УК РФ наступает при условии, что опасность товаров, продукции, работ или услуг для жизни или здоровья человека является реальной», однако действия обвиняемого ФИО1 квалифицируются органом следствия по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ, которое не входит в приведенное положение, что даёт основание полагать правоприменителю, во взаимосвязи с фактическими обстоятельствами уголовного дела, а именно последствиями в виде смерти К. и причинением тяжкого вреда здоровью Потерпевший №3 по неосторожности, нормами материального права, а также вышеуказанными положениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации - причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека само по себе предполагает наличие реальной опасности работ и услуг для жизни и здоровья человека, однако лишь во взаимосвязи с установленными обстоятельствами по уголовному делу и виной в форме неосторожности по отношению к последствиям.

При наличии заключения пожарно-технической экспертизы №35-24 от 15 апреля 2024 года, судом первой инстанции необоснованно указано на отсутствие выводов о причине образования загазованности помещения, в котором произошёл взрыв, при этом наличие (отсутствие) причинно-следственной связи между действиями ФИО1 по выполнению работ, связанных с установкой и первичным пуском газового котла, загазованностью помещения, приведшей к взрыву, является в данном конкретном случае прерогативой органов предварительного следствия, относится к их компетенции, и не может быть установлена, предрешена или определена экспертным путём, поскольку ни в предмет «технической экспертизы», ни в предмет какой-либо другой судебной экспертизы не входит.

Доводы суда об отсутствии заключения эксперта об исправности газового оборудования, в том числе на момент первичного пуска, являются несостоятельными, так как противоречат материалам уголовного дела.

Так, органом предварительного следствия произведена товароведческая судебная экспертиза, по результатам которой получено заключение эксперта №2417/2-1-24 от 24 октября 2024 года, об отсутствии производственных дефектов газового котла, соответствии качества газового котла нормативным требованиям, однако при ответе на вопрос об исправности состояние газового котла на момент монтажа - эксперт сообщил о невозможности дать заключение на основании ст.57 УПК РФ, поскольку выходит за пределы его компетенции.

В целях установления исправности указанного газового оборудования произведён дополнительный осмотр газового котла с участием специалиста С. от 23 ноября 2024 года, по результатам которого повреждений или деформации комплектующих, их элементов, которые могли бы привести к утечке газа не обнаружено, что последний также подтвердил в ходе допроса в качестве специалиста от 23 ноября 2024 года.

С учётом изложенного, органом предварительного следствия в обвинительном заключении верно изложено существо обвинения, в том числе отражено наличие причинно-следственной связи между умышленными действиями обвиняемого ФИО1 при выполнении работ и оказании услуг, и неосторожностью, выраженной в наступлении последствий - образовании загазованности помещения и взрыва газовоздушной смеси, что повлекло смерть К. и причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №3, на основании собранных доказательств по уголовному делу, в соответствии с требованиями ст.ст.73, 85, 87, 88 УПК РФ.

Установление обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, в том числе подлежащих доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ не противоречит положениям п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №39 от 17 декабря 2024 года «О практике применения судами норм УПК РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», п.п.2, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №18 от 25 июня 2019 года «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст.238 УК РФ», поскольку в данном случае выводы о причине образования загазованности помещения, в котором произошёл взрыв установлены заключением эксперта №35-24 от 15 апреля 2024 года, при этом наличие причинной связи между действиями ФИО1 по выполнению работ, связанных установкой и пуском газового оборудования и загазованностью помещения, приведшей к взрыву газовоздушной смеси установлены следственным путём, и не могут быть установлены экспертным путём, поскольку объект исследования не входит в предмет ни одной судебной экспертизы, в связи с чем данные обстоятельства могли быть установлены и действительно установлены только с помощью иных видов доказательств - производством допросов специалистов И., С., Ш., потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, Потерпевший №3, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №3, Свидетель №17, Свидетель №18, Свидетель №19, заключениями эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (трасологическая судебная эксперта), № от ДД.ММ.ГГГГ (пожарно-техническая судебная экспертиза), № от ДД.ММ.ГГГГ (товароведческая судебная экспертиза); экспертов К. от ДД.ММ.ГГГГ, З. от ДД.ММ.ГГГГ, а также протоколами осмотра мест происшествий и предметов по уголовному делу, полученными в соответствии с требованиями ст.ст.73, 85, 87, 88 УПК РФ, что нашло своё отражении при составлении обвинительного заключении, следователем, с указанием соответствующих ссылок на изложенные доказательства.

Выводы суда о недостаточности перечисленных доказательств для рассмотрения уголовного дела по существу являются преждевременным, поскольку исследование доказательств по делу не начиналось, а в случае возникновения у суда сомнений в правильности, объективности и полноте совокупности доказательств, в том числе заключений экспертов, они могут быть разрешены судом путём допросов в судебном заседании экспертов, участвовавших в проведении экспертизы, постановки перед ними соответствующих вопросов, исследования всех представленных сторонами доказательств, в том числе допросов специалистов и последующей оценки доказательств в совокупности. Кроме того, суд не лишён возможности назначения новых, дополнительных либо повторных экспертиз.

При комплексном анализе материалов уголовного дела, в том числе обвинительного заключения, уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, а также фактических обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что собранных доказательств достаточно для рассмотрения уголовного дела по существу, при этом обстоятельств, которые не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, нежели по результатам проведения судебных экспертиз, не установлено.

Учитывая изложенное, доводы суда относительно отсутствия в обвинительном заключении ссылки на заключение эксперта, содержащее выводы о причине образования загазованности помещения, в котором произошёл взрыв, а также о наличии причинной связи между действиями ФИО1 по выполнению работ, связанных с установкой и пуском газового оборудования, и загазованностью помещения, приведшей к взрыву, которое является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу, не основаны на уголовно-процессуальном и уголовном законодательстве Российской Федерации, а также фактически не соответствуют материалам уголовного дела.

Таким образом, выводы суда о том, что обвинительное заключение в отношении обвиняемого ФИО1 не соответствует требованиям, предусмотренным ст.220 УПК РФ, представляются неубедительными.

Руководствуясь ст.ст.38913, 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Балаклавского районного суда г.Севастополя от 25 апреля 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору Балаклавского района г.Севастополя отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение, в тот же суд, тому же судье, с того момента, с которого дело было возвращено прокурору.

Постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

В случае подачи кассационной жалобы, обвиняемый вправе ходатайствовать о своём участии в заседании суда кассационной инстанции, о чём должен указать в жалобе, либо в отдельном ходатайстве или возражениях на кассационное представление.

Председательствующий: Авхимов В.А.