Апелляционное постановление № 10-6/2024 от 25 ноября 2024 г. по делу № 10-6/2024

Дело № 10-6/2024

Мировой судья Зимина Е.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

с. Аргаяш, Челябинская область 26 ноября 2024 года

Аргаяшский районный суд Челябинской области в составе судьи Кочетковой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ахметжановой А.А.,

с участием прокурора Басырова Е.В.,

осуждённого ФИО1 и его защитника – адвоката Меньщиковой С.Е.,

представителя потерпевшего ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Меньщиковой С.Е. на приговор мирового судьи, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 2 Аргаяшского района Челябинской области от 25 июня 2024 года, которым

ФИО1 , родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

осужден по п.п. «б, г» ч. 1 ст. 256 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 360 часов.

Мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Меньщиковой С.Е., поддержавших апелляционную жалобу об отмене обвинительного приговора и вынесении оправдательного приговора, мнение прокурора Басырова Е.В. и представителя потерпевшего ФИО2, полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 признан виновным и осуждён за незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов, совершенную с применением самоходного транспортного плавающего средства, на особо охраняемых природных территориях.

Преступление совершено в период времени с 03 по 04 сентября 2023 года на акватории Аргазинского водохранилища, расположенного на административной территории Аргаяшского района Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Меньщикова С.Е., считая приговор незаконным и необоснованным, просит его отменить, постановить в отношении ФИО1 оправдательный приговор, ввиду отсутствия достоверных доказательств, свидетельствующих о его виновности в совершении инкриминируемого деяния. В обоснование своих доводов ссылается на последовательную позицию ФИО1 на всем досудебном и судебном производстве по делу о том, что сети на акватории Аргазинского водохранилища он не устанавливал, сети зацепил воблером удочки, вытащил их, чтобы данные сети на намотались на мотор. Находит несоответствующим действительности показания представителя потерпевшего ФИО2 и свидетеля ФИО3, правдивость которых у стороны защиты вызывает сомнения. Считает, что показания указанных лиц опровергаются детализацией телефонных соединений ФИО1, исключающей нахождение последнего на акватории водохранилища; представленной в материалы дела записью с видеорегистратора о фиксации иного времени совершения предполагаемого преступления и иными письменными материалами уголовного дела, которые подтверждают, что ФИО1 осуществлял лов рыбы на спиннинг.

Прокурором Аргаяшского района Челябинской области Уруспаевым К.Н. на апелляционную жалобу защитника принесены возражения о несостоятельности её доводов, просит обжалуемый приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ. Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния и квалификации содеянного им, включая время, место, способ, мотивы и другие подлежащие установлению обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, основаны на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах.

Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, были непосредственно исследованы в судебном заседании, оценены судом с учетом правил, предусмотренных ст.ст. 87, 88 УПК РФ, с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемым событиям, а в совокупности – достаточности для признания ФИО1 виновным в инкриминируемом преступлении. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется. Оценка доказательств судом первой инстанции сомнений не вызывает.

При рассмотрении дела судом первой инстанции установлено, что ФИО1 в период с 03 по 04 сентября 2023 года находился возле <адрес>, являющегося памятником природы областного значения, как следствие особо охраняемой природной территорией; при помощи лодки «<данные изъяты>» с мотором марки «<данные изъяты>», то есть на самоходном транспортном плавающем средстве, вышел на акваторию <адрес>, где при помощи лесковых сетей осуществил вылов рыбы вида <данные изъяты>» в количестве 24 экземпляров, и рыбы вида «<данные изъяты>» в количестве 5 экземпляров, причинив своими действиями водным биологическим ресурсам Российской Федерации в лице Нижнеобского территориального управления Федерального агентства по рыболовству материальный ущерб на общую сумму 57 050 рублей.

Данные обстоятельства установлены судом на основании показаний представителя потерпевшего ФИО2 – старшего государственного инспектора отдела государственного контроля, надзора, охраны водных биологических ресурсов и сохранения среды их обитания по Челябинской области Нижнеобского территориального управления Федерального агентства по рыболовству, который сообщил, что в ходе рейдового задания на предмет незаконной добычи водных биологических ресурсов на берегу Аргазинского водохранилища был установлен ФИО1, в лодке которого находились лесковые сети разного размера с рыбой вида «<данные изъяты> и «<данные изъяты>», рыба была свежая, некоторая рыба была живая; ФИО1 раскладывал рыбу по видам в ящики; сети у ФИО1 были целые, повреждений не имели. Также в судебном заседании ФИО2 показал об обстоятельствах установления количества выловленной рыбы, указал на размер ущерба, причиненный водно-биологическим ресурсам Нижнеобскому территориальному управлению Федеральному агентству по рыболовству; и что факт незаконного вылова рыбы ФИО1 был зафиксирован на регистратор.

Свидетеля ФИО3, который дал аналогичные показания относительно выявления факта незаконного вылова ФИО1 водных биологических ресурсов с использованием лесковых сетей, которые были новые, повреждений не имели, рыба в сетях была свежая и свидетеля ФИО4 об обстоятельствах участия в качестве понятого при уничтожении незаконного выловленной рыбы.

Суд первой инстанции тщательно проверил показания представителя потерпевшего и свидетелей и оценил их в совокупности с другими доказательствами по делу. Оснований для оговора ФИО1 со стороны представителя потерпевшего ФИО2 и свидетеля ФИО3 не установлено, как и не установлено какой-либо их заинтересованности в исходе дела. Объективных данных свидетельствующих о наличии между представителем потерпевшего ФИО2 и свидетелем ФИО3 сговора на дачу показаний, изобличающих ФИО1 в незаконном вылове водных биологических ресурсов, в представленных материалах уголовного дела не содержится. Как следует из материалов уголовного дела представитель потерпевшего ФИО2 и свидетель ФИО3 были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства последовательно давали показания об известных им событиях, их показания оценивались в совокупности с другими добытыми доказательствами, в связи с чем обоснованно использованы судом в качестве доказательств по делу.

Кроме того, показания представителя потерпевшего ФИО2 согласуются с видеозаписью, на которой зафиксировано рейдовое мероприятие на акватории Аргазинского водохранилища и задержание ФИО1, в лодке которого находились лесковые сети разного размера с рыбой. Эта же видеозапись опровергает позицию подсудимого о его непричастности к незаконной добыче водных биологических ресурсов. Занятая ФИО1 позиция по уголовному делу свидетельствует о свободе осуществления им права на защиту от предъявленного обвинения. То обстоятельство, что на данной видеозаписи указано иное время, на порочность и недопустимость данного доказательства не влияет, поскольку на данной видеозаписи зафиксировано непосредственно само рейдовое мероприятия на акватории Аргазинского водохранилища и факт задержания ФИО1 с незаконной выловленной рыбой.

Помимо вышеуказанных показаний представителя потерпевшего и свидетеля, виновность ФИО1 подтверждается письменными доказательствами по делу, в частности протоколами осмотров мест происшествия от 14.09.2023, из которых следует, что был произведен осмотр отдельного участка местности озера Аргази, где ФИО1 совершил незаконную добычу водных биологических ресурсов, а также осмотр участка местности, в ходе которого осмотрены два полимерных ящика, в которых находилась рыба вида «<данные изъяты>» и рыба вида «<данные изъяты>»; протоколами осмотра предметов – лесковых сетей, рыбы, лодки из ПВХ марки «<данные изъяты>», лодочного мотора «<данные изъяты>».

По смыслу закона под незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов следует понимать действия, направленные на их изъятие из среды обитания и (или) завладение ими в нарушение норм экологического законодательства (например, без полученного в установленном законом порядке разрешения, в нарушение положений, предусмотренных таким разрешением, в запрещенных районах, в отношении отдельных видов запрещенных к добыче (вылову) водных биологических ресурсов, в запрещенное время, с использованием запрещенных орудий лова), при условии, что такие действия совершены лицом с применением запрещенных орудий, на особо охраняемых природных территориях, либо когда такие действия повлекли причинение крупного ущерба (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов»).

При таких обстоятельствах надуманный довод стороны защиты, утверждающей, что изъятие чужих сетей не является добычей (выловом) рыбы, удовлетворению не подлежит.

По смыслу закона, разъясненному в п. 5 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года № 26, незаконная добыча (вылов) с применением самоходных (оснащенных двигателем) транспортных плавающих средств (катеров, моторных лодок, яхт и иных моторных плавающих конструкций) подразумевает их использование исключительно как орудия совершения преступления, а не для транспортировки добытого, доставки браконьеров к месту незаконного лова.

Мотивируя квалификацию действий ФИО1 с учетом указанного признака, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что ФИО1 не отрицал, что находился на акватории Аргазинского водохранилища на лодке ПВХ марки «<данные изъяты>», оснащенной лодочным мотором «<данные изъяты>». Данная лодка, исходя из признанного мировым судьей доказанным преступного деяния, использовалась ФИО1 не только для того, чтобы добраться к месту лова, но и для установки рыболовных сетей, то есть при совершении действий, непосредственно направленных на добычу водных биологических ресурсов.

Ввиду отсутствия апелляционного представления, направленного на ухудшение положения ФИО1, суд второй инстанции лишен возможности высказаться о законности принятого мировым судьей решения о возвращении вещественного доказательства в виде лодки ПВХ марки «<данные изъяты> лодочного мотора «<данные изъяты> законному владельцу, то есть ФИО1

В соответствии с постановлением Правительства Челябинской области № 414-п от 18.12.2008 «О положениях о памятниках природы Челябинской области» – Аргазинское водохранилище относится к памятникам природы областного значения и является особо охраняемой природной территорией.

Сумма ущерба определена с учетом такс для исчисления размера ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам, установленных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств уголовного дела, действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по п.п. «б, г» ч. 1 ст. 256 УК РФ.

Судебное разбирательство уголовного дела проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципа состязательности сторон.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы жалобы защитника о незаконности и необоснованности приговора, несогласии с оценкой доказательств, их принятием и исследованием по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом первой инстанции при постановлении приговора, с позицией автора жалобы, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения судебного решения.

Обсуждая вопрос о виде и размере наказания суд в соответствии с положениями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд учел наличие у виновного малолетнего ребенка (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), положительные характеристики по месту жительства и работы (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Все известные по делу обстоятельства, смягчающие наказание, были судом приняты во внимание. Каких-либо новых обстоятельств, способных повлиять на вид или размер наказания, но не принятых судом во внимание при его назначении, не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом первой инстанции не установлено.

Личность ФИО1, сведения о том, что он на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, работает, социально адаптирован, суд также оценил при назначении наказания.

Суд первой инстанции, с соблюдением требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, в целях восстановления социальной справедливости и исправления осужденного, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде обязательных работ.

Размер наказания соответствует санкции преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 256 УК РФ.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имелось.

По смыслу ст. 64 УК РФ, назначение наказания ниже низшего предела, чем предусмотрено соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, допускается только при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд первой инстанции не установили; не находит таких обстоятельств и ссуд апелляционной инстанции.

Таким образом, по мнению суда апелляционной инстанции, наказание, назначенное ФИО1, является справедливым, соразмерным совершенному деянию, соответствующим общественной опасности преступления, закрепленным в уголовном законодательстве принципам гуманизма и справедливости и отвечающим целям восстановления социальной справедливости, исправления ФИО1, предупреждения совершения новых преступлений, чрезмерно суровым не является.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор мирового судьи, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 2 Аргаяшского района Челябинской области от 25 июня 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Меньщиковой С.Е. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу данного судебного решения, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ. В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья