Решение № 2-1176/2019 2-1176/2019~М-1017/2019 М-1017/2019 от 7 ноября 2019 г. по делу № 2-1176/2019

Дело № 2-1176/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 ноября 2019 года город Алдан

Алданский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Демидович А.В.,

при секретаре Китиеве М.Б.,

с участием истца ФИО1, представителя истца Афанасьевой М.Г.,

представителя ответчика Мироновой А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Алданская золотопромышленная компания» о внесении изменений формулировки и основания увольнения, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Алданская золотопромышленная компания», просит обязать ответчика изменить формулировку приема на работу с 23 ноября 2017 года в должности директора по совместительству, а с 10 января 2019 года принятие по основной работе, обязать ответчика изменить формулировку увольнения с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) на п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что состоял с 23 ноября 2017 года в трудовых отношениях с ООО «Алданская золотопромышленная компания» в должности директора, свои трудовые обязанности осуществлял по совместительству. Основное место работы было в ООО «Якутская золотодобывающая компания XXI», откуда был уволен 9 января 2019 года.

22 июня 2019 года истец был отстранен от работы в ООО «Алданская золотопромышленная компания» на основании протокола № 6 общего собрания учредителей от 21 июня 2019 года. 24 июня 2019 года истец был уволен, о чем узнал 12 июля 2019 года после ознакомления с протоколом общего собрания учредителей от 24 июня 2019 года. Трудовая книжка получена истцом в июле 2019 года. Какие-либо объяснения у истца не отбирались, с приказом об увольнении не ознакомлен, к проведению проверки в отношении него, не привлекался, документов, связанных с работой не получал. Вышеуказанные действия ответчика явились основанием иска ФИО1

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования уточнил, в той части, что не желает продолжения трудовых правоотношений с ответчиком и просит изменить запись на увольнение по собственному желанию, поскольку в настоящее время трудоустроен, не желает продолжать трудовые правоотношения в ООО «Алданская золотопромышленная компания». В остальной части исковые требования поддержал, по обстоятельствам, изложенным в иске, дополнив, что с приказом об увольнении не ознакомлен до настоящего времени. Поскольку находился в приятельских отношениях с учредителями Общества, полагал, что спор может быть урегулирован во внесудебном порядке, в период с июля по сентябрь 2019 года характер его работы был связан с командировками, в связи с чем, исковое заявление было подано им в сентябре 2019 года. Просил восстановить срок обращения в суд за разрешением трудового спора, настаивал на удовлетворении иска в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца адвокат Афанасьева М.Г. исковые требования поддержала в полном объеме, дала пояснения аналогичные позиции истца в судебном заседании.

В судебном заседании представитель ответчика адвокат Миронова А.Ю. исковые требования не признала в полном объеме, заявила о пропуске истцом срока для обращения в суд за защитой нарушенных прав. Кроме того, пояснила, что в протоколе собрания учредителей, которым ФИО1 был назначен директором ООО «Алданская золотопромышленная компания», в приказе о приеме на работу, трудовом договоре отсутствует указание на работу истца по совместительству. Увольнение истца также является законным, поскольку директор золотодобывающей организации относится к категории работников, непосредственно обслуживающих материальные ценности как руководитель организации. Полная материальная ответственность ФИО1 предусмотрена в п. 6.1 Трудового договора № 1 от 23 ноября 2017 года. Кроме того, основанием для утраты доверия явилась не ревизия финансово-хозяйственной деятельности в размере 1813000 рублей, а нарушение ФИО1 условий трудового договора (пунктов 1.4, 2.2.13), факт учреждения ФИО1 юридического лица ООО «Недраголдинвест» и факт совмещения ФИО1 работы директора ООО «Алданская ЗПК» с работой главным инженером в ООО «Якутская золотодобывающая компания XXI Век». О том, что ФИО1 являлся учредителем другого юридического лица и одновременно осуществлял трудовую деятельность в другой организации, ФИО1, скрыл от учредителей, что послужило основанием для утраты к нему доверия со стороны учредителей. Полагала, что работодателем соблюден порядок увольнения, настаивала на отказе в удовлетворении иска в полном объёме.

Свидетель ФИО2 суду пояснил, работает в ООО «Недраголдинвест» вместе с ФИО1, с 15 июля 2019 года работа ФИО1 была связана с командировками на отдаленные участки в труднодоступной местности, куда ФИО2 неоднократно возил ФИО1 на служебном транспорте.

Суд, выслушав стороны, свидетеля, изучив обстоятельства и материалы дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим основаниям.

Судом установлено, ООО «Алданская золотопромышленная компания» (сокращенное название ООО «Аланская ЗПК») действует на основании решения Общего собрания Учредителей от 15 ноября 2017 года, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц 23 ноября 2017 года внесена запись о регистрации юридического лица.

Согласно п. 6 Протокола Общего собрания Учредителей от 15 ноября 2017 года ФИО1 назначен на должность директора ООО «Алданская ЗПК». На основании данного протокола, 23 ноября 2017 года ФИО1 издан приказ № 1 о вступлении в должность директора ООО «Алданская ЗПК». 23 ноября 2017 года между ООО «Аданская ЗПК» и ФИО1 заключен трудовой договор № 1, согласно которому Работодатель поручил Работнику осуществлять общее управление Обществом как субъектом хозяйственно-правовых отношений должности директора. Согласно п. 1.4 трудового договора, работа по данному трудовому договору является для Работника основным местом работы.

ФИО1 в суде оспаривает факт работы в ООО «Алданская ЗПК» в должности директора по основному месту работы в период с 23 ноября 2019 года по 09 января 2019 года, указал, осуществлял трудовую деятельность в данный период по совместительству.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В соответствии с ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (в редакции от 30 июня 2006 года).

Федеральным законом от 03 июля 2016 года № 272-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда" ст. 392 ТК РФ дополнена новой частью, в силу которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Возможность защиты права работника связывается законом с соблюдением работником срока обращения в суд, при несоблюдении которого работнику может быть отказано в удовлетворении его иска к работодателю. Защита в судебном порядке трудовых прав работника, пропустившего предусмотренный ст. 392 ТК РФ срок, допускается в случаях, если работник заявит о восстановлении срока и докажет уважительность причин, воспрепятствовавших его своевременному обращению в суд.

Согласно п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Вместе с тем, стороной истца доказательств уважительности причин пропуска, указанного срока для обращения в суд с требованием об изменении формулировки приема на работу с 23 ноября 2017 года в материалы дела не представлено.

Пропуск срока на обращение в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В обоснование заявленных требований ФИО1 ссылался на то, что о том, что принят на работу по основному месту работы, он узнал после увольнения и получения трудовой книжки.

Данные доводы истца опровергаются приказом № 1 от 23 ноября 2017 года о вступлении в должность директора ООО «Алданская ЗПК» и трудовым договором № 1 от 23 ноября 2017 года, в котором имеются подписи ФИО1, не оспариваемые им.

Следовательно, об условиях трудового договора ФИО1 узнал 23 ноября 2017 года, трехмесячный срок для обращения в суд за разрешением трудового спора составляет 23 февраля 2018 года. Истец обратился в суд 10 сентября 2019 года, доказательств уважительности причин пропуска срока, истец суду не представил.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора об обязании ответчика изменить формулировку приема на работу с 23 ноября 2017 года в должности директора по совместительству, а с 10 января 2019 года принятие по основной работе.

В данной части требования истца подлежат отказу в удовлетворении.

Разрешая требования истца об обязании ответчика изменить формулировку увольнения, суд приходит к выводу о том, что при рассмотрении дела нашло свое подтверждение незаконное увольнение истца.

Судом установлено, что истец являлся директором ООО «Алданская ЗПК» с 23 ноября 2017 года.

В соответствии с приказом № 10 от 24 июня 2019 года истец был уволен 24 июня 2019 года по 7 ст. 81 ТК РФ в связи с совершением виновных действий, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, давших основания для утраты к нему доверия со стороны работодателя.

Согласно п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор, может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (в ред. Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2006 № 63, от 28.09.2010 № 22), расторжение трудового договора с работником по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности, и при условии, что ими были совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.

В соответствии с п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (в ред. Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2006 № 63, от 28.09.2010 № 22) в случае, если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Кодекса.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

В соответствии с п. 4 ст. 40 настоящего Федерального закона порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Согласно п. 8.1, 8.2, 8.3, 8.5, 8.6 Устава ООО «Алданская золотопромышленная компания», директор является единоличным исполнительным органом Общества, подотчетный в своей деятельности Общему собранию участников Общества, избирается Общим собранием участников общества сроком на 2 года, может быть переизбран неограниченное количество раз.

Директор без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени Общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; распоряжается имуществом Общества, включая денежные средства.

Единоличный исполнительные орган при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах Общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении Общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган Общества несет ответственность перед Обществом за убытки, причиненные Обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа Общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Как следует из материалов дела, основанием к увольнению ФИО1 послужил Протокол общего собрания учредителей ООО «Алданская ЗПК» № 7 от 24 июня 2019 года.

Судом установлено также, 21 июня 2019 года проведено Общее собрание Учредителей ООО «Алданская ЗПК», которым постановлено в период с 24 июня 2019 года по 29 июня 2019 года силами учредителей провести комплексную ревизию дел и материальных ценностей в ООО «Алданская ЗПК». На время ревизии отстранить ФИО1 от исполнения обязанностей директора общества, офис и сейфы комиссионно опечатать. ФИО1 передать ФИО3 ключи от офиса, сейфов, корпоративную карту Сбербанка, печать общества и его учредительные документы, личные дела работников, бланки строгой отчетности (в т.ч. трудовые книжки).

Во исполнение Решения Общего собрания Учредителей ООО «Алданская ЗПК» (протокол № 6 от 21 июня 2019 года) учредителем ООО «Алданская ЗПК» ФИО3 издано распоряжение о назначении ревизии учета и расходования денежных средств Общества, руководителем проверки назначен ФИО4

Проведенной 24 июня 2019 года проверкой обнаружена недостача (возможно хищение) товаров на сумму 1813000 рублей или хищения денежных средств на ту же сумму о чем составлен акт, с которым ознакомлены счётный работник ФИО5 и Участники Общества ФИО3, ФИО6

Из Акта № 3 от 24 июня 2019 года учета и расходования денежных средств следует, что в соответствии с п. 3.1 договоров «расчеты… производятся в момент получения товара», а дата приходного кассового ордера в шести из семи случаях отличается от даты, указанной в товарных накладных.

В товарной накладной № 104 от 30 января 2019 года имеется следующее расхождение: дата товарной накладной и произведённого отпуска товара - 30 января 2019 года, а подпись ФИО1 в принятии и получении груза поставлена 01 января 2019 года.

ИП ФИО7 нарушена хронология при нумерации приходных кассовых ордеров 28 февраля 2019 года № 9, 21 марта 2019 года № 6, 25 апреля 2019 года № 7, 18 июня 2019 года № 8, что может свидетельствовать об их недостоверности.

В 3 из 7 квитанциях стоит печать самого ИП ФИО7, а в остальных стоит штамп ИП ФИО7 «для документов». Причём подпись ФИО7 на квитанциях, где стоит печать, отличается т его подписи на квитанциях, где стоит штамп.

Товары закупались либо ненужные (радиаторы при электричеством отоплении, снеговая лопата в середине июня и т.д.), либо в большом количестве (810 кг. Штукатурки, 562 кг. Водоэмульсионной краски, 375 кг. клея и т.д.).

Операции с ИП ФИО7 вызывают сомнения способом расчета с ним исключительно наличными, хотя в аналогичных случаях с другими ИП расчет производился перечислением.

Ввиду всех вышеперечисленных нарушений и противоречий группой проверки были опрошены лица, ответственные за оприходование поступающих ТМЦ в Общество, в том числе приобретенных по договорам розничной продажи, заключенных с ИП ФИО7. Лицом ответственным за приём, учёт и хранение приобретаемых ТМЦ был начальник отдела снабжения Общества ФИО8. В ходе проведённого опроса было установлено, что все ТМЦ, приобретенные у ИП ФИО7, на склад Общества не поступали. По одной номенклатурной единице (гвозди) была выявлена ошибка в оприходовании: в соответствии с товарной накладной № 233 от 13 марта 2019 года в организацию поступило 6 килограммов гвоздей, а в соответствии с бухгалтерским учётом поступило 6 штук гвоздей. В соответствии с п. 49 Приказа Минфина России от 28 декабря 2001 года № 119н «Приемка и оприходование поступающих материалов… оформляются соответствующими складами… путем составления приходных ордеров…». Приходные ордера на ТМЦ, приобретенные у ИП ФИО7 отсутствуют, что дает группе проверки основание предполагать, что приобретенные у него ТМЦ никогда не поступали на склад. Всего с ИП ФИО7 было заключено договоров на общую сумму 1813000 рублей.

По результатам проверки предложено обратиться в правоохранительные органы для правовой оценки недостачи ТМЦ Общества на предмет возможного хищения при присвоении имущества Общества и привлечении виновных лиц к ответственности.

24 июня 2019 года проведено Общее Собрание Учредителей, согласно протоколу № 7 постановлено уволить директора ООО «Алданская ЗПК» ФИО1 с 24 июня 2019 года. Также было решено прекратить действие трудового договора от 23 ноября 2017 года № 1 и уволить истца 24 июня 2019 года по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности.

Исходя из представленных в материалы доказательств, суд полагает, что приведенные выше основания не могут повлечь увольнение истца по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Так, ФИО1 в ООО «Алданская ЗПК» выполнял трудовые обязанности в качестве директора. Трудовой договор № 1 от 23 ноября 2017 года положений о том, что непосредственной трудовой обязанностью истца является обслуживание денежных или товарных ценностей не содержит. Договор о полной индивидуальной материальной ответственности истца за вверенные ему для обслуживания денежные средства или товарные ценности между ответчиком и истцом не заключался.

Доказательств того, что приходные кассовые ордера на ТМЦ, приобретенные у ФИО7, оформлены ФИО1, ответчиком суду не представлено. Документов о приеме ФИО1 под личную ответственность денежных средств или товарных ценностей в материалах дела не содержится. О проведении ревизии ФИО1 не извещен, в ревизии участия не принимал, о чем пояснил в судебном заседании, доказательств обратного ответчиком суду не представлено.

Кроме того, Акт проверки № 3 от 24 июня 2019 года не содержит сведений о наличии причинно-следственной связи между действиями истца и наступлением для ответчика негативных последствий. Перед применением дисциплинарного взыскания ответчиком не выявлено, какие именно виновные действия ФИО1 были основанием для утраты довериям работодателя, не установлены неблагоприятные последствия данных действий для организации. В приказе № 1 от 24 июня 2019 года «О прекращении трудового договора» также не указаны конкретные виновные действия работника, повлекшие за собой утрату доверия работодателя.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено доказательств того, что в обязанности ФИО1 входило обслуживание денежных или товарных ценностей, а также не указано, какие именно виновные действия были совершены работником и какие неблагоприятные последствия наступили для работодателя, то оснований для применения п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в отношении истца не имелось.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что указанное увольнение было произведено незаконно и необоснованно.

На основании ч. 3 ст. 192 ТК РФ к дисциплинарным взысканиям относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения.

Перед применением данного дисциплинарного взыскания ответчик в нарушение ст. 193 ТК РФ не затребовал у истца в установленный законом срок объяснения в письменном виде.

Как усматривается из материалов дела, ответчик обратился к истцу с требованием о предоставлении объяснений по факту нарушения трудового договора в части работы в ООО «Алданская ЗПК» по совместительству, по самовольному учреждению ООО «НГИ» и подготовке для этого общества лицензий из материалов геологоразведки ООО «Алданская ЗПК».

По факту совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, объяснение у ФИО1 не отбиралось.

Доводы представителя ответчика, что основанием для утраты доверия работодателем к ФИО1, и как следствие, увольнения, послужил факт учреждения ФИО1 другого юридического лица, опровергается приказом об увольнении ФИО1 № 1 от 24 июня 2019 года, где данные основания увольнения не указаны, поэтому эти доводы ответчика судом не принимаются.

Трудовая книжка выдана истцу 12 июля 2019 года, с приказом об увольнении ФИО1 не ознакомлен до настоящего времени.

Приказ об увольнении ФИО1 подписан директором ООО «Алданская ЗПК» ФИО9 24 июня 2019 года. Однако ФИО9 был принят на работу с 25 июня 2019 года, что подтверждается приказом № 34 от 25 июня 2019 года, с которым ФИО9 ознакомлен 25 июня 2019 года.

Доказательств наличия у ФИО9 полномочий на подписание приказа об увольнении истца 24 июня 2019 года стороной ответчика суду не представлено, что позволяет суду сделать вывод, что таких полномочий у ФИО9 не имелось. Доводы представителя ответчика о допущенной описке являются не обоснованными и не подтвержденными доказательствами.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд, с требованием об изменении формулировки увольнения.

Истец заявил ходатайство о восстановлении пропущенного срока, в обоснование своего ходатайства пояснил, что после увольнения их ООО «Алданская ЗПК» у него возникли трудовые правоотношения с иным юридическим лицом, характер выполняемой работы был связан с командировками. Кроме того, ранее у него с учредителями ООО «Алданская ЗПК» были доверительные отношения, следствие чего полагал разрешить спор мирным путем. Эти обстоятельства послужили причиной пропуска месячного срока для обращения в суд.

В силу части 1 статьи 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

К спорам об увольнении относятся как споры о восстановлении на работе, так и споры о признании приказов об увольнении незаконными, изменении даты, формулировки основания увольнения, обязании внести записи в трудовую книжку.

При разрешении спора о признании увольнения незаконным и об изменении формулировки причины увольнения суд проверяет законность увольнения работника, то есть рассматривает по существу спор об увольнении, в связи с чем, к указанным спорам подлежит применению месячный срок, установленный ст. 392 ТК РФ, вне зависимости от того, заявлялось ли работником требование о восстановлении на работе.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 данной статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. При этом законом перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен, не установлен. Указанный же в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока на обращение в суд исчерпывающим не является.

Таким образом, с учетом положений статьи 392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями статей 2 (задачи гражданского судопроизводства), 67 (оценка доказательств), 71 (письменные доказательства) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное основание достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, должен действовать не произвольно, а проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Суд полагает, что нарушение ответчиком порядка привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности - не извещение и не привлечение к ревизии, отсутствие объяснений истца по факту проведенной ревизии, не ознакомление с приказом об увольнении повлекли его неосведомленность о причинах увольнения и неопределенность положения истца, следовательно, ФИО1 был ограничен в праве на обжалование действий ответчика в установленные законом сроки. Свидетель ФИО2 суду подтвердил, что в период с 15 июля 2019 года характер работы ФИО1 был связан с командировками.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о признании причин пропуска срока уважительными и восстановлении ФИО1 пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Иное противоречило бы задачам гражданского судопроизводства, как они определены в статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нарушало право ФИО1 на судебную защиту, которая в силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

По заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения о взыскании в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула и об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (части третья и четвертая статьи 394 ТК РФ).

Истец, уточнив исковые требования, просил изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию, пояснив, что с 01 июля 2019 года трудоустроен, не желает продолжать трудовые правоотношения с ответчиком. Иные требования истцом не заявлены.

На основании изложенного, требования истца об обязании ответчика изменить формулировку увольнения с п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ на увольнение по собственному желанию подлежат удовлетворения.

Согласно положениям ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку судом установлено незаконное увольнение истца, требования истца о взыскании морального вреда на основании ст.237 ТК РФ, подлежат удовлетворению в части.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2).

Суд считает, что истец, безусловно, испытал физические и нравственные страдания, связанные с незаконным лишением его права на труд и неопределённостью своего положения и оценивает моральный вред, причиненный истцу в 10000 рублей.

На основании изложенного иск ФИО1 подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковое заявление ФИО1 к ООО «Алданская золотопромышленная компания удовлетворить частично.

Изменить формулировку основания и причины увольнения ФИО1 с п. 7 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса РФ на п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (увольнение по собственному желанию). Обязать ООО «Алданская золотопромышленная компания» внести изменение формулировки и оснований увольнения внести изменения в трудовую книжку ФИО1.

Взыскать с ООО «Алданская золотопромышленная компания» компенсацию морального вреда 10 000 (десять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд РС (Я) через Алданский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение изготовлено 13 ноября 2019 года.

Судья Демидович А.В.