Апелляционное постановление № 22-4459/2021 от 29 июля 2021 г. по делу № 1-100/2021

Судья Батракова А.Б.

Дело № 22-4459


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 30 июля 2021 г.

Пермский краевой суд в составе председательствующего Суетиной А.В.

при ведении протокола помощником судьи Свиреповой О.В.

с участием прокурора отдела прокуратуры Пермского края Захаровой Е.В.,

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело ФИО1 и ФИО2 по апелляционным представлению государственного обвинителя Левенчук Н.И., жалобам осужденного ФИО1 и в его защиту адвоката Казанцевой Н.Г. на приговор Чусовского городского суда Пермского края от 12 мая 2021 г., по которому

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

- 17 апреля 2012 г. Чусовским городским судом Пермского края по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года;

- 14 февраля 2013 г. Чусовским городским судом Пермского края по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам трем месяцам лишения свободы, по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам шести месяцам лишения свободы, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по их совокупности путем частичного сложения, к четырем годам лишения свободы, на основании ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Чусовского городского суда Пермского края от 17 апреля 2012 г., к пяти годам лишения свободы, освобожденный 26 января 2018 г. по отбытии наказания;

- 11 октября 2018 г. Чусовским городским судом Пермского края по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы со штрафом десять тысяч рублей, по ч. 3 ст. 30, ст. 1581 УК РФ к четырем месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по их совокупности путем частичного сложения, к двум годам двум месяцам лишения свободы со штрафом десять тысяч рублей, освобожденный 29 октября 2019 г. по постановлению Губахинского городского суда Пермского края от 18 октября 2019 г. условно-досрочно на неотбытый срок один год одиннадцать дней, неотбытое наказание в виде штрафа составляет девять тысяч шестьсот шестьдесят восемь рублей двадцать восемь копеек;

- 25 мая 2020 г. Лысьвенским городским судом Пермского края по ч. 3 ст. 30, ст. 1581 УК РФ к пяти месяцам исправительных работ, которые постановлением Чусовского городского суда Пермского края от 3 декабря 2020 г. заменены на один месяц двадцать дней лишения свободы, освобожденный 22 января 2021 г. по отбытии наказания,

осужден за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 159 УК РФ (эпизод от 14 августа 2018 г.), к трем годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору Чусовского городского суда Пермского края от 11 октября 2018 г., к четырем годам шести месяцем лишения свободы со штрафом десять тысяч рублей с зачетом в срок наказания наказания, отбытого по приговору от 11 октября 2018 г. с 14 сентября 2018 г. по 29 октября 2019 г., времени содержания под домашним арестом в период с 15 августа 2018 г. по 13 сентября 2018 г. из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а также штрафа в размере 331 рубль 72 копейки; за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 159 УК РФ (эпизод 28 марта 2020 г.) к трем годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору Лысьвенского городского суда Пермского края от 25 мая 2020 г., к трем годам одному месяцу лишения свободы с зачетом в срок наказания, наказания, отбытого по приговору от 25 мая 2020 г. в виде лишения свободы с 3 декабря 2020 г. по 22 января 2021 г., в соответствии с п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ условно-досрочное освобождение по приговору Чусовского городского суда Пермского края от 11 октября 2018 г. отменено, на основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытых наказаний, к пяти годам лишения свободы со штрафом девять тысяч шестьсот шестьдесят восемь рублей двадцать восемь копеек, с зачетом в срок наказания времени содержания под стражей с 12 мая 2021 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день.

Этим же приговором осужден ФИО2, судебное решение в отношении которого не обжалуется.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционных представления и жалоб, заслушав выступление осужденного ФИО1 в обоснование жалоб, мнение прокурора Захаровой Е.В. об изменении приговора по доводам представления, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Преступления совершены 14 августа 2018 г. и 28 марта 2020 г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Левенчук Н.И., не оспаривая выводов суда о виновности каждого из осужденных в совершении инкриминируемых им преступлений, квалификации содеянного и справедливости назначенного наказания, просит приговор изменить, указав в его резолютивной части на отбывание ФИО1 наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, что упущено при постановлении приговора.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 находит приговор несправедливым ввиду чрезмерной суровости назначенного наказания, несоразмерности его содеянному. Полагает, при принятии решения суд в полной мере не учел все обстоятельства, имеющие значение для дела, в частности наличие тяжелых хронических заболеваний, его положительные характеристики по последнему месту отбывания наказания, вместо которых представлена иная характеристика, характеризующая его отрицательно. Указывает, что знал об обмане ФИО2, но ему не было известно, каким образом он это делает. Поняв, что в отношении престарелых совершаются преступления, сам обратился в полицию с явкой с повинной задолго до того, как ФИО2 признал свою вину. Указывает на раскаяние в содеянном и готовность возместить ущерб.

В апелляционной жалобе адвокат Казанцева Н.Г. высказывает несогласие с приговором как незаконным и несправедливым, находит наказание чрезмерно суровым. Считает, при его назначении суд не учел требования ст. 60 УК РФ, ст. 297 УПК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 55 от 29 ноября 2016 г. «О судебном приговоре» и № 58 от 22 декабря 2015 г. «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания». Указывает, что в описательно-мотивировочной части судебного решения отсутствуют мотивы назначения ФИО1 такого сурового наказания, как лишение свободы. Обращает внимание на наличие положительной характеристики на ее подзащитного в материалах дела, наличие у него дохода от временных работ, заболевания, которое лишает его возможности официально трудоустроиться. Полагает, суд не принял во внимание при назначении наказания условия жизни семьи ее подзащитного, который вступил в брак. Отмечает, что ФИО1 последовательно признавал вину, оформил явку с повинной, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, раскаялся в содеянном, изобличил иного участника, который длительное время не признавал вину. Указывает, что эти обстоятельства, совокупность которых возможно признать исключительной, не были надлежащим образом учтены судом, как и то, что тяжких последствий от содеянного им не наступило. Обращает внимание на отсутствие в резолютивной части приговора указания на вид исправительного учреждения, в котором ее подзащитному назначено отбывание наказания. Полагает, суд незаконно сделал вывод о причинении потерпевшим значительного ущерба, в связи с чем просит об исключении указанного квалифицирующего признака. Ставит вопрос об отмене приговора.

Изучив материалы дела, доводы апелляционных представления и жалоб, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, является правильным и основан на совокупности исследованных доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре. С этим выводом суд апелляционной инстанции соглашается, находя представленные доказательства относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность – достаточной для рассмотрения дела по существу.

Суд обоснованно признал доказанным, что ФИО1 совершил хищениях денежных средств К1. и З1., путем обмана, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, с причинением потерпевшим значительного ущерба.

В подтверждение своих выводов суд верно руководствовался показаниями самого ФИО1, который пояснил, что в середине августа 2018 года по просьбе знакомого ФИО2, находящегося в местах лишения свободы, забрал у женщины по адресу: ул. **** в г. Чусовом Пермского края 25000 рублей, часть которых оставил себе, часть – отдал матери ФИО2 для передачи последнему. Показал, что 28 марта 2020 г. по просьбе ФИО2 забрал у женщины по ул. **** в г. Чусовом Пермского края 90000 рублей, частью которых расплатился за такси, часть – оставил себе, а часть отдал девушке для передачи ФИО2 Сообщил, что во втором случае с целью конспирации пользовался чужим мобильным телефоном, сим-карту из которого после преступления выбросил, надевал очки.

Кроме того, в обоснование доказанности вины ФИО1 суд первой инстанции правильно сослался в приговоре на следующие доказательства:

показания осужденного ФИО2, который сообщил, что, отбывая наказание в ФКУ ИК-40, дважды – в августе 2018 года и конце сентября 2020 года решил совершить мошенничества, перед чем созвонился со знакомым ФИО1, которого поставил в известность о своих намерениях и получил согласие последнего забрать деньги у потерпевших на территории г. Чусовой. Посредством имеющегося в его распоряжении мобильного телефона в указанные дни он (ФИО2) совершал звонки на номера стационарных телефонов жителей г. Чусового, разговаривал с женщинами, каждая из которых приняла его за своего сына. Этим женщинам он сначала сообщал, что попал в дорожно-транспортное происшествие в связи с чем необходимы деньги, затем, меняя голос, разговаривал с женщинами, согласившимися передать деньги, от имени следователя, узнавал их адреса и сообщал, что за деньгами подъедет его помощник. После чего, каждый раз созванивался с ФИО1, которого просил забрать деньги и чьи действия координировал по телефону. В конце августа 2018 года ФИО1 было передано 20000 рублей, в конце сентября 2020 года – 90000 рублей. Часть из полученных сумм ФИО1 оставлял себе, часть передавал лицам, которых указывал он (ФИО2);

показания потерпевшей К1. и представителя потерпевшей З2., показавших, что в ходе телефонного разговора с осужденным, которого каждая приняла за своего сына, тот сообщил, что по его вине произошло дорожно-транспортное происшествие, указав, что пострадавшая от его действий требует большую сумму денег. Впоследствии, полагая, что разговаривают с иным лицом, представившемся следователем, каждая из них узнала о необходимости передачи 200000 рублей для урегулирования вопроса с потерпевшей. Зная, о наличии у них определенных сумм денег, полагая, что оказывают помощь сыновьям, передали лицу, которое приехало за деньгами к дому каждой из них: К1. – 25000 рублей; З2. – 90000 рублей, принадлежащих ее матери З1. Сообщивших, что ущерб от хищений как для К1., так и для З1. является значительным;

протоколы принятия устных заявлений от потерпевших К1. и З2. о хищении у них денег в суммах 25 000 рублей и 90 000 рублей путем обмана, имевших место 14 августа 2018 г. и 28 марта 2020 г. соответственно;

показания свидетеля З3., пояснившего, что 28 марта 2020 г. около 19:30 ему позвонила мать – З2., которая, узнав, что он находится дома, сообщила, что ее обманули. Рассказала, что с ней по стационарному телефону разговаривали двое мужчин, первого она приняла за него (З3.), а второй, представившийся следователем, сообщил о необходимости передачи 200000 рублей пострадавшей в ДТП от действий ее сына. Поверив звонящим, З2. передала им 90000 рублей, которые забрал мужчина, подъехавший к ее дому на автомобиле LADA с государственным регистрационным знаком 870;

показания свидетеля М., подтвердившего, что в последней декаде марта 2020 года в его квартире находились О. и ФИО1, которые в один из дней часто звонили по мобильному телефону, после чего уехали на такси, а когда вернулись, при себе у них видел крупную сумму денег;

показания свидетеля О., указавшей, что в конце марта 2020 г. по просьбе ФИО1 передала ему сим-карту, зарегистрированную на мать - Н., которую тот поместил в мобильный телефон. 28 марта 2020 г., когда они с ФИО1 находились в квартире по ул. ****, ему позвонил мужчина, который попросил ФИО1 съездить за деньгами. На ее вопросы ФИО1 сообщил, что звонил мужчина по прозвищу «Слива» из колонии, обещал, в случае если все получится, приобрести спиртное. На такси, вызванном ФИО1, совместно с ним и еще одним молодым человеком приехали к какому-то дому, где ФИО1, надев очки, автомобиль покинул, подошел к женщине, стоявшей в дверях подъезда, которая передала ему конверт. По возвращении в автомобиль, ФИО1, разговаривая с кем-то по телефону, сообщил о том, что что-то забрал. Затем, возвратив ей сим-карту, переданную ранее, попросил ее выбросить, что она и сделала. При выходе из такси видела у ФИО1 конверт с большим количеством денег купюрами по пять тысяч и одной тысяче рублей. ФИО1 расплатился с таксистом, передал ей пять тысяч рублей на ремонт телефона, сказал, что тридцать тысяч причитается ему за работу, остальные деньги он передал девушке с молодым человеком на автобусной остановке;

показания свидетеля Б., показавшей, что в последней декаде марта 2020 года ее брат ФИО2, отбывающий наказание в ИК-40, позвонил ей с мобильного номера 8-** и попросил забрать долг в размере 60 000 рублей у его знакомого на конечной остановке автобуса № 7. В указанном месте незнакомый мужчина передал ей конверт с деньгами купюрами по одной и пять тысяч рублей в общей сумме 58 000 рублей. К ее сообщению о меньшей сумме денег ФИО2 отнесся безразлично, попросил собрать ему передачу, а остальные деньги перечислить на указанные им счета, что она и сделала;

сообщение о том, что в журнале регистрации заявок ООО «Удача» имеются сведения, что водитель П1. 28 марта 2020 г. в 19:27 по заявке осуществлял перевозку с адреса ул. **** в г. Чусовом;

показания свидетеля П1. – водителя такси, который 28 марта 2020 г. в вечернее время с ул. **** в г. Чусовом забрал двух мужчин и женщину, которых на своем автомобиле LADA с государственными регистрационными знаками ** привез по адресу ул. ****. Возле указанного дома один из мужчин автомобиль покинул на десять минут, а когда вернулся, попросил увезти их обратно. Во время поездки женщина интересовалась у этого мужчины, что ей делать с сим-картами, на что тот сказал выбросить, что она и делала. Когда эти люди покидали автомобиль, мужчина с переднего сиденья положил тысячу рублей, сказав, что сдачи не нужно, при этом сказал фразу: «Ты нас не видел»;

протокол предъявления для опознания, в ходе которого потерпевшая З2. опознала ФИО1 как лицо, представившееся ей помощником следователя по имени А.П., которому она передала конверт с деньгами;

детализацию телефонных соединений, подтверждающую, что звонки в ходе хищения денег осуществлялись: З2. 28 марта 2020 г. с абонентского номера 8-**, зарегистрированного на имя Ф.; К1. 14 августа 2018 г. с абонентского номера 8-**, зарегистрированного на имя П2.;

показания свидетеля Ф., приобретшей по просьбе Д., отбывающего наказание в ИК-40, сим-карту с номером 8-**, и передавшей ее последнему;

показания свидетеля П2., которая в период с 2017 года по 2018 год приобретала и оформляла на свое имя большое количество сим-карт, которые передавала сыну – П3. Каким образом они использовались, ей не известно. Указанный свидетель подтвердила, что ее сын – П3. с мая 2017 года отбывает наказания в ФКУ ИК-40 г. Кунгура;

показания свидетеля Г1., на имя которой зарегистрирована сим-карта с номером 8-**, пояснившей, что ранее она неоднократно собирала и передавала передачи осужденным в ИК-40;

показания свидетеля Л1., отбывающего наказание в ИК-40 совместно с ФИО2, который сообщил, что сим-карта с номером 8-** принадлежит последнему и его другу К2., а также, что к номеру указанного телефона у ФИО2 имеется QIWI- счет;

показания свидетеля К2., отбывающего наказание в ИК-40 совместно с ФИО2, о том, что сим-картой с номером 8-** пользовались только он и ФИО2, причем у последнего с конца 2019 года в пользовании также находился мобильный телефон. Сообщившего, что в марте 2019 года эта сим-карта находилась у ФИО2;

показания свидетеля К3., из которых следует, что она по номеру 8-** поддерживала связь с сыном – ФИО2, отбывающим наказание в ИК-40;

детализацию телефонных соединений о том, что в период с 26 марта 2020 г. по 28 мая 2020 г. К3. общалась со своим сыном – ФИО2, который пользовался номером 8-**;

детализацию телефонных соединений, согласно которой в период с 27 марта 2020 г. по 29 марта 2020 г. ФИО1, пользующийся абонентским номером 8-**, общался с ФИО2, использующим номер 8-**;

детализацию, указывающую, что 28 марта 2020 г. в период с 16:25:31 до 19:46:21 имелись телефонные соединения между абонентскими номерами 8-**, сим-карта с которым была передана ФИО1 О., и 8-**, сим-карта с которым была приобретена Ф. и передана лицу, отбывающему наказание в ИК-40;

показания свидетеля Н. о том, что для своей дочери О. она приобретала телефон и сим-карту с абонентским номером 8-**, которую зарегистрировала на свое имя;

показания свидетеля Л2., который отбывает наказание в ИК-40, показавшего, что в марте 2020 г. к нему обратился ФИО2, попросивший помочь перевести деньги с одного счета на другой для сбора посылки. В ответ на эту просьбу передал ФИО2 номер счета своего отца – Л3. Через несколько дней ФИО2 сообщил ему номер счета, на который со счета Л3. нужно было совершить перевод;

показания свидетеля Л3., указавшего, что в последней декаде марта 2020 года его сын – Л2., отбывающий наказание в ИК-40, по телефону сообщил, что на счет его (Л3.) банковской карты поступит 16500 рублей, которые попросил перевести на другой, указанный им, банковский счет, что он (Л3.) и сделал. Женщину, от которой поступили деньги, он не знает;

показания свидетеля Л4., который сообщил, что 20 апреля 2020 г. на счет его банковской карты поступили 5000 рублей для приобретения продуктов питания по просьбе сына - Л1., отбывающего наказание в ИК-40;

показания свидетеля С., на счет которой в конце марта 2020 года поступили 500 рублей от незнакомой Б. От сожителя ФИО1 узнала, что деньги предназначаются ему;

показания свидетеля Г2., подтвердившей, что 16 апреля 2020 г. по просьбе осужденного Л1. она подготовила передачу для осужденного ФИО2, деньги на сбор которой в сумме 11000 рублей были переведены на ее счет, названный ею Л1., а также другими доказательствами, которые были исследованы судом и приведены в приговоре.

Все доказательства суд первой инстанции проверил и оценил. Сведений о заинтересованности потерпевших и свидетелей при даче показаний по обстоятельствам дела, оснований для оговора, равно как и существенных противоречий, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, на правильность применения уголовного закона не установлено. Их показания дополняют друг друга, подтверждаются письменными доказательствами, не оспариваются осужденными и подтверждают обстоятельства, установленные судом.

Также судом не установлено оснований для оговора осужденным ФИО2 осужденного ФИО1 как соучастника преступления, как и оснований для самооговора последнего.

Исходя из совокупности собранных доказательств, судом правильно установлены фактические обстоятельства каждого из совершенных преступлений и обоснованно сделан вывод о виновности ФИО1 в двух мошенничествах, то есть хищениях чужого имущества, совершенных группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба гражданину. Оснований для иной квалификации его действий по каждому из преступлений, кроме как по ч. 2 ст. 159 УК РФ, не имеется.

Действия, совершенные ФИО1 являются мошенничеством, так как они с ФИО2 умышленно противоправно безвозмездно из корыстных побуждений путем обмана завладели деньгами потерпевших с целью обращения их в свою пользу. Похищенные деньги они распределяли между собой и распоряжались ими по своему усмотрению.

Тот факт, что ФИО1 было известно о преступных намерениях ФИО2, с которым он перед совершением каждого преступления вступал в предварительный сговор, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Из исследованных судом и положенных в основу приговора доказательств усматривается групповой характер совершения каждого из преступлений, согласованность действий ФИО2 и ФИО1 по реализации общего умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств потерпевших. Каждый из них выполнял свою роль: ФИО2 осуществлял звонки потерпевшим, вел с ними переговоры, путем обмана убеждая в необходимости передачи денежных средств, после чего созванивался с ФИО1, которого инструктировал о его действиях, уведомлял о времени и месте прибытия для встречи с потерпевшими, контролировал его действия с целью незаконного получения денежных средств; ФИО1 прибывал по указанным ФИО2 адресам, получал денежные средства от потерпевших, часть из которых забирал себе, а часть отдавал для передачи ФИО2

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии квалифицирующего признака преступлений - группой лиц по предварительному сговору, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку ФИО2 и ФИО1, вступив между собой в преступный сговор, имея преступный умысел на хищение чужого имущества путем обмана, заранее договорились о совместных преступных действиях, распределили между собой преступные роли и действовали согласованно.

Вопреки доводам адвоката Казанцевой Н.Г., квалифицирующий признак совершения преступлений с причинением значительного ущерба потерпевшим К1. и З1. на суммы 25000 рублей и 90000 рублей соответственно, с учетом материального положения последних, нашел свое подтверждение.

С доводами стороны защиты о чрезмерной суровости назначенного ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции не может согласиться, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, установленные судом, в том числе, указанные в апелляционных жалобах, полностью учтены при решении вопроса о назначении наказания.

Назначенное виновному наказание соответствует требованиям ст. 6, 43, 60 и 61 УК РФ.

При определении вида и размера наказания суд, наряду с характером, степенью общественной опасности, подробно учел данные о личности осужденного, характер и степень его фактического участия в совершении преступлений, значение этого участия для достижения целей преступлений.

Признание вины, раскаяние в содеянном, явки с повинной, активное способствование раскрытию преступлений и изобличению соучастника, принятие иных мер, направленных на заглаживание причиненного ущерба путем принесения извинений каждой из потерпевших, состояние здоровья судом признаны в качестве смягчающих обстоятельств и в полной мере учтены при назначении ФИО1 наказания.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд правильно признал наличие в действиях ФИО1 рецидива преступлений, в связи с чем, согласно ч. 1 ст. 68 УК РФ при назначении наказания учел характер и степень общественной опасности ранее совершенных преступлений, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным.

Исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ, либо ч. 3 ст. 68 УК РФ, связанных с целями и мотивами совершенных ФИО1 преступлений, его ролью, поведением во время и после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд обоснованно не усмотрел.

Вывод суда о назначении осужденному наказания, связанного с лишением свободы, в приговоре должным образом мотивирован.

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание суд апелляционной инстанции находит справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных им преступлений, личности виновного, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, принципам социальной справедливости. Оснований для смягчения наказания, назначенного как за каждое из преступлений, совершенных ФИО1, так и по их совокупности, а также по правилам ч. 5 ст. 69 и ст. 70 УК РФ, не усматривается.

Доводов, которые бы не были учтены судом первой инстанции при назначении наказания либо новых данных о личности осужденного, суду апелляционной инстанции приведено не было.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению, поскольку, как справедливо указывает государственный обвинитель, суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона в резолютивной части приговора не указал вид исправительного учреждения, в котором подлежит отбыванию назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы.

Поскольку в мотивировочной части приговора судом приведены правильные, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, основания назначения осужденному отбывания лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, в данной части приговор может быть изменен судом апелляционной инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции считает, что вносимое изменение не влияет на законность, обоснованность и справедливость принятого судом первой инстанции решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Чусовского городского суда Пермского края от 12 мая 2021 г. в отношении ФИО1 изменить:

- отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 назначить в исправительной колонии строгого режима.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный может ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: (подпись).