Решение № 2-1522/2017 2-1522/2017~М-1264/2017 М-1264/2017 от 4 октября 2017 г. по делу № 2-1522/2017

Дело № 2-1522/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 октября 2017 года г. Магнитогорск

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Гусевой Е.В.

при секретаре Бояринцевой П.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному предприятию «Магнитогорские городские стоянки», Муниципальному образованию «город Магнитогорск» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за отпуск, выходного пособия, компенсации за лишение возможности трудиться, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Муниципальному предприятию «Магнитогорские городские стоянки» (далее МП «МГС»), Муниципальному образованию «город Магнитогорск» (далее МО «г. Магнитогорск»), в котором с учетом изменения заявленных исковых требований, принятых судом в порядке ст. 39 ГПК РФ, просила взыскать с ответчика заработную плату и не полученный заработок в связи с незаконным лишением её возможности трудиться за период с мая 2017 года по июль 2017 года в общей сумме 54177,59 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 1428,23 руб., выходное пособие в сумме 19168,80 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. (л.д. 84-85).

В обосновании иска ФИО1 указала, что в период с 01 мая 2015 года по 03 июля 2017 года была принята в МП «МГС» кладовщиком, однако фактически выполняла функции сторожа. Работодателем начислялась и выплачивалась заработная плата по тарифу - 45,6 руб. за 1 час. Заработная плата ей выплачивалась наличными. Работодатель начислил ей заработную плату за май 2017 года в размере 8538,64 руб. за 8 рабочих смен, тогда как она отработала в мае 2017 года 10 смен, при этом одну смену 1 мая 2017 года, т.е. в праздничный день. За июнь 2017 года работодателем начислена заработная плата в сумме 7377,55 руб. за 7 рабочих смен, тогда как она отработала всего 1 рабочую смену. За июль 2017 года работодателем ей начислена заработная плата в сумме 1211,36 руб. Также работодателем была начислена компенсация за неиспользованный отпуск в размере 1428,23 руб. и выходное пособие в сумме 19168,80 руб. Начисленные заработная плата, компенсации за отпуск и выходное пособие ей до настоящего времени не выплачены. Работодателем до настоящего времени не начислена и не выплачена заработная плата за работу в мае 2017 года, т.е. в праздничный день – 1 мая, а также за 2 рабочих смены. Кроме того, считает, что в связи с лишением её возможности трудиться в период с 03 июня 2017 года по 31 июня 2017 года работодатель в силу ст. 234 ТК РФ обязан выплатить ей не полученный заработок. Утверждает, что в связи с нарушением трудовых прав она испытывала физические и нравственные страдания в связи с чем, просит взыскать компенсацию морального вреда.

Истец ФИО1 в судебном заседании на заявленных требованиях настаивала.

Представитель ответчика МП «МГС» ФИО2, действующая на основании доверенности в судебном заседании в удовлетворении иска возражала, ссылаясь на то, что предприятие находится в стадии ликвидации, в связи с чем, выплатить задолженность по заработной плате возможности не имеет.

Представитель ответчика МО «г. Магнитогорск» в суд при надлежащем извещении не явился. В судебном заседании 21.08.2017 года в удовлетворении иска возражал, ссылаясь на отсутствие законных основания для взыскания заявленных истцом сумм с МО «г. Магнитогорск».

Суд, заслушав истца, представителя ответчика, исследовав в судебном заседании доказательства по делу, пришел к следующим выводам.

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности, а также выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные ТК РФ,…, правилами внутреннего распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст.132 Трудового кодекса РФ заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса РФ (далее ТК РФ) трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом РФ.

Часть первая ст. 129 ТК РФ определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условия выполненной работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) и дает понятие тарифной ставки, оклада (должностного оклада), базового оклада (базового должностного оклада), базовой ставки заработной платы.

При выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных, а также работ в особых климатических условиях работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст.148, 149 ТК РФ).

Постановлением Госкомтруда СССР и Секретариата ВЦСПСот 2 июля 1987 г. N 403/20-155 «О размерах и порядке применения районных коэффициентов к заработной плате рабочих и служащих, для которых они не установлены, на Урале и в производственных отраслях в северных и восточных районах Казахской ССР» районные коэффициенты к заработной плате рабочих и служащих предприятий, организаций и учреждений, расположенных в районах Урала, в частности в районах Челябинской областей, установлены в размере - 1,15.

Согласно ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии со ст. 318 ТК РФ работнику, увольняемому из организации, расположенной в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой ст.81 настоящего Кодекса) либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой ст.81 настоящего Кодекса), выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, за ним также сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше трех месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

В силу ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Судом установлено, что 01 мая 2015 года ФИО1 принята на должность кладовщика в МП «Магнитогорские городские стоянки» с окладом 3311,54 руб., за ночные 30% (993,46 руб.) руб. без учета районного (уральского) коэффициента в месяц, который может изменяться согласно штатаному расписанию, выплачиваемым ежемесячно в виде аванса 10 числа каждого месяца и расчета 25 числа каждого месяца за предыдущий месяц, что помимо пояснений истца и ответчика подтверждается трудовым договором (л.д. 38,39).

По данным штатного расписания за 2014 год (л.д. 99), составленного 03.11.2016 года, кладовщику установлен оклад в сумме 2853,85 руб. в месяц, доплата за работу в ночное время – 856,15 руб. (30%), премия 50 % от оклада – 1855 руб., уральский коэффициент – 834,75 руб.

По данным штатного расписания за 2016 год (л.д. 37), составленного 03.11.2016 года, кладовщику установлен оклад в сумме 4788 руб. в месяц, доплата за работу в ночное время – 3112,54 руб.

Штатного расписания за 2017 год не сохранилось, что следует из пояснений представителя истца.

Между тем, из пояснений истца и расчетных листков (л.д. 22), справки о доходах (л.д. 23) следует, что ФИО1 в 2017 году за работу установлен тариф в размере 45,6 руб. за час, за работу в ночь – 70 руб. за час.

По условиям п. 10, 11 трудового договора (л.д. 39-39) ФИО1 установлена рабочая неделя с предоставлением выходных по скользящему графику чередования, применяется суммированный учет рабочего времени за год. Продолжительность рабочей смены составляет 11 часов, с 08.00 часов до 08.00 часов. При скользящем графике сутки через двое один кладовщик находится на рабочем месте с 08.00 час до 13.00 час, 18.00 часов до 08.00 часов, второй кладовщик находится на рабочем месте с 13.00 часов до 08.00 часов, в ночное время каждый кладовщик имеет право поочередно отдыхать по два часа, либо объединить отдых в четыре часа, перерыв для питания с 19.00час до 20.00 часов. Отдых и питание не включается в рабочее время и не оплачивается. Продолжительность ежегодного оплачиваемого отпуска – 28 календарных дней.

Согласно должностной инструкции (л.д. 68) кладовщик отвечает за сохранность транспортных средств, соблюдение установленного порядка на платной автостоянке транспортных средств и за правильностью выпуска автомобилей со стоянки и впуска их на стоянку.

03.07.2017 года трудовые отношения между истцом и ответчиком прекращены по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, т.е. в связи с ликвидацией предприятия, что помимо пояснений истца и представителя ответчика МП «МГС» подтверждается копией трудовой книжки ФИО1 (л.д. 6-9).

Постановлением Администрации г. Магнитогорска от 26 апреля 2017 года (л.д. 34-35) МП «МГС» ликвидировано.

ФИО1 за работу в мае 2017 года МП «МГС» начислена заработная плата в сумме 12113,64 руб. без учета НДФЛ (10538,64 руб. с учетом НДФЛ) за 8 рабочих смен; за июль 2017 года начислена заработная плата в сумме 8479,55 руб. без учета НДФЛ (7377,55 руб. с учетом НДФЛ) за 7 рабочих смен; за июль 2017 года истцу начислено 1211,36 руб. без учета НДФЛ (1054,36 руб. с учетом НДФЛ) за 1 рабочую смену. Компенсация за отпуск ФИО1 начислена в сумме 1428,23 руб. без учета НДФЛ (1242,57 руб. с учетом НДФЛ), выходное пособие в размере 19168,80 руб.

Истец, расчет начисленной заработной платы, начисленной компенсации за отпуск и выходного пособия, не оспаривал.

Ответчиком в мае 2017 года истцу выплачен аванс в сумме 2000 руб., 14 сентября 2017 года в счет погашения задолженности по заработной плате истцу выплачено 3333 руб.

Каких – либо других достоверных и допустимых доказательств выплаты начисленной заработной платы, компенсации за отпуск и выходного пособия истцу за период с 01.05.2017года по 03.07.2017 года в общей сумме 34048,58 руб., ответчиком не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что у ответчика перед истцом имеется задолженность по начисленной, но не выплаченной заработной плате, компенсации за отпуск и выходному пособию в общей сумме 34048,58 руб.(за май 2017 года в размере 8538,64 руб. = (12133,64 руб. – 1575 руб. НДФЛ) - 2000 аванс) + за июнь 2017 года в сумме 7377,55 руб. (8479,55 руб. – 1102 руб. НДФЛ) + за июль 2017 года в сумме 1054 руб. (1211 руб. – 157 руб. НДФЛ) + 1242,59 руб. (1428,23 руб.- 185,64 руб. НДФЛ) + 19168,80 руб.) – 3333 руб. выплаченные ответчиком 14 сентября 2017 года.

Поскольку ответчиком не представлено суду каких-либо допустимых и достоверных доказательств выплаты истцу начисленной заработной платы, компенсации за отпуск и выходного пособия, то на основании ст.ст. 16, 129,148, 149, 127, 140, 318 ТК РФ с ответчика в пользу истца следует взыскать начисленную, но невыплаченную заработную плату за период с 01.05.2017 года по 03.07.2017 года в сумме 16970,19 руб. с учетом НДФЛ, компенсацию за отпуск в размере 1242,59 руб., и выходное пособие в сумме 19168,80 руб., всего 34 048,58 руб.

Рассмотрев требования истца о взыскании не начисленной заработной платы за работу в мае 2017 года суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 104 ТК РФ когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, - три месяца.

Согласно ст. 96 Трудового кодекса Российской Федерации ночное время - время с 22 часов до 6 часов. Продолжительность работы (смены) в ночное время сокращается на один час без последующей отработки. Не сокращается продолжительность работы (смены) в ночное время для работников, которым установлена сокращенная продолжительность рабочего времени, а также для работников, принятых специально для работы в ночное время, если иное не предусмотрено коллективным договором. Продолжительность работы в ночное время уравнивается с продолжительностью работы в дневное время в тех случаях, когда это необходимо по условиям труда, а также на сменных работах при шестидневной рабочей неделе с одним выходным. Список указанных работ может определяться коллективным договором, локальным нормативным актом.

Как установлено судом ФИО1 в мае 2017 года отработала 10 рабочих смен, одну из которых в праздничный день - 1 мая, тогда как работодателем начислена заработная плата за май 2017 года за 8 рабочих смен без учета работы ФИО1 в праздничный день – 1 мая 2017 года. При этом, при начислении заработной платы за 8 рабочих смен в мае 2017 года работодателем применялась тарифная ставка в размере 57 руб. час и ночной тариф 17 руб. час. Продолжительность рабочей смены составляла 21 час, из которых 7 часов ночных.

Указанные обстоятельства помимо пояснений истца и представителя ответчика МП «МГС» подтверждаются табелем учета рабочего времени (л.д. 112), расчетными листами (л.д. 22, 67).

Сомнений в достоверности табеля учета рабочего времени за май 2017 года, представленных ответчиком, у суда не имеется, поскольку сведения, содержащиеся в табеле учета рабочего времени согласуются с пояснениями истца.

Доказательств выплаты истцу заработной платы за отработанные ФИО1 в мае 2017 года за 3 рабочих смены, в том числе 1 мая, ответчиком не представлено.

Сопоставив представленные суду доказательства с приведенными выше нормами материального права, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании не начисленной заработной платы за 3 рабочих смены в мае 2017 года, в том числе за работу 1 мая 2017 года, подлежат удовлетворению, поскольку в судебном заседании с достоверностью нашел подтверждение факт невыплаты ответчиком истцу заработной платы в полном объеме в зависимости от отработанного истцом времени.

Учитывая отработанное истцом в мае 2017 года время, ФИО1 должна быть дополнительно начислена и выплачена заработная плата за 3 рабочих смены в мае 2017 года, в том числе и за работу в праздничный день в размере 5265,60 руб. с учетом НДФЛ (57 руб. дневной тариф х 21 час) + (17 руб. ночной тариф х 7 часов) х 3 рабочих смены х 1,15 уральский коэффициент) + 1316,40 руб. за работу в праздничный день) – 13% НДФЛ).

Поскольку работодателем ФИО1 не начислена и не выплачена заработная плата за три рабочих смены в мае 2017 года, одна из которых в праздничный день, то с ответчика в пользу истца следует взыскать 5265,60 руб. (57 руб. дневной тариф х 21 час) + (17 руб. ночной тариф х 7 часов) х 3 рабочих смены х 1,15 уральский коэффициент) + 1316,40 руб. за работу в праздничный день) – 13% НДФЛ).

Таким образом, с ответчика МП «МГС» в пользу истца следует взыскать задолженность по заработной плате за период с 01 мая 2017 года по 03 июля 2017 года в общей сумме 22236 руб. (16970,19 руб. начисленная, но невыплаченная заработная плата + 5265,60 руб. не начисленная и невыплаченная заработная плата).

Рассмотрев требования истца о взыскании с ответчика материального ущерба, причиненного в результате незаконного лишения возможности трудиться, суд пришел к следующим выводам.

В силу ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 165 Трудового кодекса Российской Федерации работнику предоставляются гарантии при вынужденном прекращении работы не по его вине, такие как сохранение места работы (должности) и среднего заработка.

В силу положений ч. 1 ст. 155 ТК РФ при невыполнении нормы труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работодателя оплата труда производится в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени.

Согласно ст.ст. 50, 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, и суд оценивает имеющиеся в деле доказательства. В силу п. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами.

Из анализа вышеуказанных норм материального и процессуального права позволяет сделать вывод о том, что обязанность работодателя по возмещению работнику материального ущерба в виде неполученного заработка в результате незаконного отстранения работника от работы или неисполнения трудовых обязанностей по вине работодателя, наступает только в том случае, если незаконные действия работодателя препятствовали работнику поступлению на новую работу или повлекли лишение работника возможности трудиться и получать заработную плату, при этом обязанность по доказыванию указанных обстоятельств возлагаются на истца.

Судом достоверно установлено и не оспаривалось в судебном заседании, что, истец с 03 июня 2017 года до 31июня 2017 года фактически не работала.

Из пояснений истца следует, что она не исполняла трудовые обязанности по вине работодателя, поскольку работодателем не была предоставлена работа.

В подтверждение своих доводов представила акты (л.д. 87-93), подписанные ФИО1, П.Е.Ф. и Ш.В.И.., по данным которых работодателем МП «МГС» с 01 июня 2017 года по 01 июля 2017 года не предоставлялась работа.

Между тем, представленные суду акты (л.д. 87-93) с достоверностью не подтверждают факт незаконного отстранения ФИО1 от работы, а также факт вынужденного прекращения работы по вине работодателя.

Каких-либо других доказательств, с достоверностью подтверждающих факт незаконного отстранения ФИО1 от работы, а также факт вынужденного прекращения работы по вине работодателя в июне 2017 года, суду истцом не представлено.

Учитывая, что истцом не представлено суду достоверных и допустимых доказательств того что, ФИО1 была отстранена от работы ответчиком, ей чинились препятствия в осуществлении своих трудовой функции, доказательств вынужденного прекращения работы не по своей вине, а в связи с незаконными действиями работодателя по отказу в предоставлении работы, которые препятствовали ФИО1 поступлению на новую работу или повлекли лишение её возможности трудиться и получать заработную плату, то правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца среднего заработка за период с 03 июня 2017 года по 31 июня 2017 года, по правилам ч. 1 ст. 155, ст. ТК РФ 234 не имеется.

Поскольку в судебном заседании нашел подтверждение факт неправомерных действий ответчика в отношении истца, то в силу ст. 237 Трудового кодекса РФ удовлетворению подлежат требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 5000 руб.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывал характер неправомерных действий ответчика, выразившийся в невыплате заработной платы и других, причитающихся истцу сумм, а также требования разумности и справедливости.

В остальной же части требования истца о взыскании компенсации морального вреда суд считает необходимым оставить без удовлетворения, поскольку взыскание компенсации морального вреда в большем размере фактически приведет к неосновательному обогащению истца за счет ответчика, что недопустимо.

Не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании заявленных сумм с МО «г. Магнитогорск», поскольку доказательств наличия трудовых отношений между истцом и МО «г. Магнитогорск» истцом суду в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.

В силу ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в местный бюджет государственная пошлина в размере, предусмотренном ст.333.19НК РФ, т.е. в сумме 1479,42 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, судья

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному предприятию «Магнитогорские городские стоянки», Муниципальному образованию «город Магнитогорск» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за отпуск, выходного пособия, компенсации за лишение возможности трудиться, компенсации морального вреда, удовлетворить в части.

Взыскать с Муниципального предприятия «Магнитогорские городские стоянки» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01 мая 2017 года по 03 июля 2017 года в общей сумме 22236 руб., компенсацию за отпуск в сумме 1242,59 руб., выходное пособие в сумме 19168,80 руб., компенсацию морального вреда в сумме 5000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказать.

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному образованию «город Магнитогорск» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за отпуск, выходного пособия, компенсации за лишение возможности трудиться, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Взыскать с Муниципального предприятия «Магнитогорские городские стоянки» в местный бюджет государственную пошлину в сумме 1479,42 руб.

Решение может быть в Челябинский областной суд в течение месяца дней с момента составления мотивированного решения.

Председательствующий: