Приговор № 1-5/2019 1-64/2018 от 20 января 2019 г. по делу № 1-5/2019

Дело № 1-5/2019


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Кослан 21 января 2019 года

Удорский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Мурзина Л.Ф., при секретаре судебного заседания Цуркан Л.С., с участием:

государственного обвинителя и гражданского истца – старшего помощника прокурора Удорского района Республики Коми Захаровой Е.В.,

защитника и представителя гражданского ответчика - адвоката коллегии адвокатов Удорского района Адвокатской палаты Республики Коми Фридрих Н.С., представившего удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

подсудимого и гражданского ответчика – ФИО1,

рассмотрев, в открытом судебном заседании, уголовное дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>

находящегося под стражей, с учетом времени задержания в порядке ст. 91-92 УПК РФ с ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1 совершил покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

<данные изъяты>

Подсудимый вину в совершенном преступлении признал частично, пояснив, что умысла на причинение смерти <данные изъяты> не имел, нанес <данные изъяты>. один удар по голове обухом топора, в ходе конфликта, возникшего из-за угроз физического насилия со стороны потерпевшего, после чего замаха не производил, а свидетели оговаривают его из-за более близких родственных отношений с потерпевшим и из-за состояния сильного алкогольного опьянения.

Исследовав и оценив доказательства собранные по делу, суд находит вину подсудимого установленной показаниями подсудимого, потерпевшего, свидетелей и другими материалами уголовного дела.

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении им вышеуказанного преступления подтверждается следующими доказательствами:

Показаниями подсудимого ФИО1, данными в судебном заседании, <данные изъяты>

Из оглашенных в порядке п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, данных в период предварительного следствия (т.1 л.д. 100-103, 115-117), аналогичных в части описания событий предшествовавших конфликту, <данные изъяты>

После оглашения указанных показаний ФИО1 пояснил, что подтверждает свое первоначальное заявление, сделанное в полиции ДД.ММ.ГГГГ, а последующие показания, данные в ходе следствия, о конфликте с ФИО4 в прихожей и действиях в порядке самообороны он давал из чувства мести ФИО4, в этой части свои показания он не подтверждает.

Показаниями потерпевшего <данные изъяты> данными в ходе судебного разбирательства, и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 59-63, 64-67), подтвержденными им в полном объеме, <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО5, данными в ходе судебного разбирательства, и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 68-71, 72-74), подтвержденными ею в полном объеме <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО4 ФИО27. оглашенными в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 75-79), аналогичных в части описания событий предшествовавших конфликту, показаниям потерпевшего <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО16, данными в ходе судебного разбирательства и оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 80-83), подтвержденными им в полном объеме, аналогичных в части описания событий предшествовавших конфликту, показаниям потерпевшего <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО17, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 87-90), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО18 оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 91-93), <данные изъяты>

Показаниями свидетеля ФИО19, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 95-97), <данные изъяты>

Также вина подсудимого ФИО1 в совершении данного преступления подтверждается следующими письменными доказательствами:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Подсудимый ФИО1, на учете врача психиатра не состоит, состоит на учете у врача нарколога, с учетом приведенного заключения первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, психическая полноценность и вменяемость подсудимого у сторон обвинения, защиты, а также у суда сомнений не вызывает.

Оценивая собранные по делу доказательства, суд находит вину подсудимого ФИО1, в совершении покушения на убийство, то есть умышленном причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, установленной и доказанной в полном объеме, объективно вина подсудимого подтверждается частично признательными показаниями самого подсудимого в ходе судебного заседания в части сведений о конфликте с ФИО4 С.М., применении в гостиной комнате квартиры в отношении ФИО4 С.М. в качестве орудия преступления топора, показаниями потерпевшего ФИО4 С.М. о произошедшем словесном конфликте между ним и ФИО7 А.Ю., обстоятельствах нанесения удара топором именно со стороны ФИО1, узнавшего от свидетелй ФИО4 Е.М. и ФИО5 о попытке ФИО1 нанести второй удар топором; показаниями свидетелей: ФИО5 об обстоятельствах произошедшего словесного конфликта между ФИО7 А.Ю. и ФИО4 С.М., лично видевшей нанесение ФИО7 А.Ю. удара сверху вниз острием топора, в область головы сидящему на кресле ФИО4 С.М. и замахе для последующего удара, предотвращенном ФИО4 Е.М.; показаниями ФИО4 Е.М. о словесном конфликте между ФИО7 А.Ю. и ФИО4 С.М., лично видевшей нанесение удара ФИО7 А.Ю. сверху вниз острием топора в область головы сидящему на кресле ФИО4 С.М., замахе для нового удара, выхватившей из рук ФИО1 топор и выбросившей его через балкон; показаниями ФИО16 о словесном конфликте между ФИО7 А.Ю. и ФИО4 С.М., видевшего нанесение удара ФИО7 А.Ю. острием топора, в область головы сидящему на кресле ФИО4 С.М., повторном замахе ФИО1, пресеченного действиями ФИО4 Е.М., удержании им за руки ФИО1 для окончания конфликта; показаниями ФИО17 об обстоятельствах оказания медицинской помощи ФИО4 С.М. в квартире, описавшей обстановку квартиры; показаниями ФИО18 и ФИО19 об обстоятельствах доставления ФИО1 в полицию, изъятии куртки последнего со следами крови на ней, оформлении ФИО7 А.Ю. признательного заявления от ДД.ММ.ГГГГ.

Показания указанных лиц стабильны, последовательны, логичны, согласуются между собой, дополняют друг друга, отражают все обстоятельства совершенного преступления, и позволяют суду воссоздать реальную картину происшедшего, кроме того подтверждаются письменными и исследованными в судебном заседании доказательствами по делу.

Нарушений норм УПК РФ при сборе доказательств не установлено.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей у суда не имеется.

В судебном заседании оснований для оговора подсудимого ФИО1 у потерпевшего и свидетелей не установлено.

Оснований для самооговора у подсудимого ФИО1 судом не установлено.

Фактов нарушения права на защиту ФИО1 в период предварительного следствия судом не установлено. ФИО1 во время проведения с ним следственных действий был обеспечен адвокатом по назначению следователя. ФИО1 и адвокат активно участвовали в исследовании доказательств, их позиции не содержали противоречий. Данных о ненадлежащем осуществлении защиты адвокатом материалы дела, исследованные судом, не содержат.

У суда нет оснований сомневаться в выводах экспертов, проводивших экспертизы по делу, поскольку они проведены квалифицированными экспертами, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, выводы экспертов мотивированны и данные экспертизы согласуются с другими исследованными в суде доказательствами. Вышеуказанные экспертизы суд признает допустимыми и достоверными доказательствами по делу и принимает в основу приговора.

Доводы стороны защиты и подсудимого опровергающие достоверность показаний свидетелей ФИО5, ФИО4 Е.М., ФИО16, о нанесении удара именно острием топора, замахе для последующего удара, пресеченном действиями ФИО4 Е.М. на том основании, что свидетели находились в состоянии сильного алкогольного опьянения, а также о том, что свидетели ФИО5 и ФИО4 Е.М. находятся в более близких и родственных отношениях с потерпевшим отвергаются судом как надуманные, субъективные оценки, сделанные без анализа всей совокупности исследованных судом доказательств.

Следует учесть, что указанные свидетели сообщили в целом одни и те же сведения об обстоятельствах действий ФИО1, и аналогичность их показаний в этом случае не носит характера бездумного копирования, пересказывания заученного текста, продиктована их непосредственном участием в одном и том же событии. Показания даны ими после разъяснения уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307, 308 УК РФ и в этой части, включая ссылку на наличие близких и родственных отношений, доводы о ложности их показаний не основаны на законе и не является основанием для сомнений в достоверности и допустимости полученных свидетельских показаний.

Оценивая достоверность показаний свидетелей, суд принимает в основу приговора показания, данные свидетелями в период предварительного следствия и оглашенные в ходе судебного разбирательства, поскольку эти показания были получены спустя непродолжительное время после описываемых свидетелями событий, подтверждены свидетелями в судебном заседании, более подробны по своему содержанию.

При этом суд не принимает в основу приговора показания свидетеля ФИО18 в части ссылки на устное признание ФИО1 в разговоре со свидетелем о намерении убийства ФИО4 С.М., поскольку в этой части указанные показания не подтверждены записями в соответствующих документах, оформленных ФИО18 как сотрудником полиции, сделаны ФИО7 А.Ю. в отсутствии адвоката и не подтверждены подсудимым в суде. В остальной части показания свидетеля ФИО18 суд оценивает как достоверные и допустимые.

Суд, оценивая показания подсудимого, считает более достоверными показаниями, данные ФИО1 в судебном заседании 10-ДД.ММ.ГГГГ и принимает их в основу приговора, поскольку они в большей степени сочетаются со всем комплексом доказательств, исследованных судом. Наличие противоречий в показаниях подсудимого, как и частичное признание вины, суд оценивает как избранную ФИО1 позицию защиты.

Оснований для признания заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством по делу суд не усматривает, поскольку заявление было сделано ФИО1, добровольно, подтверждено им в суде, его содержание не противоречит иным доказательствам по делу, а оформление не нарушает норм УПК РФ, регламентирующих право любого гражданина на обращение в правоохранительные органы с заявлением о совершенном преступлении.

Таким образом, оценка всех исследованных по делу доказательств, отвечающих каждое требованиям допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела, позволяют положить в основу обвинительного приговора суда показания подсудимого, показания потерпевшего, свидетелей и письменные материалы уголовного дела, поскольку они последовательны, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, согласуются между собой, дополняют друг друга, в связи с чем они могут быть положены в основу обвинительного приговора.

В судебном заседании государственным обвинителем обвинение в отношении подсудимого поддержано в полном объеме по ч. 3 ст. 30 - ч.1 ст. 105 УК РФ.

Сторона защиты квалификацию преступления оспаривала, ссылаясь на отсутствие у ФИО1 умысла на причинение смерти потерпевшему, просила о квалификации деяния по ч.1 ст. 115 УК РФ.

Считая вину подсудимого доказанной, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 3 ст. 30 - ч.1 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

В ходе судебного заседания установлено, что избрав в качестве орудия преступления топор, как предмет имевшийся в квартире, с наибольшими травмирующими характеристиками, и нанося целенаправленный, акцентированный удар именно в голову ФИО4 С.М., осуществляя действия по повторному удару топором в область головы потерпевшего, ФИО1 не мог не осознавать, что это может привести к смерти ФИО4 С.М. Сложившая обстановка позволяла ФИО1 реально оценивать опасность своих действий и предвидеть возможное наступление негативных тяжких последствий для потерпевшего, в том числе и его смерть. Перечисленные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют о намерении подсудимого причинить смерть ФИО4 А.Ю., а также о не доведении преступления до конца по не зависящим от ФИО1 обстоятельствам в виде вмешательства очевидцев происшествия и наличии в действиях подсудимого именно прямого умысла на убийство ФИО4 А.Ю., при пресечении его действий посторонними лицами.

Исходя из изложенного, довод стороны защиты о необходимости квалификации действий ФИО1 по ч.1 ст. 115 УК РФ не принимается судом.

При этом суд учитывает показания ФИО7 подсудимого, объективные данные о характере повреждения и возможном орудии его нанесения, в том числе в виде лезвия топора, установленные заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО4 С.М., что в совокупности прямо подтверждает применение подсудимым топора, для нанесения вреда здоровью потерпевшего, причем путем использования рубящих свойств лезвия топора в качестве оружия.

Исходя из доказательств по уголовному делу – заключения эксперта, суд приходит к выводу, что травма в виде рубленой раны лобной области слева была причинена ФИО4 С.М. острым предметом с рубящими свойствами, что опровергает высказывавшиеся в период предварительного следствия доводы подсудимого о нанесении удара по голове ФИО4 С.М. обухом топора в область головы рядом с макушкой.

Также отвергаются судом высказывавшиеся в период предварительного следствия доводы подсудимого о том, что удар топором был нанесен ФИО4 С.М. в прихожей квартиры в ходе конфликта, исходя из показаний свидетелей и объективных данных об отсутствии следов крови в прихожей, установленных при дополнительном осмотре места происшествия.

Данных, позволяющих предположить причастность к нанесению ранения ФИО4 С.М. иными лицами, а не подсудимым, материалы дела не содержат.

С учетом фактических обстоятельств преступления, доказательств, исследованных судом, оснований для вывода о том, что действия подсудимого носили неумышленный характер, являлись неосторожными, не имеется. Отрицание ФИО7 факта нанесения удара сидящему в кресле ФИО4 С.М. острием топора со стороны подсудимого и ссылка на защиту от действий ФИО4 С.М., высказывавшего словесные не конкретизированные угрозы, противоречит всему комплексу ранее проанализированных доказательств по делу и не может являться состоятельной, поскольку противоречит объективным данным, полученным в ходе судебной медицинской экспертизы ФИО4 С.М., а также при проведении проверки показаний на месте подозреваемого и очных ставок со свидетелями.

Также суд исключает наличие в действиях подсудимого признаков необходимой обороны или превышения ее пределов. Судом достоверно установлено, что ФИО4 С.М. не представлял для подсудимого никакой реальной угрозы, а также что у ФИО1 не имелось оснований защищаться от действий ФИО4 С.М., опасаться за свою жизнь и здоровье. Из обстановки на месте происшествия, показаний свидетелей следует, что топор находился в руках именно ФИО1, и им был нанесен удар острием топора в область головы сидящему в кресле ФИО4 С.М., поскольку пятен крови в иных местах, не обнаружено.

Основания для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности, постановления приговора без назначения наказания, а также для освобождения его от наказания отсутствуют, и он подлежит наказанию за совершенное преступление.

При назначении наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории особо тяжкого преступления, личность подсудимого <данные изъяты>

Обстоятельствами, смягчающими наказание, в соответствии с ч.1 ст. 61 УК РФ, суд признает: заявление ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, подтвержденное им в суде, содержащее чистосердечное признание в совершении преступления (т.1 л.д. 23), что суд расценивает в качестве явки с повинной; аморальность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для преступления, поскольку потерпевшим высказывались нецензурные, оскорбительные выражения, угрозы физического насилия в адрес подсудимого; иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, в качестве которых суд расценивает принесение извинений в ходе судебного заседания.

В качестве иных смягчающих наказание обстоятельств, согласно ч.2 ст. 61 УК РФ суд учитывает у подсудимого раскаяние в содеянном, частичное признание вины.

Суд не усматривает оснований для признания в качестве самостоятельного обстоятельства, смягчающего наказание «оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления» так как подсудимым лично никакой неотложной первой медицинской помощи не оказывалось, поведение в этой части было пассивным, ссылка на повторный, после свидетеля ФИО4 Е.М., о чем подсудимый был осведомлен, вызов скорой медицинской помощи, без совершения иных действий, направленных на помощь потерпевшему, не может быть признано достаточно активным деянием, а доказательств совершения иных действий не получено и суду не представлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, с учетом характера преступления, степени общественной опасности, обстоятельств совершения и личности виновного суд также признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно состояние алкогольного опьянения подсудимого послужило одним из основных мотивов совершения преступления, в том числе исходя из показаний самого подсудимого.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Суд отмечает, что мнение потерпевшего о мягком наказании в отношении ФИО1 не является обязательным для суда и не принимается в основу приговора, поскольку при рассмотрении уголовного дела публичного обвинения, вид и мера ответственности лица, совершившего преступление, должны определяться исходя из публично-правовых интересов, а не частных интересов потерпевшего, а определение пределов уголовной ответственности и наказания не может обусловливаться волеизъявлением потерпевшего.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, наличие смягчающих наказание обстоятельств, но также и наличие отягчающего наказание обстоятельства, личность подсудимого, <данные изъяты> состояние его здоровья, возраст, официально не трудоустроенного, собственной семьи и прочных социальных связей не имеющего, принимая во внимание характер совершенного преступления, а также учитывая конкретные обстоятельства уголовного дела, суд приходит к выводу, что исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений невозможно без изоляции его от общества и к нему необходимо применить наказание в виде реального лишения свободы, учитывая при этом, что размер назначенного в отношении него наказания не скажется существенным образом на условиях его жизни и его семьи.

По мнению суда именно вышеуказанное наказание будет отвечать целям восстановления социальной справедливости, исправления виновного и предупреждения совершения новых преступлений.

Дополнительное наказание, предусмотренное ч.1 ст. 105 УК РФ в виде ограничения свободы, суд считает возможным не применять к подсудимому с учетом его личности, наличия смягчающих наказание обстоятельств, поведения после совершения преступления.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступной деятельности, поведением подсудимого которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного подсудимого, по делу не имеется, и в этой связи нет оснований для применения ст.ст. 15 ч.6, 73 УК РФ, учитывая также наличие отягчающего наказание обстоятельства, исключающих применение ч.6 ст. 15 УК РФ.

При назначении срока наказания суд учитывает, что согласно ч.3 ст. 66 УК РФ срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ за оконченное преступление.

Принимая во внимание цели и мотивы действий ФИО1, носивших ситуационный и эмоциональный характер, совокупность имеющихся обстоятельств, смягчающих его наказание, а именно: явка с повинной; аморальность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для преступления; иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, поведение после совершения преступления, что судом признается исключительными обстоятельствами, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенного преступления, суд считает возможным применить, нормы ст. 64 УК РФ и назначить наказание ниже низшего предела наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, предусмотренном ст. 53.1 УК РФ суд не находит, учитывая проанализированные ранее сведения о личности ФИО1, характеристики преступного деяния, что в совокупности исключает вывод о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы.

При назначении вида исправительного учреждения, суд руководствуясь п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ, считает необходимым назначить ФИО1 отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима, как мужчине, осужденному к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, ранее не отбывавшему лишение свободы.

Учитывая обстоятельства совершения преступления, криминологические данные о личности подсудимого ФИО1, отсутствие доводов участников процесса в части изменения меры пресечения в отношении ФИО1, а также в целях обеспечения исполнения приговора суда, суд считает необходимым до вступления приговора суда в законную силу меру пресечения в виде содержания под стражей ФИО1 оставить без изменения.

Решая вопрос о зачете времени содержания подсудимого под стражей, со дня задержания, в срок отбывания наказания, суд отмечает, что в силу совокупности норм, регулирующих правила исчисления размера и начала срока отбывания наказания, а именно ч. 7 ст. 302 и п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, срок отбывания наказания лицу, содержавшемуся до постановления приговора под стражей, надлежит исчислять со дня постановления приговора с зачетом в этот срок времени содержания его под стражей со дня задержания до дня постановления приговора. Следовательно, день фактического задержания лица, признанного виновным в совершении преступления, подлежит зачету в срок отбывания им наказания. Фактически ФИО1 был задержан ДД.ММ.ГГГГ, в 18 часов 20 минут, но путем оформления задержания за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ, что подтверждено показаниями свидетеля ФИО19 и протоколом задержания № от ДД.ММ.ГГГГ, записями в книге учета доставленных в ОМВД России по Удорскому району от ДД.ММ.ГГГГ, и лишь в 16 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 был составлен протокол задержания в порядке ст. 91-92 УПК РФ. При этом уже ДД.ММ.ГГГГ сотрудникам правоохранительных органов было известно о причастности ФИО1 к совершению преступления, очевидцы прямо указывали на него как на лицо совершившее преступление в объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ, и в этот же день, ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 получено заявление с признанием в совершении преступления, взято объяснение, проведено изъятие спортивной куртки. Таким образом датой фактического задержания ФИО1 является ДД.ММ.ГГГГ и именно с указанной даты подлежит зачету в срок отбытия наказания время его задержания и содержания под стражей, с учетом ч.3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день.

<адрес> Республики Коми в интересах ГБУ РК ТФОМС Республики Коми заявлено исковое требование о взыскании с ФИО1 средств затраченных на лечение потерпевшего в сумме <данные изъяты> в порядке ч. 3 ст. 44 УПК РФ.

Подсудимый и гражданский ответчик ФИО1, защитник и представитель гражданского ответчика Фридрих Н.С., возражений по иску не представили.

В силу положений ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом. В силу ч. 1 ст. 31 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" расходы, осуществленные в соответствии с настоящим Федеральным законом страховой медицинской организацией, на оплату оказанной медицинской помощи застрахованному лицу вследствие причинения вреда его здоровью (за исключением расходов на оплату лечения застрахованного лица непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве) подлежат возмещению лицом, причинившим вред здоровью застрахованного лица.

Наличие вины причинителя вреда и причинно-следственной связи с возникшим у потерпевшего вредом здоровью, как и прохождение стационарного лечения в связи с полученными телесными повреждениями потерпевшего, что повлекло расходы на оплату оказанной медицинской помощи за счет Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Коми, размер затраченных на лечение сумм, сторонами не оспариваются.

Исходя из вышеизложенных требований закона суд, учитывая, что размер заявленных исковых требований, подтверждается соответствующими документами, представленными суду, считает необходимым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Решая вопрос о распределении процессуальных издержек по уголовному делу состоящих из средств по оплате услуг адвоката Фридрих Н.С., осуществлявшего защиту прав и законных интересов ФИО1 в период предварительного расследования на сумму <данные изъяты> (т.2 л.д. 69-70), суд учитывает, что уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено в общем порядке. Подсудимый в период следствия не заявлял об отказе от услуг защитника, является трудоспособным, ограничений по трудоустройству не имеет, а подлежащая взысканию сумма по выплате вознаграждения адвоката не скажется существенным образом на его имущественном положении, как лица не имеющего несовершеннолетних детей и иждивенцев, а также принимая во внимание то обстоятельство, что отсутствие накоплений денежных средств и невозможность уплаты взыскиваемой суммы в настоящее время не исключает возможности выплаты указанной суммы впоследствии, при трудоустройстве ФИО1 и последующем получении им заработной платы, в связи с чем, процессуальные издержки в виде вознаграждения адвоката подлежат взысканию с ФИО1

В части вопроса о судьбе вещественных доказательств, суд считает необходимым, руководствуясь ст.81 УПК РФ: <данные изъяты> – уничтожить.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - ч.1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание, с применением ст. 64 УК РФ, в виде лишения свободы на срок <данные изъяты>, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 в виде лишения свободы исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО1, время задержания и содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из расчета один день за один день.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 оставить прежней в виде заключения под стражей.

Гражданский иск прокурора Удорского района в интересах ГБУ РК ТФОМС Республики Коми в виде требования о взыскании средств, затраченных на лечение потерпевшего удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с ФИО1 в пользу ГБУ РК ТФОМС Республики Коми, в счет возмещения средств, затраченных на лечение потерпевшего ФИО8 - <данные изъяты>

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес><адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, процессуальные издержки в виде расходов по выплате вознаграждения адвоката Фридрих Н.С., в период предварительного расследования в сумме <данные изъяты>

Вещественные доказательства: <данные изъяты> – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Коми в течение 10 суток со дня постановления приговора, через Удорский районный суд, осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, представления прокурором или апелляционной жалобы иными участниками, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, указав это в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья: Л.Ф. Мурзин