Апелляционное определение № 33-16546/2025 от 11 января 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 12.01.2026

УИД 66RS0009-01-2025-001265-44

дело № 33-16546/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 19.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Локтина А.А.,

судей Корякина М.В.,

Лузянина В.Н.,

с участием прокурора Чернова В.С.,

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Куренко С.А. рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи в порядке апелляционного производства гражданское дело № №2-1152/2025 иску прокурора Ленинского района города Нижний Тагил, действующего в интересах ФИО1, к акционерному обществу «Тагилдорстрой» о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе истца, апелляционному представлению прокурора, на решение Ленинского района города Нижний Тагил Свердловской области от 30.09.2025.

Заслушав доклад судьи Лузянина В.Н., объяснения истца – Присяжной Ю.Р., представителя истца Чернова В.С., судебная коллегия

установила:

прокурор Ленинского района г. Нижний Тагил действующий в интересах Присяжной Ю.Р. обратился в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указал, что 06.11.2024 ФИО1 переходя дорогу на перекрестке ул. Октябрьской революции - пр. Строителей рядом с домом № 15 по ул. Октябрьской Революции в городе Нижний Тагил Свердловской области, поскользнулась на ледяном выступе, вследствие чего упала с высоты собственного роста на бедро, ударилась затылком о выступающий камень. ФИО1 обратилась в приемный покой ГАУЗ СО «Демидовская городская больница», где была осмотрена, поставлен предварительный диагноз «Закрытый неполный чрезвертельный перелом правой бедренной кости без смещения отломков». 07.11.2024 ФИО1 испытывала головную боль, боли в правом тазобедренном суставе, тошноту и слабость в связи с чем вызвала скорую помощь, которой поставлен предварительный диагноз «сотрясение головного мозга», «ушиб тазобедренного сустава». В тот же день обратилась в приемный покой больницы, где в результате осмотра поставлен диагноз «закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга». При падении истец сильно испугалась за жизнь и здоровье, из-за полученных травм не могла самостоятельно передвигаться. Длительное время боли в области таза сохраняются, истец испытывает трудности в быту, при ходьбе, работе. Указанные обстоятельства негативно повлияли на психологическое состояние истца. Полагая, что ненадлежащее исполнение ответчиком обязанностей по ограждению и уборке территории перекрестка и прилегающей территории в рамках муниципального контракта заключенного с МКУ «Служба заказчика городского хозяйства» создало угрозу вреда жизни и здоровью истца.

С учетом уточнения исковых требований просил взыскать с ответчика: компенсацию морального вреда в размере 200000 руб., а также расходы на лечение в размере 9 398 руб.

Решением Ленинского района города Нижний Тагил от 30.09.2025 иск удовлетворен частично, с ответчика в пользу истца взысканы: компенсация морального вреда в сумме 15000 руб., убытки (расходы на приобретение лекарственных препаратов) в сумме 1621 руб. 68 коп. В удовлетворении требований остальной части иска отказано. С ответчика в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 7000 руб.

В апелляционном представлении прокурор и апелляционной жалобе истец просят решение суда отменить и принять новое решение, удовлетворив исковые требования о взыскании морального вреда. Настаивают на ненадлежащей оценке судом доказательств по делу, нарушением равенства сторон по предоставлению доказательств. В качестве основания для столь значительного снижения размера компенсации морального вреда указано на допущенную истцом грубую неосторожность, в связи передвижением истца по участку ремонтных работ при возможности избрания иного маршрута передвижения без учета погодных условий. Вывод суда в указанной части сделан без учета того, что постоянным местом проживания истца, является адрес: <...> в непосредственной близости с местом проведения ремонтных работ, а также неблагоприятные погодные условия. Применительно к абз. 1 п. 4.1, абз. 3 п. 4.3 ПДД пешеходы ложны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, а при их отсутствии по обочине. Ремонтные работы на этом перекрестке ведутся около 2 лет, поэтому пройти к дому проживания возможно лишь путем прохода через перекресток, по которому ходят сотни граждан. Никаких предупреждающих знаков «дорожные работы» запрещающих знаков «въезд запрещен», «проезд запрещен», не имелось. Истец двигаясь в направлении пешеходного перехода, где должно быть организовано безопасное движение, не могла понимать опасность своего передвижения и опасаться возможности получения травмы. При определении размера компенсации морального вреда судом не приняты во внимание индивидуальные особенности истца, имеющей хроническую патологию поясничного отдела позвоночника, диагностированную в 2017 году, а также период временной нетрудоспособности, и изменение привычного уклада жизни. Выводы судебной экспертизы не исключают диагностированные врачами диагнозы и как следствие получение истцом травмы при заявленных обстоятельствах. 06.11.2024 в приемном покое дежурным врачом травматологом-ортопедом проведено обследование компьютерной томографии (КТ), после чего на руки был выдан письменный осмотр в котором указан диагноз «закрытый неполный чрезвертельный перелом правой бедренной кости без смещения обломков». При этом на КТ прослеживается нарушение целостности кортикальной пластинки в области малого вертела затемнение по типу ломанной линии в губчатом веществе чрезвертельной области. Было назначено лечение, открыт лист нетрудоспособности с 06.11.2024. Обстоятельства произошедшие 06.11.2024 поставили истца в тяжелое материальное положение поскольку, имеются долговые обязательства, пожилая мама, а также на иждивении находятся двое детей. Кроме того в судебном заседании представитель третьего лица МКУ «Служба заказчика городского хозяйства» до проведения по делу судебной экспертизы полагал размер компенсации морального вреда завышенным который по заявленным требованиям не может превышать 100000 руб., ответчик предлагал сумму 120000 руб.

В письменных возражениях АО «Тагилдорстрой» полагает решение суда законным и обоснованным, не подлежащим отмене либо изменению по доводам апелляционного представления.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Прокурор, также поддержал доводы, изложенные в апелляционном представлении, настаивая на отсутствии в действиях истца грудой неосторожности и неразумности снижения судом размера компенсации морального вреда.

Представители ответчика, третьих лиц без самостоятельных требований МКУ «Служба заказчика городского хозяйства», Администрации города Нижний Тагил в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились о времени и месте рассмотрения дела извещены заблаговременно. Кроме того в соответствии с положениями ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы была размещена интернет-сайте Свердловского областного суда www.ekboblsud.ru 27.11.2025. С учетом приведенных обстоятельств, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при указанной явке.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

В соответствии с положениями ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

При этом согласно разъяснениям, данным в абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

На основании ст. 1096 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, и следует из материалов дела, что:

ФИО1 зарегистрирована и проживает по месту жительства по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 36).

06.11.2024 около 17:45 в районе перекрестка ул. <адрес>, поскользнулась на ледяном выступе, вследствие чего упала. На ул. Октябрьской революции около двух лет ведутся работы по реконструкции автомобильных дорог общего пользования местного значения.

Работы ведутся подрядчиком АО «Тагилдорстрой» в рамках муниципального контракта от 09.04.2024 № 39, заключенного с заказчиком МКУ «Служба заказчика городского хозяйства» (т. 1 л.д. 127 – 147). По условиям последнего: на МУП «Тагилдорстрой» возложена обязанность обеспечивать в пределах участка производства работ по строительству безопасность движения транспорта и пешеходов. До завершения реконструкции подрядчик несет ответственность за обеспечение безопасности дорожного движения (п.п. 4.4.6, 4.4.30); МУП «Тагилдорстрой» обязано организовать строительную площадку в соответствии с требованиями действующих нормативных документов. До начала работ ограничить выделенную территорию строительной площадки и выделить опасные, в том числе и за границей строительной площадки, зоны с установкой предохранительных защитных ограждений и знаков безопасности (п. 6.4); МУП «Тагилдорстрой» обязано самостоятельно нести ответственность перед третьими лицами и возмещать убытки (в том числе судебные издержки), связанные с травмами или ущербом, возникших вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по контракту (п. 4.4.36). Согласно утвержденной схеме организации движения и ограждения мест дорожных работ, утвержденной руководителями МКУ «Служба заказчика городского хозяйства» и МКУ «Управление городским хозяйством» (том 1 л.д. 88 – 91) участок ремонтных работ автомобильной дороги по ул. Октябрьской революции после пересечения с пр. Строителей в сторону ул. Заводской должен был быть перекрыт для проезда блоками и дорожным знаком 1.34.3 «направление поворота», который также указывает направление движения в объезд участка ремонтных работ (том 1 л.д. 89).

Из пояснений истца и показаний опрошенного судом свидетеля ФИО2 (том 1 л.д. 109-110) установлено место падения, как тротуар, пешеходная зона по ул. Октябрьской революции до действующей автомобильной дороги по пр. Строителей (л.д. 43-оборот, 72), фактически использовалось ответчиком в качестве места проезда транспорта на участок проведения ремонтных работ (том 1 л.д. 74, 75).

Из фото, видеоматериалов, выполненных 07.11.2024 установлено, что участок ремонтных работ автомобильной дороги по ул. Октябрьской революции после пересечения с <адрес> перекрыт для проезда блоками частично. Не имеется крайних блоков в районе дома № <адрес>, где организован проезд транспорта, в том числе строительной техники, на участок ремонтных работ. Предупреждающих знаков «Дорожные работы» и запрещающих знаков «Въезд запрещен», «Проезд запрещен» не имеется. Отсутствует и дорожный знак 3.10 ПДД «Движение пешеходов запрещено» (том 1 л.д. 75, 76, 106).

Согласно карты вызова СМП № 218/113254 из ГБУЗ СО «ГССМП г. Нижний Тагил» при обращении за медицинской помощью 06.11.2024 Присяжной Ю.Р. был установлен диагноз: «Закрытый перелом костей таза?»; из представленного осмотра врача-травматолога из ГАУЗ СО «ФИО3 г. Н. Тагил» при обращении за медицинской помощью 06.11.2024 Присяжной Ю.Р. был установлен диагноз: «Закрытый неполный чрезвертельный перелом правой бедренной кости без смещения отломков».

По ходатайству истца определением суда по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено Нижнетагильскому отделению Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (том 1 л.д. 153 – 154).

Согласно выводам судебной экспертизы от 09.09.2025 № 797 из представленных медицинских документов (карта вызова СМП № 218/113254 из ГБУЗ СО «ГССМП г. Нижний Тагил», осмотр врача-травматолога из ГАУЗ СО «ФИО3 г. Н. Тагил»), при обращении за медицинской помощью 06.11.2024 у Присяжной Ю.Р. каких-либо повреждений (кровоподтеки, ссадины и т.п.) в области головы, лица, туловища и конечностей не обнаружено.

В карте вызова СМП № 218/113254 из ГБУЗ СО «ГССМП г. Нижний Тагил» при обращении за медицинской помощью 06.11.2024 Присяжной Ю.Р. был установлен диагноз: «Закрытый перелом костей таза?»; по результатам осмотра врача-травматолога из ГАУЗ СО «ФИО3 г. Н. Тагил» при обращении за медицинской помощью 06.11.2024 Присяжной Ю.Р. был установлен диагноз: «Закрытый неполный чрезвертельный перелом правой бедренной кости без смещения отломков».

При проведении компьютерной томографии костей таза 06.11.2024 у Присяжной Ю.Р. травматических повреждений костей таза и бедренных костей не обнаружено, что не позволяет подтвердить наличие у Присяжной Ю.Р. «закрытого перелома костей таза, закрытого неполного чрезвертельного перелома правой бедренной кости без смещения отломков» и дать им судебно-медицинскую оценку (п. 20 действующего Приказа № 172н МЗиСР РФ от 08.04.2025 «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», далее – Приказ № 172н).

В карте вызова СМП № 41/113418 из ГБУЗ СО «ГССМП г. Нижний Тагил» при обращении за медицинской помощью 07.11.2024 (следующий день после падения) Присяжной Ю.Р. был установлен диагноз: «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Ушиб правого тазобедренного сустава»; из осмотра врача-травматолога из ГАУЗ СО «ФИО3 г. Н. Тагил» при обращении за медицинской помощью 07.11.2024 Присяжной Ю.Р. был установлен диагноз: «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга».

Наличие у гр. Присяжной Ю.Р. закрытой черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга не подтверждено объективными клиническими данными, так как в представленных медицинских документах отсутствует подробное описание неврологического статуса врачом-неврологом при первичном медицинском осмотре и при динамическом наблюдении. Таким образом, диагностированная у гр. Присяжной Ю.Р. «закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга» судебно-медицинской оценке не подлежит (п. 20 действующего Приказа № 172н).

В представленных медицинских документах отсутствует описание конкретного вида повреждений (раны, ссадины и т.п.) в области правой нижней конечности Присяжной Ю.Р., что не позволяет установить наличие у гр. Присяжной Ю.Р. «ушиба правого тазобедренного сустава» и дать ему судебно-медицинскую оценку.

При проведении компьютерной томографии головного мозга 07.11.2024 у Присяжной Ю.Р. повреждений костей черепа (перелом и т.п.) и вещества головного мозга (ушиб, кровоизлияние и т.п.) не обнаружено.

По данным выписки из ТФОМС, ФИО1 находилась на амбулаторном лечении в ГАУЗ СО «Городская поликлиника № 3 г. Н. Тагил» с 07.11.2024 по 18.11.2024 с диагнозом «Чрезвертельный перелом закрытый».

Отсутствие амбулаторной карты травматологического пациента из ГАУЗ СО «Городская поликлиника № 3 г. Н. Тагил» с подробным описанием рентгенографии костей таза, протоколов КТ таза, данных осмотров врача-травматолога (по данным представленного ответа на запрос из ГАУЗ СО «ГП № 3 г. Н. Тагил» - амбулаторной карты травматологического пациента Присяжной Ю.Р. в регистратуре не найдено) не позволяет подтвердить наличие у гр. Присяжной Ю.Р. «закрытого чрезвертельного перелома» и дать ему судебно-медицинскую оценку (п. 20 действующего Приказа № 172н).

13.11.2024 при осмотре врачом в ГАУЗ СО «Городская поликлиника № 4 г. Н. Тагил» у Присяжной Ю.Р. была обнаружена гематома мягких тканей «в области поясницы справа», которая могла образоваться при травмирующем воздействии тупого твердого предмета (удар, соударение), не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, в соответствии с п. 6. действующего Приказа № 172н расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека.

Морфологические особенности вышеуказанной гематомы мягких тканей (цвет, форма, контуры и т.п.), ее точная локализация в представленных медицинских документах не описаны, что не позволяет установить давность ее причинения и конкретный травмирующий предмет.

Как следует из представленных медицинских документов, при осмотре врача в ГАУЗ СО «Городская поликлиника № 4 г. Н. Тагил» 13.11.2024 Присяжной Ю.Р. был установлен диагноз: «Сотрясение головного мозга. Закрытый неполный чрезвертельный перелом правой бедренной кости без смещения отломков».

Наличие у Присяжной Ю.Р. закрытой черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга не подтверждено объективными клиническими данными, так как в представленной медицинской карте из ГАУЗ СО «ГП № 4 г. Н. Тагил» отсутствует подробное описание неврологического статуса врачом-неврологом при первичном медицинском осмотре и при динамическом наблюдении. Таким образом, диагностированная у Присяжной Ю.Р. «закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга» судебно-медицинской оценке не подлежит.

В представленной медицинской карте из ГАУЗ СО «ГП № 4 г. Н. Тагил» отсутствуют результаты рентгенографии костей таза и данные динамического наблюдения за состоянием здоровья пострадавшей у врача-травматолога, что не позволяет подтвердить наличие у Присяжной Ю.Р. «закрытого неполного чрезвертельного перелома правой бедренной кости без смещения отломков» и дать ему судебно-медицинскую оценку.

При проведении рентгенологического исследования правого тазобедренного сустава года у Присяжной Ю.Р. обнаружена «рентгенкартина правостороннего коксоартроза». Однократное проведение рентгенологического исследования одного тазобедренного сустава, отсутствие более результатов точных инструментальных методов исследования костей таза (КТ, МРТ) при динамическом наблюдении, отсутствие данных динамического наблюдения у врача-травматолога не позволяет подтвердить наличие у Присяжной Ю.Р. «правостороннего коксартроза» и дать ему судебно-медицинскую оценку.

Как следует из представленной медицинской карты, при обращении за медицинской помощью 15.01.2025 Присяжной Ю.Р. установлен диагноз: «Остеохондроз поясничного отдела позвоночника. Радикулопатия S1 справа. Грыжа диска L5-S1. Абсолютный центральный стеноз позвоночного канала на уровне L5-S1. Протрузия диска L4-L5».

Причинно-следственной связи между развитием у Присяжной Ю.Р. хронической патологии поясничного отдела позвоночника (остеохондроз с грыжами межпозвоночных дисков и стенозом позвоночного канала) и эпизодом травмы от 06.11.2024 не имеется, так как вышеуказанная патология была диагностирована у Присяжной Ю.Р. с 2017 года и поэтому описанное хроническое заболевание позвоночника («остеохондроз поясничного отдела позвоночника, радикулопатия S1 справа, грыжа диска L5-S1, абсолютный центральный стеноз позвоночного канала на уровне L5-S1, протрузия диска L4-L5») судебно-медицинской оценке не подлежат (п. 17 действующего Приказа № 172н).

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 15, 151, 1064, 1083, 1085, 1096, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 5 ст. 3, п. 1 ст. 16, п. 1 ст. 18 Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», п. 1 ст. 12 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», п. 14 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения», ГОСТ Р 50597-2017 «Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля», утвержденный Приказом Росстандарта от 26.09.2017 № 1245-ст, условиями заключенного между АО «Тагилдорстрой» и МКУ «Служба заказчика городского хозяйства» муниципального контракта от 09.04.2024 № 39, разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», исследовав представленные доказательства, пришел к выводу о доказанности истцом факта падения на участке используемом ответчиком для проезда техники на реконструируемый участок автодороги, а также вину ответчика в ненадлежащем исполнении муниципального контракта не обеспечившим в месте выполнения ремонтных работ безопасность движения пешеходов, что повлекло травмирование истца, усмотрев в действиях истца грубую неосторожность определил ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 15000 руб., и клинически подтвержденные рецептами врачей расходы на приобретение лекарственных препаратов 1621 руб. 68 коп.

Как следует из текста апелляционной жалобы и апелляционного представления прокурора, выводы суда в части установления факта падения истца на участке выполнения ответчиком реконструкции автомобильной дороги общего пользования местного значения, а также вины ответчика в ненадлежащем исполнении муниципального контракта не обеспечившим в месте выполнения ремонтных работ безопасность движения пешеходов, не оспариваются и не проверяются судебной коллегией.

Доводы жалобы и апелляционного представления прокурора сводятся к несогласию с установленным судом размером компенсации морального вреда, как определенным без учета фактических установленных по делу обстоятельств, и заслуживают внимания.

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда является мерой ответственности за нарушение нематериальных благ.

Нематериальными следует считать неразрывно связанные с личностью носителя, непередаваемые и неотчуждаемые духовные ценности внеэкономического характера, которые направлены на всестороннее обеспечение существования личности и по поводу которых складывается поведение субъектов гражданского права.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как разъяснено в абз. 2 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Вместе с тем, как следует из мотивировочной части оспариваемого решения судом при решении вопроса о размере компенсации морального вреда небыли учтены индивидуальные особенности потерпевшего (истца), ее семейное и материальное положение, изменение обычного уклада жизни.

Кроме того, судом при уменьшении размера компенсации морального вреда в действиях истца усмотрена грубая неосторожность, с чем не может согласиться судебная коллегия.

Как разъяснено в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

По смыслу названной нормы права понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим последствий в виде наступления последствий своего поведения.

Из буквального толкования п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации грубая неосторожность в действиях истца может быть установлена в двух случаях: когда действия потерпевшего содействовали возникновению вреда и когда действия потерпевшего содействовали увеличению вреда. Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

Действующее законодательство не содержит критериев разграничения простой и грубой неосторожности. Представляется, что грубая неосторожность является таким поведением потерпевшего, когда он предвидел или должен был предвидеть возможность причинения ему вреда, но легкомысленно надеялся избежать этого или безразлично относился к возможности причинения вреда (например, посадка или высадка пассажира из двигавшегося транспортного средства и т.п.). К простой неосторожности следует относить обычную неосмотрительность, опрометчивость, легкомыслие в предотвращении, избежании какой-либо опасности.

Судом установлено, что место падения истца до начала производства работ по реконструкции автодороги являлось пешеходным тротуаром, что также подтверждено показаниями свидетеля ФИО2 Каких-либо ограждений препятствующих проходу пешеходов на данный участок дороги, запрещающих знаков в том числе дорожного знака 3.10 ПДД «движение пешеходов запрещено», информационного стенда регламентирующего безопасный обход реконструируемого ответчиком участка дороги не имелось. Так: актом рейдового осмотра Департамента государственного и жилищного строительства от 25.10.2024 № 29-15-28/255 установлены нарушения п.п. 6.2.2, 6.2.9, 6.2.14 СНиП 12-03-2001, а именно несоответствие требованиям проектной документации защитных ограждений вдоль торца жилого дома по адресу ул. Октябрьской революции, д. 15, вдоль жилого дома по адресу пр. Строителей, д. 22; по состоянию на 25.11.2024 Государственным инспектором дорожного надзора отделения дорожного надзора отдела Госавтоинспекции МУ МВД России «Нижнетагильское» проведено выездное обследование с осмотром по адресу: <...> в районе дома № 15, по результатам которого установлено отсутствие временных дорожных знаков в местах производства работ, так же установлено наличие посторонних предметов на тротуаре; сотрудниками прокуратуры 05.12.2024 осуществлен выход на территорию проведения ремонтных работ, на участке пересечения ул. Октябрьской революции с пр. Строителей выявлено наличие траншей и ям, образовавшихся в результате проведения земляных работ. По периметру указанных углублений не везде установлено ограждение. Приобщенный к материалам дела фотоматериал с места падения истца также фиксирует отсутствие ограждений и дорожного знака 3.10 ПДД, а также перемещение иных пешеходов по исследуемому участку. Сами по себе неблагоприятные погодные условия, привычное использование дорожного маршрута с длительным производством работ по реконструкции дороги неограничивающим доступ пешеходов при должной осторожности (замедленным шагом, обходя камни и ямы, что также подтверждено свидетелем шедшим впереди истца), не образуют в действиях истца умысла на причинение себе вреда здоровью и пренебрежения к созданной ситуации прохода пешеходов, и как следствие исключают возможность применения п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия с учетом совокупности собранных и исследованных доказательств по делу, учитывая:

индивидуальные особенности истца ДД.ММ.ГГГГ года рождения, возраст которой на дату травмирования составил 40 лет, имеющей на иждивении двух несовершеннолетних детей: ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состоящей в гражданском браке с ФИО2 (л.д. 37);

последствия травмирования истца: по данным выписки из ТФОМС, истец находилась на амбулаторном лечении в ГАУЗ СО «Городская поликлиника № 3 г. Н. Тагил» с 07.11.2024 по 13.11.2024 с диагнозом «сотрясение головного мозга без открытой внутричерепной раны», по 18.11.2024 с диагнозом «Чрезвертельный перелом закрытый» (том 1 л.д. 159-160). По выводам судебной экспертизы «закрытый неполный чрезвертельный перелом правой бедренной кости без смещения отломков», «закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга» не подтверждены клиническими данными. При проведении компьютерной томографии костей таза 06.11.2024 травматических повреждений костей таза и бедренных костей не обнаружено (том 1 л.д. 64). При проведении компьютерной томографии головного мозга 07.11.2024 повреждений костей черепа (перелом и т.п.) и вещества головного мозга (ушиб, кровоизлияние и т.п.) не обнаружено (том 1 л.д. 61). Развитие у истца хронической патологии поясничного отдела позвоночника (остеохондроз с грыжами межпозвоночных дисков и стенозом позвоночного канала) и эпизоду травмирования истца от 06.11.2024 не относится, так как указанная патология была диагностирована у Присяжной Ю.Р. с 2017 года. Объективно 13.11.2024 при осмотре врачом в ГАУЗ СО «Городская поликлиника № 4 г. Н. Тагил» у Присяжной Ю.Р. была обнаружена гематома мягких тканей «в области поясницы справа», которая могла образоваться при травмирующем воздействии тупого твердого предмета (удар, соударение), не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, в соответствии с п. 6. действующего Приказа № 172н расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека;

степень душевных и нравственных страданий, выраженных в переживании за свое здоровье, ограничении движения, физической активности, дискомфорте; кратковременное изменение привычного уклада жизни требующего ухода за детьми;

период амбулаторного лечения 06.11.2024 по 18.11.2024, после указанной даты согласно выписке ТФОМС, а также медицинской карты амбулаторного больного (том 1 л.д. 162-193) жалоб на головокружение, тошноту и болей в поясничном отделе не предъявлялось;

отсутствие доказательств нахождения на иждивении истца престарелой мамы, что учитывалось истцом при определении размера компенсации морального вреда

отсутствие вины истца и грубой неосторожности в причинении телесных повреждений;

индивидуальные особенности ответчика, юридического лица являющегося коммерческой организацией не обеспечившего в нарушение требований нормативных актов и принятых на себя обязанностей по муниципальному контракту безопасность пешеходов на участке производимых работ;

позицию ответчика – направленную на избежание ответственности, не предпринявшего действий по заглаживанию вины, считает возможным увеличить размер компенсации морального вреда до 50000 руб. который соответствует критериям разумности и справедливости, объему нарушенных прав истца и обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон по делу.

Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционной жалобе и апелляционном представлении не содержится, соответствующих доказательств не приложено, а суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 1 ст. 327.1, п. 2 ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу истца ФИО1, а также апелляционное представление прокурора Ленинского района города Нижний Тагил удовлетворить частично.

Решение Ленинского района города Нижний Тагил от 30.09.2025 в части взыскания с акционерного общества «Тагилдорстрой» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт серия <№> номер <№>) компенсации морального вреда в сумме 15000 руб. изменить, увеличив сумму компенсации морального вреда до 50000 рублей, в остальной части решение Ленинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 30.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца, апелляционное представление прокурора Ленинского районного суда города Нижний Тагил без удовлетворения.

Председательствующий: Локтин А.А.

Судьи: Лузянин В.Н.

Корякин М.В.