Приговор № 1-103/2018 1-977/2017 от 4 февраля 2018 г. по делу № 1-103/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Абакан 05 февраля 2018 года

Абаканский городской суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Чучумакова А.В.,

при секретаре Мурзиной М.П.,

с участием:

государственных обвинителей – помощников прокурора г.Абакана Васильевой Е.Н., ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника-адвоката Сафронова А.П.,

потерпевшего М.Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2, <данные изъяты> не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 умышленно причинил М.М.А. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление им совершено в г.Абакане Республики Хакасия при следующих обстоятельствах.

01.08.2017 г. около 11 часов 58 минут ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в помещении вагончика, расположенного на садовом участке №, по <адрес>, дачного района <адрес> действуя с умыслом на причинение М.М.А. тяжкого вреда здоровья, опасного для жизни человека, возникшего из-за неприязненных отношений к М.М.А., вследствие высказанных последним в ходе ссоры в его адрес нецензурных слов, взял нож и нанес М.М.А. один удар клинком ножа в переднюю поверхность верхней трети правого плеча.

Своими преступными действиями ФИО2 причинил М.М.А. телесные повреждения в виде слепого колото-резанного ранения на передней поверхности верхней трети правого плеча с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой большой грудной мышцы, правой двуглавой мышцы плеча, правой клювовидно-плечевой мышцы, плечевой вены, плечевой артерии, медиальной головки правой трехглавой мышцы плеча, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку вреда опасного для жизни человека, состоящего в прямой причинно-следственной связи со смертью.

В результате преступных действий ФИО2, смерть М.М.А. наступила 01.08.2017 г. на месте происшествия от массивной кровопотери и геморрагического шока, развившегося как осложнение слепого колото-резанного ранения на передней поверхности верхней трети правого плеча с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой большой грудной мышцы, правой двуглавой мышцы плеча, правой клювовидно-плечевой мышцы, плечевой вены, плечевой артерии, медиальной головки правой трехглавой мышцы плеча.

При этом ФИО2 не предвидел возможности наступления смерти потерпевшего от своих действий, хотя при необходимой предусмотрительности мог и должен был предвидеть эти последствия.

Выражая в судебном заседании свое отношение к предъявленному обвинению по ч.1 ст.105 УК РФ, подсудимый ФИО2 свою вину в инкриминируемом преступлении признал полностью, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ.

Из оглашенных в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО2, данных им в качестве подозреваемого, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов 00 минут в вагончик, который стоит на дачном участке, пришел М.М.А. и его сожительница З.Е.О. Он и М.М.А. A.M. находились в состоянии алкогольного опьянения. Он, М.М.А., К.А.Н., З.Е.О. и Х.Е.А. стали распивать спирт. После того, как спиртное закончилось, он и К.А.Н. уснули. Через некоторое время он проснулся от того, что в вагончике происходит какой-то шум. Он увидел, что М.М.А. ругается и кричит на З.Е.О., что она якобы изменяет ему с ним(ФИО3). З.Е.О. пыталась возразить, но он ее не слушал. Он встал с дивана, стал разговаривать с М.М.А., пытался его успокоить. М.М.А. также по отношению к нему стал вести себя агрессивно, стал ему говорить, что якобы у него с З.Е.О. были интимные отношения. Он стал это отрицать, т.к. в действительности этого не было. Тогда М.М.А. стал выражаться в его адрес грубой нецензурной бранью, что его очень оскорбило, поскольку он стал унижать его человеческое достоинство. По данной причине, он подошел к М.М.А., тот сидел на диване, и, стоя к нему лицом, нанес ему один удар кулаком левой руки в область лица. М.М.А. схватил его, повалил на диван, где сидела Х.Е.А.. Они стали бороться, тот стал применять в отношении него удушающий прием, сдавливая его шею своей правой рукой при сгибе локтя. Он не помнит, чтобы кто-то выходил из вагончика, и что он заносил в вагончик топор, и причинял им телесные повреждения М.М.А.. Возможно, это связано именно с тем, что он был сильно пьян. Он хорошо запомнил именно тот момент, когда он в ходе борьбы с М.М.А., сел на него сверху. При этом, он (М.М.А.) лежал головой по направлению к окну, а ногами - в сторону противоположного дивана. Из-за того, что М.М.А. оскорбил его грубой нецензурной бранью, он схватил с журнального столика кухонный нож с металлической рукояткой черного цвета с острым клинком. Удерживая нож за рукоятку в своей левой руке, он нанес прямой тычковый удар М.М.А. в область его правого плеча. З.Е.О. и Х.Е.А. видели, как он нанес указанный удар, т.к. они находились в вагончике. Он нанес ему только одно ножевое ранение, возможно, он мог его ранить еще случайно, когда извлекал нож из тела М.М.А.. В момент нанесения удара, он не хотел убивать М.М.А., только хотел его ранить из-за причиненного ему оскорбления. Сразу после того, как он нанес ножевое ранение, он увидел, что у М.М.А. началось кровотечение. М.М.А. стал хрипеть, был жив, не разговаривал. Он сразу выбежал из вагончика. Потом он решил пойти к своей знакомой Г., проживает по <адрес> в дачном массиве «<данные изъяты>». Он сообщил ей, что зарезал ножом М.М.А., попросил ее вызвать скорую медицинскую помощь. Она вызвала скорую медицинскую помощь. Со своего сотового телефона он за медицинской помощью не обращался, т.к. при нем телефона не было. Он вернулся в вагончик, на диване лежал М.М.А., еще был жив. Он стал его просить дождаться скорую медицинскую помощь. Рядом с ним были З.Е.О. и Х.Е.А.. В вагончике К.А.Н. не было. Около 12 часов 00 минут приехали сотрудники полиции. Скорая медицинская помощь ехала очень долго. Когда приехали врачи, то они констатировали смерть М.М.А.. М.М.А. не наносил ему никаких ударов (том № 1 л.д. 220-225).

Аналогичные по содержанию показания ФИО2 были даны в ходе допроса в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ, которые были исследованы в судебном заседании в соответствии п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, и в этих показаниях он дополнительно пояснил, что все происходило у него в вагончике, расположенном по адресу: <адрес> где он проживает со своей сожительницей Х.Е.А., а также с К.А.Н. Он левша, в связи с чем, все делает левой рукой (том № 1 л.д. 231-234).

Показания, данные ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемый ФИО2 полностью подтвердил в ходе проведения проверки его показаний на месте (т.1 л.д.235-239), указав место, где между ним и М.М.А. произошел конфликт, который перешел в драку, продемонстрировал на манекене, как он в вагончике, расположенного по адресу: <адрес> нанес удар кулаком М.М.А. в правую часть головы, после нанес ему удар ножом.

Из оглашенных в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний ФИО2, данных им в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ следует, что им даны такие же показания, как и в ходе допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ об обстоятельствах совершения преступления, и дополнительно пояснил, что от содеянного он очень разволновался, некоторое время пробыл в растерянности. Сразу побежал к своей знакомой Г.. Она живет от его дома на расстоянии около 300 метров. Добежав до ее дома, он ей сказал, что подрезал ножом М.М.А. и попросил ее вызвать скорую медицинскую помощь. В это время из ее дома вышел ФИО4 и дал ему телефон, с которого он позвонил в скорую помощь и сказал им, что подрезал М.М.А. и указал адрес. Потом он вернулся в вагончик и стал ожидать скорую помощь. М.М.А. был еще жив. Он стал его просить дождаться скорую медицинскую помощь. Потом приехали сотрудники полиции и скорой помощи. Приехавшие врачи констатировали смерть М.М.А.. Сотрудникам полиции он рассказал, что произошло и как убил М.М.А. Он считает, что он причинил повреждения (на теле, на бедрах, шеи и голове) в ходе завязавшейся борьбы, так как до этого момента у М.М.А. каких-либо телесных повреждений не было (том № 1 л.д. 246-249).

После оглашения вышеуказанных показаний подсудимый ФИО2 пояснил, что давал такие показания, придерживается этих показаний, дополнительно указал, что он не хотел убивать М.М.А., помнит, что в самом начале он один раз ударил М.М.А. кулаком по лицу, потом они боролись, и ударил один раз его ножом в плечо.

Оснований для признания вышеприведенных показаний ФИО2 недопустимыми доказательствами у суда не имеется, поскольку эти показания даны им в присутствие его защитника, что само по себе исключает оказание на него какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, с надлежащим соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением ему прав в полном объёме.

Проверив и оценив показания подсудимого в совокупности с другими доказательствами, суд допускает их в качестве достоверных в той части, в которой они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и свидетельствуют о времени и месте совершения преступления, его причастности в причинении потерпевшему телесных повреждений.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, проанализировав показания подсудимого, суд находит, что событие преступления, а также вина ФИО2 в его совершении, при описанных судом выше обстоятельствах, установлена и подтверждается, помимо показаний самого подсудимого ФИО2, также показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями экспертов и другими материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия.

Из оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаний потерпевшего М.Е.М. следует, что М.М.А. приходился ему родным братом. ДД.ММ.ГГГГ около 15 часов от близких родственников ему стало известно, что М.М.А. убили. На следующий день З.Е.О. рассказала, что М.М.А. убил ножом ФИО2 в ходе возникшей между ними ссоры (т.1 л.д.121-123).

Допрошенный по ходатайству государственного обвинителя потерпевший М.Е.М., явившийся в судебное заседание, дал аналогичные по содержанию показания, как и на стадии предварительного следствия, дополнительно пояснив, что в последнее время он часто видел своего брата в алкогольном опьянении. В состоянии алкогольного опьянения брат был очень колкий на язык, мог нагрубить, но при этом не был агрессивным. Брат был развит физически ниже среднего для своего возраста.

Оценивая показания потерпевшего М.Е.М., суд признает его показания достоверными, поскольку сообщенные им сведения об обстоятельствах причинения смерти его брату М.М.А., ставшие ему известными со слов З.Е.О., согласуются с другими исследованными по делу доказательствами. Кроме того, его показания позволяют установить характеристику личности погибшего М.М.А.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 286 УПК РФ показаний свидетеля А.Н.А.-начальника отделения ОУР УМВД России по г.Абакану следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 00 минут ему поступило сообщение от дежурного УМВД России по г. Абакану РХ о том, что по адресу: <адрес>, дачный участок №, обнаружен труп М.М.А. с признаками насильственной смерти. Он в составе оперативно-следственной группы незамедлительно выдвинулся на место преступления. С ним был оперуполномоченный ОУР УМВД России по г.Абакану К.А.Л. По приезду на место происшествия он прошел на дачный участок №. В вагончике на диване лежал труп М.М.А., тело было в крови, в области правого плечевого сустава у него имелось колото-резанное ранение. На месте происшествия находился ФИО2, который им пояснил, что он убил ножом М.М.А. из-за возникшей ссоры между ними. В ходе осмотра места происшествия был обнаружен нож, на который указал ФИО2 На месте преступления находились очевидцы З.Е.О., Х.Е.А., К.А.Н., К.Г.А., которые подтвердили пояснения ФИО2 (том № 1 л.д. 128-130).

Свидетель К.А.Л. – оперуполномоченный отделения ОУР УМВД России по г.Абакану, чьи показания были оглашены в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, в ходе предварительного следствия дал аналогичные показания, как и А.Н.А., дополнительно пояснив, что тело М.М.А., диван и футболка были в крови. В области правого плечевого сустава у него (М.М.А.) было колото-резанное ранение (том № 1 л.д. 132-134).

Оценивая вышеприведенные показания свидетелей А.Н.А., К.А.Л., суд признает их показания достоверными, поскольку они последовательны, логичны, согласуются между собой и другими доказательствами, позволяют восстановить обстановку на месте происшествия на момент их прибытия, нахождение там свидетелей З.Е.О., Х.Е.А., К.А.Н. и подсудимого ФИО2, который добровольно сообщил им о своей причастности к причинению смерти М.М.А., тело которого находилось в вагончике.

Оснований не доверять показаниям свидетелей А.Н.А., К.А.Л. у суда не имеется.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 286 УПК РФ показаний свидетеля З.Е.О. следует, что 01.08.2017 в 09 часов 39 минут ей на сотовый телефон сбросила сообщение Х.В. с просьбой перезвонить со своего телефона. Она ей перезвонила, та сказала, что зовет ее и М.М.А. A.M. в гости, что у нее и ее сожителя ФИО2 есть спирт. Х.Е.А. и ФИО2 проживают на даче у их знакомого К.А.Н., расположенной по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов 00 минут она и М.М.А. пришли в вагончик к Х.Е.А. и ФИО2, с ними находился К.А.Н. Они уже находились в состоянии алкогольного опьянения. Они стали распивать спиртное. После того, как спиртное закончилось, ФИО2 и К.А.Н. уснули. Около 11 часов 30 минут М.М.А. стал высказывать ей претензии, что она ему изменяет с ФИО2 Она говорила ему, что у нее никаких интимных отношений нет. М.М.А. начал с ней ссориться. Это происходило на глазах у Х.Е.А., и та решила разбудить ФИО2, т.к. испугалась, что М.М.А. начнет ее (З.Е.О.) избивать. Проснувшись, ФИО2 стал также говорить, чтобы М.М.А. успокоился, и что между ней и ФИО2 никаких интимных отношений нет. М.М.А. на его слова стал агрессивно реагировать, выражаться в его адрес грубой нецензурной бранью. Это оскорбило ФИО2, и он, поднявшись с дивана, подойдя к сидящему на диване М.М.А., неожиданно нанес кулаком левой руки один удар в область лица М.М.А. При этом, он прикрикнул М.М.А. угомониться. Сразу М.М.А. схватил за шею ФИО2 рукой, стал совершать удушающий прием. Она и Х.Е.А. стали их разнимать. Потом ФИО3 выбежал из вагончика, и сразу же вернулся, удерживая в левой руке топор, обухом топора ударил по правой коленной чашечке М.М.А. От боли, М.М.А. закричал. Он схватил за руки ФИО2, когда тот размахивал топором. Они оба завалились на диван, придавили Х.Е.А. Она и Х.Е.А. стали разнимать их, отбирать у ФИО2 топор. Она выхватила у ФИО2 топор и отбросила его в сторону на пол. В этот момент, ФИО2 снова схватился за топор. Она не видела, наносил ли он какие-либо телесные повреждения топором М.М.А. От криков проснулся К.А.Н., сказал им драться на кулаках и ушел спать под навес в огород. ФИО2, продолжая бороться с М.М.А., который находился в положении лежа на спине на диване возле Х.Е.А., сел сверху на М.М.А. Потом ФИО2 схватил с журнального столика кухонный нож с литой черной рукояткой. Удерживая нож за рукоятку в левой руке, ФИО2 нанес М.М.А. один удар ножом по направлению сверху вниз в область правого плеча. Она этот удар видела, т.к. находилась от них на расстоянии около 1 метра. После этого, у М.М.А. из раны начала течь кровь. М.М.А. стал хрипеть, находился в сознании, но не разговаривал. Увидев кровь у М.М.А., ФИО2 сразу выбежал из вагончика. Она сразу стала оказывать помощь М.М.А., т.к. у него началось кровотечение. Х.Е.А. стала пробовать набрать на своем телефоне номер скорой медицинской помощи, но у нее это не получилось, поэтому та с ее телефона стала звонить своему знакомому Р. и просить, чтобы он вызвал им скорую медицинскую помощь. Это было в 11 часов 58 минут 01.08.2017. Она стала со своего телефона набирать номер службы спасения «112», дозвонилась в <адрес>, сообщила о том, что у них раненый мужчина. Диспетчер ей сказал, что передаст данную информацию в <адрес>. В этот же момент обратно вернулся ФИО2, зашел в вагончик, подошел к М.М.А., стал говорить ему крепиться. ФИО2 был внешне очень напуган, т.к. не ожидал, что все так плохо закончится. Потом он побежал к своему знакомому Х.А., проживает по <адрес> дачного массива «Подсинее». Ей стало известно, что ФИО3 сказал Х., что надо срочно вызвать скорую медицинскую помощь, что он зарезал ножом П.П.Х. Х. не поверил ему. Она не выходила из вагончика, была с М.М.А. и Х.Е.А. М.М.А. становилось хуже. 01.08.2017 в 12 часов 21 минуту ей перезвонил Р., сказал, что дозвонился до скорой медицинской помощи, что надо идти встречать машину. Через некоторое время приехали сотрудники полиции. ФИО3 снова вернулся к ним. Когда приехали врачи скорой медицинской помощи, они попытались оказать помощь М.М.А., но он скончался. Когда она и М.М.А. пришли к Х.В. 01.08.2017, то у М.М.А. каких-либо телесных повреждений не было. У ФИО3 на спине в области левого плеча были царапины от ногтей. М.М.А. никаких ударов кулаками или какими-либо предметами ФИО2 не наносил, только применил в отношении него удушающий прием (том № 1 л.д. 136-141).

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 286 УПК РФ показаний свидетеля Х.Е.А. следует, что 01.08.2017 г. около 11 часов 00 минут к ним пришли З.Е.О., ее сожитель М.М.А. Они вместе стали распивать спирт. ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения. После распития спиртного он лег спать на диване. Около 11 часов 30 минут М.М.А. сказал З.Е.О., что она якобы имеет интимные отношения с ФИО2 Когда М.М.А. находился в состоянии алкогольного опьянения, он часто ревновал З.Е.О. к ФИО2, в связи с этим у них часто происходили ссоры. М.М.А. стал вести себя агрессивно по отношению к З.Е.О. Она боялась, что М.М.А. может избивать З.Е.О., стала будить ФИО2 Когда ФИО2 проснулся, то стал защищать З.Е.О., объясняя М.М.А., что его ревность необоснованна, и что между ним и З.Е.О. никаких интимных отношений нет. Между ними началась ссора, они стали ругаться грубой нецензурной бранью. После чего ФИО3 ударил М.М.А. кулаком по лицу. ФИО3 является левшой. М.М.А. схватил за шею ФИО3, стал рукой совершать удушающий прием. Она и З.Е.О. стали их разнимать. Затем, ФИО3 выбежал из вагончика, и вернулся уже с топором в левой руке, нанес обухом топора по коленной чашечке М.М.А., стал замахиваться топором. Она и З.Е.О. стали их разнимать, отбирать у ФИО3 топор. З.Е.О. выхватила топор и бросила его в сторону. ФИО3 по голове М.М.А. ударов не наносил. Потом ФИО3 снова схватил с пола топор. Они стали кричать. Проснулся К.А.Н. и сказал, чтобы ФИО3 и М.М.А. прекратили драку. К.А.Н. ушел спать под навес в огород. В это время ФИО3 боролся с М.М.А., который лежал на спине, на диване. Она сидела на диване, на котором боролись ФИО3 и М.М.А.. Неожиданно ФИО3 схватил кухонный нож с черной рукояткой с кухонного столика, и, удерживая нож в левой руке, нанес М.М.А. один удар ножом по направлению сверху вниз в область правого плеча. Она видела момент нанесения удара. У М.М.А. из раны стала течь кровь, но он находился в сознании. ФИО3 выбежал из вагончика. Она и З.Е.О. стали оказывать помощь М.М.А., пытались остановить кровь, стали звонить знакомому Р. и просить его вызвать скорую помощь, так как сами дозвониться не могли. Через некоторое время ФИО3 снова пришел в вагончик, был очень напуган, стал извиняться перед М.М.А.. Потом приехали сотрудники полиции и врачи скорой медицинской помощи, но М.М.А. спасти не смогли, так как у него было сильное кровотечение. М.М.А. ударов ФИО3 не наносил(том № 1 л.д. 143-150).

Оценивая показания свидетелей З.Е.О., Х.Е.А., которые были очевидцами преступления, суд признает их показания достоверными, поскольку их показания последовательны, логичны, дополняют друг друга и согласуются с другими доказательствами, соответствуют установленным обстоятельствам дела. Их показания позволяют установить причины ссоры и инициатора конфликта между потерпевшим и подсудимым, их поведение на месте происшествия, а также время, место и обстоятельства, при которых подсудимый ФИО2 нанес ножевое ранение потерпевшему М.М.А., а также поведение подсудимого после совершения преступления. Имеющиеся между их показаниями, а также показаниями подсудимого ФИО2 расхождения в части последовательности происходивших событий несущественны и не ставят под сомнение степень доказанности вины подсудимого в инкриминируемом преступлении. Эти расхождения между их показаниями объясняются субъективными особенностями восприятия данных лиц происходивших событий и их способностями запоминания этих событий, а также нахождением их в состоянии алкогольного опьянения. Оснований не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей у суда не имеется, поскольку у данных лиц отсутствуют причины для оговора подсудимого.

Из оглашенных в порядке ч.1 ст. 286 УПК РФ показаний свидетеля К.А.Н. следует, что 01.08.2017 около 11 часов 00 минут к нему на участок пришел М.М.А. с З.Е.О. Он, М.М.А., З.Е.О., ФИО3 и Х.В. стали пить спирт. Между М.М.А. и ФИО3 не было ссор. Потом он лег на диван, уснул. На соседнем диване спал ФИО3. До того, как уснуть. Он проснулся от криков Х.В. и З.Е.О., увидел, что около М.М.А., который сидел на диване, стоит ФИО3. В левой руке у ФИО3 был топор. Рядом с М.М.А. на диване сидела Х.В.. На диване напротив сидела З.Е.О.. При нем ФИО3 каких-либо телесных повреждений М.М.А. не наносил. ФИО3 и М.М.А. не ругались. ФИО3 был в возбужденном состоянии, вел себя нервно. Он решил, что между ФИО3 и М.М.А. произошел какой-то конфликт, сказал им, что лучше драться кулаками, а не с помощью топора. Потом он пошел спать под навес в огород. Он проснулся от того, что кто-то разговаривал в огороде. Он увидел сотрудников полиции. Врачи скорой медицинской помощи попыталась оказать помощь М.М.А., но он скончался. В дальнейшем он узнал от З.Е.О. и Х.В., что ФИО3 нанес М.М.А. ножевое ранение в область правого плеча. Они также рассказали, что это все началось из-за того, что М.М.А. стал высказывать претензии З.Е.О., ревновать ее к ФИО3. Когда проснулся ФИО3, то стал заступаться за З.Е.О., между ними произошел конфликт. У него в вагончике имеется два кухонных ножа с белыми рукоятками и один кухонный нож с литой черной рукояткой. Нож с черной рукояткой был на журнальном столике в вагончике (том № 1 л.д. 151-155).

Оценивая показания свидетеля К.А.Н., суд признает его показания достоверными, поскольку его показания последовательны, логичны, согласуются с показаниями свидетелей З.Е.О., Х.Е.А. и подсудимого ФИО2 Его показания также подтверждают то, что до совершения преступления между ФИО2 и М.М.А. происходила ссора, в ходе которой у ФИО2 находился в руках топор. Показания данного свидетеля также позволяют установить, что в момент ссоры подсудимый ФИО2 не находился в состоянии необходимой обороны, а потерпевший М.М.А. не представлял опасности для ФИО2 и других лиц, находившихся в вагончике.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 286 УПК РФ показаний свидетеля С.А.В.-врача ГБУЗ РХ «АГКССМП» следует, что 01.08.2017 г. в 12 часов 20 минут поступил звонок о том, что по адресу: <адрес>, ножевое ранение. Он незамедлительно выехал на автомобиле скорой помощи на указанный адрес. По прибытию, он обнаружил мужчину, который лежал в вагончике без признаков жизни, у него имелось на правом плече колотое ранение до 1,5 см. Им была констатирована смерть. Ему стало известно, что погибший был М.М.А. и его ударили ножом (том № 1 л.д. 163-166).

Оценивая показания свидетеля С.А.В., суд признает их достоверными, поскольку они последовательны, логичны и согласуются с другими доказательствами и соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Кроме того, показания свидетеля С.А.В. в части того, что он выезжал на вышеуказанный адрес, объективно подтверждаются картой вызова скорой медицинской помощи, в которой отражено время вызова -12 часов 20 минут 01.08.2017 г. (т.1, л.д.160-162).

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 286 УПК РФ показаний свидетеля К.Г.А. следует, что 01.08.2017 к 12 часам дня прибежал сосед ФИО2, попросил телефон, чтобы позвонить в скорую помощь, сказал, что подрезал М.М.А. Он был в одних трусах, состояние его было возбужденным и растерянным. К.Ю.М. вынес ему телефон. ФИО2 с телефона вызвал скорую помощь. При вызове скорой помощи, он сказал, что подрезал М.М.А. и назвал адрес. После чего пошел к себе домой. Она тоже пошла в дом к ФИО2, посмотреть, что у них случилось. Она увидела сотрудников полиции, скорой помощи, ФИО3, З.Е.О., К.А.Н.. В вагончике она увидела тело М.М.А. на диване. ФИО2 совместно с сотрудниками полиции искали нож, которым он убил М.М.А. Со слов З.Е.О. ей стало известно, что между М.М.А. и ФИО2 произошла ссора, в ходе которой тот убил М.М.А. (том № 1 л.д. 167-169).

Свидетель К.Ю.М., чьи показания были оглашены в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, в ходе предварительного следствия дал аналогичные показания, как и К.Г.А., дополнительно пояснив, что он, проходя мимо дома ФИО2, увидел там сотрудников полиции и скорой помощи. Он зашел в ограду дома. Сотрудники полиции проводили следственные действия (том № 1 л.д. 170-172).

Оценивая показания свидетелей К.Г.А. и К.Ю.М., суд признает их показания достоверными, поскольку они последовательны, согласуются между собой и другими доказательствами. Их показания позволяют суду установить обстоятельства, при которых ФИО2 сообщил о совершенном им преступлении и вызвал скорую медицинскую помощь потерпевшему.

Оснований для признания недопустимыми оглашенные показания потерпевшего М.Е.М., свидетелей А.Н.А., К.А.Л., З.Е.О., Х.Е.А., К.А.Н., С.А.В., К.Г.А., К.Ю.М., данные ими на стадии предварительного следствия, не имеется, поскольку эти лица были допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, о чем свидетельствует содержание протоколов их допросов.

Доказательствами виновности подсудимого ФИО2 в совершении инкриминируемого деяния являются и объективные сведения, содержащиеся в ряде протоколов следственных действий, заключениях экспертов и иных письменных документах, которые суд использует в качестве доказательств при установлении вины подсудимого в совершении инкриминируемого преступления.

Так, согласно протоколу осмотра места происшествия от 01.08.2017 г. следует, что осмотрен участок территории, огороженный забором, расположенный по адресу: <адрес>, на котором находится металлический вагончик. В помещении вагончика на диване обнаружен труп М.М.А., на теле которого имелись рана в области правого плечевого сустава и телесные повреждения на голове, правом бедре. Труп находится в положении лежа на спине, на нем надеты футболка, брюки, носки и туфли. Поверхность дивана под головой и грудью трупа пропитана веществом, похожим на кровь. На месте нахождения трупа, на диване обнаружен и изъят кухонный нож со следами вещества бурого цвета. Около вагончика, на расстоянии 1 м. от входа обнаружен и изъят топор. Также была изъята футболка со следами вещества бурого цвета. К протоколу приложена фототаблица, на которой запечатлена обстановка в помещении вагончика, положение трупа М.М.А. на диване, имевшиеся на трупе повреждения, место обнаружение ножа, топора и их внешний вид (т. 1 л.д. 32-42).

Сведения, содержащиеся в этом протоколе осмотра места происшествия, объективно позволяют установить место совершения преступления, отражают обстановку, оставшуюся непосредственно после совершения преступления, расположение мебели в этом вагончике, а также местонахождение изъятых предметов. Нахождение трупа М.М.А. на диване, температура его тела на момент проведения осмотра места происшествия, имевшаяся на нем одежда, локализация и размеры пятна крови на диване, обнаружение ножа на диване, объективно свидетельствует о том, что именно в этом вагончике были причинены телесные повреждения потерпевшему, в результате которых наступила его смерть.

Согласно протоколу осмотра предметов от 19.10.2017 г. следует, что осмотрен бумажный сверток, в котором находится лоскут кожи от трупа М.М.А. (том № 1 л.д. 114-115).

Согласно протоколу осмотра предметов от 24.11.2017 г. следует, что осмотрены изъятые предметы и вещи, а именно: 1) футболка из ткани белого цвета, на которой имеются пятна вещества бурого цвета похожие на кровь, на передней левой части футболки находятся три повреждения линейной формы; 2) нож, состоящий из клинка и рукоятки, лезвие клинка имеет двустороннюю заточку; 3) топор (том № 1 л.д. 116-117).

Кроме того, в судебном заседании были также осмотрены указанная футболка и нож. Так, в ходе осмотра было установлено, что нож имеет следующие размеры: общая длина ножа-242 мм, длина рукояти- 118 мм, длина клинка-125 мм.

Осмотренные нож, футболка, топор, лоскут кожи признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.118).

Вышеуказанные протоколы следственных действий суд признает относимыми и допустимыми доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Доказательством виновности подсудимого в причинении потерпевшему телесных повреждений и смерти являются выводы судебно-медицинской экспертизы № от 29.08.2017 г., согласно которым:

- причиной смерти М.М.А. явилась массивная кровопотеря и геморрагический шок, развившийся как осложнение слепого колото-резанного ранения на передней поверхности верхней трети правого плеча с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой большой грудной мышцы, правой двуглавой мышцы плеча, правой клювовидно-плечевой мышцы, плечевой вены, плечевой артерии, медиальной головки правой трехглавой мышцы.

При исследовании трупа М.М.А. обнаружены телесные повреждения:

- слепое колото-резанное ранение на передней поверхности верхней трети правого плеча с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой большой грудной мышцы, правой двуглавой мышцы плеча, правой клювовидно-плечевой мышцы, плечевой вены, плечевой артерии, медиальной головки правой трехглавой мышцы плеча, которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку вреда, опасного для жизни человека. Это повреждение прижизненное, состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью, могло быть получено за десятки минут до момента наступления смерти. Данное повреждение образовалось от однократного действия плоского колюще-режущего орудия, имевшем острие, одну острую кромку и противоположную тупую с достаточной силой для его образования(пункт 2.1);

- ушибленная рана на границе височной и теменной областей слева(1), которая квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность), продолжительностью менее трех недель. Это повреждение прижизненное, возникло в срок до 1 суток до момента смерти, от не менее однократного воздействия тупого твердого предмета (ов), с достаточной силой для его образования и причинно-следственной связи со смертью не имеет(пункт 2.2);

- ссадины в щечной области слева(1), на спинке носа справа(1), на наружной поверхности в нижней трети правого бедра(1), на задней поверхности шеи по срединной линии(3), в средней трети наружной поверхности левого бедра(1), которые расцениваются, как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Эти повреждения прижизненные, возникли до 1 суток до момента смерти, от как минимум трехкратного воздействия тупого твердого предмета (ов), с достаточной силой для их образования и причинно-следственной связи со смертью не имеют(пункт 2.3).

При исследовании обнаружен раневой канал:

-направление раневого канала колото-резанного ранения, указанного в пункте 2.1, сверху вниз справа налево несколько спереди назад. Причинение колото-резанного ранения (в пункте 2.1) сопровождалось обильным наружным кровотечением, не исключающее фонтанирование крови.

Незадолго до смерти М.М.А. употреблял алкоголь, в крови трупа найден этиловый спирт в концентрации 3,35 г/л, что по аналогии с живыми соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения.

После причинения телесного повреждения, описанного в пункте 2.1, пострадавший мог совершать активные целенаправленные действия единицы-десятки минут.

Исходя из выраженности трупный изменений, обнаруженных при судебно-медицинском исследовании трупа, можно предположить, что смерть М.М.А. наступила менее 24 часов до момента вскрытия (т.1 л.д. 51-57).

Характер телесного повреждения, указанного в пункте 2.1 вышеприведенного заключения эксперта, его локализация на теле М.М.А., где расположены жизненно-важные органы –крупные кровеносные сосуды: плечевая вена и плечевая артерия, а также сила нанесения удара, механизм причинения этого повреждения, характеристика клинка ножа, длина раневого канала - около 11,6 см., объективно свидетельствует об умышленных действиях подсудимого ФИО2, направленных на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровья.

Эксперт К.Е.А. подтвердила в судебном заседании достоверность выводов, данных ею в заключение №, пояснив, что непосредственной причиной смерти явилась массивная кровопотеря и геморрагический шок, развившийся как осложнение указанного слепого колото-резаного ранения. Были повреждены крупные кровеносные сосуды, произошла массивная кровопотеря.

Эти показания эксперта К.Е.А. о причинах наступления смерти М.М.А., соотносятся с ее выводами, изложенными в заключение, и не вызывают у суда сомнений.

Согласно заключению эксперта № от 03.11.2017 г. следует, что нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия 01.08.2017 по вышеуказанному адресу, изготовлен промышленным способом по типу кухонных ножей хозяйственно-бытового назначения и к категории холодного оружия не относится. Внешний вид ножа запечатлен на фототаблице этого заключения эксперта (том № л.д. 104-105).

Согласно заключению эксперта № от 14.11.2017 г. следует, что рана на лоскуте от трупа М.М.А. является колото-резаной, причинена плоским колюще-режущим орудием (предметом), имевшим острие, одну кромку и противоположную тупую. Колото-резаное повреждение на кожаном лоскуте от трупа М.М.А. могло быть причинено однократным воздействием клинка представленного на экспертизу ножа (т.1 л.д. 96-99).

Согласно заключению эксперта № от 24.11.2017 г. следует, что на представленной футболке имеются три повреждения, которые имеют колото-резанный характер, и могли быть образованы колото-резанным движением в материю, клинком ножа, обух и лезвие которого сходятся под углом. Повреждения на футболке могли возникнуть в результате одновременного воздействия колото-резанного движения в материю, находящейся в состоянии, образующем множественные складки. Повреждения на футболке могли быть образованы представленным ножом, либо другим ножом с клинком соответствующей формы, размером и конструкции (т.1 л.д.110-112).

Проведенными экспертными судебно-биологическими исследованиями установлено, что на представленном ноже обнаружены следы крови, которые произошли от М.М.А.(т.1 л.д.80-84).

Таким образом, сведения, содержащиеся в протоколах следственных действий и вышеприведенных заключениях эксперта, в совокупности с другими доказательствами объективно подтверждают причастность ФИО2 в нанесении М.М.А. одного удара клинком ножа, изъятым в ходе осмотра места происшествия 01.08.2017 г. и представленного на исследование экспертам, в результате которого М.М.А. было причинено одно слепое колото-резанное ранение на передней поверхности верхней трети правого плеча, указанное в пункте 2.1 заключения эксперта № от 29.08.2017 г.

Согласно заключению эксперта № от 21.08.2017 года следует, у ФИО2 имелись телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью, в виде ссадин:

- на передней поверхности грудной клетки справа и слева (5),в эпигастральной области (4), на передней брюшной стенке справа(7), на передней поверхности правого предплечья в средней и верхней трети (4), в области левого локтевого сустава по наружно-задней поверхности, на задней поверхности левого плечевого сустава (3), которые могли образоваться за 5-7 суток до момента осмотра экспертом(02.08.2017), от воздействия тупого твердого предмета (ов);

- ссадины по передней поверхности правого бедра в средней трети, которые могли образоваться за 1-3 суток до момента осмотра экспертом, от воздействия твердого предмета (ов) (т.1 л.д.71-72).

Данное заключение объективно позволяет установить наличие на теле подсудимого ФИО2 телесных повреждений, но большая часть из них была им получена еще до события преступления. При этом, подсудимый пояснил, что ссадина на правом бедре им получена в ходе борьбы с потерпевшим. Оснований не доверять его показаниям в этой части, у суда не имеется. Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что во время совершения ФИО2 преступления, потерпевший М.М.А. не наносил подсудимому удары руками, либо ногами, и у него (М.М.А.) отсутствовали в руках какие-либо предметы.

Оценивая вышеуказанные заключения экспертов на предмет их допустимости и относимости, суд считает, что эти заключения экспертов научно обоснованы, а выводы экспертов надлежащим образом мотивированы, каких-либо оснований сомневаться в их правильности не имеется. Оснований для назначения по делу дополнительных исследований не имеется, поскольку экспертные исследования проведены в порядке, установленном действующим уголовно-процессуальным законодательством. Таким образом, суд признает вышеприведенные заключения экспертов допустимыми по делу доказательствами.

Оценивая показания подсудимого ФИО2, данные им на стадии предварительного следствия, в том числе в ходе проверки показаний на месте, о причинах его ссоры с М.М.А., мотивах его действий, обстоятельствах нанесения им телесных повреждений потерпевшему М.М.А., суд приходит к выводу, что эти его показания являются достоверными, поскольку он последовательно пояснял об этих обстоятельствах на протяжение всего предварительного следствия и подтвердил эти показания в суде. При этом, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что после нанесенного потерпевшему М.М.А. удара клинком ножа в область правого плеча, подсудимый ФИО2, увидев кровотечение у потерпевшего, прекратил свои преступные действия и покинул помещение вагончика.

Суд полагает, что подсудимый ФИО2, давая такие показания, не оговаривает себя, поскольку достоверность этих его показаний подтверждается совокупностью вышеприведенных доказательств, которые дополняют друг друга, позволяя суду восстановить обстоятельства совершенного преступления. Эти его показания суд использует в качестве доказательства при установлении его вины в совершении инкриминируемого преступления.

Признательные показания подсудимого ФИО2 согласуются с показаниями свидетелей З.Е.О., Х.Е.А., которые были очевидцами этого преступления и пояснили об обстоятельствах произошедшего конфликта, его инициаторе, поведении подсудимого и потерпевшего непосредственно до криминального акта, о последовательности действий подсудимого, способе нанесения удара ножом потерпевшему, мотиве действий подсудимого и подтверждают, что именно подсудимый ФИО2 нанес М.М.А. один удар клинком ножа, причинив ему вышеуказанное слепое колото-резанное ранение на передней поверхности верхней трети правого плеча.

Эти показания свидетелей З.Е.О., Х.Е.А. суд использует в качестве доказательств при установлении вины подсудимого ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления.

С показаниями подсудимого ФИО2, свидетелей З.Е.О., Х.Е.А., также согласуются показания потерпевшего М.Е.М., свидетелей А.Н.А., К.А.Л., К.А.Н., С.А.В., К.Г.А., К.Ю.М., чьи показания судом признаны достоверными, поскольку их показания последовательны, логичны, дополняют друг друга и при сопоставлении их с письменными доказательствами позволяют суду установить причастность подсудимого к совершенному преступлению.

Показания подсудимого ФИО2, потерпевшего, вышеуказанных свидетелей, а также письменные доказательства, заключение эксперта № от 29.08.2017 г., а также детализация телефонных переговоров (т.1 л.д.142), представленная З.Е.О. в ходе ее допроса, в которой указано, что 01 августа 2017 г. в 11 часов 58 минут с номера телефона № был исходящий звонок на №, произведенного Х.Е.А. своему знакомому, чтобы тот вызвал скорую медицинскую помощь, позволяют суду установить время совершения преступления- 01 августа 2017 г. около 11 часов 58 минут. В связи с чем, в данной части суд считает необходимым уточнить время совершения преступления, указанное в обвинении, и считать, что данное преступление ФИО2 совершил 01 августа 2017 г. около 11 часов 58 минут. Данное уточнение обвинения в части времени совершения преступления не ухудшает положение подсудимого, не изменяет обстоятельств дела и не нарушает его право на защиту.

Учитывая сведения, изложенные в карте скорой медицинской помощи (т.1, л.д.160-162), протоколе осмотра места происшествия (т.1, л.д.32-42), заключении эксперта (том №1 л.д. 51-57), показания вышеуказанных свидетелей, подсудимого ФИО2, суд приходит к выводу, что ФИО2 причинил ножом потерпевшему слепое колото-резанное ранение на передней поверхности верхней трети правого плеча в помещении вагончика, расположенного на садовом участке <адрес>, и смерть М.М.А. наступила в результате преступных действий подсудимого в этом же в вагончике 01.08.2017 г.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что подсудимый ФИО2, выполняя объективную сторону преступления при вышеизложенных обстоятельствах, нанес потерпевшему М.М.А. один удар клинком ножа в переднюю поверхность верхней трети правого плеча, причинив ему телесные повреждения в виде слепого колото-резанного ранения на передней поверхности верхней трети правого плеча с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой большой грудной мышцы, правой двуглавой мышцы плеча, правой клювовидно-плечевой мышцы, плечевой вены, плечевой артерии, медиальной головки правой трехглавой мышцы плеча, что объективно свидетельствует о направленности его умысла на причинение М.М.А. тяжкого вреда здоровью. В связи с чем, действия подсудимого состоят в прямой причинной связи с причинением потерпевшему тяжкого вреда здоровью, в том числе повлекшего наступление его смерти.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании пояснял, что не желал причинять смерть потерпевшему, прекратил свои действия после нанесения М.М.А. удара ножом в область плеча, увидев кровотечение. Как установлено судом, конфликт между подсудимым и потерпевшим возник из-за аморального поведения потерпевшего, который из-за ревности высказал в адрес подсудимого нецензурные слова, которые были восприняты последним, как оскорбления. В результате этой ссоры, аморального поведения потерпевшего между потерпевшим и подсудимым произошла борьба, в ходе которой, из-за неприязненных отношений к потерпевшему, у подсудимого ФИО5 возник умысел на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, о чем свидетельствует тот факт, что оказавшись сверху потерпевшего, ФИО2 взял со столика нож и с достаточной силой нанес М.М.А. клинком ножа удар в переднюю поверхность верхней трети правого плеча.

В судебном заседании установлено, что причиной наступления смерти М.М.А. явилась массивная кровопотеря и геморрагический шок, развившийся как осложнение указанного ранения, это объективно свидетельствует о том, что подсудимый действовал только с умыслом на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, при этом он, нанося потерпевшему удар клинком ножа, отнеся небрежно к наступлению последствий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой предусмотрительности он мог и должен был предвидеть наступление этих последствий.

При таких обстоятельствах характер действий подсудимого, применение им ножа, способ и локализация причиненного телесного повреждения свидетельствуют о том, что подсудимый действовал с умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, а смерть потерпевшего от этих последствий наступила по неосторожности.

Оценив в совокупности исследованные доказательства, с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО2 в умышленном причинении М.М.А. тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, что позволяет суду постановить в отношении подсудимого обвинительный приговор.

Органами предварительного следствия действия подсудимого ФИО2 были квалифицированы по ч.1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В соответствии с п.3 ч.8 ст.246 УПК РФ государственным обвинителем изменена квалификация действий подсудимого ФИО2 с ч.1 ст. 105 УК РФ на ч.4 ст.111 УК РФ.

С данной переквалификацией действий подсудимого ФИО2 на ч.4 ст.111 УК РФ суд, на основании совокупности исследованных доказательств, полностью соглашается.

В связи с чем, действия подсудимого ФИО2 квалифицируются судом по ч.4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

При этом, суд по ходатайству государственного обвинителя исключает из объема обвинения, предъявленного ФИО2, указание о нанесении подсудимым потерпевшему множественных ударов кулаком руки, рукоятью ножа в область головы, шеи, ноги и причинение потерпевшему телесных повреждений в виде: ушибленной раны на границе височной и теменной областей слева(1), ссадин в щечной области слева(1), на спинке носа справа(1), на наружной поверхности в нижней трети правого бедра(1), на задней поверхности шеи по срединной линии(3), в средней трети наружной поверхности левого бедра(1), как излишне вмененные и не состоящие в причинно- следственной связи с наступлением смерти.

При этом, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что подсудимый ФИО2 нанес потерпевшему М.М.А. только один удар клинком ножа, причинив ему вышеуказанное слепое колото-резанное ранение.

Фактов нанесение иных ударов клинком ножа потерпевшему, что указано в обвинении, не нашло свое объективного подтверждения.

Согласно заключению комиссии экспертов № от 28.09.2017 следует, что у ФИО2 обнаруживаются <данные изъяты>

Результаты экспериментально-психологического исследования позволяют сделать вывод о том, что в момент инкриминируемого деяния ФИО2 не находился в состоянии аффекта (физиологический аффект, кумулятивный аффект, аффект на фоне алкогольного опьянения, эмоциональное возбуждение, оказавшее существенное влияние на сознание и поведение, эмоциональное напряжение, оказавшее существенное влияние на сознание и поведение). ФИО2 в момент совершения инкриминируемого деяния находился в состоянии эмоционального возбуждения, однако данное состояние эмоционального возбуждения не отличалось выраженной глубиной дезрегулирующего влияния на сознание и деятельность, как при аффекте. Об этом свидетельствует отсутствие обязательных признаков, характерных для установления состояния аффекта. Кроме того, состояние алкогольного опьянения, в котором находился подэкспертный, могло способствовать проявлению агрессии и снижению самоконтроля(том № 1 л.д. 89-92).

Выводы экспертов объективны и достоверны, так как основаны на подробном исследовании представленных материалов дела и личности испытуемого.

С учетом вышеизложенного, а также принимая во внимание, что причинению вреда здоровью потерпевшему предшествовала ссора между подсудимым и потерпевшим М.М.А., в ходе которой потерпевший высказал нецензурные слова в адрес подсудимого и между ними произошла борьба, в ходе которой ФИО2 нанес один удар ножом потерпевшему М.М.А., о чем подробно пояснял на стадии предварительного следствия, поэтому у суда отсутствуют основания считать, что подсудимый ФИО2 совершил данное преступление в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта). В связи с чем, обстановка, при которой подсудимый совершил настоящее преступление, не являлась для него психотравмирующей, о чем свидетельствуют установленные обстоятельства совершения ФИО2 настоящего преступления.

В том числе, по этим же основаниям суд не признает высказанные потерпевшим нецензурные слова в адрес подсудимого, как тяжкое оскорбление, которое могло бы вызвать у подсудимого, находившегося в состоянии алкогольного опьянение, сильное душевное волнение. Суд полагает, что высказанные потерпевшим нецензурные слова в адрес подсудимого, воспринятые последним, как оскорбления, только явились поводом к совершению подсудимым инкриминируемого преступления, из-за этих высказываний потерпевшего у подсудимого возникли к нему неприязненные отношения, вследствие чего он причинил ему ножевое ранение.

Учитывая, что в предъявленном ФИО2 обвинении не указано аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, выразившегося в высказывании в адрес подсудимого нецензурных слов, что является обстоятельством смягчающим наказание, суд считает необходимым данное обстоятельство привести при описании деяния подсудимого.

С учетом выводов экспертов и материалов уголовного дела, касающихся личности подсудимого, установленных обстоятельств совершения им преступления, его поведения во время и после совершения преступления, суд признает подсудимого вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Кроме того, совокупность исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о том, что ФИО2, совершая инкриминируемое ему деяние в отношении М.М.А., не находился в состоянии необходимой обороны, либо при превышении ее пределов, так как судом установлено, что после того, как М.М.А. высказал в адрес подсудимого нецензурные слова, ФИО2 нанес ему удар кулаком по лицу и между ними началась борьба, в ходе которой потерпевший применял в отношении ФИО2 удушающий прием. Затем ФИО2, освободившись от этого захвата, вышел из вагончика, вернулся обратно с топором в руках и продолжил борьбу с потерпевшим и, находясь сверху лежащего М.М.А., нанес ему удар клинком ножа в переднюю поверхность верхней трети правого плеча. В момент, когда ФИО2 решил нанести потерпевшему, лежавшему на диване, удар ножом, от последнего не исходило опасности, угрожающей жизни и здоровью подсудимого либо лицам, находившимся в этом вагончике. При этом совершение ФИО2 указанных действий при создавшейся ситуации не вызывалось необходимостью. Тот факт, что в ходе борьбы потерпевший применил в отношении ФИО2 удушающий прием, не свидетельствует о том, что подсудимый находился в состоянии необходимой обороны, поскольку потерпевший был только инициатором конфликта, а активные действия по применению физической силы были начаты уже подсудимым, который первым ударил потерпевшего кулаком, вследствие чего между ними произошла борьба. Кроме того, в ходе борьбы подсудимый, освободившись от захвата потерпевшего, не прекратил эту конфликтную ситуацию, а продолжил ее, о чем свидетельствует тот факт, что он принес в вагончик топор, затем продолжил борьбу с потерпевшим и это объективно подтверждает о том, что во время инкриминируемого деяния подсудимый не являлся обороняющимся.

Доводы защитника, высказанные им в судебном заседании 16.01.2018, о необходимости квалификации действий подсудимого по ст.109 УК РФ- причинение смерти по неосторожности, суд находит не состоятельными.

Так, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что из-за возникших неприязненных отношений подсудимый ФИО2, находясь на лежащем М.М.А., с достаточной силой нанес потерпевшему клинком ножа в переднюю поверхность верхней трети правого плеча, причинив ему слепое колото-резанное ранение с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой большой грудной мышцы, правой двуглавой мышцы плеча, правой клювовидно-плечевой мышцы, плечевой вены, плечевой артерии, медиальной головки правой трехглавой мышцы плеча. При этом, как указано выше, о направленности умысла ФИО2 на причинение М.М.А. тяжкого вреда объективно свидетельствует целенаправленный характер его действий, применение в качестве орудия преступления ножа, обладающим большой поражающей способностью, механизм причинения телесного повреждения, его локализация в области передней поверхности верхней трети правого плеча, где проходят крупные кровеносные сосуды, направление и глубина раневого канала. Именно в результате нанесенного потерпевшему удара ножом были причинены вышеприведенные телесные повреждения, в том числе кровеносных сосудов, что расценивается как тяжкий вред здоровью, опасного для жизни человека, вследствие которого произошла массивная кровопотеря и развился геморрагический шок, что и явилось причиной его смерти.

В связи с чем, оснований для изменения квалификации действий подсудимого на ч.1 ст.109 УК РФ не имеется.

Определяя вид и меру наказания подсудимому ФИО2, суд в соответствии со ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений, обстоятельства его совершения, влияние наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, личность подсудимого ФИО2, который не судим, состояние его здоровья и близких его родственников, не состоящего <данные изъяты> и его работы в 2011 г. (т.2 л.д.32) зарекомендовавшего себя с положительной стороны (том 2, л.д.32, 33), в 2011 г. проживал в комнате общежития, предоставленной ему, как сироте, и характеризовался участковый уполномоченным полиции по месту жительства удовлетворительно (т.2 л.д.31), но в 2017 г. уже характеризовался врио начальника ОУУП и ПДН УМВД России по г.Абакану с неудовлетворительной стороны, как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками (том 2, л.д. 35).

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого ФИО2, в соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ суд относит полное признание им своей вины, раскаяние в содеянном, добровольное сообщение сотрудникам полиции, прибывшим на место происшествия, о совершенном им преступлении, что расценивается судом, как явка с повинной, оказание помощи в обнаружении орудия преступления, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в содействии органам предварительного расследования по установлению обстоятельств, при которых им было совершено преступление, аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, состояние его здоровья и его сожительницы, осуществление ухода за сожительницей, вызов скорой медицинской помощи и принятие мер по оказание доврачебной помощи, принесение извинений М.М.А. непосредственно после совершения преступления.

Обстоятельства, отягчающие наказание подсудимого ФИО2, отсутствуют.

Суд, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности подсудимого, не признает в качестве отягчающего наказание ФИО2 обстоятельства нахождение в момент совершения преступления состояние опьянения, вызванным употреблением алкоголя, что подтверждается не только показаниями подсудимого, свидетелей, но и актам медицинского освидетельствования № от 01.08.2018 г. (т. 1 л.д. 65), поскольку само по себе нахождение в состоянии алкогольного опьянения не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений, личность подсудимого, его состояние здоровья, семейное и материальное положение, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление и его семью, суд приходит к выводу о том, что цели применения уголовного наказания, предусмотренные ст.43 УК РФ, применительно к ФИО2 могут быть достигнуты только при назначении ему наказания за совершенное преступление в виде лишения свободы на определенный срок.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усматривает, в связи с этим оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении наказания ФИО2 не имеется.

В связи с чем, суд не находит оснований для назначения подсудимому ФИО2 иных видов наказания, не связанных с лишением свободы, в том числе назначения ему принудительных работ в качестве альтернативы лишению свободы.

Учитывая семейное и материальное положение ФИО2, данные о его личности, суд считает возможным не назначить ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Также при назначении ФИО2 наказания, суд считает возможным применить положения ч.1 ст. 62 УК РФ, поскольку имеются смягчающие обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и «к» части первой статьи 61 УПК РФ, и отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства.

Положения части 5 ст.62 УК РФ не подлежат применению в отношении ФИО2, т.к. уголовное дело рассмотрено в общем порядке.

С учетом фактических обстоятельств преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории этого преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Оснований для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности и наказания, а также предоставления ему отсрочки отбывания наказания не имеется.

При назначении наказания подсудимому ФИО2 в виде лишения свободы, суд, учитывая его личность, тяжесть совершенного преступления, не усматривает обстоятельств, позволяющих применить к нему условное осуждение, предусмотренное ст.73 УК РФ, поскольку полагает, что исправление подсудимого возможно только в условиях изоляции его от общества и это необходимо в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения им новых преступлений.

Местом отбывания наказания подсудимому ФИО2, в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ должна быть назначена исправительная колония строгого режима.

В соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ, вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г.Абакан СУ СК России по Республике Хакасия: нож, следует передать в МВД по РХ для его последующего уничтожения; лоскут кожи от трупа М.М.А. и футболу, принадлежащую М.М.А., следует уничтожить; топор, принадлежащий К.А.Н., следует возвратить последнему.

Согласно ч. 1 ст. 131 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В соответствии с ч.5 ст.131 УПК РФ, суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению являются судебными издержками.

По настоящему уголовному делу для защиты интересов подсудимого был приглашен защитник – адвокат Сафронов А.П., оплата труда которого была осуществлена за счет средств федерального бюджета, что является процессуальными издержками.

Согласно ч.2 ст.132 УПК РФ, эти процессуальные издержки за участие по назначению адвоката Сафронова А.П. на стадии предварительного расследования в сумме 7040 рублей и в суде в сумме 6160 рублей подлежат взысканию с подсудимого в доход федерального бюджета РФ, поскольку уголовное дело рассмотрено в общем порядке.

Оснований для освобождения подсудимого ФИО2 от уплаты процессуальных издержек суд не находит, поскольку он трудоспособен, имеет доход от работы по найму, у него отсутствуют ограничения по состоянию здоровья, что позволяет ему в будущем выплатить эти процессуальные издержки.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.302-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет 5 (пять) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2 оставить без изменения и содержать его до вступления приговора в законную силу в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия.

Срок наказания ФИО2 исчислять с 05 февраля 2018 года.

Зачесть в срок отбытого наказания ФИО2 время содержания его под стражей с 02 августа 2017 года по 04 февраля 2018 года включительно.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г.Абакан СУ СК России по Республике Хакасия: нож, передать в МВД по РХ для его уничтожения; лоскут кожи от трупа М.М.А. и футболу – уничтожить; топор, принадлежащий К.А.Н., возвратить последнему, все по вступлению приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в сумме 13200 (тринадцать тысяч двести) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения через Абаканский городской суд Республики Хакасия, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб или представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.В. Чучумаков