Апелляционное определение № 33-432/2026 33-7914/2025 от 20 января 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 21 января 2026 года по делу № 33-432/2026 (2-1280/2025)

Уникальный идентификатор дела: 91RS0014-01-2024-002909-26

Судья в 1-й инстанции ФИО2

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Калюбиной А.Г.

судей Басараба В.Д.

ФИО3

при секретаре судебного заседания Никифорове О.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Симферополе по докладу судьи Калюбиной А.Г. гражданское дело по иску прокуратуры Ленинского района Республики Крым в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительным кредитного договора,

по апелляционному представлению прокуратуры Ленинского района Республики Крым на решение Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от 17 апреля 2025 года,

у с т а н о в и л а:

Заместитель прокурора Ленинского района Республики Крым обратился в суд с иском в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО1 к ПАО РНКБ Банк, в котором просил признать кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и банковским учреждением, недействительным; применить последствия недействительности сделки путем взыскания с ПАО РНКБ Банка денежных средств в размере <данные изъяты> рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО1 является заемщиком банка по кредитному договору от № от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого ответчик предоставил истцу кредит в размере <данные изъяты> руб. По заявлению ФИО1 Прокуратурой Ленинского района Республики Крым проведена проверка, в ходе которой исследованы материалы уголовного дела № и выявлены факты ненадлежащего заключения кредитного договора, поскольку сделка была заключена ФИО1 в результате воздействия третьих лиц, с целью хищения денежных средств у банка, ее воля на получение кредита отсутствовала, ее действиями руководили иные лица. Вышеприведенное, по мнению прокурора, является основанием для признания кредитного договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178, 179 ГК РФ.

Решением Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от 17 апреля 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением, прокуратура Ленинского района Республики Крым подала апелляционное представление, в котором просила решение суда отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.

В частности доводы апелляционного представления сводятся к тому, что судом первой инстанции при разрешении спора не принято во внимание, что у ФИО1 волеизъявление на заключение кредитного договора отсутствовало, денежные средства истцом фактически не получены, все действия по оформлению заявки и заключению договора кредита со стороны заемщика были совершены под оказанием психологического влияния мошенников.

Определением Верховного Суда Республики Крым от 17 сентября 2025 года произведена замена стороны ответчика РНКБ Банк (ПАО) вследствие его реорганизации путем присоединения на правопреемника - Банк ВТБ (ПАО).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Верховного Суда Республики Крым.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор просил об удовлетворении апелляционного представления по приведенным в нем доводам.

Представитель ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции просила об оставлении апелляционного представления без удовлетворения, а решения суда первой инстанции – без изменения.

Иные лица, принимающие участие в деле, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении рассмотрения дела не подавали.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, руководствуясь положениями ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сочла возможным рассмотреть данное дело при установленной явке.

Заслушав доклад судьи Калюбиной А.Г., проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционного представления, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Оспариваемый судебный акт указанным требованиям соответствует в полной мере.

В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно ч. 12 ст. 5 ФЗ от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России и включают в себя сумму кредита, порядок, способы и срок его возврата, процентную ставку, обязанность заемщика заключить иные договоры и т.д. (ч.ч. 1ч.ч. 1 и 9 ст. 5 Закона).

В обоснование заявленных требований прокурор указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ неустановленные лица звонили ФИО1 от имени сотрудников правоохранительных органов и сотрудников Центрального Банка, заставили оформить кредит в ПАО РНКБ Банк в размере <данные изъяты> рублей, сделка заключена под влиянием заблуждения и обмана, в таком состоянии, в котором истец не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Проверяя доводы истца судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в электронном виде подала анкету-заявление № на получение потребительского кредита в сумме <данные изъяты> руб. на срок <данные изъяты> месяцев с указанием цели потребительского кредита – <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в офисе банка собственноручно подписала заявление-анкету на предоставление потребительского кредита в размере <данные изъяты> рублей.

По итогам поданной заявки на кредит ФИО1 подписала индивидуальные условия договора потребительского кредита №.

Заключение договора явилось следствием того, что ФИО1 в офисе лично подписала кредитный договор.

В соответствии с договором Банк предоставил кредит в размере <данные изъяты> руб. на потребительские цели на согласованных между сторонами условиях на срок до ДД.ММ.ГГГГ, процентная ставка – <данные изъяты>% годовых, количество платежей – <данные изъяты>, размер ежемесячного аннуитентного платежа – <данные изъяты> руб.

Исполнение банком своих обязательств подтверждается выпиской по счету №, в соответствии с которой денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей поступили на счет ФИО1

При установленных обстоятельствах суд пришел к выводу, что вопреки доводам истца, кредитный договор заключен в полном соответствии с положениями действующего законодательства Российской Федерации. Банк в полном объеме исполнил свои обязательства по кредитному договору, предоставив истцу денежные средства. При подписании договора ФИО1 была ознакомлена с условиями договора, лично его подписала, денежные средства получила, а потом самостоятельно осуществила их перевод на иные банковские счета, распорядившись ими по своему усмотрению.

Таким образом, все оспариваемые операции по счету клиента были совершены банком в полном соответствии с положениями законодательства и заключенных договоров на основании распоряжений самого клиента, подтвержденных действующим средством подтверждения клиента (простой электронной подписью). Каких-либо оснований для отказа в исполнении соответствующих распоряжений клиента у банка не имелось.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ и с учетом разъяснений, содержащихся в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Между тем, обстоятельств, относительно которых ФИО1 была обманута кредитором и которые находись бы в причинно-следственной связи с ее решением о заключении кредитного договора, судом не установлено, и соответствующих доказательств не было представлено.

При установленных обстоятельствах, руководствуясь законодательством регулирующим спорные правоотношения, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований прокурора в интересах ФИО1 к ПАО РНКБ Банк о признании кредитного договора недействительным, поскольку доводы истца не нашли свое подтверждение в материалах дела, не основаны на законе (ст. 178, ст. 179 ГК РФ) опровергались собранными по делу доказательствами.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они мотивированны, соответствуют установленным обстоятельствам дела, основаны на правильном применении и толковании норм материального права и исследованных судом доказательствах, оценка которых произведена по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Доводы апелляционного представления о том, что кредитный договор заключенный ФИО1 является недействительным в связи с тем, что он заключен под влиянием заблуждения и обмана со стороны 3-х лиц, по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и повторяют изложенную ранее заявителем позицию, которая была предметом исследования и оценки суда и была им правомерно отвергнута.

Оснований для иной оценки исследованных доказательств судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6).

В силу статьи 179 названного выше кодекса сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (пункт 4).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.

Доказательства, свидетельствующие о наличии оснований для применения положений статей 178, 179 ГК РФ по отношению к заключенному ФИО1 кредитному договору, заявителем жалобы не предоставлено при разрешении спора.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции верно исходил из того, что спорный кредитный договор заключен в офисе путем подачи ею заявления-анкеты на получение потребительского кредита, с подписанием индивидуальных условий кредитования простой электронной подписью, то есть с соблюдением требований действующего законодательства, в том числе касающихся письменной формы сделки; заемные денежные средства зачислены на счет ФИО1, которые она не только лично получила, что ею не опровергается, но и самостоятельно перечислила на счета неизвестных лиц. Таким образом, все оспариваемые операции по счету клиента были совершены банком в полном соответствии с положениями законодательства и на основании распоряжений самого истца, подтвержденных действующим средством подтверждения клиента (простой электронной подписью). Оснований для вывода о том, что у Банка имелись причины усомниться в правомерности поступивших от клиента распоряжений, судом первой инстанции не установлено.

В апелляционном представлении и при подачи иска прокурор указывал также на недействительность кредитного договора по статье 177 ГК РФ, ссылаясь на заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № по результату первичной амбулаторной комплексной психолого-психологической экспертизы ФИО1, проведенной в рамках расследования уголовного дела №, в соответствии с которым, у ФИО1 выявились признаки <данные изъяты>, что, по мнению апеллянта, свидетельствует о том, что индивидуально-психологические особенности ФИО1 могли оказать существенное влияние на ее поведение в исследуемый период совершения в отношении нее противоправных действий.

Для проверки вышеуказанных доводов и оснований иска ФИО1 о признании кредитного договора недействительным согласно положений статьи 177 ГК РФ судом апелляционной инстанции по настоящему делу назначено проведение амбулаторной судебной психиатрической экспертизы, производство которой поручено ФИО11

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО1 какого-либо тяжелого психического расстройства не выявилось, по своему психическому состоянию на момент заключения кредитного договора могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Оснований не доверять выводам судебной экспертизы не имеется, поскольку проведенная по делу экспертиза соответствует требованиям действующего законодательства, эксперт, проводивший судебную экспертизу, предупреждался об уголовной ответственности по статьей 307 УК РФ, заключение является полным, не содержит противоречий, экспертом дан ответ на поставленный вопрос, неясностей ответ не содержит, экспертом при подготовке заключения были учтены все значимые обстоятельства и материалы, каких-либо мотивированных возражений и доказательств, опровергающих выводы данного заключения, со стороны истца не представлено.

При проведении судебной экспертизы в распоряжение эксперта были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства, которые им учитывались, что следует из текста заключения.

Таким образом, вышеуказанное свидетельствует о том, в ходе рассмотрения дела также не нашло свое подтверждение обстоятельство того, что в момент заключения оспариваемой сделки ФИО1 находилась в таком состоянии, в котором не могла понимать значение своих действий.

Доводы истца о возбуждении уголовного дела по факту мошенничества в отношении неустановленного лица по завладению денежными средствами заявителя судебная коллегия не принимает во внимание, поскольку стороной истца, в соответствии с распределением бремени доказывания не представлены доказательства, свидетельствующие, что банком не были исполнены обязательства по кредитному договору, при этом вступивший в законную силу приговор о противоправных действиях, именно, сотрудников кредитора отсутствует. Подписание потерпевшим, обманутым (введенным в заблуждение) мошенниками, документов кредитного договора и последующий перевод полученных от банка средств мошенникам полностью соответствуют статьей 153 ГК РФ и свидетельствуют о вполне осознанном волеизъявлении потерпевшего заключить с банком сделку кредита. Поскольку уголовное дело возбуждено не по факту совершения мошенничества работниками банка, то никаких оснований считать данный договор ничтожным не имеет.

Доводы апелляционного представления фактически сводятся к несогласию с той оценкой, которую исследованным по делу доказательствам дал суд первой инстанции, в связи с чем, не могут повлечь отмену решения. Оснований к переоценке установленных судом обстоятельств у судебной коллегии не имеется, поэтому апелляционное представление не может быть удовлетворено.

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции при разрешении возникшего между сторонами спора правильно применил нормы материального и процессуального права, дал оценку всем представленным сторонами доказательствам по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поэтому решение суда соответствует требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оснований для его отмены по доводам апелляционного представления не имеется.

Обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционное представление, которое не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения, - оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым,

о п р е д е л и л а:

Решение Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от 17 апреля 2025 года оставить без изменения, а апелляционное представление прокуратуры Ленинского района Республики Крым – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в течение трех месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 30 января 2026 года.

Председательствующий судья

Калюбина А.Г.

Судьи

ФИО4 ФИО5