Апелляционное постановление № 22-4311/2024 от 21 октября 2024 г.

Судья г/с: Прощенко Г.А. Дело № 22-4311/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 21 октября 2024 года

Кемеровский областной суд в составе председательствующего судьи Воробьевой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Перфиловой Е.Ф.,

с участием прокурора Бондаренко М.С.,

осуждённого ФИО1,

защитника-адвоката Сутоцкой А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе с дополнениями адвоката Сутоцкой А.Н., выступающей в защиту интересов осуждённого ФИО1, на приговор Беловского городского суда Кемеровской области от 14 августа 2024 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, несудимый,

осуждён по ч. 1 ст. 109 УК РФ к 01 году 10 месяцам ограничения свободы.

Установлены ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования (<данные изъяты>), за исключением случаев, связанных с выполнением служебных (трудовых) обязанностей, получением медицинской помощи для себя и близких родственников, не изменять постоянного места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. Возложена обязанность 1 раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы для регистрации.

Мера пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменений в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскано с ФИО1 в счёт возмещения морального вреда, причинённого преступлением, в пользу потерпевшего Ш.1 1000000 рублей.

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы, выслушав осуждённого ФИО1, его защитника-адвоката Сутоцкую А.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Бондаренко М.С., полагавшей приговор суда законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

приговором суда ФИО1 осуждён за причинение смерти по неосторожности. Преступление имело место быть 29 января 2023 года в <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Сутоцкая А.Н. оспаривает приговор суда, считает его незаконным и необоснованным, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела. Вина ФИО1 не нашла своего подтверждения, поскольку он не виновен.

В ходе предварительного следствия были проигнорированы доводы стороны защиты, необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств о проведении следственных действий и судебных экспертиз, необходимых для полного, всестороннего исследования всех обстоятельств произошедшего. В ходе проведенной <данные изъяты> экспертизы, экспертом делается вывод на основании не всех материалов уголовного дела, на что он указывает в своем заключении. Таким образом, вывод эксперта и заключение экспертизы не основано на полных материалах уголовного дела. Неполнота предоставленных следственными органами в распоряжение экспертов материалов уголовного дела, в частности, отсутствие в нём показаний лиц, входивших в круг общения с потерпевшим незадолго до его смерти, не дало комиссии экспертов возможности ответить на поставленные вопросы о реальных <данные изъяты> особенностях Ш.

Обращает внимание, что в подтверждение своих выводов о виновности ФИО2 суд привёл комплекс доказательств, а именно протоколы следственных действий, которые государственный обвинитель не исследовал, а оглашал из обвинительного заключения. Сторона защиты неоднократно обращала на это внимание, на что суд довёл до сведения защитника, что к данным документам были предоставлены стеннограммы. Однако, ни в одном судебном заседании ни одна стенограмма не исследована. Содержание протокола осмотра трупа в судебном заседании не исследовалось, а в обвинительном заключении отсутствует. Данные, которые должны быть перечислены в протоколе следственного действия, а из-за их полной нечитаемости, отсутствуют обязательные данные, указанные в ст. 166 УПК РФ. В связи с чем, возможность восприятия сведений из вышеуказанных протоколов грубо нарушило право на справедливое судебное разбирательство как составную часть права на защиту.

Кроме того, сторона защиты ходатайствовала перед судом о вызове в суд следователя, составившего протокол, для того, чтобы он прочитал его, однако, судом в ходатайстве необоснованно отказано. Также отказано в удовлетворении ходатайства о признании данных протоколов недопустимыми доказательствами. В связи с чем ходатайствует признать вышеуказанные протоколы недопустимыми доказательствами.

Обращает внимание, что при анализе заключения эксперта № 54 от 07 марта 2023 года обнаружилось несоответствие между выводами и исследовательской частью. <данные изъяты> В связи с чем, ходатайствует перед судом апелляционной инстанции признать заключение эксперта № 54 от 07 марта 2023 года недопустимым доказательством.

Указывает, что в судебном заседании эксперт С. пояснила, показывая на статисте, что, вероятно, в момент повреждения нож у потерпевшего находился в левом верхнем внутреннем кармане, указанное <данные изъяты> могло образоваться при условии, если куртка была застегнута. Согласно видеозаписи, на которой запечатлён конфликт, куртка у Ш. была расстегнута. В связи с чем, вывод суда, основанный на показаниях эксперта, является несостоятельным. Ходатайствует перед судом апелляционной инстанции исследовать аудиозапись судебного заседания от 31 июля 2024 года и видеозапись конфликта с камер видеонаблюдения. В подтверждение виновности ФИО1 суд также привёл заключение эксперта № Б-398/2023 от 03 марта 2023 года, которое по мнению защитника также является недопустимым доказательством, <данные изъяты>. Вместе с тем, эти суждения противоречат положениям ст.,ст.87, 88 УПК РФ. <данные изъяты> просит признать заключение эксперта № Б-398/2023 от 03 марта 2023 года недопустимым доказательством. Неполнота предоставленных следственными органами в распоряжение комиссии экспертов материалов, не дала комиссии экспертов возможности ответить на поставленные вопросы о реальных <данные изъяты> особенностях Ш.

Указывает, что сторона защиты ходатайствовала перед судом приобщить протоколы опросов лиц, входивших в близкий круг общения с Ш. незадолго до его смерти, а также протокола осмотра доказательств с интернет-сайта, однако, суд отказал в удовлетворении ходатайства, в связи с чем, ходатайствует перед судом апелляционной инстанции приобщить к материалам дела протокол осмотра доказательств нотариусом <данные изъяты>, который содержит информацию в виде фотографий и постов, а также протоколы опросов Б.1 П. характеризующие личные особенности Ш.

Выражает несогласие с тем, что суд отклонил показания сотрудников «скорой медицинской помощи» о травмировании потерпевшим самого себя <данные изъяты>. Маршрут потерпевшего Ш. в день произошедшего ни предварительным следствием, ни судом не устанавливался, <данные изъяты>. В судебном заседании 16 мая 2024 года потерпевший Ш.1 дал пояснения о том, что на джинсах его сына находилось 3 или 4 прокола от ножа, имелись пятна бурого цвета, однако в протоколе выемки этого не указано. Данному обстоятельству суд оценки не дал.

Считает, что в приговоре не приведены все исследованные в ходе судебного следствия доказательства, соответственно, не получили никакой оценки. В одном из судебных заседаний (10 июля 2024 года) исследовались вещественные доказательства, в частности куртка Ш.., внутри правого нижнего наружного кармана стороной защиты обнаружены два повреждения, которые не указаны следствием в протоколе осмотра, на это защитой обращено внимание суда, однако, в приговоре указанным обстоятельствам не дано никакой оценки. Допущенное нарушение уголовно-процессуального закона является существенным и повлияло на исход дела. Данные повреждения могли образоваться от контакта с лезвием ножа, что подтверждает версию стороны защиты о том, что нож находился в правом нижнем наружном кармане, данный факт подтвердила и свидетель Ж.. Однако, в удовлетворении ходатайства стороне защиты о назначении судебной экспертизы об исследовании указанных повреждений было формально отказано.

Считает, что не дано оценки показаниям свидетеля защиты Б., допрошенной в судебном заседании 10 июля 2024 года, которая подтвердила, что 29 января 2023 года ФИО1 с начала девятого утра и до начала шестого часа вечера находился с ней в гараже, что полностью опровергает показания потерпевшего Ш.1 о том, что 29 января 2023 года его сын Ш. в дневное время ездил к ФИО1 домой, между ними произошла потасовка. Данные противоречия судом не устранены.

Судом проигнорировано заявленное стороной защиты ходатайство о проведении <данные изъяты> экспертизы по всем материалам данного уголовного дела, с привлечением специалистов в области судебной медицины и постановкой перед экспертами вопросов, что повлекло нарушение норм права, принципа состязательности, а также права обвиняемого на справедливый приговор.

Просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Миролюбова Е.В. просит приговор суда, как законный и обоснованный, оставить без изменений, доводы жалоб – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевший Ш.1 просит приговор суда, как законный и обоснованный, оставить без изменений.

Проверив материалы уголовного дела и приговор, доводы апелляционных жалоб, выслушав участвующих лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Так, выводы суда о виновности осуждённого ФИО1 в причинении смерти по неосторожности подтверждаются достаточной совокупностью достоверных и допустимых доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, надлежащим образом проверенных и оценённых судом, подробно изложенных в приговоре.

Предварительное и судебное следствие по делу проведены полно и объективно, без нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства.

Суд принял предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Все представленные сторонами доказательства были исследованы в судебном заседании, при этом принцип состязательности судом нарушен не был. Все ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями УПК РФ. Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.,ст. 302-304, 307-309 УПК РФ.

Выводы суда о том, что ФИО1 совершил причинение смерти Ш. по неосторожности, в приговоре достаточно мотивированы и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

В обоснование вывода о виновности ФИО1 суд сослался на доказательства, исследованные в судебном заседании, в том числе:

- показания потерпевшего Ш.1 о том, что Ш. являлся его сыном. 29 января 2023 года в дневное время сын встречался с Жигульским, между ними произошёл конфликт. Вечером со слов Ж. ему стало известно, что между сыном и Жигульским произошёл конфликт, сын напоролся на нож, его увезли в больницу. Он позвонил сыну, тот сообщил, что получил ранение во время драки с ФИО1 Во время операции сын скончался;

- показания свидетеля В., из которых следует, что 29 января 2023 года она находилась на рабочем месте, в вечернее время к Ж. пришёл Ш., купил в её отделе нож, положил нож за пазуху во внутренний карман и вышел. На следующий день на записи с камер видеонаблюдения она увидела, что ФИО1 избил Ш., потом приехала «скорая» и Ш. увезли в больницу;

- показания свидетеля Ж.., согласно которым 29 января 2023 года она находилась на рабочем месте в магазине, куда в вечернее время пришёл бывший сожитель Ш., который находился в состоянии алкогольного опьянения. Продавец хозяйственного магазина сообщила ей, что Ш. приобрёл у неё кухонный нож. Она сообщила об этом своему бывшему мужу ФИО1, хотела забрать у Ш. нож. Около 20:30 часов приехал Жигульский и вывел Ш. на улицу, просил отдать нож. Затем Жигульский ударил кулаком правой руки в область <данные изъяты> Ш., от чего тот упал на снег, Жигульский пнул его ногой. Затем она увидела, что Жигульский поднял нож, как поняла, из кармана куртки Ш., и кинул его в сторону от входа в магазин. Потом увидела, что у Ш. кровь, вызвали «скорую помощь». Пока ждали, Ш. говорил, что сам ударил себя ножом. Позже от сотрудников полиции ей стало известно, что Ш. скончался в больнице;

- показания свидетеля К. о том, что 29 января 2023 года она находилась в магазине вместе с Ж. Около 19:00 часов в магазин пришёл Ш. они разговаривали. После чего продавец <данные изъяты> сообщила ей, что Ш. купил у неё нож. Ж. просила его отдать нож, но тот отказался. Затем приехал Жигульский. Она вышла на улицу и увидела, что Жигульский на улице разговаривал со Ш., просил отдать нож. Через несколько минут в магазин забежала Ж., просила нажать кнопку охраны. Она вышла на улицу, увидела, что Ш. ранен;

- письменными материалами дела, приведёнными в приговоре, а именно: протоколом осмотра места происшествия от 30 января 2023 года, согласно которому осмотрен участок местности около магазина «<данные изъяты>» в <данные изъяты>, на расстоянии около 1,6 метров от ж/б опоры в снегу обнаружен и изъят нож кухонный с рукоятью из синего пластика, со следами жидкости буро-красного цвета, похожими на кровь (том № 1 л.д. 54-62); заключением эксперта № 54 от 07 марта 2023 года, согласно которому причиной смерти Ш. послужило <данные изъяты>, <данные изъяты><данные изъяты> (том № 2 л.д. 5-9); заключением комиссии экспертов № Б-398/2023 от 03 марта 2023 года, <данные изъяты> (том № 2 л.д. 27-32); заключением эксперта № 152 от 20 марта 2023 года, согласно выводам которого в пятнах на шапке, джинсах, чёрной куртке, футболке, принадлежащих Ш., и на обнаруженном в ходе осмотра места происшествия ноже обнаружена кровь потерпевшего Ш. (том № 2 л.д. 43-45); заключением эксперта № 253 от 29 марта 2023 года, <данные изъяты> (том № л.д. 52-55); данными протокола осмотра предметов (документов) от 28 марта 2023 года, согласно которым зафиксировано содержание видеозаписи с камер видеонаблюдения в магазине «<данные изъяты>» г. <данные изъяты>, описаны обстоятельства событий от 29 января 2023 года (том № 2 л.д. 64-72), и другими письменными материалами дела, изложенными в приговоре.

Суд первой инстанции, исследовав в полной мере указанные выше и другие доказательства, дал им надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.,ст. 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела. В основу приговора положены доказательства, которые были непосредственно исследованы и проверены в ходе судебного разбирательства.

Показания потерпевшего и свидетелей получены в установленном законом порядке, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу в части фактических обстоятельств содеянного. Оснований полагать, что названные лица оговаривают осуждённого, не имеется, все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, наличие личной неприязни между ними не установлено. Показания указанных лиц суд обоснованно положил в основу приговора в подтверждение виновности осуждённого.

Каких-либо неясностей или противоречий в содержании приведённых в приговоре доказательств, которые бы порождали сомнения в виновности ФИО1 и требовали бы истолкования их в его пользу, не имеется.

Оснований для признания какого-либо из представленных доказательств недопустимым суд первой инстанции не нашёл, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Не подлежат удовлетворению и доводы апелляционных жалоб защитника о недопустимости ряда письменных доказательств (протоколов следственных действий), поскольку обстоятельства, ставящие под сомнение сам факт проведения следственных действий, судом не были установлены, цель выяснения имеющих значение для уголовного дела обстоятельств соблюдена, оснований сомневаться в зафиксированных в них обстоятельствах, в том числе в части соответствия действительности отражённых в протоколах обстоятельств, изъятия предметов, их передачи, осмотра, у суда первой инстанции не имелось, при этом, как установлено исследованными в ходе судебного заседания указанными протоколами, порядок производства этих следственных действий, предусмотренный УПК РФ, органами предварительного следствия соблюдён, оснований сомневаться в зафиксированных в них обстоятельствах, у суда не имелось.

То обстоятельство, что ряд протоколов следственных действий составлялись следователем собственноручно, а не с помощью технических средств, и защитник не смогла разобрать почерк следователя, не является основанием для признания протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами, не влечёт их недостоверность, поскольку они исследованы в ходе судебного разбирательства и получили надлежащую оценку суда.

Вопреки утверждениям стороны защиты, все письменные доказательства, положенную судом в основу обвинительного приговора, были исследованы судом с участием сторон.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, использование в приговоре судом доказательств, не включенных в обвинительное заключение, не влечёт незаконность и необоснованность приговора, если эти доказательства непосредственно исследовались в ходе судебного разбирательства, признаны достоверными и допустимыми доказательствами.

Все заключения экспертов получили оценку суда и обоснованно признаны в качестве допустимых доказательств, поскольку экспертизы были назначены и проведены с соблюдением требований главы 27 УПК РФ, компетентными специалистами, имеющими соответствующие познания и стаж работы в экспертной деятельности. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Суд дал оценку заключениям экспертов в совокупности с другими доказательств и оснований для исключения их из числа доказательств не установил. Отсутствуют таковые и у суда апелляционной инстанции.

Доводы стороны защиты о наличии противоречий в заключении <данные изъяты> экспертизы трупа Ш. между его исследовательской частью и выводами эксперта <данные изъяты> несостоятельны, <данные изъяты>

Предоставленные в распоряжение <данные изъяты> экспертов материалы дела, информация и данные о личности Ш., позволили комиссии экспертов, обладающих необходимыми познаниями и стажем работы в соответствующем направлении деятельности, ответить на постановленные перед ними органами предварительного расследования вопросы, о чём свидетельствует наличие заключения <данные изъяты> эксперты в отношении Ш., и отсутствие сообщения о невозможности провести исследование и ответить на поставленные перед экспертами вопросы, поэтому доводы жалоб защитника о неполноте проведённого исследования со ссылкой на недостаточность предоставленных экспертам материалов лишены оснований.

Все исследованные судом доказательства, послужившие основанием для вынесения обвинительного приговора, с бесспорностью подтверждают виновность ФИО1 в причинении смерти потерпевшего Ш. по неосторожности.

Суд, исследовав представленные доказательства, пришёл к правильному выводу о том, что смерть Ш. наступила от <данные изъяты> которое было получено потерпевшим Ш. во время ссоры с ФИО1, от воздействия острием ножа, во время нанесения ФИО1 потерпевшему Ш. ударов.

Судом с достоверностью также установлен факт нахождения в кармане одежды (куртки) потерпевшего ножа и доказанным обстоятельством получения ранения потерпевшим Ш. от воздействия этого ножа в результате нанесения ему ФИО1 неоднократных ударов руками и ногами в область <данные изъяты>.

Доводы стороны защиты о нанесении потерпевшим самому себе удара ножом <данные изъяты>, в перерыве между нанесением ему ударов ФИО1, были предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными. Выводы суда об этом подробно мотивированы в приговоре, сомнений не вызывают и основаны на исследованных судом материалах уголовного дела.

Исходя из установленных фактических обстоятельств, суд дал правильную юридическую оценку действиям осуждённого, квалифицировав их по ч. 1 ст. 109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности, оснований для иной юридической оценки действий ФИО1, оправдания последнего не имеется.

Судом дана надлежащая оценка характеру действий ФИО1 Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд не допускал каких-либо предположительных суждений. Оснований для иной оценки доказательств, как об этом ставится вопрос в апелляционных жалобах, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Представленные стороной защиты доказательства в виде протоколов опросов <данные изъяты> протокола осмотра доказательств от 24 июля 2024 года, признаны судом не относимыми к обстоятельствам дела, в связи с чем, в приобщении их к числу доказательств судом было отказано, с чем суд апелляционной инстанции также согласен. Приобщённые защитником сведения не отвечают требованиям допустимости, относимости, поскольку получены в нарушение установленной уголовно-процессуальным законом процедуры, не содержат информации, имеющей доказательственное значение для предъявленного ФИО1 обвинения.

Органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений процессуального закона, влекущих отмену приговора или способных повлиять на законность, обоснованность и справедливость судебного решения, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно.

Вопреки доводам жалоб в судебном заседании исследованы все существенные для решения по делу доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осуждённому или его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Оснований полагать, что суд проявил необъективность при рассмотрении настоящего уголовного дела, рассмотрел дело с обвинительным уклоном, не имеется. При разрешении судом ходатайств стороны защиты, до удаления в совещательную комнату, вопреки утверждениям адвоката Сутоцкой А.Н., судом не допускались какие-либо выводы о доказанности вины ФИО1 или его виновности в предъявленном обвинении. Нарушения требований ст. 252 УПК РФ, выхода за пределы предъявленного обвинения не допущено.

Как следует из протокола судебного заседания, все заявленные участниками процесса ходатайства, в том числе и ходатайства стороны защиты были рассмотрены судом первой инстанции в установленном порядке, с приведением мотивов принятых решений, с учётом мнения участников процесса, в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. Оснований полагать, что отказ в удовлетворении ходатайств повлёк нарушение права на защиту ФИО1 не имеется.

Решения, принятые судом по результатам рассмотрения ходатайств стороны защиты, об отказе в удовлетворении этих ходатайств подробно мотивированы судом, в своей обоснованности сомнений не вызывают, оснований для признания их незаконными и необоснованными суд апелляционной инстанции не усматривает.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы, оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены судебного решения и оправдания ФИО1

Каких-либо новых обстоятельств, способных повлиять на исход уголовного дела, но не установленных или не учтённых судом первой инстанции, в апелляционных жалобах не приведено.

Суд обоснованно в соответствии с требованиями ст.,ст. 151, 1101 ГК РФ пришёл к выводам о частичном удовлетворении гражданского иска потерпевшего о компенсации морального вреда, взыскав с виновного в пользу потерпевшего Ш.1 – 1 000 000 рублей, в связи с тем, что в результате неосторожных действий ФИО1 наступила смерть сына гражданского истца, что причинило ему <данные изъяты> моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходил из требований разумности и справедливости, степени перенесённых потерпевшим нравственных страданий. Кроме того, учитывая указанные обстоятельства судом размер компенсации морального вреда в пользу Ш.1 снижен. Суд апелляционной инстанции соглашается с таким выводом суда первой инстанции, полагая, что оснований для признания этих сумм несправедливыми, не имеется.

Приговором суда ФИО1 назначено наказание в соответствии с требованиями закона (ст.,ст. 6, 60 УК РФ), в пределах санкции статьи УК РФ, по которой он осуждён, с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осуждённого, <данные изъяты>, с учётом смягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом учтено: совершение преступления впервые, состояние здоровья ФИО1 и близких родственников, наличие одного <данные изъяты> и одного <данные изъяты> ребёнка, оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления. А также, в связи с признанием ФИО1 нанесения неоднократных ударов по телу потерпевшего Ш., <данные изъяты>, <данные изъяты>, суд обоснованно расценил показания ФИО1 как частичное признание вины и обстоятельством, смягчающим его наказание.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно ч. 1 ст. 61 УК РФ, обязательному учёту в качестве смягчающих наказание обстоятельств, сведения о которых имеются в деле и были известны на момент постановления приговора, но оставленных судом без внимания, не установлено.

Обстоятельств, смягчающих наказание, не установлено.

Учитывая обстоятельства содеянного, характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осуждённого, смягчающие наказание обстоятельства, суд пришёл к правильному выводу о назначении наказания в виде ограничения свободы и возможности исправления осуждённого, восстановления социальной справедливости в условиях данного вида наказания.

Правильным является вывод суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осуждённого во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, по делу не установлено. Совокупность смягчающих наказание обстоятельств не является исключительным обстоятельством, позволяющим применить правила ст. 64 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции считает, что вид и размер назначенного осуждённому ФИО1 наказания в полной мере соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, личности осуждённого, требованиям закона, целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ, и является справедливым. Оснований для признания наказания, назначенного ФИО1, чрезмерно суровым и для его снижения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а доводы апелляционных жалоб подлежащими отклонению ввиду их несостоятельности.

На основании изложенного и руководствуясь ст.,ст. 38919, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

приговор Беловского городского суда Кемеровской области от 14 августа 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменений, доводы апелляционной жалобы адвоката Сутоцкой А.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, через суд первой инстанции, и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст., ст. 401.7, 401.8 УПК РФ. Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья: Н.С. Воробьева