Апелляционное постановление № 22-3616/2025 от 28 августа 2025 г. по делу № 1-170/2025

Судья Цыганкова И.В. Дело №


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

<адрес> 29 августа 2025 г.

Новосибирский областной суд в составе:

Председательствующего судьи Паршуковой Е.В.

при секретаре Краморовой О.А.,

с участием

прокурора Нестеровой Д.В.,

потерпевшей ЩКБ,

представителя потерпевшей ФИО1,

осужденных ФИО2, ФИО3,

защитников Криммель А.Ф., МунИ. И.В., ФИО4,

представителя гражданского

ответчика ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам адвоката Криммель А.Ф. в интересах осужденного ФИО3 и дополнениям к ней самого осужденного, адвоката Репенка Е.Ю. в интересах осужденного ФИО2 и дополнениям к ней самого осужденного, представителя гражданского ответчика ООО «Агротрак» ГВВ на приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг., которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден по ч.2 ст.216 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. На основании ч.1 и ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное наказание заменено на принудительные работы на срок 2 года с удержанием из заработной платы 10% в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с ведением погрузочно-разгрузочных работ, на срок 2 года.

ФИО3 (ФИО7), родившийся ДД.ММ.ГГГГ в с.Б.-<адрес> Республики Казахстан, несудимый,

осужден по ч.2 ст.216 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. На основании ч.1 и ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное наказание заменено на принудительные работы на срок 2 года с удержанием из заработной платы 5% в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с руководством, контролем и обеспечением техники безопасности при ведении погрузочно-разгрузочных работ, на срок 2 года.

Приговором разрешен вопрос о гражданском иске и процессуальных издержках. С ООО «Агротрак» в пользу ЩКБ взыскана компенсация морального вреда в размере 1 200 000 рублей. В федеральный бюджет взысканы процессуальные издержки по вознаграждению адвокатов: с ФИО3 в сумме 34 725 рублей 60 копеек, с ФИО2 в сумме 50752 рублей 80 копеек,

у с т а н о в и л:

приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО3 признаны виновными и осуждены за нарушение правил безопасности при ведении иных работ, повлекшее по неосторожности смерть ЩАС

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В суде первой инстанции ФИО3 и ФИО2 вину по предъявленному обвинению не признали.

На приговор суда адвокатом Криммель А.Ф. в интересах осужденного ФИО3 подана апелляционная жалоба, в которой автор просит приговор отменить ввиду его незаконности и необоснованности, ФИО3 оправдать.

Ссылаясь на положения ст.302 УПК РФ, а также разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре», автор жалобы полагает, что судом первой инстанции неправильно установлены фактические обстоятельства дела, нарушен принцип презумпции невиновности, приговор построен на предположениях, достоверных доказательств вины ФИО3 не установлено.

Ее подзащитный последовательно пояснял, что надлежащим образом исполнил свои трудовые обязанности, не нарушал технику безопасности, а причиной случившегося являются нарушения, допущенные ЩАС Аналогичные сведения в суде и на следствии сообщил ФИО2

Согласно заключению специалиста №-з-25 от ДД.ММ.ГГГГ, причиной дорожно-транспортного происшествия послужили действия ЩАС, который не выполнил требования безопасности, не дождался остановки трактора, вошел в опасную зону трала, что повлекло защемление его тела передней частью трактора и отбойником трала. Возможности остановить трактор ФИО2 не имел. Заключением специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ установлена прямая причинно-следственная связь между бездействием директора ООО «Агро-Транс» ВДН, действиями водителя ЩАС (производство работ без инструктажей, стажировки, обучения по охране труда, медицинского осмотра и психического освидетельствования) и случившимися последствиями (нахождению ЩАС в опасной зоне и его защемлению).

Специалисты, составившие указанные заключения, имеют длительный стаж экспертной деятельности, были допрошены в судебных заседаниях, предупреждены об уголовной ответственности, их заключения являются единственно объективными, допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами, свидетельствующими о допущенных нарушениях и о причинах наступивших последствий.

Защитник также обращает внимание на заключение специалиста №-з-25 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому подписи ЩАС в трудовом договоре, приказе на приеме на работу и иных документах, связанных с трудовой деятельностью, выполнены иным лицом.

К показаниям потерпевшей защитник предлагает отнестись критически, указывая на их неоднозначность и противоречивость. ЩКБ не являлась очевидцем событий, не обладает познаниями в сфере погрузочно-разгрузочных работ, заинтересована в исходе дела. Показания свидетелей нельзя считать достаточными и достоверными доказательствами виновности ФИО3 Указанные лица не являются экспертами в области охраны труда, они лишь высказывали свои субъективные суждения обывательского характера, а потому их пояснения не могут опровергать выводы экспертных заключений.

В дополнениях к апелляционной жалобе защитника осужденный ФИО3, не оспаривая выводы суда о своей виновности по ч.2 ст.216 УК РФ, считает назначенное ему наказание несправедливым и чрезмерно суровым. Полагает, что суд не в достаточной степени учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние наказания на его исправление, условия жизни семьи. Обращает внимание на полное возмещение вреда потерпевшей. Семье погибшего выплачено по 500 000 рублей каждым осужденным, а также 3 200 000 рублей выплачены ООО «Агротракт». Кроме того, из его заработной платы будут производиться ежемесячные удержания в пользу потерпевшей. С потерпевшей достигнуто фактическое примирение, что свидетельствует о наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ. Приняты меры по недопущению подобных происшествий: проведены инструктажи, пересмотрены инструкции по охране труда. Суд проигнорировал такие смягчающие обстоятельства, как отсутствие судимости, положительные характеристики, наличие работы, семьи, малолетних детей на иждивении, которые страдают заболеваниями, явку с повинной, активное способствование расследованию, оказание помощи пострадавшему, неосторожный характер содеянного. Автор жалобы указывает, что реальное отбывание принудительных работ разрушит его семью, а применение положений ст.73 УК РФ сохранит рабочее место, будет способствовать пополнению бюджета. Предлагает приговор изменить, назначить более мягкое наказание с применением ст.73 УК РФ.

На приговор суда адвокатом РЕЮ в интересах осужденного ФИО2 подана апелляционная жалоба, в которой автор просит приговор отменить ввиду его незаконности и необоснованности, постановить в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

Автор жалобы полагает, что приговор вынесен с существенным нарушением уголовно-процессуального закона при неправильном применении уголовного закона. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы. В приговоре не указано, почему суд принял одни доказательства и отверг другие, суд ограничился формальным указанием на критическое отношение к доказательствам защиты. Между тем, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность.

Излагая доводы, аналогичные доводам адвоката Криммель А.Ф., защитник обращает внимание на п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных и иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», согласно которому, если несчастный случай произошел с лицом, выполнявшим работы на основании гражданско-правового договора, договора возмездного оказания услуг и т.д., в действиях заказчика соответствующих работ или услуг отсутствует состав преступления, предусмотренного 216 УК РФ. Судом установлено, что между ООО «Агро-Транс» и ООО «Агротрак» был заключен договор грузоперевозки, согласно которому ООО «Агро-Транс» обязано контролировать соблюдение законов и предписаний, принимать меры к фиксации груза внутри кузова, проверять его внешнее состояние, размещение. Вместе с тем, правовой оценки данному договору применительно к рассматриваемым событиям не дано.

Кроме того, суд в приговоре формально изложил должностную инструкцию водителя, а также инструкцию по охране труда, утвержденные директором ООО «Агро-Транс» ВДН ( т.1 л.д.52-55, 56-60). Данным документам оценки не дано, как и не дана правовая квалификация действий ЩАС, их соответствия указанным локальным предписаниям. Оспаривая выводы суда о недостоверности заключения и показаний специалиста МВВ, защитник указывает, что специалист исследовал материалы дела в полном объеме.

Утверждая, что погрузочно-разгрузочные работы проводились объективно именно так, как указано в договоре и локальных актах перевозчика, защитник также приводит показания потерпевшей ЩКБ и свидетеля ВДН Указанные лица сообщили, что закрепление техники производится, когда она уже остановилась, и водитель убедился в безопасности.

Цитируя п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных и иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», защитник оспаривает выводы суда, что небрежность ЩАС является лишь сопутствующим фактором и не исключает причинно-следственной связи между допущенными подсудимыми нарушениями и наступившими последствиями в виде смерти ЩАС Указанный вывод защитник считает не мотивированным и противоречащим материалам дела, согласно которым причиной смерти ЩАС стало нарушение им техники безопасности. Суд не привел аргументов, свидетельствующих об отсутствии причинной связи между нарушениями, допущенными ЩАС, и наступившими последствиями. Кроме того, в постановлении о привлечении ФИО2 и ФИО3 в качестве обвиняемого, а также в обвинительном заключении отсутствует описание действий ЩАС, что лишало суд возможности установить наличие или отсутствие причинной связи между допущенными им нарушениями и наступившими последствиями. Суд первой инстанции в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства самостоятельно дополнил содержание предъявленного обвинения и привел в приговоре свое видение поведения пострадавшего.

Вновь ссылаясь на п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных и иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», а также указывая на бланкетный характер диспозиции ст.216 УК РФ, защитник указывает, что в нарушение требований закона в обжалуемом приговоре отсутствуют ссылки на нормы федерального закона и иные нормативно-правовые акты, регулирующие общественные отношения в области охраны труда, а также не указано в чем выразилось нарушение данных норм. В приговоре приведена лишь инструкция по охране труда, утвержденная ООО «Агротрак», которая по своей правовой природе является локальным правовым актом. Нарушение общих обязанностей, предусмотренных приказом Минтруда России «Об утверждении правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», а также Трудовым Кодексом РФ по обеспечению безопасных условий труда недостаточно для привлечения к уголовной ответственности по ст.216 УК РФ. Данная статья предусматривает нарушение специальных правил, адресованных специальному субъекту. Руководство по эксплуатации трактора, которое по мнению суда было нарушено ФИО2, не является даже локальным правовым актом в области охраны и техники безопасности. ФИО2 не был с ним ознакомлен, однако, выполнил все требования, предусмотренные указанным руководством, а именно: убедился, что в опасной зоне не находятся люди или предметы, подал звуковой сигнал и только потом начал движение, руководствуясь исключительно сигналами ЩАС, который находился с левой стороны от трала. По мнению защитника, суд не отрицал эти обстоятельства, напротив, он не исключал их наличие, однако, проигнорировал их, в связи с чем пришел к ошибочным выводам.

В дополнениях к апелляционной жалобе защитника осужденный ФИО2, не оспаривая выводы суда о своей виновности по ч.2 ст.216 УК РФ, считает назначенное ему наказание несправедливым и чрезмерно суровым. Полагает, что суд не в достаточной степени учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние наказания на его исправление, условия жизни семьи. Обращает внимание на полное возмещение вреда потерпевшей. Семье погибшего выплачено по 500 000 рублей каждым осужденным, а также 3 200 000 рублей выплачены ООО «Агротракт». Из его заработной платы будут производится ежемесячные удержания в пользу потерпевшей, с которой достигнуто фактическое примирение, что свидетельствует о наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ. Приняты меры по недопущению подобных происшествий: проведены инструктажи, пересмотрены инструкции по охране труда. Суд проигнорировал такие смягчающие обстоятельства, как отсутствие судимости, положительные характеристики, наличие работы, семьи, явку с повинной, активное способствование расследованию, оказание помощи пострадавшему, неосторожный характер содеянного. Автор жалобы указывает, что реальное отбывание принудительных работ разрушит его семью, а применение положений ст.73 УК РФ сохранит рабочее место, будет способствовать пополнению бюджета. Предлагает приговор изменить, назначить более мягкое наказание с применением ст.73 УК РФ.

На приговор суда представителем гражданского ответчика ООО «Агротрак» - ГКБ подана апелляционная жалоба, в которой автор просит приговор отменить, постановить в отношении ФИО3 и ФИО2 оправдательный приговор, в удовлетворении гражданского иска отказать. По доводам автора, приговор вынесен с нарушением норм уголовно-процессуального закона, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

В возражениях на апелляционные жалобы защитников ФИО2 и ФИО3 потерпевшая ЩКБ и государственный обвинитель ГЕК, считая приговор суда законным, просили оставить его без изменения, а жалобы - без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденные ФИО2 и ФИО3 поддержали как свои дополнения к апелляционным жалобам, так и апелляционные жалобы защитников, потерпевшая ЩКБ и ее представитель ФИО1 поддержали дополнения осужденных к жалобе, возражали против удовлетворения апелляционных жалоб защитников, гражданский ответчик ФИО5 также поддержал дополнения осужденных, отказавшись от поддержания своих доводов, прокурор Нестерова Д.В. возражала против удовлетворения доводов всех жалоб, считая приговор суда законным и обоснованным.

Заслушав участников судебного заседания, изучив представленные материалы дела, апелляционная инстанция приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО2 и ФИО3 в содеянном ими установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании, приведенных в приговоре. Все обстоятельства, при которых осужденные совершили преступление, подлежащие доказыванию, по настоящему делу установлены.

Факт несчастного случая с ЩАС в процессе осуществления погрузочно-разгрузочных работ, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ и повлекшего смерть ЩАС, сторона защиты не оспаривала ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции.

Доводы защитников о невиновности ФИО2 и ФИО3 в инкриминируемом им преступлении, надлежащим исполнении осужденными своих обязанностей при осуществлении погрузочно-разгрузочных работ, отсутствии причинно-следственной связи между их действиями и последствиями в виде смерти ЩАС являлись предметом проверки суда первой инстанции, признаны необоснованными и опровергнуты всесторонне и полно исследованными в судебном заседании доказательствами, которым в приговоре даны необходимый анализ и надлежащая оценка.

Так, из показаний свидетеля БВИ в суде и на следствии установлено, что он являлся участником комиссии по расследованию несчастного случая, произошедшего в ООО «Агро-Транс» ДД.ММ.ГГГГ с ЩАС - водителем грузового автомобиля. Его пригласили в качестве специалиста по охране труда. Он опрашивал ФИО3 и ФИО2 По итогам расследования несчастного случая оформлялись документы. В ходе расследования был установлен факт наезда техники на ЩАС в ходе ее погрузки на трал. Согласно объяснению ФИО2, первоначально ЩАС находился рядом с прицепом трала, а затем встал на прицеп и подавал команды. Когда ФИО2 заехал на трал и вышел из машины, то увидел, что совершил наезд на ЩАС ФИО2 при нахождении ЩАС на трале (прицепе) не должен осуществлять движение, обязан был его прекратить, даже несмотря на подаваемые ему ЩАС сигналы о возможности продолжать движение. Согласно правилам охраны труда при погрузо-разгрузочных работах ответственный за них, в рассматриваемом случае – ФИО3, должен был находиться на месте производства работ. В ходе расследования установлено, что ФИО3 не присутствовал при погрузке трактора, который наехал на ФИО6. Таким образом, при расследовании несчастного случая была установлена вина ФИО7 и ФИО2

Согласно показаниям специалиста ПЕА в ходе предварительного расследования, подтвержденных в судебном заседании, государственной инспекцией труда <адрес> проводилось расследование несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с сотрудником ООО «Агро-Транс» ЩАС, который должен был перевезти технику компании ООО «Агро-Трак». Производство погрузочно-разгрузочных работ регламентируется Правилами по охране труда, утвержденными Приказом Минтруда РФ №. Кроме того, в ООО «Агро-Трак» действует приказ №-От-Аг от ДД.ММ.ГГГГ о производстве погрузочно-разгрузочных работ экипажем в составе не менее 2 работников (инженеров). Согласно приказу, обеспечение безопасного проведения работ возложено на шеф-инженера, а в период его отсутствия – на инженера с высшей категорией или большим стажем. ФИО7 был шеф-инженером, который должен был контролировать ход проведения погрузочно-разгрузочных работ. Непосредственно работы проводились инженером ФИО2 В ходе опросов было установлено, что при погрузке трактора ФИО2 по сигналу ЩАС приступил к заезду на трал, после чего ЩАС поднялся на трал перед трактором и продолжил подавать сигналы к движению. Когда ФИО2 произвел остановку трактора, то увидел, что ЩАС зажало между тралом и трактором. ФИО3 при проведении данного вида работ не присутствовал, непосредственный контроль не осуществлял, ответственным за проведение данного вида работ назначил ФИО2, допустил проведение работ им единолично при помощи водителя ЩАС, чем нарушил приказ №-От-Аг. В момент, когда ЩАС забрался на трал, ФИО2 не отстранил его от работы, не сказал уйти из опасной зоны, посчитав, что это ответственность водителя. Таким образом, было установлено, что шеф-инженер ООО «Агро-Трак» ФИО3 не обеспечил контроль за соблюдением работниками требований охраны труда, отправил ФИО2 одного осуществлять работы, без своего контроля и второго инженера в нарушение положений должной инструкции, приказа №-От-Аг, а также Правил №. В действиях ФИО2 также были выявлены нарушения, явившиеся причиной произошедшего несчастного случая. Непосредственными причинами, по которым произошел несчастный случай, являются действия и бездействие ФИО3 и ФИО2 (т. 3 л.д.58-63).

Свидетель ВДН пояснил в судебном заседании, что работает директором ООО «Агро-Транс», которое занимается грузоперевозками. В его организации работал ЩАС, в обязанности которого входило предоставление машины на погрузку, контроль процесса погрузки. Саму погрузку и разгрузку ЩАС не осуществлял. ДД.ММ.ГГГГ ЩАС по телефону сообщил, что поехал на место погрузки, где затем произошел несчастный случай. В тот же день он выезжал на место, разговаривал с представителем «Агротрака» - ФИО3, участвовал в расследовании несчастного случая. Ему стало известно, что ошибку допустил водитель трактора при заезде на трал и шеф инженер, который отсутствовал на месте в момент проведения погрузочных работ.

Из показаний свидетеля ШПС в ходе предварительного расследования установлено, что он работает в ООО «Агро-Трак» в должности начальника сервисной службы. В его подчинении находится ряд сотрудников, а именно шеф-инженеры, в том числе ФИО7 В подчинении ФИО7 находится сотрудник ФИО2, который является инженером сервисной службы. В обязанности ФИО7 входит участие в приемке и установке нового оборудования, организация и обеспечение контроля погрузочно-разгрузочных работ техники и оборудования. В обязанности ФИО2 входит осуществление задач, которые ему ставит ФИО7, к ним относится: осуществление ремонта сельскохозяйственной техники, осуществление погрузочно-разгрузочных работ. Лицом, ответственным за безопасное проведение погрузочно-разгрузочных работ, является шеф-инженер, а при его отсутствии – назначенное лицо. Таковым может быть инженер высшей категории. Это установлено приказом компании от ДД.ММ.ГГГГ, с которым ознакомлены он и ФИО7 Проведение погрузочно-разгрузочных работ регламентируется приказом Министерства труда и социального развития, а также приказом их компании. Погрузочно-разгрузочные работы проводятся экипажем в составе 2 инженеров сервисного отдела при непосредственном контроле лица, ответственного за проведение данного вида работ, – шеф-инженера, или, при его отсутствии, лица, назначенного им. Один из инженеров сидит в погружаемой технике, второй инженер выполняет обязанности, в зависимости от вида выполняемых работ, контролирующее лицо следит за правильностью и безопасностью проведения работ и при выявлении каких-либо нарушений обязано остановить выполнение данного вида работ. Если по ходу движения техники стоит человек, осуществлять движение на технике нельзя. Лицо, контролирующее работы, обязано остановить движение и сообщить о необходимости покинуть данное место. Без помощи второго инженера тяжело осуществлять погрузочные работы, так как у сидящего в технике ограниченная видимость. О событии ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно от ФИО7, после чего он выехал на место несчастного случая. На месте был инженер ФИО2, который не мог пояснить, как случился наезд. Почему при осуществлении данного вида работ отсутствовал ФИО7, он не интересовался. Комиссия ГИТ НСО при его участии расследовала данный несчастный случай. Комиссией было установлено, что лицами, ответственными за произошедший несчастный случай, являются ФИО2 и ФИО7, он подписал данный акт. Он согласен с заключением инспекции, так как считает, что данные лица нарушили в своей деятельности положения должностной инструкции. ФИО7 обязан был присутствовать при проведении данного вида работ или назначить за себя лицо, ответственное за производство работ, помимо двух инженеров, осуществляющих погрузку. Погрузка проводилась одним инженером (т.3 л.д. 51-55).

Приведенные выше показания свидетелей обоснованно признаны судом достоверными и положены в основу приговора. В основном и главном показания указанных лиц были последовательными, категоричными, согласовались между собой и с материалами уголовного дела. Вопреки утверждениям адвоката Криммель А.Ф. об обывательском характере пояснений свидетелей, БВИ и ПЕА являются специалистами в области охраны труда, и наравне с ВДН и ШПС участвовали в расследовании несчастного случая с ЩАС как члены комиссии.

Показания свидетеля ШПС в судебном заседании о возможности производства погрузочно-разгрузочных работ двумя лицами, один из которых может являться сотрудником иной организации, отвергнуты судом с приведением соответствующих мотивов, оснований не согласиться с которыми апелляционная инстанция не находит.

Показания свидетелей в полном объеме согласуются с материалами уголовного дела, подробно приведенными в приговоре, том числе:

-должностной инструкцией шеф-инженера сервисного отдела ООО «Агро-Трак», согласно которой шеф-инженер сервисного отдела руководит действиями лиц, находящихся в его непосредственном подчинении, контролирует надлежащее исполнение ими обязанностей согласно занимаемой должности; организовывает и обеспечивает контроль погрузочно-разгрузочных работ техники и оборудования; организовывает надзор за правилами эксплуатации оборудования и грузоподъемных механизмов; управляет лично, либо организует при непосредственном контроле управление техникой при перемещении, размещении на площадке, погрузке-выгрузке; обеспечивает соблюдение правил и норм охраны труда. (т.1 л.д. 171-172, т. 2 л.д.157);

- приказом №-ОО-АГ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому погрузочно-разгрузочные работы проводятся экипажем в составе не менее двух работников. Обеспечение безопасного проведения погрузочно-разгрузочных работ осуществляет шеф-инженер сервисного отдела, в период отсутствия шеф-инженера – инженер сервисного отдела с высшей категорией, если категория инженеров сервисного отдела одинакова, ответственным назначается инженер с большим стажем работы по соответствующей должности. Ответственным лицам перед началом производства работ требуется: обеспечить охранную зону в местах производства работ, проверить внешним осмотром исправность оборудования, убедиться в отсутствии людей в зоне поднятия и размещения груза; при возникновении аварийных ситуаций или опасности травмирования работников немедленно прекратить работы и принять меры для устранения опасности (т.1 л.д.173-176, т.3 л.д.1-3);

- должностной инструкцией инженера сервисного отдела 3 категории ООО «Агро-Трак», согласно которой инженер сервисного отдела 3 категории участвует в погрузочно-разгрузочных работах техники и оборудования, управляет техникой и оборудованием на станции приема техники, при ее последующем перемещении до места хранения, размещения на площадках, погрузке-выгрузке на площадках; обеспечивает соблюдение правил и норм охраны труда (т.1 л.д. 181-182, 234, т. 2 л.д. 188);

-инструкцией по охране труда при ремонте и техническом обслуживании сельскохозяйственной техники ИОТ 011-2023, утвержденной директором ООО «Агротрак», согласно которой погрузочно-разгрузочные работы необходимо выполнять на специально отведенных площадках. В момент проведения погрузочно-разгрузочных работ (в том числе при помощи грузоподъемных механизмов, своим ходом, вручную) нахождение людей в зоне перемещения груза категорически запрещено. Проведение погрузочно-разгрузочных работ осуществляется экипажем в составе не менее двух работников. Ответственным за проведение погрузочно-разгрузочных работ является шеф-инженер сервисного отдела, в период отсутствия шеф-инженера - инженер сервисного отдела с высшей категорией, если категория инженеров сервисного отдела одинакова, ответственным назначается инженер с большим стажем работы по соответствующей должности. При производстве погрузочно-разгрузочных работ несколькими работниками необходимо каждому следить за тем, чтобы не причинить друг другу травмы инструментами или грузами (т.1 л.д. 188-197);

-положением о системе управления охраной труда в ООО «Агротрак», согласно которому непосредственный руководитель работ, в том числе шеф-инженер сервисного отдела, обеспечивает соответствие условий труда требованиям охраны труда, правильную эксплуатацию оборудования и инструментов на подконтрольных им участках; контролирует безопасное выполнение всех видов работ и применение безопасных методов и приемов выполнения работ на закрепленных им участках; приостанавливает работы в случаях, не соответствующих установленным требованиям охраны труда; принимает меры по предотвращению аварий, сохранению жизни и здоровья работников участков и иных лиц при возникновении таких ситуаций. (т. 1 л.д.198-233, т.3 л.д.4-27);

-актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ со смертельным исходом водителя ООО «Агро-Транс» ЩАС, согласно которому основная причина несчастного случая - необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, выразившаяся в необеспечении контроля за безопасностью работников во время погрузочно-разгрузочных работ и соблюдением работниками требований по охране труда (п.3 и п.4 правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов Приказа Минтруда РФ №, п.1 раздела 6.2 Положения о системе управления по охране труда ООО «Агротрак», п. 2.1 должностной инструкции шеф – инженера сервисного отдела ООО «Агротрак». К сопутствующим причинам комиссия отнесла, в том числе нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в движении на тракторе при нахождении людей в опасной зоне, что является нарушением ст. 215 Трудового кодекса РФ, п. 36 правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов Приказ Минтруда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №Н, п. 1 раздела 6.2 Положения о системе управления по охране труда ООО «Агротрак», п. 1.5 должностной инструкции инженера сервисного отдела 3 категории ООО «Агротрак», п. 3.37 инструкции по охране труда при ремонте и техническом обслуживании сельскохозяйственной техники ООО «Агротрак», п. 2.1.7 руководства по эксплуатации: трактор сельскохозяйственный колесный RSM2400. А также нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в креплении трактора, не окончившего движение, что является нарушением статьи 215 Трудового кодекса РФ, п. 4.2.3 Положения о системе управления по охране труда ООО «Агро-транс», п. 2.3 должностной инструкции водителя ООО «Агро-транс», п. 3.9 инструкции по охране труда водителя ООО «Агро-транс». К лицам, допустившим нарушения требований охраны труда комиссия отнесла ФИО3, шеф-инженера сервисного отдела ООО «Агротрак», который не обеспечил контроль за безопасностью работников во время погрузо-разгрузочных работ и соблюдением работниками требований инструкций по охране труда; ФИО2, инженера сервисного отдела 3 категории ООО «Агротрак», который двигался на тракторе при нахождении людей в опасной зоне; ВДН, директора ООО «Агро-транс», который не обеспечил контроль за соблюдением работником требований инструкций по охране труда и ЩАС, водителя ООО «Агро-транс», который крепил трактор, не окончивший движение (т.1 л.д. 7-14).

Доводы адвоката Криммель А.Ф. о том, что потерпевшая ЩКБ очевидцем событий не являлась, не влекут недопустимость использования показаний потерпевшей в качестве доказательства. Суд в соответствии с требованиями закона исследовал и оценил показания потерпевшей, которая сообщила сведения, относящиеся к обстоятельствам преступления, имеющие значение для разрешения уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционных жалоб защитников, суд первой инстанции обосновано не принял во внимание при постановлении приговора, представленные стороной защиты и гражданским ответчиком заключения и показания специалистов. По смыслу закона, каждое доказательство должно отвечать требованиям относимости, допустимости и достоверности.

По мнению апелляционной инстанции, заключение специалиста №з-25 от ДД.ММ.ГГГГ о причинах дорожно-транспортного происшествия, как и показания специалиста КАИ является неотносимыми к рассматриваемому уголовному делу доказательствами. В предмет доказывания по настоящему уголовному делу входило соблюдение (нарушение) правил безопасности при ведении погрузочно-разгрузочных работ. В связи с чем выводы специалиста (эксперта-автотехника) о невозможности ФИО2 предотвратить происшествие (остановить трактор на участке 1 м.) не имеют значения для дела.

По изложенным выше причинам безотносимыми, не входящими в предмет доказывания, являются заключение специалиста №-з-25 от ДД.ММ.ГГГГ и показания специалиста МСН о выполнении подписей от имени ЩАС не ЩАС, а иным (одним) лицом с подражанием.

Заключение специалистов № от ДД.ММ.ГГГГ, как и показания специалиста МВВ, по мнению апелляционной инстанции, не отвечают критериям достоверности. Как следует из текста заключения специалистов, предметом исследования являлись нормативно-правовые акты, приведенные в тексте исследования (т.8 л.д.125 оборот), локальные нормативные акты ООО «Агро-Транс»: положение о системе управления охраной труда, должностная инструкция водителя, а также договор грузоперевозки №-Н от ДД.ММ.ГГГГ, трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ. Заключение не содержит сведений об исследовании иных документов, в том числе локальных нормативных актов ООО «Агротрак», акта расследования несчастного случая с ЩАС, объяснений очевидцев и т.д., что по мнению апелляционной инстанции свидетельствует об одностороннем характере исследования. Об обратном не могут свидетельствовать ни ссылки в заключении на проверку и оценку специалистами неотраженных в исследовании документов, ни пояснения специалиста МВВ в суде первой инстанции об исследовании копий всего уголовного дела, в том числе акта несчастного случая. Специалист, допрошенный в суде, не смог пояснить, какие именно материалы дела, кроме указанных в заключении, были представлены для исследования. В самом заключении, как уже отмечено выше, отсутствует не только анализ иных документов, но даже и упоминание о них. При таких обстоятельствах, как само заключение, так и пояснения специалиста судом обоснованно расценены как недостоверные.

Показания осужденных ФИО2 и ФИО3 о невиновности в инкриминируемом преступлении, на которые ссылается сторона защиты, судом первой инстанции обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов, оснований не согласиться с которыми апелляционная инстанция не находит.

Тщательно исследовав все доказательства по делу, правильно оценив их в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденных ФИО2 и ФИО3 в содеянном. Этот вывод в приговоре подробно изложен, надлежащим образом мотивирован, обоснован и соответствует исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому признается судом апелляционной инстанции правильным.

Действия ФИО2 и ФИО3 верно квалифицированы судом по ч.2 ст.216 УК РФ – как нарушение правил безопасности при проведении иных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Из материалов уголовного дела следует, что гражданско-правовой договор на оказание услуг по грузоперевозкам был заключен между двумя юридическими лицами – ООО «Агро-Транс» и ООО «Агротрак», в связи с чем положения п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных и иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», на которые ссылается адвокат РЕЮ, в данном случае применимы быть не могут.

Не может согласиться апелляционная инстанция и с доводами адвоката Репенка Е.Ю. об отсутствии причинно-следственной связи между действиями осужденных и последствиями в виде смерти ЩАС Проанализировав представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что нарушение ФИО3 и ФИО2 специальных правил при проведении погрузочно-разгрузочных работ: движение ФИО2 на тракторе при нахождении людей в опасной зоне и отсутствии контроля со стороны ФИО3 за безопасностью работников и соблюдением ими требований по охране труда, повлекло наезд техники на ЩАС и причинение ему смерти. Вопреки доводам защитников, действия ЩАС, осуществлявшего крепление двигавшегося трактора, то есть также нарушившего специальные правила, являлись не основной, а сопутствующей причиной несчастного случая на производстве, и обоснованно учтены судом при назначении наказания.

При назначении ФИО2 и ФИО7<данные изъяты>. наказания суд в соответствии с требованиями ч.3 ст.60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности преступления, личность виновных, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни семьи. В достаточной степени учтены судом и все смягчающие по делу обстоятельства, имевшие место на момент постановления приговора. Таковыми в отношении ФИО3 обоснованно признано наличие малолетних детей, явка с повинной, фактическое частичное признание вины, поведение потерпевшего, нарушившего специальные правила; в отношении ФИО2 - оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, активное способствование расследованию преступления, фактическое частичное признание вины, явка с повинной, поведение потерпевшего, нарушившего специальные правила.

Иных смягчающих обстоятельств, прямо предусмотренных законом, на момент постановления приговора, судом обоснованно не установлено. Доводы осужденного ФИО3 о наличии в его действиях активного способствования раскрытию и расследованию преступления, а также об оказании им помощи потерпевшему не основаны на материалах уголовного дела.

Представленные осужденным ФИО3 документы о наличии заболеваний у отца, как и факт установления <данные изъяты> второму ребенку не влекут смягчения назначенного осужденному наказания. Все данные о личности и поведении осужденных, в том числе озвученные в жалобах, в заседании суда апелляционной инстанции, были известны суду и, как следует из текста приговора, приняты во внимание при назначении наказания. Так, суд в приговоре указал, что учитывает факт оказания ФИО3 помощи родителям, которые являются пенсионерами, страдают заболеваниями, один из детей ФИО3 <данные изъяты>, в отношении другого ребенка <данные изъяты>.

Установив в отношении осужденных наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд при назначении в виде лишения свободы (другой вид неальтернативного наказания санкцией статьи не предусмотрен) применил правила ч.1 ст.62 УК РФ. Оснований для применения положений ст.64 УК РФ суд обоснованно не усмотрел. Не видит поводов для этого и апелляционная инстанция. Мотивированными являются и выводы суда о неприменении положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности и поведении осужденных, суд пришел к правильному выводу о невозможности их исправления и предупреждения совершения новых преступлений без реального отбывания наказания. Вместе с тем, суд посчитал, что необходимости отбывать наказание в местах лишения свободы для исправления осужденных не имеется, а потому руководствуясь ст.53.1 УК РФ заменил назначенное наказание в виде лишения свободы на принудительные работы. Как верно отмечено судом в приговоре, привлечения ФИО2 и ФИО3 к труду в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, достаточно для достижения целей наказания. Подробно мотивированы и выводы суда о назначении ФИО3 и ФИО2 дополнительного наказания, предусмотренного к принудительным работам.

Мнение потерпевшей и ее представителя в суде апелляционной инстанции о смягчении наказания (в связи с возмещением морального вреда после постановления приговора) не свидетельствует о необходимости изменения приговора, поскольку мнение потерпевшей прямо не предусмотрено законом в качестве смягчающего наказание обстоятельства. Не предусмотрено в качестве таковых и проведение дополнительных инструктажей по технике безопасности, внесение изменений в инструкции по охране труда.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению. Как следует из документов, представленных осужденными в апелляционную инстанцию, после приговора ФИО3 и ФИО2 перечислили потерпевшей по 500 000 рублей каждый в счет компенсации морального вреда. После оглашения указанных документов в апелляционной инстанции, потерпевшая данный факт подтвердила. Кроме того, гражданским ответчиком представлены соглашения о дополнительном возмещении осужденными морального вреда потерпевшей путем перечислении части заработка в течение 24 месяцев.

Вопреки доводам прокурора, оснований для вывода о выплате осужденными указанных сумм в рамках исполнительного производства не имеется. Приговором суда компенсация морального вреда взыскана с гражданского ответчика, а не с осужденных. А потому действия ФИО2 и ФИО3, связанные с добровольным возмещением морального вреда, должны быть признаны в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденных, предусмотренного п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ. Признавая наличие дополнительного смягчающего обстоятельства, апелляционная инстанция полагает необходимым смягчить назначенное ФИО3 и ФИО2 наказание, как основное, так и дополнительное. Вместе с тем, оснований для применения положений ст.73 УК РФ, о чем просили осужденные в дополнениях к апелляционным жалобам, не имеется, поскольку наказание в виде принудительных работ условно не назначается.

Возмещение компенсации морального вреда потерпевшей, в том числе гражданским ответчиком, на стадии апелляционного рассмотрения дела не свидетельствует о необходимости отмены приговора суда в части разрешения гражданского иска и прекращения по нему производства. Согласно ч.5 ст.44 УПК РФ прекращение производства по гражданскому иску возможно в случае отказа гражданского истца от гражданского иска, который может быть заявлен в любой момент производства по уголовному делу, но до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора. Вопросы, связанные с добровольным возмещением исковых требований, подлежат разрешению в соответствии Федеральным законом «Об исполнительном производстве».

Данное уголовное дело органами предварительного следствия расследовано, а судом рассмотрено всесторонне, полно и объективно. Выводы суда, изложенные в приговоре, обоснованы и мотивированы. Вопреки доводам жалоб, всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам в соответствии со ст.87,88 УПК РФ в приговоре дана надлежащая оценка. Содержание исследованных доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц или иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, апелляционной инстанцией не установлено. Каждое из доказательств, положенных в основу осуждения ФИО2 и ФИО3, вопреки доводам защиты, является допустимым и относимым к делу, поскольку в своей совокупности они позволяют установить обстоятельства, перечисленные в ст.73 УПК РФ, и, следовательно, имеют значение для дела.

Вопреки доводам адвоката Репенка Е.Ю., при постановлении приговора суд привел конкретные нормы (пункт, часть, статья) актов, нарушение которых повлекло уголовную ответственность. Отсутствие в обвинительном заключении при описании преступного деяния конкретных действий ЩАС не препятствовало суду дать им оценку на основании доказательств, представленных сторонами.

Не может согласиться апелляционная инстанция и с доводами защитника о нарушении при постановлении приговора требований ст.252 УПК РФ. В соответствии с частью 2 названной нормы закона, изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. Признание судом факта нарушения ЩАС специальных правил и указание на это при описании преступного деяния, улучшает положение осужденных, является не выходом за пределы предъявленного обвинения, а его конкретизацией.

Все ходатайства, заявленные осуждёнными и защитниками, рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в установленном порядке с принятием мотивированных решений. Необоснованных отказов в исследовании представленных стороной защиты доказательств не было. Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности или неполноте судебного следствия, не усматривается.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и ФИО3 (ФИО7) изменить:

- на основании п.«к» ч.1 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2 и ФИО3 (ФИО7) добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления;

- смягчить наказание, назначенное ФИО3 (ФИО7) по ч.2 ст.216 УК РФ, до 6 месяцев лишения свободы, которое на основании ч.1 и ч.2 ст.53.1 УК РФ заменить на принудительные работы на срок 6 месяцев с удержанием из заработной платы 5% в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с руководством, контролем и обеспечением техники безопасности при ведении погрузочно-разгрузочных работ, на срок 1 год;

- смягчить наказание, назначенное ФИО2 по ч.2 ст.216 УК РФ, до 6 месяцев лишения свободы, которое на основании ч.1 и ч.2 ст.53.1 УК РФ заменить на принудительные работы на срок 6 месяцев с удержанием из заработной платы 10% в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с ведением погрузочно-разгрузочных работ, на срок 1 год.

В остальной части тот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Криммель А.Ф., адвоката Репенка Е.Ю. представителя гражданского ответчика ООО «Агротрак» оставить без удовлетворения, дополнения к апелляционным жалобам осужденных ФИО2 и ФИО8 удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. Кассационные жалобы, представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора. Лица, указанные в ч.1 ст.401.2 УПК РФ, вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья областного суда – подпись копия верна: