Решение № 2-114/2019 2-114/2019~М-56/2019 М-56/2019 от 7 мая 2019 г. по делу № 2-114/2019

Дело № 2-114/2019 (Дело № 2-99/2-19)


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 мая 2019 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Данилкиной А.Л.,

при секретаре Долгополовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, администрации Пластовского муниципального района Челябинской области о включении жилого дома в состав наследственного имущества, устранении препятствий в пользовании жилым домом и по исковому заявлению ФИО2 к администрации Пластовского муниципального района Челябинской области о признании права собственности на жилой дом,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к администрации Пластовского муниципального района Челябинской области, Долгополовой С.В. и с учетом уточнения требований просил включить жилой дом, площадью 21,6 кв.м, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, в состав наследственного имущества после смерти Щ.В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей 10 ноября 2018 года; возложить на ФИО2 обязанность устранить препятствия в пользовании им домом, хозяйственными постройками и земельным участком, находящимися по адресу: <адрес>, а именно снять замок с двери в дом, перегнать ее скот из сараев, находящихся во дворе указанного дома, заделать проход межу двором ФИО2 и его двором (л.д. 4-6, 33-34).

В обоснование иска указал, что 10 ноября 2018 года умерла его родная сестра Щ.В.А. После ее смерти осталось наследственное имущество, в том числе жилой дом по указанному адресу. Он, являясь единственным наследником после смерти сестры, имел намерения вступить во владение домом, в котором проживала его сестра более 30 лет и умерла в указанном доме. Однако соседка сестры ФИО2, проживающая рядом с домом умершей сестры, повесила на дверь дома замок, по ее просьбе участковый опечатал замок. В настоящее время ФИО2 пользуется как хозяйка всеми надворными сооружениями, прорубила со своего двор проход во двор указанного дома, его к дому не пускает. Он обратился к нотариусу с заявлением о получении свидетельства о праве на наследство по закону имущества, принадлежащего на день смерти умершей сестре. Нотариус приняла заявление, но выдать свидетельство не может, поскольку у сестры не было правоустанавливающих документов на дом. Дом его сестра Щ.В.А. купила в 1988 году, документов у продавца на дом не было, поэтому договор купли-продажи был заключен в простой письменной форме. Этот документ может находиться у сестры в доме либо все документы после ее смерти забрала ФИО2 ПО данным Областного ЦТИ значится за Щ.В.А. и Б.З.А. по ? доле на основании свидетельств о наследовании по закону. Наследники оформили наследство 18 сентября 1981 года, в г. Пласте не проживали, сразу дом продали, но правоустанавливающие документы на дом не оформили. Сколько было после этого покупателей неизвестно. Но в 1988 году дом купила его сестра, у кого купила он не знает. За все время пользования домом его сестрой наследники никаких требований не предъявляли, в г. Пласте не появлялись, где они проживают в настоящее время ему неизвестно. Сестра проживала в доме с сыном Щ,А.В., после его смерти 17 июня 2012 года проживала в доме одна. Сестра проживала в доме без регистрации, Щ,А.В. был зарегистрирован в доме до смерти. По просьбе сестры он возвел 2 сарая и пристрой к дому – веранду. В течение 30 лет она содержала дом и хозяйственные постройки в надлежащем состоянии, владела домом как собственник в течение 30 лет открыто, непрерывно и добросовестно и поэтому на основании ст. 234 ГК РФ приобрела на указанный дом право собственности в силу приобретательной давности. Он является единственным наследником после смерти сестры, принял наследство путем подачи заявления нотариусу. Он не может осуществлять свои права как собственник, поскольку ФИО2, создала препятствия в пользовании указанным домом, считая, что дом продан ей его сестрой при жизни. Однако при жизни сестра оспаривала факт продажи дома и получения денег от ФИО2, о чем свидетельствует ее заявление. Поскольку Щ.В.А. пользовалась домом более 30 лет как собственница, приобрела право собственности на указанным дом, а сорок для принятия наследства после смерти сестры не истек, то дом должен быть включен в состав наследственного имущества, оставшегося после ее смерти.

Долгополова С.В. обратилась в суд с иском к администрации Пластовского муниципального района <адрес> и просила признать за ней право собственности на жилой дом, площадью 21,6 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> (дело № 2-99/2019).

В обоснование заявленных требований указала, что в 2015 году она купила у Щ.В.А. жилой дом по указанному адресу по расписке за 100 000 рублей. Договор купли-продажи надлежащим образом не оформили, так как не было у Щ.В.А. правоустанавливающих документов на указанный дом. Щ. проживала в доме длительное время и приобрела его у бывших собственников без документов. Купив дом у Щ., она стала им пользоваться как собственник, содержит его, ремонтирует, поддерживает в нормальном состоянии. В октябре 2018 года они с Щ.В.А. заключили договор купли-продажи при свидетеле Б.М.В. и собирались пойти в Управление Росреестра зарегистрировать его, но не успели, так как Щ.В.А. заболела и в ноябре 2018 года умерла. Детей у нее нет, сын Щ,А.В. умер до ее смерти. Имеются ли другие наследники, ей не известно.

Определением Пластского городского суда Челябинской области от 05 марта 2019 года указанные дела объединены в одно производство.

Протокольным определением от 05 марта 2019 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО3 и ФИО4

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске, в удовлетворении требований о признании права собственности на дом за ФИО2 просил отказать. Пояснил, что его сестра Щ.В.А. при жизни дом ФИО2 не продавала, не имела такого намерения, денежные средства в суме 100 000 рублей от ФИО2 не получала. Его сестра выпивала и ФИО2 могла воспользоваться состоянием сестры и заставить подписать расписку о продаже дома.

Ответчик (истец по объединенному делу) ФИО2 в судебном заседании требования ФИО1 не признала, на удовлетворении своих требований настаивала, указав, что Щ.В.А. при жизни продала ей дом, а она отдала ей за дом денежные средства в размере 100 000 рублей.

Представитель ответчика администрации Пластовского муниципального района Челябинской области, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, не явился (л.д. 146), в письменном отзыве указал, что администрация правопритязаний на спорный дом не имеет, права на дом и земельный участок не зарегистрированы, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя администрации (л.д. 40-41).

Представитель третьего лица Пластовского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 147, 162).

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебном заседании участия не принимали, поступили сведения о смерти ответчиков, сведения о наследниках отсутствуют.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков и представителя третьего лица.

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В случаях и порядке, которые предусмотрены данным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом (пункт 3).

Согласно п.п. 1, 2, 3 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

До приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, по ? доле принадлежал ФИО4 и ФИО3 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 18 сентября 1981 года, что подтверждено справками Пластовского филиала ОГУП «Областной центр технической инвентаризации» по Челябинской области от 10 января 2019 года (л.д. 19, 20).

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости право собственности на жилой дом, площадью 21,6 кв.м, кадастровый №, и на земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> зарегистрировано (л.д. 14-16, 17-18).

Согласно справке ОВМ ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области от 09 апреля 2018 года по адресу: <адрес>, был зарегистрирован Щ,А.В., снят 08 августа 2012 года (в связи со смертью), сведений о регистрации других граждан не располагает (л.д. 22).

Согласно домовой книги ФИО5, ФИО4 сняты с регистрационного учета по адресу: <адрес>, в 1960 году (л.д. 169-171).

ФИО4 умер 27 марта 2010 года (справка о смерти л.д. 150), сведения о ФИО3 отсутствуют (л.д. 164, 168).

Сведений о наследственных дела после смерти ФИО4 и ФИО3 отсутствуют.

В соответствии с п. 5 ст. 1 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Согласно разъяснениям в п. 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

В силу ч. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

На основании ст. 236 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

Отказ от права собственности не влечет прекращения прав и обязанностей собственника в отношении соответствующего имущества до приобретения права собственности на него другим лицом.

Из содержания приведенных норм следует, что действующее законодательство, предусматривая основания прекращения права собственности конкретного собственника на то или иное имущество путем совершения определенных действий, допускает возможность приобретения права собственности на имущество, зарегистрированное на праве собственности за иным лицом, в силу приобретательной давности в случае прекращения права собственности на это имущество путем совершения собственником действий, свидетельствующих о его отказе от принадлежащего ему права собственности.

Как установлено в ходе рассмотрения дела и следует из пояснений сторон и свидетелей, ФИО3 и ФИО4 в доме по адресу: <адрес> не проживали, вступив в права наследования, продали дом неизвестным лицам. В последующем в 1988 году дом по указанному адресу приобрела Щ.В.А.

Таким образом, ФИО3 и ФИО4 отказалась от своих прав на дом, так как ими были совершенны действия, определенно свидетельствующие об их устранении от владения, пользования спорным домом, а именно право собственности на дом в Едином государственном реестре недвижимости не зарегистрировали, дом был ими продан, они добровольно выехали из дома в другое место жительства, снялись с регистрационного учета по указанному адресу. До настоящего времени претензий о возврате имущества ни ФИО3, ни ФИО4, ни их наследники не предъявляли, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Из пояснений истца ФИО1, а также свидетелей Я.Р.З., Р.Н.М., С.Е.Е. следует, что спорный дом приобрела Щ.В.А. более 30 лет назад, вселилась в него и проживала в нем с сыном Щ,А.В., который был зарегистрирован в доме до его смерти в 2012 году. После смерти сына Щ.В.А. проживала в доме одна до самой смерти, производила в доме ремонт, оплачивала коммунальные платежи. За все время владения домом Щ.В.А., на дом никто не заявлял свои права. Намерений продать дом у Щ.В.А. не было.

Данные пояснения подтверждаются следующими письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Согласно свидетельства о смерти Щ.В.А. умерла 10 ноября 2018 года (л.д. 8).

Щ,А.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся сыном Щ.В.А., что подтверждается записью акта о рождении № (л.д. 12, 49). Щ,А.В. умер ДД.ММ.ГГГГ (свидетельство о смерти л.д. 13). До смерти Щ,А.В. был зарегистрирован в доме по адресу: <адрес>, что подтверждено справкой отдела по вопросам миграции ОМД России по Пластовскому району (л.д. 22)

Щ.В.А., проживая в доме, оплачивала коммунальные услуги, что следует из представленных платежных документов и договоров, где в качестве плательщика указана Щ.В.А., (л.д. 24-25, 27), а также ответов ООО «Водоснабжение» и ОАО «МРСК Урала» филиал «Челябэнергосбыт», в которых указано, что лицевые счета по услугам водоснабжения и потребляемой электроэнергии по адресу: <адрес>, оформлены на Щ.В.А. (л.д. 102-106, 128).

Оценивая представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что Щ.В.А. добросовестно, открыто и непрерывно более восемнадцати лет, а именно с 1988 года и по день ее смерти 10 ноября 2018 года, проживала в доме по адресу: <адрес> владела жилым помещением, как своим собственным, несла расходы по его содержанию, производила ремонт. За все время пользования и проживания Щ.В.А. в доме никто не заявлял о своих правах на него, поэтому имеются основания считать, что Щ.В.А. приобрела право собственности на указанный дом.

В соответствии с разъяснениями в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» при отсутствии надлежаще оформленных документов, подтверждающих право собственности наследодателя на имущество, судами до истечения срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ) рассматриваются требования наследников о включении этого имущества в состав наследства, а если в указанный срок решение не было вынесено, - также требования о признании права собственности в порядке наследования. В случае, если требование о признании права собственности в порядке наследования заявлено наследником в течение срока принятия наследства, суд приостанавливает производство по делу до истечения указанного срока.

Истец ФИО1 является братом Щ. (до заключения брака ФИО1) В.А., что подтверждено свидетельствами о рождении и справкой о заключении брака (л.д. 9, 10, 11).

Согласно сведениям нотариуса нотариального округа Пластовского муниципального района Челябинской области ФИО6 после смерти Щ.В.А. заведено наследственное дело по заявлению родного брата ФИО1 от 13 декабря 2018 года о принятии наследства на все имущество, оставшееся после ее смерти, в том числе и на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> (л.д. 23, 38 дело № 2-14/2019, л.д. 21-30 дело № 2-99/2019).

Поскольку на момент рассмотрения дела установленный шестимесячный срок для принятия наследства не истек, то суд считает возможным удовлетворить требования истца ФИО1 и включить жилой дом, площадью 21,6 кв.м, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, в состав наследства, открывшегося после смерти Щ.В.А., умершей 10 ноября 2018 года.

Вместе с тем, требования ФИО1 о возложении на ФИО2 обязанности устранить препятствия в пользовании им домом, хозяйственными постройками и земельным участком, находящимися по адресу: <адрес>, а именно снять замок с двери в дом, перегнать ее скот из сараев, находящихся во дворе указанного дома, заделать проход межу двором ФИО2 и его двором, суд находит не подлежащими удовлетворению,

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

ФИО1 в настоящее время собственником спорного дома не является, поэтому указанные требования заявлены им преждевременно. Кроме того, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств указанным доводам ФИО1 не представлено.

Разрешая требования ФИО2 о признании за ней права собственности на спорный жилой дом, суд приходит к следующему.

ФИО2, обращаясь в суд, обосновывает свои требования тем, что она в 2015 году купила у Щ.В.А. спорный жилой дом по расписке за 100 000 рублей, с этого времени она стала пользоваться домом, как собственник, содержит его, ремонтирует.

Вместе с тем, суд считает указанные доводы необоснованными и не подтвержденными допустимыми и достоверными доказательствами.

Так, в ходе судебного разбирательства установлено, что Щ.В.А. при жизни оспаривала, что продала дом ФИО2, оспаривала получение ею от ФИО2 денежных средств в размере 100 000 рублей за дом, что подтверждается обращением Щ.В.А. в полицию.

Из материала КУСП № от 14 марта 2018 года следует, что Щ.В.А. обратилась к прокурору г. Пласт с заявлением, в котором просила привлечь к ответственности ФИО2, которая незаконно завладела ее домом по адресу: <адрес>, и надворными постройками, незаконно оформила от ее имени расписку о том, что она занимала у нее 100 000 рублей, хотя денег в долг она не брала. Указанное заявление было передано из прокуратуры г. Пласт в ОМВД России по Пластовскому району для проведения проверки (л.д. 64-77).

Из письменного объяснения Щ.В.А., полученного 15 марта 2018 года следователем следственного отделения Отдела МВД России по Пластовскому району Челябинской области С.В.А., следует, что Щ.В.А. проживает по адресу: <адрес>, одна. По соседству с ней в <адрес> проживает семья Долгополовых. В начале 2015 года у нее было трудное материальное положение, пенсии ей на жизнь не хватало, она иногда употребляла спиртные напитки, и в этот период обращалась к соседям Долгополовым, просила у них пищи, на что они ей не отказывали, приобретали для нее дрова. ФИО2 просила у нее занять одну из надворных построек для размещения овец и теленка и они договорились, что будут держать там скот до лета. После она подумала, что, так как ей проживать в доме тяжело, ей стоит переехать в дом ветеранов. Она поделилась этим с ФИО2, и та согласилась помочь ей по данному вопросу, для чего она передала ФИО2 домовую книгу, пенсионное удостоверение и паспорт для сбора пакета документов, чтобы встать в очередь на квартиру в дом ветеранов. Она предложила ФИО2 приобрести у нее дом. Она не помнит, за какую сумму она предложила купить у нее дом и не помнит, чтобы ФИО2 передавала ей денежные средства и что она писала расписку в получении денежных средств за продажу дома. После разговора с братом ФИО1, она сказала ФИО2, что она передумала переезжать в дом ветеранов и продавать дом. ФИО2 потребовала от нее денежные средства, которые она передала ей за дом, на что она ответила, что денежных средств у нее нет и отдавать она ничего не будет, так как в ее надворных постройках размещен их скот (л.д. 66-68).

Следователем следственного отделения Отдела МВД России по Пластовскому району Челябинской области С.В.А. 13 апреля 2018 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием состава преступления, а также в отношении Щ.В.А. по ст. 306 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 74-77).

Кроме того, доказательств, что представленную в материалы дела расписку (л.д. 6 дело № 2-99-2019) написала именно Щ.В.А., ФИО2 не представлено.

К показаниям свидетеля Б.Г.И. о том, что ФИО2, передавала Щ.В.А. денежные средства за покупку дома, суд относится критически и не может принять их в качестве достоверных доказательств, поскольку Б.Г.И. является родственницей ФИО2 и может быть заинтересована в исходе дела в пользу своей племянницы.

Показания свидетеля Я.М.А. о том, что ФИО2 в ее присутствии передавала Щ.В.А. денежные средства в размере 100 000 рублей в счет покупки дома, а Щ.В.А. писала расписку, судом не принимаются в качестве доказательства совершения между Щ.В.А. и ФИО2 сделки купли-продажи дома, так как в представленной расписке отсутствует подпись Я.М.А. в качестве подтверждения ее участия при написании именно Щ.В.А. данной расписки и получении последней денежных средств в указанном размере.

Ссылки ФИО2 на то, что в октябре 2018 года они с Щ.В.А. заключили договор купли-продажи дома, не могут служить основанием для признания за ФИО2 права собственности на спорный дом.

В силу ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Согласно п. 2 ст. 558 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Кроме того, в договоре стоит подпись без расшифровки лица, сделавшего ее, которая не позволяет суду достоверно установить, что данная подпись принадлежит Щ.В.А.

Таким образом, представленный договор купли-продажи не является надлежащим доказательством, подтверждающим волеизъявление Щ.В.А. на продажу дома Долгополовой С.В.

Кроме того, в указанный период времени право собственности на дом в предусмотренном законом порядке за Щ.В.А. не признано.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО2 о признании за ней права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> удовлетворению не полежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, администрации Пластовского муниципального района Челябинской области о включении жилого дома в состав наследственного имущества, устранении препятствий в пользовании жилым домом удовлетворить частично.

Включить жилой дом, площадью 21,6 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, в состав наследства, открывшегося после смерти Щ.В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей 10 ноября 2018 года.

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании домом, хозяйственными постройками и земельным участком, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к администрации Пластовского муниципального района Челябинской области о признании права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда с подачей апелляционной жалобы через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: