Апелляционное определение № 33-7164/2026 от 28 апреля 2026 г.

Судья Тытюкова О.В. УИД 61RS0007-01-2025-003197-08

Дело № 33-7164/2026

Дело № 2-718/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 апреля 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе:

председательствующего Панченко Ю.В.,

судей Иноземцевой О.В., Марченко О.В.,

при помощнике ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» об изменении решения финансового уполномоченного, взыскании убытков, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов, с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, — финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сфере страхования ФИО3, ФИО4, по апелляционной жалобе страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» на решение Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Панченко Ю.В., судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону с исковым заявлением к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» об изменении решения финансового уполномоченного, взыскании убытков, причинённых в результате дорожно-транспортного происшествия, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 29 января 2025 года на ул. Черепахина в районе д. 185 в г. Ростове-на-Дону произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Хонда Фит, государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, под управлением ФИО4 (виновник), и автомобиля Шкода Рапид, государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, принадлежащего истцу. Гражданская ответственность виновника была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия» по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ХХХ НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. Страховщик вместо организации восстановительного ремонта выплатил страховое возмещение в денежной форме с учётом износа в общей сумме 177 500 рублей, тогда как стоимость восстановительного ремонта по среднерыночным ценам согласно экспертному заключению НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 26 марта 2025 года составила 399 100 рублей. Решением финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг ФИО3 № У-25-58498/5010-008 от 20 июня 2025 года в удовлетворении требований истца отказано.

Решением Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27 января 2026 года исковые требования ФИО2 удовлетворены частично: с страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в пользу ФИО2 взысканы убытки в размере 221 600 рублей, неустойка в размере одного процента от суммы 276 999 рублей 39 копеек за каждый день просрочки начиная с 20 марта 2025 года по дату фактического исполнения основного обязательства, но не более 400 000 рублей, штраф в размере 138 499 рублей 69 копеек, компенсация морального вреда — 3 000 рублей, расходы на оплату услуг специалиста — 7 300 рублей. Также изменено решение финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сфере страхования ФИО3 № У-25-58498/5010-008 от 20 июня 2025 года. С САО «РЕСО-Гарантия» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 10 648 рублей. В удовлетворении требований о взыскании процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации отказано. Суд первой инстанции исходил из того, что страховщик не исполнил обязательство по организации восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства, осуществив выплату страхового возмещения в денежной форме с учётом износа, в связи с чем у истца возникло право на возмещение убытков в размере разницы между действительной стоимостью восстановительного ремонта по рыночным ценам и выплаченным страховым возмещением.

Не согласившись с решением суда, страховое акционерное общество «РЕСО-Гарантия» в лице представителя ФИО5 подало апелляционную жалобу, в которой просит решение Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27 января 2026 года отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме, либо снизить размер неустойки и штрафа в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации с пропорциональным распределением судебных расходов.

В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылается на то, что суд неправомерно изменил решение финансового уполномоченного № У-25-58498/5010-008 от 20 июня 2025 года, при этом не указал, каким образом должно звучать решение финансового уполномоченного с учётом внесённых изменений, и не учёл, что решение финансового уполномоченного и решение суда исполняются самостоятельно в соответствии с пунктом 131 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31.

Кроме того, апеллянт указывает, что суд неправомерно взыскал убытки в размере 221 600 рублей, составляющих разницу между рыночной стоимостью восстановительного ремонта (399 100 рублей) и выплаченным страховым возмещением (177 500 рублей), поскольку истец фактически не произвёл ремонт транспортного средства и не представил документов, подтверждающих несение расходов на ремонт, а убытки носят абстрактный характер; пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31, по мнению апеллянта, допускает взыскание убытков только при условии самостоятельно произведённого ремонта.

По мнению апеллянта, суд неправомерно взыскал неустойку по абзацу 2 пункта 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ и штраф по пункту 3 статьи 16.1 указанного Федерального закона, поскольку при взыскании убытков по статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежит применять статью 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, а специальная неустойка и штраф по Федеральному закону от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ начисляются исключительно на сумму страхового возмещения, а не на убытки; основания для взыскания штрафа отсутствуют, поскольку обязательство по выплате страхового возмещения исполнено надлежащим образом.

Заявитель жалобы также отмечает, что неустойка начислена на всю сумму страхового возмещения без учёта износа (276 999 рублей 39 копеек), тогда как должна начисляться только на неосуществлённую часть страхового возмещения, а штраф рассчитан от неправильной базы. Помимо изложенного, апеллянт полагает, что суд не применил статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и не снизил несоразмерные неустойку и штраф, чем способствовал неосновательному обогащению истца.

Возражения на апелляционную жалобу в материалы дела не поступали.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом; судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 29 января 2025 года на ул. Черепахина в районе д. 185 в г. Ростове-на-Дону произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Хонда Фит, государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, под управлением ФИО4, и автомобиля Шкода Рапид, государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, принадлежащего на праве собственности ФИО2

Виновность ФИО4 в совершении указанного дорожно-транспортного происшествия подтверждается постановлением НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 30 января 2025 года о привлечении её к административной ответственности по части 2 статьи 12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность виновника ФИО4 была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия» по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ХХХ НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.

25 февраля 2025 года ФИО2 обратился в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о страховом возмещении в порядке прямого возмещения убытков, предусмотренном статьёй 14.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», путём организации восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства.

28 февраля 2025 года страховщиком организован осмотр повреждённого транспортного средства; по результатам экспертизы ООО «ЭКСПЕРТИЗА-ЮГ» стоимость восстановительного ремонта без учёта износа по Единой методике составила 276 999 рублей 39 копеек, с учётом износа — 177 476 рублей 30 копеек.

Вместо организации восстановительного ремонта страховщик произвёл выплату страхового возмещения в денежной форме: 12 марта 2025 года — 174 000 рублей (почтовый перевод), 17 марта 2025 года — 3 500 рублей (почтовый перевод согласно платёжному поручению № 70390), итого 177 500 рублей.

Согласно экспертному заключению НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 26 марта 2025 года, составленному специалистом ФИО10, стоимость восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства по среднерыночным ценам составила 399 100 рублей.

7 апреля 2025 года истец направил ответчику претензию с требованием о выплате убытков, расходов на независимую экспертизу, неустойки и компенсации морального вреда, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

20 июня 2025 года финансовый уполномоченный по правам потребителей финансовых услуг ФИО3 вынес решение № У-25-58498/5010-008 об отказе в удовлетворении требований ФИО2, указав, что страховщик исполнил обязательство в размере, определённом по Единой методике.

В силу пункта 15.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховое возмещение вреда, причинённого легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путём организации и (или) оплаты восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства потерпевшего (возмещение причинённого вреда в натуре).

Согласно пункту «б» статьи 7 указанного Федерального закона страховая сумма, в пределах которой страховщик обязуется при наступлении каждого страхового случая возместить потерпевшим причинённый вред, в части возмещения вреда, причинённого имуществу каждого потерпевшего, составляет 400 000 рублей.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что стоимость восстановительного ремонта легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, определяется страховщиком без учёта износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов).

В силу пункта 56 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о возмещении убытков вследствие ненадлежащего исполнения страховщиком своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить.

В соответствии со статьёй 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18 февраля 2025 года № 41-КГ24-58-К4, убытки за неисполнение страховщиком обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства возмещаются по общегражданским нормам об ответственности в полном объёме, без ограничения страховой суммой, установленной статьёй 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался статьёй 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 12, 14.1, 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31, оценил представленные доказательства в соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что страховщик не исполнил обязательство по организации восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства, осуществив выплату страхового возмещения в денежной форме в размере, определённом по Единой методике с учётом износа, в связи с чем у истца возникло право на возмещение убытков в размере разницы между действительной стоимостью восстановительного ремонта по рыночным ценам и выплаченным страховым возмещением.

Судебная коллегия соглашается с приведёнными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права и соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При этом судебная коллегия принимает во внимание, что в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ответчик экспертное заключение специалиста ФИО10 НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 26 марта 2025 года не оспорил, о назначении судебной экспертизы не ходатайствовал, возражений относительно определённого специалистом размера рыночной стоимости восстановительного ремонта не представил. В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Поскольку ответчик указанную процессуальную обязанность не исполнил, суд первой инстанции обоснованно принял заключение специалиста как допустимое и достоверное доказательство при определении размера убытков истца в соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе САО «РЕСО-Гарантия» указывает, что суд неправомерно изменил решение финансового уполномоченного № У-25-58498/5010-008 от 20 июня 2025 года, при этом не указал, каким образом должно звучать решение финансового уполномоченного с учётом внесённых изменений.

Указанный довод подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 пункта 3 статьи 25 Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» в случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель вправе обратиться с иском непосредственно к финансовой организации в порядке гражданского судопроизводства. Частью 5 статьи 25 указанного Федерального закона прямо предусмотрено полномочие суда изменить решение финансового уполномоченного.

Согласно ответу на вопрос 4 Разъяснений по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», утверждённых Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 марта 2020 года, в случае несогласия с вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель вправе обратиться с иском непосредственно к финансовой организации, при этом суд рассматривает спор между потребителем финансовых услуг и финансовой организацией в пределах заявленных потребителем требований.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции, рассматривая спор по существу и удовлетворяя исковые требования ФИО2 о взыскании убытков, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда, фактически разрешил спор в пределах заявленных требований, изменив решение финансового уполномоченного в части отказа в удовлетворении требований. Указание в резолютивной части решения суда на изменение решения финансового уполномоченного соответствует полномочию суда, прямо предусмотренному частью 5 статьи 25 Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ, и не нарушает прав апеллянта.

Ссылка апеллянта на пункт 131 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 подлежит отклонению, поскольку указанный пункт регулирует порядок принудительного исполнения вступившего в силу решения финансового уполномоченного, но не ограничивает полномочие суда, прямо закреплённое частью 5 статьи 25 Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ.

Довод жалобы о неправомерном изменении решения финансового уполномоченного является необоснованным и подлежит отклонению, поскольку основан на неверном толковании норм процессуального права.

Апеллянт полагает, что суд неправомерно взыскал убытки в размере 221 600 рублей, составляющих разницу между рыночной стоимостью восстановительного ремонта (399 100 рублей) и выплаченным страховым возмещением (177 500 рублей), поскольку истец фактически не произвёл ремонт транспортного средства и не представил документов, подтверждающих несение расходов на ремонт, а убытки носят абстрактный характер; при этом в силу пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 возмещение убытков возможно только при условии, что потерпевший самостоятельно произвёл ремонт.

Данный довод является несостоятельным, поскольку основан на неверном толковании норм материального права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб).

Из буквального содержания пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 следует, что при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе требовать возмещения убытков в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Указанные разъяснения не содержат условия о том, что потерпевший обязан предварительно произвести ремонт транспортного средства и представить документы, подтверждающие несение фактических расходов.

Вопреки доводам жалобы, возмещение убытков, причинённых неисполнением страховщиком обязательства по организации восстановительного ремонта, означает, что потерпевший должен быть поставлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования организовал ремонт транспортного средства надлежащим образом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18 февраля 2025 года № 41-КГ24-58-К4, Федеральный закон от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ не содержит специальной нормы о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства, в связи с чем в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе по своему усмотрению требовать возмещения убытков в размере, достаточном для восстановления транспортного средства, без ограничения страховой суммой и без обязательного предварительного проведения ремонта за свой счёт.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, САО «РЕСО-Гарантия» не исполнило обязательство по организации восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства истца, осуществив вместо этого выплату страхового возмещения в денежной форме с учётом износа в размере 177 500 рублей. Стоимость восстановительного ремонта по среднерыночным ценам составила 399 100 рублей, что подтверждается экспертным заключением НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 26 марта 2025 года. Разница между действительной стоимостью восстановительного ремонта и выплаченным страховым возмещением составляет 221 600 рублей и является убытками истца, подлежащими возмещению в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах довод апелляционной жалобы о незаконном взыскании убытков не может быть принят во внимание, поскольку противоречит буквальному содержанию пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 и актуальной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18 февраля 2025 года № 41-КГ24-58-К4.

По мнению апеллянта, суд неправомерно взыскал неустойку по абзацу 2 пункта 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ и штраф по пункту 3 статьи 16.1 указанного Федерального закона, поскольку при взыскании убытков по статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежит применять статью 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, а специальная неустойка и штраф, предусмотренные Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ, начисляются исключительно на сумму страхового возмещения, а не на убытки; основания для взыскания штрафа отсутствуют, поскольку обязательство по выплате страхового возмещения исполнено надлежащим образом.

Указанный довод подлежит отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с абзацем 2 пункта 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определённого в соответствии с указанным Федеральным законом размера страхового возмещения.

Согласно пункту 3 статьи 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ при удовлетворении судом требований потерпевшего суд одновременно взыскивает с ответчика штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определённой судом, и размером страховой выплаты, осуществлённой страховщиком в добровольном порядке.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11 марта 2025 года № 81-КГ24-12-К8, при ненадлежащем исполнении страховщиком обязательств по страховому возмещению неустойка и штраф, предусмотренные Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ, подлежат начислению, в том числе в случае взыскания убытков, причинённых ненадлежащим исполнением страховщиком обязательств по страховому возмещению.

Между тем из материалов дела следует, что САО «РЕСО-Гарантия» не исполнило обязательство по организации восстановительного ремонта транспортного средства, осуществив вместо этого выплату страхового возмещения в денежной форме. Указанные действия страховщика свидетельствуют о ненадлежащем исполнении обязательства по договору обязательного страхования, что влечёт применение мер ответственности, предусмотренных Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ.

Ссылка апеллянта на необходимость применения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации вместо специальной неустойки подлежит отклонению, поскольку ответственность за нарушение обязательств по договору обязательного страхования установлена специальным законом, нормы которого в силу пункта 7 статьи 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ исключают применение иных неустоек, не предусмотренных данным Федеральным законом.

Довод жалобы о незаконном взыскании неустойки и штрафа является необоснованным и подлежит отклонению, поскольку противоречит актуальной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 18 февраля 2025 года № 41-КГ24-58-К4 и от 11 марта 2025 года № 81-КГ24-12-К8.

Кроме того, апеллянт указывает, что неустойка начислена на всю сумму страхового возмещения без учёта износа (276 999 рублей 39 копеек), тогда как должна начисляться только на неосуществлённую часть страхового возмещения; штраф рассчитан от неправильной базы.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции правильно определил базу для исчисления неустойки.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31, следует, что стоимость восстановительного ремонта легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, определяется страховщиком без учёта износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов).

Поскольку страховое возмещение при надлежащем исполнении обязательства по организации восстановительного ремонта должно было составить 276 999 рублей 39 копеек (стоимость ремонта без учёта износа по Единой методике), а страховщик в нарушение требований закона осуществил выплату в денежной форме, неустойка обоснованно начислена на указанную сумму, составляющую размер неисполненного обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта.

Кроме того, как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2025 года № 39-КГ24-3-К1, выплата страхового возмещения в денежном выражении при нарушении обязательства по организации ремонта не является надлежащим исполнением, в связи с чем суммы произведённых выплат не учитываются при расчёте неустойки.

Штраф, взысканный судом первой инстанции в размере 138 499 рублей 69 копеек, исчислен как пятьдесят процентов от размера надлежащего, но неисполненного страховщиком обязательства в размере 276 999 рублей 39 копеек (276 999,39 руб. ? 50% = 138 499 руб. 69 коп.), что соответствует требованиям пункта 3 статьи 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ. При этом ранее произведённые страховщиком денежные выплаты в размере 177 500 рублей не учитываются при исчислении штрафа, поскольку в силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2025 года № 39-КГ24-3-К1, подобные выплаты не могут рассматриваться как надлежащее исполнение страховщиком обязательства по организации восстановительного ремонта.

Довод апелляционной жалобы о неправильном расчёте неустойки и штрафа является необоснованным и подлежит отклонению.

Заявитель жалобы также отмечает, что суд не применил статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и не снизил несоразмерные неустойку и штраф, чем способствовал неосновательному обогащению истца.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21 декабря 2000 года № 263-О, положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Вместе с тем снижение размера неустойки является правом суда, а не обязанностью, и применяется лишь при наличии явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

Как следует из материалов дела, ответчиком заявлено ходатайство о снижении неустойки и штрафа на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что САО «РЕСО-Гарантия» является коммерческой организацией и в отношении таких организаций законодатель установил повышенные требования доказывания несоразмерности последствий взыскания штрафных санкций, а ответчик не представил надлежащих доказательств несоразмерности указанных выше штрафных санкций, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства ответчика и снижения размера взыскиваемой неустойки и штрафа на основании положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку действующим законодательством на ответчика возложена обязанность доказать факт несоразмерности, и такие доказательства не представлены.

Кроме того, неустойка на будущее время носит стимулирующий характер, исполнение основного обязательства зависит исключительно от должника, оснований для снижения неустойки на будущий период не имеется.

Довод жалобы об отказе в снижении неустойки и штрафа является необоснованным и подлежит отклонению, поскольку применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации относится к дискреционным полномочиям суда, реализуемым при наличии к тому достаточных оснований, которые в данном случае не установлены.

Проверив решение суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия констатирует, что существенных нарушений норм материального или процессуального права, предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции не допущено. Выводы суда первой инстанции основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным на основании представленных и надлежащим образом исследованных доказательств в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласуются с актуальной правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 18 февраля 2025 года № 41-КГ24-58-К4 и от 11 марта 2025 года № 81-КГ24-12-К8.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, соответствует установленным по делу обстоятельствам и требованиям закона, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» — без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 6 мая 2026 года.