Приговор № 1-49/2017 от 28 мая 2017 г. по делу № 1-49/2017

Дело № 1-49/17
ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Чемал 29 мая 2017 года

Чемальский районный суд Республики Алтай в составе:

Председательствующего: судьи Фроловой М.В.,

с участием государственных обвинителей – заместителя прокурора Чемальского района Республики Алтай Даниловой Ю.В., помощника прокурора Чемальского района Республики Алтай Арепьева К.А.,

подсудимого ФИО1 ФИО19,

защитников Тырышкина А.А., представившего удостоверение № и ордер № 288 от 16 марта 2017 года и ФИО2, представившей удостоверение № и ордер № 122 от 11 мая 2017 года,

при секретаре Бедушевой Н.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты> зарегистрированного в <адрес> и проживающего в <адрес>, ранее не судимого, избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышение пределов необходимой обороны, при следующих обстоятельствах.

20 ноября 2016 года в период времени с 20 часов 20 минут до 21 часа, ФИО3, находясь в своем <адрес> в <адрес>, Республики Алтай, услышал на улице звук, работающей бензопилы, и, посмотрев в окно, увидел Н., находящегося в ограде его дома в состоянии алкогольного опьянения и державшего в руках работающую бензопилу, которой он размахивал в разные стороны, в результате чего повредил забор и калитку. Затем, с целью дальнейшего повреждения имущества, принадлежащего ФИО3 и причинения последнему вреда жизни и здоровью, Н. направился в сторону крыльца вышеуказанного дома и стал пилить крыльцо и веранду дома, при этом высказывая в адрес ФИО3 угрозы причинения ему вреда жизни и здоровью. После этого, ФИО3 с целью пресечения противоправных действий Н. позвонил в ОП № 1 с. Чемал МО МВД России «Майминский» и сообщил о том, что Н., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ограде его дома, повредил его имущество и высказывает в его адрес угрозы причинения вреда жизни и здоровью. Потом, сразу же после сообщения в отдел полиции о происходящем, ФИО3 вышел на веранду дома, и увидел Н., который продолжал осуществлять свои противоправные действия, направленные на повреждение имущества ФИО3, а именно пилил бензопилой столб, на одном из которых держится крыша над крыльцом, при этом продолжая высказывать угрозы причинения последнему вреда жизни и здоровью. ФИО3, испугавшись того, что если Н. спилит данный столб, то крыша над крыльцом рухнет, открыл дверь, ведущую в веранду дома, вышел на крыльцо и крикнул Н.: «Ты что делаешь?», на что Н. ему ответил: «Иди сюда, сейчас я с тобой разберусь! Отпилю тебе, руки, ноги, и вообще пополам распилю!», и, размахивая перед собой включенной бензопилой направился в сторону ФИО3. После этого, ФИО3 опасаясь за свою жизнь и здоровье, с целью пресечения противоправных действий и отражения нападения Н., осознавая, что его действия не соответствуют степени и характеру посягательства со стороны Н. по отношению к нему, поскольку указанные противоправные действия Н. совершал, находясь в состоянии алкогольного опьянения, ФИО3 имея возможность объективно оценить степень и характер опасности действий со стороны Н., понимая, что действия последнего свидетельствуют о нападении, сопряжены с возможным насилием, опасным для его жизни и здоровья, либо непосредственной угрозой применения такого насилия, действуя умышленно при превышении пределов необходимой обороны, не использовав возможность осуществить оборону менее опасным и более мягким способом, осознавая общественно-опасный характер своих действий, предвидя возможность причинения тяжкого вреда здоровью Н., нанес с достаточной силой кулаком левой руки один удар в область правого глаза Н., от которого последний слегка наклонился корпусом тела вперед и слегка наклонил голову, но при этом, продолжая держать перед собой в руках включенную бензопилу, высказывая в адрес ФИО3 угрозы убийством в форме грубой нецензурной брани, снова направился в сторону последнего. После этого, ФИО3 вновь с целью пресечения противоправных действий и отражения нападения Н., правой ногой с достаточной силой нанес один удар в область лица Н. слева. После данного удара Н. выпрямился и, постояв несколько секунд, отставил одну ногу назад, на бетонную ступеньку, ведущую на крыльцо дома, и упал назад на спину, ударившись затылочной частью головы об бетонную обледеневшую дорожку, ведущую от калитке до крыльца дома.

В результате своих преступных действий ФИО3 причинил Н. телесное повреждение в виде: закрытой черепно-мозговой травмы: линейного перелома чешуи затылочной кости слева с переходом на основание черепа в заднюю черепную ямку слева; кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку и вещество правой лобной доли по наружной, базальной, полюса, внутренней поверхностям, на границе базальной и внутренней поверхности левой лобной доли, крупноочаговых кровоизлияний в области полюса височной доли справа, левой затылочной доли; боковые желудочки мозга полностью заполнены свертками крови; кровоподтека (1) век правого глаза, с кровоизлиянием к конъюнктиву нижнего века у внутреннего угла и белочную оболочку у наружного угла; кровоподтека (1) с кровоизлияниями и поверхностными ранками (2) слизистой верхней губы справа; кровоизлияния (1) в слизистую верхней губы слева; кровоизлияния (1) и на фоне его поверхностных ранок (3) слизистой нижней губы справа; кровоизлияния (1) переходной каймы и слизистой нижней губы слева, на фоне его поверхностной ушибленной раны (1); ссадины (1) переходной каймы нижней губы слева; кровоизлияния (1) слизистой нижней губы слева у угла рта; внутрикожного кровоизлияния (1) лобной области слева; внутрикожного кровоизлияния (1), на его фоне ссадины наружного конца левой брови, повлекшее тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни.

Смерть Н. наступила 23 ноября 2016 года в 18 часов 00 минут в БУЗ РА «Республиканская больница» от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки и вещество головного мозга, осложнившейся отеком, набуханием, размягчением вещества головного мозга обоих полушарий с его дислокацией и вклинением в большое затылочное отверстие.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ не признал, и пояснил, что 20 ноября 2016 года он находился у себя дома один. Затем, около 18 часов к нему домой пришел ранее ему знакомый Н. и попросил у него бензопилу, пояснив, что ему необходимо что-то распилить. После этого, он передал Н., принадлежащую ему бензопилу марки «<данные изъяты>», и последний ушел. Н. пришел к нему в трезвом состоянии. С Н. он был знаком много лет, отношения между ними были хорошие, личных неприязненных отношений между ними не было. Потом, в период времени с 20 часов 20 минут до 21 часа, находясь в доме, он услышал на улице звук, работающей бензопилы, и, выглянув в окно, увидел Н., находящегося в ограде его дома и державшего в руках работающую бензопилу, которой он махал в разные стороны, и в результате этого повредил забор и калитку. Он понял, что Н. находится в состоянии алкогольного опьянения, так как последнего шатало, при этом Н. громко кричал, оскорблял его грубой нецензурной бранью, вел себя неадекватно, угрожал ему убийством, причинением вреда здоровью, таким Н. он никогда, не видел. Затем, он увидел, что Н. направился в сторону крыльца дома и стал пилить крыльцо и веранду дома, при этом высказывая в его адрес угрозы причинения ему вреда жизни и здоровью. После этого, он, чтобы как-то пресечь противоправные действия Н. сразу позвонил в отдел полиции с. Чемал и сообщил о том, что Н., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ограде его дома, повредил его имущество и угрожает ему причинением вреда жизни и здоровью. Потом, после этого, он вышел на веранду дома, и через щель в двери, ведущей на крыльцо дома, увидел Н., пилящего бензопилой столб, на одном из которых держится крыша над крыльцом, при этом Н. продолжал высказывать в его адрес угрозы причинения ему вреда жизни и здоровью. Он испугался того, что если Н. спилит этот столб, то крыша над крыльцом рухнет. После этого, он открыл дверь, ведущую в веранду дома, вышел на крыльцо и крикнул Н.: «Ты что делаешь?», на что Н. ему ответил: «Иди сюда, сейчас я с тобой разберусь! Отпилю тебе руки, ноги, и вообще пополам распилю!», и, размахивая перед собой включенной бензопилой направился в его сторону. Он, испугавшись за свою жизнь и здоровье, так как Н. мог причинить ему телесные повреждения включенной бензопилой, он, решив пресечь действия последнего и отразить нападение, с достаточной силой нанес кулаком левой руки один удар в область правого глаза Н., от которого последний слегка наклонился корпусом тела вперед и слегка наклонил голову, но при этом, продолжая держать перед собой в руках, включенную бензопилу, высказывая в его адрес угрозы убийством в форме грубой нецензурной брани, снова направился в его сторону. Видя это, чтобы пресечь эти противоправные действия и отразить нападение Н., он правой ногой с достаточной силой нанес один удар в область лица Н. слева. Он был обут в зимние матерчатые кроссовки с подошвой из каучукового материала. После данного удара Н. выпрямился и, постояв несколько секунд, отставил одну ногу назад, на бетонную ступеньку, ведущую на крыльцо дома, и упал на спину, на бетонную обледеневшую дорожку, ведущую от калитке до крыльца дома. Он думает, что Н. просто оступился. При падении Н. ударился затылочной частью головы об бетонную обледеневшую дорожку и включенная бензопила выпала у него из рук. После этого, он выключил бензопилу и зашел в дом. Минут через 10 он вновь вышел на улицу и увидел также лежащего Н. и оскорбляющего его, попытался занести последнего в дом, но у него ничего не получилось, так как Н. по телосложению больше его. Потом, минут через 15 пришел к нему домой в его сын К.Н. и помог ему занести в дом Н., который через несколько минут уснул на раскладушке. В дом Н. он решил занести в связи с тем, что на улице было очень холодно, и Н. мог бы замерзнуть. Удары Н. он нанес с целью предотвращения противоправных действий последнего, так как он опасался за свою жизнь, здоровье и имущество. До этого у него с Н. никогда конфликтов не было, находясь в состоянии алкогольного опьянения, Н. всегда вел себя спокойно. Он первый раз видел Н. в таком неадекватном состоянии. Затем, через некоторое время приехали сотрудники полиции, которым он рассказал о случившемся. Сотрудники полиции увидев, что Н. спит, уехали. У Н. на лице видимых телесных повреждений он тогда не заметил, так как его не рассматривал. Сын в тот день остался ночевать у него, лег спать в первом часу ночи. Он лег спать около 04 часов 21 ноября 2016 года. Н. лежал, храпел. Проснулся он около 07 часов 21 ноября 2016 года, затопил печь, Н. все еще спал. Затем, около 10 часов 21 ноября 2016 года он решил разбудить Н., и, подойдя к нему, стал его будить, но последний не реагировал, а лишь дышал, при этом издавая храп. После этого, он понял, что Н. плохо и вызвал скорую медицинскую помощь и позвонил в отдел полиции с. Чемал. С начало приехали медицинские работники и госпитализировали Н. в больницу, а затем приехали сотрудники полиции, которым он рассказал о случившемся и проследовал с ними в отдел полиции, где написал явку с повинной. При написании явки с повинной со стороны сотрудников полиции на него физическое и психическое давление не оказывалось.

Из оглашенного протокола явки с повинной, собственноручно написанной ФИО3 21 ноября 2016 года и отобранной оперуполномоченным ОУР ОП № 1 с. Чемал МО МВД РФ «Майминский» В., следует, что ФИО3 добровольно, без какого-либо давления со стороны сотрудников полиции сообщает о том, что 20 ноября 2016 года около 21 часа он находился дома и услышал шум работающей бензопилы на улице. Когда он посмотрел в щель в двери, то увидел Н. с бензопилой, который пилил столб крыльца, и он, испугавшись за свою жизнь, так как ФИО5 «запилит» его, открыл дверь и ударил его кулаком по лицу, отчего тот наклонил корпус вперед, не выпускал бензопилу из рук, а затем он нанес удар правой ногой в область головы, через некоторое время Н. упал. После этого, он занес Н. в дом и положил на раскладушку, а 21 ноября 2016 года для последнего вызвал скорую медицинскую помощь. (т.1 л.д. 133-135)

Из оглашенного в судебном заседании протокола проверки показаний на месте с приложением фототаблицы от 17 января 2017 года следует, что в ходе проведения проверки показаний на месте, подозреваемый ФИО3 с участием защитника, указал на крыльцо дома № 13, расположенного по <адрес> в <адрес>, Республики Алтай, как на место, где ДД.ММ.ГГГГ им было совершено преступление в отношении Н., при этом указав место, где он находился и где находился Н., используя манекен, и продемонстрировал на манекене, как он нанес один удар кулаком левой руки, в область правого глаза Н., от которого последний наклонил корпус тела вперед, после чего нанес один удар правой ногой в область лица Н., указав, что при ударе ногой, он причинил повреждения Н. в области губ и левой брови. Затем, пояснив, что после нанесенного удара Н. выпрямился, сделал шаг назад, и упал, оступившись со ступеньки крыльца высотой 15 см. на спину. Место падения представляет собой бетонную площадку, покрытую коркой льда. (т.1 л.д. 160-170)

В судебном заседании подсудимый ФИО3 оглашенные протокол явки с повинной, протокол проверки показаний на месте, подтвердил полностью.

Оценивая показания подсудимого ФИО3, данные им в ходе предварительного следствия об обстоятельствах совершенного им преступления, суд находит их достоверными, непротиворечивыми, согласующими с другими исследованными доказательствами в ходе судебного следствия.

Виновность ФИО3 в умышленном причинение тяжкого вреда здоровью, совершенном при превышение пределов необходимой обороны, подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании. Из оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Даниловой Ю.В. с согласия сторон показаний представителя потерпевшего Б., данных ею в ходе предварительного следствия следует, что с 07 мая 2013 она состояла в браке с Н., и проживала с ним совместно в <адрес>. Затем, в марте месяце 2016 года она переехала жить в с. Онгудай, из-за того, что Н. стал злоупотреблять спиртными напитками. Из-за злоупотребления спиртным у Н. случались приступы похожие на эпилептические, у него западал язык, были судороги, но в больницу по данному поводу он обращаться не хотел. Также на почве злоупотребления спиртным у Н. были признаки «белой горячки», появлялись визуальные и слуховые галлюцинации, но по данному поводу он также в больницу не обращался, на учете у нарколога и психиатра не состоял. Проживая в <адрес>, она по телефону общалась с Н., поддерживала с ним связь. 21 ноября 2016 года ей на сотовый телефон позвонил племянник Н. – О., фамилию которого она не помнит, и сказал, что Н. находится в реанимации, что у него травма головы. При каких обстоятельствах Н. была получена данная травма, Олег ей не сообщил. 23 ноября 2016 года О. вновь позвонил ей и сообщил, что Н. скончался. Примерно, 25 ноября 2016 года она приезжала в п. Усть-Сема на похороны Н., где от племянницы Н. – Натальи, фамилию которой она не помнит, ей стало известно о том, что Н. телесные повреждения, повлекшие его смерть, причинил ФИО3. На лице трупа Н. на похоронах, она видела синяки и разбитые губы. Н. находился с ФИО3 в дружеских отношениях, они были знакомы много лет. Очевидцем ссор, конфликтов между Н. и ФИО3 она никогда не была, о конфликтах между ними никогда не слышала. Н. по характеру был спокойным, неконфликтным человеком, в том числе в состоянии опьянения, не дебоширил, не скандалил, вел себя спокойно, опьянев, ложился спать. ФИО3 также может охарактеризовать, как спокойного человека, по крайней мере, в ее присутствии он вел себя всегда спокойно, адекватно, в том числе в состоянии опьянения. ФИО3 также употреблял спиртные напитки, но реже, чем Н., занимался временными заработками. (т.1 л.д. 46-48)

Из оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Даниловой Ю.В. с согласия сторон показаний свидетеля К.Н., данных им в ходе предварительного следствия следует, что 20 ноября 2016 года около 21 часа 30 минут он пришел домой к <данные изъяты> ФИО3, где увидел, лежащего на крыльце, около входа на веранду дома – Н.. Затем, отец сказал ему, чтобы он помог последнему занести в дом Н., на что он ответил согласием и они вдвоем занесли Н. в дом, где положили на раскладушку. ФИО3 пояснил ему, что Н. бегал за ним с пилой, и из-за этого ФИО3 один раз ударил Н. кулаком в лицо и один раз пнул, куда именно, не сказал.. После этого они легли спать. 21 ноября 2016 года в утреннее время около 11 часов ФИО3 позвонил в больницу и сообщил, что Н. плохо. Также 21 ноября 2016 года он увидел у Н. синяк на глазу, от него исходил запах алкоголя, но он при этом не разговаривал. Затем, приехала скорая медицинская помощь и Н. госпитализировали в больницу. Более подробно о том, что произошло между ФИО3 и Н. ему не известно. (т.1 л.д. 71-74)

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель К.А. пояснил, что 20 ноября 2016 года он находился на дежурстве в составе следственно-оперативной группы ОП №1 с. Чемал МО МВД России «Майминский». Около 21 часа 20 ноября 2016 года поступило сообщение от гражданина ФИО3, из которого следовало, что к нему домой в п. Усть-Сема, пришел ФИО11, находящийся в состоянии алкогольного опьянения. Из сообщения также следовало, что Н. вел себя агрессивно, высказывал угрозы расправы с ФИО3, бензопилой повредил имущество последнего, пытался напасть на него, держа в руках включенную бензопилу. После этого, он в составе следственно-оперативной группы прибыл по адресу: <адрес>. По прибытию на место, в доме он увидел заявителя ФИО4 и Н., который спал на раскладушке. В ходе беседы с ФИО3 ему стало известно о том, что 20 ноября 2016 года около 21 часа последний услышал работающую на улице бензопилу, и, посмотрев в окно, увидел Н., находящегося в ограде дома и державшего в руках работающую бензопилу, которой он размахивал, и в результате этого подпилил забор, калитку. Н. при этом громко кричал, оскорблял ФИО3 грубой нецензурной бранью, угрожал ему причинить вред жизни и здоровью. Затем, Н. подойдя к крыльцу дома, стал его пилить и пилить веранду дома, крича при этом, что распилит и самого ФИО3. Потом, ФИО3 вышел на веранду, и увидел, как Н., пилит бензопилой столб, на котором держится крыша над крыльцом. ФИО3 этого испугался, так как если Н. спилит столб, то крыша над крыльцом рухнет, поэтому открыл дверь, вышел на крыльцо и крикнул Н., чтобы последний прекратил пилить столб. После этого, Н. размахивая включенной бензопилой, пошел в сторону ФИО3, который испугавшись за свою жизнь, кулаком руки ударил Н. в глаз, а затем, после того, как Н. снова направился в его сторону, нанес один удар ногой в область лица Н.. ФИО3 говорил о том, что он нанес удары Н. из-за того, что он боялся за свою жизнь и чтобы остановить противоправные действия последнего. Затем, Н. оступился со ступеньки, ведущей на крыльцо дома, и упал на спину, на бетонную дорожку, в результате чего ударился затылочной частью головы об обледеневшую бетонную дорожку. Потом, ФИО3 попытался Н. занести в дом, чтобы он не замерз, но у него не получилось. Через несколько минут к ФИО3 пришел его сын К.Н. и помог ФИО3 занести в дом Н., так как последний был пьян, и самостоятельно в дом войти, не захотел. Впоследствии в доме на раскладушке Н. уснул. От Н. исходил стойкий запах алкоголя, и как ему показалось, последний спал. Он попытался разбудить Н., но у него ничего не получилось, он не просыпался. На лице у Н. имелось повреждение в районе носа, иных повреждений он не заметил. У ФИО3 телесных повреждений не было. После этого, начальник дознания М. провел осмотр места происшествия, и следственно-оперативная группа уехала, оставив Н. в доме у ФИО3.

Допрошенный в ходе судебного заседания эксперт Л.И. пояснил, что им была проведена судебно-медицинская экспертиза № 351, и сделан вывод о том, что описанные телесные повреждения, имевшиеся у Н. и приведшие к смерти последнего, составляют единый комплекс черепно-мозговой травмы. Судя по локализации телесных повреждений, множественности и характеру, образовались не менее чем от трех ударов по лицу твердого тупого предмета (предметов), конструктивные особенности которого в повреждениях не отобразились, и однократного падения с высоты собственного роста назад с ударом левой затылочной областью головы об твердую поверхность, конструктивных особенностей которой в повреждениях не отобразились. От какого именно ударного травматического воздействия была причинена закрытая черепно-мозговая травма (кровоизлияния под оболочки и вещество головного мозга), установить не представляется возможным, так как могло произойти от любого из перечисленных воздействий. Затем, при проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы, когда ему был предоставлен протокол проверки показаний на месте с приложением фототаблицы, сделан вывод о том, что исходя из локализации имеющихся телесных повреждений, образование их в условиях, обозначенных в протоколе проверки показаний на месте, а именно в результате однократного удара кулаком ФИО3 в область правого глаза потерпевшего, с последующим наклоном головы и тела потерпевшего вперед, и затем однократным ударом тыльной поверхностью стопы ФИО3 в область лица слева потерпевшего (область губ рта, область левого глаза, левой брови и лобной области слева), с дальнейшим падением потерпевшего назад на спину, на бетонную площадку, не исключается. Как следует, из первичной экспертизы телесные повреждения образовались не менее чем от трех ударов по лицу твердого тупого предмета (предметов), и однократного падения с высоты собственного роста назад, к этому выводу он пришел в связи с тем, что повреждения располагались в трех областях лица, а когда был предоставлен протокол проверки показаний на месте с участием ФИО3, и стало известно сколько было нанесено Н. ударов, он не исключил и пришел к выводу, что да, возможно один удар кулаком был нанесен в область правого глаза Н., один удар ногой в область лица последнего и последующим потом падением. При проведении экспертизы, он не мог установить, от какого именно ударного травматического воздействия была причинена закрытая черепно-мозговая травма, приведшая к смерти потерпевшего, в связи с тем, что произошло кровоизлияние под оболочки и вещество головного мозга, которое осложнилось отеком, набуханием, размягчением вещества головного мозга обоих полушарий с его дислокацией и вклиниванием в большое затылочное отверстие. Осложнение произошло в результате того, что в течение 10-12 часов медицинская помощь оказана не была. Повреждения, которые установлены экспертизой, они совместимы с жизнью, при своевременно оказанной медицинской помощи. Он может лишь предположить, что вероятнее всего это наступило в результате падения потерпевшего назад спиной и ударением затылочной части головы об бетонную площадку, так как большая часть повреждений сосредоточена в области затылочной части головы, но он этого утверждать не может, так как не может разграничить удары и падение. Он также в связи с произошедшим кровоизлиянием под оболочки и вещество головного мозга, которое осложнилось отеком, набуханием, размягчением вещества головного мозга обоих полушарий с его дислокацией и вклиниванием в большое затылочное отверстие, не может сказать о том, какой по степени тяжести причинен вред здоровью Н. в результате нанесения ему одного удара кулаком руки в область правого глаза и одного удара ногой в область лица слева ФИО3, не исключено, что и побои. Удары были нанесены с достаточной силой. От данных ударов на секции линейный перелом чешуи затылочной кости слева с переходом на основание черепа в заднюю черепную ямку слева произойти не мог, данное повреждение возникло в результате падения. При этом, исходя из показаний подсудимого, протокола проверки показаний на месте, он приходит к выводу о том, что потерпевший Н. упал на спину и ударился затылочной части головы о бетонную площадку, либо в результате того, что он оступился, либо в связи с тем, что был пьян и его шатало, и плюс к этому у него в руках находилась включенная бензопила, которая могла перевесить, но не в результате нанесенного ему удара ногой в область лица, так как признаки придания ускорения отсутствуют.

Показания представителя потерпевшего Б., свидетелей К.Н., К.А., эксперта Л.И., логичны, последовательны, не противоречивы между собой, поэтому, у суда нет оснований, не верить показаниям представителя потерпевшего, указанных свидетелей и эксперта.

Виновность подсудимого, также подтверждается исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела.

Из протокола осмотра места происшествия с приложением фототаблицы – придомовой территории и жилого дома, расположенного по <адрес>, в <адрес>, Республики Алтай следует, что в ходе осмотра на столбе хозяйственной постройки – дровяника имеется спил. 20 ноября 2016 года Н.. Вход в дом осуществляется через деревянную веранду. Перед верандой расположено крыльцо размером 1х1 м., нижняя часть которого бетонная, имеется крыша, с правой стороны расположен деревянный столб, удерживающий крышу, на котором на расстоянии 1 м. от земли имеется спил глубиной 5 см. При входе в дом на полу с левой стороны обнаружена бензопила марки «<данные изъяты>» в корпусе черного и желтого цвета, которая была изъята (т.1 л.д. 19-28), и впоследствии осмотрена (т.1 л.д. 1270131), признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства и хранится в камере хранения вещественных доказательств Майминского МСО СУ СК РФ по Республике Алтай. (т.1 л.д. 132)

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № 351 начатой 25 ноября 2016 года и оконченной 16 декабря 2016 года усматривается, что при судебно-медицинской экспертизе трупа Н. обнаружены следующие телесные повреждения:

Закрытая черепно-мозговая травма (по клинико-морфологическим данным): по клиническим данным - сознание отсутствует, кома, следы крови в полости рта, в параорбитальной области справа кровоподтек, линейный перелом левой затылочной кости с переходом на основание, контузионные очаги правой лобной доли, затылочных долей, внутримозговая гематома глубоких отделов правого полушария с прорывом крови в желудочковую систему, дислокация срединных структур мозга, субарахноидальное кровоизлияние; на секции - линейный перелом чешуи затылочной кости слева с переходом на основание черепа в заднюю черепную ямку слева; кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку и вещество правой лобной доли по наружной, базальной, полюса, внутренней поверхностям, на границе базальной и внутренней поверхностей левой лобной доли, крупноочаговые кровоизлияния в области полюса височной доли справа, левой затылочной доли; боковые желудочки мозга полностью заполнены свертками крови, (объемом справа 60-70 мл, слева - 50 мл). Кровоподтек (1) век правого глаза, с кровоизлиянием к конъюнктиву нижнего века у внутреннего угла и белочную оболочку у наружного угла. Кровоподтек (1) с кровоизлияниями и поверхностными ранками (2) слизистой верхней губы справа. Кровоизлияние (1) в слизистую верхней губы слева. Кровоизлияние (1) и на фоне его поверхностные ранки (3) слизистой нижней губы справа. Кровоизлияние (1) переходной каймы и слизистой нижней губы слева, на фоне его поверхностная ушибленная рана (1). Ссадина (1) переходной каймы нижней губы слева. Кровоизлияние (1) слизистой нижней губы слева у угла рта. Внутрикожное кровоизлияние (1) лобной области слева. Внутрикожное кровоизлияние (1), на его фоне ссадина наружного конца левой брови.

Данные повреждения составляют единый комплекс черепно-мозговой травмы. Судя по локализации телесных повреждений, множественности и характеру, образовались не менее чем от трех ударов по лицу твердого тупого предмета (предметов), конструктивные особенности которого в повреждениях не отобразились и однократного падения с высоты собственного роста назад с ударом левой затылочной областью головы об твердую поверхность, конструктивных особенностей которой в повреждении не отобразилось. От какого именно ударного травматического воздействия была причинена закрытая черепно-мозговая травма (кровоизлияния под оболочки и вещество головного мозга), установить не представляется возможным, так как могло произойти от любого из перечисленных воздействий. После получения данной травмы может наступить потеря сознания на неопределенный промежуток времени (секунды, минуты, часы), с последующим восстановлением сознания и возможностью совершения каких-либо активных действий (передвигаться, кричать, оказывать сопротивление и т.д.) до момента потери сознания. Локализация повреждений на лице свидетельствует, что потерпевший был обращен лицом к нападавшему, а положение тела самого потерпевшего изменялось, он мог находиться в любом положении, за исключением положений, при которых поврежденные области были бы не доступны. Высказаться в утвердительной форме о последовательности их причинения не представляется возможным в виду короткого промежутка времени между их причинением. Согласно пункту 6.1.2., 6.1.3. приказа № 194 Н от 24.04.2008 года «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» данные повреждения оцениваются, как повлекшие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Судя по морфологическим данным (характер гематомы, кровоизлияния в мягкие ткани, под оболочки и вещество головного мозга с наличием выраженной клеточной и сосудистой реакциями, синюшно-фиолетовый цвет кровоподтеков, ссадины с корочкой выше уровня окружающей кожи), известным данным медицинских документов (анамнез заболевания - обнаружен около 22 часов 20 ноября 2016 года и цвет кровоподтека красно-багровый), можно сказать, что телесные повреждения были причинены за несколько часов - десятков часов назад до поступления в стационар 21 ноября 2016 года в 12 часов 45 минут, не исключается незадолго до его обнаружения в 22 часа 00 минут 20 ноября 2016 года.

2. Смерть Н. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки и вещество головного мозга, осложнившаяся отеком, набуханием, размягчением вещества головного мозга обоих полушарий с его дислокацией и вклинением в большое затылочное отверстие. Судя по записям в медицинском документе, смерть Н. наступила 23 ноября 2016 года в 18 часов 00 минут. (т.1 л.д. 102-108)

Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 351 (доп) начатой 18 января 2017 года и оконченной 20 января 2017 года усматривается, что при дополнительной судебно-медицинской экспертизе трупа Н., обнаружены следующие телесные повреждения:

Закрытая черепно-мозговая травма (по клинико-морфологическим данным): по клиническим данным - сознание отсутствует, кома, следы крови в полости рта, в параорбитальной области справа кровоподтек, линейный перелом левой затылочной кости с переходом на основание, контузионные очаги правой лобной доли, затылочных долей, внутримозговая гематома глубоких отделов правого полушария с прорывом крови в желудочковую систему, дислокация срединных структур мозга, субарахноидальное кровоизлияние; на секции - линейный перелом чешую затылочной кости слева с переходом на основание черепа в заднюю черепную ямку слева; кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку и вещество правой лобной доли по наружной, базальной, полюса, внутренней поверхностям, на границе базальной и внутренней поверхностей левой лобной доли, крупноочаговые кровоизлияния в области полюса височной доли справа, левой затылочной доли; боковые желудочки мозга полностью заполнены свертками крови, (объемом справа 60-70 мл, слева - 50 мл). Кровоподтек (1) век правого глаза, с кровоизлиянием к конъюнктиву нижнего века у внутреннего угла и белочную оболочку у наружного угла. Кровоподтек (1) с кровоизлияниями и поверхностными ранками (2) слизистой верхней губы справа. Кровоизлияние (1) в слизистую верхней губы слева. Кровоизлияние (1) и на фоне его поверхностные ранки (3) слизистой нижней губы справа. Кровоизлияние (1) переходной каймы и слизистой нижней губы слева, на фоне его поверхностная ушибленная рана (1). Ссадина (1) переходной каймы нижней губы слева. Кровоизлияние (1) слизистой нижней губы слева у угла рта. Внутрикожное кровоизлияние (1) лобной области слева. Внутрикожное кровоизлияние (1), на его фоне ссадина наружного конца левой брови.

Исходя из локализации имеющихся телесных повреждений, образование их в условиях, обозначенных в письменной форме и фотофиксацией в протоколе проверки показаний на месте, а именно, в результате однократного удара кулаком подозреваемого в область правого глаза потерпевшего, с последующим наклоном головы и тела потерпевшего вперед, и затем однократным ударом тыльной поверхностью стопы подозреваемого в область лица слева потерпевшего (область губ рта, область левого глаза, левой брови и лобной области слева), с дальнейшим падением потерпевшего назад на спину, на бетонную площадку, не исключается. (т.1 л.д. 123-125).

Давая правовую оценку действиям подсудимого ФИО3, суд исходит из установленных приведенными выше доказательствами обстоятельств дела, согласно которым суд делает вывод о том, что 20 ноября 2016 года в период времени с 20 часов 20 минут до 21 часа, ФИО3, находясь в своем <адрес> услышал на улице звук, работающей бензопилы, и, посмотрев в окно, увидел Н., находящегося в ограде его дома в состоянии алкогольного опьянения и державшего в руках работающую бензопилу, которой он размахивал в разные стороны, в результате чего повредил забор и калитку. Затем, с целью дальнейшего повреждения имущества, принадлежащего ФИО3 и причинения последнему вреда жизни и здоровью, Н. направился в сторону крыльца вышеуказанного дома и стал пилить крыльцо и веранду дома, при этом высказывая в адрес ФИО3 угрозы причинения ему вреда жизни и здоровью. После этого, ФИО3 с целью пресечения противоправных действий Н. позвонил в ОП № 1 с. Чемал МО МВД России «Майминский» и сообщил о том, что Н., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ограде его дома, повредил его имущество и высказывает в его адрес угрозы причинения вреда жизни и здоровью. Потом, сразу же после сообщения в отдел полиции о происходящем, ФИО3 вышел на веранду дома, и увидел Н., который продолжал осуществлять свои противоправные действия, направленные на повреждение имущества ФИО3, а именно пилил бензопилой столб, на одном из которых держится крыша над крыльцом, при этом продолжая высказывать угрозы причинения последнему вреда жизни и здоровью. ФИО3, испугавшись того, что если Н. спилит данный столб, то крыша над крыльцом рухнет, открыл дверь, ведущую в веранду дома, вышел на крыльцо и крикнул Н.: «Ты что делаешь?», на что Н. ему ответил: «Иди сюда, сейчас я с тобой разберусь! Отпилю тебе, руки, ноги, и вообще пополам распилю!», и, размахивая перед собой включенной бензопилой направился в сторону ФИО3. После этого, ФИО3 опасаясь за свою жизнь и здоровье, с целью пресечения противоправных действий и отражения нападения Н., осознавая, что его действия не соответствуют степени и характеру посягательства со стороны Н. по отношению к нему, поскольку указанные противоправные действия Н. совершал, находясь в состоянии алкогольного опьянения, ФИО3 имея возможность объективно оценить степень и характер опасности действий со стороны Н., понимая, что действия последнего свидетельствуют о нападении, сопряжены с возможным насилием, опасным для его жизни и здоровья, либо непосредственной угрозой применения такого насилия, действуя умышленно при превышении пределов необходимой обороны, не использовав возможность осуществить оборону менее опасным и более мягким способом, осознавая общественно-опасный характер своих действий, предвидя возможность причинения тяжкого вреда здоровью Н., нанес с достаточной силой кулаком левой руки один удар в область правого глаза Н., от которого последний слегка наклонился корпусом тела вперед и слегка наклонил голову, но при этом, продолжая держать перед собой в руках включенную бензопилу, высказывая в адрес ФИО3 угрозы убийством в форме грубой нецензурной брани, снова направился в сторону последнего. После этого, ФИО3 вновь с целью пресечения противоправных действий и отражения нападения Н., правой ногой с достаточной силой нанес один удар в область лица Н. слева. После данного удара Н. выпрямился и, постояв несколько секунд, отставил одну ногу назад, на бетонную ступеньку, ведущую на крыльцо дома, и упал назад на спину, ударившись затылочной частью головы об бетонную обледеневшую дорожку, ведущую от калитке до крыльца дома.

В результате преступных действий ФИО3 Н. были причинены телесные повреждения, повлекшее тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни последнего.

Обстоятельства дела, установленные судом, свидетельствуют о том, что в момент совершения данного деяния ФИО3 находился в состоянии необходимой обороны, однако выбранный им способ защиты явно не соответствовал степени опасности посягательства. Несмотря на то, что действия подсудимого ФИО3 при превышении пределов необходимой обороны и являлись умышленным, их нельзя рассматривать как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, так как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, предполагает действия, непосредственно направленные на причинение результата, что в данном случае, не имело места. Целью подсудимого ФИО3 являлось предотвращение наступления опасных последствий для его жизни и здоровья, то есть предотвращение нападения со стороны потерпевшего Н. и предотвращения противоправных действий последнего, направленные на повреждение имущества ФИО3.

В ходе предварительного следствия, а также в ходе судебного следствия стороной обвинения не представлено доказательств того, что умысел подсудимого ФИО3 был направлен именно на совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, так как из доказательств, исследованных в ходе судебного следствия следует, что Н. пришел к ФИО3 домой с включенной бензопилой с целью повреждения имущества, принадлежащего ФИО3 и причинения последнему вреда жизни и здоровью, что подтверждено доказательствами исследованными в ходе судебного следствия.

Поэтому, в связи с вышеизложенным, суд принимает решение о переквалификации действий ФИО3 с ч.4 ст. 111 УК РФ на ч.1 ст. 114 УК РФ, и квалифицирует действия подсудимого ФИО3 по ч.1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышение пределов необходимой обороны.

Суд считает, что в судебном заседании виновность ФИО3 в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном ч.1 ст. 114 УК РФ нашла доказательственное подтверждение.

Оценив и проанализировав исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает их допустимыми, достоверными и достаточными для признания виновным ФИО3 в совершении им преступления, предусмотренного ч.1 ст. 114 УК РФ.

Согласно заключению комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 5 начатой 10 января 2017 года и законченной 11 января 2017 года установлено, что ФИО3 каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдал в период инкриминируемого ему деяния. Он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ему деяния. ФИО3 в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. У ФИО3 имеются такие индивидуально-психологические особенности, как активность, стремление к доминированию в отношениях, упорство, независимость в отстаивании своих взглядов, повышенная эмоциональность, импульсивность и быстрота в принятии решений, негибкость установок, которые нашли отражение, но не оказали существенного влияния на его поведение в период инкриминируемого ему деяния. ФИО3 в период инкриминируемого ему деяния в состоянии аффекта не находился. (т.1 л.д. 114-119)

С учетом имеющихся характеризующих данных на ФИО3, его поведения в судебном заседании, исходя из установленных обстоятельств дела, суд признает его вменяемым. Оснований для иного вывода у суда не имеется.

Указанное заключение не вызывает у суда сомнений, поэтому подсудимый подлежит уголовному наказанию, как вменяемое лицо.

При назначении наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности, совершенного преступления, данные о личности виновного, в том числе обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого.

ФИО3, совершил преступление, относящееся согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ к категории преступлений небольшой тяжести.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд признает написание явки с повинной, полное признание вины по ч.1 ст. 114 УК РФ, чистосердечное раскаяние по ч.1 ст. 114 УК РФ, активное способствование раскрытию и расследованию данного преступления, состояние здоровья последнего и оказание помощи потерпевшему, выразившееся в вызове скорой медицинской помощи, нахождение на иждивении малолетнего ребенка, а также противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

По месту жительства ФИО3 характеризуется с удовлетворительной стороны.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, судом не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности ФИО3, обстоятельств смягчающих наказание, наличия регистрации на территории РФ и имеющего место постоянного проживания на территории РФ, исходя из целей назначения наказания по исправлению осужденного, суд назначает ФИО3 наказание в виде ограничения свободы в пределах санкции Уголовного закона. Суд полагает, что назначение подсудимому наказания в виде ограничения свободы будет отвечать целям и задачам наказания, восстановлению социальной справедливости, способствовать его исправлению и предупреждению совершения новых преступлений. Поскольку суд пришел к выводу о назначении подсудимому не наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией ч.1 ст. 114 УК РФ, к назначенному наказанию положения ч. 1 ст. 62 УК РФ применению не подлежат.

Оснований для применения положений ст. ст. 72.1, 82.1 УК РФ, не имеется.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с ч.3 ст. 81 УПК РФ.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ суд, учитывая, что ФИО3 имущественно несостоятелен, постоянного источника дохода не имеет, полагает необходимым освободить ФИО3 от уплаты процессуальных издержек, так как это может существенно отразиться на материальном положении осужденного.

Гражданский иск по делу, не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296-304, ст.ст. 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ и назначить ему наказание в виде 08 месяцев ограничения свободы.

В соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на ФИО3 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 часов до 06 часов; не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать; не изменять место жительства, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием, осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Обязать ФИО3 один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием, осужденным наказания в виде ограничения свободы для регистрации.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО3 по вступлению приговора в законную силу, отменить.

Вещественное доказательство по делу: бензопила марки «<данные изъяты>», хранящаяся в камере хранения вещественных доказательств Майминского МСО СУ СК РФ по Республике Алтай, по вступлению приговора в законную силу – вернуть законному владельцу ФИО3.

Расходы на оплату труда адвокатов Тырышкина А.А. в сумме <данные изъяты> рублей и ФИО2 в сумме <данные изъяты> рублей, компенсировать за счет средств федерального бюджета.

Освободить осужденного ФИО3 от уплаты процессуальных издержек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Алтай в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденному, содержащемуся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение десяти суток со дня вручения копии приговора ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав, об этом в апелляционной жалобе.

Председательствующий: М.В. Фролова