Приговор № 1-116/2020 от 8 октября 2020 г. по делу № 1-116/2020

№


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ года

Омский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Порсик Т.В.,

с участием государственного обвинителя Грициковой К.А., Холодовой О.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Третьяка А.В., представившего ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшего АСЭ,

при секретаре Доценко Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело, по которому

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, русский, с неполным средним образованием, в браке не состоящий, неработающий, невоеннообязанный, инвалид 3 группы, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, судимости не имеющий,

обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст. 318 ч. 1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей применил насилие, не опасное для жизни и здоровья, а также угрожал применением ему насилия.

Преступление совершено ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, в период с 00.14 час. до 02.00 час. ДД.ММ.ГГГГ, в <адрес> при следующих обстоятельствах.

В указанное выше время группа в составе помощника оперативного дежурного дежурной части отделения полиции «<данные изъяты> отдела МВД РФ по <адрес> АСЭ, а также полицейского (водителя) взвода (комендантского) по охране объектов ОВД полиции МВД РФ по <адрес> СЖК, являясь представителями власти, находясь в форменном обмундировании при исполнении своих должностных обязанностей, прибыли к дому, расположенному по <адрес> для проверки сообщения ФИО1 о совершенном правонарушении.

При этом ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения на территории указанного домовладения, в присутствии ШАА и КИС, осознавая, что сотрудник полиции АСЭ находится при исполнении должностных обязанностей, стал выражаться в его адрес грубой нецензурной бранью, после чего распылил в лицо АСЭ слезоточивый газ, причинив физическую боль.

После этого ШАА открыл калитку и впустил сотрудников полиции АСЭ и СЖК на территорию названного выше домовладения, где ФИО1, в продолжение своего преступного умысла вновь распылил в лицо АСЭ в связи с исполнением им своих должностных обязанностей слезоточивый газ, после чего нанес ему не менее пяти ударов топором по обеим кистям и не менее одного удара топором в область левого бедра, причинив физическую боль, высказывая при этом в адрес АСЭ угрозу применения насилия в виде причинения телесных повреждений.

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № в результате преступных действий ФИО1 АСЭ были причинены повреждения в виде поверхностных ран в области обеих кистей, ссадин в области левого бедра, которые как в совокупности, так и каждое отдельно, вреда здоровью не причинили.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления в судебном заседании не признал, отрицал факт умышленного причинения телесных повреждений сотруднику полиции, а также факт угроз применения к нему насилия. При этом суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время после употребления спиртных напитков по месту его жительства в <адрес> в <адрес> между ним и МГА произошел конфликт, в ходе которого он нанес ей удар по лицу. По этим основаниям МГА по телефону вызвала скорую медицинскую помощь, а он в свою очередь в связи с угрозами МГА - сотрудников полиции. Через некоторое время, когда МГА уже ушла, кто-то приехал к его дому. Выйдя в ограду, он подошел к забору, за которым увидел волосистую часть головы неизвестного мужчины, назвавшегося сотрудником полиции. Однако на его требования этот мужчина подтверждающие документы не представил, стал его (ФИО1) оскорблять. Затем этот мужчина через отверстие между листами ограждения распылил ему в лицо газ из газового баллончика. О том, что этот мужчина действительно сотрудник полиции в тот момент ему известно не было. В ответ он (ФИО1) также распылил в сторону мужчины через забор газ из перцового баллончика, который имел при себе. В это время второй мужчина за забором, как в последующем он понял водитель автомобиля, предложил первому мужчине сломать ворота. Он (ФИО1) сходил домой умыться и возле умывальника взял топор, чтобы припугнуть пришедших к нему мужчин, поскольку те вели себя вызывающе и угрожали убить его собаку. Выйдя во двор, увидел лежащим на земле в форменном обмундировании сотрудника полиции А, который уже перепрыгнул через забор домовладения и отбивался ногами от собаки. Он (ФИО1), имея намерение отогнать собаку от А и припугнуть последнего, не целясь куда-либо, ударил топором о землю и случайно попал по ноге потерпевшего. После чего он отбросил топор и ушел. Умышленно ударов сотруднику полиции А он не наносил, угроз убийством и применения насилия не высказывал, газовый баллончик применил в ответ на такие же действия А. Изначально не знал, что за забором находятся сотрудники полиции. При освидетельствовании на предмет телесных повреждений он говорил эксперту о применении в отношении него газового баллончика, однако причины, по которым эксперт это не отразила, пояснить не смог. Считает, что потерпевший и свидетели обвинения его оговаривают.

Показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании суд оценивает критически, как избранный им способ защиты, поскольку эти показания противоречат совокупности исследованных судом доказательств.

В частности, эти показания противоречат показаниям самого ФИО1 в качестве подозреваемого (том 1 л.д. 38-41), из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 00 час. 30 мин. к их дому приехал служебный автомобиль, из которого вышли два сотрудника полиции в форменном обмундировании и постучали в ворота его дома. Он через забор начал беседовать с одним из них, ранее ему известным А, который ему не представился. Он попросил подождать пока заведет собаку, но А выломал ворота, прошел на территорию домовладения и распылил газ из баллончика в морду собаке. Желая припугнуть А, он взял топор и стал им махать в сторону полицейского, осознавая возможность причинения ему телесных повреждений. В последующем ему стало известно, что он причинил А несколько колото-резаных ран обеих ладоней и левой ноги. После он убрал топор и ушел. Вину в применении насилия к представителю власти признал полностью. Однако угроз применения насилия не высказывал.

В последующем ФИО1 изменил свои показания и в качестве обвиняемого (том 1 л.д. 149-152) пояснил, что фамилию прибывшего к его дому сотрудника полиции А он узнал позже. Не видел, находились ли сотрудники полиции в форменном обмундировании. Указал, что в ответ на его замечание о недопустимости действий по излому калитки, А распылил ему в лицо газ из перцового баллончика. В ответ на эти действия он также распылил в лицо А газ из перцового баллончика, а сам направился в дом умыться. В доме он взял топор, с которым вышел во двор, где увидел, как А перелез через забор и стал распылять газ из баллончика в морду собаке, его (ФИО1) замечания А игнорировал. Имея цель припугнуть сотрудника полиции в связи с его неправомерным поведением, стал махать в его сторону топором. В какой-то момент А упал, и он (ФИО1) нанес ему два удара по левой ноге. После чего отбросил топор и ушел. Других повреждений сотруднику полиции не причинял, угроз применения насилия и убийства не высказывал.

Такие же показания даны ФИО1 в ходе очной ставки с потерпевшим АСЭ (том 1 л.д. 135-147).

Таким образом, в ходе следствия, будучи допрошенным с соблюдением норм УПК РФ, после разъяснения процессуальных прав, в том числе не свидетельствовать против самого себя, ФИО1 признавал тот факт, что распылил газ из баллончика в лицо сотрудника полиции АСЭ, а также махал в его сторону топором, вследствие чего причинил телесные повреждения. Изложенные показания суд принимает за основу, поскольку, в целом, они существенно не противоречат исследованным судом доказательствам, а в остальной части показания ФИО1 на следствии суд оценивает критически как избранный способ защиты, поскольку они противоречат как друг другу, так и другим доказательствам стороны обвинения.

Так, из показаний в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ потерпевшего АСЭ следует, что ДД.ММ.ГГГГ, около 00 час. 10 мин., когда он нес службу в качестве помощника оперативного дежурного, в дежурную часть ОМВД России по <адрес> поступило сообщение от ФИО1 о конфликте по месту его жительства по <адрес> в <адрес>. В целях проверки данного сообщения по указанию начальника смены он, действуя согласно должностной инструкции и Законом «О полиции», вместе с водителем полицейским СЖК прибыли по указанному ФИО1 адресу. При этом оба находились в форменном обмундировании. Следом за ними прибыла карета скорой медицинской помощи. Он (А) совместно с фельдшером КИС и СЖК подошли к воротам дома. Заглянув сверху забора, увидел ФИО1 и ШАА в состоянии алкогольного опьянения. Представившись ФИО1, объяснил цель прибытия к месту событий, спросил у ФИО1 основания вызова сотрудников полиции. В этот момент ФИО1, находясь на территории домовладения, стал грубить и оскорблять его, а затем распылил ему (А) в лицо газ из баллончика, от чего он испытал боль и стал умывать лицо снегом. Затем из-за забора ШАА попросил о помощи и защиты от ФИО1 и открыл им ворота. Он (А) по предложению ШАА зашел во двор, проследовал вглубь, и в этот момент из-за угла дома появился ФИО1 с топором в руках, вновь распылил ему (А) газ из перцового баллончика, после чего сверху-вниз нанес 4-5 ударов рабочей частью топора и попал по ладоням, которыми он (А) прикрывал голову. Он объяснял ФИО1, что является должностным лицом и находится при исполнении служебных обязанностей, но ФИО1 не реагировал. Когда он пытался защищаться и отобрать у ФИО1 топор, тот нанес ему удар топором по левому бедру. В процессе применения насилия Федоров высказывал в его адрес угрозы убийством. В какой-то момент он поскользнулся и упал. Затем ему удалось выбить топор из рук ФИО1, и последний убежал в сторону лесополосы. Он (А) газовый баллончик и насилие в отношении ФИО1 не применял.

В последующем ДД.ММ.ГГГГ, будучи дополнительно допрошенным по ходатайству государственного обвинителя, потерпевший АСЭ пояснил, что Федоров во дворе дома стал замахиваться на него топором, находясь на расстоянии около 3-5 метров от него, затем стал от себя толкать топор острием в его сторону. В этом момент он (А) попытался забрать из рук ФИО1 топор, и в ходе борьбы ФИО1 случайно повредил ему кисти. В процессе борьбы с ФИО1 он упал, и тот нанес ему удар топором по ноге. Заявляет гражданский иск о компенсации морального вреда в сумме 100000 руб., поскольку в результате действий ФИО1 ему были причинены физические и нравственные страдания.

Давая оценку приведенным показаниям потерпевшего, суд считает, что показания от ДД.ММ.ГГГГ потерпевшим АСЭ даны в интересах подсудимого, который принес ему свои извинения, и он простил подсудимого за содеянное, на строгой мере наказания не настаивал. Показания от ДД.ММ.ГГГГ нелогичны, противоречивы и не согласуются с другими исследованными судом доказательствами, в связи с чем суд их отвергает. При этом суд считает более достоверными показания АСЭ в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку именно эти показания согласуются со всей совокупностью исследованных судом доказательств.

В числе таких доказательств протокол проверки показаний потерпевшего АСЭ на месте, в ходе которой тот подробно описал характер действий ФИО1 в момент совершения преступления аналогично его показаниям в суде ДД.ММ.ГГГГ. (том 1 л.д. 47-60), таким же образом АСЭ излагал обстоятельства дела в ходе очной ставки с ФИО1 (том 1 л.д. 135-147).

Суд не усматривает оснований сомневаться в достоверности обозначенных показаний потерпевшего АСЭ, поскольку они в полной мере согласуются с показаниями непосредственных очевидцев событий.

В частности, в целом аналогичные показания даны в судебном заседании полицейским (водителем) взвода (комендантского) по охране объектов ОВД полиции МВД РФ по <адрес> - свидетелем СЖК, который видел, как ФИО1 через забор распылил в лицо помощника оперативного дежурного А газ из газового баллончика. Когда он и А зашли во двор домовладения по предложению ШАА, выбежал ФИО1 с топором в руке и снова распылил А газ из баллончика. После чего ФИО1 стал наносить А удары топором, направляя их сверху-вниз, от чего А защищался руками. При этом Федоров выкрикивал угрозы убийством в адрес А. В процессе борьбы А удалось забрать топор у ФИО1, и последний покинул место преступления.

Из показаний в суде очевидца описанных событий – свидетеля КИС следует, что в первом часу ночи ДД.ММ.ГГГГ он, являясь фельдшером ФИО2, в составе бригады скорой медицинской помощи на основании вызова о носовом кровотечении прибыл в <адрес> к дому № по <адрес> забора уже находились сотрудники полиции – потерпевший А и водитель, которые были в форменном обмундировании. При этом из-за забора доносилась нецензурная брань в адрес сотрудников полиции со стороны ФИО1, которого он узнал по голосу. В свою очередь А говорил ФИО1, что является сотрудником полиции и находится при исполнении должностных обязанностей, делал ФИО1 замечания, но тот не реагировал. Затем он (КИС) почувствовал запах газа из перцового баллончика и увидел, как А стал протирать глаза. В этот момент кто-то за забором стал звать на помощь. После чего один из братьев ФИО1, возможно ШАА, открыл ворота и впустил сотрудников полиции внутрь. Он (КИС), оставаясь у ворот в открытой калитке, видел, как выскочил ФИО1 с топором в руках и стал наносить этим топором удары потерпевшему, в том числе, когда последний упал. Потерпевший оборонялся руками от действий ФИО1, указывал на недопустимость такого поведения к представителю власти при исполнении должностных обязанностей. В процессе причинения повреждений Федоров высказывал в адрес А угрозы убийством. Каких-либо противоправных действий по отношению к ФИО1 сотрудники полиции не осуществляли. Затем ФИО1 убежал, а А показал ему (КИС) раны линейной формы на кистях и голени.

Из оглашенных в соответствии со ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля КАВ следует, что ДД.ММ.ГГГГ он заступил на суточное дежурство на станцию скорой медицинской помощи БУЗОО «Омская ЦРБ» ФИО2. Около полуночи он вместе с фельдшером КИС осуществлял выезд по адресу: <адрес>, в связи с поступившим вызовом о носовом кровотечении. Прибыв на место, увидел служебный автомобиль сотрудников полиции. КИС подошел к воротам дома, где уже находились сотрудники полиции. В какой-то момент он увидел, как сотрудники полиции и фельдшер отбежали от ворот. Затем кто-то открыл ворота и сотрудники полиции вошли внутрь, а КИС остался стоять у калитки. Через некоторое время в карету скорой помощи зашел КИС с сотрудником полиции А, у которого были раны в области кистей и на ноге. В ходе беседы он понял, что ФИО1 сначала распылил в лицо А газ из баллончика, а когда сотрудники полиции прошли на территорию домовладения, ФИО1 нанес А удары топором в область кистей и левой ноги. В ходе осмотра КИС поставил А диагноз: химический ожог обоих глаз, ушибленная рана левой коленки, резаная рана левого бедра и левой кисти. (том 1 л.д. 84-86).

Из показаний в суде свидетеля ШАА, который является родным братом подсудимого ФИО1, следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и МГА произошел конфликт, в связи с чем брат вызвал сотрудников полиции. Когда прибыл наряд полиции, он вместе с Федоров вышли во двор дома. Сотрудники полиции находились за забором, были в форменном обмундировании, представились, спросили о причинах вызова. Однако ФИО1 не захотел открывать полицейским ворота, стал оскорблять сотрудника полиции – А. Затем ФИО1 намеренно распылил газ из перцового баллончика в сторону полицейского А. После этого он (ШАА) попросил сотрудников полиции помочь успокоить ФИО1, а затем открыл им ворота. ФИО1 в этот момент убежал в дом, а А прошел на дворовую территорию. Спустя непродолжительное время из дома выбежал ФИО1 с топором в руках и стал махать им в сторону А, попал острием топора по руке и ноге потерпевшего, который в это время подставлял руку, обороняясь от действий ФИО1. В какой-то момент потерпевший поскользнулся и упал на правое колено, а ФИО1 продолжал замахиваться на него топором. Свои действия ФИО1 сопровождал угрозой убийством сотрудника полиции. При этом для ФИО1 было очевидно, что А находится при исполнении служебных обязанностей, поскольку он сам вызвал полицейских. Когда удалось забрать у ФИО1 топор, он убежал. В свою очередь А газовый баллончик к ФИО1 не применял, противоправных действий не совершал.

Доводы стороны защиты о противоречиях в показаниях свидетелей КИС и ШАА в части нахождения в месте событий КИС, суд находит неубедительными.

Так, из оглашенных в соответствии со ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ШАА следует, что в момент конфликта у ворот между ФИО1 и А, он видел у дома скорую помощь, из которой вышел фельдшер и встал неподалеку от сотрудников полиции. (том 1 л.д. 68-70).

Кроме того, о присутствии на месте происшествия в момент совершения преступления свидетеля КИС указали в своих показаниях потерпевший АСЭ и свидетель СЖК При этом КИС излагал обстоятельства преступления аналогично показаниям потерпевшего и свидетелей, при этом таким образом, что у суда не вызывает сомнения тот факт, что он являлся непосредственным очевидцем описываемых событий.

Из оглашенных по согласию участников процесса показаний свидетеля МГА следует, что ДД.ММ.ГГГГ, около 00.00 час. после совместного употребления спиртных напитков по месту жительства ФИО1, между ней и последним произошел конфликт, в ходе которого они нанесли друг другу удары по лицу. Поскольку от удара у нее из носа пошла кровь, она вызвала скорую помощь, а ФИО1 позвонил в полицию с сообщением об угрозах с ее стороны. Через непродолжительное время она ушла из дома ФИО1. В последующем со слов ФИО1 ей стало известно о произошедшем между ФИО1 и сотрудниками полиции конфликте. (том 1 л.д. 111-113).

Свидетель ФЮЮ в судебном заседании, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний отказался. При этом из исследованных в соответствии со ст. 281 УПК РФ показаний названного свидетеля на предварительном следствии усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ гола в ночное время он проснулся от шума. Выглянув в окно, увидел возле дома служебный автомобиль сотрудников полиции. В последующем от ШАА ему стало известно о конфликте между сотрудниками полиции и ФИО1, подробности которого ему не известны. (том 1 л.д. 131-133).

Оглашенные в соответствии со ст. 281 УПК РФ показания свидетеля ФВБ аналогичны оглашенным показаниям свидетеля ФЮЮ (том 1 л.д. 71-73, 157-160).

Согласно сведениям КУСП №, ДД.ММ.ГГГГ в 00.17 час. поступило сообщение ФИО1 о том, что по <адрес> в <адрес> ему угрожает сожительница (том 1 л.д. 107).

В ходе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – дворовой территории <адрес> в <адрес> обнаружен и изъят топор, на который присутствующий при осмотре потерпевший АСЭ указал как на орудие преступления (том 1 л.д. 101-104).

В ходе осмотра предметов – брюк от форменного обмундирования АСЭ в области левого колена обнаружен порез длиной 3 см (том 1 л.д. 121 - 125).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у АСЭ обнаружены телесные повреждения в виде поверхностных ран в области обеих кистей, ссадин в области левого бедра, левой голени, которые как в совокупности, так и каждое в отдельности вреда здоровью не причинили, могли образоваться: раны - от действий предмета с заостренным краем или концом, ссадины – от действия тупых твердых предметов, в срок, не противоречащий предварительным данным. (л.д. 97-98).

Приведенные в совокупности доказательства получены без нарушения УПК РФ и могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Оценив в совокупности исследованные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления.

К такому выводу суд приходит с учетом анализа показаний потерпевшего АСЭ от ДД.ММ.ГГГГ, показаний свидетелей СЖК, КИС и ШАА, в совокупности с заключением судебно-медицинской экспертизы, протокола осмотра места происшествия и других доказательств.

При этом показания потерпевшего АСЭ, свидетелей СЖК, КИС, ШАА в суде, а также сообщение КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ свидетельствуют о том, что сотрудники полиции АСЭ и СЖК прибыли к дому подсудимого в связи с его сообщением в полицию о происшествии по месту его жительства.

Кроме того, из показаний поименованных лиц следует, что ни АСЭ, ни СЖК не допускали противоправного поведения, в том числе применение газового баллончика, по отношению к ФИО1

Косвенно, показания названных лиц в этой части подтверждены заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, которым не установлены повреждения вследствие применения слезоточивого или иного газа (том 2 л.д. 20). Также из содержания самого заключения эксперта следует, что ФИО1 лично присутствовал при освидетельствовании, однако о применении сотрудником полиции газового баллончика эксперту не заявлял.

Поскольку каких-либо оснований для оговора ФИО1 потерпевшим и свидетелями не установлено, с учетом указанного заключения эксперта, суд отвергает показания подсудимого ФИО1 о противоправном поведении АСЭ и применении им газового баллончика к подсудимому в момент конфликта.

Статус должностного лица АСЭ как представителя власти, находящегося ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ при исполнении своих должностных обязанностей, подтверждается следующими письменными доказательствами:

- копией из приказа №/л/с от ДД.ММ.ГГГГ о назначении его на должность помощника оперативного дежурного дежурной части отделения полиции «Лузинское» ОМВД России по <адрес> (л.д. 181),

- должностной инструкцией (л.д. 183-185), в соответствии с которой:

- АСЭ в своей деятельности обязан: под руководством начальника смены участвовать в приеме дежурств; принимать поступающие заявления и сообщения о преступлениях от граждан, оформлять их в соответствии с Законом РФ «О полиции», Приказом МВД России №г, а также в соответствии со ст. 13 ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 3-ФЗ «О полиции», согласно которой он вправе требовать от граждан прекращения противоправных действий, а равно действий, препятствующих законной деятельности государственных органов, проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, доставлять граждан, то есть осуществлять их принудительное препровождение, в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в целях решения вопроса о задержании гражданина (при невозможности решения данного вопроса на месте).

Совокупность исследованных доказательств, в том числе показания указанных выше потерпевшего и свидетелей, дают суду достаточные основания сделать выводы о том, что действия полицейского АСЭ по проверке сообщения о правонарушении носили обоснованный и законный характер, соответствовали его должностной инструкции и положениям Федерального закона «О полиции» № 3-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что в инкриминируемый период времени потерпевший АСЭ, являясь представителем власти - помощником оперативного дежурного дежурной части отделения полиции «<данные изъяты>» ОМВД России по <адрес>, в момент совершения ФИО1 преступления находился при исполнении должностных обязанностей.

При этом ФИО1 данное обстоятельство было достоверно известно, поскольку из исследованных доказательств усматривается, что именно он вызвал полицейских по месту своего жительства, указав о правонарушении; сотрудники полиции прибыли к месту событий на служебном автомобиле, находились в форменном обмундировании, представились, обозначили цель прибытия. Приведенное подтверждено не только показаниями потерпевшего АСЭ и свидетеля СЖК, но и показаниями свидетелей КИС и ШАА, оснований не доверять которым судом не установлено.

Вместе с тем, ФИО1 в ответ на правомерные действия сотрудника полиции АСЭ, дважды распылил ему в лицо слезоточивый газ, а также нанес удары топором - не менее пяти по кистям, и не менее одного – по левой голени, чем причинил телесные повреждения, отраженные в заключении эксперта. Кроме того, свои действия ФИО1 сопровождал высказыванием угроз применения насилия к АСЭ, что также нашло свое подтверждение в судебном заседании в показаниях потерпевшего, свидетелей СЖК, КИС и ШАА

Между тем, суд исключает из объема обвинения ФИО1 причинение им АСЭ повреждений в виде ссадин левого голеностопного сустава, поскольку из фабулы обвинения, а также совокупности исследованных доказательств следует, что данное повреждение у АСЭ образовалось вследствие падения, и умыслом ФИО1 не охватывалось.

Вопреки доводам защиты, представленные суду доказательства свидетельствуют о том, что действия подсудимого ФИО1 по применению насилия к представителю власти АСЭ и угрозам применения насилия к нему являлись результатом его прямого умысла и были напрямую связаны с исполнением АСЭ своих должностных обязанностей по проверке сообщения о правонарушении.

В судебном заседании установлено, что в результате действий ФИО1 АСЭ были причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как не причинившие вреда здоровью.

По смыслу закона, разъясненному в абз. 3 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», насилием, не опасным для жизни или здоровья следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.).

Несмотря на характер действий виновного, орудия преступления, суд руководствуется требованиями ст. 252 УПК РФ, которая предписывает пределы судебного разбирательства лишь по предъявленному обвиняемому обвинению и его изменение не должно ухудшать положение обвиняемого.

При изложенных обстоятельствах, с учетом требований ст. 252 УПК РФ, суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 318 ч. 1 УК РФ, как применение насилия, не опасного для жизни и здоровья и угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

В судебном заседании ФИО1 вел себя адекватно окружающей его обстановке, признаков расстройства психической деятельности у него не имелось. ФИО1 подробно и логически связно давал ответы на вопросы стороны обвинения, защиты и суда, с учетом занятой им позиции защиты. В этой связи у суда не возникло сомнений по поводу его вменяемости.

Также суд не усматривает наличие в действиях ФИО1 признаков аффекта, поскольку суду не представлено доказательств о какой-либо психотравмирующей ситуации, предшествующей инкриминируемому деяния, которая могла спровоцировать внезапное сильное душевное волнение ФИО1 Между тем совокупность доказательств указывает на то, что действия подсудимого носили осмысленный характер, были мотивированы и обусловлены развитием конфликтной ситуацией и формированием в этой связи неприязни к потерпевшему.

При назначении наказания ФИО1 суд учитывает личность подсудимого, который характеризуется участковым уполномоченным отрицательно, соседями - положительно, ранее не судим, на учетах врача-нарколога и врача-психиатра не состоит.

Также суд учитывает степень общественной опасности совершенного преступления, которое в силу ст. 15 УК РФ относится к категории преступлений средней тяжести с умышленной формой вины, учитывает обстоятельства совершения преступления, влияние наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает частичное признание ФИО1, своей вины на следствии, отношение к содеянному, принесение извинений потерпевшему, инвалидность и неудовлетворительное состояние здоровья самого подсудимого и его близких.

Вместе с тем обстоятельств, которые в силу своей исключительности позволили бы суду применить правила ст. 64 УК РФ в отношении ФИО1 не установлено.

Исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что в момент совершения преступления ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения. При этом суд, с учетом установленных обстоятельств, а также показаний об этом самого ФИО1, считает, что состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, существенно снизило самоконтроль у подсудимого над своими действиями, повлияло на степень формирования неприязненных отношений к потерпевшему по поводу исполнения им своих должностных обязанностей, способствовало принятию решения о совершении преступления, а также облегчило его совершение; поэтому состояние опьянения подсудимого, вызванное употреблением алкоголя, будет являться отягчающим его наказание обстоятельством.

Оснований для применения при назначении ФИО1 наказания положений ст. 62 УК РФ не имеется, как не имеется и оснований для применения положений ст. ст. 76.2 УК РФ.

Принимая во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, характер действий виновного, мотив и цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии со ст. 15 ч. 6 УК РФ, суд не усматривает.

С учетом изложенного, совокупности обстоятельств, значимых для решения вопроса о виде и размере наказания, включая обстоятельства совершенного деяния, сведения о личности подсудимого, требования ст. 56 УК РФ, суд считает, что цели наказания в отношении ФИО1, в том числе в формировании у него правопослушного поведения, восстановления социальной справедливости, могут быть достигнуты при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы, но с применением положений ст. 73 УК РФ.

По общему правилу, в соответствии со ст. 131 ч. 2 п. 5, ст. 132 ч. 2 УПК РФ, выплаченные суммы, в виде процессуальных издержек подлежат взысканию с подсудимого. Однако, учитывая материальное положение подсудимого, его имущественную несостоятельность, состояние здоровье, суд считает возможным освободить ФИО1 от уплаты вышеуказанных издержек, возместив их за счет средств федерального бюджета.

Исковые требования потерпевшего о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в соответствии со ст. 151, 1101 ГК РФ суд полагает возможным удовлетворить частично в размере 50000 руб., учитывая при этом характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень тяжести причиненного вреда, степень вины причинителя вреда, а также руководствуется требованиями разумности и справедливости.

Судьбу вещественных доказательств надлежит разрешить в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 318 ч. 1 УК РФ, и определить ему наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным, с испытательным сроком 2 года.

Возложить на ФИО1 в течение испытательного срока следующие обязанности: в течение 10 дней после вступления настоящего приговора в законную силу встать на учет по месту жительства в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, регулярно являться на отметки в этот орган и не покидать место жительства без уведомления указанного органа, в течение 2-х месяцев со дня вступления приговора в законную силу пройти консультацию врача-нарколога, а при необходимости и отсутствии противопоказаний - курс соответствующего лечения, не совершать административных правонарушений против общественного порядка и общественной безопасности.

Взыскать с ФИО1 в пользу АСЭ компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) руб.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде по вступлении приговора в законную силу отменить.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

- топор – уничтожить,

- брюки от форменного обмундирования – оставить по принадлежности.

От уплаты процессуальных издержек ФИО1 освободить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Омский областной суд через Омский районный суд <адрес> в течение 10 суток с момента его провозглашения.

Разъяснить осужденному право в случае подачи жалобы или представления на приговор ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья Т.В. Порсик