Приговор № 1-12/2018 от 23 мая 2018 г. по делу № 1-12/2018

Дело № 1-12/2018г.


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с.Быстрый Исток 23 мая 2018 года

Судья Быстроистокского районного суда Алтайского края Соловаров С.В.,

при секретаре Юдиной М.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Быстроистокского района Елисеенко В.Ю., представителя потерпевшего Н.В.,

защитника - адвоката адвокатской конторы Быстроистокского района НО «АККА» Королевой Г.П., предоставившей удостоверение №, ордер № от 27.03.2018г.,

подсудимого ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело по обвинению

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимого, под стражей по настоящему делу не содержавшегося,

в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 158 Уголовного Кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО1 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, при следующих обстоятельствах.

В период с 19 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ до 10 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, находившегося в районе <адрес>, из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на тайное хищение имущества из дома, расположенного по адресу: <адрес>, с целью его последующей продажи и траты денег на собственные нужды. Реализуя свое преступное намерение, ФИО1 в указанный период времени зашел в ограду домовладения Н.Е., расположенного по адресу: <адрес>, и, подойдя к входной двери дома, действуя тайно, умышленно, руководствуясь корыстными побуждениями, осознавая общественно-опасный характер своих противоправных действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде причинения материального ущерба собственнику имущества и желая их наступления, убедившись, что за его преступными действиями никто не наблюдает, толкнул рукой входную, закрытую на навесной замок, дверь в дом, открыв ее, и через указанную дверь незаконно проник на веранду дома. Находясь на веранде указанного дома, ФИО1 на полу обнаружил и похитил железную кровать стоимостью 240 рублей, принадлежащую Н.Е., затем через незапертую дверь из веранды дома незаконно проник в помещение дома, где на кухне обнаружил и похитил печную чугунную плиту стоимостью 380 рублей, принадлежащую Н.Е., и с похищенной железной кроватью и печной чугунной плитой скрылся с места совершения преступления, распорядившись ими по своему усмотрению, чем причинил потерпевшей Н.Е. материальный ущерб на общую сумму 620,00 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в инкриминируемом ему деянии признал в части хищения металлической кровати из дома Н.Е. по <адрес>, в части хищения чугунной печной плиты вину не признал и пояснил, что днем ДД.ММ.ГГГГ он находился в гостях у знакомого Л.Е. по <адрес>, где отмечали день рождения М.Н. – сожительницы Л.Е., употребляли спиртное. Вечером он пошел к себе домой и, проходя мимо дома Н. по <адрес>, расположенного напротив дома Л.Е., вспомнил, что там никто не живет, поэтому там могут быть какие-нибудь металлические изделия, которые можно продать. Он решил залезть в дом и что-нибудь украсть. Примерно около 19 часов 40 минут он через калитку зашел в ограду, подошел к этому дому и увидел на веранде разбитое окно, но выносить через него вещи было бы сложно. Дверь в дом была закрыта на навесной замок, он толкнул руками дверь, и она открылась. Куда при этом делся замок, не помнит. Зайдя вовнутрь, он на веранде увидел металлическую кровать и решил её украсть, чтобы за деньги сдать как металлолом. Так как унести металлическую кровать он не смог бы, пошел к себе в дом, находящийся неподалеку, взял железные сани, на которых возит дрова, взял из старого гаража чугунную печную плиту, положил её в сани и около 20 часов пришел с санями к дому <адрес>, разобрал кровать, стоявшую на веранде дома, и положил в сани, которые повез к приемщику металла Ф.. На его стук вышла женщина, взвесила металл и дала ему деньги. Какой был вес сданного металла, а также, сколько ему женщина дала за него денег, не помнит, но меньше 200 рублей. Эти деньги он истратил в магазине, купив сигареты и что-то еще. На другой день к нему приехали сотрудники полиции и стали выяснять о данной краже, потом увезли в полицию, где участковый М.Ю. оказывая на него давление, а именно, чтобы он сознался не только в краже из дома Н. металлической кровати, но еще и чугунной печной плиты, при этом угрожал ему тем, что если он не напишет явку с повинной, то его арестуют. Чтобы этого не произошло, он написал в явке о краже кровати и печной плиты.

Вина подсудимого в совершении из дома потерпевшей Н.Е. кражи принадлежащих последней металлической кровати и чугунной печной плиты, помимо его частичного признания, нашла полное подтверждение в исследованных судом доказательствах.

Так, согласно показаниям ФИО1, допрошенным ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого в присутствии защитника Королевой Г.П. и оглашенным в судебном заседании на основании п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, около 14 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ он был в гостях на дне рождения сожительницы знакомого Л.Е. – М.Н. на <адрес>, где втроем употребляли спиртное. Около 19 часов 30 минут он пошел домой через <адрес> и когда проходил по этой улице мимо дома Н.Е., номер дома он не помнит, вспомнил, что она давно уехала в г. Барнаул Алтайского края и в там никто не живет. Решив, что там могут храниться какие-либо ценные вещи или металлические, которые можно продать, он решил залезть в дом и что-нибудь украсть. Около 19 часов 40 минут он зашел в ограду указанного дома через калитку и подошел к дому. На веранде дома он увидел разбитое окно, через которое было бы сложно выносить вещи, поэтому дверь в дом, закрытую на навесной замок, он пнул с силой, и она открылась. Куда делся замок, он не знает, так как сразу зашел на веранду, где увидел металлическую кровать и решил ее украсть, а потом, зайдя в дом, решил украсть с печи чугунную плиту с двумя отверстиями. Так как все это сразу ему не унести, пошел домой за самодельными железными санями, предназначенными для перевозки дров, и с ними вернулся к дому Н.Е. около 20 часов. Зайдя в этот дом, при этом на улице в это время никого не было, он снял печную плиту, как именно, не помнит, так как был сильно пьян, и вынес ее за ограду на сани. После вернулся на веранду, разобрал кровать и вынес ее на улицу, положив на сани. Он решил сдать похищенные им кровать и плиту как металлолом и повез их к Ф., так как они принимают металл. Как их зовут, и как называется улица, на которой они живут, он не знает. Подойдя к дому Ф., постучал в него, на улицу вышла женщина, взвесила металл, сколько было килограммов, он не помнит, как не помнит, сколько она ему заплатила. Взяв деньги, он ушел. Откуда у него эти вещи, он ей не объяснял, а она у него не спрашивала. Деньги за металл он потратил. На следующий день к нему приехали сотрудники полиции и начали расспрашивать его об этой краже; он понял, что ответственности ему не избежать, так как им все известно, и поэтому, чтобы смягчить себе наказание, написал явку с повинной. Когда брал кровать и плиту без разрешения, он понимал, что совершает преступление (л.д.103-106).

В дальнейшем ФИО2 изменил свои первоначальные показания и согласно оглашенному в заседании протоколу дополнительного допроса в качестве подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ в присутствии того же адвоката пояснил, что при первом допросе в качестве подозреваемого он сказал, что ДД.ММ.ГГГГ из дома Н.В. по <адрес> он похитил железную кровать и печную плиту, так как знал, что там пропала еще и печная плита, поэтому решил взять вину на себя, так как испугался сложившейся обстановки, а именно, что при даче объяснения сотрудники полиции сказали ему, что если он не будет сознаваться в хищении кровати и плиты, то его посадят, поэтому на первом допросе он боялся дать другие показания. Когда позже от друзей он узнал, что его никто не посадит, поэтому стал рассказывать так, как было на самом деле, то есть, что из дома Н. он вынес только кровать, а плиту, которую он сдал Ф., взял у себя дома, из гаража, когда разбирал завал. Плиту он положил на сани, когда пришел за ними домой, после чего сходил в дом к Н. за кроватью; особенностью его плиты была одна трещина, скрепленная двумя болтами, которая располагалась рядом с одним отверстием, но не доходила до него, то есть была короткой. Также уточнил, что дверь в дом Н. открыл толчком руки, а не пинком ноги, как говорил при первоначальном допросе, так как не помнил, как все было на самом деле. Вину в совершении хищения кровати из дома Н. он признает полностью и в содеянном раскаивается (л.д.110-112).

Согласно показаниям ФИО1 в качестве обвиняемого, данным ДД.ММ.ГГГГ в присутствии того же защитника и оглашенным в судебном заседании на основании п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, с предъявленным ему обвинением он согласен частично, вину в совершении хищения железной кровати из дома Н.Е. признает полностью, в содеянном раскаивается, вину в краже из ее же дома чугунной печной плиты не признает (л.д. 117-119).

Кроме того, вина ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении нашла полное подтверждение и в других исследованных судом доказательствах.

Так, представитель потерпевшей Н.В., подтвердивший в судебном заседании свои показания, данные им в предварительном следствии, пояснил, что он проживает в настоящее время по <адрес>, является пенсионером по возрасту и получает пенсию, а также подрабатывает кочегаром в магазине <данные изъяты> в с. Быстрый Исток. Здесь же, на <адрес>, расположен дом, принадлежащий его дочери Н.Е., которая около 2-х лет назад уехала на постоянное место жительства в г. Барнаул. Приезжает она в с. Быстрый Исток редко, так как у нее нет денег и не отпускают с работы. По какому адресу она проживает в г. Барнауле в данный момент, ему неизвестно, так как она часто меняет квартиры. Когда она уезжала, поручила ему присматривать за ее домом, так как в нем остались некоторые вещи, а именно металлическая кровать, деревянный стол и кровать, умывальник и печь. Иногда он и его бывшая супруга Н.З. приходили в дом дочери и проверяли, все ли там на месте. В сам дом он не заходит, а просто смотрит, проходя мимо ограды на работу в магазин, все ли в порядке. Последний раз он проходил мимо <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, около 10 часов, там все было без изменений, следов на снегу не было и все было закрыто, как прежде, дом закрыт на навесной замок. ДД.ММ.ГГГГ, когда он был на работе в кочегарке магазина «Аватар», ему позвонила бывшая супруга Н.З. и сказала, что дом дочери по <адрес> обокрали. Он решил сам сходить и убедиться в этом. Когда пришел в дом, увидел, что разбито стекло в оконном проеме на веранду, а также распахнута входная дверь. Он сразу вызвал сотрудников полиции и рассказал о случившемся. Также он зашел в дом, чтобы посмотреть, что пропало, и понял, что нет железной кровати, которой около 50 лет, и в самом доме на печи отсутствует чугунная плита с двумя отверстиями, которой около 20 лет. Кровать была в хорошем состоянии, без ржавчины. Кровать была голубого цвета с металлической сеткой и округлыми спинками. Чугунная плита от печи была с трещинами, которые исходили с двух краев плиты и доходили до края одного отверстия. Эти трещины были глубокие и визуально делили, но не переламывали плиту на две части. Кроме того, от второго отверстия исходила еще одна третья трещина, но она была слабо видимая, так как не глубокая. На каждую трещину им были наложены металлические накладки, которые прикреплялись болтами, по два болта на накладку. Трещины эти появлялись в разное время от жара в печи и от изношенности, так как плита старая. После этого приехали сотрудники полиции и осмотрели указанный дом и взяли у него объяснение. В этот же день сотрудники полиции вернули ему кровать и чугунную плиту из дома его дочери. Эти вещи он сразу узнал как принадлежащие его дочери, например, на чугунной плите стояли те самые металлические накладки, прикрученные болтами, которые он сам установил, чтобы продлить срок службы плиты. Кроме того, когда эту плиту положили на печь, она легла на место без каких-либо перекосов и вплотную с известковой замазкой; с заключением эксперта о рыночной стоимости похищенных металлической кровати и чугунной печной плиты с двумя отверстиями с учетом износа, 620 рублей, он согласен (л.д. 41-44, 45-46).

Свидетель Н.З., мать потерпевшей Н.Е., полностью подтвердившая свои показания, данные в предварительном следствии, пояснила, что в принадлежащем их дочери Н.Е. доме по <адрес>, дочь последние 2-3 года не проживает, так как уехала в г. Барнаул, поэтому она с бывшим супругом присматривают за этим домом. Вечером ДД.ММ.ГГГГ, около 17 часов, дом был закрыт на навесной замок, все было нормально. Утром около 09 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ она пошла в центр села, в магазин; проходя по <адрес> мимо дома дочери Н.Е., увидела множество следов в ограде дома, ворота были открыты, дверь в дом была также открыта. Она позвонила бывшему мужу Н.В. и рассказала о случившемся. На обратном пути, ближе к обеду, у дома дочери увидела сотрудников полиции, которые взяли у нее объяснение. В тот же день, то есть ДД.ММ.ГГГГ, сотрудники полиции возвратили похищенные из указанного <адрес> кровать и печную плиту; она сама смотрела кровать и печную плиту, которые узнала, в частности, чугунная печная плита была именно та, которая находилась до кражи на печи в доме дочери, так как на ней были трещины и Н.В., чтобы плита окончательно не лопнула, закрепил их металлическими накладками, стянутыми болтами.

Свидетель Ч.П. пояснил, что проживает в <адрес>, а также ежедневно ходит в дом сына по <адрес>, чтобы протопить печь. ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов 00 минут он вышел на улицу из дома и пошел по <адрес> к дому сына и увидел вдалеке какого-то мужчину, который зашел в ограду дома к Н., то есть по <адрес>. Разглядеть его он не смог, так как было темно. Было ли у него что-нибудь в руках, он не видел. Он зашел в дом к сыну, затопил печь, потом пошел домой. Больше он никого на улице не видел.

Свидетель М.Ю. пояснил, что является <данные изъяты> в Пункте полиции по Быстроистокскому району МО МВД России «Петропавловский»; ДД.ММ.ГГГГ он находился на суточном дежурстве в следственно-оперативной группе и в 10 часов 15 минут в дежурную часть поступило сообщение Н.В. о том, что по <адрес>, из его дома были похищены металлическая кровать и печное литье. После этого следственно-оперативная группа выехала на место происшествия, где оперуполномоченным Б.А. был произведен осмотр места происшествия, а он делал подворный обход. Они поехали отрабатывать пункты приема металла в с. Быстрый Исток, так как похищенные вещи могли сдать на металл. Когда приехали к Ф., которая занимается скупкой металла, то она пояснила, что вчера вечером, то есть ДД.ММ.ГГГГ, к ней домой приходил ФИО1 и сдавал похожие вещи. Она показала ему эти вещи, после чего он их осмотрел. Это была металлическая кровать голубого цвета, в разобранном виде, а также чугунная плита от печи с двумя отверстиями и двумя глубокими видимыми трещины по краям от одного отверстия, которые образовывали визуально прямую линию и делили плиту на две неравные части. Также при детальном осмотре мною была обнаружена еще одна не глубокая слабо видимая трещина, исходящая от второго отверстия плиты. Указанные трещины были скреплены металлическими накладками, которые фиксировались двумя болтами каждая. Плита на внешний вид была старая, с небольшой коррозией. Ф. пояснила, что именно эти вещи ей принес ФИО1 Железную кровать и чугунную печную плиту они изъяли и передали под сохранную расписку Н.В., который, как их увидел, сразу узнал и сказал, что это именно та кровать и та печная плита, которые были похищены из <адрес>, более того плиту Н.В. опознал по указанным трещинам и накладкам, пояснив, что делал их сам. В тот же день, то есть ДД.ММ.ГГГГ, он и Б.А. подъехали к дому ФИО1, который пытался убежать от них, но они ему не дали, и стали спрашивать у него о краже кровати и чугунной печной плиты из <адрес>, в присутствии отца ФИО2. Потом они предложили ФИО1 проехать с ними в Пункт полиции, на что он сначала отказывался, но потом согласился. В служебном кабинете Пункта полиции он разъяснял ФИО1 возможность дачи явки с повинной, что может повлиять при назначении ему наказания. ФИО2 сначала не соглашался, но вскоре решил написать явку и сделал это собственноручно. При этом никаких угроз в адрес ФИО2 он не высказывал, психологического или физического давления на него не оказывал, до этой кражи никаких конфликтов, ссор, неприязненных отношений с ФИО1 у него не было. ФИО2 знает как жителя Быстрого Истока, сильно пьющего, нигде постоянно не работающего, его отец купил ему дом на <адрес>, чтобы не жить с ним вместе из-за его пьянства.

Свидетель Б.А., дополнительно допрошенный по обстоятельствам написания ФИО1 явки с повинной, пояснил, что действительно ДД.ММ.ГГГГ работал совместно с ФИО3 по раскрытию кражи металлической кровати и чугунной печной плиты из <адрес>, о которой заявил Н.В. Он произвел осмотр места происшествия, о чем составил протокол, взял объяснение у Н.В., который назвал отличительные особенности украденного из дома имущества, а именно, что кровать металлическая, голубого цвета, около 50 лет в эксплуатации, в нормальном состоянии, плита печная с двумя отверстиями, около одного из которых с двух сторон имелась сквозная трещина, которую он сам скрепил металлическими накладками на болтах. Выяснив это, они с М.Ю. поехали отрабатывать приемщиков металла, в частности, к Ф., проживающей по <адрес>, которая сразу рассказала, что вчера вечером, то есть ДД.ММ.ГГГГ к ней приходил ФИО1 и сдал старую металлическую кровать и чугунную печную плиту, за которые она ему отдала деньги. Ф. показала им эти вещи, которые были изъяты и в тот же день предъявлены Н.В., который их сразу же опознал. После этого они подъехали к дому ФИО1, который находился на улице и, увидев их, пытался убежать, но они остановили его, после чего предложили проехать в Пункт полиции, чтобы поговорить о краже вещей из дома Н. по <адрес>. Когда туда приехали, М.Ю. стал работать в кабинете с ФИО2. Через некоторое время к ним в кабинет зашел он, в этот момент ФИО2 уже написал явку с повинной; М.Ю. и ФИО2 были спокойными, ФИО2 даже посмеивался, был в хорошем настроении, на М.Ю. он не жаловался. Со слов М.Ю. ему известно, что никакого давления на ФИО2 он не оказывал, тот сам добровольно написал явку, перед этим М.Ю. разъяснял ФИО2 последствия дачи явки, которая будет учитываться как смягчающее обстоятельство при назначении наказания. Он видел видеозапись написания ФИО2 явки с повинной, и поэтому утверждает, что никакого давления на него М.Ю. не оказывал.

Свидетель Ф., показания которой в предварительном следствии были оглашены в суде с согласия сторон в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, пояснила, что проживает в <адрес> совместно со своей семьей. В настоящее время она официально трудоустроена в <данные изъяты>», где работает в должности заготовителя. Данная компания находится в <адрес>, в ее обязанности входит заготовка и прием металла у населения. Когда металл набирается, приезжают грузчики из <данные изъяты>» и увозят металл. ДД.ММ.ГГГГ она находилась дома и около 20 часов в дверь постучал ФИО1 и она вышла к нему на улицу. Он сказал ей, что хочет сдать металл. Металл лежал на самодельных санях, а именно металлическая кровать и чугунная печная плита. Кровать была в разобранном виде, голубого цвета, старой сборки, особых примет у нее не было. Чугунная печная плита была с двумя отверстиями. Особенностью плиты были две трещины по бокам от одного отверстия, скрепленные пластинами и шурупами. Она взвесила металл, вес получился 45 килограммов. ФИО1 за данный металл она отдала 180 рублей и он ушел. ФИО1 был один, с ним никого не видела. Она спросила у ФИО1, откуда у него металл, на что он ответил - из дома. Около 15 часов ДД.ММ.ГГГГ к ней домой приехали сотрудники полиции и сообщили, что у Н. украли металлическую кровать и печную плиту. Она рассказала им о том, что вчера к ней приходил ФИО1 и сдал именно эти вещи и показала их. Они осмотрели указанные вещи и изъяли у нее. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов ФИО1 приходил к ней домой и спрашивал, будет ли она дома вечером, так как он ей принесет металл. Она ответила, что будет дома, и он ушел (л.д. 77-79).

Свидетель О.Ф., показания которого в предварительном следствии были оглашены в суде с согласия сторон в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, пояснил, что проживает в <адрес> и работает в котельной, в которой он находился и 07.02.2018г., когда к нему обратилась следователь Б. и попросила поучаствовать в проверка показаний на месте, он согласился. Она пояснила, что ФИО1 подозревается в совершении хищения имущества из дома Н.Е. Они сели в служебный автомобиль, в котором уже были адвокат Королева Г.П., второй понятой Р., и ФИО1, все жители Быстрого Истока. Они поехали на <адрес>. Перед началом проверки показаний на месте следователь разъяснила им их права и обязанности, а именно, что они могут наблюдать за ходом следственного действия, после чего должны удостоверить его результаты своими подписями в протоколе. Когда они находились на дороге по <адрес>, напротив <адрес>, подозреваемый ФИО1 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он праздновал день рождения у своих знакомых Л.Е. и М.Н., после чего продемонстрировал в каком доме это происходило, указав на <адрес>. Далее ФИО1 пояснил, что около 19 часов 30 минут, так как уже было темно, он пошел от них домой. Когда он вышел на улицу, то решил зайти в <адрес> по указанной улице, так как знал, что там никто не живет, чтобы что-нибудь украсть. После этого ФИО1 продемонстрировал, в какой дом он зашел, и все участвующие лица по его указанию прошли в ограду данного дома. Там ФИО1 зашел на крыльцо и показал, как он открыл дверь данного дома, а именно, что толкнул ее рукой и пояснил, что замка в момент толчка он не видел, а увидел его после, висящим на двери. Далее все участвующие лица по указанию ФИО1 прошли на веранду данного дома, где последний пояснил, что на данной веранде он обнаружил и украл металлическую кровать, после чего показал, где она стояла. Также ФИО1 пояснил, что кровать он разобрал и увез на самодельных санях к Ф., где сдал ее на металл. За санями ФИО1 ходил домой. Далее все участвующие лица прошли в дом, где оказались на кухне. Там ФИО1 пояснил, что более из дома он ничего не брал, но обстановка в доме ему знакома, так как он заходил в дом. Более ФИО1 ничего пояснять не стал (л.д. 81-83).

Свидетель Л.Е., показания которого в предварительном следствии были оглашены в суде с согласия сторон в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, пояснил, что он проживает по <адрес> совместно с сожительницей М.Н., официально не трудоустроен, живет за счет случайных заработков. Недалеко от него на <адрес> проживает его знакомый ФИО1, с которым они иногда встречаются и употребляют спиртное. ДД.ММ.ГГГГ у его сожительницы М.Н. был день рождения, и около 14 часов 00 минут они начали праздновать. В это время к ним в гости пришел ФИО1, на улице в ограде они жарили шашлыки, потом в доме втроем употребляли спиртное. Около 19 часов 30 минут, когда уже было темно, ФИО1 пошел домой, так как был сильно пьян. Примерно в 21 час к ним пришел Б., который через 30 минут ушел домой. ДД.ММ.ГГГГ около 09 часов 00 минут к ним опять пришел ФИО1, с которым они пошли на калым к П.Е.. Когда они вернулись с калыма, к ним домой пришли сотрудники полиции, от которых он узнал, что у Н.Е. из дома украли металлическую кровать и печную плиту. Об этой краже ему ничего неизвестно, ФИО1 ему ничего не рассказывал (л.д. 87-90).

Свидетель Ч.В., показания которого в предварительном следствии были оглашены в суде с согласия сторон в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он был приглашен сотрудниками полиции в качестве понятого при проведении следственных действий: выемки, осмотра предметов и следственного эксперимента. Вторым понятым был приглашен К.А. - житель с. Быстрый Исток. Они совместно со вторым понятым подошли к дому по <адрес>, номер дома он не запомнил, где находились следователь, Н.В. и специалист. Следователь разъяснила им, что сейчас будет происходить выемка предметов, которые переданы Н.В. под расписку. Перед началом следственного действия следователь разъяснила понятым их права и обязанности, после чего предложила Н.В. добровольно выдать железную кровать и чугунную печную плиту, которые переданы ему под расписку. Данные предметы Н.В. выдал добровольно. После этого следователь составила протокол, в котором после прочтения расписались все участвующие лица. Далее они по указанию Н.В. прошли в хозяйственную постройку на территории усадьбы его дома, где он показал выданные им добровольно вещи. Следователь осмотрела данные предметы, с помощью специалиста произвела замеры данных предметов, которые он не помнит. Приметами кровати был голубой цвет, корпус был с металлической сеткой. Кровать была в разобранном виде с двумя спинками разной высоты. Приметами плиты были три трещины, две из которых исходили от одного отверстия, а третья от второго отверстия. Трещины были от краев отверстий до краев плиты. Скреплены они были металлическими накладками с двумя болтами на каждой. Далее следователем был составлен протокол, в котором после прочтения расписались все участвующие лица. После этого следователь пояснила, что необходимо вместе с данной плитой проехать в дом по адресу: <адрес>, номер дома он не помнит, <адрес>, где будет происходить следственный эксперимент. Когда они подъехали к указанному дому, со слов Н.В. он понял, что это дом его дочери и там были похищены осматриваемые кровать и плита. Следователь перед началом следственного действия разъяснила им их права, ответственность и порядок проводимого следственного действия. Далее все участвующие лица прошли на кухню указанного дома. Далее следователь с помощью специалиста произвела замеры плиты и отверстия в печи. В печи отсутствовала чугунная плита. После чего сообщила им эти размеры, он их не запомнил. Далее по указанию Н.В. плиту положили в отверстие в печи, таким образом, как с его слов, эта плита лежала ранее на этой печи. После этого всем было видно, что размеры отверстия печи и чугунной плиты совпадают, плита не выпирает, ложится до известковых бороздок. После этого Н.В. пояснил, что эта плита принадлежит его дочери и находилась в этой печи, когда в декабре 2017 года ее украли. Н.В. плиту опознал по трем трещинам, и по тому, как сделаны накладки, так как пояснил, что он сам их делал. После проведения следственного эксперимента следователь составила протокол, в котором после прочтения расписались все участвующие лица (л.д. 93-95).

Свидетель защиты П.В., отец подсудимого, пояснил, что его сын ФИО1 злоупотребляет спиртными напитками, из-за чего и совершил эту кражу, а именно, сын ему сам рассказал, что он действительно украл железную кровать из дома Н. по <адрес>, но чугунную печную плиту не брал. До совершения кражи сыном он видел у него в гараже угол чугунной печной плиты, однако данную плиту он не рассматривал, сколько в ней отверстий, не знает, были ли на ней трещины, не знает. О конфликтах между сыном ФИО4 или Н.Е. ему ничего не известно.

Кроме того, вина подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается также:

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при осмотре домовладения по <адрес> зафиксирована обстановка на месте происшествия, в частности, что слева от входа в дом имеется печь, на которой отсутствует чугунная плита (л.д. 5-15);

протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при осмотре усадьбы домовладения по <адрес>, зафиксирована обстановка на месте происшествия, а также в куче металлолома обнаружены и изъяты металлическая кровать в разобранном виде голубого цвета с сеткой и чугунная печная плита с двумя круглыми отверстиями, на одном из которых имеются 2 трещины, которые соединены металлическими накладками на металлических болтах (л.д. 17-21);

заключением товароведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому рыночная стоимость похищенного имущества, на момент хищения, то есть на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составляет: кровать железная с сеткой в эксплуатации 50 лет - 240 рублей, печная чугунная плита с двумя отверстиями, в эксплуатации 20 лет - 380 рублей, итого 620 рублей (л.д.64-70);

протоколом проверки на месте показаний подозреваемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, с участием понятых О.Ф. и Р., адвоката Королевой Г.П., при этом ФИО1 рассказал и показал, как он проник в <адрес>, и украл металлическую кровать, стоявшую на веранде, которую разобрал и увез на санях к Ф., которая приняла у него металл и он получил за него деньги (л.д.122-129);

протоколом очной ставки от ДД.ММ.ГГГГ между свидетелем Ф. и подозреваемым ФИО1, согласно которому Ф. подтвердила свои прежние показания в полном объеме, в свою очередь ФИО1 пояснил, что у чугунной плиты, которую он взял у себя дома, была одна трещина с одной стороны, которая до круглого отверстия не доходила, и на эту трещину была наложена металлическая накладка, которая фиксировалась двумя шурупами или болтами, точнее он не помнит (л.д. 130-132);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, согласно которым с участием понятых и представителя потерпевшей Н.В. были осмотрены металлическая кровать и чугунная печная плита, похищенные ДД.ММ.ГГГГ из <адрес> в <адрес>, при этом отмечено, что у плиты сверху и снизу правого круглого отверстия видно 2 трещины, исходящие от края отверстия до краев плиты, обе трещины длиной по 12,5 см; от левого отверстия также отходит трещина от края отверстия до края плиты, параллельно двум другим трещинам, длиной 12,7 см. На указанные трещины с обратной стороны наложены металлические уголки 4х4см, которые скреплены насквозь каждый двумя болтами и гайками, всего 6 болтов на 3 трещины;

постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДД.ММ.ГГГГ, изъятых в ходе выемки от ДД.ММ.ГГГГ: железной кровати и печной чугунной плиты (л.д. 155);

протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому изъятая у представителя потерпевшего Н.В. печная чугунная плита была занесена на кухню дома <адрес>, где специалистом были произведены замеры плиты (40,7х71,2см) и отверстия под плиту в печной клади (41х72см), после чего данная плита была поставлена на печь; при этом Н.В. пояснил, что данная плита принадлежит его дочери Н.Е. и он опознал плиту по трем трещинам и накладкам в виде уголков с двумя болтами на каждой, так как сам их делал; при осмотре вставленной плиты в отверстие печной клади видно, что плита соответствует размерам отверстия, не выпирает, доходит ровно до бороздки из извести; по утверждению Н.В., именно эта плита с этой печи из указанного дома была похищена в декабре 2017 года (л.д. 147-154);

протоколом явки ФИО1 с повинной от ДД.ММ.ГГГГ, где он собственноручно написал, что ДД.ММ.ГГГГ украл кровать и плиту от печи из дома по <адрес> и данные вещи сдал на металл (л.д.28).

Анализируя вышеизложенные доказательства как по отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к убеждению, что вина ФИО5 в инкриминируемом ему преступном деянии доказана полностью, его действия органом предварительного расследования правильно квалифицированы по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в жилище, что не оспаривалось стороной защиты.

При этом доводы подсудимого и защиты о том, что кражу печной чугунной плиты из дома Н. по <адрес> он не совершал, так как взял свою плиту из гаража дома, где он проживает, суд во внимание не принимает, поскольку они являются надуманными, не соответствуют и противоречат совокупности исследованных судом доказательств.

Так, не доверять показаниям представителя потерпевшего Н.В. и свидетеля Н.З., данным ими как в предварительном, так и в судебном следствии, о том, что изъятая сотрудниками полиции на следующий день после совершения кражи чугунная печная плита принадлежит их дочери Н.Е., как и металлическая кровать голубого цвета, суд не может с учетом того, что их показания последовательны, логичны и непротиворечивы, полностью соответствуют показаниям свидетеля Ф., выдавшей сотрудникам полиции эти предметы на следующий день после их приемки у ФИО1, протоколам осмотра кровати и плиты и следственного эксперимента, которыми объективно зафиксировано наличие на чугунной плите трех сквозных трещин, две из которых исходят от краев круглого отверстия по направлению к противоположным краям плиты, а третья трещина исходит от второго круглого отверстия в плите к её краю, при этом каждая из указанных трещин для прочности и возможности дальнейшей эксплуатации укреплена с помощью металлических накладок двумя болтами с гайками; все накладки на трещины изготовил и установил Н.В. лично, и опознал данную плиту он именно по указанным трем накладкам; данная плита при установке её на печь легла ровно и без перекосов, при этом её края полностью совпали с известковыми бороздками на печной кладке.

К показаниям подсудимого о том, что на якобы взятой им из его гаража старой чугунной печной плите, которую он вместе с похищенной кроватью сдал на металл Ф., также была трещина, скрепленная металлической накладкой шурупами или болтами, суд относится критически, поскольку объективных доказательств наличия у него в день совершения кражи такой плиты, нет, его отец П.В., допрошенный в качестве свидетеля, пояснил, что он видел в гараже домовладения сына угол торчащей чугунной печной плиты, но когда это было, не помнит, всю плиту целиком он не видел и не знает, сколько в ней было отверстий, а также не знает, были ли на этой плите трещины и в каком количестве.

Кроме того, не могут быть положены в основу приговора показания ФИО1 в предварительном следствии и в суде в подтверждение его невиновности в краже чугунной печной плиты в связи с тем, что он, поясняя об индивидуальных признаках якобы имевшейся у него в гараже плиты, утверждал, что на ней имелась единственная трещина, которая была скреплена металлической накладкой на шурупах или болтах, тогда как на украденной из <адрес> печной плите имелось 3 трещины, на каждую из которых Н.В. установил металлические накладки с помощью болтов и гаек, то есть к похищенной плите, как следует из материалов дела, были прикручены на болты с гайками 3 металлических накладки, что не соответствует показаниям подсудимого и опровергает их.

Учитывая, что подсудимый злоупотребляет спиртными напитками, о чем поясняли его отец и сотрудники полиции М.Ю. и Б.А., а также, что подсудимый не отрицает данного обстоятельства, суд принимает во внимание показания свидетеля М.Ю. о том, что, если у ФИО1 на территории домовладения и был какой-либо металлолом, в том числе чугунная плита, он давно его сдал и полученные деньги пропил, так как он нигде постоянно не работает.

Более того, при первоначальном допросе ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого ФИО1 в присутствии защитника Королевой Г.П. также пояснял, что после проникновения в <адрес>, увидев на веранде металлическую кровать, а в самом доме на печи чугунную плиту, решил их украсть, но так как унести их один не сможет, решил сходить домой за санями, на которых возит дрова, что и сделал, то есть на санях увез к Ф. разобранную кровать и печную чугунную плиту.

Данный протокол допроса недопустимым доказательством не признан, стороной защиты об этом вопрос не ставился, ФИО2 перед началом допроса разъяснялось, что в случае его согласия давать показания они могут быть использованы в дальнейшем в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе и при последующем отказе его от этих показаний (л.д.104).

Согласно протоколу явки с повинной от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 добровольно и собственноручно написал, что украл из <адрес> железную кровать и печную плиту, что полностью соответствует его же вышеуказанным показаниям от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, оснований для исключения из объема предъявленного ФИО1 обвинения хищения чугунной печной плиты стоимостью 380 рублей, как о том просила сторона защиты, у суда нет.

Оснований для признания протокола явки с повинной недопустимым доказательством не имеется, обстоятельства его написания ФИО1 судом были проверены и какого-либо воздействия, давления со стороны участкового уполномоченного М.Ю. на подсудимого с целью дачи им указанной явки, а также оснований для его оговора не установлено.

При назначении ФИО1 наказания суд согласно ч.3 ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

При определении вида и размера наказания суд принимает во внимание, что умышленно совершенное ФИО1 из корыстных побуждений преступление относится к категории тяжких и направлено против собственности, является оконченным.

В соответствии с правилами ст.61 УК РФ суд в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, признает и учитывает явку с повинной, состояние его здоровья, молодой возраст.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не установлено.

Исключительных обстоятельств, предусмотренных ст.64 УК РФ, суд по настоящему делу не установил, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и личности виновного, не находит.

Характеризуется ФИО1 старшим УУП ПП по Быстроистокскому району К. и по месту жительства администрацией Быстроистокского сельсовета отрицательно, проживает один в <адрес>, по характеру неуравновешенный, вспыльчивый, ведет замкнутый образ жизни, круг друзей ограничен, злоупотребляет спиртными напитками, не трудоустроен, источником дохода являются случайные заработки, ЛПХ не содержит, в 2017 привлекался к административной ответственности по ст.20.21 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа, который им не исполнен, на учете у врача психиатра и нарколога в КГБУЗ «Быстроистокская ЦРБ» не состоит (л.д. 167), инвалидом не является, тяжких последствий по делу не наступило.

Правила ч.1 ст.62 УК РФ суд при назначении ФИО1 наказания не применяет ввиду того, что смягчающие его наказание обстоятельства, указанные в пунктах «и», «к» части 1 ст.61 УК РФ, по настоящему делу отсутствуют.

На основании изложенного, учитывая, что ранее к уголовной ответственности ФИО2 не привлекался, суд приходит к выводу о возможности назначения ему наказания в виде лишения свободы условно, с применением ст.73 УК РФ, так как исправление и перевоспитание ФИО1 возможно без изоляции от общества, но с возложением на него определенных обязанностей.

Гражданский иск по делу не заявлен.

По вступлении приговора в законную силу в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ вещественные доказательства по делу: железную кровать, печную чугунную плиту, принадлежащие Н.Е., возвратить ее представителю Н.В. по принадлежности как законному владельцу.

В соответствии с правилами ст.132 УПК РФ с ФИО1 подлежат взысканию в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокату Королевой Г.П. за осуществление защиты по назначению в предварительном следствии в размере 6.198,50руб. (л.д.178) и в суде за 4 дня работы в размере 3542,00руб., а всего взыскать 9.740,50руб.

При этом оснований для освобождения ФИО1 от взыскания процессуальных издержек нет, поскольку он находится в трудоспособном возрасте, заболеваний, препятствующих осуществлению трудовой функции, не имеет, инвалидом не является, иждивенцев не имеет.

Руководствуясь ст.ст. 296-299, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок два года.

На основании ст.73 УК РФ считать данное наказание условным с испытательным сроком три года.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ возложить на ФИО1 исполнение следующих обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, не реже двух раз в месяц являться в указанный орган для регистрации, не совершать административных правонарушений, не позднее двух месяцев со дня вступления настоящего приговора в законную силу пройти обследование у врача-нарколога и при наличии показаний пройти курс лечения от алкоголизма, а также трудоустроиться или встать на учет в орган занятости населения в качестве безработного или ищущего работу.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлению настоящего приговора в законную силу.

На основании ст.132 УПК РФ взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокату Королевой Г.П. за участие в уголовном судопроизводстве по назначению в предварительном следствии и суде в размере 9740,50руб.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: железную кровать, печную чугунную плиту, принадлежащие Н.Е., возвратить ее представителю Н.В. по принадлежности как законному владельцу.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Алтайского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Быстроистокский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции лично либо с использованием систем видеоконференцсвязи, а так же о предоставлении ему защитника за счет средств государства по назначению, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе.

Судья С.В.Соловаров