Приговор № 1-17/2019 1-233/2018 от 22 июля 2019 г. по делу № 1-17/2019

Дело № 1-17/2019


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Тамбов 23.07.2019

Тамбовский районный суд Тамбовской области в составе -

председательствующего судьи Боброва И.А.,

с участием: государственных обвинителей – старшего помощника прокурора Тамбовского района Тамбовской области Грязновой Е.А., помощников прокурора Тамбовского района Круцких А.В. и ФИО2,

подсудимой ФИО4,

защитников-адвокатов Слобина С.О., Барсуковой Е.А. и Анохина В.С.,

представителя потерпевшего Г.Л.А.

его представителя - адвоката Фролова А.А.,

при секретарях Бухановой Е.В., Мешкове Д.В. и Поликарповой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО4, <данные изъяты> обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 совершила преступление против собственности при следующих обстоятельствах.

Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ она была назначена на должность главного бухгалтера <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>. Согласно должностной инструкции на нее были возложены административно-хозяйственные функции, в том числе, полный учет поступающих денежных средств, товарно-материальных ценностей и основных средств, а также своевременное отражение в бухгалтерском учете операций, связанных с их движением, точный учет результатов финансово-хозяйственной деятельности фирмы и другие.

Денежные операции и расчеты с поставщиками <данные изъяты> осуществлялись через расчетный счет №, открытый в <данные изъяты>: <адрес>, с использованием услуги дистанционного банковского обслуживания «Клиент-Банк». Для работы с использованием услуги «Клиент-Банк» генеральному директору <данные изъяты> ФИО5 и главному бухгалтеру ФИО4 были выданы электронные ключи, а на рабочем компьютере ФИО4 установлена специальная программа, доступ к которой имела только она. Для работы в указанной программе ФИО5 передал свой электронный ключ ФИО4, так как полностью ей доверял.

В точно не установленное следствием время, но не позднее января <***> у ФИО4 возник корыстный умысел на совершение хищения денежных средств с расчетного счета <данные изъяты>» №, принадлежащих указанной организации, с использованием своего служебного положения.

Для осуществления своего преступного замысла ею был разработан план вывода денежных средств с расчетного счета <данные изъяты>» на принадлежащую ей зарплатную карту с лицевым счетом №, открытым в <данные изъяты> по адресу: <адрес>, которой она пользовалась в период с января <***> г. по август <***> г.

Имея единоличный доступ к системе «Клиент-Банк», ФИО4, пользуясь доверием генерального директора ФИО5, который о ее преступных намерениях осведомлен не был и передал ей свой электронный ключ для использования при оформлении платежных поручений, а также отсутствием контроля за ее деятельностью со стороны других сотрудников бухгалтерии, так как они полностью ей доверяли, воспринимали ее как своего профессионального наставника, и в ее деятельность не вникали, в период с января <***> г. по август 2017г., в дневное время, находясь по адресу: <адрес>, регулярно с корыстной целью незаконно перечисляла с расчетного счета <данные изъяты> № на свой лицевой счет № различные суммы. Так, при наличии на указанном расчетном счете <данные изъяты> денежных средств, ФИО4 по согласованию с генеральным директором составляла платежные поручения для их перечисления по различным основаниям на другие расчетные счета, в основном для расчета с поставщиками, оплату коммунальных услуг, налоговых платежей и сборов. При этом, она регулярно вводила в заблуждение генерального директора <данные изъяты> ФИО5, умышленно сообщая ему завышенную сумму задолженности перед поставщиками и иными организациями. Получив от генерального директора разрешение на оплату сформировавшейся задолженности <данные изъяты> она, с расчетного счета №, в системе «Клиент-Банк», используя оба электронных ключа, без присутствия и участия Захаряна, составляла платежные поручения, согласно которым производилась оплата фактической задолженности <данные изъяты>» перед поставщиками и другими организациями, а оставшаяся сумма, на которую ФИО4 умышленно заранее была завышена задолженность, перечислялась ею другим платежным поручением на ее лицевой счет №. При этом, основанием зачисления денежных средств на свой лицевой счет, ФИО4 указывала зачисление денежных средств по реестру получателям, либо заем на своё имя. В составленных к платежным поручениям реестрах все незаконные перечисления на свою карту обозначала как заработную плату или премию. Однако договоры займа на перечисленные таким образом суммы с ней от имени <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не заключались, поэтому все перечисления на ее карту по указанному основанию были незаконными.

Согласно требованиям генерального директора <данные изъяты> для осуществления контроля за финансово-хозяйственной деятельностью общества, им регулярно просматривались выписки из системы «Клиент-Банк» по движению денежных средств за предыдущий день, предоставляемые главным бухгалтером ФИО4 При этом, с целью сокрытия своих преступных действий, ФИО4 каждый раз при неправомерном перечислении денежных средств на свой лицевой счет, самостоятельно, на рабочем компьютере, умышленно искажала в ежедневных банковских выписках основания перечисления денежных средств, где не указывала перечисления по реестру на свой лицевой счет или в качестве займа на свое имя, а завышала суммы, реально оплаченные иным организациям таким образом, чтобы выписки соответствовали тем данным, которые она в предыдущий день согласовывала с генеральным директором. Внося заведомо ложные сведения в ежедневные банковские выписки, она смогла длительное время незаметно совершать хищения денежных средств.

Таким образом, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, занимая должность главного бухгалтера <данные изъяты> используя свое служебное положение, путем обмана и введения в заблуждение своего руководителя, умышленно, с корыстной целью, похитила денежные средства путем их перечисления с расчетного счета <данные изъяты>» № на свой лицевой счет № в виде займов, премий и заработной платы на общую сумму 40 064 771,32 руб., в том числе 15 156 494, 61 руб. в качестве займов и 24 908 276,71 руб. в качестве премий и заработной платы, которыми распорядилась по своему усмотрению, снимая наличными через кассу <данные изъяты> и через банкомат, чем причинила <данные изъяты> материальный ущерб в особо крупном размере.

В судебном заседании подсудимая ФИО4 виновной себя не признала и показала, что хищений не совершала, а перечисляла денежные средства на свою зарплатную карту и искажала бухгалтерскую отчетность по указанию ФИО5 и с его участием. Она делала платежки, Захарян приходил к ней в кабинет, так как электронный ключ, т. е. флэш-накопитель с электронной подписью находился у него, вставлял его в системный блок и набирал свой пароль. После этого вместе все подписывали и производили перечисления. А она пароля к флэш-карте Захаряна не знала. Затем, по указанию Захаряна, в тот же день или на следующий день, снимала эти денежные средства в банкомате или в кассе банка и отдавала ему. Через длительное время, например через неделю снимать эти деньги не могла, т. к. Захарян требовал, чтобы деньги на карте долго не находились. Эти денежные средства лично контролировали ФИО6 и ФИО7, и сведения об этих денежных средствах они предоставляли для проведения аудиторских проверок, у аудиторов был доступ к программе «Клиент-Банк». Аудиторы все перечисления видели, так как сравнивали с показаниями ФИО7, когда считали рентабельность. За осуществление перечислений и искажение бухгалтерской документации ей платили добавочную премию до <***> года от 100 000 до 200 000 рублей. Электронный ключ Захаряна всегда находился у него, он им умел пользоваться, а отдавал ей только в случае отъезда в Армению. Поэтому никакие деньги в тайне от Захаряна она себе присвоить не могла, к тому же он записывал те суммы, которые она ему передавала. Передаваемые Захаряну денежные средства расходовались на «серую» заработную плату работникам, на ГСМ, на запчасти, на ремонт зданий, на оформление иностранных рабочих. В <***> или <***> году, точно не помнит, эту добавочную премию перестали платить, но она продолжала перечислять по указанию Захаряна денежные средства на свою карту, снимать их и передавать Захаряну. В июне <***> года Захарян предложил провести сделку, т.е. перечислить 68 000 000 рублей безналичным расчетом за якобы поступивший щебень, но она отказалась, так как не было документов, т. е. приходных ордеров, подтверждающих поступление щебня. Они хотели оформить кредит, для чего нужно было банку предоставить баланс, но она баланс не сделала, из-за этого начался конфликт, и её предупредили об увольнении. ДД.ММ.ГГГГ перечисляла на счет своей зарплатной карты 500 000 рублей также по указанию Захаряна, и эти деньги ему вернула, поэтому Захарян говорит неправду о том, что обещала вернуть их в августе <***> года после выявления хищения, но не вернула. Разговор с Захаряном и Аракеляном действительно происходил по поводу хищения 40 000 000 рублей, но она не обещала возвращать эти деньги, а перечисляла свое имущество, что бы показать его меньшую стоимость, и тем самым подтвердить свою невиновность.

После оглашения выборочных сведений из выписки по лицевому счету БК №, открытому в <данные изъяты> на имя ФИО4, касающихся неоднократных крупных денежных перечислений, в частности:

- в период 27-ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму свыше 845 000 рублей, из которых было снято 500 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ; (т. 1 л.д. 122)

- ДД.ММ.ГГГГ зачислено 525 000 рублей, частично снято только ДД.ММ.ГГГГ; (т. 1 л.д. 123)

- с 29.11. и ДД.ММ.ГГГГ зачислено 590 000 рублей, которые не были сняты до конца года, на вопрос о причинах этого, ответила, что объяснить не может.

После этого, на вопрос, почему вначале говорила о снятии денежных средств либо в день перечисления, либо на следующий, свои показания изменила и заявила, что ошиблась, т.к. плохо себя чувствует, пояснив, что так могло быть, и руководитель говорил снимать столько денег, сколько ему потребуется, и когда они ему потребуются.

По обстоятельствам выдачи добавочной премии за незаконные перечисления и искажение бухгалтерских документов, вначале пояснила, что их ей выдавал Г.Л.А., потом Захарян, а затем, заявила, что Захарян говорил ей оставлять причитающуюся её часть денег на счете зарплатной карты.

С проведенной по делу экспертизой не согласилась, заявив, что с ее счета в период с <***> по <***> не могло быть списано столько денежных средств.

Дополнительно пояснила, что неоднократно оформляла займы в <данные изъяты>, однако их количество и на какие суммы, ответить затруднилась.

По поводу своих доходов пояснила, что помимо заработной платы в <данные изъяты>», имела заработок в <данные изъяты>», имела 30 000 рублей за сдачу квартиры в аренду, и еще неофициальный доход от подработки дома.

Гражданский иск <данные изъяты> в размере 40 064 771,32 руб. не признала и в последнем слове просила не лишать свободы.

Несмотря на непризнание, её виновность подтверждается совокупностью следующих доказательств.

Представитель потерпевшего Г.Л.А. показал, что является учредителем <данные изъяты> с <***> года. О хищении денежных средств с расчетного счета предприятия ему стало известно от генерального директора ФИО5, который пояснил, что главный бухгалтер перечисляла денежные средства на свою зарплатную карту. В настоящее время не очень хорошо помнит все известные ему обстоятельства. После оглашения протокола допроса, составленного при производстве предварительного следствия, его содержание подтвердил.

Из оглашенного в судебном заседании, в соответствии со ст. 281 УПК РФ, протокола допроса следует, что в августе <***> года от генерального директора ФИО5 ему стало известно о том, что на рабочем столе ФИО4 им были обнаружены две выписки по расчетному счету <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ с одной и той же суммой, но с разным назначением платежей на общую сумму 500 000 рублей. При дальнейшем анализе расчетного счета было выявлено, что ФИО4 перечисляла на свой личный счет крупные суммы денежных средств, о которых ни он, как учредитель, ни Захарян, как генеральный директор, не знали, и их не согласовывали. В связи с этим в правоохранительные органы было подано заявление.

Свидетель ФИО5 рассказал, что с <***> года является генеральным директором <данные изъяты> где в это же время главным бухгалтером работала ФИО4

Он во всем ей доверял, при этом никогда не давал указаний перечислять на ее карту денежные средства со счета предприятия. По существу выявленных фактов хищений пояснил, что в начале августа <***> года на столе в кабинете ФИО4 он обнаружил выписку о перечислении ей 500 000 рублей, а в своем кабинете увидел поддельную выписку, которую она представила ему на большую сумму. После этого у него возникли к ФИО4 подозрения, и он поручил бухгалтерам провести проверку. При проверке выяснилось, что ФИО4 подделывала банковские выписки, которые ежедневно приносила ему. Например, к сумме оплаты налогов в размере 48 000 рублей она подставляла цифру 5, и показывала, что перечисляет налоги в размере 548 000 рублей. Но на самом деле перечисляла на оплату налогов 48 000 рублей, а 500 000 рублей переводила себе на карточку. Всеми перечислениями занималась ФИО4, а он проверял только представленные ею поддельные выписки, поэтому он не замечал фактов хищений. Свой электронный ключ, т. е. флеш-карту с электронной подписью и с паролем, которые необходимы для осуществления денежных перечислений, он видел один раз при получении, и сразу передал ФИО4, т.к. во всем ей доверял, и кроме нее никому этот ключ не передавал. Сам никогда перечисления с помощью электронного ключа не осуществлял. Как менялся пароль на флеш-карте, не знает. В настоящее время он изменил систему электронной подписи документов, т. е. право подписи есть только у него. Однако он по прежнему сам не умеет менять пароль на электронном ключе и пользоваться электронной подписью, за него ее ставит в его присутствии кассир.

После выявления фактов хищений при беседе с ФИО4, она вначале призналась в хищениях, говорила, что у нее есть квартиры, машина и обещала к 17 часам привезти 500 000 рублей, которые последний раз перечислила на свою карточку. Но к 17 часам не приехала, а когда он ей позвонил, сказала, что ничего не похищала и возвращать ничего не намерена, говорила, что напишет жалобу, якобы ей угрожают, запугивала, что много про нас знает и все расскажет. Кроме того, с ФИО4, в момент ее признания беседовал ФИО8, который был учредителем до <***> года.

На вопрос, почему столь длительное время не замечал фактов хищений крупных денежных сумм, ответил, что в бухгалтерии не разбирается, а ФИО4 грамотный специалист, она подделывала документы и пугала его, что если они не заплатят налоги, то заблокируют счет, для него налоговая часть была непонятна.

По поводу возможных расчетов наличными денежными средствами без оформления бухгалтерских документов пояснил, что в деятельности <данные изъяты>» такая форма расчетов не применялась, в основном все делалось по перечислениям. Однако в случае необходимости оформлялся договор займа, и ФИО4 перечисляла ему на зарплатную карту денежные средства, которые он потом снимал, а позднее возвращал путем внесения наличных средств на расчетный счет предприятия. Насколько он помнит, ФИО4 в <данные изъяты> брала один заем на 15 000 рублей, и он обратил внимание на то, что перед его получением она вначале зашла к нему с документами на подпись, где стояла сумма не 15 000 рублей, а 15 000 000 рублей. Он заметил это и сказал ей, а ФИО4 объяснила это тем, что ошиблась и после этого принесла исправленные документы на 15 000 рублей.

Свои показания, данные в ходе предварительного следствия, и оглашенные в судебном заседании (т. 5 л.д. 27-32), подтвердил и дополнил, что не замечал фактов хищения, так как ФИО4 давала ему подделанные выписки.

Из протокола очной ставки с ФИО4, кроме того, следует, что указания он ей давал только о производстве перечислений контрагентам, а не на ее карту. (т. 5 л.д. 57-62)

Свидетель ФИО8 показал, что знает ФИО4 с 2006 года, так как фактически принимал ее на работу, и был учредителем <данные изъяты> до <***> года. В августе <***> года ему позвонил Захарян и сообщил о том, что ФИО4 с <***> года регулярно подделывала документы и воровала деньги из <данные изъяты>». Проведенной проверкой было выявлено, что с <***> года ФИО4 перечисляла денежные средства на свою зарплатную карту. После этого он попросил, чтобы ФИО4 вызвали, и разговаривал с ней в кабинете в присутствии Захаряна и Агаджаняна Гегама. ФИО4 попросила поговорить без свидетелей, поэтому они беседовали с ней наедине. На его просьбу сознаться, она вначале отказывалась, затем призналась, но со всей суммой не соглашалась. Он несколько раз спрашивал, не заставлял ли ее кто-либо перечислять деньги на карту или не была ли она с кем-то в сговоре. Она сказала, что ее никто не заставлял, и ни с кем в сговоре не была, а перечисляла себе деньги, так как считала, что ее заработная плата необъективная, т. е. слишком маленькая. Сама предложила компенсацию имуществом, которое у нее есть, чтобы ее простили, описала, что у нее есть, т. е. две квартиры, дом, золото и машины. Затем он спросил, где 500 000 рублей, которые перечислила себе на карту ДД.ММ.ГГГГ. Она ответила, что не успела их обналичить и пообещала вернуть их в тот же день. Однако, после этого деньги не вернула, и по телефону сказала, что возвращать ничего не будет.

Дополнил, что Кожина настолько умная, что смогла вникнуть в систему управления, обходить ее, и психологически понять, что они будут проверять, а что не будут. Она не давала подключаться к финансовому процессу штатным бухгалтерам, и не хотела, чтобы ее полномочия переносились на других сотрудников, внештатных аудиторов. Несмотря на то, что ей предлагали помощь, чтобы вести правильную финансовую политику, она не давала этого делать.

По вопросу о том, каким образом ФИО4 удавалось незаметно похищать большие суммы, ответил, что она писала в ведомости, например, сумму налога 500 000 рублей, а из этой суммы на оплату налогов перечисляла, к примеру, 50 000 рублей, а 450 000 рублей, которые руководитель не видит, себе на карту. Большие суммы налогов она объясняла тем, что так нужно по бухгалтерии начислять зарплату рабочим.

Каким образом ей удавалось это скрыть от налоговых и аудиторских проверок, он не знает.

На вопрос подсудимой, была ли у аудиторов установлена программа, которая имелась в ее компьютере, ответил, что Захарян хотел подключить внештатную аудиторскую программу для контроля, но ФИО4 всячески этому противостояла.

Показания свидетеля ФИО8 подтверждаются протоколом очной ставки с ФИО4, из которого, кроме того, следует, что после признания ФИО4 в хищении денег, она просила время для того, чтобы отработать, и обещала вернуть похищенные деньги, продав имущество, т. е. квартиры, автомобили и золото, которое перечислила, написав на листе бумаги; в ответ на это ФИО4, не согласившись с показаниями Аракеляна, пояснила, что не признавала факты хищения денег, говорила, что у нее нет 40 000 000 рублей, а перечисляла имеющееся у нее имущество просто так. (т. 5 л.д. 115-117)

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснил, что работает заместителем генерального директора <данные изъяты> с <***> года. О хищении денег он узнал от Захаряна, который сказал, что ФИО4 перечислила себе на карточку 450 или 500 000 рублей, затем снял выписки из банка и увидел хищение. После этого с Кожиной наедине в кабинете разговаривал ФИО8 и к ним заходил Захарян. Он стоял рядом с кабинетом и слышал, как ФИО4 признавалась, что перечислила себе деньги, говорила, что у нее есть машины, квартиры, обещала вернуть 500 000 рублей, затем ушла. О том, что ФИО4 перечисляла себе деньги по поручению Захаряна, ему неизвестно.

Свидетель ФИО10 показала, что с <***> года работает в <данные изъяты> заместителем главного бухгалтера. До августа <***> года главным бухгалтером была ФИО4, которая занималась всеми платежами в программе «Клиент-Банк», установленной только на ее компьютере. Электронные ключи с правом подписи были выданы только ФИО4 и генеральному директору. Она занималась начислением заработной платы и знала о том, что ФИО4 получала 30 000 рублей в месяц. После того, как в кабинете ФИО4 была обнаружена выписка, свидетельствующая о том, что она перечислила себе на карту 500 000 рублей, выяснилось, что она перечисляла себе на карту займы, материальную помощь, премии в больших суммах.

Генеральный директор Захарян контролировал работу, но с финансовыми документами не работал.

От Захаряна и других лиц, ей известно, что ранее оба электронных ключа были у ФИО4, и она сама меняла пароли. Ранее так работали все, в том числе и она, когда работала в ООО «Автобан».

То, что Захарян, в период работы ФИО4, не смог бы сделать самостоятельно платежи, т. е. использовать электронный ключ с подписью, установленный факт, т. к. она, уже после увольнения ФИО4, лично показывала ему как подписывать платежки, а системный администратор помогал менять пароль.

После увольнения ФИО4, когда она самостоятельно работала в программе «Клиент-Банк» по запросу следственного комитета о выдаче документов, она видела конкретно, сколько денег было перечислено как займы, хотя договоров займа не было. По договорам займа ФИО4 должна была перечисленные деньги возвращать. Все, что было проведено ФИО4, пересчитывали и сдавали уточненные перерасчеты.

По обстоятельствам способа хищения, на примере последнего перечисления 500 000 рублей в августе <***> года, пояснила, что в поддельной выписке указывалась сумма, например 535 или 536 000 рублей на страховые взносы, а в настоящей выписке 35 или 36 000 рублей на страховые взносы, а на карту переведено 500 000 рублей. Захарян мог не замечать незаконно переведенные суммы, если был уверен в ФИО4, что она все контролировала, поэтому невнимательно смотрел выписки.

Свидетель ФИО11 пояснила о том, что ФИО4 является ее бывшей свекровью, и она помогала ей устроиться на работу в <данные изъяты>» бухгалтером, где она и работает с 2010 года. С марта <***> года по август <***> года находилась в декретном отпуске. С <***> года до настоящего времени работает бухгалтером.

На вопросы, касающиеся работы в программе «Клиент-Банк» показала, что для совершения платежей необходимо было два электронных ключа, которые находились у ФИО4, и она показывала ей как ими работать в этой программе. В начале августа <***> г. ФИО4 сказала, что ее увольняют, в это время в коллективе стали говорить о хищениях денег. По поручению Захаряна она лично распечатывала из компьютера выписки, которые готовила ФИО4, отдала ему, и он нашел выписки на одну дату с разными данными. Когда ФИО4 увольнялась, она оставила ей два электронных ключа, которые лежали в коробочке.

Свидетель ФИО12 рассказала о том, что работает в <данные изъяты> бухгалтером с <***> года. С <***> года находится в отпуске по уходу за ребенком. По существу заданных вопросов пояснила, что заработную плату получала на пластиковую карту, наличные денежные средства ей, либо другим сотрудникам, не выдавали. Все материалы и запчасти она оформляла по товарно-транспортным накладным. Случаев приобретения их за наличный расчет не было. Когда во время работы заходила к ФИО4 в кабинет подписать документы, видела, как она производит платежи, используя электронный ключ. Захарян к ней не подходил и никакие флэшки не вставлял в компьютер, все она делала сама.

Свидетель ФИО13, работающий с <***> года в <данные изъяты> инженером по снабжению, показал, что приобретение товарно-материальных ценностей на предприятии производится по безналичному расчету, наличные денежные средства ему не выдавались. По служебным вопросам он ездит на своем автомобиле, который заправляет по топливной карте. О том, что Захарян просил ФИО4 переводить денежные средства на карту, затем снимать и передавать ему, он не слышал.

Свидетель ФИО14 рассказал, что работает водителем Камаза с <***> года. Заработную плату получает на карточку. Запасные части для ремонта автомобиля доставляет механик, автомобиль заправляет на заводе. Неофициальную заработную плату, либо доплату наличными ему никогда не платили.

Свидетель ФИО15 пояснила, что работает в <данные изъяты> инспектором по кадрам с <***> года и занимается оформлением работников, в том числе иностранных граждан. Денежные средства на их оформление ей не выдавали, и у ФИО4 она денег на их оформление не спрашивала.

Свидетель ФИО16 показала, что работает в <данные изъяты> начальником АБЗ №. Наличные денежные средства никогда не получала и работникам не выдавала.

Свидетель ФИО17 пояснил, что работал водителем с <***> года, уволился примерно год назад. Заработную плату получал на карту, наличные денежные средства ему никогда не выдавали.

Свидетель ФИО18 показал, что работал водителем в <данные изъяты> в течение 5 лет, уволился в феврале 2018 года из-за маленькой заработной платы. Во время работы заработную плату получал на банковскую карту, неофициальную заработную плату ему не платили и никакие другие наличные денежные средства никогда не выдавали.

Согласно заключению судебно-бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, с расчетного счета <данные изъяты>» № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на лицевой счет №, открытый на имя ФИО4, были перечислены денежные средства на общую сумму 15 156 494 руб. 61 коп., а со всех расчетных счетов <данные изъяты> за этот же период всего перечислено 41 172 831 руб. 31 коп., в том числе 1 685 469 руб. 92 коп. в качестве оплаты труда, согласно имеющимся справкам по форме 2-НДФЛ. С лицевого счета № были израсходованы денежные средства за вышеуказанный период на общую сумму 45 911 296 руб. 52 коп., в том числе: снято наличными – 36 521 900 руб., безналичное списание – 9 389 396 руб. 52 коп. (т. 4 л.д. 194-231)

В результате проведения дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы дано экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого, кроме того, следует, что сумма денежных средств, перечисленных с расчетного счета <данные изъяты> № на лицевой счет №, который открыт на имя ФИО4 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по реестрам зачислений денежных средств составляет 26 593 746 руб. 63 коп., а общая сумма денежных средств, перечисленных с расчетного счета <данные изъяты> № на лицевой счет №, который открыт на имя ФИО4 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, за исключением суммы оплаты труда ФИО4, составляет 40 064 771 руб. 32 коп.; (т. 5 л.д. 84-95)

Для разъяснения и дополнения экспертных заключений в судебном заседании был допрошен эксперт ФИО19, в соответствии с требованиями ст. 282 УПК РФ. Из его показаний следует, что указанная в заключении № сумма 15 156 494 руб. 61 коп. была получена в результате исследования банковской выписки, согласно которой с расчетного счета <данные изъяты> № на лицевой счет № перечислялись денежные средства в качестве займов, что и отражено в приложении № к этому заключению. А итоговая сумма 40 064 771 руб. 32 коп. получилась путем сложения этой суммы, и суммы, полученной из расчета денежных средств, поступивших с расчетного счета <данные изъяты>» № на лицевой счет ФИО4 по реестрам на зачисление денежных средств получателям, т. е. 26 593 746 руб. 63 коп., которая отражена в заключении № и приложении к нему. При производстве экспертиз исключалась возможность подсчета одной и той же суммы дважды. Исследование выписки из банка и ежедневных выписок из <данные изъяты> которые ежедневно представлялись для отчета, показало, что они нетождественны, что подтверждает показания Захаряна об их подделке.

Помимо показаний потерпевшего, свидетелей и заключений эксперта виновность ФИО4 в совершении инкриминируемого ей преступления подтверждается:

- заявлением генерального директора <данные изъяты> ФИО5, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО4, похитившую за период времени с <***> по <***> годы денежные средства на сумму 40 499 281, 2 руб.; (т. 1 л.д. 26-43)

- копией приказа о приеме на работу №-к от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым, ФИО1 принята на должность главного бухгалтера <данные изъяты> (т. 1 л.д. 55)

- копией приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ об изменении персональных данных, согласно которому в кадровых документах главного бухгалтера <данные изъяты> изменена фамилия с ФИО20 на ФИО4; (т. 1 л.д. 60)

- копией трудового договора №-Т/06 от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО21; (т.1 л.д. 48-52)

- копией должностной инструкции главного бухгалтера <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной генеральным директором А.С. Захаряном; (т. 1 л.д. 57-59)

- копией приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому с ФИО4 расторгнут трудовой договор по инициативе работника (по собственному желанию); (т. 1 л.д. 62)

- копиями справок о доходах физического лица - ФИО4 формы №-НДФЛ, согласно которым ее доход составлял: в <***> году - 275 092,55 руб.; в <***> году - 303 571,42 руб.; в <***> году - 349 360,08 руб.; в <***> году - 424 731,57 руб.; в <***> году - 362 710,92 руб.; в <***> году - 221 062,38 руб. (т. 3 л.д. 159-164)

- платежными поручениями, содержащими сведения о перечислениях на ее счет из ООО «Тамбовская торговая компания» за период с <***> г. по <***> г. заработной платы на общую сумму 1 416 547 руб. 92 коп.; (т. 1 л.д. 136-250; т. 2, т. 3 л.д. 1-92)

- информацией, представленной ПАО «Промсвязьбанк» на запрос следствия о лицах, имеющих доступ к использованию системы «Клиент-Банк» по расчетному счету <данные изъяты> №, которая подтверждает, что в качестве владельцев сертификатов ключей подписей, предоставляющих доступ к использованию системы электронного обмена документами, в период с <***> года по август <***> года, были только ФИО5 и ФИО4; (т. 4 л.д. 192)

- выписками по счету БК №, открытому в <данные изъяты>» на имя ФИО4 (т. 1 л.д. 67-135), подтверждающими факты многочисленных денежных перечислений на этот счет, совпадающих по суммам и времени перечисления со счета <данные изъяты> с данными, имеющимися в платежных поручениях (т. 1 л.д. 136-250; т. 2 л.д. 1-250; 3 л.д. 1-92), а также свидетельствующими о снятии этих денежных средств через банкоматы и кассу <данные изъяты>» через продолжительные промежутки времени, что опровергает первоначальные показания ФИО4 о требовании Захаряна снимать эти денежные средства в день перечисления, либо на следующий день; (т. 1 л.д. 67-135)

- платежными поручениями, в которых содержатся сведения о реальных датах и суммах, а также о заведомо ложных основаниях перечисления денежных средств со счета <данные изъяты> на лицевой счет ФИО4 в период с <***> г. по август <***> г.; (т. 1 л.д. 136-250; т. 2, т. 3 л.д. 1-92)

- содержанием протокола осмотра договоров займа об обнаружении в одной из папок, являющейся вещественным доказательством, договора под №, заключенного между <данные изъяты>» и ФИО4 о передаче ей в качестве займа 15 000 рублей на срок до ДД.ММ.ГГГГ, а также дополнительного соглашения к нему от ДД.ММ.ГГГГ, которое подтверждает показания свидетеля ФИО5 о том, что в период с <***> по <***> годы ФИО4 предоставлялся только один заем и опровергает ее показания о том, что она неоднократно брала займы; (т. 3 л.д. 117-126)

- протоколами осмотра места происшествия и обыска, из которых следует, что были изъяты документы, связанные с финансово-хозяйственной деятельностью <данные изъяты> приобщенные к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств; (т. 3 л.д. 112-116, 234-240)

- вещественными доказательствами:

- реестрами на зачисление денежных средств получателям за <***>, <***>, <***>, <***>, <***>, <***>, согласно которым <данные изъяты><адрес> в соответствии с Договором о порядке перечисления денежных средств на счета ФЛ № от ДД.ММ.ГГГГ зачислить денежные средства на банковский счет ФИО4 №, подписанными электронной подписью в <***> от имени руководителя ФИО22, в <***>, <***>, и <***>, <***>, <***> от имени руководителя ФИО5 и главного бухгалтера ФИО4, направленными в банк электронно, в которых отражены реальные денежные перечисления, не относящиеся к заработной плате ФИО4 на её лицевой счет №, с указанием различных оснований перечисления, таких как «премии», «аванс по з/п», «зар. платы», отпускные; (т. 3 л.д. 251)

- документами в папках-скоросшивателях, имеющих надписи на титульном листе «Заработная плата июль-декабрь <***> года», «Зарплата январь <***> - июнь <***>» и «Заработная плата <***> г», в которых содержатся сведения о заработной плате за указанные периоды времени, а также за период с 2010 по конец <***>; (т. 3 л.д. 127)

- выписками из лицевого счета <данные изъяты> № за периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в которых содержатся сведения, подтверждающие обвинение, в части искажения оснований перечисления денежных средств, без указания произведенных незаконных перечислений на лицевой счет ФИО4 по реестру получателям или в качестве займов, а также в части завышения сумм, реально оплаченных иным организациям;

- протоколом обыска в жилище ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого изъяты предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела, т. е.:

- договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО4 (покупатель) и ФИО23 (продавцы), сумма сделки 1 300 000 рублей; (т. 5 л.д. 17-18)

- договор участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>-а, №А/98 от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 (участник долевого строительства) и ООО «Капитал» (застройщик) со стоимостью объекта долевого строительства в виде двухкомнатной <адрес> размере 1 900 500 рублей, с приложениями на 6 листах; договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО4 (продавец) и ФИО24 (покупатель), сумма сделки 800 000 рублей; (т. 5 л.д. 17-18)

- договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО4 (продавец) и ФИО25 (покупатель) за 500 000 рублей; (т. 5 л.д. 17-18)

- договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО4 (продавец) и ФИО26 (покупатель), сумма сделки 850 000 рублей; (т. 5 л.д. 17-18)

- договор № от ДД.ММ.ГГГГ на приобретение ФИО4 автомобиля TOYOTA RAV4 за 1 406 500 рублей, с передаточным актом на 9 листах; (т. 5 л.д. 17-18)

- договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля TOYOTA RAV4, между ФИО4 (продавец) и ФИО27 (покупатель) за 200 000 рублей; (т. 5 л.д. 17-18)

- договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ о приобретении ФИО4 автомобиля MITSUBISHI OUTLANDER, <***> года выпуска, за 1 654 990 рублей, с актом приема-передачи на 5 листах; (т. 5 л.д. 17-18)

- договор купли-продажи автомобиля MITSUBISHI OUTLANDER от ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО4 (продавец) и ФИО28 (покупатель) за 150 000 рублей.(т. 5 л.д. 17-18)

Проверив и оценив эти доказательства в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, суд находит их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения вопросов, предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Анализируя их, суд признает доказанным, что факты хищения денежных средств на общую сумму 40 064 771 руб. 32 коп. с расчетного счета №, принадлежащего <данные изъяты> совершаемые в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ посредством их систематического перечисления на лицевой счет №, открытый на имя ФИО4 и последующего снятия их через банкомат и через кассу <данные изъяты><данные изъяты>, имели место. Помимо вышеприведенных доказательств, эти факты частично подтверждаются и показаниями подсудимой ФИО4, не отрицавшей, что она совершала незаконные перечисления денежных средств, указанные в обвинении, но пояснившей, что делала это совместно с генеральным директором ФИО5, и по его указанию.

Разрешая вопросы о том, виновна ли подсудимая ФИО4 в совершении этих хищений и если виновна, то каковы форма вины и мотивы, суд приходит к выводу о том, что ФИО4 действовала из корыстных побуждений, и с прямым умыслом, направленным на хищение денежных средств, принадлежащих <данные изъяты>, используя свое служебное положение, обеспечивающее постоянный доступ к денежным средствам, находившимся на расчетном счете №. При непосредственном совершении хищений, она использовала доверие генерального директора ФИО5, который передал ей в постоянное пользование свой электронный ключ, необходимый для осуществления всех электронных платежей, связанных с финансово-хозяйственной деятельностью предприятия, и, получив, таким образом, возможность единолично, осуществлять электронные платежи через систему дистанционного банковского обслуживания «Клиент-Банк», она систематически перечисляла на свой лицевой счет № денежные средства на общую сумму 40 064 771, 32 руб. Чтобы скрыть эти перечисления, действуя путем обмана, она после каждого незаконного перечисления подделывала банковские выписки и предоставляла их генеральному директору, осуществляющему ежедневный контроль за движением денежных средств по этим выпискам, в которых были указаны действительные обязательные платежи, но с завышением итоговых сумм на такое количество денежных средств, какое было ею похищено посредством перечисления на свой лицевой счет.

Её показания о том, что незаконные перечисления денежных средств на свой лицевой счет она совершала по указанию Захаряна и с его участием, а самостоятельно не могла совершать никакие электронные платежи, и полученные в результате этих перечислений деньги возвращала ему, суд признает недостоверными и основанными на стремлении избежать ответственности посредством оговора Захаряна, и придания тем самым своим действиям бескорыстный и неумышленный характер. К такому выводу суд приходит на основании показаний свидетеля ФИО5, рассказавшего в ходе предварительного следствия о том, что ФИО4 единолично осуществляла все электронные платежи, а для контроля предоставляла ему банковские выписки, и после выявления фактов хищения признала эти факты, обещая вернуть похищенное. Свои показания Захарян подтвердил на очной ставке с ФИО4, а затем в ходе судебного разбирательства. Его показания суд признает достоверными, поскольку они последовательны, логичны, и согласуются с показаниями представителя потерпевшего, свидетелей, а также с другими доказательствами, исследованными судом. Так, свидетели ФИО10, ФИО11 и ФИО12, подтвердили его показания в той части, что оба электронных ключа находились у ФИО4, и она единолично осуществляла электронные платежи, а ФИО8 и ФИО9 подтвердили, что ФИО4 во время разговора в кабинете не отрицала факты хищения, обещая вернуть похищенные денежные средства, и перечисляя при этом имеющееся у нее имущество. При этом Аракелян, разговаривающий с Кожиной наедине, дополнил, что, признавая факты хищения, она не признавала всю сумму, утверждала, что в сговоре ни с кем не была, и после перечисления имеющегося имущества, обещала отработать похищенное. Кроме того, показания Захаряна о том, что ФИО4 подделывала ежедневные выписки, и поэтому продолжительное время незаметно для него похищала денежные средства, нашли свое объективное подтверждение при исследовании и сопоставлении банковских выписок по лицевому счету ФИО4 и по расчетному счету <данные изъяты>, а также ежедневных выписок, изъятых в <данные изъяты>, (в которые ФИО4 вносила заведомо ложные сведения о суммах перечислений), реестров на зачисление денежных средств получателям за <***>, <***>, <***>, <***>, <***>, <***>, платежных поручений, (содержащих различные основания для перечисления денежных средств), заключений эксперта, и приложений к нему. Совокупность этих доказательств наглядно показывает на способ совершения преступления, а также на причину, по которой главному бухгалтеру ФИО4 удавалось обмануть генерального директора ФИО5, несмотря на существующий контроль за движением денежных средств по расчетному счету посредством ежедневного просмотра, представляемых ею банковских выписок, и находит отражение в показаниях свидетеля Аракеляна, который отметил, что ФИО4 смогла вникнуть в систему управления, обходить ее, аудиторские проверки и психологически понять, что будут проверять, а что не будут.

Каких-либо оснований не доверять показаниям представителя потерпевшего, свидетелей, либо для признания других исследованных доказательств недостоверными, либо недопустимыми, у суда не имеется.

Проверяя и оценивая многочисленные доводы подсудимой, а также её защитников, приведенные в обоснование единой позиции, связанной с тем, что следствие проведено неполно, без проведения ревизии и исследования аудиторских проверок, а обвинение не доказано, что отсутствуют мотив преступления и ущерб, а доказательства, представленные стороной защиты опровергают обвинение, и поэтому по делу следует вынести оправдательный приговор, суд признает их несостоятельными, и противоречащими установленным обстоятельствам дела.

Признавая совокупность исследованных доказательств достаточной для правильного разрешения уголовного дела суд исходит из того, что показания представителя потерпевшего и свидетелей, бухгалтерские документы <данные изъяты> касающиеся перечислений на лицевой счет ФИО4, а так же сведения из <данные изъяты> заключения и показания эксперта, позволили проверить и оценить все доводы сторон, и выполнить требования уголовно-процессуального закона по установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию. Поэтому в ходе судебного разбирательства неоднократные ходатайства о дополнительном истребовании документов, а также о назначении ревизии и дополнительной бухгалтерской экспертизы, были отклонены.

Проверяя доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО4 корысти, а также о том, что ее действиями не был причинен ущерб, суд находит их противоречащими данным, полученным при исследовании бухгалтерских документов и при проведении бухгалтерской экспертизы, согласно которой, только безналичное списание денежных средств с её лицевого счета, не считая израсходованных наличными, составило 9 389 396 руб. 52 коп., т. е. в размере, значительно превышающем её официальные доходы, поступившие на этот счет.

Ее показания о том, что она оставляла на лицевом счете значительные суммы, якобы выплачиваемые Захаряном в качестве премий за оформление незаконных перечислений до <***> г., суд отвергает, и расценивает, как способ обосновать, таким образом, происхождение доходов, превышающих официальные, поскольку они голословны, даны после изменения показаний и опровергаются доказательствами, представленными стороной обвинения, а со стороны защиты никакими объективными доказательствами не подтверждены. По этим же основаниям суд отвергает и другие доводы ФИО4, изложенные в её показаниях, относительно невозможности перечисления денежных средств на свой лицевой счет без участия Захаряна, возвращения ему незаконно перечисленных денежных средств, и их расходования Захаряном на различные нужды <данные изъяты> После выявления в ее показаниях противоречий, относительно времени снятия незаконно перечисленных денежных средств, судом, путем выборочного исследования документов были установлены такие факты, которые опровергли её показания, и наглядно показали на различные промежутки времени снятия незаконно перечисленных денежных средств. Так, согласно банковской выписке по счету ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ ей были перечислены со счета <данные изъяты> 653 000 рублей, однако они не были сняты, и ДД.ММ.ГГГГ еще зачислены 500 000 рублей, а из зачисленных с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ денежных средств на общую сумму 1 000 098 руб. до конца года было снято только ДД.ММ.ГГГГ 200 000 рублей, в это же время совершена покупка в салоне «Бинар» на сумму 120 722 руб., затем трижды произведено снятие наличных по 40 000 рублей и дважды по 20 000 рублей. Таким образом, до ДД.ММ.ГГГГ на ее счете оставалось не менее 758 000 рублей, и в этот период совершались покупки на общую сумму свыше 170 000 рублей. На вопросы о причинах этого, ФИО4 в судебном заседании ответить не смогла, и изменила показания, заявив, что снимала их тогда, когда скажет руководитель.

При проверке доводов ФИО4 о том, что она подделывала ежедневные банковские выписки по указанию Захаряна с целью уклонения от налогов, судом была исследована информация о транзакциях, связанных с зачислением денежных средств от <данные изъяты> на лицевой счет ФИО4, а затем сопоставлена с информацией, имеющейся на ту же дату в ежедневных выписках из лицевого счета <данные изъяты>». В результате этого, обнаружено их несоответствие, связанное с завышением сумм, указанных в ежедневных выписках. Например, при оплате страховых взносов, зачисляемых на выплату страховой части трудовой пенсии ДД.ММ.ГГГГ (выписка из расчетного счета <данные изъяты>), ФИО4 увеличила в выписке эту сумму, предоставив её для отчета Захаряну, который, доверяя ей, не мог видеть увеличение реальной суммы, подлежащей оплате в качестве страховых взносов, на сумму перечисления на свой лицевой счет в размере 250 000 рублей. С учетом, этого, суд, основываясь на всей совокупности исследованных доказательств, приходит к выводу о том, что ФИО4, действовала не в интересах Захаряна и <данные изъяты>, поскольку знала о необходимости оформления перечисления денег на лицевой счет договорами займа, которые практиковались Захаряном, а в личных корыстных целях, чтобы скрывать от него и иных лиц, факты перечисления денежных средств на свой лицевой счет. Поэтому доводы ФИО4 о предоставлении Захаряну подделанных выписок по его указанию являются надуманными.

Рассматривая утверждения ФИО4 о наличии в <данные изъяты> практики выдачи неофициальной, как она указывает «серой» зарплаты, производства ремонтов за наличные денежные средства и др., приведенные для обоснования своей позиции, основанной на том, что Захарян заставлял её с этой целью обналичивать денежные средства, суд, основываясь на показаниях преобладающего большинства свидетелей, опровергнувших эти утверждения, признает их недостоверными. Наличие в показаниях двух свидетелей защиты – Лиманского и ФИО29 сведений о том, что они получали в <данные изъяты> наличные денежные средства, помимо заработной платы, перечисляемой на зарплатную карту, которые противоречат показаниям других свидетелей, не дает оснований признать это факт достоверно установленным. Поэтому их показания суд отвергает, и, наряду с этим, с учетом всех исследованных судом доказательств, делает вывод о том, что разрешение вопроса, о наличии либо отсутствии в <данные изъяты> практики выдачи неофициальной заработной платы, не может иметь существенное значение при установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу.

При принятии решения о доказанности вины подсудимой, суд, исходя из требований соблюдения принципа презумпции невиновности, не находит каких-либо оснований сомневаться в том, что она виновна в совершении вменяемого ей преступления.

В ходе судебного разбирательства, стороной защиты не было представлено ни одного доказательства, объективно подтверждающего показания подсудимой ФИО4 о том, что она совершала хищения денежных средств совместно с Захаряном, производя вместе с ним электронные перечисления на свой личный счет, а затем получала эти денежные средства и отдавала ему. Не были установлены такие факты и при всесторонней проверке доказательств, представленных стороной обвинения, в опровержение доводов стороны защиты.

Таким образом, признавая вину ФИО4 доказанной, суд квалифицирует ее действия по ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество, т. е. хищение чужого имущества, путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное с использованием своего служебного положения в особо крупном размере.

Квалифицируя её действия, таким образом, суд исходит из того, что она, работая в должности главного бухгалтера <данные изъяты> предусматривающей функции по принятию решений о расходовании денежных средств, и, имея фактически единоличный доступ к системе «Клиент-Банк», установленной на ее рабочем компьютере, использовала свое служебное положение с целью хищения денежных средств, принадлежащих <данные изъяты>. При этом она злоупотребляла доверием генерального директора ФИО5, который передал ей в постоянное пользование свой электронный ключ, необходимый для осуществления всех электронных платежей, связанных с производственной деятельностью предприятия. Таким образом, обеспечив себе возможность единолично, т. е. без участия генерального директора Захаряна, осуществлять электронные платежи с расчетного счета №, поскольку он передал ей право ставить за него электронную подпись при перечислении денежных средств через систему «Клиент-Банк», она обманывала его, систематически перечисляя на свой лицевой счет денежные средства на общую сумму 40 064 771, 32 руб., а что бы скрыть эти перечисления, предоставляла ему каждый раз заранее подделанные банковские выписки, в которых были указаны действительные обязательные платежи, но с завышением итоговых сумм на такое количество денежных средств, какое было ею похищено посредством перечисления на свой лицевой счет.

В соответствии с примечаниями к ст. 158 УК РФ причиненный <данные изъяты> ущерб относится к особо крупному размеру, так как он превышает один миллион рублей.

При назначении наказания суд, руководствуясь ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, а также данные о личности подсудимой и влияние наказания на ее исправление.

Кожина не судима, по месту жительства характеризуется положительно, на учете у нарколога и психиатра не состоит.

В качестве обстоятельств, смягчающих её наказание, суд учитывает данные о состоянии её здоровья, в частности то, <данные изъяты>.

Обстоятельств, отягчающих ее наказание, не имеется.

В связи с отсутствием каких-либо обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и для применения правил, предусмотренных ст. 64 УК РФ, позволяющих назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено за совершенное преступление.

Учитывая обстоятельства и тяжесть совершенного преступления, суд, в целях исправления ФИО4 и предупреждения совершения ею новых преступлений, а также в целях восстановления социальной справедливости, приходит к выводу о возможности назначения ей наказания в виде лишения свободы, без штрафа, поскольку представителем потерпевшего заявлен гражданский иск на сумму причиненного ущерба, и без ограничения свободы в связи с нецелесообразностью назначения этого дополнительного наказания.

Рассматривая вопрос о возможности применения к ФИО4 ст. 73 УК РФ, суд, несмотря на наличие у неё заболеваний и <данные изъяты> не относящихся к категории заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, с учетом тяжести и всех обстоятельств совершения преступления, приходит к выводу о невозможности её исправления без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ей следует назначить в исправительной колонии общего режима.

При разрешении вопроса о том, как поступить с вещественными доказательствами суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

Рассматривая гражданский иск представителя потерпевшего о взыскании с ФИО4 причиненного ущерба в размере 40 064 771,32 руб., суд, руководствуясь требованиями ст. 1064 ГК РФ, признает его обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме. В этой связи, в целях исполнения приговора в части гражданского иска, решения суда о наложении ареста на имущество ФИО4, т. е. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, и на ювелирные украшения, (т.5 л.д. 67-76) следует оставить без изменения.

Судебных издержек по делу не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296-299, 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО4 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В целях исполнения приговора избрать в отношении ФИО4 меру пресечения в виде заключения под стражу, взяв под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать ее в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тамбовской области.

Срок наказания исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Гражданский иск представителя потерпевшего о взыскании причиненного ущерба в размере 40 064 771,32 руб., удовлетворить, взыскав с ФИО3 в пользу <данные изъяты> 40 064 771,32 руб. (сорок миллионов шестьдесят четыре тысячи рублей 32 коп).

В целях обеспечения гражданского иска, арест, наложенный на квартиру, ФИО4, расположенную по адресу: <адрес>, и на ювелирные украшения, сохранить.

Вещественные доказательства:

Документы, изъятые в ходе осмотра места происшествия и в ходе обыска в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ:

- реестры на зачисление денежных средств получателям за <***>, <***>, <***>, <***>;

- папки-скоросшиватели «Заработная плата 1012 г.» «Заработная плата июль-декабрь <***>», «Заработная плата январь <***>-июль <***>»;

- папки-скоросшиватели «Расчетный счет <***> г.», «Расчетный счет <***> г.», «Расчетный счет <***> г.», «Расчетный счет <***> г.», «Расчетный счет <***> г.», «Расчетный счет <***> г.», «Расчетный счет <***> г.», «ПСБ Реестры з/пл с <***>»;

- реестры на зачисление денежных средств за <***> г., <***> г., <***> г., <***> г., <***> г., <***> г., после вступления приговора в законную силу возвратить в <данные изъяты>

Документы, изъятые при обыске в жилище ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ:

- договоры купли-продажи квартир от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ;

- договор участия в долевом строительстве от ДД.ММ.ГГГГ;

- дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ;

- передаточный акт от ДД.ММ.ГГГГ;

- нотариальную доверенность от ДД.ММ.ГГГГ;

- договор на приобретение автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ;

- кассовые чеки от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ;

- квитанции к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ;

- справку о стоимости автомобиля;

- заказ-наряд на выполнение работ по автомобилю;

- договоры купли-продажи автомобилей от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ;

- товарную накладную от ДД.ММ.ГГГГ;

- счет-фактуру от ДД.ММ.ГГГГ;

- акт оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ, после вступления приговора в законную силу ей возвратить.

На приговор могут быть поданы апелляционные жалоба или представление в Тамбовский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае обжалования приговора ФИО4 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья И.А. Бобров