Апелляционное постановление № 1-35/2025 22-1015/2025 от 10 сентября 2025 г. по делу № 1-35/2025

Председательствующий – Булычева А.С. (дело 1-35/2025)

32RS0002-01-2025-000221-32


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№22-1015/2025
11 сентября 2025 года
город Брянск
Брянский областной суд в составе

председательствующего Королевой Т.Г.,

при секретаре Кондратьевой О.Ю.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры Брянской области Симонова К.А.,

обвиняемого ФИО1 и в его интересах адвоката Чаловой Т.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Брасовского района Брянской области Малявко Р.Н. на постановление Брасовского районного суда Брянской области от 26 июня 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ,

прекращено в связи с примирением сторон, на основании ст. 25 УПК РФ.

Заслушав после доклада председательствующего выступление прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления об отмене постановления суда и направления уголовного дела на новое судебное разбирательство, обвиняемого и его защитника, полагавших, что законное и обоснованное решение суда отмене не подлежит, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в нарушении правил безопасности при ведении иных работ, повлекшем по неосторожности <данные изъяты> смерть ФИО5 при обстоятельствах, подробно изложенных в материалах дела.

Постановлением Брасовского районного суда Брянской области от 26 июня 2025 года уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с примирением сторон, на основании ст. 25 УПК РФ.

В апелляционном представлении прокурор Брасовского района Брянской области Малявко Р.Н. ставит вопрос об отмене постановления суда и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство, считая его незаконным, необоснованным, не соответствующим ч.4 ст.7 УПК РФ;

подробно анализируя предъявленное обвинение по ч.2 ст.216 УК РФ ФИО1, указывает, что решение о прекращении производства по делу по основаниям, предусмотренным ст. 25 УПК РФ и ст.76 УК РФ, с учетом фактических обстоятельств по делу принято судом с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и является несправедливым;

цитируя разъяснения, изложенные в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», указывает, что суд при прекращении уголовного дела за примирением с потерпевшим, вопреки разъяснениям данного постановления, правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 4 июня 2007 года №519-О-О, не учел конкретные фактические обстоятельства, не установил веские обстоятельства, существенно уменьшающие общественную опасность данного преступления, поскольку обвиняемый не только нарушил правила безопасности при проведении земляных работ и норм по охране труда, но и его действия повлекли по неосторожности смерть осужденного ФИО5, состоящего в должности уборщика служебных помещений и подсобного рабочего в ФКУ ИУ-4 УФСИН России по Брянской области;

отмечает, что суд исходил из того, что обвиняемый примирился с потерпевшей <данные изъяты> – матерью ФИО5, вместе с тем не учел ее статус представителя погибшего, приняв во внимание, что ФИО1 впервые совершил преступление средней тяжести, что в соответствии со ст.76 УК РФ влечет прекращение производства по делу на основании ст.25 УПК РФ;

обращает внимание на то, что это не обязанность, а право суда; суду необходимо было оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия, соразмерна ли сумма, выплаченная потерпевшей, характеру причиненного вреда, что судом не выполнено;

ссылаясь на судебную практику Верховного Суда РФ, выраженной в ряде решений, утверждает, что судом в полном объеме не рассмотрен вопрос о достаточности принятых обвиняемым мер, направленных на восстановление нарушенных в результате совершения преступления прав и законных интересов не только потерпевшей ФИО5, которая является лишь представителем погибшего, но и общества и государства;

указывает, что причиненный ФИО1 вред является не обратимым и не может быть компенсирован; кроме того, принятым решением о прекращении уголовного дела за примирением сторон исключается возможность рассмотрения вопроса о назначении не только основного, но и дополнительного наказания в виде запрета заниматься определенной деятельностью.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Чалова Т.И., действующая в защиту обвиняемого ФИО1, не соглашаясь с его доводами, просит постановление суда оставить без изменения, как законное и обоснованное, а апелляционное представление - без удовлетворения. Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, поданных возражений, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене на основании п.2 ст.389.15 УПК РФ в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч.1 ст.389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Из положений ч.4 ст.7 УПК РФ следует, что постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Оспариваемое постановление суда первой инстанции указанным требованиям закона не отвечает.

Согласно ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ лицо, впервые совершившее преступление средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный вред.

Как следует из материалов уголовного дела ФИО1, занимая должность главного инженера ФКУ ИК №4 УФСИН России по Брянской области, являлся лицом, на которое были возложены обязанности по соблюдению правил безопасности и требований охраны труда, нарушил правила безопасности при проведении земляных работ и 31.08.2024 года в ходе выполнения земляных работ осужденным ФИО5, в момент нахождения на дне выкопанной ямы, произошел обвал грунта одной из сторон ямы, в результате чего наступила его смерть.

Принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, суд указал, что исходит из характера и степени общественной опасности преступления, положительных данных о его личности, отсутствия конкретных фактических обстоятельств, в том числе отрицательно характеризующих либо иным образом его компрометирующих, а также фактов, свидетельствующих о принуждении потерпевшей ФИО5 к примирению и не возмещении ей вреда, причиненного преступлением.

Вместе с тем судом не выполнены требования п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010г. №17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», согласно которым, принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 4 июня 2007 года №519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений статей 76 УК РФ и 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Такая же позиция нашла отражение и в п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года №19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Согласно представленным материалам уголовного дела, ФИО1 ранее не судим, обвиняется в совершении преступления средней тяжести впервые, состоит в браке, имеет на иждивении троих несовершеннолетних детей, по месту жительства характеризуется как лицо, в отношении которого жалоб и заявлений не поступало, характеризуется положительно как по месту настоящего трудоустройства, так и по предыдущему месту работы, не состоит на учетах у врачей нарколога и психиатра, примирился с потерпевшей и загладил причиненный ей ущерб в размере 60 000 рублей.

В силу уголовно-процессуального закона прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон по предусмотренному ст.25 УПК РФ основанию - это право, а не обязанность суда. Суд не обязан принимать решение о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон даже при наличии всех необходимых условий, предусмотренных ст.25 УПК РФ и ст.76 УК РФ, в чем и заключается реализация на практике принципа индивидуализации уголовной ответственности за содеянное.

Вместе с тем, принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства совершения преступления, объектом которого является не только жизнь и здоровье человека, но и публичные интересы – общественная безопасность, прекращение уголовного дела не может способствовать восстановлению социальной справедливости и не будет соответствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, в том числе последствий в виде смерти ФИО5

При этом принятые ФИО1 меры, направленные на заглаживание причиненного преступлением вреда незначительны и не могут компенсировать негативность имеющихся общественно опасных последствий.

Само по себе принесение извинений потерпевшей, примирение с ней, отсутствие с ее стороны претензий, никоим образом не могут устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного, заключающуюся в гибели человека, либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного объектам преступного посягательства.

Преступление, предусмотренное ч.2 ст.216 УК РФ, относится к делам публичного обвинения, объектом посягательства по которому являются общественная безопасность в сфере производства отдельных видов работ, а также жизнь человека.

В соответствии со ст.2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Их признание, соблюдение и защита – обязанность государства. Согласно ч.1 ст.20 Конституции РФ каждый имеет право на жизнь.

Таким образом, деяние, в котором обвиняется ФИО1, представляет опасность не только для потерпевшей ФИО5 (матери погибшего), но и для общества.

Защита прав граждан и общества является обязанностью государства, что нашло свое развитие в уголовно-процессуальном законодательстве, реализуемой в данной стадии уголовного преследования независимо от позиции потерпевшей и от имени государства государственным обвинителем, который возражал против удовлетворения ходатайства.

При указанных обстоятельствах вывод суда о полном возмещении причиненного ущерба и возможности освобождения ФИО1 от уголовной ответственности является необоснованным, поскольку сделан без учета особенностей объекта преступного посягательства.

Судом в должной мере не учтено, что отсутствие у ФИО5 - матери погибшего ФИО5, являющейся лишь его представителем, претензий к ФИО1, ее субъективное мнение о полном заглаживании вреда, не может быть единственным и достаточным подтверждением снижения степени общественной опасности преступления, повлекшее по неосторожности смерть человека, которое позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

При изложенных обстоятельствах ходатайство о прекращении уголовного дела не подлежало удовлетворению, чем судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона вследствие незаконности прекращения уголовного дела и освобождения ФИО1 от уголовной ответственности, что влечет на основании п.2 ст.389.15 УПК РФ отмену постановления суда, удовлетворения апелляционного представления и передачу уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление прокурора Брасовского района Брянской области Малявко Р.Н. удовлетворить.

Постановление Брасовского районного суда Брянской области от 26 июня 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 216 УК РФ, прекращено в соответствии со ст. 25 УПК РФ - отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий Т.Г. Королева