Решение № 2-2123/2019 2-2123/2019~М-1758/2019 М-1758/2019 от 9 июня 2019 г. по делу № 2-2123/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

10 июня 2019 года г. Ханты-Мансийск

Ханты-Мансийский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе председательствующего судьи Солониной Е.А.,

при секретаре Абтрахимовой Н.З.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-<данные изъяты> по исковому заявлению автономного учреждения дополнительного профессионального образования Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Институт развития образования» к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения и причиненного материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Автономное учреждение дополнительного профессионального образования Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Институт развития образования» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения и причиненного материального ущерба. В обоснование иска указало, что в период с <данные изъяты> года ФИО3 в рамках заключенного с истцом трудового договора от 31.10.2011 года выполнял трудовую функцию по должности <данные изъяты>. При этом ответчик свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, исполнял недобросовестно, в результате чего, неосновательно обогатился за счет истца, а также причинил ущерб имуществу работодателя. По результатам контрольных мероприятий, проведенных истцом по прохождению водителями транспортных средств обязательного предрейсового медицинского осмотра в ООО «<данные изъяты>» выявлено, что ответчик предрейсовый медицинский осмотр проходил нерегулярно, при этом предоставляя истцу путевые листы с отметкой медицинской организации о прохождении им медицинского осмотра. В связи с выявленными несоответствиями, истцом в отношении ответчика проведена служебная проверка, в ходе которой с ФИО3 затребовано письменное объяснение по указанным фактам (заключение по результатам служебной проверки от 20.07.2017). Однако объяснения о причинах не прохождения медицинского осмотра и предоставления истцу путевых листов с отметкой о прохождении им медицинского осмотра ФИО3 не представил. При этом на основании представленных ФИО3 путевых листов составлены табели учета рабочего времени и произведена выплата заработной платы в полном объеме, в том числе за дни в которые обязательный предрейсовый медицинский осмотр ФИО3 не пройден. В соответствии с п.3.2. Правил внутреннего трудового распорядка работников АУ «Институт развития образования» работник обязан проходить в установленные сроки медицинские осмотры, а также соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда. Таким образом, прохождение предрейсового медицинского осмотра работником, замещающим должность водителя транспортного средства, является его обязанностью. Полагает, что ответчик умышленно и многократно злоупотреблял своими правами, вел себя недобросовестно, не информировав работодателя о не прохождении им обязательного предрейсового медицинского осмотра и предоставлял путевые листы с заведомо недействительными штампами о прохождении медицинского осмотра с целью необоснованного получения заработной платы. На сумму неосновательного обогащения между истцом и ответчиком заключены соглашения о добровольном возмещении от 04.08.2017 года и от 18.12.2017 года. Ответчик указанные соглашения в добровольном порядке не исполняет.

В связи с выполнением ответчиком должностных обязанностей по управлению автомобилем Toyota Camry (госномер <данные изъяты> 186) им производилась заправка автомобиля бензином по ведомостям. При проверке путевых листов ответчика на соответствие пройденного километража и произведенного расхода топлива (бензина АИ-92) выявлен значительный перерасход бензина на автомобиле. По результатам проведенной служебной проверки (заключение от 17.07.2017) установлено, что ответчик, самовольно без указаний непосредственного руководителя, пользуясь автомобилем, производил его заправку по ведомостям за счет средств работодателя без оформления путевых листов, в отсутствии производственной необходимости, т.е. использовал автомобиль в личных целях, тем самым причинив ущерб имуществу работодателя ввиду реального уменьшения наличного имущества - бензина АИ-92 на сумму 26843 руб. 60 коп. Объяснений по выявленным фактам ФИО3 не представил.

В результате служебной проверки (заключение от 18.12.2017) по расходованию горюче-смазочных материалов по договору от 30.12.2016 выявлен факт отсутствия документов, подтверждающих расход в производственных целях горюче-смазочных материалов в объеме 582,825 литра водителем автомобиля ФИО3 при эксплуатации автомобиля Toyota Camry с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> 186 и автомобиля Toyota Camry с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> 86, производившего заправку автомобилей бензином по ведомостям. По выявленным фактам 14.12.2017 года ФИО3 представлено объяснение в котором указывается, что при эксплуатации автомобиля Toyota Camry с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> 86 вверенного ему в управление фактический расход бензина превышает норму, заявленную производителем автомобиля. Однако данное утверждение ФИО3 не состоятельно ввиду того, что автомобили технически исправны, проходили регулярный технический осмотр на станции техобслуживания ООО «<данные изъяты>» и каких-либо дефектов, влияющих на расход топлива у автомобилей, не выявлено. Кроме того, при эксплуатации автомобилей другими водителями (ФИО4, ФИО5) превышения норм расхода топлива не выявлено. Фактически ФИО3 скрывал от работодателя объемы полученного им по ведомостям бензина, оплаченного истцом поставщику ООО «<данные изъяты>» по договору поставки. Всего, в результате неправомерных действий ответчика, выразившихся в присвоении полученного по ведомостям бензина в количестве 582,825 литра, принадлежащего истцу и распоряжении им по своему усмотрению, а не в целях выполнения трудовой функции, истцу причинен ущерб на сумму 23604 руб. 41 коп. С целью взыскания с ответчика причиненного ущерба истцом 24.07.2017 издан приказ № 425-лс о взыскании суммы причиненного ущерба в размере 26 843,60 руб. (на день подачи искового заявления взыскана сумма причиненного ущерба в размере 21 974,01, остаток 4 869,59 руб.). В соответствии с заключенным между истцом и ответчиком соглашением от 18.12.2017 (п. 1.2. - 1.3.) ответчик обязался возместить истцу задолженность до 20.12.2018 (п. 4.). Однако соглашение от 18.12.2017 ответчик не исполняет.

В связи с невозможность исполнения Ответчиком соглашения от 04.08.2017 года и от 18.12.2017 года в установленные в них сроки, стороны по обоюдному согласию приняли решение продлить срок по возмещению ущерба и суммы неосновательного обогащения, заключив дополнительные соглашения от 28.12.2018 года к соглашениям от 04.08.2017 года и от 18.12.2017 года.

На основании изложенного, с учетом уточнения в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит суд взыскать с ФИО3 в пользу АУ «Институт развития образования»: по дополнительному соглашению № 1 от 28.12.2019 к соглашению от 18.12.2017 рублей не выплаченную за три месяца сумму в общем размере 18 876 руб. 08 коп.; по дополнительному соглашению № 2 от 28.12.2019 к соглашению о возмещении ущерба от 04.08.2017 рублей не выплаченную за три месяца сумму в общем размере 11 594 руб.20 коп.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ФИО2 возражала против удовлетворения исковых требований. Суду пояснила, что ответчиком в добровольном порядке возмещен материальный ущерб.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Суд, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд, заслушав объяснения участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, стороны состояли в трудовых отношениях в период с <данные изъяты> года, ФИО3 в соответствии с трудовым договором от 31.10.2011 № 46/11 осуществлял трудовую деятельность в АУ «Институт развития образования» в должности <данные изъяты>.

Автомобили TOYOTA Camry с государственным номерным знаком <данные изъяты> (идентификационный номер (VIN) <данные изъяты>) и TOYOTA Camry с государственным номерным знаком <данные изъяты> (идентификационный номер (VIN) <данные изъяты>) находятся в оперативном управлении АУ «Институт развития образования».

Приказом истца от 10.01.2017 года № 4 автомобиль TOYOTA Camry <данные изъяты> закреплен за водителем автомобиля ФИО3

Приказом истца т 14.07.2017 года № 187 автомобиль TOYOTA Camry <данные изъяты> закреплен за водителем автомобиля ФИО3

09.01.2017 года между АУ «Институт развития образования» и ФИО3 заключен договор №<данные изъяты> о полной материальной ответственности, согласно условиям которого работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а так же за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

На основании п. 1 ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Статья 247 ТК РФ определяет обязанность работодателя устанавливать размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Бремя доказывания указанных обстоятельств в суде лежит на работодателе.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность ответчиков исключается.

В ходе проведения контрольных мероприятий экономистом отдела финансово-экономического обеспечения ФИО6 выявлено несоответствие пробега автомобиля в представленных путевых листах и фактического пробега на спидодометре автомобиля.

Комиссией установлено, что директор АУ «Институт развития образования» ФИО7 находилась в служебных командировках в период с <данные изъяты> (приказ Департамента образования и молодежной политики Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (далее - Департамент) от <данные изъяты> года (приказ Департамента от 10.03.2017 № <данные изъяты>), с <данные изъяты> года (приказ Департамента от <данные изъяты> № <данные изъяты> и с 12<данные изъяты> года (приказ Департамента от 11.04.2017 №<данные изъяты>

На время ее отсутствия исполняющими обязанности директора АУ «Институт развития образования» назначались: заместитель директора по учебно-методической работе ФИО8 (15<данные изъяты>), заместитель директора по научно-методической работе ФИО9 (с <данные изъяты>

Комиссией изучены путевые листы от <данные изъяты> и установлено, что в них отсутствуют подписи лиц, пользовавшихся автомобилем во время нахождения директора АУ «Институт развития образования» ФИО7 в служебных командировках в период с <данные изъяты>.

Водителем автомобиля ФИО3 не представлено документов, подтверждающих использования автомобиля в периоды нахождения директора АУ «Институт развития образования» ФИО7 в служебных командировках в вышеуказанные сроки в целях транспортного обеспечения деятельности Института.

13 июля 2017 ФИО3 вручено под подпись требование о предоставлении в течение двух дней письменного объяснения по факту эксплуатации служебного автомобиля с суммарным пробегом 4635 километров в период нахождения директора АУ «Институт развития образования» ФИО7 в служебных командировках с 15<данные изъяты>

Водителем автомобиля отдела материально-технического снабжения ФИО3 объяснение не предоставлено.

Результатами служебной проверки установлен факт эксплуатации служебного автомобиля с суммарным пробегом 4 635 километров в период нахождения директора АУ «Институт развития образования» ФИО7 в служебных командировках с <данные изъяты> водителем автомобиля отдела материально-технического снабжения административного управления ФИО3 без надлежащего оформления путевых листов в части подтверждения маршрута следования пользовавшимися автомобилем лицами.

Отсутствие подписей лиц, пользовавшихся автомобилем в путевых листах от <данные изъяты>, а также непредставление водителем автомобиля ФИО3 объяснений и документов, подтверждающих использование автомобиля в целях транспортного обеспечения деятельности Института комиссия расценивает как эксплуатацию автомобиля ФИО3 в личных целях.

Результатами служебной проверки от 20.07.2017 года установлен факт нарушения ФИО3 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.2.2 Трудового договора, п. 6.5.1 Коллективного договора АУ «Институт развития образования», п. 3.2 Правил внутреннего трудового распорядка работников АУ «Институт развития образования» в части не прохождения обязательных предрейсовых медицинских осмотров <данные изъяты>.

За нарушение ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.2.2 Трудового договора, п. 6.5.1 Коллективного договора АУ «Институт развития образования», п. 3.2 Правил внутреннего трудового распорядка работников АУ «Институт развития образования», а именно не прохождение обязательных предрейсовых медицинских осмотров <данные изъяты> года к водителю автомобиля отдела материально-технического снабжения административного управления ФИО3 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Полагая, что заработная плата ФИО3 выплачена в полном объеме, в том числе за дни, в которые предрейсовый медицинский осмотр не пройден, истец полагает, что с ответчика подлежит взысканию ущерб в результате неосновательно полученной заработной платы.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Таким образом, основным признаком заработной платы является вознаграждение за труд, то есть за выполненную работу или работу, которая должна быть выполнена.

В соответствии со ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда; если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

В силу п. 3 ст. 1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Из содержания приведенных норм права следует, что денежные суммы, выплаченные ответчику в качестве заработной платы, могут быть с него взысканы, но только в случаях прямо предусмотренных законом, в данном случае, если будут установлены его неправомерные (недобросовестные) действия.

При этом в рассматриваемом случае ни одно из указанных выше обстоятельств не нашло своего подтверждения в ходе судебного заседания.

Судом установлено и признавалось представителем истца в судебном заседании, что фактически ответчик был допущен к работе, выполнял свои трудовые обязанности, что подтверждается табелем рабочего времени, путевыми листами, согласно которых истец был допущен к работе, исполнял трудовые обязанности в течение полного рабочего времени.

Из ведомостей следует, что ФИО3 в спорные периоды получал путевые листы, о чем свидетельствует, в том числе, подпись оператора. Все путевые листы содержат отметки о прохождении медицинского осмотра, допущении ответчика к исполнению трудовых обязанностей.

Согласно ч. 4 ст. 91 Трудового кодекса РФ работодатель обязан вести учет рабочего времени, фактически отработанного каждым работником.

Информация, изложенная в табелях рабочего времени в ходе рассмотрения дела не опровергнута, достоверных и допустимых доказательств подтверждающих доводы о том, что в спорные периоды ответчик не осуществлял трудовую деятельность, не представлено.

Суду не представлено доказательств нерегулярного прохождения работником предрейсового медицинского осмотра, а также несоответствия представленных работодателю ответчиком путевых листов с отметкой о прохождении медицинского осмотра, в то время как на стороне истца лежит обязанность доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что неправомерные действия ответчика в получении заработной платы отсутствуют, а поэтому законных оснований для удовлетворения требований истца о взыскании неосновательного обогащения с ответчика не имеется.

Приказом № <данные изъяты> от 24.07.2017 года в связи с причинением прямого действительного ущерба АУ «Институт развития образования» ФИО3 вследствие эксплуатации служебного автомобиля TOYOTA Camry <данные изъяты> в личных целях, выразившегося в трате товарно-материальных ценностей, а именно бензина АИ-92, на основании заключения служебной проверки от 17.07.2017 года, акта об уклонении от дачи объяснений с ФИО3 взыскан ущерб в размере 26 843,60 руб.

Из акта документальной проверки от 04.12.2017 года покупки и расходования горюче-смазочных материалов по договору № <данные изъяты> от 30.12.2016 года следует, что выявлено отсутствие документов, подтверждающих расход горюче-смазочных материалов в объеме 582,825 литра водителем автомобиля ФИО3

Согласно акту определения размера причиненного ущерба от 14.12.2017 размер ущерба составил 23 604 руб. 41 коп.

Из объяснений ФИО3 от 14 декабря 2017 года следует, что расход бензина (фактический) автомобиля TOYOTA Camry <данные изъяты> превышает норму, заявленную производителем.

Результатами служебной проверки по факту отсутствия документов, подтверждающих расход горюче-смазочных материалов в объеме 582,825 литра водителем автомобиля ФИО3 на автомобилях TOYOTA Camry <данные изъяты> и TOYOTA Camry <данные изъяты> от 18.12.2017 года, установлено, что водителем автомобиля ФИО3 не представлено документов, подтверждающих расход горюче-смазочных материалов в объеме 582,825 литра в целях транспортного обеспечения деятельности АУ «Институт развития образования». Непредставление документов, подтверждающих расходование горюче-смазочных материалов, а именно бензина марки АИ-92 в количестве 582,825 литров, комиссия расценивает как присвоение ФИО3 товарно-материальных ценностей, а именно бензина марки АИ-92 в количестве 582,825 литров. Установлены признаки причинения ущерба Институту, выразившегося в присвоении ФИО3 товарно-материальных ценностей, а именно бензина марки АИ-92 в количестве 582,825 литров. Сумма ущерба от действий (бездействия) ФИО3 составляет 23 604 рубля 41 копейка.

Приказом № <данные изъяты>-лс от 18.12.2017 года АУ ДПО ХМАО-Югры «Институт развития образования» в связи с причинением прямого действительного ущерба АУ «Институт развития образования» ФИО3, возникшего вследствие присвоения ФИО3 товарно-материальных ценностей, а именно бензина марки АИ-92 в количестве 582,825 литров, на основании результатов заключения служебной проверки с ФИО3 взыскано 23 604 руб. 41 коп.

В соответствии с заключенным между истцом и ответчиком соглашением от 18.12.2017 (п. 1.2.-1.3.) ответчик обязался возместить истцу задолженность до 20.12.2018 (п. 4.).

Истец, предъявляя к ФИО3 требования о возмещении материального ущерба, ссылается на не исполнение условий соглашения ответчиком в добровольном порядке.

Согласно материалам дела, приказов о взыскании с ответчика суммы ущерба, общая сумма ущерба составила 50 448 руб. 01 коп. (26 843,60+23 604,41). Истец просит взыскать остаток задолженности, не возмещенной ответчиком в добровольном порядке.

Между тем, согласно справке о начисленной и выплаченной заработной плате водителя автомобиля регионального центра оценки качества образования АУ «Институт развития образования» ФИО3 за период с 01.07.2017 года по 31.12.2017 года, справки АУ ДПО ХМАО-Югры «Институт развития образования» об удержании денежных средств в счет погашения ущерба за период с июль 2017 года по декабрь 2017 года, за период с июль 2017 года по декабрь 2017 года с ФИО3 по заявлению работника удержано из заработной платы денежных средств в счет погашения ущерба 63 048 руб. 71 коп.

Таким образом, ответчиком ФИО3 возмещен ущерб в полном объеме в добровольном порядке.

В части заявленного представителем ответчика ходатайства о применении срока исковой давности, суд полагает необходимым отказать в виду следующего.

Закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности (абзац шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), Трудовой кодекс Российской Федерации предполагает, в свою очередь, предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Привлечение работника к материальной ответственности не только обусловлено восстановлением имущественных прав работодателя, но и предполагает реализацию функции охраны заработной платы работника от чрезмерных и незаконных удержаний.

Обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб, в том числе в случае заключения между ними соглашения о добровольном возмещении материального ущерба, возникает в связи с трудовыми отношениями, поэтому к этим отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующие материальную ответственность сторон трудового договора.

Частью четвертой статьи 248 ТК РФ установлено, что работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей.

Таким образом, при наличии заключенного между работником и работодателем соглашения о добровольном возмещении работником ущерба с рассрочкой платежа годичный срок для обращения работодателя в суд исчисляется с момента, когда работник должен был возместить ущерб (внести очередной платеж), но не сделал этого.

На основании изложенного, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, исходя из отсутствия неправомерных действий ответчика в получении заработной платы, удержания работодателем в полном размере суммы материального ущерба из заработной платы ответчика, суд приходит к выводу о том, что исковые требования автономного учреждения дополнительного профессионального образования Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Институт развития образования» к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения и причиненного материального ущерба, не обоснованы и не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление автономного учреждения дополнительного профессионального образования Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Институт развития образования» к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения и причиненного материального ущерба, оставить без удовлетворения.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления прокурора через Ханты-Мансийский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено и подписано составом суда 13 июня 2019 года.

Судья Ханты-Мансийского

районного суда подпись Е.А. Солонина

копия верна:

Судья Ханты-Мансийского

районного суда Е.А. Солонина