Апелляционное определение № 11-4991/2026 от 6 апреля 2026 г.

УИД 74RS0032-01-2025-005249-59

Дело № 2-3726/2025

Судья Чепур Я.Х.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-4991/2026
07 апреля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Благаря В.А.,

судей Нилова С.Ф., Смирновой Е.Н.,

при секретаре Галеевой З.З.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 ФИО17 на решение Миасского городского суда Челябинской области от 22 декабря 2025 года по иску ФИО1 ФИО18 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о защите прав потребителя.

Заслушав доклад судьи Смирновой Е.Н. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, пояснения представителя истца ФИО2 – ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика Банка ВТБ (публичное акционерное общество) – ФИО4, полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) (далее по тексту - Банк ВТБ (ПАО)) (с учетом уточнений) о признании незаключенными кредитных договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года, взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., штрафа, расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

В обоснование иска указала на то, что в ДД.ММ.ГГГГ года от судебного пристава-исполнителя Миасского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области путем получения постановлений о возбуждении исполнительных производств ей стало известно о том, что ДД.ММ.ГГГГ года от ее имени с Банком ВТБ (ПАО) заключены кредитные договоры. Однако никакие договоры с Банком не заключала, ничего не подписывала. По данному факту она обратилась в полицию с заявлением, возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица. В ходе проведения проверки установлено, что кредитные договоры на ее имя оформлены с использованием номера телефона, который с ДД.ММ.ГГГГ года ей не принадлежит в связи с расторжением договора услуг связи. Поскольку Банк незаконно обратился за принудительным взысканием по несуществующим кредитным договорам, его действиями ей причинен моральный вред, который она оценивает в 50 000 руб.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель истца ФИО2 - ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) - ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, указав на то, что Банк самостоятельно аннулировал указанные кредитные договоры.

Представитель третьего лица ПАО «Мобильные ТелеСистемы», нотариусы нотариального округа Челябинского городского округа ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены.

Решением суда в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме. Указывает на отсутствие доказательств того, что Банк в одностороннем порядке признал спорные кредитные договоры незаключенными и аннулировал их. Ссылается на то, что за Банком сохраняется право повторно предъявить исполнительные документы к исполнению, что приведет к тому, что она вновь вынуждена будет доказывать, что кредитные договоры заключены не ею.

Истец ФИО2, представитель третьего лица ПАО «Мобильные ТелеСистемы», нотариусы нотариального округа Челябинского городского округа ФИО5, ФИО6, ФИО7 о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены, в судебное заседание не явились, истец ФИО2 представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, поскольку их неявка в суд апелляционной инстанции при указанных обстоятельствах препятствием к разбирательству дела не является.

Выслушав пояснения представителя истца ФИО2 – ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика Банка ВТБ (ПАО) – ФИО4, полагавшей решение суда законным и обоснованным, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что на основании заявлений ФИО2, подписанных простой электронной подписью, с Банком ВТБ (ПАО) заключены кредитные договоры:

- № № от ДД.ММ.ГГГГ года,

- № № от ДД.ММ.ГГГГ года,

- № № от ДД.ММ.ГГГГ года.

При заключении кредитных договоров указан номер мобильного телефона +№ (л.д. 87, 88-91, 92, 93, 94, 95-98, 121-124).

Согласно ответу ПАО «Мобильные ТелеСистемы», номер телефона +№ ранее принадлежал ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года договор по указанному абонентскому номеру расторгнут (л.д. 15, 16).

ФИО2 обратилась в полицию с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту оформления от ее имени кредитных договоров.

Постановлением дознавателя ОД ОП Тракторозаводского УМВД России по г. Челябинску от ДД.ММ.ГГГГ года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 14).

Постановлением судебного пристава-исполнителя Миасского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ года на основании исполнительной надписи нотариуса ФИО5 о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ года возбуждено исполнительное производство № №-ИП (л.д. 6-8).

Постановлением судебного пристава-исполнителя Миасского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ года на основании исполнительной надписи нотариуса ФИО6 о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору № № № от ДД.ММ.ГГГГ года возбуждено исполнительное производство № №-ИП (л.д. 9-11).

ДД.ММ.ГГГГ года нотариусом ФИО7 совершена исполнительная надпись, согласно которой с ФИО2 в пользу Банка ВТБ (ПАО) подлежит взысканию задолженность по кредитному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ года в размере 153 579,44 руб. (л.д. 30).

Постановлением судебного пристава-исполнителя Миасского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ года на основании исполнительной надписи нотариуса ФИО7 о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору № № № от ДД.ММ.ГГГГ года наложен арест на ДС, находящиеся в банке или иной кредитной организации (л.д. 12-13).

Согласно ответу Банка ВТБ (ПАО) на обращение ФИО2, обязательства по кредитным договорам № №, № № прекращены. Данные в БКИ скорректированы. Кредитный договор № № будет аннулирован в ближайшее время (л.д. 80)

Постановлениями судебного пристава-исполнителя Миасского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области от 29 октября 2025 года исполнительные производства № №-ИП, № №-ИП окончены, в связи с тем, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание (л.д. 78, 79).

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 10, 166, 168, 170, 309, 310, 820 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», ст. ст. 2, 5 Федерального закона от 06 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи», разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходил из того, что по исковым требованиям о признании незаключенными кредитных договоров отсутствует предмет спора, поскольку требования направлены на аннулирование основания возникновения прав лица, которое уже было лишено этих прав вследствие прекращения правоотношения сторон в силу п. 2 ст. 453 ГК РФ, что не ведет к восстановлению оспариваемых прав и законных интересов истца. Незаконности в действиях Банка по получению исполнительных документов и предъявлению их в службу судебных приставов для принудительного исполнения до возбуждения уголовного дела по факту мошеннических действий, не имеется.

Судебная коллегия с данными выводами суда первой инстанции согласиться не может.

В соответствии с п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (п. 2).

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума № 25).

В соответствии с п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из материалов дела следует, что Банк ВТБ (ПАО) не оспаривал того обстоятельства, что кредитные договоры № № от ДД.ММ.ГГГГ года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года заключены не ФИО2

Вместе с тем, доказательств того, что Банком в одностороннем порядке принято решение о признании спорных кредитных договоров незаключенными, аннулировании всех последствий, связанных с возбуждением исполнительных производств, передачей информации в бюро кредитных историй, суду не представлено.

Напротив, из имеющихся в материалах дела постановлений судебного пристава-исполнителя Миасского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ года следует, что исполнительные производства № №ИП, № №-ИП окончены не в связи с отзывом исполнительных листов взыскателем, а в связи с тем, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Ссылка в ответе Банка от ДД.ММ.ГГГГ года о том, что кредитный договор № № от ДД.ММ.ГГГГ года будет аннулирован в ближайшее время, а данные в БКИ скорректированы, опровергается информацией кредитного отчета по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ года, из которого следует, что у ФИО9 имеется действующий кредитный договор № №, заключенный с Банком ВТБ (ПАО) ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ года.

Таким образом, учитывая отсутствие у истца иного способа по восстановлению нарушенных прав, судебная коллегия приходит к выводу о праве истца на признание спорных кредитных договоров незаключенными в судебном порядке.

При таких обстоятельствах решение суда об отказе в удовлетворении исковых требований нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с принятием по делу нового решения о признании кредитных договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО2 незаключенными.

Разрешая исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 не подписывала соглашения об использовании простой электронной подписи, в договорные заемные правоотношения с Банком ВТБ (ПАО) не вступала.

Таким образом, ФИО2, являясь субъектом персональных данных, не предоставляла Банку ВТБ (ПАО) свои персональные данные (ФИО, паспортные данные, дата и место рождения, пол, возраст, гражданство, адрес регистрации и проживания), не выражала согласие на их предоставление третьим лицам, не давала согласие на их обработку.

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом (ст. 24 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с положениями ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В развитие названных конституционных положений в целях обеспечения защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, принят Федеральный закон от 27 июня 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», регулирующий отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, не входящими в систему органов местного самоуправления муниципальными органами, юридическими лицами, физическими лицами.

Согласно статье 3 Федерального закона от 27 июня 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1).

Под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных (п. 3).

По общему правилу обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных (п. 1 ч. 1 ст. 6).

Статьей 7 Федерального закона от 27 июня 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» предусмотрено, что операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из содержания ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» следует, что согласие субъекта на обработку его персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным (ч. 1). Обязанность доказать наличие такого согласия или обстоятельств, в силу которых такое согласие не требуется, возлагается на оператора (ч. 3). Согласие должно содержать перечень действий с персональными данными, общее описание используемых оператором способов обработки персональных данных (п. 7 ч. 4).

В соответствии с ч. 2 ст. 17 Федерального закона от 27 июня 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

Согласно ст. 24 Федерального закона от 27 июня 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» лица, виновные в нарушении требований настоящего Федерального закона, несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность (ч. 1). Моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков (ч. 2).

Из системного толкования приведенных норм следует, что сбор, обработка, передача, распространение персональных данных возможны только с согласия субъекта персональных данных, при этом согласие должно быть конкретным. Под персональными данными понимается любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному физическому лицу. Моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, а также требований к защите персональных данных, подлежит возмещению.

Поскольку нарушение прав ФИО10, как субъекта персональных данных, достоверно установлено на основании совокупности доказательств, то судебная коллегия приходит к выводу о праве ФИО10 на компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Согласно ч. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Соответственно, размер штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, исчисленный от подлежащих взысканию в пользу истца денежных сумм, составляет 10 000 руб. (20 000 х 50%).

Ответчиком ходатайства о снижении штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации заявлено не было.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ года между ФИО2 (Заказчик) и ФИО3 заключен договор на оказание юридических услуг, согласно которому Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязательство оказать следующие услуги: ознакомиться с представленными Заказчиком документами, провести их правовой анализ, оказать консультацию, получить информацию по уголовному делу, обратиться в адрес Банка ВТБ (ПАО) с заявлением о предоставлении копий кредитных договоров, составить и направить в суд исковое заявление, представлять интересы Заказчика при рассмотрении гражданского дела в суде, подавать в суд иные процессуальные документы, т.д. Стоимость услуг Исполнителя составляет 50 000 руб. (л.д. 74-75).

В подтверждение понесенных расходов на оплату услуг правового характера ФИО2 представлен чек от ДД.ММ.ГГГГ года на сумму 50 000 руб. (л.д. 76).

Принимая во внимание степень участия представителя истца в рассматриваемом деле, его сложность, количество судебных заседаний, объем подготовленных процессуальных документов и оказанных консультационных юридических услуг, учитывая отсутствие возражений со стороны ответчика относительно заявленной суммы расходов, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца расходов по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Миасского городского суда Челябинской области от 22 декабря 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 ФИО19 удовлетворить частично.

Признать кредитные договоры № ДД.ММ.ГГГГ от № года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года, № № от ДД.ММ.ГГГГ года между Банком ВТБ (публичное акционерное общество) и ФИО1 ФИО20 незаключенными.

Взыскать с Банка ВТБ (публичное акционерное общество) (ИНН №) в пользу ФИО1 ФИО21 (паспорт серия № номер №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 10 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 апреля 2026 года.