Приговор № 1-49/2017 от 21 февраля 2017 г. по делу № 1-49/2017

ПРИГОВОР

Именем РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Братск 22 февраля 2017 г.

Братский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Захаровой А.Б., единолично, при секретарях судебного заседания Ульевой Н.Н., Чекалкиной Т.О., с участием государственных обвинителей – ст.помощников прокурора г.Братска Матвеевской М.С., ФИО1, законного представителя малолетнего потерпевшего М.М.С. – М.Н.С., подсудимой ФИО2, её защитника – адвоката Томилова И.Ю., представившего удостоверение *** и ордер *** от ДД.ММ.ГГГГ Братского филиала № *** Иркутской областной коллегии адвокатов, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-49/2017 в отношении

ФИО2 , <данные изъяты>, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ,

в судебном следствии

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2, управляя автомобилем, совершила нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО2 в нарушение требований п.1.3 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД РФ), в соответствии с которым участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, и п.1.5. ПДД РФ, в соответствии с которым участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, управляла технически исправным легковым автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, приближалась со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> и подъездной дорогой к ГСК «<данные изъяты>» в <адрес>, то есть к перекрёстку, оснащённому светофорами, где очерёдность движения определяется сигналами светофора, на котором ей необходимо было совершить поворот налево в сторону <адрес>, в светлое время суток, по сухому асфальтированному, без дефектов, дорожному покрытию автодороги «<данные изъяты>», продольный профиль которой характеризуется уклоном относительно направления движения управляемого ей автомобиля «<данные изъяты>».

Водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, приближаясь к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> и подъездной дорогой к ГСК «<данные изъяты>» в <адрес>, оснащённому светофорами, вела автомобиль со скоростью, не превышающей установленного ограничения, однако, со скоростью, не обеспечивающей ей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил дорожного движения, тем самым проявив небрежность при управлении автомобилем.

Далее, водитель ФИО2, выехав на перекрёсток по зелёному сигналу светофора и намереваясь повернуть налево, ввиду недостаточной внимательности и предусмотрительности, не убедившись в полной мере в отсутствии транспортных средств, движущихся через перекрёсток со встречного направления прямо, движение которых по зелёному сигналу светофора она должна была предвидеть, продолжила выполнять маневр – поворот налево, тем самым создав опасность для движения. Далее, отвлекшись от управления автомобилем «<данные изъяты>», водитель ФИО2 проявила небрежность при управлении транспортным средством, в связи с чем утратила контроль за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения и своевременно не обнаружила опасность для движения, которую она могла своевременно обнаружить при надлежащем выполнении ПДД РФ, в виде автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя М.С.А. , движущегося через перекрёсток со встречного направления прямо по правой полосе и имеющего преимущество в движении с учётом его траектории перемещения, которую она была в состоянии обнаружить, не уступила дорогу автомобилю «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, нарушая правила проезда регулируемых перекрёстков, при этом не приняла своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, создав опасность для движения, и допустила на вышеуказанном регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> и подъездной дороги к ГСК «<данные изъяты>» в <адрес> столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя М.С.А. , которому создала таким образом помеху для движения, тем самым нарушив:

п.8.1. ПДД РФ («Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения»);

п.10.1. ПДД РФ («Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства»);

п.13.3. («Перекрёсток, где очерёдность движения определяется сигналами светофора или регулировщика, считается регулируемым.

При жёлтом мигающем сигнале, неработающих светофорах или отсутствии регулировщика перекресток считается нерегулируемым, и водители обязаны руководствоваться правилами проезда нерегулируемых перекрестков и установленными на перекрестке знаками приоритета»);

п.13.4. ПДД РФ («При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо и направо»).

Нарушение водителем ФИО2 вышеуказанных требований ПДД РФ повлекло дорожно-транспортное происшествие – столкновение автомобилей «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и причинение тяжкого вреда здоровью пассажиру автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, малолетнему М.М.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В результате нарушения водителем ФИО2 вышеуказанных требований ПДД РФ, повлекшего дорожно-транспортное происшествие, М.М.С. причинено телесное повреждение в виде закрытой черепно-мозговой травмы: ушиб головного мозга лёгкой степени тяжести, линейный перелом правой теменной кости, гематома в правой теменной области, которое оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

При указанных обстоятельствах водитель ФИО2, нарушая Правила дорожного движения РФ, не предвидела наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью М.М.С., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, наступление которых находится в прямой причинно-следственной связи с ее действиями.

Подсудимая ФИО2 вину в совершении преступления не признала полностью, выразила сожаление о том, что в результате дорожно-транспортного происшествии пострадал ребёнок, суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ она, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащим её родственнику, двигалась по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес> в <адрес>, где намеревалась повернуть налево на <адрес>. Она не видела, двигались ли за ней какие-либо транспортные средства, в том числе, грузовые автомобили. Подъехав к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, она увидела, что для её направления горели на светофоре зелёный сигнал в основной секции и зелёная стрелка для поворота налево в дополнительной секции, но она остановилась, пропуская автомобили, двигающиеся прямо со встречного направления. Потом зелёный сигнал в основной секции замигал, включился жёлтый сигнал, она всё ещё стояла, в это время со встречного направления налево в сторону ГСК «<данные изъяты>» повернул какой-то автомобиль. После этого для её направления в основной секции загорелся красный сигнал, в дополнительной секции продолжала гореть зелёная стрелка, разрешающая поворот налево. Она, освобождая перекрёсток, продолжила выполнение манёвра – поворота налево на <адрес> и в этот момент почувствовала удар в правую часть своего автомобиля. Она никакого автомобиля «<данные изъяты>» до столкновения не видела. Если бы видела, то пропустила бы его. В первый момент после удара она, убедившись, что её пассажиры – её подруга Б.К.А. и малолетний сын последней – не пострадали, попыталась выйти из своего автомобиля, но водительскую дверь заклинило, она выбила её ногой, вышла, увидела светлый автомобиль «<данные изъяты>», с которым столкнулся её автомобиль, около данного автомобиля была девушка с маленьким ребёнком на руках – М.Н.С., там же стоял водитель автомобиля «<данные изъяты>» – М.С.А. , с которыми ранее она знакома не была. Она вызвала сотрудников ГИБДД. В какой-то момент к М.С.А. подъехали на грузовом автомобиле двое мужчин, сказали, что они всё видели, что виновата она, А., поскольку поворачивала налево на зелёный сигнал светофора и должна была пропустить М.С.А. , двигавшегося в прямом направлении на зелёный сигнал, затем эти двое мужчин уехали. Через некоторое время прибыл инспектор ГИБДД, стал составлять протокол осмотра места происшествия. Затем на место ДТП вновь приехали те двое мужчин, которые уже ранее подъезжали на грузовом автомобиле, только теперь они приехали на легковом автомобиле, сообщили инспектору, что являются очевидцами дорожно-транспортного происшествия, оставили свои координаты. Ей известно, что в результате дорожно-транспортного происшествия пострадали малолетние дети, об этом факте она узнала в ГИБДД, где впоследствии писала объяснение. На месте происшествия она с супругами М. не ругалась, никого не оскорбляла, нецензурной бранью не выражалась. Ей несколько раз звонила М.Н.С., в телефонном разговоре ругала её, высказывала претензии и оскорбления в её адрес, поэтому она впоследствии перестала отвечать на телефонные звонки М.. Она допускает, что была невнимательна и, выполняя маневр поворота налево, не убедилась в отсутствии транспортных средств, следующих со встречного направления прямо. Настаивает, что, выполняя манёвр поворота налево на <адрес>, двигалась по разрешающей зелёной стрелке светофора в дополнительной секции, в это время в основной секции горел красный сигнал, М.С.А. двигался через перекрёсток на запрещающий красный сигнал светофора, чем спровоцировал дорожно-транспортное происшествие. Если бы она видела автомобиль «<данные изъяты>» под управлением М.С.А. , она бы уступила ему дорогу. Полагает, что дорожно-транспортное происшествие спровоцировал водитель М.С.А. , двигавшийся на запрещающий красный сигнал светофора. Поскольку она не видела, двигались ли за ней по автодороге «<данные изъяты>» какие-либо транспортные средства, в том числе, грузовые автомобили, то полагает, что свидетели, позже подъехавшие к месту ДТП на грузовом автомобиле, фамилии которых узнала позже, – М.А.В. и Л.Е.И. – очевидцами ДТП не являлись, возможно, что второй участник ДТП – М.С.А. позвонил им, и они подъехали, чтобы подтвердить его версию. Кроме того, если бы на <адрес> перед перекрёстком стояли транспортные средства, то после столкновения её автомобиль, вынесенный по инерции на <адрес>, ударил бы стоящие там автомобили, следовательно, никаких автомобилей там не было, в том числе и под управлением С.Н.П., следовательно, супруги С.Н.П. не являются очевидцами ДТП и не могут давать объективные показания.

В связи с противоречиями в показаниях подсудимой, данных ею на предварительном следствии и в судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя с согласия участников судебного разбирательства в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ исследованы показания ФИО2 на предварительном следствии.

Так, из протокола допроса ФИО2 в качестве подозреваемой от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) установлено, что водительский стаж ФИО2 составляет более <данные изъяты> лет, за это время участником ДТП с тяжкими последствиями она не была, курсы обучения водителей проходила в автошколе при Братском профессиональном техникуме в <данные изъяты> заболеваниями зрения, слуха, опорно-двигательного аппарата, а также заболеваниями, которые могут спровоцировать потерю сознания, не страдает, лекарственные препараты, которые могут повлиять на реакцию водителя, не принимает, на учёте у нарколога и психиатра не состоит, черепно-мозговых травм не было, наркотические средства, психотропные вещества никогда не употребляла, спиртным не злоупотребляет, не страдает и никогда не страдала провалами в памяти, галлюцинациями, снохождением, бредом, психическими расстройствами, считает себя адекватным и психически здоровым человеком. Легковой автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежит брату её супруга А.А.Н., который приобрёл данный автомобиль в <данные изъяты> г., автомобилем «<данные изъяты>» управляли она, её супруг А.К.Н. и его брат А.А.Н., действие полиса <данные изъяты> страховой компании «<данные изъяты>» распространялось на них троих. За техническим состоянием автомобиля «<данные изъяты>» регулярно следили её супруг и его брат, автомобиль всегда находился в технически исправном состоянии, то есть основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевое управление, внешние световые приборы автомобиля были работоспособны. Данный автомобиль с правосторонним рулевым управлением и автоматической коробкой переключения передач, оборудован антиблокировочной системой тормозов (АБС), передние и задние сидения автомобиля оснащены ремнями безопасности, лобовое (ветровое) стекло и стёкла передних дверей не затонированы, автомобильный видеорегистратор в салоне автомобиля не установлен. ДД.ММ.ГГГГ на колёсах автомобиля были установлены шины для летнего сезона. До момента ДТП на автомобиле внешних повреждений не было. ДД.ММ.ГГГГ она чувствовала себя хорошо, лекарственных препаратов, которые могут повлиять на реакцию водителя, не принимала, алкогольные напитки не употребляла. Накануне ДТП ночью спала около 6-7 часов, чего вполне хватает ей для полноценного отдыха. На момент ДТП провела за управлением автомобиля в общей сложности около одного часа, усталости при этом не чувствовала. ДД.ММ.ГГГГ она, управляя автомобилем «<данные изъяты>», на котором были включены внешние световые приборы, двигалась по автодороге «<данные изъяты>» со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> в сторону регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>, на котором ей необходимо было повернуть налево и продолжить движение по <адрес>. В автомобиле «<данные изъяты>» находились двое пассажиров: на переднем сидении – её подруга Б.К.В., на заднем сидении – сын последней С.М.Ю., <данные изъяты> г.р., все они были пристёгнуты ремнями безопасности. В салоне автомобиля тихо звучала музыка, но это её от управления не отвлекало. Б.К.В. и С.М.Ю. её также от управления автомобилем не отвлекали. Скорость движения автомобиля составляла около 40 км/час, приближаясь к указанному перекрёстку, она постепенно снижала скорость. На улице было светло, видимость была неограниченная, погода ясная, без осадков. В прямом направлении, а также с поворотом налево рядом с ней по проезжей части двигались другие транспортные средства, марки, модели, номера которых она не знает. Автодорога «<данные изъяты>» в месте расположения регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> представлена в виде двух асфальтированных проезжих частей, предназначенных для движения транспортных средств в противоположных направлениях. Между проезжими частями имеется разделительная полоса, вдоль которой установлено металлическое ограждение. Проезжие части в обоих направлениях представляют собой четыре полосы движения: крайняя правая предназначена для поворота направо, две полосы посередине предназначены для движения в прямом направлении, левая полоса предназначена для поворота налево. Дорожная разметка на проезжей части по ходу движения автомобиля «<данные изъяты>» к указанному перекрестку была хорошо различима. Приближаясь к регулируемому перекрестку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> по крайней левой полосе проезжей части автодороги «<данные изъяты>», она снизила скорость движения до 10 км/час, включила левый указатель поворота, на светофоре в тот момент был включён зелёный сигнал, ехавший перед ней автомобиль остановился перед перекрёстком, пропуская встречный транспорт. Она также остановила свой автомобиль. Водитель автомобиля впереди неё, пропустив другие автомобили, на зелёный мигающий сигнал повернул налево и уехал в сторону <адрес> не проследовала за данным автомобилем, поскольку со встречного направления по крайней левой полосе двигался автомобиль иностранного производства, марку, модель, госномер не знает, который на перекрёстке повернул налево в сторону ГСК «<данные изъяты>», в тот момент на светофоре был включен жёлтый сигнал. Далее она, посмотрев на светофор, увидела, что на нём был включён красный сигнал, а также включена дополнительная секция с сигналом в виде зелёной стрелки, продолжила движение налево в сторону <адрес> транспортных средств, движущихся с противоположного направления прямо, красный сигнал запрещает движение через перекрёсток. Она на красный сигнал светофора должна закончить маневр – поворот налево для освобождения перекрёстка. Когда она почти завершила маневр, и передние колеса автомобиля были уже на проезжей части <адрес>, она ощутила сильный удар, который пришёлся на переднюю правую часть кузова автомобиля «<данные изъяты>», который после удара развернуло влево относительно первоначального направления движения, после чего автомобиль остановился, его передняя часть была направлена в сторону <адрес>. После остановки автомобиля она вышла, увидела автомобиль «<данные изъяты>», госномер не помнит, белого цвета, с повреждённой передней частью кузова, данный автомобиль находился недалеко от её автомобиля, передняя часть также была направлена в сторону <адрес>, она поняла, что произошло столкновение автомобиля по её управлением с автомобилем «<данные изъяты>», который до ДТП следовал по автодороге «<данные изъяты>» со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с ж.<адрес> в сторону перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> в прямом направлении по крайней правой полосе. В месте столкновения она видела осыпь стекла, осколки пластиковых деталей автомобилей, в районе нахождения автомобилей видела потёки масла. Она не видела момент приближения автомобиля «<данные изъяты>» к перекрёстку до момента столкновения и ДТП. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены передний бампер, правая фара, переднее правое крыло, передняя правая дверь и её стекло, капот, других повреждений не помнит. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены передний бампер, обе фары, капот, решётка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. Прибывший инспектор ГИБДД с применением цифрового фотоаппарата в присутствии её, второго водителя М.С.А. , ранее незнакомого ей, с участием двух понятых, ранее ей не знакомых, произвёл осмотр места совершения административного правонарушения. В составленных инспектором схеме места совершения административного правонарушения и в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения она, водитель М.С.А. и понятые поставили свои подписи, подтвердив правильность составленных документов, замечаний, заявлений ни от кого не поступило. Она не обратила внимание на то, какие следы были обнаружены в ходе осмотра. Далее инспектор ГИБДД освидетельствовал её и водителя М.С.А. на состояние алкогольного опьянения, которое показало, что они оба были трезвы, о чём были составлены документы, после чего она дала письменное объяснение по факту произошедшего ДТП. Спустя пять минут после ДТП к водителю М.С.А. со стороны <адрес> подъехали на грузовом автомобиле-пикапе тёмного цвета, госномер не знает, ранее незнакомые ей мужчины, одному на вид около 40 лет, другому на вид около 30 лет, один из них пояснил, что является свидетелем ДТП, продиктовал М.С.А. свой номер сотового телефона, после чего они уехали. Спустя около 30 минут после ДТП, когда на месте ДТП уже находился инспектор ГИБДД, вышеуказанные мужчины опять подъехали к месту ДТП, только уже на легковом автомобиле и оставили свои координаты инспектору ГИБДД. Она слышала, что данные мужчины пояснили инспектору, что до ДТП они двигались за ней с поворотом налево на <адрес>, и что она совершала маневр на зелёный сигнал, не пропустила движущийся в прямом направлении автомобиль «<данные изъяты>», соответственно, её действия стали причиной ДТП. Она не была согласна с тем, что выехала на перекрёсток на зелёный сигнал, и сразу сообщила об этом инспектору и водителю М.С.А. В дальнейшем она пыталась найти очевидцев ДТП, подав в начале <данные изъяты> объявление в «бегущую строку» на телеканал <данные изъяты>, но никто не откликнулся. Настаивает на том, что в момент ДТП для водителя М.С.А. на светофоре был включён красный сигнал светофора. Автомобиль «<данные изъяты>» после оформления ДТП был перевезён на эвакуаторе на автостоянку «<данные изъяты>» по <адрес>, где хранится до настоящего времени, ремонт не производился. Свидетелем данного ДТП является Б.К.В., ей неизвестно, что по факту ДТП может показать С.М.Ю., других свидетелей, очевидцев совершённого ДТП она не знает. В результате ДТП она, Б.К.В. и С.М.Ю. травм не получили, в больницу в дальнейшем не обращались. Ей известно, что в результате ДТП пострадал малолетний ребенок из автомобиля «<данные изъяты>» – М.М.С. После ДТП она видела, что мать М.М.С. – ранее незнакомая ей девушка находилась на месте аварии с данным ребёнком на руках.

Согласно протоколу дополнительного допроса подозреваемой ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) её девичья фамилия <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ она зарегистрировала брак с А.К.А., номер сотового телефона <данные изъяты> принадлежит её матери Р.О.В. ДД.ММ.ГГГГ после произошедшего ДТП она, находясь в здании ГИБДД <данные изъяты>, воспользовалась мобильным телефоном второго участника ДТП М.С.А. , с которого позвонила своей матери спросить о самочувствии своего ребёнка, поскольку её мобильный телефон разрядился. Следователем оглашено объяснение ФИО2 по факту ДТП ДД.ММ.ГГГГ, данное ею инспектору ГИБДД ДД.ММ.ГГГГ:«ДД.ММ.ГГГГ, управляя автомобилем «<данные изъяты>», г/н ***, двигаясь со скоростью 10 км/час по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес>, поворачивала на перекрёстке в сторону <адрес> с крайней левой полосы под зелёную стрелку. На регулируемом перекрестке «<данные изъяты>» я поворачивала налево на зелёный сигнал светофора на <адрес> в сторону <адрес> встречного направления по «<данные изъяты>» по крайней правой полосе в прямом направлении двигался «<данные изъяты>», госномер <данные изъяты>, на жёлтый сигнал светофора, так как у меня горела зелёная стрелка, я продолжила движение, и на перекрёстке произошло столкновение». На вопрос следователя: «Будучи допрошенной в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ, Вы показали, что перед ДТП Вы совершали на перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> маневр – поворот налево в сторону <адрес>, когда на светофоре для Вашего направления был включён красный сигнал светофора. Исходя из Ваших показаний, соответственно, для водителя М.С.А. , движущегося с противоположного направления через перекресток прямо, тоже был включён красный сигнал светофора, запрещающий ему движение. В объяснении от ДД.ММ.ГГГГ, составленном Вами собственноручно, Вы указали, что маневр – поворот налево Вы совершали, когда на светофоре был включён зелёный сигнал светофора, тут же Вы указываете, что на светофоре были включёны жёлтый сигнал и дополнительная секция в виде зелёной стрелки. Почему данное объяснение противоречит Вашим же показаниям, данным в ходе следствия?», подозреваемая ФИО2 показала, что она предполагает, что в тот момент она находилась в состоянии шока от произошедшего ДТП, поэтому не может объяснить, почему она так описала ДТП. Сейчас, обозрев оглашённое объяснение, она подтверждает, что составлено оно лично ею, подпись в объяснении принадлежит ей. Следователем оглашены показания подозреваемой ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ На вопрос следователя: «Согласно Вашему объяснению Вы видели, как автомобиль «<данные изъяты>» до ДТП приближался к перекрёстку. Почему Ваше объяснение разнится с показаниями, данными Вами в ходе очной ставки ДД.ММ.ГГГГ между Вами и свидетелем М.С.А. , где Вы указываете, что не видели момента приближения автомобиля «<данные изъяты>» к перекрёстку и что если бы Вы его видели, то непременно уступили бы ему дорогу, подозреваеёмая ФИО2 показала, что когда она писала объяснение, то написала предположение, что до ДТП автомобиль «<данные изъяты>» двигался со стороны ж.<адрес>. Она действительно не видела данный автомобиль до ДТП.

Из протокола допроса обвиняемой ФИО2 (<данные изъяты>) следует, что вину в предъявленном ей обвинении в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, ФИО2 не признала, на основании ст.51 Конституции РФ от дачи показаний отказалась, при этом указала, что полностью поддерживает свои показания в статусе подозреваемой, очень сожалеет, что в результате ДТП пострадал ребенок.

При исследовании данных показаний подсудимая ФИО2 подтвердила их полностью, указала, что сообщила следователю обо всех деталях дорожно-транспортного происшествия, участником которого явилась, а также показала, что не находит причинно-следственной связи между своими действиями и причинением тяжкого вреда здоровью малолетнего потерпевшего, поскольку она не нарушала правил дорожного движения.

Оценивая показания подсудимой ФИО2, суд приходит к выводу о том, что они имеют нестабильный противоречивый характер, не подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами и противоречат им. Суд установил, что подсудимая ФИО2, в целом не отрицая факта своей невнимательности при управлении автомобилем и выполнении маневра поворота налево с автодороги «<данные изъяты>» на <адрес> в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, выразившейся в том, что она не заметила приближающийся к ней со встречного направления автомобиль «<данные изъяты>» под управлением М.С.А. , в то же время утверждает, что автомобиль под управлением М.С.А. двигался через перекрёсток в прямом направлении на запрещающий красный сигнал светофора, однако показания подсудимой в судебном заседании противоречат как её же собственным показаниям на предварительном следствии, где она подтвердила достоверность своего объяснения, в котором указывает, что М.С.А. двигался на жёлтый сигнал светофора, так и показаниям свидетеля защиты Б.К.В. в судебном заседании, на которые ФИО2 ссылалась в подтверждение своей невиновности, отвергнутым судом в части, а также показаниям свидетелей обвинения М.С.А. , М.Н.С., М.А.В., Л.Е.И. , С.Н.П., С.А.И. – очевидцев дорожно-транспортного происшествия и иным доказательствам, признанным судом объективными, из совокупности стабильных показаний данных свидетелей и из материалов дела судом достоверно установлены обстоятельства совершения ФИО2 преступления.

Анализ показаний подсудимой свидетельствует о том, что на протяжении производства по уголовному делу подсудимая изменяла свои показания, представляя суду две версии произошедшего, так, непосредственно после ДТП ФИО2, давая объяснение, указала, что совершала манёвр – поворот налево на зелёный сигнал светофора, а второй участник ДТП проехал перекрёсток со встречного направления прямо на жёлтый сигнал, эти же обстоятельства ФИО2 подтвердила на очной ставке с инспектором ГИБДД Ч.А.И., в показаниях же в качестве подозреваемой и обвиняемой, а также в судебном следствии ФИО2 утверждала, что, управляя автомобилем, завершая маневр поворота налево на <адрес>, двигалась по зелёной стрелке в дополнительной секции светофора, при этом в основной секции горел красный сигнал, и водитель М.С.А. двигался через перекрёсток со встречного направления прямо на запрещающий красный сигнал светофора, при этом утверждала, что до момента столкновения не видела автомобиль «<данные изъяты>» под управлением М.С.А.

Между тем, свидетели обвинения М.С.А. , М.Н.С., М.А.В., Л.Е.И. , С.Н.П., С.А.И. – очевидцы дорожно-транспортного происшествия, давая свои показания на различных этапах расследования уголовного дела, подробно описали событие преступления, обстоятельства движения автомобиля под управлением ФИО2 и выполнения ею манёвра – поворота налево, а также сигналов светофора для водителей ФИО2 и М.С.А. в момент столкновения транспортных средств, а также сигналов светофора до и после ДТП.

После исследования указанных показаний подсудимая подтвердила их в той части, в которой они в наименьшей степени изобличают её в совершении преступления, отрицая свою вину в совершении преступления, в нарушении требований правил дорожного движения, выдвинув при этом свою версию произошедших событий и ссылаясь в её подтверждение на показания свидетеля защиты Б.К.В., чьи показания частично отвергнуты судом как необъективные, а также свидетелей защиты А.К.Н., А.А.Н., Р.О.В., которые, как достоверно установлено судом, очевидцами факта нарушения ФИО2 правил дорожного движения фактически не являлись, и их показания не опровергают бесспорно вывод суда о наличии в действиях подсудимой состава преступления. При таких обстоятельствах суд приходит к убеждению о несостоятельности доводов подсудимой ФИО2 об отсутствии в её действиях состава преступления, о том, что она, управляя автомобилем, выполняя поворот налево и завершая маневр, двигалась согласно разрешающей зелёной стрелке в дополнительной секции светофора, при этом в основной секции уже горел красный запрещающий сигнал светофора, следовательно, М.С.А. двигался со встречного направления прямо на запрещающий красный сигнал светофора, в связи с чем суд отвергает данную версию, расценивает её как способ защиты и желание подсудимой избежать уголовной ответственности.

В своей совокупности показания подсудимой ФИО2 противоречат показаниям свидетелей как защиты, так и обвинения, а также материалам дела. Вопреки доводам стороны защиты вина подсудимой подтверждается показаниями законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего и свидетелей обвинения.

Так, законный представитель малолетнего потерпевшего М.М.С. и свидетель обвинения – М.Н.С. показала, что ДД.ММ.ГГГГ она, её малолетние дети М.И.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, М.М.С. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на автомобиле «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением её супруга М.С.А. , двигались автодороге «<данные изъяты>» со стороны перекрёстка ж.<адрес> в <адрес> в сторону регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>, на заднем сидении располагалась она и дети: она сидела посередине, слева от неё в удерживающем детском устройстве находился её старший сын М.И.С., справа от неё в удерживающем детском устройстве находился её младший сын М.М.С. До момента ДТП на автомобиле «<данные изъяты>» внешних повреждений не было, накануне и в этот день её супруг М.С.А. спиртные напитки не употреблял, внешне выглядел вполне здоровым человеком, каких-либо особенностей в его поведении не было. Детские удерживающие устройства были надлежащим образом закреплены с помощью ремней безопасности. Для пассажира, сидящего посередине на заднем пассажирском сидении, в автомобиле «<данные изъяты>» ремень безопасности не предусмотрен, соответственно, она пристегнута не была. В салоне автомобиля тихо звучала музыка. Она не отвлекала своего супруга от управления транспортным средством, дети спали. На улице было светло, видимость была неограниченная, погода ясная без осадков. Они приближались к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>. Скорость движения их автомобиля была невысокая, на спидометр не смотрела, но, имея водительский стаж и опыт управления автомобилем, судит о скорости по личным ощущениям. Когда их автомобиль приближался к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, она обратила внимание, что для их направления движения в прямом направлении – в сторону перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> – был включён зелёный сигнал светофора, в этот момент их автомобиль двигался по правой полосе, до перекрёстка оставалось не более 15 м. В следующее мгновенье она отвлеклась от наблюдения за дорожной обстановкой, обратив внимание на ребёнка, и тут же ощутила сильный удар их автомобиля обо что-то, её кинуло вперёд, она ударилась левым боком о выступающие детали салона автомобиля. Её младший сын М.М.С. в момент удара выпал из детского удерживающего устройства, ударился головой о спинку переднего сидения и упал на пол головой вниз рядом с задним пассажирским сидением. Её старший сын М.И.С. также был травмирован в результате ДТП, у него имелись шишки на голове. Дети кричали, плакали, она и муж выбежали из автомобиля, взяли детей на руки. Она поняла, что произошло столкновение их автомобиля с автомобилем «<данные изъяты>», госномер не знает, под управлением ФИО2, анкетные данные которой узнала позже. ФИО2 после столкновения громко кричала на её супруга, обвиняя его в нарушении требований ПДД РФ, нецензурно выражалась в его адрес, считая себя правой. Никаких извинений она её семье не принесла, напротив, уже впоследствии в беседе по телефону с ней ФИО2 нецензурно обругала и её, М.Н.С. В беседе с супругом М.С.А. об обстоятельствах ДТП он ей пояснил, что водитель ФИО2, двигаясь по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес>, поворачивая по зелёному сигналу светофора на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> налево в сторону <адрес>, не уступила дорогу их автомобилю, движущемуся через перекрёсток в прямом направлении, тем самым спровоцировав ДТП. Со слов мужа, водитель ФИО2, управляющая автомобилем «<данные изъяты>», совершала маневр перед близко движущимся их автомобилем. На месте ДТП ранее незнакомые ей супруги ФИО3, данные которых узнала в ходе следствии, которые предложили ей свою помощь, отвезли её и детей в травмпункт <данные изъяты> после чего С.А.И. оставила ей номер своего сотового телефона – <данные изъяты>, пояснив, что она и её муж были свидетелями ДТП. Кроме того, ей известно, что к её супругу после ДТП, а также к инспектору ГИБДД, оформлявшему ДТП, обратились какие-то мужчины, пояснившие, что являются свидетелями ДТП, подтвердили, что на светофоре для участников ДТП в момент аварии был включен зелёный сигнал. Один из этих мужчин пояснил ее мужу, что он работал ранее с ней, однако она в тот момент не знала, о ком шла речь. ДД.ММ.ГГГГ она обратилась за медицинской помощью в травмпункт <данные изъяты> где ей были даны рекомендации, после этого, выполнив указания врача, осмотревшего её, она на приёмы не ходила, чувствовала себя удовлетворительно. Столкновение автомобилей произошло, когда на светофоре был включён зелёный сигнал, поскольку за мгновенье до ДТП она смотрела на светофор и видела, что там для водителя М.С.А. был включён зелёный сигнал. Автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, после оформления ДТП инспектор отдал её супругу М.С.А. , который переместил автомобиль на автостоянку «<данные изъяты>» по <адрес>, в ДД.ММ.ГГГГ г. данный автомобиль её супруг М.С.А. перевёз к месту хранения по адресу: <адрес>, во дворе <адрес>, где хранится до настоящего времени, ремонт не производился. С М.А.В. ранее была знакома, в ДД.ММ.ГГГГ г.г. вместе работали у ИП «<данные изъяты>», при этом никаких дружеских, долговых и иных отношений между ними не было и нет, с момента своего увольнения она с М.А.В. не виделась, не общалась, её муж М.С.А. с М.А.В. не знаком. М.А.В. или других знакомых ей лиц на месте ДТП она не видела. После ДТП её сын М.М.С., которому на момент ДТП было 5 месяцев, находился на лечении в стационаре около 1 месяца, где прошёл курс лечения, в настоящее время наблюдается у невролога, поскольку после травмы, полученной в ДТП ДД.ММ.ГГГГ, ребёнок стал плаксивым, легко возбудимым, произошла задержка в физическом развитии, он не держит равновесие, испуг у него не прошёл, в связи с чем он регулярно кричит по ночам, состоянию ребенка постоянно требуется особый контроль, в том числе, с применением особых исследований, так как последствия полученной им в результате ДТП черепно-мозговой травмы в настоящее время непредсказуемы.

Свидетель обвинения М.С.А. показал, что его водительский стаж составляет более <данные изъяты> лет, за это время участником ДТП с тяжкими последствиями он не был, заболеваниями зрения, слуха, опорно-двигательного аппарата, а также заболеваниями, которые могут спровоцировать потерю сознания, он не страдает, лекарственные препараты, которые могут повлиять на реакцию водителя, он не принимает, на учёте у нарколога и психиатра не состоит, черепно-мозговых травм не было, наркотические средства, психотропные вещества никогда не употреблял, спиртным не злоупотребляет, не страдает провалами в памяти, галлюцинациями, снохождением, бредом, психическими расстройствами, считает себя адекватным и психически здоровым человеком. Легковой автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, <данные изъяты> года изготовления, принадлежит ему, данным автомобилем с момента приобретения управляет только он, имеет полис <данные изъяты> За техническим состоянием своего автомобиля он следил регулярно, автомобиль всегда находился в технически исправном состоянии, то есть основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевое управление, внешние световые приборы автомобиля были работоспособны. Данный автомобиль с левосторонним рулевым управлением и механической коробкой переключения передач, антиблокировочной системой тормозов (АБС) не оборудован. Передние и задние сидения автомобиля <данные изъяты> оснащены ремнями безопасности, на заднем сидении имеются два удерживающих детских устройства для перевозки его малолетних детей. Лобовое (ветровое) стекло и стекла передних дверей не затонированы, автомобильный видеорегистратор в салоне автомобиля не установлен. ДД.ММ.ГГГГ на колёсах автомобиля были установлены шины для летнего сезона. До момента ДТП на автомобиле внешних повреждений не было. ДД.ММ.ГГГГ он чувствовал себя хорошо, лекарственных препаратов, которые могут повлиять на реакцию водителя, он не принимал, алкогольные напитки не употреблял. Накануне ДТП ночью спал около 8-9 часов, чего вполне хватает ему для полноценного отдыха. На момент ДТП провёл за управлением автомобиля в общей сложности около получаса, усталости при этом не чувствовал. ДД.ММ.ГГГГ он, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на котором были включены внешние световые приборы, будучи пристёгнутым ремнём безопасности, двигался по автодороге «<данные изъяты>» в <адрес> со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>, приближаясь к регулируемому перекрестку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на скорости около 60 км/ч. В его автомобиле находилось трое пассажиров, располагавшихся на заднем пассажирском сидении: посередине – его супруга М.Н.С., слева от неё в удерживающем детском устройстве – его старший сын М.И.С., справа от супруги в удерживающем детском устройстве – его младший сын М.М.С. Детские удерживающие устройства соответствовали возрасту детей – от 0 до 2-х лет, были исправны и надлежащим образом закреплены с помощью штатных ремней безопасности. В салоне автомобиля тихо звучала музыка. Пассажиры не отвлекали его от управления автомобилем. На улице было светло, видимость была неограниченная, погода ясная без осадков, скорость движения его автомобиля составляла около 60-70 км/ч. Когда его автомобиль проследовал под железнодорожным мостом, расположенным вблизи перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, он увидел автомобиль «<данные изъяты>», белого цвета, водитель которого, двигаясь со стороны <адрес>, выехал на перекрёсток с поворотом налево в сторону <адрес>. Он не видел, был ли включён левый указатель поворота на автомобиле «<данные изъяты>», поскольку автомобиль находился к нему правой стороной кузова. Он в этот момент снизил скорость движения, далее автомобиль «<данные изъяты>» непосредственно на самом перекрёстке занял передней частью левую полосу проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенную для движения через перекрёсток прямо со ж.<адрес> в сторону <адрес>, и остановился. На светофоре был включён для его направления движения зелёный сигнал. Он, двигаясь по зелёному сигналу через перекрёсток в прямом направлении, имея преимущество в проезде перекрёстка перед автомобилем «<данные изъяты>», продолжил движение. За автомобилем «<данные изъяты>» с поворотом налево в сторону <адрес> стоял грузовой автомобиль японского производства. Со стороны <адрес> перед линией перекрёстка также стояли автомобили на запрещающий сигнал светофора. Когда его автомобилю до указанного перекрёстка оставалось преодолеть незначительное расстояние, водитель автомобиля «<данные изъяты>» внезапно, неожиданно, достаточно резко начал движение в сторону <адрес>, осознавая опасность столкновения, нажав на педаль тормоза, применил торможение, немного повернул рулевое колесо вправо. Однако расстояние между автомобилями было минимальным, что не позволило ему избежать ДТП, и в следующий момент его автомобиль передней частью кузова ударил в правую переднюю часть кузова автомобиль «<данные изъяты>» в районе правого переднего колеса. От удара его автомобиль развернуло вправо относительно его первоначального направления движения, и он остановился на правой полосе движения, по которой он первоначально двигался, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес> «<данные изъяты>» от удара немного развернуло влево относительно его первоначального направления движения и продвинуло вперед, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>, данный автомобиль находился на проезжей части <адрес>. В момент ДТП он травм не получил. Его дети М.М.С. и М.И.С. сразу после столкновения стали сильно плакать, он с супругой вышли из автомобиля, достали детей, к ним подошли ранее незнакомые ему мужчина и женщина, анкетных данных которых он не знает, предложили свою помощь, видя, что дети сильно плакали. Со слов супруги он понял, что младший сын М.М.С. в момент ДТП выпал из детского удерживающего устройства, ударился головой о спинку переднего сидения и упал на пол головой вниз рядом с задним пассажирским сидением. Старший сын М.И.С. также был травмирован в результате ДТП, у него имелись шишки на голове. Предположив, что дети могут быть травмированы в результате ДТП, они решили отвезти детей в больницу. Далее его супруга М.Н.С. с детьми на руках уехала с указанными людьми в <данные изъяты> а он остался на месте ДТП. Его супруга М.Н.С. также была травмирована в результате ДТП, немного позже обратилась за медицинской помощью в травмпункт <данные изъяты>». ФИО2 после столкновения вышла из своего автомобиля, стала осматривать повреждения, нецензурно ругалась в адрес его и его супруги, кричала, что он нарушил ПДД РФ, никакого сочувствия его пострадавшим детям не выразила, не сделала этого и впоследствии, уже будучи осведомлённой о тяжелой черепно-мозговой травме, полученной его младшим сыном, извинений никаких им не приносила. Со слов супруги знает, что ФИО2 в телефонном разговоре нецензурно обругала его супругу. В месте столкновения автомобилей имелась осыпь стекла, в районе нахождения автомобилей были потёки масла и тосола, кроме того, на правой полосе, по которой он двигался до ДТП, он видел тормозной след колес своего автомобиля максимальной длины около 10-11 м. На его автомобиле в результате ДТП были повреждены передний бампер, обе фары, капот, решётка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, правая фара, переднее правое крыло, передняя правая дверь и ее стекло, капот, других повреждений не помнит. Прибывший инспектор ГИБДД в присутствии него, второго водителя – ранее незнакомой ему ФИО2, анкетные данные которой он узнал при оформлении ДТП, и с участием двух понятых – ранее незнакомых ему мужчин, произвёл осмотр места совершения административного правонарушения. В составленных инспектором схеме места совершения административного правонарушения и в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения он, второй водитель, и понятые поставили свои подписи, подтвердив правильность составленных документов, замечаний, заявлений ни от кого не поступило. Далее инспектор ГИБДД в присутствии тех же понятых освидетельствовал его и ФИО2 на состояние алкогольного опьянения, которое показало, что они были трезвы, о чем были составлены документы, после чего он дал письменное объяснение по факту произошедшего ДТП. ДТП произошло в светлое время суток, в ясную погоду, на сухом асфальтированном дорожном покрытии регулируемого перекрестка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> и непосредственно на правой полосе проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны ж.<адрес> в <адрес> в сторону <адрес> произошло в момент, когда для его направления на светофоре был включён зелёный сигнал. Автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, после оформления ДТП инспектор отдал ему, он переместил автомобиль на автостоянку «<данные изъяты>» на <адрес>«б» в <адрес>, в <данные изъяты>. он перевёз данный автомобиль к месту хранения по адресу: <адрес>, во дворе <адрес>, где хранится до настоящего времени, ремонт не производился. Его супруга М.Н.С., с её слов, непосредственно перед ДТП смотрела на светофор для его направления и видела, что на светофоре был включён зелёный сигнал, далее она отвлеклась, само столкновение не видела. В первые минуты после ДТП он никуда не звонил. Спустя несколько минут после ДТП со стороны <адрес> на место аварии подъехал грузовой автомобиль японского производства, котором находились двое ранее незнакомых ему мужчин, один из них сказал, что они ехали до ДТП за автомобилем «<данные изъяты>», и являются свидетелями ДТП. Мужчина пояснил, что он проезжал перекрёсток на зелёный сигнал светофора, а водитель автомобиля «<данные изъяты>» его не пропустила, выехала на его полосу движения, нарушив правила дорожного движения. Также данный мужчина ему сказал, что знает его жену, они ранее работали вместе. Кто-то из данных мужчин оставил ему свой номер сотового телефона. Затем указанные мужчины куда-то уехали, вернулись на место ДТП уже на другом автомобиле, остановились в районе ДТП, в тот момент инспектор ГИБДД оформлял происшествие, подходили ли данные мужчины к инспектору, он не знает. Кроме того, ему известно, что люди, увезшие его супругу и детей в больницу, являются свидетелями данного ДТП, они стояли перед столкновением на своём автомобиле перед перекрёстком со стороны <адрес>, их контактный номер телефона имеется у его супруги. С М.А.В., Л.Е.И. он не знаком.

Свидетель обвинения М.А.В. показал, что ДД.ММ.ГГГГ, точное время не помнит, он и Л.Е.И. на автомобиле «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, по его управлением, двигались по автодороге «<данные изъяты>» <адрес> со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в сторону регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на котором им необходимо было повернуть налево и продолжить движение по ул.<адрес>. Когда они отъехали от перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, впереди них по левой полосе двигался автомобиль «<данные изъяты>», госномер не помнит, <данные изъяты> цвета, скорость движения обоих автомобилей была около 60 км/час. По мере приближения к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> автомобиль «<данные изъяты>» двигался по левой полосе впереди автомобиля «<данные изъяты>». Перед указанным регулируемым перекрестком водитель автомобиля «<данные изъяты>» снизил скорость, включил левый указатель поворота, остановил автомобиль, поскольку на светофоре для их направления был включён красный сигнал, не выезжая на перекресток. Он также остановил автомобиль «<данные изъяты>». Позади их автомобиля других транспортных средств не было, на правой полосе проезжей части, предназначенной для движения в прямом направлении, рядом с их автомобилем остановились другие транспортные средства, марки, модели, госномера он не знает. Когда на светофоре включился зелёный сигнал, водитель автомобиля «<данные изъяты>», пропустив транспортные средства, движущиеся с противоположного направления прямо, выехал на перекресток, немного заняв левую полосу противоположной проезжей части, остановил автомобиль. В тот момент транспортных средств, движущихся вблизи с перекрёстком с противоположного направления прямо и с поворотом налево, не было. Почему водитель автомобиля «<данные изъяты>» в тот момент не продолжил движение налево в сторону <адрес>, он не знает, никаких видимых причин, препятствующих этому, не было. Он обратил внимание на автомобиль «<данные изъяты>» светлого цвета, движущийся с противоположного направления по правой полосе, предназначенной для движения в прямом направлении, расстояние от перекрёстка до автомобиля «<данные изъяты>» было достаточно большим. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» несколько раз начинал движение и останавливал свой автомобиль. Когда автомобиль «<данные изъяты>», движущийся на невысокой скорости – около 60 км/час, приблизился к линии пересечения проезжих частей, водитель автомобиля «<данные изъяты>» вдруг внезапно продолжил движение в сторону <адрес>, то есть стал двигаться перпендикулярно траектории движения автомобиля «<данные изъяты>», преграждая ему путь. По характерным движениям автомобиля «<данные изъяты>» он понял, что водитель применил торможение, но это не помогло избежать ДТП, и в следующий момент автомобиль «<данные изъяты>» передней частью своего кузова ударил в правую переднюю часть кузова автомобиль «<данные изъяты>». После произошедшего ДТП он продолжил на автомобиле «<данные изъяты>» движение в сторону <адрес> к <адрес> в <адрес>. По пути следования мимо места ДТП он видел, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» – ранее незнакомая ему девушка выбежала из своего автомобиля и стала рассматривать повреждения на своём автомобиле. Они продолжили движение и минут через десять вернулись обратно к месту ДТП, двигаясь уже по <адрес> в сторону перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на котором им необходимо было повернуть налево, остановились около места ДТП на красный сигнал светофора, где, не выходя из автомобиля, они пояснили водителю автомобиля «<данные изъяты>», ранее незнакомому ему молодому мужчине, что до ДТП они ехали за автомобилем «<данные изъяты>» и являются свидетелями данного ДТП, при этом Л.Е.И. оставил этому мужчине номер своего сотового телефона.

В связи с наличием противоречий в показаниях свидетеля М.А.В., данных им на предварительном следствии и в суде, по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ исследован протокол допроса свидетеля М.А.В. от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>), из которого, кроме вышеизложенного, судом установлено, что дорожно-транспортное происшествие имело место около ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, по обстоятельствам движения автомобиля «<данные изъяты>» М.А.В. показал, что обратил внимание, что водитель автомобиля «<данные изъяты>», за которым он следовал по автодороге «<данные изъяты>» до момента ДТП, управлял автомобилем странно, неуверенно: так, автомобиль то перестраивался с полосы на полосу, то тормозил без видимых причин. После ДТП от удара автомобиль «<данные изъяты>» развернуло вправо относительно его первоначального направления, и он остановился на правой полосе движения, по которой указанный автомобиль первоначально двигался, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>. Автомобиль «<данные изъяты>» от удара немного развернуло влево относительно его первоначального направления движения и продвинуло вперёд, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>, данный автомобиль находился на проезжей части <адрес>. Он видел, что около автомобиля «<данные изъяты>» находилась ранее знакомая ему Н., полные анкетные данные не помнит, с которой он около <данные изъяты>-ти лет назад работал в ИП <данные изъяты>, при этом никаких дружеских отношений между ними не было и нет в настоящее время. На руках у Н. он увидел маленького ребенка и понял, что Н. в момент ДТП находилась в автомобиле «<данные изъяты>». Он и Л.Е.И. пояснили водителю «<данные изъяты>», что видели, как автомобиль «<данные изъяты>» двигался через перекрёсток в прямом направлении по зелёному сигналу светофора, а водитель автомобиля «<данные изъяты>», намереваясь повернуть налево, не уступила дорогу автомобилю «<данные изъяты>», выехала перед близко движущимся автомобилем «<данные изъяты>», спровоцировав столкновение, для водителя автомобиля «<данные изъяты>» в момент ДТП был включён зелёный сигнал светофора, также, как и для его направления. Водитель автомобиля «<данные изъяты>», услышав их слова об обстоятельствах ДТП, стала кричать, что они не двигались до ДТП за её автомобилем, а также то, что она завершала маневр на красный сигнал светофора, а в дополнительной секции в виде стрелки для её направления в сторону <адрес> был включён зелёный сигнал, таким образом он понял, что она настаивала на том, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» нарушил ПДД РФ, въехал на перекрёсток на красный сигнал, создав аварийную ситуацию. Оставив свои координаты, они уехали на промзону <данные изъяты>, где оставили служебный автомобиль «<данные изъяты>», пересели на автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащий ему, вернулись на место ДТП, где инспектор ГИБДД оформлял аварию, сообщили инспектору о том, что были свидетелями ДТП, рассказали об обстоятельствах ДТП. В тот момент он сказал водителю автомобиля «<данные изъяты>» о том, что ранее работал с его женой Н.. Столкновение произошло, когда на светофоре для обоих участников ДТП был включён зелёный сигнал. В момент движения автомобиля «<данные изъяты>» от перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> до перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> он не совершал звонки со своего телефона <данные изъяты>, сим-карта «<данные изъяты>» оформлена на его имя.

При исследовании данных показаний свидетель М.А.В. подтвердил их в полном объёме, объяснив противоречия тем, что при допросе в суде забыл подробности, ранее события помнил лучше, следователю сообщил обо всех обстоятельствах, очевидцем которых он явился.

Анализируя показания свидетеля М.А.В. в ходе предварительного следствия, суд принимает во внимание, что данные показания были получены на более ранней стадии производства по делу и полностью подтверждены свидетелем в судебном заседании, поэтому принимает их как допустимое доказательство, учитывая, что свидетель М.А.В. был допрошен с соблюдением требований закона, с разъяснением необходимых процессуальных прав, предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем суд принимает за основу показания свидетеля М.А.В. в той части, в какой они были даны на стадии предварительного расследования и не противоречат установленным обстоятельствам, у суда нет оснований не доверять сведениям, полученным в ходе допроса М.А.В.

Свидетель обвинения Л.Е.И. показал, что работает в ООО «<данные изъяты>» <данные изъяты>, М.А.В. является его коллегой, работает <данные изъяты>. На момент ДД.ММ.ГГГГ М.А.В. в рабочее время управлял служебным грузовым автомобилем «<данные изъяты>», кабина сверху <данные изъяты> цвета, низ кабины <данные изъяты> цвета. ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ он и М.А.В. на автомобиле «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, которым управлял М.А.В., двигались по автодороге «<данные изъяты>» <адрес> со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в сторону регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на котором им необходимо было повернуть налево и продолжить движение по <адрес>. Когда они отъехали от перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, впереди них по левой полосе двигался автомобиль «<данные изъяты>», госномер не помнит, <данные изъяты> цвета, скорость движения обоих автомобилей была около 60 км/час. Он обратил внимание, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» то перестраивал автомобиль с полосы на полосу, то тормозил без видимых причин. По мере приближения к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> автомобиль «<данные изъяты>» двигался по левой полосе впереди их автомобиля, перед указанным регулируемым перекрёстком водитель автомобиля «<данные изъяты>» снизил скорость, включил левый указатель поворота, остановил автомобиль, не выезжая на перекресток, поскольку на светофоре для их направления был включён красный сигнал. Водитель М.А.В. также остановил автомобиль «<данные изъяты>». Позади их автомобиля других транспортных средств не было, это он видел по боковому зеркалу заднего вида, на правой полосе проезжей части, предназначенной для движения в прямом направлении, рядом с их автомобилем остановились другие транспортные средства. Перед линией перекрёстка со стороны <адрес> стояли транспортные средства, поскольку для водителей на светофоре был включён красный сигнал. Когда на светофоре включился зелёный сигнал, водитель автомобиля «<данные изъяты>», пропустив транспортные средства с противоположного направления прямо, выехал на перекрёсток, немного заняв левую полосу противоположной проезжей части, остановил автомобиль. В тот момент транспортных средств, движущихся вблизи с перекрёстком с противоположного направления прямо и с поворотом налево, не было. Почему водитель автомобиля «<данные изъяты>» в тот момент не продолжил движение налево в сторону <адрес>, он не знает, никаких причин, препятствующих движению, не было. Он обратил внимание на автомобиль «<данные изъяты>» светлого цвета, движущийся с противоположного направления по правой полосе, предназначенной для движения в прямом направлении, расстояние от перекрёстка до автомобиля «<данные изъяты>» было достаточно большим. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» несколько раз начинал движение и останавливал автомобиль по непонятным причинам. Когда автомобиль «<данные изъяты>», движущийся со скоростью около 50-60 км/час, приблизился к линии пересечения проезжих частей, водитель автомобиля «<данные изъяты>» вдруг неожиданно продолжил движение в сторону <адрес> и стал двигаться перпендикулярно траектории движения автомобиля «<данные изъяты>», преграждая ему путь. По характерным движениям автомобиля «<данные изъяты>» он понял, что водитель применил торможение, но это не помогло избежать ДТП, и в следующий момент автомобиль «<данные изъяты>» своей передней частью кузова ударил в правую переднюю часть кузова автомобиль «<данные изъяты>». От удара автомобиль «<данные изъяты>» развернуло вправо относительно его первоначального направления, и он остановился на правой полосе движения, по которой указанный автомобиль первоначально двигался, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес> «<данные изъяты>» от удара немного развернуло влево относительно его первоначального направления движения и продвинуло вперёд, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>, данный автомобиль находился на проезжей части <адрес>. После произошедшего ДТП водитель М.А.В. продолжил на автомобиле «<данные изъяты>» движение в сторону <адрес> к <адрес>, где стояла бочка с квасом, которую они устанавливали утром, а вечером её надо было забрать, в тот момент на этой точке работала П.А.В. По пути следования мимо места столкновения он видел, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» – девушка, ранее ему незнакомая, с тёмными до плеч волосами выбежала из своего автомобиля и стала рассматривать повреждения, а они продолжили движение, забрали бочку с квасом, через 10 минут вернулись обратно к месту ДТП. На руках у ранее незнакомой ему девушки, которая, как он понял, в момент ДТП находилась в автомобиле «<данные изъяты>», он увидел маленького ребенка. Они подъехали к месту ДТП, двигаясь по <адрес> в сторону перекрестка с автодорогой «<данные изъяты>», где им необходимо было повернуть налево, остановились около места ДТП на красный сигнал светофора и, не выходя из автомобиля, пояснили водителю автомобиля «<данные изъяты>», ранее незнакомому ему молодому мужчине, что до ДТП они ехали за автомобилем «<данные изъяты>» и являются очевидцами ДТП, при этом он оставил этому мужчине свой номер своего телефона. Они пояснили, что видели, как автомобиль «<данные изъяты>» через перекрёсток в прямом направлении двигался по зелёному сигналу светофора, а водитель автомобиля «<данные изъяты>», намереваясь повернуть налево, не уступила дорогу автомобилю «<данные изъяты>», выехала перед близко движущимся автомобилем «<данные изъяты>», спровоцировав столкновение, для водителя автомобиля «<данные изъяты>» в момент ДТП был включён зелёный сигнал светофора, также как и для них. Водитель автомобиля «<данные изъяты>», услышав их слова об обстоятельствах ДТП, стала кричать, что они не двигались до ДТП за её автомобилем, а также то, что она завершала манёвр на красный сигнал светофора, а в дополнительной секции в виде стрелки для её направления в сторону <адрес> был включён зелёный сигнал, таким образом со слов данного водителя он понял, что она настаивала на виновности водителя автомобиля «<данные изъяты>», который, по её мнению, нарушил ПДД РФ, въехал на перекрёсток на красный сигнал, создав аварийную ситуацию. Оставив свои координаты, они уехали на промзону <данные изъяты>, где оставили служебный автомобиль «<данные изъяты>», пересели на автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащий М.А.В. Проезжая мимо места ДТП, они увидели, что инспектор ГИБДД оформлял аварию, они остановились и сообщили уже инспектору о том, что были свидетелями ДТП. ДТП произошло в светлое время суток, в ясную погоду, на сухом асфальтированном дорожном покрытии регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты> с <адрес> и непосредственно на правой полосе проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с ж.<адрес> в <адрес> в сторону регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>. Столкновение произошло в момент, когда на светофоре для обоих участников ДТП был включен зелёный сигнал. В момент движения автомобиля «<данные изъяты>» от перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> до перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> он не совершал звонки со своего номера сотового телефона <данные изъяты>, сим–карта <данные изъяты> оформлена на кого-то из его родственников. Никто из участников ДТП ему ранее знаком не был, также ему не знакомы пассажиры столкнувшихся автомобилей.

Свидетель обвинения С.Н.П. показал, что ДД.ММ.ГГГГ минут он, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, <данные изъяты> цвета, принадлежащем ему, двигался по <адрес> в сторону ж.<адрес>, приближаясь к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на котором ему необходимо было повернуть налево. Его супруга С.А.И. сидела на переднем пассажирском сидении. Когда он, управляя своим автомобилем и двигаясь по левой полосе проезжей части <адрес>, приблизился к регулируемому вышеуказанному перекрёстку, для его направления с поворотом налево на светофоре был включён красный сигнал, запрещающий движение, в связи с чем он остановил свой автомобиль, перед его автомобилем остановились и другие автомобили. Впереди него стояло два или три автомобиля, в зеркало заднего вида видел автомобили, стоящие позади его автомобиля. Погода была ясная без осадков, видимость не ограниченная, дефектов дорожного полотна в месте расположения перекрестка не было. В какой-то момент он обратил внимание на автомобиль «<данные изъяты>» <данные изъяты> цвета, водитель которого с левой полосы проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны <адрес> в сторону ж.<адрес>, резко выехал на проезжую часть автодороги «<данные изъяты>», предназначенную для движения в сторону <адрес> и стал двигаться в сторону <адрес>, то есть завершать манёвр – поворот налево. Он успел увидеть, что стёкла передних дверей автомобиля «<данные изъяты>» были затонированы, на автомобиле были включены внешние световые приборы. На светофоре для их направления был включён по-прежнему красный сигнал светофора, соответственно, для других водителей, движущихся по автодороге «<данные изъяты>» <адрес> в оба направления, был включен зелёный сигнал. Он не смотрел на светофорный объект для водителя автомобиля «<данные изъяты>», но, исходя из своего сигнала светофора – красного, предположил, что для данного водителя был включен зелёный сигнал. Одновременно он увидел, что со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> по правой полосе, предназначенной для движения в прямом направлении, к перекрёстку приближался автомобиль «<данные изъяты>», госномер не знает, белого цвета, с включёнными внешними световыми приборами, позади него двигались другие транспортные средства. Расстояние между выехавшим с поворотом налево автомобилем «<данные изъяты>» и автомобилем «<данные изъяты>» было минимальным. Когда автомобиль «<данные изъяты>» приблизился к линии пересечения проезжих частей, то автомобиль «<данные изъяты>» двигался перпендикулярно автомобилю «<данные изъяты>», в следующий момент на перекрёстке на правой полосе движения, по которой двигался автомобиль «<данные изъяты>» до ДТП, произошло столкновение: автомобиль «<данные изъяты>» своей передней частью кузова ударил в правую переднюю часть кузова автомобиль «<данные изъяты>» в районе правого переднего крыла. От удара автомобиль «<данные изъяты>» развернуло вправо относительно его первоначального направления движения, и он остановился на правой полосе движения, по которой этот автомобиль изначально двигался, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>. Автомобиль «<данные изъяты>» от удара немного развернуло влево относительно его первоначального направления движения и продвинуло вперед, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>, данный автомобиль находился на проезжей части <адрес>. В месте столкновения автомобилей имелась осыпь стекла, осколки пластиковых деталей автомобилей, в районе нахождения автомобилей были потёки масла и технических жидкостей. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, обе фары, капот, решетка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, правая фара, переднее правое крыло, передняя правая дверь и её стекло, капот, других повреждений не помнит. После произошедшего ДТП еще какое-то время для его направления был включён красный сигнал светофора, за это время он увидел, что из автомобиля «<данные изъяты>» выбежал водитель – ранее незнакомый ему молодой мужчина, с заднего пассажирского сидения вышла ранее незнакомая ему девушка, они оба с заднего пассажирского сидения достали двух маленьких мальчиков, один возрастом около 6 месяцев, другой возрастом старше 1 года. Дети сильно плакали, особенно младший. При включении разрешающего зелёного сигнала светофора он, управляя своим автомобилем, проехал через перекрёсток в сторону ГСК «<данные изъяты>», где на парковке остановил свой автомобиль, после чего он и его супруга С.А.И. пошли к месту ДТП, где, увидев, что дети продолжали сильно плакать, он и его супруга С.А.И. предположили, что дети могут быть травмированы, предложили указанной девушке – Н., матери детей, отвезти их в больницу, Н. согласилась, и они на своём автомобиле «<данные изъяты>» отвезли Н. и детей в <данные изъяты> на <адрес> в <адрес>, где его супруга С.А.И. помогла Н. пройти с детьми на осмотр и рентгенснимки. Далее врач приёмного покоя принял решение о госпитализации младшего ребенка Н., поскольку у того имелась черепно-мозговая травма. Его супруга С.А.И. сообщила Н., что они являются свидетелями произошедшего ДТП, при этом супруга дала Н. свой номер сотового телефона. ДТП произошло в светлое время суток, в ясную погоду, на сухом асфальтированном дорожном покрытии регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> на правой полосе проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны перекрестка автодороги «<данные изъяты>» с ж.<адрес> в <адрес> в сторону <адрес>. Столкновение произошло в момент, когда на светофоре для участников ДТП был включён зелёный сигнал, о чем он судит, исходя из красного сигнала светофора, включённого для его направления. Он и его супруга С.А.И. являются свидетелями данного ДТП, других свидетелей, очевидцев он не знает.

Из протокола допроса свидетеля С.Н.П., исследованного по ходатайству стороны обвинения с согласия участников судебного разбирательства в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ (<данные изъяты>), кроме указанных обстоятельств, установлено, что после столкновения транспортных средств водитель автомобиля «<данные изъяты>» – ранее незнакомая ему девушка, вышла из своего автомобиля и стала рассматривать на нём повреждения, при этом нецензурной бранью ругала водителя автомобиля «<данные изъяты>», который, не обращая на неё внимания, помогал своей жене успокаивать детей.

При исследовании указанных показаний свидетель С.Н.П. подтвердил их полностью, показал, что действительно водитель ФИО2 после столкновения транспортных средств не выразила никакого сочувствия пострадавшим детям, нецензурно ругалась в адрес водителя «<данные изъяты>», в настоящее время о данных обстоятельствах забыл, так как события имели место более полугода назад, ранее события помнил лучше.

Оценивая показания свидетеля С.Н.П. в ходе предварительного следствия, суд принимает во внимание, что данные показания получены на более ранней стадии производства по делу и полностью подтверждены свидетелем в судебном заседании, принимает как допустимое доказательство, учитывая, что свидетель С.Н.П. был допрошен с соблюдением требований закона, с разъяснением всех прав, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем суд принимает за основу показания свидетеля С.Н.П. в той части, в какой они были даны на стадии предварительного расследования и не противоречат установленным обстоятельствам, у суда нет оснований не доверять сведениям, полученным в ходе допроса С.Н.П.

Свидетель обвинения С.А.И. показала, что ДД.ММ.ГГГГ она и её супруг С.Н.П. на автомобиле «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, <данные изъяты> цвета, принадлежащем её супругу, под его управлением, двигались по <адрес>, приближались к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на котором им необходимо было повернуть налево и далее следовать в сторону ж.<адрес>. Она находилась на переднем пассажирском сидении, была пристёгнута ремнём безопасности, следила за дорожной обстановкой. По мере приближения их автомобиля «<данные изъяты>» по проезжей части <адрес> к указанному регулируемому перекрестку она увидела, что для их направления на светофоре включён красный сигнал. Её супруг С.Н.П. остановил автомобиль, впереди и позади которого, а также рядом на соседней полосе было несколько автомобилей. О наличии позади их автомобиля других транспортных средств может утверждать, поскольку видела их в боковое зеркало заднего вида. Погода в тот день была ясная без осадков, видимость для водителей была неограниченная, дефектов дорожного полотна в месте расположения перекрестка не было. Находясь на переднем пассажирском сидении, она смотрела вперёд в сторону указанного перекрёстка, когда её внимание привлёк автомобиль «<данные изъяты>», госномер не знает, светлого цвета, водитель которого, находясь на самом перекрёстке со стороны проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны <адрес> в сторону ж.<адрес>, внезапно выехал на противоположную ему проезжую часть автодороги «<данные изъяты>», предназначенную для движения со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> и начал её пересекать, двигаясь в сторону <адрес>, таким образом, водитель стал завершать манёвр поворота налево. В тот момент она видела, что по проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны <адрес> в сторону ж.<адрес> двигались другие транспортные средства, для водителей данных транспортных средств был включён зелёный сигнал светофора. Она заметила, что стёкла передних дверей автомобиля «<данные изъяты>» затонированы, на данном автомобиле были включены внешние световые приборы. Для их направления на светофоре был включён по-прежнему красный сигнал. Для других водителей, движущихся по автодороге «<данные изъяты>» <адрес>, был включён зелёный сигнал. Она не смотрела на светофорный объект для водителя автомобиля «<данные изъяты>», но, исходя из их сигнала светофора – красного и видя, что по проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны со стороны <адрес> в сторону ж.<адрес> в тот момент двигались другие автомобили, предполагает, что для водителя автомобиля «<данные изъяты>» был включён зелёный сигнал. В момент, когда водитель автомобиля «<данные изъяты>» резко стал завершать маневр поворота налево, она увидела, что со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> по правой полосе, предназначенной для движения в прямом направлении, к перекрёстку приближался автомобиль «<данные изъяты>» белого цвета со включёнными внешними световыми приборами, позади него двигались другие транспортные средства. Расстояние между двумя вышеуказанными автомобилями было критически малым, и в следующий момент движущиеся перпендикулярно друг другу автомобили столкнулись на правой полосе движения, по которой двигался автомобиль «<данные изъяты>» до ДТП: данный автомобиль своей передней частью кузова с силой ударил в правую переднюю часть кузова автомобиль «<данные изъяты>» в районе правого переднего крыла. От силы удара автомобиль «<данные изъяты>» развернуло вправо относительно его первоначального направления движения, и он остановился на правой полосе движения, по которой он изначально двигался, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>. Автомобиль «<данные изъяты>» после столкновения немного развернуло влево относительно его первоначального направления движения и продвинуло вперёд, передняя его часть была направлена в сторону <адрес>, данный автомобиль после остановки находился на проезжей части <адрес>. В месте ДТП имелась осыпь стекла, осколки пластиковых деталей автомобилей, в районе нахождения автомобиля «<данные изъяты>» были потёки масла и технической жидкости. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате аварии были повреждены: капот, решётка радиатора, передний бампер, обе фары, оба передних крыла, других повреждений не помнит. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, передняя правая дверь и её стекло, правая фара, переднее правое крыло, капот, других повреждений не помнит. После столкновения двух автомобилей какое-то время для их направления ещё был включён красный сигнал светофора, пока они стояли в ожидании разрешающего сигнала светофора, она увидела, что из автомобиля «<данные изъяты>» выбежал водитель – ранее незнакомый ей молодой мужчина, а с заднего пассажирского сидения выбежала ранее незнакомая ей девушка, они оба с заднего пассажирского сидения достали двух маленьких детей возрастом – один около 1 года, другой – около 6 месяцев, которые сильно плакали. Из автомобиля «<данные изъяты>» со стороны водительского сидения вышла ранее незнакомая ей девушка, которая стала пристально рассматривать повреждения на своём автомобиле и матерными словами ругала водителя автомобиля «<данные изъяты>», который, не обращая на неё внимания, помогал своей жене успокаивать детей. Когда для их направления на светофоре включился зелёный сигнала, её супруг С.Н.П. проехал через перекрёсток в сторону ГСК «<данные изъяты>», где на парковке остановился, они, выйдя из автомобиля, пошли к месту ДТП. Указанные дети – двое мальчиков сильно плакали, она и её супруг, предположив, что дети могут быть травмированы, предложили девушке – Н., матери детей, отвезти их в больницу на осмотр, на что Н. согласилась, и они отвезли Н. и детей в <данные изъяты>на <адрес>, где она помогала Н. пройти с детьми осмотр и рентгенснимки, после чего врач приёмного покоя принял решение о госпитализации младшего ребенка Н., поскольку у ребенка имелась черепно-мозговая травма. Ранее она с Н. знакома не была. Она дала Н. номер своего мобильного телефона, сказав, что она и её супруг С.Н.П. являются свидетелями данного ДТП, других свидетелей, очевидцев произошедшей аварии, она не знает. ДТП произошло в светлое время суток, в ясную погоду, на сухом асфальтированном дорожном покрытии регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> и непосредственно на правой полосе проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>. Столкновение произошло в момент, когда на светофоре для участников ДТП был включён зеленый сигнал.

Свидетель обвинения Б.А.А. показала, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время она, находясь дома по адресу: <адрес>, ожидала свою дочь Н. вместе с её семьей, когда Н. ей позвонила со своего сотового телефона и сообщила о том, что они попали в ДТП на своём автомобиле «<данные изъяты>», госномер не знает, и что в результате ДТП был травмирован малолетний сын М.Н.С. – М.М.С., который в тот момент был госпитализирован на попутном транспорте в <данные изъяты> Н. чуть позже подъехала к своему дому, она вышла на улицу встретить Н. и детей, их опустили из больницы собрать вещи для госпитализации. Н. подъехала на автомобиле «<данные изъяты>» белого цвета, с ранее незнакомыми ей людьми, с чьих слов она узнала, что те были свидетелями ДТП и после случившегося отвезли Н. и детей в больницу. Со слов Н. и этих людей она также поняла, что они между собой никогда знакомы не были до этого момента. Из обстоятельств ДТП ей известно, что водитель другого автомобиля при повороте на перекрёстке налево на зелёный сигнал светофора не уступил дорогу М.С.А. , что и стало причиной ДТП, в ДД.ММ.ГГГГ г. она пользовалась сим-картой сотовой компании «<данные изъяты>», с номером телефона <данные изъяты>. М.А.В., Л.Е.И. ей не знакомы, среди знакомых своей дочери М.Н.С. таких людей не знает.

Свидетель обвинения А.А.В. – мастер-электромеханик Братского участка ООО «<данные изъяты>», пользуясь паспортом светофорного объекта, установленного на перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, показал, что одним из направлений деятельности их предприятия является обслуживание светофорных объектов дорожной сети <адрес>, в том числе, в районе регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>. Он занимается обслуживанием и ремонтом светофоров. На данном регулируемом перекрёстке установлены транспортные и пешеходные светофоры. Так, транспортные светофоры 1Т и 2Т регулируют движение транспорта по автодороге «<данные изъяты>» в оба направления. Транспортные светофоры 3Т и 4Т регулируют движение транспортных средств по <адрес> в двух направлениях. Период рабочего цикла каждого транспортного светофора составляет 118 секунд и состоит из 4-х фаз (Ф1, Ф2, Ф3, Ф4). Каждая фаза состоит из 3-х тактов. Таким образом, рабочий цикл светофорных объектов состоит из 12-и тактов. Рабочие циклы светофорных объектов 1Т и 2Т полностью совпадают по фазам и тактам. Рабочие циклы светофорных объектов 3Т и 4Т полностью совпадают по фазам и тактам. В период с ДД.ММ.ГГГГ и на момент ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, вышеуказанные светофорные объекты работали по следующим циклам: рабочий цикл светофорных объектов 1Т и 2Т, регулирующих движение по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону ж.<адрес> в прямом и обратном направлении: зелёный сигнал – длительность 41 секунда (Ф1 такт 1); зелёный мигающий сигнал – длительность 15 секунд (Ф1 такт 2); жёлтый сигнал –длительность 3 секунды (Ф2 такт 3). Рабочий цикл светофорных объектов 3Т и 4Т, регулирующих движение со стороны <адрес> в прямом и обратном направлении: зелёный сигнал – длительность 27 секунд (Ф3 такт 1); зелёный мигающий сигнал –длительность 4 секунды (Ф3 такт 2); жёлтый сигнал – длительность 3 секунды (Ф4 такт 3). Фаза *** (Ф1): зелёный сигнал и зелёный мигающий сигнал – разрешено движение транспорта по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону ж.<адрес> в прямом и обратном направлении. Запрещено движение транспорта, выезжающего с <адрес> в оба направления. Фаза 2 (Ф2): жёлтый сигнал – запрещено движение со всех сторон, то есть по автодороге «<данные изъяты>» в прямом и обратном направлении, с <адрес> в прямом и обратном направлении. Фаза 3 (Ф3): зелёный и мигающий зелёный сигнал – запрещено движение транспорта по автодороге «<данные изъяты>» в оба направления, разрешено движение с <адрес> в прямом и в обратном направлении, и поворот налево. Фаза 4 (Ф4): жёлтый сигнал: запрещено движение во всех направлениях. Все вышеуказанные светофорные объекты находятся в технически исправном состоянии. ДД.ММ.ГГГГ сбоев в работе светофоров не происходило. В случае, если произойдёт сбой в работе хотя бы одного транспортного светофора, то все транспортные светофоры перейдут автоматически в режим жёлтого мигающего сигнала. В ситуации, когда при условии соблюдения водителями правила проезда регулируемого перекрестка: одни водители транспортных средств осуществляют движение по автодороге «<данные изъяты>» в оба направления, а другие водители стоят перед линией перекрёстка со стороны <адрес>, для водителей, движущихся в прямом направлении по автодороге «<данные изъяты>», на светофоре включён зелёный сигнал. Для водителей, остановившихся перед линией перекрёстка со стороны <адрес>, на светофоре включён красный сигнал.

Свидетель обвинения Ч.А.И. суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь на суточном дежурстве, по сообщению о дорожно-транспортном происшествии на перекрестке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>, прибыл на место ДТП, где установил, что на данном регулируемом перекрёстке произошло столкновение двух транспортных средств: автомобиля «<данные изъяты>», госномер не помнит, под управлением водителя ФИО2 и автомобиля «<данные изъяты>», госномер не помнит, под управлением водителя М.С.А. На месте ДТП он выяснил у водителя М.С.А. , что в результате ДТП телесные повреждения были причинены пассажирам автомобиля «<данные изъяты>» – малолетним детям М.М.С., <данные изъяты> года рождения и М.И.С., <данные изъяты> года рождения. На момент прибытия его на место ДТП мать пострадавших детей, со слов водителя М.С.А. , на попутном транспорте увезла детей в <данные изъяты> Данное происшествие он оформил как ДТП с пострадавшими. После подтверждения факта получения детьми травм в результате данного ДТП, ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часа поступившая информация им была передана в дежурную часть МУ МВД России «<данные изъяты>». Автодорога «<данные изъяты>» в месте расположения регулируемого перекрёстка с <адрес> в <адрес> представлена в виде двух асфальтированных проезжих частей, предназначенных для движения транспортных средств в противоположные направления. Между проезжими частями расположена разделительная полоса, вдоль которой установлено металлическое ограждение. Обе проезжие части представляют собой четыре полосы движения: до перекрестка крайняя правая полоса предназначена для поворота направо, две полосы посередине предназначены для движения через перекрёсток в прямом направлении, левая полоса предназначена для поворота налево. На каждой проезжей части автодороги «<данные изъяты>» полоса, предназначенная для движения транспортных средств, движущихся с поворотом направо, разделена с основной проезжей частью автодороги газоном, окаймленным бордюрным камнем. Полосы движения на обеих проезжих частях разделены горизонтальной разметкой 1.5. С участием водителей ФИО2 и М.С.А. , чьи личности были им установлены на основании водительских удостоверений, и в присутствии двух понятых – ранее незнакомых ему мужчин, с применением цифрового фотоаппарата им был произведён осмотр места совершения административного правонарушения, произведены необходимые замеры места ДТП, составлена схема места совершения административного правонарушения. При проверке технического состояния транспортных средств было установлено, что основные узлы и агрегаты тормозной системы и рулевого управления автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» были работоспособны. В автомобиле «<данные изъяты>» на заднем пассажирском сидении имелись два детских удерживающих устройства – автолюльки, которые были надлежащим образом зафиксированы с помощью ремней безопасности, каких-либо повреждений системы крепления данных устройств обнаружено не было. В составленных им документах поставили свои подписи водители ФИО2 и М.С.А. , а также понятые, подтвердив правильность их содержания, замечаний, заявлений ни от кого не поступило. Водитель ФИО2 пояснила, что до ДТП двигалась по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес>, перед ДТП на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> она совершала манёвр – поворот налево. Водитель М.С.А. пояснил, что перед ДТП двигался по правой полосе проезжей части автодороги «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>, то есть в момент ДТП следовал через перекрёсток в прямом направлении. Исходя из объяснений указанных водителей, по наличию в месте столкновения осыпи стекла, по повреждениям автомобилей и местам их расположения в момент осмотра, по расположению и направлению парного тормозного следа шин колёс автомобиля «<данные изъяты>», он установил, что столкновение автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» произошло на указанном перекрёстке непосредственно на правой полосе движения автомобиля «<данные изъяты>», который передней частью своего кузова ударил в правую переднюю часть кузова автомобиль «<данные изъяты>». От удара автомобиль «<данные изъяты>» развернуло вправо относительно его первоначального направления, и он остановился на указанной правой полосе движения, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, обе фары, капот, решетка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. Автомобиль «<данные изъяты>» от удара развернуло влево относительно его первоначального направления движения и продвинуло вперед, передняя часть автомобиля была направлена в сторону <адрес>, данный автомобиль находился на проезжей части <адрес>, левый передний угол автомобиля находился на левой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения со стороны <адрес> в сторону перекрёстка, где произошло ДТП. Левый передний угол автомобиля «<данные изъяты>» занимал около 1 м указанной полосы при её ширине 3,5 м, таким образом, водители, движущиеся по данной полосе в сторону осматриваемого перекрёстка, имели возможность проехать, не выезжая за пределы данной полосы. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, правая фара, переднее правое крыло, передняя правая дверь и ее стекло, капот, других повреждений не помнит. При выяснении вопроса, на какой сигнал светофора произошло ДТП, водитель М.С.А. пояснил, что для его направления на светофоре был включён зелёный сигнал. Водитель ФИО2 пояснила, что она двигалась через перекрёсток с поворотом налево на зелёный сигнал светофора, а для водителя М.С.А. , движущегося со встречного направления прямо, на светофоре был включён жёлтый сигнал. В момент оформления ДТП к нему обратились двое ранее незнакомых мужчин, анкетные данные которых не помнит, которые пояснили, что являлись свидетелями ДТП, со слов одного из них, до ДТП они на одном автомобиле двигались в попутном с водителем ФИО2 направлении и видели, что для водителя ФИО2 в момент её выезда на перекрёсток на светофоре был включён зелёный сигнал. Указанные мужчины, оставив свои координаты, вскоре уехали с места ДТП. Далее он в присутствии тех же понятых освидетельствовал на состояние алкогольного опьянения водителей М.С.А. и ФИО2, исследование показало, что оба водителя были трезвы. Далее, в здании ГИБДД МУ МВД России «<данные изъяты>» у обоих водителей были взяты объяснения по факту ДТП. Водитель М.С.А. в объяснении указал, что перед ДТП на светофоре для его направления движения был включён зелёный сигнал. Водитель ФИО2 в своём объяснении указала, что двигалась через перекрёсток с поворотом налево на зелёный сигнал светофора, а для водителя М.С.А. , движущегося со встречной проезжей части в прямом направлении, на светофоре был включён жёлтый сигнал. Оба автомобиля после оформления ДТП были переданы их собственникам. Данные о личности водителей и пострадавших пассажиров из автомобиля «<данные изъяты>» он узнал, позвонив в приёмный покой <данные изъяты> данные о транспортных средствах, а также данные о вышеуказанных свидетелях, номера их сотовых телефонов были указаны им в справке по дорожно-транспортному происшествию, а также в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения. ДТП произошло в светлое время суток, в ясную погоду, на сухом асфальтированном дорожном покрытии регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> непосредственно на правой полосе, предназначенной для движения по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> профиль проезжей части автодороги «<данные изъяты>», по которой до ДТП двигался автомобиль «<данные изъяты>», имеет уклон, в месте ДТП продольный профиль пути горизонтальный.

Свидетель Н.А.А., допрошенный по ходатайству стороны обвинения, явка свидетеля была стороной обвинения обеспечена, показал, что работает в должности заместителя директора ООО «<данные изъяты>», М.А.В. работает в ООО «<данные изъяты>» в должности <данные изъяты>, Л.Е.И. – в должности грузчика, ДД.ММ.ГГГГ водитель-экспедитор М.А.В. и грузчик Л.Е.И. выполняли свои служебные обязанности на грузовом автомобиле-фургоне «<данные изъяты>», госномер <данные изъяты>, согласно договору и графику работы в период с <данные изъяты> передвигались на указанном служебном автомобиле от «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, до магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> по утверждённому маршруту, о чём указано в путевом листе. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ М.А.В. находился в отпуске с выездом за переделы <адрес>.

Согласно протоколу допроса свидетеля обвинения М.Ю.А. – сожительницы свидетеля Л.Е.И. , исследованному по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ (<данные изъяты>) в конце <данные изъяты> г. она на своё имя приобрела сим-карту сотового оператора «<данные изъяты>» с абонентским номером сотового телефона <данные изъяты>, которую передала Л.Е.И. , с тех пор он пользуется ею, она пользуется услугами указанного оператора, номер её сотового телефона <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> она со своего номера сотового телефона <данные изъяты> позвонила Л.Е.И. на номер сотового телефона <данные изъяты> по личным вопросам, в разговоре Л.Е.И. сообщил о том, что он и его коллега по работе, анкетные данные не знает, только что стали очевидцами дорожно-транспортного происшествия – столкновения двух автомобилей. В тот момент, со слов Л.Е.И. , он и его коллега на рабочем автомобиле стояли посредине перекрёстка перед столкнувшимися автомобилями, модели, госномера данных автомобилей она не запомнила, и не знали, как проехать в нужном направлении, так как на их пути произошло ДТП. Позже в этот же день она разговаривала с Л.Е.И. об обстоятельствах данного ДТП, и с его слов ей известно следующее: ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ Л.Е.И. и его коллега на рабочем автомобиле, марку, модель, госномер она не знает, под управлением указанного коллеги, двигались по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес>, приближаясь к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на котором им необходимо было повернуть налево в сторону ул.<адрес>. Впереди них двигался автомобиль иностранного производства, водителем которого, со слов Л.Е.И. , была девушка, которая также намеревалась повернуть налево в сторону <адрес>, двигалась впереди них по левой полосе. Когда они приблизились к перекрёстку, впереди движущийся автомобиль под управлением указанной девушки остановился перед перекрёстком с поворотом налево, девушка пропустила движущиеся по зелёному сигналу светофора с противоположного направления в сторону <адрес> автомобили, после чего, когда на светофоре для её направления был включён зелёный сигнал, какое-то время по непонятным причинам, когда дорога была пустой, не завершала манёвр поворота, а когда с противоположной стороны, то есть, со стороны ж.<адрес> к перекрёстку в прямом направлении в сторону <адрес> приблизился автомобиль «<данные изъяты>», модель, госномер и цвет не знает, и расстояние между автомобилями стало критически малым, девушка внезапно выехала перед автомобилем «<данные изъяты>» и стала завершать манёвр. Водитель автомобиля «<данные изъяты>», со слов Л.Е.И. , применил торможение, но избежать ДТП ему не удалось, и в следующий момент автомобиль «<данные изъяты>» ударился в автомобиль иностранного производства под управлением указанной девушки. ДТП произошло, со слов Л.Е.И. , когда на светофоре для обоих участников ДТП был включён зелёный сигнал, таким образом, со слов Л.Е.И. , девушка стала виновницей данной аварии, не уступив дорогу автомобилю «<данные изъяты>». Далее, со слов Л.Е.И. , он с коллегой какое-то время находились на перекрёстке, не зная, как им объехать столкнувшиеся автомобили, затем завершили маневр, проехав в сторону <адрес> известно, что недалеко от указанного перекрёстка находилась летняя точка по продаже кваса, куда её сожитель Л.Е.И. и его коллега ехали забрать кеги из-под кваса. Ей известно со слов Л.Е.И. , что он и его коллега оставили на месте ДТП свои координаты сначала водителю автомобиля «<данные изъяты>», а потом, возвращаясь со стороны <данные изъяты> уже на автомобиле коллеги, подъехав на место ДТП, оставили свои координаты инспектору, оформлявшему данное ДТП. Ей известно, что девушка из автомобиля иностранного производства, спровоцировавшая ДТП, ругалась на Л.Е.И. и его коллегу, подозревая их в том, что они подставные свидетели, что свидетелями ДТП не были, а оказались на месте не случайно, по чьей-то указке, при этом матерными словами ругала всех: Л.Е.И. , его коллегу, водителя автомобиля «<данные изъяты>», её поведение было вызывающим. Ей известно, что в результате ДТП пострадали дети из автомобиля «<данные изъяты>». Никто из участников ДТП ей не известен.

Из протокола допроса свидетеля В.А.Г., исследованного в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по ходатайству стороны обвинения с согласия сторон (<данные изъяты>) следует, что он с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время пользуется сим-картой «<данные изъяты>» с номером сотового телефона <данные изъяты>, оформленную на своё имя. М.С.А. является его пасынком. В собственности у М.С.А. имеется легковой автомобиль «<данные изъяты>», госномер не помнит, белого цвета. За техническим состоянием автомобиля «<данные изъяты>» М.С.А. следил регулярно сам, автомобиль, со слов М.С.А. , до момента ДТП ДД.ММ.ГГГГ, всегда находился в технически исправном состоянии, то есть основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевое управление, внешние световые приборы автомобиля были работоспособны. Передние и задние сидения автомобиля «<данные изъяты>» оснащены ремнями безопасности, на заднем сидении имеются два удерживающих детских устройства для перевозки малолетних детей М.С.А. Лобовое (ветровое) стекло и стёкла передних дверей не затонированы, автомобильный видеорегистратор в салоне автомобиля не установлен. ДД.ММ.ГГГГ ему на номер <данные изъяты> позвонил М.С.А. со своего номера <данные изъяты>, сообщил о том, что стал участником ДТП, что в результате данной аварии пострадал его младший сын М.М.С., <данные изъяты> года рождения. Ребёнка, со слов М.С.А. , его супруга М.Н.С. с ранее незнакомыми им людьми, остановившимися после аварии, повезла в ОГБУЗ <данные изъяты> М.С.А. был потрясён произошедшим ДТП, просил его приехать и помочь с эвакуацией его автомобиля, кроме того, пояснил, что ДТП произошло на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>. Из обстоятельств данного ДТП ему известно, что водитель М.С.А. , управляя автомобилем «<данные изъяты>», в котором находились на заднем пассажирском сидении его жена М.Н.С. и их малолетние дети, двигался по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>, приближался к регулируемому перекрестку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, через который М.С.А. необходимо было проехать в прямом направлении, для его, М., направления на светофоре был включён зелёный сигнал, он продолжил движение прямо через перекрёсток. В это время водитель другого автомобиля, приблизившись к перекрёстку со стороны <адрес>, стал завершать манёвр – поворот налево на <адрес>, не уступил дорогу водителю М.С.А. , в результате чего и произошло данное ДТП – столкновение двух автомобилей. Позже он разговаривал с М.Н.С. об обстоятельствах ДТП, и она ему пояснила, что перед ДТП она посмотрела на светофор и увидела, что на нём был включён зелёный сигнал светофора, разрешающий М.С.А. движение прямо через перекрёсток. М.Н.С. всегда пользуется только одним номером сотового телефона – <данные изъяты>, в тот вечер непосредственно после ДТП с М.Н.С. он не созванивался. Когда он приехал на указанный перекрёсток, кроме М.С.А. и его автомобиля «<данные изъяты>», на месте уже никого не было, в том числе второго участника ДТП и его автомобиля. Позже ему стало известно, что вторым участником ДТП была девушка. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, обе фары, капот, решётка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. С М.А.В., Л.Е.И. он не знаком.

Согласно протоколу допроса свидетеля К.А.Д., исследованному в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя с согласия участников судебного разбирательства (<данные изъяты>), номер его сотового телефона <данные изъяты>, номер стационарного домашнего телефона <данные изъяты>. У него в собственности находится грузовой (бортовой) автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с манипулятором, на котором он занимается перевозкой других автомобилей, их эвакуацией с мест ДТП. ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время ему на домашний телефон позвонил мужчина, который, не представившись, спросил, может ли он на своём автомобиле перевезти автомобиль после ДТП, пояснил, что авария произошла в Центральной части <адрес>. Поскольку он проживает в ж.<адрес>, то он отказал в услуге по эвакуации автомобиля, так как ему невыгодно было ехать на значительное расстояние в Центр города. С М.А.В., Л.Е.И. , М.С.А. , М.Н.С. он не знаком.

В соответствии с протоколом допроса свидетеля М.Е.П., исследованным по ходатайству стороны обвинения в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ с согласия сторон (<данные изъяты>) что около <данные изъяты> лет назад её сожитель В.А.Г. приобрёл на своё имя сим-карту оператора сотовой связи «<данные изъяты>» с номером <данные изъяты>, которой пользуется она. М.С.А. является её родным сыном. В собственности у М.С.А. имеется легковой автомобиль «<данные изъяты>», госномер не помнит, <данные изъяты> цвета, за техническим состоянием которого сын следил регулярно, со слов сына, до момента ДТП ДД.ММ.ГГГГ автомобиль всегда находился в технически исправном состоянии, то есть основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевое управление, внешние световые приборы автомобиля были работоспособны. Передние и задние сидения автомобиля «<данные изъяты>» оснащены ремнями безопасности, на заднем сидении на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ имелись два удерживающих детских устройства для перевозки малолетних детей М.С.А. – автолюльки. Лобовое (ветровое) стекло и стёкла передних дверей не затонированы, автомобильный видеорегистратор в салоне автомобиля не установлен. ДД.ММ.ГГГГ её сожителю В.А.Г. позвонил её сын М.С.А. , сообщил о том, что стал участником ДТП, что в результате данной аварии пострадал его младший сын М.М.С., <данные изъяты> года рождения, которого его супруга М.Н.С. с ранее незнакомыми им людьми, остановившимися после аварии, повезла в ОГБУЗ <данные изъяты> Её сын М.С.А. , со слов В.А.Г., просил его приехать и помочь с эвакуацией его автомобиля с регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>. С невесткой М.Н.С. она созванивалась ДД.ММ.ГГГГ, в разговоре они обсуждали состояние здоровья ее внука М.М.С. Из обстоятельств данного ДТП со слов сына ей известно, что водитель М.С.А. , управляя автомобилем «<данные изъяты>», в котором находились на заднем пассажирском сидении его жена М.Н.С. и их малолетние дети, которые были надлежащим образом зафиксированы в своих автолюльках, двигался по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>, приближаясь к регулируемому перекрестку автодороги«<данные изъяты>» с <адрес>, через который М.С.А. необходимо было проехать в прямом направлении. Со слов М.С.А. , когда он приблизился к перекрёстку, для его направления на светофоре был включён зелёный сигнал, и он продолжил движение прямо через перекрёсток. В это время водитель другого автомобиля, приблизившись к перекрёстку со стороны <адрес>, стал завершать манёвр – поворот налево на <адрес>, не уступил дорогу водителю М.С.А. , в результате чего и произошло данное ДТП – столкновение двух автомобилей. Позже она разговаривала с М.Н.С. об обстоятельствах ДТП, и та ей рассказала, что перед ДТП она посмотрела на светофор и увидела, что на нём для водителя М.С.А. был включён зелёный сигнал светофора. М.А.В., Л.Е.И. ей не знакомы.

Из исследованного по ходатайству стороны обвинения с согласия сторон в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ протокола допроса свидетеля П.А.В. (<данные изъяты>), следует, что она в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в ООО «<данные изъяты>» продавцом кваса на точке около магазина «<данные изъяты>» по <адрес> в <адрес>. На распечатанной следователем карте 2GIS она собственноручно отразила вход в магазин «<данные изъяты>» и расположение точки, где стояли кеги с квасом, который она продавала, работала с ДД.ММ.ГГГГ, иногда позже. Она знакома с М.А.В. с момента её трудоустройства в ООО «<данные изъяты>», где М. работал водителем, с ним у неё никаких отношений, долговых обязательствах нет и не было. В его обязанности входила доставка около ДД.ММ.ГГГГ часов каждого дня кег с квасом по адресу: <адрес>. Она знакома с Л.Е.И. с ДД.ММ.ГГГГ г. – грузчиком, с тем также никаких отношений, долговых обязательств нет и не было. С момента своего трудоустройства Л.Е.И. работал в паре с М.А.В., они вместе ездили по точкам и развозили квас и другой товар. М.А.В. и Л.Е.И. в рабочее время всегда ездили на одном и том же служебном автомобиле – грузовом, марку, модель данного автомобиля не знает, госномер помнит лишь цифры – <данные изъяты>, который запомнила, так как по окончании своего рабочего дня она ожидала М. и Л.Е.И. на автомобиле с данным номером. ДД.ММ.ГГГГ она находясь около <адрес>, продавала квас, о чём сделала запись в своей рабочей тетради, где вела записи о количестве кваса для продажи и об остатке. Вечером ДД.ММ.ГГГГ М и Л.Е.И. заезжали за кегами на грузовом автомобиле, на котором всегда приезжали. Ей известно, что М. перед тем, как заезжать за кегами к <адрес>, всегда заезжал на мини-рынок «<данные изъяты>» на <адрес>, где также забирал кеги из-под кваса, после чего М. и Л.Е.И. ехали по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес>, где забирали её кеги. Такой маршрут их передвижения она наблюдала весь период работы в ООО «<данные изъяты>» Далее, после того, как М и Л.Е.И. забирали у нее кеги, на что тратили от <данные изъяты> минут, они всегда уезжали в сторону перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>. О дорожно-транспортном происшествии, случившемся ДД.ММ.ГГГГ, ей ничего не известно, с её рабочего места данный перекрёсток не просматривается, загорожен тополями.

Согласно протоколу допроса свидетеля Х.Д.В. – грузчика ООО «<данные изъяты>», сослуживца свидетеля М.А.В., чьи показания были исследованы в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон (<данные изъяты>) в его должностные обязанности входило вместе с водителем утром выгрузить кеги с квасом на торговую точку, а вечером их забрать. Одна из торговых точек расположена на <адрес> в <адрес>, около магазина «<данные изъяты>», где ДД.ММ.ГГГГ г. работала П.А.В. М.С.А. и Л.Е.И. у него никаких отношений нет и не было, просто знакомые, долговых обязательств между ними нет. М.А.В. работал в паре с Л.Е.И. – тоже грузчиком, они вдвоём доставлял кеги с квасом, в том числе, на торговую точку на <адрес>, в рабочее время всегда ездили на одном и том же служебном грузовом автомобиле «<данные изъяты>», помнит цифровое обозначение госномера данного автомобиля <данные изъяты>, буквы не помнит, кабина данного автомобиля синего цвета и с бежевой полосой. Как правило, М.А.В. выезжал по <адрес> на автодорогу «<данные изъяты>» и следовал далее по автодороге «<данные изъяты>» в сторону перекрёстка с <адрес>, где поворачивал на <адрес>, забирал кеги с квасом у П.А.И. около <адрес>, данная точка была крайней у М., после которой ФИО4 ехал на склад на территорию бывшего виноводочного завода. О ДТП, случившемся ДД.ММ.ГГГГ на перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, ничего не знает.

Из протокола допроса свидетеля П.Р.Н., чьи показания исследованы в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по ходатайству стороны обвинения с согласия участников судебного разбирательства (<данные изъяты>) установлено, что в ДД.ММ.ГГГГ точную дату не помнит, после ДД.ММ.ГГГГ он вместе с коллегой по работе – Х.С.А. находились на смене, двигались на рабочем автомобиле «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> по <адрес> в <адрес> в сторону ГСК «<данные изъяты>», приближаясь к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>, где были остановлены инспектором ГИБДД, ранее незнакомым ему, который попросил его и Х.С.А. принять участие в качестве понятых в производимом тем осмотре места совершения административного правонарушения, на что они согласились. Со слов инспектора ГИБДД, на данном перекрёстке произошло столкновение двух автомобилей. В осмотре принимали участие оба водителя столкнувшихся транспортных средств – ранее незнакомые ему молодой мужчина и девушка. Автодорога «<данные изъяты>» в месте расположения регулируемого перекрёстка с <адрес> в <адрес> представлена в виде двух асфальтированных проезжих частей, предназначенных для движения транспортных средств в противоположные направления. Между проезжими частями имеется разделительная полоса, вдоль которой установлено металлическое ограждение. Обе проезжие части до указанного перекрёстка представлены аналогичным образом в виде четырёх полос движения: крайняя правая предназначена для поворота направо – уходит направо до перекрёстка, две полосы посередине предназначены для движения в прямом направлении, левая полоса предназначена для поворота налево. Дорожная разметка на автодороге «<данные изъяты>» в месте ДТП была хорошо различима. От инспектора ГИБДД он узнал, что, водитель автомобиля «<данные изъяты>», госномер не помнит, светлого цвета, девушка – до ДТП двигалась по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес> и на указанном перекрёстке непосредственно перед ДТП совершала манёвр – поворот налево в сторону <адрес>. Водитель автомобиля «<данные изъяты>», госномер не помнит, светлого цвета, – молодой мужчина двигался перед ДТП по проезжей части автодороги «<данные изъяты>» в <адрес> со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с ж.<адрес> в сторону <адрес>, то есть в прямом направлении. Со слов инспектора ГИБДД, водитель автомобиля «<данные изъяты>», завершая на перекрёстке маневр – поворот налево по зелёному сигналу светофора, не уступила дорогу автомобилю «<данные изъяты>», водитель которого двигался по зелёному сигналу через перекрёсток в прямом направлении, спровоцировав столкновение двух транспортных средств, при этом водитель автомобиля «<данные изъяты>» пытался предотвратить ДТП, применив торможение, однако избежать ДТП ему не удалось. Автомобиль «<данные изъяты>» в момент производимого осмотра находился на проезжей части <адрес>, был немного развернут влево, его передняя часть была направлена в сторону <адрес>, от линии указанного перекрёстка до задней части автомобиля расстояние составляло около трёх метров. На данном автомобиле в результате ДТП были повреждены: передний бампер, правая фара, переднее правое крыло, передняя правая дверь и ее стекло, капот, других повреждений не помнит. Автомобиль «<данные изъяты>» в момент производимого осмотра находился на проезжей части автодороги «<данные изъяты>» в <адрес>, предназначенной для движения со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с ж.<адрес> в сторону <адрес>, был немного развёрнут вправо относительно направления движения по данной проезжей части в сторону <адрес>, его передняя часть была направлена в сторону <адрес>. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены передний бампер, обе фары, капот, решётка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. При проверке технического состояния вышеуказанных транспортных средств, инспектором было установлено, что основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевого управления обоих автомобилей находились в работоспособном состоянии. В присутствии него и второго понятого Х.С.А., а также в присутствии обоих водителей указанных автомобилей инспектор ГИБДД с использованием цифрового фотоаппарата произвёл осмотр, составил протокол осмотра места совершения административного правонарушения; произведя все необходимые замеры места ДТП, составил схему места совершения административного правонарушения, указав на ней направление движения автомобилей до столкновения. Содержание составленных инспектором ГИБДД на месте ДТП документов соответствовало действительности, что он, второй понятой Х.С.А. и оба водителя столкнувшихся автомобилей подтвердили своими подписями, замечаний, заявлений ни от кого не поступило. В месте ДТП был обнаружен парный тормозной след колёс автомобиля «<данные изъяты>», его длину он не запомнил. Также в месте столкновения, которое находилось на проезжей части автодороги «<данные изъяты>» в <адрес>, предназначенной для движения со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с ж.<адрес> в сторону <адрес>, практически на границе между проезжей частью <адрес> и указанной проезжей частью автодороги «<данные изъяты>» была обнаружена осыпь стекла. Около столкнувшихся автомобилей на асфальтовом покрытии имелись потёки технической жидкости. Свидетели, очевидцы совершенного ДТП ему не известны. Дорожно –транспортное происшествие произошло в светлое время суток, в ясную погоду без осадков на регулируемом перекрестке автодорога «<данные изъяты>» – <адрес> в <адрес>, и непосредственно на проезжей части автодороги «<данные изъяты>» в <адрес>, предназначенной для движения со стороны перекрестка автодорога «<данные изъяты>» - ж.<адрес> в сторону <адрес>, дорожное полотно в месте ДТП не имело каких –либо ям, разрытий и прочих повреждений, продольный профиль пути в месте ДТП горизонтальный. После оформления ДТП в присутствии него и второго понятого Х.С.А. оба водителя были освидетельствованы на предмет алкогольного опьянения, которое показало, что оба водителя были трезвы, о чём были составлены документы, в которых участвующие лица поставили свои подписи, заявлений, замечаний ни от кого не поступило.

Анализируя показания законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего и свидетелей обвинения по делу в совокупности друг с другом и каждое отдельно, суд приходит к выводу, что они являются достоверными, поскольку они не противоречат установленным обстоятельствам дела, взаимно дополняют и согласуются друг с другом, подтверждаются иными исследованными судом доказательствами, не противоречат им, получены в соответствии с требованиями закона, поэтому суд признает их объективными и достоверными в той их части, в которой они соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства дела. У суда не имелось оснований не доверять показаниям законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего и свидетелей обвинения, поскольку не было установлено как обстоятельств, указывающих на возможность оговора кем-либо подсудимой, так и обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в её привлечении к уголовной ответственности, в показаниях указанных лиц не имеется существенных противоречий, касающихся значимых обстоятельств происшедшего, которые могли бы повлиять на доказанность вины подсудимой и квалификацию её действий. Установленные отдельные неточности в показаниях указанных лиц, по мнению суда, являются результатом субъективного восприятия каждым свидетелем объективной действительности, при этом несущественными и не влияющими на выводы суда о виновности подсудимой, в связи с чем суд не находит оснований подвергать показания вышеуказанных лиц сомнению, признаёт показания законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего и свидетелей обвинения допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они также нашли своё подтверждение и иными объективными доказательствами, подтверждающими виновность ФИО2 в совершении преступления, исследованными судом в судебном следствии и содержащими сведения об обстоятельствах совершенного преступления:

- протоколом очной ставки между подозреваемой ФИО2 и свидетелем М.С.А. , в ходе которой свидетель М.С.А. показал, что ДД.ММ.ГГГГ он, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, перед ДТП двигался в прямом направлении через регулируемый перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> на зелёный сигнал светофора. На правой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения со стороны <адрес> в сторону ГСК «<данные изъяты>», находились транспортные средства, которые стояли перед линией перекрёстка на запрещающий красный сигнал светофора. Причиной ДТП стали действия водителя ФИО2, поскольку он двигался на зелёный сигнал светофора, перед этим водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>», начала совершать поворот налево и остановилась в пределах середины перекрёстка, в тот момент данный автомобиль не представлял для него опасности. Позади автомобиля «<данные изъяты>» стояли другие транспортные средства: грузовой автомобиль и далее другие, легковые автомобили. Далее, когда он подъехал достаточно близко к перекрёстку, то боковым зрением увидел, что водитель ФИО2 внезапно продолжила движение в сторону <адрес>, расстояние между их автомобилями было незначительным, и он в целях предотвращения ДТП нажал на педаль тормоза, повернул руль вправо, но избежать ДТП ему не удалось – произошло столкновение двух автомобилей. Таким образом, водитель ФИО2, нарушив правила дорожного движения, совершая поворот налево по зелёному сигналу светофора, не уступила дорогу ему, движущемуся через перекресток в прямом направлении.

Подозреваемая ФИО2 не подтвердила показания свидетеля и показала, что она, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, перед ДТП ехала с поворотом налево в сторону <адрес> под зелёную стрелку, когда на светофоре был включён красный сигнал светофора, соответственно, для водителя М.С.А. также был включён красный запрещающий движение сигнал светофора. При этом световой сигнал красного цвета на светофоре для водителя М.С.А. в зоне её видимости не находился, но она предполагает, что если для неё горел красный, то и для него тоже горел красный. Не помнит, находились ли транспортные средства перед перекрёстком со стороны <адрес>. В данном ДТП виноваты они оба. Она, не убедившись в безопасности манёвра, повернула налево, но поворачивала в тот момент, когда на светофоре был включён запрещающий красный сигнал светофора и зелёная стрелка в дополнительной секции. Вина М.С.А. в том, что он двигался через перекрёсток в прямом направлении на красный сигнал светофора. Исходя из Правил дорожного движения, при движении в направлении стрелки, включённой в дополнительной секции одновременно с красным сигналом светофора водитель должен уступить дорогу автомобилям, движущимся с других направлений, Если бы она видела автомобиль «<данные изъяты>», движущийся в прямом направлении с противоположной стороны на красный сигнал светофора, она бы ему уступила дорогу согласно ПДД РФ, но она его не видела (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между подозреваемой ФИО2 и свидетелем М.Н.С., в ходе которой свидетель М.Н.С. показала, что ДД.ММ.ГГГГ её муж М.С.А. , управляя автомобилем «<данные изъяты>», перед столкновением двигался через регулируемый перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>, выехал на перекресток на зелёный сигнал светофора. Когда их автомобиль подъезжал к перекрёстку, она обратила внимание на светофор, на котором был включён зелёный сигнал, разрешающий движение водителю М.С.А. через перекрёсток в прямом направлении. Далее она отвлеклась на ребёнка, и буквально менее чем через секунду произошло столкновение, момент которого она не видела. Перед перекрёстком на левой или правой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения через перекресток в прямом направлении в сторону ГСК «<данные изъяты>», стояли другие транспортные средства, марки, модели, госномера которых не помнит. Для водителей данных транспортных средств на светофоре горел красный сигнал, запрещающий движение.

Подозреваемая ФИО2 не подтвердила показания свидетеля М.Н.С., показала что она поворачивала с автодороги «<данные изъяты>» в сторону <адрес> налево по красному сигналу светофора, соответственно, для водителя М.С.А. , движущегося со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>, был также включён красный сигнал светофора, запрещающий движение через перекрёсток прямо. Кроме того, на светофоре была включена дополнительная секция в виде зелёной стрелки, по которой она и двигалась. В результате столкновения двух автомобилей её автомобиль вынесло на сторону проезжей части <адрес>, предназначенную для движения со стороны <адрес> в сторону ГСК «<данные изъяты>», таким образом, при наличии там других транспортных средств её автомобиль ударился бы в эти автомобили, но этого не произошло, соответственно, этих автомобилей там не было, по крайней мере, на левой полосе (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между подозреваемой ФИО2 и свидетелем М.А.В., в ходе которой подозреваемая ФИО2 показала, что она, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, выехала с поворотом налево в сторону <адрес> на перекрёсток на красный сигнал светофора, на котором была включена дополнительная секция в виде зелёной стрелки, по которой она и двигалась. Второй участник ДТП М., управляя автомобилем «<данные изъяты>» белого цвета, двигался через перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении по красному сигналу светофора.

Свидетель М.С.А. не подтвердил показания подозреваемой, показал, что до ДТП он двигался, управляя грузовым автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, позади автомобиля «<данные изъяты>» также с поворотом налево в сторону <адрес> светофоре как для водителя ФИО2, так и для него был включён зелёный сигнал, а также дополнительная секция в виде зелёной стрелки. Перед линией перекрёстка со стороны <адрес> стояли другие транспортные средства, около 2-3-х, поскольку для них был включён красный запрещающий сигнал светофора. Он подъехал к перекрёстку за автомобилем «<данные изъяты>» по левой полосе, далее автомобиль «<данные изъяты>» остановился на красный сигнал светофора, остановился и он, после чего при включении зелёного сигнала светофора автомобиль «<данные изъяты>» тронулся, но остановился, пропуская другие автомобили со встречного направления, он также остановился за данным автомобилем. Потом автомобиль «<данные изъяты>» то трогался с места, то останавливался, а потом внезапно всё же выехал на правую полосу движения встречного направления, по которому к перекрёстку со стороны ж.<адрес> приближался автомобиль «<данные изъяты>», водитель которого применил торможение, но избежать ДТП не удалось. После столкновения двух автомобилей для его направления включился красный сигнал светофора, и поскольку он должен был освободить перекрёсток, то он проехал в сторону <адрес> мимо двух столкнувшихся автомобилей по левой полосе проезжей части <адрес>, проследовал к магазину «<данные изъяты>» по <адрес>, около которого стояли кеги с квасом, которые ему надо было забрать. На точке работала П.А.В. Он в автомобиле был с Л.Е.И. Они проехали к указанному адресу, забрали кеги, ФИО5 о ДТП ничего не поясняли, забрали выручку, кеги и уехали. Вернувшись на перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> со стороны <адрес> спустя минут 10-15, они остановились около места ДТП. Водитель ФИО2 осматривала свой автомобиль, на котором были повреждены передняя правая дверь, переднее правое крыло, на автомобиле «<данные изъяты>» был повреждён передний левый угол. Далее они проехали на Промплощадку <данные изъяты>, выгрузили кеги, пересели на автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, серого цвета. Подъехав к перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с ул.Пихтовой, остановились, ФИО6 вышел и оставил кому-то на месте ДТП свои координаты, сказав, что они являются свидетелями ДТП. Он объезжал место ДТП на красный сигнал светофора, поскольку с момента ДТП и до того момента, как он объезжал столкнувшиеся автомобили, прошло 5-10 секунд. Перед ДТП на встречной проезжей части других транспортных средств, кроме автомобиля «<данные изъяты>», не было, все автомобили уже проехали, перед ФИО2 был свободный перекресток, почему она своевременно не завершила поворот налево, ему не известно.

Подозреваемая ФИО2 не подтвердила показания свидетеля, показав, что она двигалась через перекрёсток на красный сигнал светофора, на котором была включена дополнительная секция в виде зелёной стрелки. За собой во время движения по автодороге «<данные изъяты>» она не видела никакого грузового автомобиля, по крайней мере, она не помнит. Непосредственно после ДТП со стороны <адрес> с направлением в сторону ГСК «<данные изъяты>» её объезжала грузовая машина, водитель которой, не останавливая автомобиль, опустив стекло, пояснил водителю М.: «Записывай телефон, я видел ДТП», на что она возмутилась, поскольку спустя продолжительное время после ДТП к месту столкновения с другой стороны относительно её первоначального направления движения подъехали незнакомые ей мужчины, утверждавшие, что она являлась виновницей ДТП, выехала на перекрёсток по зелёному сигналу, не уступила дорогу «<данные изъяты>». Затем эти двое мужчин уехали через перекрёсток, но спустя некоторое время вернулись на место ДТП на светлой иномарке, вышли из машины оба, подошли к инспектору ГИБДД, стали ему говорить, чтобы он записал сотовые телефоны, так как они были свидетелями ДТП. Один из них сказал ей, что ещё до столкновения с «<данные изъяты>» она его «подрезала» при перестроении с правой на левую полосу на перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> при движении в сторону <адрес> и стал ей говорить, чтобы она учила правила дорожного движения (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между подозреваемой ФИО2 и свидетелем Л.Е.И. , в ходе которой подозреваемая ФИО2 показала, что ДД.ММ.ГГГГ, она, управляя автомобилем «<данные изъяты>», двигаясь со стороны <адрес>, совершала поворот налево с автодороги «<данные изъяты>» в сторону <адрес> по основному красному сигналу светофора, кроме того, на светофоре была включена дополнительная секция в виде зелёной стрелки, которой она руководствовалась при повороте налево. Для водителя М.С.А. , управляющего автомобилем «<данные изъяты>» и движущегося со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении был также включён красный сигнал светофора, который запрещал ему движение через перекрёсток прямо.

Свидетель Л.Е.И. не подтвердил показания подозреваемой, показал, что для обоих водителей – участников ДТП был включён зелёный сигнал светофора. Водитель М.А.В., управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в котором он находился в качестве пассажира, ехал от перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> в сторону <адрес> вслед за водителем ФИО2, он, наблюдая за дорожной обстановкой, видел ДТП и также видел, что для водителей ФИО2 и М.А.В. был включен зелёный сигнал светофора. Перед линией перекрёстка со стороны <адрес> стояло несколько автомобилей на красный запрещающий сигнал светофора. Когда водитель ФИО2 выехала на перекрёсток по зеленому сигналу светофора, то пропустила автомобили, движущиеся со встречного направления прямо, потом, когда перекрёсток был свободен от встречных автомобилей, она без видимой причины не завершала свой маневр – поворот налево, то трогалась с места, то останавливалась. М.А.В. был вынужден стоять за ней, также въехав на сам перекрёсток. А когда со встречного направления со стороны ж.<адрес> по правой полосе, предназначенной для движения в прямом направлении, по автодороге «<данные изъяты>» приблизился автомобиль «<данные изъяты>» на небольшой скорости, водитель ФИО2 внезапно выехала перед близко движущимся автомобилем «<данные изъяты>», пытаясь завершить маневр, но ей это не удалось, и произошла авария. Их автомобиль продолжал стоять на перекрёстке после ДТП около одной минуты, далее М.А.В. необходимо было освободить перекрёсток, и М.А.В. завершил манёвр, по какой полосе, не помнит, так его внимание было привлечено к участникам ДТП. Стоя в автомобиле на перекрёстке, он успел осмотреть место ДТП, в тот момент его поразило поведение ФИО2 , которая выскочила из своего автомобиля и стала сильно кричать на второго участника аварии, задавая ему вопрос о том, куда он нёсся перед ДТП. Когда они проезжали мимо места ДТП, ФИО2 на его слова о том, что она виновата в ДТП, стала кричать уже на него. Его удивило, что ФИО2, узнав, что в автомобиле «<данные изъяты>», находились дети в момент ДТП, никак не отреагировала и сказала: «Ну и что, в моём автомобиле тоже дети!». Когда они вернулись на место ДТП со стороны промбазы <данные изъяты>, уже на автомобиле «<данные изъяты>», то решили оставить свои координаты инспектору, оформляющему ДТП. М. вышел из автомобиля, оставил свои координаты инспектору, ФИО2 стала говорить, что они, руководствуясь мужской солидарностью, наговаривают на неё, предположила, что он и М. являются знакомыми второго участника ДТП. К протоколу очной ставки приложил схему места ДТП, составленную собственноручно. Перед ДТП он и М. следовали на грузовом автомобиле по работе, забирали бочки с квасом с адреса: <адрес>, на точке в тот день работала П.А.В., своим телефоном он непосредственно до и после ДТП не пользовался, никуда не звонил.

Подозреваемая ФИО2 показала, что ФИО4 и Л.Е.И. первый раз подъехали к месту аварии со стороны <адрес> на грузовом небольших размеров автомобиле, второй раз они подъехали на иномарке светлого цвета (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между подозреваемой ФИО2 и свидетелем С.Н.П., в ходе которой подозреваемая ФИО2 показала, что она, двигаясь по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес>, на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> совершала поворот налево в сторону <адрес> по красному сигналу светофора и дополнительной секции в виде зелёной стрелки, соответственно, для водителя М.С.А. , управляющего автомобилем «<данные изъяты>» и движущегося со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении, был также включён красный сигнал светофора, запрещающий ему движение через перекрёсток прямо.

Свидетель С.Н.П. не подтвердил показания подозреваемой, показал, что для обоих водителей – участников ДТП был включён зелёный сигнал светофора. Он, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, перед данным ДТП стоял перед перекрёстком со стороны <адрес>, поскольку для него был включён красный сигнал светофора, запрещающий ему движение, соответственно, для водителя ФИО2, поворачивающей на перекрёстке налево в сторону <адрес>, был включён зелёный сигнал светофора. Он стоял третьим по счёту за другими автомобилями и запомнил, что непосредственно после произошедшего ДТП в прямом направлении по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> двигались другие транспортные средства. На светофор для водителя ФИО2 он не смотрел в момент ДТП, но предполагает, что на нем был включён зелёный сигнал. Он видел, как двигался автомобиль «<данные изъяты>» после ДТП, и почему он не задел автомобили, стоящие перед ним, он не знает (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между подозреваемой ФИО2 и свидетелем С.А.И., в ходе которой подозреваемая ФИО2 показала, что двигалась по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес>, на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> совершила поворот налево в сторону <адрес> по красному сигналу светофора, соответственно, для водителя М.С.А. , управляющего автомобилем «<данные изъяты>» и движущегося со стороны <адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении, был также включён красный сигнал светофора, запрещающий ему движение через перекрёсток прямо. Кроме того, на светофоре для неё была включена дополнительная секция в виде зелёной стрелки, по которой она и двигалась.

Свидетель С.А.И. показания подозреваемой ФИО2 не подтвердила и показала, что, возможно, их автомобиль двигался по <адрес> по правой полосе, приближаясь к перекрёстку с автодорогой «<данные изъяты>», для их направления в сторону <адрес> на светофоре был включён красный сигнал светофора, поэтому её супруг С.Н.П. остановил свой автомобиль. Она видела, что по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес> до и после ДТП двигались транспортные средства, предполагает, что если для их направления был включён красный сигнал светофора, то для указанных автомобилей, движущихся по автодороге «<данные изъяты>» в прямом направлении, был включён зелёный сигнал светофора. На светофорный объект для водителя ФИО2 она не смотрела в момент ДТП, но предполагает, что на нём был включён зелёный сигнал, поскольку для их направления движения был включён красный сигнал. Она не видела, чтобы водитель автомобиля «<данные изъяты>» и его супруга звонили кому-либо непосредственно после ДТП, так как им было не до этого, их дети пострадали ДТП. Позже, когда они везли Н. – жену водителя автомобиля «<данные изъяты>» после больницы домой, та звонила своей маме и говорила, что они попали в аварию. В момент ДТП она видела, как ФИО2 ударилась о боковое стекло водительской двери головой, в дальнейшем она видела у ФИО2 кровь на голове.

Подозреваемая ФИО2 частично подтвердила показания свидетеля, показала, что она видела, что водитель М.С.А. после ДТП ходил около места аварии и держал в руке сотовый телефон, разговаривал по нему. Разговоры М.С.А. она не слышала. У нее действительно была царапина на виске, немного выступила кровь, но в больницу в дальнейшем она не обращалась (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между обвиняемой ФИО2 и свидетелем Ч.А.И., в ходе которой обвиняемая ФИО2 показала, что в здании ГИБДД на <адрес> она собственноручно написала объяснение по обстоятельствам ДТП, где указала, что маневр поворота налево она совершала на зелёный сигнал светофора, а второй участник ДТП проехал на жёлтый сигнал, в своём объяснении она ничего не писала о красном сигнале светофора. Какое-либо давление со стороны инспектора ГИБДД Ч.А.И. в момент написания ею указанного объяснения на неё оказано не было, инспектор Ч.А.И. лишь помогал её составить объяснение, но не диктовал, какой сигнал светофора горел в момент ДТП, это она написала сама из своих соображений. Не может объяснить, почему она в своём объяснении указала, что двигалась перед ДТП на зелёный сигнал, а для водителя М.С.А. был включён желтый сигнал светофора, сейчас уверена, что на светофоре для её направления был включён красный сигнал.

Свидетель Ч.А.И. показания обвиняемой ФИО2 подтвердил и показал, что ФИО2 написала объяснение собственноручно, указала, что в момент её маневра – поворота налево в сторону <адрес> на светофоре для неё был включён зелёный сигнал светофора, 2-й участник ДТП, исходя из её объяснения, двигался на жёлтый сигнал светофора. В объяснении ФИО2 речи не шло о красном сигнале светофора в момент ДТП. В объяснении необходимо указать дату, время, место ДТП – регулируемый перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, что дорога, по которой участники двигались, называется «<данные изъяты>»; что необходимо расписать направления движения двух участников и указать завершающий этап – кто на какой сигнал светофора двигался. Он при написании ФИО2 объяснения ничего ей не диктовал. Водитель М.С.А. утверждал, что для него горел зелёный сигнал светофора, и поэтому он двигался прямо, не останавливался перед перекрёстком. Водитель ФИО2 утверждала, что она двигалась на зелёный сигнал светофора, а М. двигался уже на жёлтый сигнал. Для обоих участников ДТП, движущихся с противоположных сторон автодороги, на светофорах включены одинаковые сигналы, переключение цветов синхронно (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между свидетелем Б.К.В. и свидетелем Л.Е.И. , в ходе которой свидетель Б.К.В. показала, что ДД.ММ.ГГГГ перед ДТП водитель ФИО2 на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> совершала манёвр – поворот налево в сторону <адрес> на красный основной сигнал светофора, в дополнительной секции была включена зелёная стрелка, разрешающая водителю ФИО2 поворот налево. Перед линией перекрёстка со стороны <адрес> стояли транспортные средства, для которых был включён красный сигнал, не помнит, двигались ли по автодороге «<данные изъяты>» другие транспортные средства.

Свидетель Л.Е.И. не подтвердил показания свидетеля Б.К.В., показал, что для водителя ФИО2, поворачивающей на перекрестке налево в сторону <адрес>, перед ДТП был включён зелёный сигнал светофора и дополнительная зелёная стрелка. На стороне проезжей части <адрес>, предназначенной для движения через перекрёсток в прямом направлении и с поворотом налево перед перекрестком стояли транспортные средства, для водителей которых был включён красный сигнал светофора. Для водителей транспортных средств по автодороге «<данные изъяты>» в оба направления был включён зелёный сигнал светофора (<данные изъяты>):

- протоколом очной ставки между свидетелем Б.К.В. и свидетелем М.С.А. , в ходе которой свидетель М.С.А. показал, что ДД.ММ.ГГГГ, он, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, перед ДТП двигался в прямом направлении через регулируемый перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> на зелёный сигнал светофора. На правой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения со стороны <адрес> в сторону ГСК «<данные изъяты>», находились транспортные средства, которые стояли перед линией перекрёстка на красный сигнал светофора. Водитель ФИО2, нарушив ПДД РФ, совершая маневр – поворот налево на перекрёстке по зелёному сигналу светофора, не уступила дорогу ему, движущемуся в прямом направлении через перекрёсток на зелёный сигнал светофора, чем спровоцировала ДТП.

Свидетель Б.К.В. не подтвердила показания свидетеля, показав, что водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>» перед ДТП ехала с поворотом налево в сторону <адрес> под зелёную стрелку, когда на светофоре был включён красный сигнал, соответственно, для водителя М.С.А. также был включен красный запрещающий движение сигнал светофора. В зоне её видимости световой сигнал красного цвета на светофоре для водителя М.С.А. не находился, но она предполагает, что если для водителя ФИО2 был включён красный сигнал, то и для водителя М.С.А. также был включен красный сигнал, запрещающий ему движение в прямом направлении через перекресток. Когда водитель ФИО2 совершала маневр – поворот налево в сторону <адрес>, она, Борщак, видела транспортные средства на проезжей части <адрес>, стоявшие непосредственно перед линией перекрёстка, на какой из полос они стояли, не помнит. Причиной столкновения двух транспортных средств стали действия водителя М.С.А. , который двигался через перекрёсток в прямом направлении на красный сигнал светофора, нарушая правила дорожного движения. На вопрос следователя о том, что если перед линией перекрёстка со стороны <адрес>, исходя из её показаний, стояли транспортные средства, то для них какой сигнал светофора был включён, ответила, что был включён красный сигнал, ведь они стояли (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между свидетелем Б.К.В. и свидетелем М.Н.С., в ходе которой свидетель М.Н.С. показала, что ДД.ММ.ГГГГ М.С.А. , управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигался через регулируемый перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес>, выехал на данный перекрёсток по зелёному сигналу светофора в прямом направлении, при этом она обратила внимание на светофор, на котором для их направления в сторону <адрес> был включён зелёный сигнал. Далее она повернулась к ребёнку, затем её резко бросило вперёд, поскольку произошёл удар их автомобиля об автомобиль «<данные изъяты>», однако сам момент столкновения двух автомобилей она не видела. Перед ДТП она видела на проезжей части <адрес>, предназначенной для движения через перекрёсток в прямом направлении в сторону ГСК «<данные изъяты>», транспортные средства, для водителей которых на светофоре горел красный сигнал.

Свидетель Б.К.В. не подтвердила показания свидетеля, показала, что ДТП произошло, когда на светофоре для водителя ФИО2, завершающей маневр –поворот налево в сторону <адрес>, был включён красный сигнал светофора, соответственно, для водителя М., ехавшего в прямом направлении через перекрёсток, также был включён красный сигнал. Водитель ФИО2 должна была в соответствии с правилами дорожного движения освободить перекрёсток в данном случае. Перед линией перекрёстка со стороны <адрес> стояли машины, для них был включён красный сигнал светофора (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между свидетелем Б.К.В. и свидетелем М.А.В., в ходе которой свидетель Б.К.В. показала, что ДД.ММ.ГГГГ перед ДТП водитель ФИО2 на регулируемом перекрестке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> совершала манёвр – поворот налево в сторону <адрес> на красный сигнал светофора и в дополнительной секции была включена зелёная стрелка, разрешающая водителю ФИО2 поворот налево. Она видела перед ДТП транспортные средства, стоявшие перед указанным перекрёстком на стороне проезжей части <адрес>, предназначенной для движения через перекрёсток в прямом направлении, а также с поворотом налево, для них был включён красный сигнал. По автодороге «<данные изъяты>» до ДТП двигались другие транспортные средства в оба направления, двигались ли после ДТП, она не знает, не видела.

Свидетель М.А.В. показания свидетеля не подтвердил, показав, что в момент ДТП для водителя ФИО2, поворачивающей на перекрёстке налево в сторону <адрес>, был включён зелёный сигнал светофора и дополнительная секция в виде зелёной стрелки. Перед линией перекрёстка со стороны <адрес> стояли другие автомобили, два или три, точнее не помнит, поскольку для водителей данных автомобилей был включён красный сигнал светофора, запрещающий им движение через перекрёсток. Он видел, что до ДТП по автодороге «<данные изъяты>» в оба направления двигались другие транспортные средства. После случившегося ДТП его внимание было приковано к участникам ДТП, не может сказать точно, двигались ли в тот момент автомобили по автодороге «<данные изъяты>» (<данные изъяты>).

- протоколом очной ставки между обвиняемой ФИО2 и свидетелем Б.К.В., в ходе которой свидетель Б.К.В. показала, что ДД.ММ.ГГГГ на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, в момент, когда водитель ФИО2 совершала маневр – поворот налево в сторону <адрес>, она, Б., видела транспортные средства на проезжей части <адрес> непосредственно перед данным перекрёстком, для водителей которых на светофоре был включён красный сигнал, запрещающий им движение. После столкновения автомобиль «<данные изъяты>» стоял непосредственно на правой полосе проезжей части дороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения в сторону <адрес>, его передняя часть была направлена в сторону <адрес> «<данные изъяты>» стоял на левой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения в сторону <адрес> и частично на левой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения в сторону перекрёстка. Передняя часть автомобиля «<данные изъяты>» была направлена в сторону <адрес> автомобили с поворотом налево проезжали мимо столкнувшихся автомобилей со стороны <адрес> в сторону <адрес> между двумя столкнувшимися автомобилями, расстояние позволяло. Свидетелем Б.К.В. собственноручно составлена схему расположения автомобилей после ДТП.

Обвиняемая ФИО2 показания свидетеля частично подтвердила и показала, что не помнит, чтобы перед линией перекрёстка стояли автомобили со стороны <адрес>. Какое-то движение там было, но конкретнее высказаться не может. Для них был включён красный сигнал светофора, поскольку она завершала маневр под зеленую стрелку на основной красный сигнал светофора (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между свидетелем Б.К.В. и свидетелем С.А.И., в ходе которой свидетель Б.К.В. показала, что ДД.ММ.ГГГГ перед ДТП, когда водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>», на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> совершала манёвр – поворот налево в сторону <адрес>, она видела транспортные средства непосредственно перед указанным перекрёстком на стороне проезжей части <адрес>, предназначенной для движения через перекрёсток в прямом направлении, а также с поворотом налево, но сколько их было и на каких полосах они стояли, не помнит, для них был включён красный сигнал. Водитель ФИО2 перед ДТП на перекрёстке совершала манёвр – поворот налево в сторону <адрес> на красный сигнал светофора, в дополнительной секции была включена зелёная стрелка, разрешающая поворот налево. До ДТП она видела, что по направлению со стороны ж.<адрес> в сторону перекрёстка двигался автомобиль иностранного производства, белого цвета, госномер не знает, который на перекрёстке повернул к ГСК «<данные изъяты>». Пропустив его, водитель ФИО2 продолжила движение налево. Других автомобилей, движущихся по автодороге «<данные изъяты>» в прямом направлении, она не видела, этого не помнит.

Свидетель С.А.И. частично подтвердила показания свидетеля Б.К.В., показав, что действительно перед ДТП на стороне проезжей части <адрес>, предназначенной для движения через перекрёсток в прямом направлении, а также с поворотом налево, перед перекрёстком стояли транспортные средства, среди данных автомобилей стоял их автомобиль, которым управлял её супруг С.Н.П. Для их направления был включён красный сигнал светофора. Для водителя ФИО2 был включён зелёный сигнал светофора, так, по автодороге «<данные изъяты>» в прямом направлении двигались другие машины, для которых был включён зеленый сигнал. До аварии и после аварии с участием водителя ФИО2 по автодороге «<данные изъяты>» двигались транспортные средства. Она не может сказать, видела ли она поворачивающий автомобиль, о котором говорит свидетель Б.К.В., но другие в прямом направлении двигались. Уточнила, что водитель ФИО2 и указанный автомобиль, повернувший налево в сторону ГСК «<данные изъяты>» (со слов свидетеля Б.К.В.), при повороте налево с учётом ширины перекрестка никак не зависят друг от друга, линии их движения не пересекаются (<данные изъяты>);

- протоколом очной ставки между свидетелем Б.К.В. и свидетелем С.Н.П., в ходе которой свидетель Б.К.В. показала, что ДД.ММ.ГГГГ перед ДТП, когда водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>» на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, совершала маневр –поворот налево в сторону <адрес>, она точно не помнит, были ли транспортные средства перед линией перекрёстка на проезжей части <адрес>. Следователем оглашены показания свидетеля Б.К.В. от ДД.ММ.ГГГГ, данные ею в ходе очной ставки: «Перед линией перекрёстка на проезжей части <адрес> стояли транспортные средства, их марки, модели, госномера она назвать не может, не знает. На какой из полос стояли данные транспортные средства, она не помнит». На вопрос следователя: «Поясните, если перед линией перекрестка со стороны <адрес>, исходя из ваших показаний, стояли транспортные средства, то для них какой сигнал светофора был включен?» последовал ответ свидетеля Б.К.В.: «Был включен красный сигнал, ведь они стояли». Свидетель Б.К.В. на вопрос следователя, почему её показания разнятся, показала, что сейчас она вспомнила. Значит, они стояли. Автомобили действительно стояли перед линией перекрёстка, на какой из полос, она не помнит. Для них был включён красный сигнал. Водитель ФИО2 перед ДТП на перекрестке совершала маневр – поворот налево в сторону <адрес> на красный сигнал светофора, в дополнительной секции была включена зеленая стрелка, разрешающая поворот налево.

Свидетель С.Н.П. подтвердил показания свидетеля Б.К.В. частично, показав, что перед ДТП на стороне проезжей части <адрес>, предназначенной для движения через перекрёсток в прямом направлении, а также с поворотом налево, перед перекрестком действительно стояли транспортные средства, в том числе его автомобиль «<данные изъяты><данные изъяты> стоял на левой полосе указанного направления третьим по счёту. Для его направления горел красный сигнал светофора. Но для водителя ФИО2 перед ДТП был включён зелёный сигнал светофора и дополнительная зелёная стрелка. На светофорный объект для водителя ФИО2 он не смотрел в тот момент, однако, может утверждать, что для неё был включён зелёный сигнал на светофоре, поскольку непосредственно до и после ДТП в прямом направлении по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> другие транспортные средства, марки, модели, госномера, их цвета он не помнит, еще какое-то время продолжали двигаться (<данные изъяты>);

- рапортом об обнаружении признаков преступления, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в нарушение п.10.1, п.13.4 ПДД РФ при повороте налево по зеленому сигналу светофора на регулируемом перекрестке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> не уступила дорогу и допустила столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», государственные регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением М.С.А. , движущимся со встречного направления прямо, что повлекло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого пассажиру автомобиля «<данные изъяты>» малолетнему М.С.М., ДД.ММ.ГГГГ г.р., причинён тяжкий вред здоровью (<данные изъяты>);

- телефонными сообщениями из ДГБ <адрес> о том, что ДД.ММ.ГГГГ часов и ДД.ММ.ГГГГ доставлены М.М.С. с диагнозом «<данные изъяты>» и М.И.С. с диагнозом «<данные изъяты>» (<данные изъяты>);

- справкой по дорожно-транспортному происшествию от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что дорожно-транспортное происшествие имело место ДД.ММ.ГГГГ на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>, при ясной погоде, видимость впереди – неограниченная; освещение пути – дневное; освещение транспорта – фары включены; продольный профиль пути – горизонтальный в месте ДТП, уклон – по ходу движения автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>; ширина проезжей части –11,5 м; покрытие – асфальт; состояние дорожного покрытия – сухое, дефекты дорожного покрытия –отсутствуют (<данные изъяты>);

- протоколом осмотра места совершения административного правонарушения – регулируемого перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес> с прилагаемой схемой места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей, согласно которому в присутствии двух понятых, водителей – участников дорожно-транспортного происшествия ФИО2, М.С.А. установлены место и время дорожно-транспортного происшествия; технические средства, применённые при осмотре места происшествия; погодные условия и освещённость на момент осмотра; вид происшествия; состояние дорожного покрытия; размеры проезжей части; направление движения транспортных средств; место столкновения автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО2 и автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя М.С.А. Проведён осмотр и проверка технического состояния указанных автомобилей, в результате которого установлено, что основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевого управления осмотренных автомобилей находятся в исправном состоянии. Анализируя данную схему, суд находит, что она составлена надлежащим должностным лицом, не противоречит требованиями Приложения N 7 к утвержденному Приказом МВД РФ *** от ДД.ММ.ГГГГ «Административному регламенту исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения», правильность её содержания удостоверена подписями водителей – участников дорожно-транспортного происшествия и понятых, содержание схемы полностью подтверждает наличие в действиях ФИО2 факта нарушения ею пунктов 8.1, 10.1, 13.3, 13.4 ПДД РФ (<данные изъяты>);

- постановлением об уточнении фактических данных, согласно которому установлено место совершения ДТП: регулируемый перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> – подъездная дорога к ГСК «<данные изъяты>» в <адрес> (<данные изъяты>);

- карточкой учёта транспортного средства, согласно которой владельцем автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, является М.С.А. (<данные изъяты>);

- карточкой учёта транспортного средства, согласно которой владельцем автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, является А.А.Н. (<данные изъяты>);

- свидетельством о рождении серии ***, согласно которому М.М.С. родился ДД.ММ.ГГГГ, родителями указаны М.Н.С., М.С.А. (<данные изъяты>);

- протоколом осмотра карты стационарного больного *** на имя М.М.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р., первые записи датированы ДД.ММ.ГГГГ, последние записи датированы ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>);

- постановлением о признании карты стационарного больного *** на имя М.М.С. вещественным доказательством, приобщении её к уголовному делу, возвращении её на хранение в архив ОГБУЗ «<данные изъяты>» (<данные изъяты>);

- заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у М.М.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р., имелось телесное повреждение: закрытая черепно-мозговая травма: ушиб головного мозга лёгкой степени тяжести, линейный перелом правой теменной кости, гематома в правой теменной области, которое оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и могло образоваться в срок давности и при обстоятельствах, указанных в настоящем постановлении, т.е., в момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>);

- сообщением главного врача ОГБУЗ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому М.И.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р., обращался в травмпункт ОГБУЗ «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ Осмотрен врачом хирургом М.М.Н., выставлен диагноз: ушибы, ссадины в области лба. В госпитализации не нуждался. Карта пациента не заводилась. Рекомендовано наблюдение и лечение по месту жительства (<данные изъяты>);

- паспортом светофорного объекта перекрёстка «<данные изъяты>» с указанием суточного плана работы, направлений, продолжительности циклов (<данные изъяты>);

- сообщением начальника ОГИБДД МУ МВД «<данные изъяты>» о том, что скоростной режим, установленный на данном участке дороги, согласно п.10.2 ПДД РФ – не более 60 км/ч (<данные изъяты>);

- протоколом осмотра карты больного, находящегося в приемном отделении менее 6 часов и не требующего госпитализации, *** на имя М.Н.С. (<данные изъяты>);

- постановлением о признании карты стационарного больного *** на имя М.Н.С. вещественным доказательством, приобщении её к уголовному делу, возвращении её на хранение в архив ОГАУЗ <данные изъяты>» (<данные изъяты>);

- заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому у гр.М.Н.С. имелись телесные повреждения: ушиб мягких тканей в области трапециевидной мышцы слева, ссадина в области левого тазобедренного сустава, которые расцениваются как не причинившие вред здоровью. Ответить на другие вопросы настоящего постановления не представляется возможным, так как в представленных медицинских документах не описаны морфологические признаки данных повреждений (размер, форма, цвет, наличие состояние корочек). Клинического и рентгенологического обоснования и подтверждения диагноза «повреждение капсульно-связочного аппарата шейного отдела позвоночника» в представленных на экспертизу медицинских документах нет, поэтому оценке степени тяжести не подлежит. Высказаться о состоянии и степени алкогольного опьянения не представляется возможным, т.к. в медицинских документах, представленных на экспертизу нет вклейки данного анализа (<данные изъяты>);

- заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому величине следа торможения 11 м в условиях места происшествия соответствует скорость движения автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением М.М.А. – 48,4 км/ч (<данные изъяты>);

- постановлением о признании потерпевшим М.М.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р. (<данные изъяты>);

- постановлением о допуске к участию в уголовном деле законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего М.М.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р., – М.Н.С. (<данные изъяты>);

- сообщением ООО «<данные изъяты>», согласно которому ДД.ММ.ГГГГ светофорный объект на перекрестке федеральной трассы «<данные изъяты>» с <адрес> работал в штатном режиме, сбоев в программе и отключения электропитания не фиксировалось (<данные изъяты>);

- протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ детализации услуг ПАО "<данные изъяты>" по телефонному номеру (мобильная связь): <данные изъяты>, согласно которому, звонки с абонентского номера <данные изъяты>, зарегистрированного на М.Ю.А. , которым пользовался Л.Е.И. в период времени с <данные изъяты> – исходящие и входящие соединения с абонентским номером <данные изъяты>, зарегистрированным на М.Ю.А. , ДД.ММ.ГГГГ г.р., в <данные изъяты> Местом расположения ближайшей базовой станции в момент данных соединений абонента является базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>., базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес> базовая станция №***, расположенная по адресу: <адрес> В ходе осмотра установлено, что соединений абонента с номером <данные изъяты> с абонентскими номерами: <данные изъяты>, которым пользовалась ДД.ММ.ГГГГ М.Н.С., и <данные изъяты>, которым пользовался ДД.ММ.ГГГГ М.С.А. , не зафиксировано. Указанная детализация, полученная на основании постановления судьи Братского городского суда <адрес>, признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, передана на хранение в камеру хранения вещественных доказательств МУ МВД России «<данные изъяты>» (<данные изъяты>);

- сообщением из ПАО "<данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому базовой станцией ***, расположенной по адресу: <адрес>., охватываются: автодорога «<данные изъяты>» (федеральная трасса) от <адрес>; базовой станцией ***, расположенной по адресу: <адрес> охватывается территория <данные изъяты>) (<данные изъяты>);

- протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ детализации услуг связи ООО "<данные изъяты>" абонентских номеров – <данные изъяты>, согласно которому звонки и смс-сообщения с абонентского номера <данные изъяты>, зарегистрированного на Б.Н.С., которым пользовалась М.Н.С. производились в период времени с ДД.ММ.ГГГГ – исходящие и входящие соединения с абонентскими номерами: <данные изъяты>, время соединений Московское (+5 часов), то есть по местному времени <данные изъяты> Местом расположения ближайшей базовой станции в момент данных соединений абонента являются: базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>, производственный участок ***, базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>, базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>, базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>, стр.Б, базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>, базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>. В ходе осмотра установлено, что соединений абонента с номером <данные изъяты> с абонентскими номерами: <данные изъяты>, которым пользовался ДД.ММ.ГГГГ М.А.В., и <данные изъяты>, которым пользовался ДД.ММ.ГГГГ Л.Е.И. , не зафиксировано. Звонки и смс-сообщения с абонентского номера <данные изъяты>, зарегистрированного на М.Н.С., которым пользовался М.С.А. производились в период времени с ДД.ММ.ГГГГ – исходящие и входящие соединения с абонентскими номерами: <данные изъяты> (время соединений Московское (+5 часов), то есть по местному времени в <данные изъяты> Местом расположения ближайшей базовой станции в момент данных соединений абонента являются: базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>, и базовая станция ***, расположенная по адресу: <адрес>. В ходе осмотра установлено, что соединений абонента с номером <данные изъяты> с абонентскими номерами <данные изъяты>, которым пользовался ДД.ММ.ГГГГ М.А.В., и <данные изъяты>, которым пользовался ДД.ММ.ГГГГ Л.Е.И. , не зафиксировано. Указанная детализация, полученная на основании постановления судьи Братского городского суда <адрес>, признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, передана на хранение в камеру хранения вещественных доказательств МУ МВД России «<данные изъяты>» (<данные изъяты>);

- информацией от генерального директора ООО «<данные изъяты>» о том, что М.А.В. работает в ООО «<данные изъяты>» в должности экспедитора, Л.Е.И. – в должности грузчика, ДД.ММ.ГГГГ водитель-экспедитор М.А.В. и грузчик Л.Е.И. выполняли свои служебные обязанности на грузовом автомобиле-фургоне «<данные изъяты>», госномер <данные изъяты>, согласно договору и графику работы в период с ДД.ММ.ГГГГ передвигались на указанном служебном автомобиле от «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, до магазина «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> по утверждённому маршруту, о чём указано в путевом листе (<данные изъяты>);

- протоколом выемки у свидетеля А.А.Н. автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, который в установленном законом порядке осмотрен, установлено, что основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевого управления автомобиля «<данные изъяты>» работоспособны, указанный автомобиль признан и приобщён к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, передан на ответственное хранение его собственнику – свидетелю А.А.Н. и хранится по адресу: <адрес>«б»,на территории автостоянки <данные изъяты> (<данные изъяты>);

- протоколом выемки у свидетеля М.С.А. автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, который в установленном законом порядке осмотрен, установлено, что основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевого управления автомобиля «<данные изъяты>» работоспособны, указанный автомобиль признан и приобщён к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, передан на ответственное хранение собственнику – свидетелю М.С.А. и хранится по адресу: по адресу: <адрес>, во дворе <адрес> (<данные изъяты>);

- постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ по факту причинения ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия телесных повреждений М.Н.С., М.И.С. по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, – за отсутствием в деянии состава преступления (<данные изъяты>);

- постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении М.С.А. от ДД.ММ.ГГГГ по факту причинения ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия телесных повреждений М.Н.С., М.М.С., М.И.С. по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, – за отсутствием в деянии состава преступления (<данные изъяты>);

- выпиской из Правил Дорожного Движения Российской Федерации, утв.Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 г. № 1090 (в ред. Постановлений Правительства РФ от 08.01.1996 № 3, от 31.10.1998 № 1272, от 21.04.2000 № 370, от 24.01.2001 № 67, от 21.02.2002 № 127, от 28.06.2002 № 472, от 07.05.2003 № 265, от 25.09.2003 № 595, от 14.12.2005 № 767, от 28.02.2006 № 109, от 16.02.2008 № 84, от 19.04.2008 № 287, от 29.12.2008 № 1041, от 27.01.2009 № 28, от 24.02.2010 № 87, от 10.05.2010 № 316, от 06.10.2011 № 824, от 23.12.2011г. № 1113, от 28.03.2012г. № 254, от 19.07.2012г. № 727, от 12.11.2012г. № 1156, от 21.01.2013г. № 20, от 30.01.2013г. № 64, от 05.06.2013г. № 476, от 15.07.2013г. № 588, от 23.07.2013г. № 621, от 04.10.2013г. № 881, от 17.12.2013г. № 1176, от 22.03.2014г. № 221, от 17.05.2014 № 455, от 30.07.2014 № 714, от 06.09.2014 № 907, от 24.10.2014 № 1097, от 14.11.2014 № 1197, от 19.12.2014 № 1423, от 02.04.2015 № 315, от 20.04.2015 № 374, от 30.06.2015 № 652, от 02.11.2015 № 1184, от 21.01.2016 № 23, от 30.05.2016 № 477, от 20.07.2016 № 700, от 23.07.2016 № 715, (по состоянию на 30.07.2016 г.):

1. Общие положения

п.1.3. Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

п.1.5. Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Запрещается повреждать или загрязнять покрытие дорог, снимать, загораживать, повреждать, самовольно устанавливать дорожные знаки, светофоры и другие технические средства организации движения, оставлять на дороге предметы, создающие помехи для движения. Лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения, а если это невозможно, то доступными средствами обеспечить информирование участников движения об опасности и сообщить в милицию.

8. Начало движения, маневрирование

п.8.1. Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

10. Скорость движения

п.10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

13. Проезд перекрестков

п.13.3. Перекресток, где очередность движения определяется сигналами светофора или регулировщика, считается регулируемым.

При жёлтом мигающем сигнале, неработающих светофорах или отсутствии регулировщика перекресток считается нерегулируемым, и водители обязаны руководствоваться правилами проезда нерегулируемых перекрестков и установленными на перекрестке знаками приоритета.

Регулируемые перекрестки

п.13.4. ПДД РФ («При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо и направо») <данные изъяты>

- протоколом выемки у свидетеля М.С.А. карты развития ребенка *** на имя М.И.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая в установленном законом порядке осмотрена, в ходе осмотра медицинского документа записей с жалобами на травмы, полученные в результате ДТП ДД.ММ.ГГГГ, не обнаружено, произведено ксерокопирование интересующих следствие дат (<данные изъяты>);

Судом исследованы доказательства стороны защиты:

Свидетель защиты Б.К.В. – подруга подсудимой показала, что ДД.ММ.ГГГГ она, её подруга ФИО2 и её сын С.М.Ю. ехали на автомобиле «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес> по автодороге «<данные изъяты>» <адрес>. Она сидела на переднем пассажирском сидении слева от водителя, её сын С.М.Ю. сидел на заднем пассажирском сидении слева, они все были пристегнуты ремнями безопасности. ФИО2 управляла указанным автомобилем, при этом внешне ФИО2 выглядела здоровым человеком, каких-либо особенностей в её поведении она не заметила. Двигаясь по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в <адрес>, они приближались к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в <адрес>, на котором им необходимо было повернуть налево и продолжить движение по <адрес> в сторону <адрес>. В салоне автомобиля тихо звучала музыка, от управления автомобилем она и её сын водителя ФИО2 не отвлекали. Позади них и на соседних полосах в попутном направлении двигались другие транспортные средства, однако, на их марки, модели, госномера она не обратила внимание. Скорость движения их автомобиля составляла около 40 км/час, данные спидометра она видела лично, приближаясь к указанному перекрёстку, водитель ФИО2 снижала скорость. На улице было светло, видимость была неограниченная, погода была ясная без осадков. Приближаясь к указанному перекрёстку по крайней левой полосе, водитель ФИО2 снизила скорость движения до 10 км/час, включила левый указатель поворота, на светофоре в тот момент был включён зелёный сигнал. Она не помнит, двигался ли в тот момент перед автомобилем «<данные изъяты>» с поворотом налево другой автомобиль. Водитель ФИО2 остановила автомобиль, пропуская встречные автомобили, движущиеся в прямом направлении. Она увидела, что со встречного направления по крайней левой полосе двигался автомобиль иностранного производства, марку, модель, номер не знает, цвет не помнит, на котором был включен левый указатель поворота. В тот момент автомобиль «<данные изъяты>» всё также стоял на левой полосе. Указанный автомобиль со встречного направления приблизился к перекрёстку и повернул налево в сторону ГСК «<данные изъяты>», водитель ФИО2 дождалась, когда данный автомобиль повернул, и начала свой маневр – поворот налево в сторону <адрес>, она обратила внимание, что на светофоре в тот момент был включён красный сигнал светофора, кроме того, дополнительная секция на светофоре в виде зелёной стрелки для поворота налево в сторону <адрес> была включена. Таким образом, она считает, что водитель ФИО2 должна была завершить свой манёвр – поворот налево, согласно правилам дорожного движения. Когда водитель ФИО2 выехала на противоположное направление, она смотрела в сторону <адрес>, и когда водитель ФИО2 почти завершила манёвр и передние колеса автомобиля были уже на проезжей части <адрес>, она ощутила сильный удар, который пришёлся на переднюю правую часть кузова автомобиля «<данные изъяты>», который после удара развернуло влево относительно первоначального направления движения, после чего автомобиль остановился, его передняя часть была направлена в сторону <адрес>. После остановки автомобиля она стала успокаивать своего сына, который испугался, плакал, при этом телесных повреждений в результате ДТП ему причинено не было. Она также никаких телесных повреждений в результате ДТП не получила, в дальнейшем в больницу ни она, ни её сын за медицинской помощью не обращались. Выйдя из автомобиля, она увидела автомобиль «<данные изъяты>», госномер не помнит, белого цвета, с повреждённой передней частью кузова, данный автомобиль находился недалеко от автомобиля «<данные изъяты>», передняя часть также была направлена в сторону <адрес>. Она поняла, что произошло столкновение автомобиля «<данные изъяты>» и автомобиля «<данные изъяты>», который до ДТП следовал по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в <адрес> в прямом направлении по правой полосе. В месте столкновения она видела осыпь стекла, в месте остановки автомобилей после ДТП – потёки масла, технической жидкости. Она видела, что после ДТП из автомобиля «<данные изъяты>» вышла ранее незнакомая ей девушка с маленьким мальчиком на руках и спустя время ушла в сторону автозаправки, расположенной со стороны ГСК «<данные изъяты>». Как оказалось, в автомобиле «<данные изъяты>» в момент ДТП находился ещё один ребенок – мальчик, которого она также видела после ДТП. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, правая фара, переднее правое крыло, передняя правая дверь и её стекло, капот, других повреждений не помнит. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, обе фары, капот, решетка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. ФИО2 сразу же позвонила в ГИБДД <адрес>, сообщила о ДТП, спустя 20 минут к месту аварии подъехал грузовой автомобиль японского производства, марку, модель, госномер она не знает, цвет не помнит, в котором находились двое ранее незнакомых ей мужчин, которые, не выходя из автомобиля, пояснили, что были свидетелями ДТП, один из них продиктовал свой номер водителю автомобиля «<данные изъяты>». Конкретно об обстоятельствах ДТП данные мужчины ничего не говорили, только сказали, что они все видели. Она и ФИО2 засомневались в том, что данные мужчины могли быть свидетелями данного ДТП, поскольку они подъехали к месту аварии спустя продолжительное время со стороны <адрес>. Далее указанные мужчины на грузовом автомобиле уехали. Когда на месте ДТП уже находился инспектор ГИБДД, это было спустя примерно один час после ДТП, указанные выше мужчины опять подъехали к месту ДТП и оставили свои координаты инспектору ГИБДД, они уже были на легковом автомобиле. Она не слышала, что именно они поясняли инспектору, но ФИО2 возмущалась тем, что указанные мужчины представлялись свидетелями ДТП. Она не помнит, подъезжали ли к месту ДТП другие люди. Предполагает, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» мог позвонить каким-нибудь друзьям, попросить, чтобы они представились свидетелями данного ДТП, таким образом, поддержали его версию событий. Инспектор ГИБДД сделал необходимые замеры места ДТП с участием водителей столкнувшихся автомобилей, в ходе которого она не принимала участия. ДТП произошло в светлое время суток, в ясную погоду, на сухом асфальтированном дорожном покрытии регулируемого перекрестка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> и непосредственно на правой полосе проезжей части автодороги «<данные изъяты>», предназначенной для движения со стороны ж.<адрес> в <адрес> в сторону <адрес> в <адрес>. Столкновение произошло, когда на светофоре были включены красный сигнал и дополнительная секция с сигналом в виде зелёной стрелки, разрешающая водителю ФИО2 поворот налево в сторону <адрес>. Она является свидетелем данного ДТП, со своим сыном С.М.Ю. о ДТП она не разговаривала, других свидетелей, очевидцев ДТП она не знает. Она обладает правом управления транспортными средствами, имеет опыт вождения легковых автомобилей.

Свидетель защиты А.К.Н. – супруг подсудимой, будучи ознакомлен с положениями ст.51 Конституции Российской Федерации, показал, что свою супругу ФИО2 характеризует только с положительной стороны: она любящая и заботливая жена и мать, в настоящее время его супруга не работает, находится в отпуске по уходу за ребёнком до полутора лет. Легковой автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежит его брату А.А.Н., который приобрёл автомобиль в ДД.ММ.ГГГГ г. До момента ДТП автомобилем управляли он, его супруга ФИО2 и его брат А.А.Н., полис <данные изъяты> на автомобиль «<данные изъяты>» был оформлен в страховой компании «<данные изъяты>» и распространялся на них троих. За техническим состоянием автомобиля «<данные изъяты>» регулярно следили он и его брат А.А.Н., автомобиль всегда находился в технически исправном состоянии, то есть основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевое управление, внешние световые приборы автомобиля были работоспособны. Данный автомобиль с правосторонним рулевым управлением и автоматической коробкой переключения передач, автомобиль оборудован антиблокировочной системой тормозов (АБС). Передние и задние сидения автомобиля оснащены ремнями безопасности, лобовое (ветровое) стекло и стёкла передних дверей не затонированы, автомобильный видеорегистратор в салоне автомобиля не установлен. ДД.ММ.ГГГГ на колёсах автомобиля были установлены шины для летнего сезона. До момента ДТП на автомобиле внешних повреждений не было. ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов на регулируемом перекрестке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> с участием его супруги ФИО2 , управляющей автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, произошло ДТП – столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», госномер не знает, под управлением ранее незнакомого ему мужчины. Об обстоятельствах ему стало известно со слов супруги ФИО2: водитель ФИО2, управляя указанным автомобилем «<данные изъяты>», двигаясь по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес>, приблизившись к регулируемому перекрестку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, совершала на данном перекрёстке поворот налево по красному сигналу светофора, кроме того, на светофоре была включена дополнительная секция в виде зелёной стрелки, то есть освобождала перекрёсток в соответствии с правилами дорожного движения. Водитель автомобиля «<данные изъяты>», движущийся через перекресток по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении, со слов ФИО2, двигался на красный сигнал светофора, выехал на перекрёсток на запрещающий сигнал светофора, тем самым нарушив правила дорожного движения, допустил столкновение двух транспортных средств.

Свидетель защиты А.А.Н. – собственник автомобиля «<данные изъяты>» показал, что данный легковой автомобиль, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежит ему, он приобрёл автомобиль в ДД.ММ.ГГГГ г. До момента ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, автомобилем управляли он, его брат А.К.Н. и супруга брата ФИО2, полис <данные изъяты> на данный автомобиль был оформлен в страховой компании «<данные изъяты>», распространялся на них троих. За техническим состоянием автомобиля «<данные изъяты>» регулярно следили он и его брат А.К.Н., автомобиль всегда находился в технически исправном состоянии, то есть основные узлы и агрегаты тормозной системы, рулевое управление, внешние световые приборы автомобиля были работоспособны. Данный автомобиль с правосторонним рулевым управлением и автоматической коробкой переключения передач, автомобиль оборудован антиблокировочной системой тормозов (АБС). Передние и задние сидения автомобиля оснащены ремнями безопасности, лобовое (ветровое) стекло и стекла передних дверей не затонированы, автомобильный видеорегистратор в салоне автомобиля не установлен. ДД.ММ.ГГГГ на колёсах автомобиля были установлены шины для летнего сезона. До момента ДТП на автомобиле внешних повреждений не было. ДД.ММ.ГГГГ на регулируемом перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> с участием супруги его брата ФИО2, управляющей автомобилем «<данные изъяты>», произошло ДТП – столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», госномер не знает, под управлением ранее незнакомого ему мужчины, анкетных данных не знает. Непосредственно после произошедшего ДТП он пришёл на место аварии. После оформления ДТП инспектор ГИБДД ему передал указанный автомобиль, который был перевезён на автомобиле-эвакуаторе на автостоянку «<данные изъяты>» на <адрес><адрес>, где хранится до настоящего времени, ремонт не производился. Находясь на месте ДТП, он видел, что на автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, правая фара, переднее правое крыло, передняя правая дверь и её стекло, капот, других повреждений не помнит. На автомобиле «<данные изъяты>» в результате ДТП были повреждены: передний бампер, обе фары, капот, решетка радиатора, оба передних крыла, правое внешнее зеркало заднего вида, других повреждений не помнит. Об обстоятельствах ему известно со слов ФИО2 следующее: водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>», двигаясь по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес>, приблизившись к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, совершала на данном перекрёстке поворот налево по красному сигналу светофора, то есть освобождала перекрёсток в соответствии с правилами дорожного движения. Водитель автомобиля «<данные изъяты>», движущийся через перекрёсток по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении, со слов ФИО2, двигаясь на красный сигнал светофора, тем самым нарушил правила дорожного движения, допустил столкновение двух транспортных средств.

Свидетель защиты Р.О.В. – мать подсудимой, будучи ознакомленной с положениями ст.51 Конституции Российской Федерации, показала, что свою дочь ФИО2 может охарактеризовать только с положительной стороны: она любящая, заботливая дочь, жена и мать, совершенно неконфликтный человек. В настоящее время ее дочь не работает, так как находится в отпуске по уходу за ребёнком до полутора лет. Легковой автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежит брату её зятя – А.А.Н. До момента ДТП данным автомобилем пользовались К. , её муж и брат мужа А.А.Н. Со слов дочери К., техническое состояние автомобиля было отличным, недавно автомобиль проходил полную диагностику и ремонт. Данный автомобиль с правосторонним рулевым управлением и автоматической коробкой переключения передач. Передние и задние сидения автомобиля оснащены ремнями безопасности, лобовое (ветровое) стекло и стекла передних дверей не затонированы, автомобильный видеорегистратор в салоне автомобиля не установлен. До момента ДТП на автомобиле внешних повреждений не было. Об обстоятельствах ДТП ей стало известно со слов ее дочери ФИО2 следующее: ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>», двигаясь по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес>, приблизившись к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, совершала на данном перекрестке поворот налево по красному сигналу светофора, кроме того, на светофоре была включена дополнительная секция в виде зелёной стрелки, то есть она освобождала перекрёсток в соответствии с правилами дорожного движения. Водитель автомобиля «<данные изъяты>», движущийся через перекрёсток по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении, со слов ФИО2, двигался на красный сигнал светофора, выехал на перекрёсток на запрещающий сигнал светофора, тем самым нарушив правила дорожного движения, допустил столкновение двух транспортных средств. Ей известно, что у К. в тот вечер разрядилась батарея на мобильном телефоне, в связи с чем К. звонила ей на номер сотового телефона <данные изъяты> из ГИБДД <адрес> с номера телефона второго участника ДТП, чтобы спросить о самочувствии своего сына.

Оценивая показания свидетелей защиты, суд принимает во внимание, что свидетель Б.К.В. является подругой подсудимой, заинтересована в благоприятном для подсудимой исходе дела, кроме того, её показания об обстоятельствах совершения ФИО2 манёвра – поворота налево на <адрес> и сигналах светофора для водителя ФИО2 в момент дорожно-транспортного происшествия имеют внутренние противоречия, противоречат показаниям подсудимой, а также опровергаются показаниями законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего и свидетелей обвинения.

Так, показания свидетеля Б.К.В. в ходе производства по уголовному делу не являлись стабильными, а именно – в ходе допроса Б.К.В. показала, что она почувствовала сильный удар в переднюю правую часть кузова автомобиля в тот момент, когда ФИО2 уже завершала манёвр – поворот налево на <адрес>, и лишь после остановки автомобиля она, выйдя из автомобиля, увидела автомобиль «<данные изъяты>» <данные изъяты> с повреждённой передней частью кузова, и она поняла, что произошло столкновение автомобиля «<данные изъяты>» и автомобиля «<данные изъяты>», который до ДТП следовал по автодороге «<данные изъяты>» со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в <адрес> в прямом направлении по правой полосе, таким образом, из данных показаний свидетеля Б.К.В. следует, что она до момента столкновения не видела автомобиля «<данные изъяты>».

В показаниях же на очных ставках Б.К.В. стала утверждать, что водитель М.С.А. въехал на перекрёсток на запрещающий красный сигнал светофора, что противоречит предыдущим её показаниям.

Кроме того, Б.К.В. утверждала, что ФИО2 проезжала перекрёсток, завершая манёвр поворота налево на <адрес> в тот момент, когда на светофоре в основной секции горел красный сигнал, в дополнительной секции горела зеленая стрелка, что противоречит показаниям подсудимой ФИО2 на очной ставке со свидетелем Ч.А.И., где подсудимая не отрицает, что в объяснении указала, что двигалась на зелёный сигнал светофора.

Кроме того, показания свидетеля Б.К.В. противоречат показаниям подсудимой ФИО2 и в части наличия транспортных средств, стоящих перед линией перекрёстка на <адрес> на запрещающий красный сигнал светофора, так, в своих показаниях и в ходе очных ставок со свидетелями, за исключением очной ставки со свидетелем С.Н.П., Б.К.В. утверждала, что на <адрес> перед линией перекрёстка стояли транспортные средства на запрещающий красный сигнал светофора, на очной ставке с С.Н.П. Б.К.В. указала, что не помнит, были ли транспортные средства на <адрес> перед линией перекрёстка стояли транспортные средства на запрещающий красный сигнал светофора, показания Б.К.В. в этой части противоречат показаниям подсудимой ФИО2 о том, что на <адрес> перед линией перекрёстка транспортных средств не было, поскольку, если бы они там были, то после столкновения её автомобиль отбросило бы именно на эти транспортные средства.

Кроме того, показания свидетеля Б.К.В. противоречат показаниям подсудимой ФИО2 и в той части, где она утверждала, что в момент движения автомобиля под управлением ФИО2 по автодороге «<данные изъяты>» позади автомобиля «<данные изъяты>», на соседних полосах в попутном направлении двигались другие транспортные средства, тогда как ФИО2 отрицала факт движения за её автомобилем каких-либо других автомобилей, в том числе и грузового автомобиля под управлением М.А.В.

Кроме того, из показаний Б.К.В. следует, что уже на месте дорожно-транспортного происшествия для всех было очевидно, что в автомобиле «<данные изъяты>» находились двое малолетних детей, которые кричали и плакали, и супруги М. их успокаивали, держа на руках, находясь вне салона автомобиля, что противоречит показаниям подсудимой ФИО2, утверждавшей, что о том, что в автомобиле под управлением М.С.А. в результате ДТП пострадали малолетние дети, ей стало известно лишь в ГИБДД.

Вместе с тем, показания свидетеля защиты Б.К.В. в той части, где она утверждает наличие других транспортных средств в момент движения автомобиля под управлением ФИО2 по автодороге «<данные изъяты>» позади автомобиля «<данные изъяты>» и на соседних полосах, наличие транспортных средств, стоящих перед линией перекрёстка на <адрес> на запрещающий красный сигнал светофора в момент проезда перекрёстка автомобилем под управлением подсудимой, а также факт осведомлённости участников и очевидцев ДТП о наличии в автомобиле «<данные изъяты>» двоих малолетних детей, которые кричали и плакали после столкновения, суд признаёт объективными, соответствующими действительности и подтверждёнными иными объективными доказательствами по делу, в связи с чем считает показания свидетеля Б.К.В. в этой части допустимым и достоверным доказательством.

Показания же свидетеля защиты Б.К.В. о том, что М.С.А. двигался на запрещающий красный сигнал светофора, суд признаёт не соответствующими действительности, поскольку они опровергаются всей совокупностью исследованных и проверенных в судебном заседании доказательств, в связи с чем в этой части показания Б.К.В. суд отвергает как неподтвержденные в судебном следствии.

Свидетели защиты А.К.Н., А.А.Н., Р.О.В. не являлись очевидцами события преступления, сведения, сообщённые ими суду, носят общий информационный характер, основаны на предположениях о невозможности нарушения подсудимой ФИО2 требований Правил дорожного движения, не подтверждены достоверными и объективными доказательствами, об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия знают со слов подсудимой, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что показания свидетелей защиты А.К.Н., А.А.Н., Р.О.В., которые, являясь родственниками подсудимой, заинтересованы в благоприятном для ФИО2 исходе дела, не могут быть приняты в качестве достоверных и объективных, в связи с чем какого-либо доказательственного значения по делу не имеют, за исключением сведений по характеристике подсудимой, и не опровергают установленные в ходе судебного разбирательства фактические обстоятельства уголовного дела.

Суд, оценив все доказательства в их совокупности по правилам ст.ст.87,88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела, принимает их как относимые, поскольку представленные стороной обвинения доказательства связаны с предметом судебного разбирательства и подтверждают обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, допустимые, поскольку они содержат фактические данные, а именно сведения о фактах и обстоятельствах дела, подлежащих доказыванию по данному делу, получены из предусмотренных законом источников, в надлежащей процессуальной форме и надлежащими субъектами доказывания, достоверные, так как они согласуются между собой и дополняют друг друга, убедительными и достаточными, чтобы сделать вывод о виновности подсудимой в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, установленной и доказанной изложенными выше доказательствами.

Судом принято во внимание, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением требований ст.75 УПК РФ, в силу которой доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального законодательства, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу судебного решения. Доказательствами, полученными с нарушением закона, признаются доказательства, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также, если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом, либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

При исследовании доказательств по делу судом установлено, что все следственные действия в ходе производства по делу проводились надлежащими должностными лицами, в присутствии лиц, указанных в законе. Всем участникам следственных действий разъяснялись основания производства следственного действия, права, ответственность, порядок производства следственного действия, о чем имеются отметки в соответствующих протоколах, замечания от участвующих лиц не поступили.

Учитывая вышеизложенное, суд пришёл к выводу об отсутствии каких-либо процессуальных нарушений при производстве предварительного расследования и обстоятельств, влекущих недопустимость представленных стороной обвинения доказательств, а также законных оснований для исключения вышеуказанных процессуальных документов из числа представленных стороной обвинения доказательств.

Вышеуказанные заключения экспертов мотивированны, обоснованы, даны компетентными лицами на основе специальных научных познаний, личных наблюдений, не противоречат обстоятельствам дела и иным доказательствам, получены в соответствии с требованиями УПК РФ, ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» и согласуются с другими доказательствами по делу, не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, поэтому суд признаёт заключения экспертов в качестве допустимых доказательств вины ФИО2, оснований, порочащих данные доказательства, не установлено.

Отвергая доводы подсудимой о допущенных свидетелем М.С.А. нарушениях Правил дорожного движения РФ, выразившихся в том, что он, по утверждению подсудимой, выехал на перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> в прямом направлении на запрещающий красный сигнал светофора, чем спровоцировал столкновение автомобилей, суд исходит из показаний свидетелей обвинения М.С.А. , М.Н.С., М.А.В., Л.Е.И. , С.Н.П., С.А.И. – очевидцев дорожно-транспортного происшествия, стабильно утверждавших на протяжении всего производства по делу, что в момент столкновения автомобилей под управлением ФИО2 и М.С.А. для обоих участников в направлении их движения горел разрешающий зелёный сигнал светофора, что обязывало ФИО2, двигавшуюся на автомобиле по автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> в сторону <адрес> в <адрес> в соответствии с п.13.4 ПДД РФ при повороте налево на <адрес> по зелёному сигналу светофора уступить дорогу транспортному средству под управлением водителя М.С.А. , движущемуся со встречного направления прямо. Судом не установлено оснований, порочащих данные доказательства, поскольку не было установлено как обстоятельств, указывающих на возможность оговора подсудимой кем-либо из свидетелей обвинения, так и обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в её привлечении к уголовной ответственности, в показаниях указанных лиц не имеется существенных противоречий, касающихся значимых обстоятельств происшедшего, которые могли бы повлиять на доказанность вины подсудимой и квалификацию её действий. Таким образом, довод подсудимой о наличии в действиях М.С.А. нарушения правил дорожного движения не нашёл своего подтверждения в судебном следствии. Но именно действия подсудимой ФИО2, нарушившей правила проезда регулируемых перекрёстков, предусмотренных п.13.4 ПДД РФ, повлекли последствия, указанные в ст.264 УК РФ, в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшего, поскольку они находятся в причинной связи с допущенными ФИО2 нарушениями п.13.4 ПДД РФ, и по смыслу закона такая ответственность безусловно наступает при возникновении последствий.

Кроме того, показания очевидцев дорожно-транспортного происшествия согласуются с показаниями свидетеля обвинения А.А.В. – мастера-электромеханика Братского участка ООО «<данные изъяты>» о рабочем цикле светофорного объекта, регулирующего движение транспортных потоков на перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» и <адрес> в <адрес>, а также подтверждаются сведениями паспорта светофорного объекта (<данные изъяты>), из совокупности показаний свидетелей обвинения – очевидцев ДТП и А.А.В. и анализа сведений о фазах рабочего цикла светофора следует бесспорный вывод о том, что момент столкновения автомобиля «<данные изъяты>» под управлением ФИО2 и автомобиля «<данные изъяты>» под управлением М.С.А. имел место в 1-м такте 1-й фазы 118-секундного периода рабочего цикла светофора, когда для направлений 1Т и 2Т – транспортных потоков по автодороге «<данные изъяты>» в оба направления горел зелёный сигнал светофора, то есть было разрешено движение транспорта по автодороге «<данные изъяты>» в обоих направлениях и запрещено движение транспорта, выезжающего с <адрес>, во всех направлениях.

При этом суд, рассматривая вышеуказанную версию подсудимой, полагает, что даже если бы автомобиль «<данные изъяты>» под управлением М.С.А. и двигался, как необоснованно утверждает подсудимая, через перекрёсток автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> со стороны ж.<адрес> в сторону <адрес> в прямом направлении на запрещающий красный сигнал светофора, то и данные обстоятельства не освобождали бы её от необходимости выполнения в этом случае требований п.13.5 ПДД РФ, согласно которому при движении в направлении стрелки, включённой в дополнительной секции одновременно с жёлтым или красным сигналом светофора, водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся с других направлений, таким образом, версия подсудимой об отсутствии в её действиях состава преступления полностью опровергнута в судебном следствии доказательствами стороны обвинения, признанными судом достоверными и объективными.

Кроме того, доводы подсудимой о движении автомобиля под управлением М.С.А. на красный сигнал светофора противоречат показаниям самой же подсудимой о том, что до момента столкновения автомобилей она не видела приближающийся со встречного направления автомобиль «<данные изъяты>» под управлением водителя М.С.А. и если бы видела, то пропустила бы его, следовательно, при необходимой внимательности и предусмотрительности ФИО2, управляя автомобилем с правосторонним рулевым управлением, при выполнении манёвра поворота налево, должна была и могла увидеть приближающийся к ней со встречного направления автомобиль «<данные изъяты>» под управлением М.С.А. , а также должна была и могла предвидеть последствия дорожно-транспортного происшествия в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, наступление которых находится в прямой причинно-следственной связи с её действиями.

Довод стороны защиты о заинтересованности свидетелей М.А.В. и Л.Е.И. в исходе дела и о том, что они не являлись очевидцами дорожно-транспортного происшествия, был судом проверен и не подтвердился в судебном следствии, поскольку из материалов дела достоверно установлено, что после дорожно-транспортного происшествия М.С.А. и М.Н.С. не звонили М.А.В. и Л.Е.И., а связывались по телефону с родственниками В.А.Г., М.Е.П., Б.А.А., а также с К.А.Д. по вопросу эвакуации автомобиля, что подтверждается показаниями данных свидетелей и детализацией соединений указанных абонентов, показания же свидетелей М.А.В. и Л.Е.И. согласуются с показаниями других очевидцев ДТП и подтверждены материалами дела.

Не нашёл своего подтверждения и довод подсудимой о том, что если бы на <адрес> перед перекрёстком стояли транспортные средства, то после столкновения её автомобиль, вынесенный на <адрес>, ударил бы стоящие там автомобили, из чего, по мнению подсудимой, следует, что автомобилей там не было, в том числе и автомобиля под управлением С.Н.П., следовательно, супруги ФИО3 он не являются очевидцами ДТП, их показания не могут быть признаны объективными. Так, из показаний свидетеля Ч.А.И. – инспектора ГИБДД, производившего осмотр места происшествия, следует, что после столкновения и окончательной остановки автомобилей левый передний угол автомобиля «<данные изъяты>» находился на левой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения со стороны <адрес> в сторону перекрёстка, где произошло ДТП. Левый передний угол автомобиля «<данные изъяты>» занимал около 1 м указанной полосы при её ширине 3,5 м, таким образом, водители, движущиеся по данной полосе в сторону осматриваемого перекрёстка, имели возможность проехать, не выезжая за пределы данной полосы. Следовательно, не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей С.Н.П. и С.А.И., утверждавшим, что они, находясь в своём автомобиле, стояли на запрещающий сигнал светофора на <адрес> со стороны <адрес> в сторону перекрёстка, при этом являлись очевидцами дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, доводы подсудимой в совокупности не нашли своего подтверждения при рассмотрении уголовного дела, противоречат исследованным доказательствам, не свидетельствуют о наличии в действиях свидетеля М.С.А. состава преступления.

Решая вопросы квалификации, суд квалифицирует действия подсудимой ФИО2 по ч.1 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Так, судом достоверно установлено и не опровергнуто стороной защиты, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 являясь водителем, то есть сдавшим экзамены на право управления транспортным средством категории «В», получившим в установленном законом порядке соответствующее удостоверение, в период его действия, в нарушение требований пунктов 1.3, 1.5 ПДД РФ управляя технически исправным легковым автомобилем, приближалась со стороны перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, на котором ей необходимо было совершить поворот налево в сторону <адрес>, в светлое время суток, по сухому асфальтированному, без дефектов, дорожному покрытию автодороги «<данные изъяты>», вела автомобиль со скоростью, не превышающей установленного ограничения, однако, со скоростью, не обеспечивающей ей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил дорожного движения, тем самым проявив небрежность при управлении автомобилем, выехав на перекрёсток по зелёному сигналу светофора и намереваясь повернуть налево, ввиду недостаточной внимательности и предусмотрительности, не убедившись в полной мере в отсутствии транспортных средств, движущихся через перекрёсток со встречного направления прямо, движение которых по зелёному сигналу светофора она должна была предвидеть, продолжила выполнять маневр – поворот налево, тем самым создав опасность для движения. Далее, отвлекшись от управления автомобилем, ФИО2 проявила небрежность при управлении транспортным средством, в связи с чем утратила контроль за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения и своевременно не обнаружила опасность для движения, которую она могла своевременно обнаружить при надлежащем выполнении ПДД РФ, в виде автомобиля под управлением водителя М.С.А. , движущегося через перекрёсток со встречного направления прямо по правой полосе и имеющего преимущество в движении с учётом его траектории перемещения, которую она была в состоянии обнаружить, не уступила дорогу автомобилю под управлением М.С.А. , нарушая правила проезда регулируемых перекрёстков, при этом не приняла своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, создав опасность для движения, и допустила на вышеуказанном перекрёстке столкновение с автомобилем под управлением водителя М.С.А. , которому создала таким образом помеху для движения, тем самым нарушив пункт 8.1 ПДД РФ согласно которому … при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, пункт п.10.1 ПДД РФ, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, пункт п.13.3 ПДД РФ, согласно которому перекрёсток, где очерёдность движения определяется сигналами светофора или регулировщика, считается регулируемым. При жёлтом мигающем сигнале, неработающих светофорах или отсутствии регулировщика перекрёсток считается нерегулируемым, и водители обязаны руководствоваться правилами проезда нерегулируемых перекрёстков и установленными на перекрёстке знаками приоритета, пункт п.13.4 ПДД РФ, согласно которому при повороте налево или развороте по зелёному сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо и направо. Нарушение водителем ФИО2 вышеуказанных требований ПДД РФ повлекло дорожно-транспортное происшествие – столкновение автомобилей «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и причинение тяжкого вреда здоровью пассажиру автомобиля «<данные изъяты>» малолетнему М.М.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В результате нарушения водителем ФИО2 вышеуказанных требований ПДД РФ, повлекшего дорожно-транспортное происшествие, М.М.С. причинено телесное повреждение: закрытая черепно-мозговая травма; ушиб головного мозга лёгкой степени тяжести, линейный перелом правой теменной кости, гематома в правой теменной области, которое оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. При указанных обстоятельствах водитель ФИО2, нарушая Правила дорожного движения РФ, не предвидела наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью М.М.С., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, наступление которых находится в прямой причинно-следственной связи с ее действиями. Нарушение указанных требований Правил дорожного движения водителем ФИО2 находится в прямой причинно-следственной связи с совершением столкновения автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО2, двигающегося автодороге «<данные изъяты>» со стороны <адрес> к регулируемому перекрёстку автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, с автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением М.С.А. , двигающимся со стороны ж.<адрес> в сторону перекрёстка автодороги «<данные изъяты>» с <адрес>, и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью пассажира автомобиля «<данные изъяты>» М.М.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Психическое состояние ФИО2 в момент совершения преступления не вызывает у суда сомнений, поскольку обстоятельства, имевшие место в день дорожно-транспортного происшествия, не свидетельствовали о необходимости сомневаться в её вменяемости, поведение подсудимой в ходе предварительного следствия не вызывало сомнений. У суда также не возникло сомнений по поводу её вменяемости или способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими с учётом её поведения в судебном заседании. Данный вывод суда подтверждается обстоятельствами дела и исследованными материалами, так, согласно справке (<данные изъяты>) ФИО2 не состоит на учёте у психиатра, в связи с чем суд, принимая во внимание поведение подсудимой в судебном заседании, её адекватную реакцию на поставленные вопросы и понимание судебной ситуации, не находит оснований сомневаться в её психической полноценности, признаёт подсудимую вменяемой и подлежащей уголовной ответственности.

Разрешая вопрос о виде и размере наказания, суд в соответствии со ст.ст.6,43,60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, совершённого по неосторожности, направленного против безопасности движения и эксплуатации транспорта, относящегося к категории небольшой тяжести, и личность виновной, в том числе, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осуждённой и на условия жизни её семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает наличие у подсудимой малолетнего ребёнка, состояние её здоровья.

Суд не усматривает в действиях подсудимой такого смягчающего наказание обстоятельства, как частичное признание вины, несмотря на выраженное подсудимой в судебном следствии сожаление о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия пострадали дети, а также несмотря на её показания в части того, что она на отрицает свою невнимательность при управлении транспортным средством, предшествующую столкновению автомобилей, поскольку подсудимая на протяжении всего производства по уголовному делу категорически настаивала на неукоснительном соблюдении ею Правил дорожного движения, отрицала причинно-следственную связь между своими действиями и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью малолетнего потерпевшего М.М.С., настаивала на виновности М.С.А. в совершении дорожно-транспортного происшествия.

Обсуждая вопрос о наличии у подсудимой такого смягчающего обстоятельства, как совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств, предусмотренного п.«а» ч.1 ст.61 УК РФ, суд не находит оснований для установления данного смягчающего обстоятельства, поскольку не усматривает в действиях ФИО2 одного из обязательных факторов, составляющих данное смягчающее обстоятельство, – «вследствие случайного стечения обстоятельств», поскольку дорожно-транспортное происшествие не является случайным стечением обстоятельств, а стало возможным в результате грубого нарушения подсудимой пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 10.1, 13.3, 13.4 Правил дорожного движения РФ, низкого уровня знаний подсудимой Правил дорожного движения РФ и низкого уровня владения ею практическими навыками управления транспортным средством, явившихся, в свою очередь, следствием недобросовестного отношения ФИО2 к изучению теоретических основ законодательства в сфере дорожного движения и основ безопасного управления транспортным средством в период её обучения в ОГОУ СПО «<данные изъяты>» по программе подготовки водителей категории «В». Суд может учитывать в качестве смягчающих и иные обстоятельства, не указанные в законе, но, если они указаны, менять их содержание суд не вправе.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Кроме того, суд учёл данные о личности подсудимой, которая ранее не судима, к уголовной ответственности привлекается впервые, совершила неосторожное преступление против безопасности движения и эксплуатации транспорта, относящееся к категории преступлений небольшой тяжести, имеет неполное среднее образование (9 классов), не занята, находится в отпуске по уходу за ребёнком, имеет семью, проживает по месту регистрации, не военнообязанная, в быту характеризуется положительно.

Судом не установлено обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, её поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для назначения наказания на основании ст.64 УК РФ. Так, судом принято во внимание поведение подсудимой непосредственно после совершения преступления, когда ФИО2 согласно показаниям свидетелей М.Н.С., М.С.А. , С.Н.П., С.А.И., М.А.В., Л.Е.И. непосредственно после столкновения автомобилей, уже увидев, что в автомобиле «<данные изъяты>» в момент дорожно-транспортного происшествия находились двое малолетних детей, тем не менее, никакого сочувствия пострадавшим детям не выразила, из показаний свидетеля Л.Е.И. на очной ставке с подозреваемой следует, что ФИО2 после столкновения автомобилей сказала: «Ну и что, в моём автомобиле тоже дети!», стала осматривать повреждения на своём автомобиле, громко нецензурной бранью выражалась в адрес водителя «<данные изъяты>» М.С.А. , обвиняя его в нарушении требований ПДД РФ и полагая себя правой, а также нецензурно выражалась в адрес очевидцев происшествия, каких-либо извинений семье несовершеннолетнего потерпевшего не принесла, из показаний М.Н.С. следует, что впоследствии в телефонной беседе с ней ФИО2 нецензурно выражалась и в её адрес, кроме того, впоследствии, уже будучи в ходе производства по уголовному делу достоверно осведомлённой о черепно-мозговой травме, полученной несовершеннолетним М.М.С., повлекшим причинение тяжкого вреда его здоровью, ФИО2 каких-либо извинений родителям потерпевшего не приносила, тогда как общепринятыми нормами поведения в обществе, а также пунктом 2.6. ПДД РФ прямо предусмотрено, что если в результате дорожно-транспортного происшествия ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном транспортном средстве в ближайшую медицинскую организацию.

Таким образом, оснований для применения положений ст.64 УК РФ при назначении подсудимой наказания суд не усматривает.

Учитывая необходимость соответствия наказания характеру и степени общественной опасности совершённого преступления, обстоятельствам его совершения и данным о личности виновной, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и условия жизни её семьи, в целях предупреждения совершения подсудимой новых преступлений, руководствуясь принципом восстановления социальной справедливости, суд считает необходимым назначить ФИО2 наказание в виде ограничения свободы, не находя основания для применения более строгих видов наказания, предусмотренных санкцией части первой ст.264 УК РФ, и определяя наказание с учётом требований ч.1 ст.56 УК РФ, согласно которой наказание в виде лишения свободы может быть назначено осуждённому, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ.

Обсуждая вопрос о необходимости назначения подсудимой дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, суд принял во внимание, что в соответствии с санкцией части первой ст.264 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами может быть назначено только наряду с назначением основного наказания в виде лишения свободы либо принудительных работ.

Вместе с тем, анализируя в совокупности показания как самой подсудимой, так и свидетелей в части, касающейся степени владения ФИО2 теоретическими знаниями Правил дорожного движения РФ и правильного применения их на практике при управлении автомобилем, суд установил следующие обстоятельства.

Так, из показаний ФИО2 на протяжении всего производства по делу следует, что она, двигаясь по автодороге «<данные изъяты>» перед дорожно-транспортным происшествием, не видела двигающийся за её автомобилем грузовой автомобиль «<данные изъяты>» под управлением М.А.В., далее, при повороте налево, управляя автомобилем с правосторонним рулевым управлением, не видела приближающийся к ней со встречного направления автомобиль «<данные изъяты>» под управлением М.С.А. , далее, в момент совершения манёвра – поворота налево не видела автомобили, стоящие на запрещающий красный сигнал светофора со стороны <адрес> перед перекрёстком с автодорогой «<данные изъяты>», и фактически из совокупности показаний подсудимой однозначно следует вывод о том, что она не видела, что совершает манёвр – поворот налево на <адрес> на зелёный сигнал светофора. Между тем, достоверность данных обстоятельств проверена в судебном заседании и не вызывает у суда сомнений.

Кроме того, из показаний свидетелей М.А.В. и Л.Е.И. следует, что они, двигаясь на грузовом автомобиле «<данные изъяты>» по автодороге «<данные изъяты>» за автомобилем под управлением ФИО2, данные которой узнали позже, заметили, что последняя управляла автомобилем неуверенно: так, автомобиль «<данные изъяты>» то перестраивался с полосы на полосу, то тормозил без видимых причин, создавая препятствие другим участникам движения, а когда на перекрёстке автодороги «<данные изъяты>» с <адрес> на светофоре включился зелёный сигнал, то водитель автомобиля «<данные изъяты>», пропустив транспортные средства, движущиеся с противоположного направления прямо, выехал на перекрёсток и, не имея иных препятствий к завершению манёвра, тем не менее, несмотря на отсутствие видимых причин, препятствующих завершению маневра, не продолжил движение налево в сторону <адрес>.

Данные обстоятельства свидетельствуют о крайней невнимательности и неосмотрительности подсудимой ФИО2 при управлении транспортным средством – источником повышенной опасности, о низком уровне знаний ею Правил дорожного движения Российской Федерации, основ законодательства в сфере дорожного движения и основ безопасного управления транспортным средством, а также о низком уровне владения ею практическими навыками управления транспортным средством, в связи с чем суд, исходя из положений ч.3 ст.47 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого ФИО2 преступления и личности виновной, учитывая необходимость исполнения требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, принимая во внимание, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в статьях 2 и 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд признаёт невозможным сохранение за подсудимой права заниматься определённой деятельностью и считает необходимым назначить ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права управлять транспортными средствами при назначении основного наказания в виде ограничения свободы, поскольку данное наказание является, по мнению суда, соразмерным тому вреду, который причинён в результате совершения преступления, и данным о личности подсудимой, а также соответствует положениям ст.6 УК РФ, согласно которым справедливость наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В ходе производства по уголовному делу гражданским истцом (законным представителем несовершеннолетнего потерпевшего М.М.С.) М.Н.С. заявлены исковые требования о взыскании с подсудимой ФИО2 компенсации морального вреда в размере 500000 рублей, в обоснование исковых требований законный гражданский истец М.Н.С. указала, что в результате дорожно-транспортного происшествия её малолетний сын М.С.А. получил телесные повреждения, относящиеся к категории причинивших тяжкий вред здоровью, полученные телесные повреждения причинили и причиняют её сыну в настоящее время физические и нравственные страдания, так, на момент дорожно-транспортного происшествия её сыну было <данные изъяты> месяцев, в момент получения травмы ребёнок испытал сильную физическую боль, сильно плакал, непосредственно после дорожно-транспортного происшествия был госпитализирован в ОГБУЗ «<данные изъяты>» с помощью очевидцев ДТП, где ребёнку было проведено лечение, он находился в стационаре около 1 месяца, в настоящее время продолжает лечение в амбулаторном порядке, наблюдается у невролога, поскольку после травмы, полученной в ДТП ДД.ММ.ГГГГ, ребёнок стал плаксивым, легко возбудимым, произошла задержка в его физическом развитии, он не держит равновесие, до настоящего времени у него не прошёл испуг, в связи с чем он регулярно кричит по ночам, состоянию ребенка постоянно требуется особый контроль, в том числе, с применением особых исследований, так как последствия полученной им в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ФИО2, черепно-мозговой травмы в настоящее время непредсказуемы. Просит учесть, что в настоящее время у её ребёнка сохраняется вероятность отдалённого наступления неблагоприятных последствий данной травмы. В настоящее время у её сына М.М.С. протекает важнейший этап в жизни, он должен полноценно в соответствии с возрастом развиваться, а вследствие полученной им по вине ФИО2 травмы данное развитие стало невозможным в той степени, в какой это необходимо.

Гражданский ответчик ФИО2 не признала исковые требования и указала, что виновной себя не признаёт, поскольку правил дорожного движения не нарушала, а дорожно-транспортное происшествие стало возможным по вине водителя М.С.А. , выехавшего на перекрёсток на запрещающий красный сигнал светофора.

Разрешая исковые требования гражданского истца М.Н.С., действующей в интересах несовершеннолетнего потерпевшего М.М.С., о взыскании с подсудимой ФИО2 компенсации морального вреда, причинённого преступлением, суд установил, что причинение несовершеннолетнему потерпевшему моральных и нравственных страданий явилось результатом неосторожных преступных действий подсудимой, в связи с чем в силу ст.ст. 151, 1064, 1099-1101 ГК РФ иск является обоснованным и подлежащим удовлетворению, вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает причинение несовершеннолетнему потерпевшему тяжкого вреда здоровью, длительность его нахождения на лечении, степень физических и нравственных страданий как в период лечения, так и в период реабилитации, степень влияния полученных телесных повреждений на состояние его организма, ограничения возможности полноценного развития в соответствии с возрастом ребёнка в результате полученных телесных повреждений, что, безусловно, причиняет малолетнему потерпевшему нравственные страдания по настоящее время, а также то обстоятельство, что вред причинён в результате неосторожных действий ответчика, в связи с чем, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, оценивая характер физических и нравственных страданий с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей несовершеннолетнего потерпевшего М.М.С., учитывая степень вины ФИО2 и наступившие последствия по неосторожности, материальное положение ФИО2 – не работающей, самостоятельного дохода, собственного жилья и какого-либо иного имущества не имеющей, находящейся в отпуске по уходу за ребёнком до полутора лет, размер пособия составляет 3700 рублей ежемесячно, замужней, заработная плата супруга А.К.Н. составляет 50000 рублей ежемесячно, пенсия матери Р.О.В. составляет 8000 рублей ежемесячно, совокупный доход семьи составляет 61700 рублей ежемесячно, из которых ежемесячные расходы составляют: 5000 рублей – на коммунальные платежи, 8000 рублей – на погашение потребительского кредита (остаток 29980 рублей), алиментные обязательства супруга – 15000 рублей, кроме того, суд принимает во внимание наличие у подсудимой на иждивении малолетнего сына А.М.К., ДД.ММ.ГГГГ г.р., в связи с чем суд определяет размер компенсации морального вреда, который должен быть возмещён ФИО2 М.М.С., – 200000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

На основании ст.81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Заявление прокурора г.Братска в интересах Российской Федерации о взыскании с ФИО2 процессуальных издержек за оплату труда адвоката в сумме 9900 рублей суд оставляет без рассмотрения, поскольку стороной обвинения не представлено доказательств фактического получения адвокатом по назначению денежных средств за счёт федерального бюджета.

На основании изложенного руководствуясь ст.ст.296–300, 303–304, 307–309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, и назначить ей наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года, установив ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования г.Братска и Братского района без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не менять места жительства или пребывания без согласия этого органа, с лишением права управлять транспортными средствами на срок 2 года.

Обязать ФИО2 являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права управлять транспортными средствами исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Гражданский иск М.Н.С. о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу М.Н.С., действующей в интересах несовершеннолетнего М.М.С., в счёт компенсации морального вреда, причинённого преступлением, 200000 (двести тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части – отказать.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Заявление прокурора г.Братска в интересах Российской Федерации о взыскании с ФИО2 процессуальных издержек за оплату труда адвоката в сумме 9900 рублей оставить без рассмотрения с правом обратиться за разрешением данного вопроса в порядке ч.15 ст.397 УПК РФ, ст.399 УПК РФ при исполнении приговора.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке через Братский городской суд Иркутской области в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда в течение десяти суток со дня постановления приговора, а осуждённой – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённая вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.Б. Захарова