Апелляционное постановление № 1-29/2017 22-1478/2018 от 18 июня 2018 г. по делу № 1-29/2017

Производство № 22-1478/2018 Дело № 1-29/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Симферополь 19 июня 2018 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе председательствующего судьи - Лебедь О.Д.,

при секретаре – Бахуревич А.А.,

с участием прокурора – Новосельчука С.И,

защитника – адвоката Григоряна Р.Г., представившего ордер № 28 от 07 ноября 2017 г.,

осужденного – ФИО1,

потерпевшего – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Батановой Галины Александровны, Григоряна Романа Грачевича, действующим в интересах осужденного ФИО1 на приговор Центрального районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданина Российской Федерации, ранее не судимого

осужденного по ч. 1 ст. 318 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год. На основании ст. 73 УК РФ считать назначенное наказание условным, установлен испытательный срок в 2 года. Возложены обязанности не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в указанный орган два раза в месяц.

Взыскано с ФИО1 в пользу потерпевшего ФИО2 в счет компенсации морального вреда 35000 рублей.

Выслушав осужденного и его защитника, поддержавших апелляционные жалобы в полном объеме, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, а также мнение потерпевшего, который также возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, проверив материалы уголовного дела, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в применении насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 23 часов 00 минут до 24 часов 00 минут по адресу: <адрес> отношении участкового уполномоченного полиции ОП № «Центральный» УМВД России по <адрес> ФИО2, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, указал, что участкового ФИО2 он на крыше сарая не видел, к нему потерпевший с требованием о прекращении нарушения общественного порядка не обращался.

В апелляционной жалобе адвокат Батанова Г.А., действующая в интересах осужденного, просит отменить приговор, вынести новый приговор, которым ФИО7 оправдать.

Свои доводы адвокат Батанова Г.А. мотивирует тем обстоятельством, что приговор суда не отвечает требованиям закона, а выводы суда противоречат фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что материалами дела установлено, что между Наданяном и ФИО3 на протяжении нескольких лет длится конфликт по поводу постройки на меже участков пристройки к дому. В указанный день жена и дочь Наданяна звонили в полицию, поскольку ФИО3 стал ломать забор, однако на их вызов никто не приехал. Услышав, что Наданян вызвал полицию, ФИО3 стал кидать камни во двор к Наданяну, а Наданян перекидывал эти камни назад во двор ФИО3. Когда приехали работники полиции, то никто не предъявлял претензий по поводу причинения телесных повреждений ФИО2 На лице и голове ФИО2 видимых повреждений не было. Кроме того просит учесть, что в день событий присутствовало такое природное явление, как «дымка», что затруднило видимость. При этом просит не принимать во внимание показания потерпевшего и свидетелей о том, что в тот день была сухая и ясная погода, поскольку с момента событий и до допроса их в судебном заседании прошел длительный период времени. Также является несостоятельным вывод суда о том, что двор ФИО3 хорошо освещался. Из протокола осмотра места происшествия следует, что место, где находился потерпевший ФИО2, не освещался, а во внутреннем дворе ФИО3 горит только одна лампочка, которая освещает только территорию двора. Указанным обстоятельствам суд также не дал оценки. Также суд не учел, что если бы место, где находился потерпевший, хорошо бы освещалось, то зачем ему было подсвечивать себя фонариком. Об отсутствии видимости на крыше пристройки, где стоял потерпевший, также свидетельствуют показания ФИО20 и ФИО16, которые принимали участие в качестве понятых при следственном эксперименте. Из показаний указанных свидетелей следует, что с того места, где находился Наданян нельзя было никого увидеть. Когда статист вышел из –за листвы деревьев, то стало видно, что на нем одета куртка и кепка, но что это форма работника полиции, видно не было. Полагает, что Наданян просто не в состоянии был докинуть камень до потерпевшего с учетом своего роста, нахождения многолетних плодовых деревьев, высоты пристройки, однако суд первой инстанции не дал оценки этому обстоятельству. Камень, которым были причинены телесные повреждения не был установлен и изъят. Также просит учесть, что Наданян страдает потерей слуха, у него установлен диагноз двухсторонняя хроническая сенсоневральная тугоухость. Согласно заключения эксперта у Наданяна шепотная речь отсутствует на оба уха, а разговорная речь в пределах 3-4 метров. Однако потерпевший находился значительно дальше указанного расстояния, а, следовательно, ФИО1 просто не мог слышать, что говорил потерпевший. Полагает, что Наданяну незачем было кидать камни в работника полиции, поскольку его семья вызвала полицию для обеспечения порядка. Также просит учесть, что потерпевший обратился в больницу спустя 3,5 часа после того, как Наданян якобы попал ему камнем в голову. Считает, что в указанный период времени потерпевший сам мог где угодно получить травму. Обращает внимание, что ответственность за применение насилия в отношении представителя власти наступает только в случае понимания и осознания, что насилие применяется именно в отношении представителя власти. Полагает, что таких доказательств добыто не было, в действиях ФИО7 не усматривается противодействие законной деятельности представителю власти – работнику полиции. Также просит учесть, что имеется диктофонная запись разговора потерпевшего с дочерью осужденного, из которой усматривается, что свидетелей на месте происшествия не было. Однако суд необоснованно отказал в приобщении указанного диска к материалам уголовного дела.

Адвокат Григорян Р.Г., действующий в интересах осужденного ФИО1, просит приговор суда отменить. Признать ФИО1 невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 318 УК РФ, оправдав за отсутствием в его действиях состава преступления. В удовлетворении гражданского иска отказать.

Свои доводы адвокат мотивирует тем обстоятельством, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании, кроме того были существенно нарушены нормы уголовно – процессуального закона, неправильно применены нормы уголовного закона.

Указывает, что в приговоре суда доводы защиты вообще не упоминаются, чем был нарушен принцип на справедливость судебного разбирательства. Полагает, что доказательства, собранные по данному уголовному делу ни в отдельности, ни в их совокупности не подтверждают вину ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния. Показания потерпевшего и всех свидетелей противоречивы и неинформативны. Они не смогли подтвердить умышленное действие ФИО1, направленное на применение насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им служебных обязанностей. ФИО1 не был знаком с сотрудником полиции ФИО2 О том, что ФИО1 не видел сотрудника полиции подтверждается показаниями свидетелей, дополнительным осмотром места происшествия, где установлено, что в темное время суток, с учетом густо посаженных деревьев, нельзя увидеть человека на заборе со стороны домовладения ФИО10 Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведенного следственного эксперимента с применением видеозаписи, установлено, что на месте, где стоял ФИО1 участники следственного действия, в том числе понятые не видели статиста на стене, который освещал себя фонариком мобильного телефона, они также не слышали речь статиста. Кроме того, в этот же день был проведен второй следственный эксперимент с участием потерпевшего, который также стоял на стене и освещал себя фонариком. В этот раз также участники следственного эксперимента не видели человека на стене домовладения. По мере приближения к данной стене, был виден силуэт человека. О том, что на стене находится ФИО2 в форменной одежде сотрудника полиции, не было видно. Согласно заключению судебно – медицинской экспертизы установить степень тяжести, механизм образования и давность образования телесного повреждения у потерпевшего экспертам не удалось. По мнению защитника, указанное вызывает сомнения в получении потерпевшим именно в этот день телесного повреждения. Также обращает внимание на то обстоятельство, что согласно заключения судебно – медицинской экспертизы Наданян страдает тугоухостью, а ввиду преклонного возраста у него слабое зрение. Полагает, что в силу возраста, состояния здоровья, в плохую погоду, в темное время суток, сквозь кроны густо посаженных друг к другу деревьев, ФИО1 просто физически не мог разглядеть сотрудника полиции на заборе дома. Считает, что судебное разбирательство судьей проведено формально, с заранее предопределенным решением, составленным в основном путем использования в нем изготовленных органом предварительного расследования документов и материалов уголовного дела и обвинительного заключения.

В возражениях на апелляционные жалобы защитников осужденного ФИО1 потерпевший ФИО2 просит апелляционные жалобы адвокатов Григоряна Р.Г. и Батановой Г.А. оставить без удовлетворения, приговор суда без изменения.

Указывает, что изложенные в апелляционных жалобах доводы защиты являются не обоснованными, поскольку противоречат материалам уголовного дела. Свидетели подтвердили, что потерпевший находился в форменной одежде. Кроме того они слышали, как потерпевший громко и четко, и не один раз представился ФИО1, освещал себя фонариком, чтобы его хорошо было видно. Полагает, что то обстоятельство, что ФИО1 на требования потерпевшего отвечал, что он находится в своем дворе и делает, что хочет, свидетельствует о том, что он все хорошо слышал, что говорил потерпевший. Также полагает, что необоснованным является тот факт, что ФИО1 ничего не мог слышать вследствие тугоухости, поскольку указанный диагноз был поставлен спустя полтора года после событий. Проведенные следственные эксперименты не свидетельствуют о том, что Наданян не мог видеть потерпевшего на заборе, поскольку события происходили зимой, когда деревья были без листвы и ничего не препятствовало обзору, а следственный эксперимент проводился летом, когда листва была густой и препятствовала обзору.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов Батановой Г.А., Григоряна Р.Г. государственный обвинитель, помощник прокурора <адрес> ФИО9 просит апелляционные жалобы адвокатов оставить без удовлетворения, приговор суда без изменения.

Свои возражения прокурор мотивирует тем обстоятельством, что приговор суда является законным и обоснованным. Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании. Полагает, что действия осужденного ФИО1 верно квалифицированы по ч.1 ст. 318 УК РФ, его вина нашла своё полное подтверждение в судебном заседании. Всем доводам осужденного Наданяна относительно его невиновности судом дана надлежащая оценка. Назначенное наказание соответствует требованиям закона, оснований считать его чрезмерно суровым не имеется.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб защитников, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции полагает, что апелляционные жалобы подлежат оставлению без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно статьи 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно – процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Материалами уголовного дела установлено, что судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено полно и всесторонне, с соблюдением требований норм УПК РФ.

Выводы суда о виновности ФИО1 в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с выполнением им своих должностных обязанностей основаны на доказательствах, имеющихся в материалах уголовного дела, непосредственно и объективно исследованных в судебном заседании. Обстоятельства совершенного преступления установлены с достаточной полнотой, в соответствии с добытыми доказательствами, которые судом проверены и надлежащим образом оценены.

Доводы апелляционных жалоб защитников осужденного о том, что он не совершал указанного в приговоре преступления и осужден незаконно, являются несостоятельными.

Так, виновность установлена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Потерпевший ФИО2 в судебном заседании пояснил, что он является участковым уполномоченным полиции ОУУП и ПДН ОП № «Центральный» УМВД России по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве. В указанную дату в дежурную часть обратился ФИО3 с заявлением, что сосед кидает камни по его домовладению. Около 23 часов 00 минут он приехал по месту проживания ФИО3, во дворе находилось две незнакомые ему женщины. Он увидел, что во двор домовладения падают камни. Поскольку в соседнем домовладении никто ему ворота не открыл, он со стороны домовладению ФИО10 по лестнице залез на крышу хозяйственной постройки, расположенной на границе двух земельных участков. На территории соседнего домовладения в 5-6 метрах от себя он увидел ФИО1, с которым стал разговаривать. При этом пояснил, что является сотрудником полиции, назвал свою фамилию. Находясь в форменной одежде, фонариком мобильного телефона осветил форму и нагрудный знак сотрудника полиции. На его требования прекратить нарушать общественный порядок, ФИО1 не реагировал, кричал, что никому не даст уснуть, пока квартиранты не будут выселены из дома ФИО10 Также ФИО1 сказал, что ему все равно, кем он является и кинул камень в сторону сотрудника полиции, попав при этом в голову камнем. Очевидцем был ФИО10, который наблюдал за происходящим, стоя на лестнице. Также потерпевший пояснил, что от полученного удара камнем в голову он испытал сильную физическую боль, ему стало плохо, он был вынужден обратиться в дальнейшем за медицинской помощью. Указал, что погода не была пасмурной, территория домовладения ФИО10 достаточно освещалась прожектором, направленным в сторону хозяйственных построек, кроме того в окнах домовладения ФИО10 горел свет.

В ходе очной ставки между ФИО2 и ФИО1 (т. 1 л.д. 155-160), потерпевший ФИО2 подтвердил ранее данные им показания, изобличающие ФИО1 в совершении преступления. При этом потерпевший пояснил, что он четко видел ФИО1, стоявшего напротив него, на расстоянии примерно 5-6 метров (т. 1 л.д. 155-160).

Свидетель ФИО10 пояснил, что проживает по соседству с ФИО1, с которым у него испортились отношения после того, как он на меже участков возвёл жилую постройку. ДД.ММ.ГГГГ из-за очередного конфликта с ФИО1 он вызвал полицию. Также пояснил, ФИО1 в этот день кидал камни к нему во двор. Около 23 часов 00 минут приехал участковый ФИО2, которому он рассказал о происходящем конфликте. ФИО2 направился к воротам Наданяна. Затем ФИО2 вернулся и пояснил, что ворота ему никто не открыл. Потерпевший по лестнице взобрался на крышу хозяйственной постройки, прилегающей к забору, разделяющему два домовладения. Также пояснил, что ФИО2 находился в форменном обмундировании работника полиции. Стоя на крыше, ФИО2 несколько раз громко сообщил, что является работником полиции, дополнительно осветил себя фонариком, при этом потребовал прекратить противоправные действия. Расстояния между потерпевшим и Наданяном составляло около 10 метров. ФИО1 стал высказывать угрозы и оскорбления, как в адрес свидетеля, так и в адрес работника полиции. Свидетель пояснил, что видел, как Ширинов схватился за голову. Он помог спуститься ФИО2, видел, как тот закрывал глаза от боли. Также пояснил, что территория его домовладения освещалась прожектором, в окнах домовладения горел свет, ФИО2 было хорошо видно на крыше постройки.

В ходе очной ставки между ФИО10 и ФИО1 (т. 1 л.д. 161- 166), свидетель ФИО10 подтвердил ранее данные показания, изобличающие ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления.

Свидетель ФИО11 пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ произошел конфликт с Наданяном, в ходе которого Наданян стал кидать камни к ним во двор. Они вызвали полицию. Когда пришел участковый, то Наданян еще кидал камнями к ним во двор. Участковый был в форменной одежде с нагрудным знаком сотрудника полиции. Он взобрался на крышу хозяйственной пристройки, прилегающей к забору, разделяющему два домовладения. Видела, как участковый, стоя на крыше, представился сотрудником полиции. Она зашла в дом и не видела, как в участкового попали камнем. Кроме того пояснила, что территория их домовладения освещается лампой. Тумана не было.

Свидетель ФИО12 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время между его отцом и ФИО1 произошел конфликт. В ходе конфликта ФИО1 стал кидать камни к ним во двор. Они вызвали полицию. Участковый был в форменной одежде, с нагрудным знаком сотрудника полиции. Он по лестнице залез на крышу хозяйственной постройки и, стоя на крыше, сообщил, что является сотрудником полиции, назвал свои фамилия, имя, отчество и потребовал от Наданяна прекратить противоправные действия. Наданян на эти требования никак не реагировал, выражался нецензурной бранью, кинул камень в участкового и попал ему в голову. Свидетель пояснил, что территория домовладения освещалась лампой, находящейся во дворе, также падал свел из окон дома, а поэтому на улице все было видно.

Свидетели ФИО13 и ФИО14 пояснили, что видели, как участковый, будучи в форменной одежде сотрудника полиции, взобрался на крышу хозяйственной постройки. При этом участковый несколько раз громко представился, что является сотрудником полиции. Территория домовладения хорошо освещалась лампой, которая находилась выше уровня строения, на котором находился потерпевший. При этом одежда участкового была хорошо освещена. Кроме того участковый светил на себя фонариком телефона. Слышали, как участковый разговаривал с Наданяном. Само попадание камнем в голову не видели, так как в это время зашли в дом.

В ходе очной ставки между ФИО13 и ФИО1, свидетель ФИО13 подтвердила ранее данные показания, изобличающие ФИО1 в совершении нарушения общественного порядка, подтвердила факт общения потерпевшего с ФИО1

Свидетель ФИО15 пояснила, что являлась понятой при проведении следственных экспериментов с участием ФИО1 и потерпевшего ФИО2 С двух различных расстояний от забора на меже земельных участков (3-4, 6-8 метров) человека, стоящего на крыше здания видно не было, виден был лишь силуэт. Вид загораживали деревья с листвой. С дальнего расстояния речь человека четко не была слышна. С ближнего расстояния все было слышно, но что говорил потерпевший, не помнит. Никакого освещения не было, кроме включенного телефона в руках статиста.

Свидетель ФИО16 в судебном заседании пояснил, что участвовал в качестве понятого при проведении следственных экспериментов. Слышал, как потерпевший, находясь на крыше, отчетливо и громко пояснил, что он является сотрудником полиции. Также указал, что данную фразу слышал, когда участники следственного действия находились недалеко от забора на меже двух земельных участков.

Помимо показаний потерпевшего и свидетелей, в обоснование доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, судом первой инстанции положены и другие доказательства, исследованные в ходе судебного следствия и подробно приведенные в приговоре.

Так, из рапорта УУП ОП № «Центральный» ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что гражданин ФИО1, находясь на территории своего дома, умышленно кинул камень в голову ФИО2 (т. 1 л.д. 31-32).

Как следует из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, была осмотрена хозяйственная постройка, расположенная на территории домовладения по адресу: <адрес>, с крыши, которой хорошо просматривается территория соседнего домовладения. Как пояснил принимавший участие в осмотре ФИО10 гр. ФИО1 находился в момент разговора с потерпевшим на расстоянии примерно 3 метров от осматриваемой хозяйственной постройки (т. 1 л.д. 33-34).

Согласно протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, была осмотрена территория домовладения по адресу: <адрес>. В ходе осмотра ФИО1 показал участок двора, с которого он ДД.ММ.ГГГГ кидал осколки тротуарной плитки на крышу домовладения ФИО3. Указал место в крыше, куда им кидались камни. ( т. 1 л.д. 47-58).

Согласно выписки из приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначен на должность участкового уполномоченного полиции отделения участковых уполномоченных полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних (т. 1 л.д. 108).

Как следует из должностного регламента (должностной инструкции) участкового уполномоченного полиции ФИО2, участковый вправе требовать от граждан прекращения противоправных действий, принимать заявления, обращения и иную информацию о преступлениях, административных правонарушениях и происшествиях, осуществлять в пределах своей компетенции проверку заявлений и сообщений о преступлениях, административных правонарушениях, о происшествиях; получать по находящимся в производстве делам об административных правонарушениях, а также в связи с проверкой зарегистрированных в установленном порядке заявлениям и сообщениям о преступлениях, административных правонарушениях, происшествиях, разрешение которых отнесено к его компетенции, а также необходимые объяснения (т. 1 л.д. 92-105).

Согласно копии книги постовых ведомостей за ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 в указанный день заступил на суточное дежурство (т. 1 л.д. 89-91).

Как следует из выводов судебно – медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 причинено повреждение в виде ушиба мягких тканей головы, которое не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются, как повреждение, не причинившие вред здоровью. Указанное повреждение причинено в результате действия тупого предмета, не исключено ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 112-113).

Согласно протокола следственного эксперимента с участием потерпевшего ФИО2, установлено, что потерпевший, находясь в форменной кепке и куртке сотрудника полиции, занял место на крыше хозяйственной постройки, расположенной на территории домовладения по адресу: <адрес>, которая прилегает к границе домовладения ФИО1, и стал освещать себя фонариком, встроенным в мобильный телефон. Лица, участвующие в следственном эксперименте пояснили, что им из –за листвы дерева виден лишь силуэт человека, во что он одет, видно не было. Однако они отчетливо слышали, как ФИО2 представился сотрудником полиции, назвал свою должность и фамилию. Переместившись в сторону, не имея перед собой преград в виде листвы деревьев, участники следственного эксперимента пояснили, что видят молодого человека в головном уборе и куртке, однако не видят знаков отличия как сотрудника полиции (т. 2 л.д. 13-18).

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно – процессуального законодательства РФ обоснованно признаны судом допустимыми. Данные доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, проверены, исходя из положений ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и были оценены судом с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям.

Как видно из протокола судебного заседания и анализа материалов уголовного дела судебное разбирательство проходило в соответствии с принципами уголовного судопроизводства, на основе состязательности и равноправия сторон перед судом, при этом нарушений уголовного или уголовно – процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было.

При оценке доказательств суд привел убедительные мотивы и основания, по которым признал доказательства, подтверждающие обвинение, достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Ни одно из доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, каких-либо сомнений в своей достоверности у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Сведений о заинтересованности допрошенных по делу лиц в оговоре осужденного не имеется.

Судом первой инстанции в достаточной степени были проверены доводы осужденного о том, что он не кидал камни в участкового уполномоченного ФИО2, что в период времени с 23 часов до 24 часов ДД.ММ.ГГГГ он находился в доме и спал, и обоснованно отвергнуты, как несостоятельные. С этими выводами суда соглашается и суд апелляционной инстанции, не усматривая при этом каких-либо оснований для переоценки указанных доказательств.

Так, из показаний потерпевшего ФИО2, свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 следует, что в установленный следствием период времени с 23 часов до 24 часов ДД.ММ.ГГГГ осужденный находился во дворе своего дома и кидал камни во двор <адрес> в <адрес>, не реагировал на законные требования прибывшего сотрудника полиции ФИО2, бросил камень в потерпевшего и попал ему в голову.

Оснований ставить под сомнение показания указанных свидетелей и потерпевшего не имеется, поскольку указанные лица на протяжении всего предварительного следствия, а также в судебном заседании давали последовательные показания, которые согласуются между собой и с иными доказательствами по делу.

При этом суд первой инстанции обоснованно критически оценил показания свидетелей защиты ФИО17, ФИО18 и ФИО19, которые утверждали, что после 21 часа ФИО1 находился в доме и не кидал камни. С указанными выводами суда первой инстанции соглашается суд апелляционной инстанции, поскольку показания указанных свидетелей в полном объеме противоречат обстоятельствам, установленным материалами уголовного дела.

Доводы стороны защиты о том, что если бы потерпевший находился на крыше хозяйственной постройки, то ФИО1 не мог бы его увидеть, поскольку территория не освещалась, кроме того значительно затрудняли обзор растущие деревья, природное явление – дымка, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными и такими, что противоречат материалам уголовного дела.

Так, потерпевший ФИО2, свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 пояснили, что двор № по <адрес> в <адрес> освещался лампой, при этом освещалась, в том числе хозяйственная постройка, на крыше которой стоял потерпевший. Также пояснили, что свет падал из окон домовладения. Кроме того пояснили, что потерпевший дополнительно предпринимал меры для того, чтобы его опознали, а именно подсвечивал свою форму и нагрудный знак фонариком на мобильном телефоне.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами защиты о том, что такое природное явление как «дымка» препятствовало видимости исходя из следующего. Так, согласно справки от ДД.ММ.ГГГГ Федерального государственного бюджетного учреждения «Крымское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> в период времени 18 часов, 21 час, 24 часа наблюдалось явление природы – дымка. Вместе с тем, указанная справка, с учетом указанных в ответе временных рамок, указания данных в целом по <адрес>, объективно не свидетельствует о наличии данного природного явления в конкретном месте и в период совершения преступления. Более того, из показаний свидетелей и потерпевшего, данных ими непосредственно в судебном заседании следует, что видимость в период произошедших событий была хорошей.

Представленная в суд апелляционной инстанции справка начальника ФГБУ «Крымское УГМС» от ДД.ММ.ГГГГ также не свидетельствует о том, что в период совершения ФИО1 преступления отсутствовала видимость вследствие такого природного явления как «Дымка» либо туман. Так, преступление ФИО1 совершено ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 23 часов 00 минут до 24 часов 00 минут, тогда как «дымка» наблюдалась в период времени с 17 часов 40 минут до 21 часа 31 минуты, с 21 часа 39 минут до 21 часа 42 минут, Туман в этот же день наблюдался в период времени с 21 часа 31 минуты до 21 часа 39 минут. Следовательно, в период времени с 23 часов до 24 часов ДД.ММ.ГГГГ видимость была хорошей, какого – либо природного явления, которое бы препятствовало видимости, не наблюдалось.

Также суд апелляционной инстанции находит несостоятельным довод защиты о том, что ФИО1 находился на значительном расстоянии от потерпевшего, и в силу роста, возраста, плотной засадки деревьями, высоты хозяйственной пристройки просто не мог бы докинуть камень до потерпевшего. Так, согласно показаний потерпевшего и свидетеля ФИО10, который также находился на крыше хозяйственной пристройки, ФИО1 находился на незначительном расстоянии от потерпевшего. Кроме того, вопреки доводам защиты, деревья возле забора растут не плотно, имеются свободные места, с которых ФИО1 мог свободно кидать камни, что подтверждается фототаблицей к протоколу осмотра происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 47- 58). При этом, вопреки доводам защиты, суд первой инстанции дал оценку указанным доводам защиты, критически оценив их, что нашло своё отражение в приговоре суда.

Вопреки доводам защиты, проведенный ДД.ММ.ГГГГ следственный эксперимент, а также показания свидетелей ФИО20 и ФИО16, которые участвовали в качестве понятых при следственном эксперименте, не свидетельствуют, что потерпевшего не было видно, а также не было слышно, как он представляется сотрудником полиции. Так, следственный эксперимент проводился ДД.ММ.ГГГГ, при этом на деревьях была густая листва, тогда как события происходили ДД.ММ.ГГГГ, когда на деревьях отсутствует листва, что значительно улучшает видимость. Кроме того расстояние, заданное Наданяном при проведении следственного эксперимента противоречит показаниям потерпевшего и свидетелей о месте, где находился ФИО1 в момент, когда он разговаривал с потерпевшим, а затем кинул в него камень. Ссылка защиты на то обстоятельство, что не установлен камень, которым осужденный попал в голову потерпевшему, не указывает на то обстоятельство, что осужденный не причинял телесных повреждений потерпевшему.

Оснований полагать, что потерпевший мог получить телесные повреждения в ином месте, а не в результате попадания камня, брошенного осужденным, не имеется. Так, свидетель ФИО3 был очевидцем того, как камень, брошенный осужденным, попал в голову потерпевшего. Кроме того свидетель пояснил, что помог спуститься потерпевшему с крыши хозпостройки, видел как потерпевший закрывал глаза от боли. Из показаний потерпевшего следует, что после того, как ему попали камнем в голову, он вызвал подкрепление, на его вызов приехали сотрудники патрульно – постовой службы. Спустя непродолжительный период времени он обратился за медицинской помощью. Как следует из акта судебно – медицинского освидетельствования (обследования) от ДД.ММ.ГГГГ, потерпевшему ФИО2 причинены повреждения в виде ушиба мягких тканей головы. По поводу травмы ДД.ММ.ГГГГ обращался в приемное отделение и травмополиклинику ГБУЗ РК «СКБ СМП №».

То обстоятельство, что на потерпевшем отсутствовали видимые признаки получения удара камнем, не указывает на то обстоятельство, что Наданян не кидал и не попадал камнем в потерпевшего. Как следует из выводов судебно – медицинского освидетельствования (обследования) от ДД.ММ.ГГГГ, указанное повреждение причинено в результате действия тупого предмета, не исключено ДД.ММ.ГГГГ, не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности.

Суд первой инстанции надлежащим образом оценил и признал несостоятельными доводы осужденного и его защитника о том, что ввиду заболевания слуха осужденный не мог слышать, что ему говорил потерпевший и как представлялся. С указанным выводом соглашается и суд апелляционной инстанции.

Так, согласно заключения судебно – медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 страдает хронической двусторонней сенсоневральной тугоухостью. Вместе с тем указано, что указанный диагноз выставляется в случае, если имеет место процесс, протекающий свыше 3 месяцев с момента возникновения жалоб. Обращение к врачу – оториноларингологу с жалобами на снижение слуха зафиксированы ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Данных, указывающих на то обстоятельство, что на момент совершения инкриминируемого ему деяния, ФИО1 страдал заболеванием слуха, не имеется. Медицинские документы, указывающие на наличие данного заболевания по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют. Следовательно, оснований полагать, что на момент совершения преступления ФИО1 страдал заболеванием слуха, в силу которого не мог слышать речь потерпевшего, не имеется.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно установлено, что потерпевший предпринимал все необходимые и достаточные меры, чтобы быть идентифицированным, как сотрудник полиции: представился, сообщил о занимаемой должности, вел диалог с Наданяном, требуя прекратить противоправное поведение, подсвечивал фонариком свою форму и отличительные знаки сотрудника полиции.

В ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств.

Все заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе и о приобщении диктофонной записи разговора потерпевшего с дочерью ФИО1, разрешены в соответствии с требованиями закона, их отклонение не препятствовало рассмотрению дела по существу и не влияло на полноту и достаточность представленных доказательств, для установления вины осужденного.

Признавая правильной оценку, данную судом, рассмотренным в судебном заседании доказательствам, суд апелляционной инстанции находит обоснованным вывод суда о виновности осужденного в совершении инкриминируемого преступления и не может согласиться с доводами жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нарушении судом требований закона, регламентирующих порядок проверки и оценки судом представленных ему доказательств.

Нарушений УПК РФ в ходе предварительного и судебного следствия, а также права на защиту ФИО1 не допущено. Не установлено по делу и нарушения других основных принципов уголовного судопроизводства, как на то в своей апелляционной жалобе указывает защитник. Судебное следствие проведено объективно, без обвинительного уклона, в соответствии со ст. ст. 273 - 291 УПК РФ.

То обстоятельство, что ФИО1 ранее не был знаком с потерпевшим, не указывает на отсутствие у него умысла на совершение инкриминируемого ему деяния.

Суд, вопреки доводам жалоб, верно установил фактические обстоятельства, при которых было совершено преступление, и правильно квалифицировал действия ФИО1 по ст. 318 ч. 1 УК РФ – как применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Такая оценка, данная судом преступным действиям, является объективной и оснований для какой-либо иной оценки содеянного, не имеется.

Согласно частей 1,3 статьи 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ. При назначении наказания учитывается характер и степень общественной опасности преступления, и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, судом первой инстанции было учтено, что ФИО1 ранее не судим, по месту проживания характеризуется посредственно, на учетах у врача – психиатра и врача – нарколога не состоит.

Обстоятельством, смягчающим наказание, судом первой инстанции обоснованно признан преклонный возраст осужденного.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Наказание, назначенное осужденному, соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, требованиям положений ст. 60 УПК РФ, и является, по мнению суда апелляционной инстанции, справедливым и соразмерным содеянному им.

Исходя из совокупности данных о личности осужденного, а также обстоятельств дела, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, наличия обстоятельств, смягчающих наказание, тяжести совершенного преступления, его общественной опасности, суд обоснованно пришел к выводу о назначения наказания с применением положений ст. 73 УК РФ, надлежащим образом мотивировав свои выводы.

Считать назначенное наказание чрезмерно суровым оснований не имеется.

Каких – либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденному более мягкое наказание или снизить назначенное наказание, суд не усмотрел, как не усматривает их суд апелляционной инстанции.

Нарушений требований уголовного и уголовно – процессуального законов при рассмотрении дела, влекущих за собой изменение или отмену приговора по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Гражданский иск разрешен в соответствии с требованиями закона, сумма компенсации морального вреда определена с учетом причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, в полной мере соответствует требованиям разумности и справедливости.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Центрального районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Батановой Г.А., Григоряна Р.Г. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий: