Апелляционное определение № 33-3559/2026 от 11 мая 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

Дело № 2-3939/2025 Дело № 33-3559/2026

Сормовский районный суд г. Н. Новгород

Судья: Солодовникова С.В.

УИД 52RS0007-01-2025-000681-21

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


г. Нижний Новгород 12 мая 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего Винокуровой Н.С.,

судей Сивохиной И.А., Слеты Ж.В.,

при секретаре Хомяковой Д.В.

с участием прокурора Шахова М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Сормовского районного суда г. Н. Новгород от 15 декабря 2025 года по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Нижегородского областного суда Слеты Ж.В., объяснения представителя ответчика ФИО6,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование иска указав следующее.

[дата] около 05 часов 00 минут в районе 184 км автомобильной дороги М7 «Волга» [адрес], вне населенного пункта в нарушение п. 27 ПДД РФ, п.1.1 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, водитель ФИО5, управляя автомобилем Скания государственный регистрационный знак [номер] с технически неисправным прицепом «ШМИТС-SK027» государственный регистрационный знак [номер], уснул во время управления автомобилем, сместился влево из ранее занимаемой полосы, наехал и пересек прерывистую линию горизонтальной разметки, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем ВАЗ-21102 государственный регистрационный знак [номер] под управлением водителя ФИО12, двигающегося со стороны г. Н. Новгорода в сторону [адрес]. В результате происшествия ФИО12 погиб на месте ДТП.

Приговором Судогодского суда Владимирской области от 24 декабря 2018 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

ФИО1 является собственником транспортного средства Скания государственный регистрационный знак [номер].

Погибший ФИО12 является родным братом истца. После гибели истец испытала сильный стресс, в результате нравственных страданий резко ухудшилось здоровье истца.

На основании изложенного истец просила взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

Решением Сормовского районного суда г. Нижний Новгород от [дата] в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе ФИО4 поставлен вопрос об отмене решения как незаконного, считает его постановленным с нарушением норм процессуального законодательства. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что материалами дела заключение договора аренды не подтверждено, в связи с чем, ответственность по возмещению морального вреда должна быть возложена на ответчика ФИО13

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО6 против апелляционной жалобы истца возражал.

В суд апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле, не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом путем направления судебных извещений. Кроме того, информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Нижегородского областного суда www.oblsudnn-nnov.sudrf.ru и www.oblsudnn.ru.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в силу статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к разбирательству дела.

Проверив материалы гражданского дела, выслушав позицию представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда приходит к следующему.

В пп. 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Согласно ч. 5 ст. 330 ГПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных настоящей главой.

Определением от 14 апреля 2026 судебная коллегия перешла к рассмотрению настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции, к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5

С учетом положений ст.330 ГПК РФ по указанным выше основаниям решение суда подлежит отмене.

Судебная коллегия, проверив материалы гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции, без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, [дата] около 05 часов 00 минут в районе 184 км автомобильной дороги М7 «Волга» [адрес], вне населенного пункта в нарушение п. 27 ПДД РФ, п. 1.1 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, водитель ФИО5, управляя автомобилем Скания государственный регистрационный знак [номер] с прицепом «ШМИТС-SK027» государственный регистрационный знак [номер], уснул во время управления автомобилем, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем ВАЗ-21102 государственный регистрационный знак [номер] 750 под управлением водителя ФИО7 В результате происшествия ФИО7 погиб на месте ДТП.

Приговором Судогодского суда Владимирской области от 24 декабря 2018 года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года. Указанным приговором взыскана с ФИО5 в пользу ФИО8 компенсация морального вреда в размере 589 000 рублей.

Как следует из материалов дела, собственником транспортного средства Скания государственный регистрационный знак <***> на момент дорожно-транспортного средства являлась ФИО3

04 июня 2018 года между ФИО3 и ФИО5 заключен договор аренды указанного транспортного средства, сроком на 16 месяцев, в этот же день сторонами подписан Акт передачи транспортных средств. В ходе рассмотрения дела представитель ФИО3 настаивал на действительности представленного договора аренды, указав, что и ФИО5 ранее никогда не оспаривал факт его наличия, данный договор был им представлен и в материалы уголовного дела.

31 августа 2018 года ФИО3 и ФИО5 заключено соглашение о расторжении договора аренды транспортного средства.

Согласно пунктам 1,2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 18 и 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды:, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Исходя из изложенного, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего ему права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания, в том числе на основании доверенности.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под законностью владения подразумевается наличие гражданско-правовых оснований владения транспортным средством.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда, причиненного источником повышенной опасности, является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

Согласно пункту 1 статьи 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Статьей 648 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 данного кодекса.

Таким образом, по смыслу статей 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.

Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер и не предполагает возможность его изменения на усмотрение сторон, заключающих договор аренды транспортного средства.

Ставя под сомнение заключенный между ФИО3 и ФИО5 договор аренды транспортного средства от 04.06.2018, ФИО2 по существу ставит вопрос о его недействительности, однако таких требований при рассмотрении настоящего дела не заявлено. Объективных данных свидетельствующих о поддельности договора аренды, либо его фактического неисполнения сторонами, не было представлено.

Отсутствуют в материалах дела и доказательства о наличии между ФИО3 и ФИО5 трудовых отношений, выполнении работ ФИО5 в интересах и по заданию ФИО3

Позиция ответчика ФИО3 о том, что ФИО5 управлял транспортным средством на законном основании, так же подтверждается тем, что гражданская ответственность ФИО5 в рамках Федерального закона "Об ОСАГО" была застрахована на дату ДТП в ООО «СК «Сбирский Дом Страховщика» на основании полиса ЕЕЕ №1018452405 от 11.12.2017.

Ранее ФИО8, являющийся наследником и отцом умершего ФИО7 обращался с соответствующими требованиями к ООО «СК «Сбирский Дом Страховщика» о возмещении материального ущерба в рамках договора ОСАГО. Страховщик в рамках указанного спора (гражданское дело №2-930/2022, рассмотренное Московским районным судом города Нижнего Новгорода), наличие действующего полиса у ФИО5 не оспаривало.

Доводы стороны истца об отсутствии в договорах аренды реквизитов и подписей сторон опровергается имеющимися в материалах дела копиями договоров, представленных по запросу суда первой инстанции Судогодским районным судом Владимирской области из материалов уголовного дела в отношении ФИО5

Доказательств того, что договор аренды составлен после даты дорожно-транспортного происшествия не представлено.

При таких обстоятельствах, законным владельцем транспортного средства в момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО5, в связи с чем, на него может быть возложена обязанность возместить причиненный истцу моральный вред. Оснований для возложения гражданской ответственности по компенсации причиненного морального вреда на ответчика ФИО3 не имеется.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно ч. 1 ст. 151 и ч. 1 ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В соответствии с ч. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При этом установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1).

Как следует из разъяснений, данных в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Факт утраты близкого человека свидетельствует о значительной степени физических и нравственных страданий, связанных с осознанием последствий произошедшего. Негативные последствия этого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав.

Смерть родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие нравственные страдания, затрагивающие личные структуры, психику, здоровье, самочувствие и настроение.

Из материалов дела следует, что в связи с гибелью [дата] ФИО12, приговором Судогодского районного суда [адрес] от [дата] по делу [номер] при разрешении гражданского иска ФИО8 с ФИО5 была взыскана денежная компенсация морального вреда 589 000 руб., с учетом выплаченной ФИО5 в досудебном порядке суммы 111000 руб.

Кроме того, решением Московского районного суда г.Н.Новгорода от 16 сентября 2019г. так же был частично удовлетворен иск ФИО9, являющейся матерью погибшего, с ФИО5 в пользу ФИО9 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО5 как с законного владельца источника повышенной опасности в пользу ФИО2, являющейся сестрой умершего, судебной коллегией учитываются обстоятельства причинения вреда, характер и степень перенесенных истцом нравственных страданий в связи с гибелью родственника - брата, а также требования разумности и справедливости, обстоятельства семейных взаимоотношениям, в частности что истец и ФИО12 были зарегистрированы и проживали до дня смерти последнего по одному адресу ([адрес]), имели со слов истца близкие отношения, однако каких-либо доказательств в подтверждение характера семейных отношений, сложившихся между истцом и ФИО12 тесных взаимоотношений, общих интересов, ответственности друг перед другом, не представлено. Предположения истца о том, что ФИО7 мог быть единственным человеком кто бы заботился о ней носят гипотетический характер и не могут подтверждать какие-либо обстоятельства причиненного морального вреда истцу, в связи с чем, оснований для взыскания с ответчика ФИО5 суммы морального вреда в испрашиваемом размере 2 000 000 руб. не имеется. Однако непредвиденная и невосполнимая утрата родного брата истца, безусловно, является тяжелым событием в ее жизни, неоспоримо причинившая ей нравственные страдания. Судебная коллегия приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда должна быть определена в сумме 500 000 руб., что является соразмерным характеру причиненного вреда и не приводит к неосновательному обогащению истца.

По указанным основаниям требования истца подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Сормовского районного суда г. Н. Новгород от 15 декабря 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым иск ФИО2 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 [дата] г.р. (Паспорт гражданина РФ Серия документа [номер]) в пользу ФИО2 [дата] г.р. (СНИЛС [номер]) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда и к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда в остальной части - отказать.

Взыскать с ФИО5 [дата] г.р. (Паспорт гражданина РФ Серия документа [номер] [номер]) госпошлину в местный бюджет 3 000 руб.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления апелляционного определения в мотивированной форме в порядке, предусмотренном главой 41 ГПК РФ.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 22 мая 2026 года.



Суд:

Нижегородский областной суд (Нижегородская область) (подробнее)

Иные лица:

Прокурор Сормовского района г. Н. Новгорода (подробнее)

Судьи дела:

Слета Жанна Вадимовна (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда
Судебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ

Ответственность за причинение вреда, залив квартиры
Судебная практика по применению нормы ст. 1064 ГК РФ

Источник повышенной опасности
Судебная практика по применению нормы ст. 1079 ГК РФ

Нарушение правил дорожного движения
Судебная практика по применению норм ст. 264, 264.1 УК РФ