Решение № 2-100/2023 2-1398/2022 2-16/2024 2-16/2024(2-100/2023;2-1398/2022;)~М-940/2022 М-940/2022 от 12 марта 2024 г. по делу № 2-100/2023

40RS0026-01-2022-001348-78

Гражданское дело № 2-16/2024


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 марта 2024 года город Обнинск Калужской области

Обнинский городской суд Калужской области в составе

председательствующего судьи Куликовой Е.Н.,

при секретаре Парфеновой М.В.,

с участием прокурора Клейн А.Ю.,

истца ФИО1, представителя ответчика ООО «Ново ФИО2» ФИО3 на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Ново ФИО2», Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области о взыскании утраченного заработка, компенсации за задержку выплаты утраченного заработка, компенсации морального вреда,

установил:

26 мая 2022 года в суд поступил иск ФИО1 к ООО «Стора Энсо ФИО2» (впоследствии ООО «Ново ФИО2») о восстановлении трудовых прав, в обоснование которого истец сослался на то, что с 09 ноября 2021 года состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работая в должности водителя вилочного электропогрузчика. Приказом директора по производству ООО «Ново-ФИО2» в России № 3-22/лс/дв от 28 апреля 2022 года на истца за нарушение требований п. 3.4 Инструкции Р-006 по охране труда, заключавшееся в работе с непристегнутым ремнем безопасности, было наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания, после чего работодатель лишил ФИО4 премии за апрель 2022 года. Оспаривая то обстоятельство, что со стороны истца имело место вышеуказанное нарушение, ФИО1 полагал наложенное на него работодателем дисциплинарное взыскание и, как следствие, лишение премии незаконными. Помимо этого, истец ссылался на то, что неправомерные действия работодателя явились причиной перенесенного им стресса и последующего гипертонического криза, вызвав временную нетрудоспособность ФИО1 Кроме того, истец указывал, что сотрудником расположенного на территории предприятия медкабинета ФИО5 25 апреля 2022 года, 29 апреля 2022 года и 16 ноября 2022 года при обращении истца в связи с плохим самочувствием были выданы лекарственные препараты, на просьбу вызвать скорую помощь – получен отказ (т. 2 л.д. 205-206). Данные действия сотрудника медкабинета, как полагает ФИО1, явились причиной ухудшения состояния его здоровья. Наступление временной нетрудоспособности, перенесенные физические и нравственные страдания, истец одновременно связывает с незаконными действиями ответчика по привлечению его к дисциплинарной ответственности, а также с причинением вреда здоровью в результате того, что при обращении истца в расположенный на территории работодателя медкабинет медсестрой, осуществляющей ежедневные медосмотры работников, ФИО1 было выдано неизвестное лекарственное средство, которое могло вызвать заболевания, привести к летальному исходу. В процессе рассмотрения дела приказом работодателя от 27 февраля 2023 года наложенное на истца дисциплинарное взыскание было отменено, произведена выплата премии в размере 9 259 рублей 33 коп., компенсации морального вреда – 10 000 рублей. Принимая во внимание данные обстоятельства, с учетом уточнений иска в последней редакции от 04 марта 2024 года, ФИО1 просил суд взыскать с ООО «Ново-ФИО2» разницу между причитающейся ему заработной платы в случае осуществления трудовой деятельности и выплатами по временной нетрудоспособности с 03 мая 2022 года по 14 декабря 2022 года в размере 440 495 рублей 13 коп., компенсацию за задержку заработной платы за период с 15 мая 2022 года по 20 декабря 2023 года – 152 191 рубль 38 коп., компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Определением от 10 января 2024 года к участию в деле в качестве соответчика было привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области.

Истец ФИО1 в судебном заседании иск поддержал по изложенным в нем доводам и основаниям, просил удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 иск не признал, как необоснованно заявленный.

Представители ответчика ОСФР по Калужской области, третьего лица ООО «КЕДР», третье лицо ФИО5, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явились.

Выслушав объяснения истца и представителей ответчика: ФИО3, ФИО6, исследовав доказательства по делу, заслушав заключение прокурора Клейн А.Ю., полагавшей, что при рассмотрении настоящего спора нашел подтверждение факт нарушения трудовых прав истца, выразившийся в незаконном привлечении его к дисциплинарной ответственности, в связи с чем, в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда, размер которой должен быть определен с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать трудовую дисциплину, к которой относится в силу статьи 189 Трудового кодекса РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно части 1 статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

В статьях 192, 193 Трудового кодекса РФ приведены виды, порядок и основания наложения взыскания, согласно которым за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 35 Постановления от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» разъяснил, что при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В пункте 53 данного постановления указано, что к обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (пункт 5 статьи 192 Трудового кодекса РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Следовательно, бремя доказывания законности наложения дисциплинарного взыскания лежит на работодателе.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 на основании трудового договора от 09 ноября 2021 года был принят на работу в ООО «Стора Энсо ФИО2» на должность водителя вилочного электропогрузчика на завод гофроупаковки в производственный отдел в группу водителей с окладом <данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 65-67). 20 апреля 2022 года работодателем с истцом заключено дополнительное соглашение № 2 к трудовому договору, в соответствии с которым ФИО1 переведен с указанной даты на должность водителя погрузчика (т. 1 л.д. 71). Приказом ООО «Ново ФИО2» от 06 марта 2023 года № 08/лс/ув истец уволен по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (т. 4 л.д. 132).

Решением № 1 единственного участника ООО «Стора Энсо ФИО2» от 23 мая 2022 года изменено наименование организации на ООО «Ново ФИО2» (т. 2 л.д. 31-32). Соответствующие изменения внесены в Устав общества (т. 2 л.д. 30) и в сведения ЕГРЮЛ (т. 2 л.д. 33-34).

Согласно п. 3, п. 5 должностной инструкции водителя погрузчика, с которой истец был ознакомлен 20 апреля 2022 года, он принял обязанности, в том числе по выполнению требований Технического регламента, нормативных документов и инструкций по охране труда; соблюдению требований охраны труда при производстве погрузочно-разгрузочных работ на ж/д транспорте и инструкции по охране труда (т. 1 л.д. 72-73).

Пунктом 3.4 Инструкции по охране труда для водителей погрузчиков Рег. № Р-006 предусмотрено, что во время движения и выполнения на погрузчике работ водитель обязан пристегнуть ремень безопасности (т. 1 л.д. 104-121). Ознакомление истца 30 марта 2022 года с указанной инструкцией подтверждается его подписью в журнале регистрации инструктажа на рабочем месте (т. 1 л.д. 127).

Приказом от 28 апреля 2022 года № 3-22/лс/дв работодателем на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за нарушение требований Инструкции Р-006 по охране труда, пункт 3.4, заключающееся в том, что 25 апреля 2022 года на территории производственного цеха зафиксирован факт работы водителя погрузчика ФИО1 с не пристегнутым ремнем безопасности (т. 1 л.д. 144).

На основании п. 8.1.1 утвержденного 26 ноября 2014 года Положения об оплате труда и премировании работников в связи с примененным к ФИО1 дисциплинарным взысканием истца приказом работодателя № 64 от 29 апреля 2022 года в апреле 2022 года депремировали (т. 2 л.д. 78, 79-80).

До применения к истцу дисциплинарного взыскания ФИО1 было предложено дать письменные объяснения, о чем составлено уведомление от 25 апреля 2022 года, в котором зафиксирован отказ истца в получении уведомления (т. 1 л.д. 145). ФИО1 объяснений в письменной форме не предоставил, ссылаясь в суде на то, что никаких нарушений не совершал (т. 2 л.д. 215). Факт отказа заактирован ответчиком 26 и 28 апреля 2022 года (т. 1 л.д. 142, 143).

Основанием для применения к истцу дисциплинарного взыскания стала служебная записка начальника смены ФИО7 на имя директора по производству ФИО8 от 26 апреля 2022 года, из которой следовало, что начальником смены при утреннем обходе производственных линий 25 апреля 2022 года был обнаружен водитель погрузчика ФИО1, не пристегнутый ремнем безопасности во время передвижения на погрузчике. ФИО1 давать письменные объяснения по указанному факту отказался (т. 1 л.д. 146).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 подтвердил изложенные в служебной записке обстоятельства, пояснив при этом, что в процессе обхода цеха второй ротации увидел истца на погрузчике без пристегнутого ремня безопасности, который подъехал к свидетелю. После сделанного ФИО7 замечания, в то время, как он занимался поиском работников в целях фиксации выявленного нарушения, ФИО1 спешился с погрузчика, и свидетель оформить факт работы истца с не пристегнутым ремнем с участием свидетелей зафиксировать не успел (т. 2 л.д. 217).

Допрошенные в судебном заседании 23 декабря 2022 года свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 изложенные ФИО7 в служебной записке обстоятельства нарушения истцом Инструкции по охране труда подтвердить не смогли (т. 2 л.д. 225-231).

Истец, в свою очередь, в суде оспаривал факт работы 25 апреля 2022 года на погрузчике с не пристегнутым ремнем, указывая на то, что ФИО7 ему безосновательно была предъявлена претензия относительно нарушений требований безопасности. Действия работодателя истец связывает с желанием ответчика уволить его, учитывая отказ ФИО1 перейти на работу в другое подразделение ООО «Ново-ФИО2», о чем ему предлагалось дать объяснения (т. 1 л.д. 141).

Основываясь на вышеприведенных положениях Трудового кодекса РФ, разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исходя из обязанности работодателя доказать законность применения к работнику дисциплинарного взыскания, оценив представленные по делу доказательства в соответствии с правилами ст. 69 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу о том, что ответчиком достаточных доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО1 дисциплинарного проступка, и, как следствие, законности наложения на него работодателем дисциплинарного взыскания с дальнейшим депремированием, не представлено.

Служебная записка начальника смены, показания находящихся в трудовых отношениях с ответчиком свидетелей, из которых никто, кроме самого ФИО7, непосредственно не видел ФИО1, следовавшего на погрузчике с не пристегнутым ремнем безопасности, с достоверностью не подтверждают факт нарушения истцом 25 апреля 2022 года требований охраны труда.

Таким образом, поскольку работодателем не доказано нарушение ФИО1 п. 3.4 Инструкции по охране труда для водителей погрузчиков Рег. № Р-006, то есть наличия в действиях истца дисциплинарного проступка, суд полагает применение к нему работодателем дисциплинарного взыскания в виде замечания и связанное с этим последующее его лишение премии незаконными.

Приказом ООО «Ново ФИО2» от 27 февраля 2023 года № 1-23/лс/дв приказ от 28 апреля 2022 года № 3-22/лс/дв о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания отменен в добровольном порядке, истцу произведена выплата премии за апрель 2022 года в размере 9 259 рублей 33 коп., а также компенсация морального вреда 10 000 рублей (т. 3 л.д. 151). Размер выплаченной премии ФИО1 не оспаривался.

При рассмотрении дела представитель ответчика ФИО3 пояснил, что добровольное удовлетворение вышеуказанных требований истца связано с признанием работодателем незаконности своих действий по привлечению ФИО1 к дисциплинарной ответственности и лишении его премии.

В этой связи, истец 02 марта 2023 года уточнил первоначальный иск, исключив из него требования об отмене дисциплинарного взыскания и выплате премии.

Вместе с тем, ФИО1 просил суд о взыскании с ответчика в свою пользу утраченного заработка в виде разницы между его заработной платой и выплатами по временной нетрудоспособности за период в реакции исковых требований от 04 марта 2024 года – с 03 мая 2022 года по 14 декабря 2022 года, поскольку связывал наступление временной нетрудоспособности с незаконными действиями работодателя по привлечению к дисциплинарной ответственности и причинением вреда его здоровью медсестрой расположенного на территории ответчика медпункта ФИО5, которая при обращении к ней ФИО1 выдала ему неизвестное лекарственное средство. Разрешая спор в указанной части, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит, в том числе утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь.

В подпункте «а» пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему утраченный заработок, то есть заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь. Поскольку в результате причинения вреда здоровью потерпевшего он лишается возможности трудиться как прежде, а именно осуществлять прежнюю трудовую деятельность или заниматься иными видами деятельности, между утратой потерпевшим заработка (дохода) и повреждением здоровья должна быть причинно-следственная связь. Под заработком (доходом), который потерпевший имел, следует понимать тот заработок (доход), который был у потерпевшего на момент причинения вреда и который он утратил в результате причинения вреда его здоровью. Под заработком, который потерпевший определенно мог иметь, следует понимать те доходы потерпевшего, которые при прочих обстоятельствах совершенно точно могли бы быть им получены, но не были получены в результате причинения вреда его здоровью. При этом доказательства, подтверждающие размер причиненного вреда, в данном случае доказательства утраты заработка (дохода), должен представить потерпевший.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать (пункт 3 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011г. N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует, что пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица. Возмещение утраченного заработка застрахованного лица производится по месту работы застрахованного лица путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности за счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим ущербом только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

В соответствии с частью 1 статьи 184 Трудового кодекса РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса РФ).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16.071999г. N 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования».

Субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (абзац второй пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 16.071999г. N 165-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 7 указанного закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.

В статье 3 ФЗ от 24.07.1998г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» определено, что обеспечение по обязательному социальному страхованию - исполнение страховщиком, а в отдельных случаях, установленных федеральными законами, - также и страхователем своих обязательств перед застрахованным лицом при наступлении страхового случая посредством страховых выплат или иных видов обеспечения, установленных федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

Федеральным законом от 24.07.1998г. N 125-ФЗ не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами. Работодатель (страхователь) в такой ситуации несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, установленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В исковом заявлении, а также в процессе рассмотрения настоящего дела ФИО1 указывал на то обстоятельство, что сотрудником расположенного на территории работодателя медкабинета ФИО5 25 апреля 2022 года, 29 апреля 2022 года и 16 ноября 2022 года при обращении истца в связи с плохим самочувствием были выданы лекарственные препараты, на просьбу вызвать скорую помощь – получен отказ (т. 2 л.д. 205-206). Данные действия, как полагает ФИО1, явилось причиной ухудшения состояния его здоровья. Наступление временной нетрудоспособности, а также перенесенные физические и нравственные страдания, истец связывал, в том числе с приемом медикаментов, рекомендованных к применению ФИО5

Из материалов дела следует, что между ООО «Стора Энсо ФИО2» (заказчик) и ООО «Кедр» (исполнитель) 15 ноября 2017 года был заключен договор на оказание услуг по проведению предрейсового медосмотра № 15/11/17 от 15 ноября 2017 года, в соответствии с которым ООО «Кедр» обязалось оказывать ответчику услуги по проведению предрейсового медицинского осмотра сотрудников заказчика (т. 3 л.д. 70-75). ФИО5 осуществляет трудовую деятельность на условиях совместительства в ООО «Кедр» в должности медицинской сестры на основании трудового договора от 16 ноября 2018 года (т. 3 л.д. 92-98).

С целью установления обстоятельств, связанных с оказанием ответчиком медицинской помощи ФИО1 25 апреля 2022 года, 29 апреля 2022 года, 16 ноября 2022 года в период его нахождения на работе, судом по ходатайству истца по делу была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза.

И представленного суду заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 115, проведенной специалистами Государственного бюджетного учреждения здравоохранения калужской области «Калужское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (ГБУЗКО КОБСМЭ) (т. 4 л.д. 17-29), следует, что в журнале приема сотрудников ответчика указано на момент обращения ФИО1 за медицинской помощью 25 апреля 20222 года: «контроль АД по просьбе сотрудника (конфликт на рабочем месте). Объективно: кожные покровы гиперемированы АД 151/100 мм рт. Ст. Пульс 102 в минуту». В материалах гражданского дела имеется журнал регистрации предрейсовых/послерейсовых медицинских осмотров водителей, из которого следует: «29 апреля 2022 года 08.01. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. нет. Кожные покровы и слизистые в норме. 36.4. 140/90 мм рт.ст. 90.0.00. Медосмотр прошел». Каких-либо других записей об обращениях ФИО1 за медицинской помощью 29.04.2022 года в предоставленных материалах не имеется. Указаний о назначении лекарственных препаратов при обращениях ФИО1 за медицинской помощью 25 апреля 2022 года и 29 апреля 2022 года не имеется. В направлении № 9 из здравпункта работодателя от 16 ноября 2022 года указано: «Данные осмотра: жалобы на головную боль, головокружение, боль в горле. Объективно: зев резко геперимирован, язык обложен налетом. Т 37,5С. АД 165/100 мм рт. Ст. Пульс 92 в минуту. Предварительный диагноз: Гипертонический криз, ОРВИ. Лечение: Капотен 25 мг под язык.» Лекарственный препарат «Капотен» (лекарственная форма «Каптоприл») в дозировке 25 мг под язык был назначен на основании установленного диагноза: «Гипертонический криз», подтвержденного объективными данными: АД 165/100 мм рт. Ст. Пульс 92 в минуту. Согласно государственному реестру лекарственных средств: «Показания препарата Капотен: артериальная гипертензия, в т.ч. реноваскулярная (включая неосложненный гипертонический криз). Режим дозирования: При неосложненном гипертоническом кризе возможно сублингвальное назначение препарата Капотен. Начальная доза каптоприла составляет 25 мг (1 таб.). Таблетку следует поместить под язык и держать там до полного растворения, не проглатывая и не запивая водой». Таким образом, лекарственный препарат «Капотен» был назначен ФИО1 при обращении за медицинской помощью 16 ноября 2022 года в правильной дозировке, обоснованно, в соответствии с установленным диагнозом и объективным состоянием.

Единичный прием лекарственного препарата «Капотен» в начальной дозировке 25 мг, не может явиться причиной наступления неблагоприятного исхода в виде смерти.

Согласно данных предоставленных медицинских документов, каких-либо побочных реакций, характерных для препарата «Капотен», а также ухудшения состояния ФИО1 после приема данного лекарственного препарата 16 ноября 2022 года, не установлено. Прием препарата «Капотен» не может явиться причиной развития сердечно-сосудистых заболеваний, невралгии, а также обострения имевшихся хронических заболеваний, включая варикозное расширение вен.

Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что назначенный ФИО1 16 ноября 2022 года препарат «Капотен» являлся лекарственным средством с истекшим сроком годности в предоставленных материалах не имеется.

Каких-либо сведений о наличии заболеваний или состояний у ФИО1, входящих в перечень противопоказаний для приема лекарственного препарата «Капотен», в представленных медицинских документах не имеется.

Лекарственный препарат «Капотен» был назначен ФИО1 при обращении за медицинской помощью 16 ноября 2022 года правильно, обоснованно, в соответствии с установленным диагнозом.

Согласно Клиническим рекомендациям «Артериальная гипертензия для взрослых», утвержденных Министерством здравоохранения Российской Федерации в 2022 году: «Ранее использовавшийся термин «неосложненный гипертонический криз», описывающий пациентов со значительным повышением АД, но без признаков острых изменений в органах-мишенях, в настоящее время не рекомендован к использованию. В данной группе пациентов снижение АД может проводиться в амбулаторных условиях, чаще всего путем назначения пероральной терапии в соответствии со стандартным алгоритмом. При наличии клинической целесообразности, с учетом особенностей клинического течения заболевания, коморбидной патологии, переносимости лечения и профиля побочных эффектов, а также при наличии предпочтений пациента, связанных с его личным позитивным или негативным опытом, и, соответственно с учетом ожидаемой приверженности к лечению врач имеет право назначать любой антигипертензивный препарат, который зарегистрирован для лечения артериальной гипертензии в Российской Федерации, как в монотерапии, так и в комбинации». Таким образом, оказание медицинской помощи ФИО1 в организации – работодателе 16 ноября 2022 года выполнялось в соответствии с Клиническими рекомендациями «Артериальная гипертензия у взрослых», утвержденными министерством здравоохранения в 2022 году.

Также экспертами в заключении перечислены диагнозы, выставленные истцу в связи с его обращениями за медицинской помощью с 11 июня 2022 года по 10 февраля 2023 года, и возможные причины их развития, описанные в научной литературе. Однако установить какие конкретно причины вызвали развитие заболеваний у ФИО1 по имеющимся данными не представилось возможным.

Суд полагает, что вышеуказанное заключение судебно-медицинской экспертизы соответствует положениям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, отвечает принципам относимости, допустимости и достаточности доказательств, в связи с чем, оснований ставить под сомнение достоверность представленного заключения не имеется. Экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими необходимую для этого квалификацию (т. 4 л.д. 32-46) и достаточный стаж работы в соответствующих областях, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение судебной экспертизы содержит подробное описание проведенных исследований, мотивированные выводы по поставленным судом вопросам. Названное заключение основано на представленных в дело медицинских документами, подкреплено устными и письменными пояснениями экспертов по проведенному ими исследованию.

Допрошенные в судебном заседании 09 февраля 2024 года эксперты ФИО9 и ФИО10 подтвердили сделанные в ходе проведенного ими исследования выводы по поставленным судом вопросам, пояснив, что с учетом состояния здоровья ФИО1 16 ноября 2022 года ему обоснованно была выдана таблетка препарата «Капотен», действия медработника соответствовали требованиям Клинических рекомендаций «Артериальная гипертензия для взрослых». Сославшись на Федеральный закон от 21.11.2011г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», предусматривающий в качестве одного из принципов охраны здоровья недопустимость отказа в оказании медицинской помощи, эксперт ФИО9 указал на то, что медработник, установив 16 ноября 2022 года у истца клинические признаки гипертонической болезни, то есть нахождение его в неотложном состоянии, требующем немедленного оказания медпомощи, верно назначила ему гипотензивный препарат для снижения артериального давления. Развитие заболевания – процесс длительный, в связи с чем, любое лекарственное средство, принятое единоразово, в данном случае таблетка препарата «Капотен» вызвать болезнь не может. Представленный истцом в судебное заседание 09 февраля 2024 года протокол проведенного в ООО «Клиника № 1» триплексного сканирования вен нижних конечностей от 05 июня 2022 года в свидетельство имеющегося у него заболевания «Варикозная болезнь» и проводимых ФИО1 в этой связи диагностических и лечебных мероприятий, был предъявлен эксперту ФИО9, изучив который он пояснил, что данное исследование подтверждает наличие у истца заболевания, возникновение которого по изложенным выше причинам никак не связано с принятой ФИО1 16 ноября 2022 года таблеткой лекарственного средства «Капотен». Кроме того, эксперт дал пояснения, согласно которым у истца после приема таблетки препарата «Капотен» никакого негативного состояния не развилось, в связи с чем, оснований полагать, что принятое ФИО1 лекарственное средство является ядом или отравляющим веществом, не имеется.

Тот факт, что в заключении в качестве наименования ответчика указано ООО «Сторо Ново-Пакаджиг ББ», ООО «Сторо Энсо ФИО2» вместо ООО «Ново ФИО2» является технической опиской, о чем экспертами представлены письменные пояснения от 19 февраля 2024 года (т. 4 л.д. 158), и на проведенное исследование, а также на достоверность сделанных специалистами выводов не влияет.

Оснований, по которым экспертное заключение вызывает сомнения в его правильности и обоснованности, истцом не приведено и судом не установлено. Само по себе несогласие ФИО1 с представленным экспертами заключением о порочности данного доказательства не свидетельствует.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего спора довод истца о причинении действиями работодателя вреда его здоровью не подтвердился, вследствие чего, исходя из нормативного регулирования спорных правоотношений, оснований для удовлетворения требований ФИО1 в части взыскания с ответчика утраченного заработка, а также компенсации за задержку заработной платы не имеется.

Представленный ФИО1 ответ Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Калужской области от 22 июня 2023 года № 1045/01-16 на его обращение (т. 4 л.д. 150-151), а также поступившие в суд материалы по данному обращению (т. 4 л.д. 144-54) выводы суда не опровергают. Согласно указанному ответу на осуществление медицинской деятельности ООО «Кедр» предоставляется исключительно в отношении адресов, предусмотренных лицензией, иные виды услуг в лицензии, кроме как проведение медицинских осмотров (предсменные, предрейсовые, послесменные, послерейсовые), не заявлены, в связи с чем, медицинская сестра ООО «Кедр» не имела права оказывать иную медицинскую помощь (кроме экстренной). Таким образом, исходя из пояснений эксперта ФИО9, учитывая, что ФИО1 16 ноября 2022 года находился в неотложном состоянии, требующем немедленного оказания медпомощи, медсестрой ФИО5, рекомендовавшей истцу к приему таблетку гипотензивного препарата «Капотен», была избрана верная тактика оказания ему данной помощи.

Факт ненаправления ФИО1 в медицинскую или иную организацию, осуществляющую медицинскую деятельность, в которой оказывается первичная медико-санитарная помощь, учитывая, что причинения вреда здоровью истца в результате этого не установлено, основанием к взысканию с ответчика в пользу истца утраченного заработка и компенсации за задержку заработной платы не является.

По информации предоставленной суду ООО «Ново ФИО2» (т. 4 л.д. 190), ОСФР по Калужкой области (т. 4 л.д. 157-158) истец в период трудовых отношений имел следующие периоды временной нетрудоспособности с начислением пособия: с 03 мая 2022 года по 14 мая 2022 года за счет средств ОСФР 4 109 рублей 94 коп., за счет средств работодателя 1 369 рублей 98 коп. (т. 2 л.д. 112); с 16 мая 2022 года по 30 мая 2022 года за счет средств ОСФР 5 479 рублей 92 коп., за счет средств работодателя 1 369 рублей 98 коп. (т. 2 л.д. 113); с 11 июня 2022 года по 18 июня 2022 года за счет средств работодателя 1 527 рублей 90 коп., за счет ОСФР по Калужской области – 2 546 рублей 50 коп. (т. 2 л.д. 114); с 19 июня 2022 года по 15 июля 2022 года – за счет средств ОСФР 13 646 рублей 40 коп. (т. 2 л.д. 115); с 16 июля 2022 года по 27 июля 2022 года – за счет средств ОСФР 6 027 рублей 84 коп., (т. 2 л.д. 116); с 29 июля 2022 года по 11 августа 2022 года за счет средств работодателя 1 506 рублей 96 коп., за счет ОСФР по Калужской области – 5525 рублей 52 коп. (т. 2 л.д. 117); с 18 августа 2022 года по 05 сентября 2022 года за счет средств работодателя 1 506 рублей 96 коп., за счет ОСФР по Калужской области – 8 072 рубля 84 коп. (т. 2 л.д. 118); с 06 сентября 2022 года по 09 сентября 2022 года – за счет средств ОСФР 2 037 рубля 20 коп. (т. 2 л.д. 119); с 19 сентября 2022 года по 10 октября 2022 года за счет средств работодателя – 1 527 рублей 90 коп., за счет ОСФР по Калужской области – 9 606 рублей 90 коп. (т. 2 л.д. 120); с 11 октября 2022 года по 31 октября 2022 года – за счет средств ОСФР 10 548 рублей 72 коп. (т. 2 л.д. 121); с 01 ноября 2022 года по 14 ноября 2022 года – 7 130 рублей 20 коп. (т. 2 л.д. 122); с 16 ноября 2022 года по 29 ноября 2022 года 5 602 рубля 30 коп. за счет средств ОСФР, 1527 рублей 90 коп. за счет средств работодателя (т. 4 л.д. 191); с 30 ноября 2022 года по 14 декабря 2022 года – 6027 рублей 84 коп. за счет средств ОСФР, 1 513 рублей 94 коп. – за счет средств работодателя (т. 4 л.д. 192).

С размером начисленных и выплаченных по временной нетрудоспособности сумм истец не спорил. Таким образом, выплаты по социальному страхованию были получены ФИО1 в полном объеме. Учитывая, что причинение работодателем вреда здоровью истца не установлено, оснований для взыскания с ответчика сумм сверх выплаченного возмещения по страхованию, не имеется.

Вместе с тем, на основании статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

На основании разъяснений, данных Пленумом Верховного суда Российской Федерации в п. 25 Постановления от 15.11.2022г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Основываясь на приведенных выше нормативных положениях и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, с учетом того, что судом установлен факт нарушения трудовых прав истца, который выразился в незаконном применении к ФИО1 дисциплинарной ответственности, повлекшем необоснованное лишение его премии, истец имеет право на компенсацию причиненного ему работодателем морального вреда.

Данное право фактически признано ответчиком, выплатившим ФИО1 в процессе рассмотрения настоящего дела компенсацию в размере 10 000 рублей.

Вместе с тем, принимая во внимание характер допущенного работодателем в отношении ФИО1 нарушения, связанного с трудовыми правами истца, длительный период времени, в течение которого ответчиком не признавалась незаконность действий по применению к ФИО1 меры дисциплинарной ответственности и лишения премии, необходимость обращения работника в суд за восстановлением своих прав, перенесенные им в связи с этим стресс и переживания, наличие у ФИО1 хронических заболеваний, суд полагает выплаченную работодателем в указанной сумме компенсацию недостаточной, и, исходя из принципов разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав истца, приходит к выводу о взыскании в пользу ФИО1 с ответчика в счет возмещения морального вреда 60 000 рублей. Одновременно при определении размера компенсации морального вреда суд считает, что доказательств наличия причинно-следственной связи между незаконными действиями работодателя, связанными с привлечением ФИО1 к дисциплинарной ответственности, и наступлением временной нетрудоспособности истца, равно как и факта причинения ответчиком вреда здоровью ФИО1, в том числе в результате приема последним рекомендованного работником медпункта ФИО5 лекарственного средства, не представлено, с учетом чего, компенсация в указанной сумме взыскивается судом исключительно за незаконное привлечение работника к дисциплинарной ответственности и лишение его премии.

12 октября 2023 года в суд поступило заявление и.о. начальника ГБУЗКО КОБСМЭ о возмещении экспертной организации стоимости расходов за проведенное по настоящему делу исследование в размере 72 631 рубль (т. 4 л.д. 31).

Согласно определению суда от 30 марта 2023 года с учетом определения об исправлении описки от 28 апреля 2023 года расходы по оплате назначенной по ходатайству истца экспертизы были возложены на сторону ответчика, который данную обязанность не исполнил.

В силу ст. 393 Трудового кодекса РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

К судебным расходам на основании статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ относятся государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела.

Установленный статьей 94 Гражданского процессуального кодекса РФ перечень связанных с рассмотрением дела издержек является открытым.

Исходя из указанных положений Гражданского процессуального кодекса РФ, Трудового кодекса РФ, принимая во внимание, что назначение по делу судебно-медицинской экспертизы было необходимо, и разрешить спор без представленного ГБУЗКО КОБСМЭ заключения не представлялось возможным, учитывая характер заявленных ФИО1 исковых требований, вытекающих из трудовых отношений с ответчиком, суд приходит к выводу о взыскании с ООО «Ново ФИО2» в пользу экспертной организации стоимости проведенного исследования в размере 72 631 рубль.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 (паспорт №) к Обществу с ограниченной ответственностью «Ново ФИО2» (4003014954), Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области (ИНН <***>) о взыскании утраченного заработка, компенсации за задержку выплаты утраченного заработка, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ново ФИО2» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 60 000 рублей.

В удовлетворении иска ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Ново ФИО2», Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области о взыскании утраченного заработка, компенсации за задержку выплаты утраченного заработка, компенсации морального вреда в остальной части отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ново ФИО2» в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Калужской области «Калужское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» в возмещение судебных расходов 72 631 рубль.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в окончательной форме в Калужский областной суд через Обнинский городской суд Калужской области.

Решение суда в окончательной форме составлено 18 марта 2024 года.

Судья Е.Н. Куликова