Апелляционное постановление № 22-1108/2025 22К-1108/2025 от 25 декабря 2025 г.

Судья Вакурова О.Н. дело № 22-1108/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Кострома 26 декабря 2025 года

Костромской областной суд в составе:

председательствующего Николаевой Е.И.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Костромской области Апалько Р.Ю.

обвиняемого ФИО1 (по видеоконференц-связи),

защитника – адвоката Ивковой Е.А. (по видеоконференц-связи),

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Клестовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционному представлению Шарьинского межрайонного прокурора Григорьева Н.Н. и апелляционной жалобе потерпевшего ФИО2 на постановление Шарьинского районного суда Костромской области от 15 декабря 2025 года об избрании в отношении подозреваемого ФИО1 ФИО13 меры пресечения в виде домашнего ареста,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, родившийся в <адрес>, согласно представленным материалам на момент принятия обжалуемого судебного решения подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ, совершенного в соучастии с иным лицом ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 05-00 часов до 07-00 часов в общественном месте - на территории, прилегающей к зданию по адресу: <адрес>, где расположен бар «Гостиный двор», в отношении Потерпевший №1 с применением к потерпевшему насилия.

Уголовное дело по указанному факту возбуждено следователем Шарьинского МСО СУ СК РФ по Костромской области 13 декабря 2025 года.

13 декабря 2025 года ФИО1 задержан по подозрению в совершении преступления в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ.

15 декабря 2025 года следователь, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия руководителя соответствующего следственного органа обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до 13 февраля 2026 года включительно.

Постановлением суда в удовлетворении ходатайства следователя отказано, в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на срок на срок 2 месяца, до 13 февраля 2026 года включительно.

В апелляционном представлении Шарьинский межрайонный прокурор Григорьев Н.Н. просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу на срок до 13 февраля 2026 года включительно. Обращает внимание, что в постановлении суд указал, что указанные в ходатайстве следователя выводы том, что подозреваемый может скрыться от органов следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на свидетелей и иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, являются лишь предположениями, не обоснованными убедительными доказательствами этому. Фактически судом указано на отсутствие в материалах следователя всех предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые в равной степени являются обязательными основаниями для избрания любой из мер пресечения, предусмотренных ст. 98 УПК РФ. Вместе с тем, при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста судом указано на наличие оснований, предусмотренных п.п. 1 и 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ. Отрицание этих оснований для заключения под стражу и наличие этих же оснований для избрания домашнего ареста, ставит под сомнение выводы суда, указывает на незаконность и необоснованность такого решения в целом.

Ссылаясь на положения п. 1 ст. 99 УПК РФ, прокурор указывает, что судом не учтены в полной мере тяжесть преступления, его совершение с применением насилия по мотивам ненависти к определенной социальной группе – сотрудникам полиции; предотвращение более тяжких последствий нападения на потерпевшего вследствие появления экипажа ГИБДД в момент нанесения ему телесных повреждений; сведения о личности подозреваемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий, отсутствие противопоказаний к содержанию в ИВС и другие обстоятельства, в том числе, такие как потеря авторитета органов исполнительной власти вследствие отсутствия должной защитной реакции государства на преступления в отношении сотрудников полиции с указанными мотивами.

По мнению прокурора, столь мягкая реакция дает криминально настроенным элементам соответствующий сигнал об отсутствии решительности государства к адекватному пресечению подобного поведения, а у сотрудников полиции порождает отсутствие соответствующих их статусу защищенности. При этом состояние сотрудника никоим образом не оправдывает нападавших, а попросту использовано ими как обстоятельство, облегчающее совершение тяжкого циничного преступления против общественной безопасности.

Подозрение в совершении тяжкого преступления по указанным мотивам группой лиц, грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, циничное поведение при его совершении, указывает на высокую асоциальную направленность личности подозреваемого ФИО1, что указывает на то, что он может продолжать заниматься преступной деятельностью, а также может угрожать присутствующим при совершении преступления свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, а также иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №1 выражает несогласие с постановлением суда, считает его необоснованным и препятствующим объективному расследованию уголовного дела, просит избрать в отношении подозреваемого ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу. Полагает, что ФИО1, несмотря на возложенные ограничения, тем или иным способом получает возможность воздействовать на иных свидетелей, которые в настоящее время еще не допрошены, не учтен тот факт, что на момент совершения преступления в месте его совершения кроме него присутствовали лишь друзья и знакомые подозреваемого, которых ФИО1, в том числе, возможно, за денежное вознаграждение может побудить дать ложные показания в его пользу.

Судом не учтено, что он – потерпевший Потерпевший №1 - является действующим сотрудником полиции, хоть и находился в момент совершения в отношении него противоправных действий, не при исполнении, а в отпуске согласно Федерального закон «О ветеранах» от 12.01.1995 № 5- ФЗ, в связи с тем, что является ветераном боевых действий. В момент начала действий ФИО1 и второго лица им было сразу же озвучено о данном статусе, и что проблемы никому не нужны. При этом после получения данной информации, подозреваемые многократно усилили свою агрессию, а в дальнейшем, увидев, что им не оказывают никакого сопротивления, помимо осуществляемых словесных оскорблений, плевков и физического воздействия, решили заснять осуществляемые ими противоправные действия на видеокамеру сотового телефона явно с целью дальнейшего распространения среди своих знакомых и друзей, чтобы дискредитировать его как сотрудника полиции и в общем сотрудников правоохранительных органов. Считает, что, оставшись на свободе, ФИО1 продолжит распространять информацию о своем крайне циничном и жестоком поступке в отношении сотрудника полиции, доводя до общественности, что при этом они остались на свободе и им это сошло с рук, что может крайне негативно отразиться на деятельности правоохранительных органов на территории г. Шарья и Шарьинского района.

Судом, не были в полной мере учтены особенности личности ФИО1, поскольку он ранее состоял на учете в ПДН МО МВД России «Шарьинский», неоднократно привлекался к административной ответственности, официально нигде не трудоустроен, что указывает о его антиобщественном образе жизни и не о случайности содеянного им деяния, а его прямом негативном отношении к обществу и правоохранительным органам. В том числе не был учтен судом тот факт, что свои противоправные действия ФИО1 прекратил лишь при появлении в месте совершения преступления патрульного автомобиля ДПС, в ходе развития событий, по его-потерпевшего - убеждению, у ФИО1 были намерения причинить ему более серьезные физические повреждения, поскольку ФИО1 был убежден, что они увели его из под зоны камер видеонаблюдения, расположенных на зданиях, и агрессия только усиливалась.

В возражениях на апелляционное представление прокурора и апелляционную жалобу потерпевшего ФИО1 и его защитник- адвокат Ивкова Е.А. считают, что оснований для изменения постановления суда не имеется, приводя следующие доводы:

ФИО1 не судим, к уголовной ответственности не привлекался, в органы внутренних дел не доставлялся, к административной ответственности не привлекался, на профилактических учетах не состоял и не состоит. Вину признавал изначально, показания ФИО1 совпадают с имеющимися в баре видеозаписями, которые приобщены к уголовному делу, а также видеозаписью с телефона ФИО1, которая также имеется в распоряжении следователя. То есть оказывать давление на кого-либо ФИО1 не может и это не имеет смысла, так как показания даны, зафиксированы лично ФИО1 на видеокамеру. То, что потерпевший оказался сотрудником полиции ФИО1 стало известно только после задержания. В материалах дела отсутствует данные, свидетельствующие о фактах общения ФИО1 с участниками дела, в ходе которых он предпринимал попытки склонить их к даче выгодных для себя показаний или создания себе алиби;

в настоящее время ФИО1 предъявлено обвинение. Каких-либо нарушений установленного судом домашнего ареста ФИО1 не допускает. Таким образом, ФИО1 не препятствовал ранее и в настоящее время не препятствует следствию, попыток скрыться от следствия он не предпринимал, давления на участников уголовного судопроизводства он не оказывал и не оказывает, избранную судом меру пресечения не нарушает, имеет постоянное место жительства, характеризуется положительно, у отца ФИО1 - ФИО8 имеется инвалидность 3 группы, заболевание сердца, подтверждающие документы приобщены и учтены судом первой инстанции;

данные обстоятельства в своей совокупности также указывают на отсутствие у ФИО1 антисоциальной установки и необходимости его изоляции, в том числе от его семьи. Одного лишь указания на тяжесть преступления, в совершении которого подозревается ФИО1, недостаточно.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления прокурора и апелляционной жалобы потерпевшего, выслушав прокурора, поддержавшего апелляционное представление и жалобы и полагавшего постановление суда подлежащим отмене, мнение ФИО1 и его защитника, считающих постановление законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и избирая в отношении него меру пресечения в виде домашнего ареста, суд со ссылкой на нормы закона привел в постановлении уголовно-процессуальные основания для избрания меры пресечения, а также соответствующие позиции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Хотя суд и процитировал в постановлении недействующую уже с 11 марта 2025 года редакцию ч.1 ст. 108 УПК РФ, однако правил, предусмотренных этой нормой уголовно-процессуального закона в действующей редакции при принятии решения не нарушал, а меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 не избрал.

В описательно-мотивировочной части постановления при изложении формулировок оснований для избрания мер пресечения судом действительно, как об этом указано в апелляционном представлении, допущены противоречия, однако к числу существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, равно как и необходимость избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу суд апелляционной инстанции такие противоречия отнести не может. Судом в итоге мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 избрана ввиду наличия достаточных оснований полагать, что он может скрыться от следствия и иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, и суд прямо указал в постановлении, что избранная мера пресечения не позволит ФИО1 это сделать. Наличие достаточных оснований полагать возможность совершения подозреваемым указанных действий предусмотрено п.1 и 3 ч.1 ст. 97 УПК РФ в качестве основания для избрания меры пресечения.

Между тем, вопреки доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшего, суд несмотря на наличие указанных оснований обоснованно признал, что они сами по себе еще не являются достаточными для заключения ФИО1 под стражу. Этот вывод суда основан на тщательном изучении данных о личности ФИО1 и его поведении в процессе расследования дела.

ФИО1 подозревается в совершении преступления, не относящегося к категории особо тяжких, ранее не судим, к административной ответственности в течение последних 2 лет не привлекался, на каких-либо профилактических учетах не состоит, характеризуется по месту жительства удовлетворительно, свою причастность к совершению преступления признает, дает показания, противодействия следствию не оказывает, имеет постоянное место жительства в г. Шарья Костромской области, где проживает с семьей, в том числе с отцом – инвалидом 3 группы, нуждающимся в помощи, по утверждению защитника, выдал следствию видеозапись расследуемых событий, которую вел на телефон.

При таких обстоятельствах суд обоснованно признал, что установленный порядок судопроизводства по делу может быть обеспечен путем избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Доводы апелляционного представления прокурора и жалобы потерпевшего о том, что преступление было совершено по мотивам ненависти к определенной социальной группе - сотрудникам полиции, не подтверждены представленными суду материалами. Более того, защитой в суд апелляционной инстанции представлена копия постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 19 декабря 2025 года, из которого следует, что признак, предусмотренный п. «б» ч.1 ст. 213 УК РФ, в вину ФИО1 не вменяется; о предотвращении каких-либо более тяжких последствий в результате появления на месте происшествия экипажа ГИБДД в этом постановлении также упоминаний нет.

Доводы прокурора и потерпевшего о том, что «столь мягкая» реакция суда на совершенное преступление может иметь негативные последствия для авторитета правоохранительных органов и формирования чувства защищенности у сотрудников полиции, носят неправовой характер, поскольку противоречат определенным уголовно-процессуальным законом целям избрания меры пресечения и не могут быть признаны основанием для заключения ФИО1 под стражу. Мера пресечения не является наказанием, при ее избрании не решаются вопросы восстановления социальной справедливости, избрание меры пресечения является лишь средством обеспечения надлежащего судопроизводства по делу. В данном случае избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде домашнего ареста, которая по характеру правоограничений лишь ненамного мягче заключения под стражу, способна установленный порядок судопроизводства обеспечить, а запреты, которым ФИО1 подвергнут судом на время домашнего ареста, исключают возможность совершения им тех действий, которых в апелляционной жалобе опасается потерпевший Потерпевший №1

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционного представления прокурора и апелляционной жалобы потерпевшего не имеется.

Вместе с тем, устанавливая срок применения меры пресечения в виде домашнего ареста, суд не учел, что в соответствии с ч.2 ст. 107 УПК РФ срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения судом решения об избрании данной меры пресечения. Поэтому с учетом принятия судом решения 15 декабря 2025 года установленный судом срок домашнего ареста до 13 февраля 2026 года включительно по общей продолжительности не может быть равен 2 месяцам, как об этом указано в постановлении суда. В данном случае следует правильно указать об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста на срок 1 месяц 30 суток (с учетом в декабре 31 дня и в январе 31 дня).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Шарьинского районного суда Костромской области от 15 декабря 2025 года об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении подозреваемого ФИО1 ФИО13 изменить, считать установленным общий срок избранного в отношении ФИО1 домашнего ареста 1 месяц 30 суток, в остальном постановление суда оставить без изменения, а апелляционное представление Шарьинского межрайонного прокурора Григорьева Н.Н. и апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1 – без удовлетворения.

Кассационные жалобы, представление могут быть поданы во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.И. Николаева