Решение № 2-484/2020 2-484/2020~М-470/2020 М-470/2020 от 23 сентября 2020 г. по делу № 2-484/2020

дело № 2-484/2020

УИД 56RS0015-01-2020-000912-82


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кувандык 23 сентября 2020 года

Кувандыкский районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Беловой Л.В.,

при секретаре Филатовой О.Н.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4, акционерному обществу «Южно-Уральский криолитовый завод» о признании недействительным договора на приватизацию квартиры от 18 октября 1993 года в части, включении в число собственников квартиры, определении долей в праве собственности на квартиру, восстановлении срока принятия наследства, включении в состав наследства <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру, признании права собственности на <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд к ФИО4 с иском о признании недействительным в части договора на приватизацию квартиры, включении в число собственников квартиры, включении в состав наследства <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру, признании за ней права собственности на <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру. В обоснование требований указала, что 18 октября 1993 года между акционерным обществом «Южно-Уральский криолитовый завод», с одной стороны, и её родителями Г.А.А. и ФИО4, с другой стороны, заключен договор на приватизацию квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. На момент заключения указанного договора она являлась несовершеннолетней, вместе с родителями и братом Г.Е.А. проживала и была зарегистрирована в данной квартире, но её неправомерно не включили в число участников приватизации. Органы опеки и попечительства не давали разрешения на её отказ от участия в приватизации квартиры.

ДД.ММ.ГГГГ умер её отец Г.А.А. После его смерти с заявлением о принятии наследства к нотариусу она в установленный шестимесячный срок не обратилась, так как ФИО4 пояснила, что сама включит её в число наследников и передаст ей в собственность часть наследуемого имущества в виде <данные изъяты> доли спорной квартиры.

22 июля 2019 года после обращения к нотариусу она узнала, что квартира приватизирована только в собственность родителей и она не включена в число наследников после смерти отца.

Просит признать недействительным договор на приватизацию квартиры от 18 октября 1993 года в части передачи квартиры в собственность Г.А.А. и ФИО4; включить её в число участников приватизации квартиры, расположенной по адресу: <адрес>; определить её долю в праве собственности на указанную квартиру в размере <данные изъяты>, доли Г.А.А. и ФИО4 – по <данные изъяты> каждому; включить в состав наследства после смерти Г.А.А. <данные изъяты> доли в общей долевой собственности на квартиру, признать за ней право собственности на <данные изъяты> долей в праве общей долевой собственности на квартиру, за ФИО4 – на <данные изъяты> долей. Также просила взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 6200 рублей, по оплате услуг представителя – 10000 рублей (л.д.5-8).

18 августа 2020 года истец ФИО1 в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) изменила предмет иска и дополнительно к заявленным требованиям просила восстановить ей срок принятия наследства после смерти отца Г.А.А. (л.д.61-64).

Определением суда от 18 августа 2020 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено акционерное общество «Южно-Уральский криолитовый завод» (далее – АО «Южно-Уральский криолитовый завод») (л.д.67).

В судебном заседании истец ФИО1 просила исковые требования удовлетворить. Пояснила, что она с детства и до лета 2006 года проживала вместе с родителями Г.А.А. и ФИО4 в их квартире по адресу: <адрес>, до 05 августа 2015 года была зарегистрирована в указанной квартире. Иногда забирала квитанции по коммунальным платежам, в которых собственником был указан Г.А.А. Впоследствии она стала снимать квартиру со С.М.А. и ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировала с ним брак, у них родилось двое детей: в ДД.ММ.ГГГГ – С.В., в ДД.ММ.ГГГГ - С.В.. Оба ребенка сразу после рождения были зарегистрированы в квартире родителей с согласия ФИО4 Она считала её собственницей квартиры. В 2015 году она (ФИО1) на средства материнского капитала и за счет денежных средств, подаренных родителями, купила квартиру по адресу: <адрес>. Документы на данную квартиру находились сначала у родителей, а с декабря 2015 года - у неё в квартире, но с их содержанием она не знакомилась. ДД.ММ.ГГГГ умер её отец Г.А.А., о чем она узнала в этот же день, хоронила отца. После его смерти о наличии наследственного имущества, о сроках и порядке принятия наследства ей не было известно. 10 июля 2019 года ФИО4 предложила ей пойти к нотариусу и отказаться от своей доли в наследстве. После этого она проконсультировалась у юриста и 22 июля 2019 года обратилась к нотариусу Р.Г.А., взяв с собою документы на свою квартиру. Среди данных документов находился договор на приватизацию квартиры родителей от 18 октября 1993 года. Ознакомившись с документами, нотариус разъяснила, что она неправомерно не была включена в число участников приватизации квартиры. Полагает, что срок исковой давности ею не пропущен. Пояснила также, что её брат Г.Е.А. умер в 2008 году, детей и супруги у него не было. Просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца ФИО1 - ФИО2, действующий на основании доверенности от 24 июля 2019 года (л.д.10), просил исковые требования удовлетворить по доводам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что ФИО1 срок обращения в суд не пропустила, так как о наличии договора на приватизацию квартиры узнала только 22 июля 2019 года после обращения к нотариусу.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО3, действующий на основании доверенности от 28 июля 2020 года (л.д.43), иск не признал. Пояснил, что с текстом договора на приватизацию квартиры ФИО1 ознакомилась в несовершеннолетнем возрасте, когда жила с родителями. В 2015 году родители подарили ФИО1 денежные средства в размере <данные изъяты> рублей на покупку квартиры по адресу: <адрес>, пояснив, что это компенсация за то, что она не участвовала в приватизации квартиры № в этом же доме. Просил применить к требованиям истца последствия пропуска срока исковой давности и в удовлетворении иска отказать.

Ответчик ФИО4, представитель ответчика АО «Южно-Уральский криолитовый завод» в судебное заседание не явились, о времени и месте разбирательства по делу извещены надлежащим образом. На основании части 3 статьи 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ответчиков.

В письменном отзыве на иск представитель ответчика АО «Южно-Уральский криолитовый завод» указал, что в 1997 году жилой дом по адресу: <адрес> передан на баланс администрации <адрес> и снят с балансового учета завода. Просил рассмотреть дело в соответствии с имеющимися доказательствами.

Суд, выслушав истца и представителей сторон, допросив свидетелей, исследовав документы дела, приходит к следующему.

Установлено судом и подтверждается материалами дела, что по договору на приватизацию квартиры, заключенному 18 октября 1993 года с АО «Южно-Уральский криолитовый завод», двухкомнатная квартира, площадью <данные изъяты> кв.м, расположенная по адресу: <адрес>, передана в совместную собственность без определения долей Г.А.А. и ФИО4 Право их совместной собственности на данную квартиру зарегистрировано в ГУП «Техническая инвентаризация» 08 ноября 1993 года (л.д.85), в Едином государственном реестре недвижимости – 17 апреля 2014 года (л.д.86-87).

Согласно пункту 1 указанного договора, справки о составе семьи, на момент приватизации в квартире помимо Г.А.А. и ФИО4 проживали и были зарегистрированы их несовершеннолетние дети Г.Е.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.41).

Г.Е.А. умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д.88), Г.А.А. - ДД.ММ.ГГГГ (л.д.15).

Обращаясь в суд с исковым заявлением о признании договора на приватизацию квартиры от 18 октября 1993 года недействительным в части, ФИО1 указала, что при заключении данного договора нарушены её права, так как на тот момент она была несовершеннолетней, проживала в квартире, но без законных оснований её не включили в число участников приватизации квартиры.

Данные доводы истца являются необоснованными.

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора, граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, приобрести эти помещения в собственность, в том числе в совместную, долевую. При этом закон не предусматривал включение в число собственников жилого помещения несовершеннолетних лиц, а также не требовалось согласия органов опеки и попечительства на отказ от прав несовершеннолетних детей на приватизацию жилого помещения.

Норма об обязательном включении несовершеннолетних в договор приватизации была введена Федеральным законом от 11 августа 1994 года №26-ФЗ, то есть на момент приватизации спорной квартиры не действовала.

Таким образом, договор на приватизацию квартиры был заключен 18 октября 1993 года в соответствии с требованиями действующего на момент его заключения законодательства и оснований для признания его недействительным в части невключения в него ФИО1 не имеется.

Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности, о применении которого заявлено в судебном заседании представителем ответчика ФИО4 – ФИО3

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 78 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшего до 01 января 1995 года, общий срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), устанавливается в три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции, действовавшей до 25 июля 2005 года, иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось её исполнение.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции, действовавшей с 26 июля 2005 года, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» предусматривает, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи199 Гражданского кодекса РФ). Оспариваемый договор на приватизацию квартиры заключен 18 октября 1993 года и зарегистрирован 08 ноября 1993 года (оборотная сторона л.д. 85). С этой даты началось его исполнение и, соответственно, течение срока исковой давности. В 2001 году ФИО1 достигла совершеннолетнего возраста и с указанного времени имела возможность самостоятельно защищать свои права, однако настоящий иск подала впервые в суд 16 августа 2019 года по истечении более 25 лет с момента начала исполнения договора и с пропуском срока исковой давности (л.д.130-133).

При этом, проживая в спорной квартире до 2006 года, будучи зарегистрированной в ней до 05 августа 2015 года и входя в круг лиц, обязанных нести бремя расходов по оплате за квартиру, ФИО1 могла и должна была узнать о статусе квартире и её собственниках с 2001 года. В судебном заседании истец пояснила, что при совместном проживании с родителями она забирала квитанции по оплате коммунальных платежей и видела, что собственником квартиры в них указан Г.А.А. Также из показаний истца установлено, что в 2007 и 2014 годах с согласия ФИО4 она зарегистрировала в квартире родителей по адресу: <адрес> своих несовершеннолетних детей и на момент регистрации детей считала, что собственником указанной квартиры является ФИО4

С 17 апреля 2014 года - даты государственной регистрации права собственности Г-вых на квартиру в Едином государственном реестре недвижимости - сведения о собственниках квартиры стали общедоступными и истец могла свободно получить их либо поинтересоваться у родителей, с которыми у неё до смерти отца были хорошие отношения, о том приватизирована спорная квартира или нет, то есть могла узнать о нарушении своих прав и имела реальную возможность при несогласии с такими условиями приватизации своевременно оспорить указанный договор в суде.

Кроме того, копия договора на приватизацию квартиры от 18 октября 1993 года с декабря 2015 года находилась в квартире истца, что она подтвердила в судебном заседании, и с указанного времени она также могла ознакомиться с содержанием договора.

Допрошенная в судебном заседании свидетель С.В.А. пояснила, что в 2015 году при передаче денежных средств ФИО1 для покупки квартиры по адресу: <адрес>, её родители Г.А.А. и ФИО4 сообщили ей о том, что денежные средства они передают в качестве компенсации за то, что ФИО1 не была включена состав участников приватизации их квартиры.

При таких обстоятельствах, доводы ФИО1 о том, что она только 22 июля 2019 года от нотариуса узнала о приватизации квартиры и о нарушении своих прав является несостоятельным.

В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Вместе с тем, истцом не подавалось ходатайство о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд, никаких допустимых доказательств, объективно свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности, не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что требование ФИО1 о признании недействительным в части договора на приватизацию квартиры от 18 октября 1993 года и производные от него требования о включении её в число участников приватизации квартиры по адресу: <адрес>, об определении ей <данные изъяты> доли в праве собственности на указанную квартиру, Г.А.А. и ФИО4 – по <данные изъяты> долей, не подлежат удовлетворению.

Необоснованными являются и требования истца о восстановлении срока принятия наследства после смерти Г.А.А., включении в состав наследства <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру, признании права собственности на <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру за ней и на <данные изъяты> долей за ФИО4

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умер Г.А.А. (л.д.15). После его смерти открылось наследство.

В силу абзаца 1 статьи 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

Завещание и наследственный договор наследодателем не составлялись.

Истец ФИО1 (до заключения брака ФИО5) является дочерью Г.А.А., что подтверждается свидетельством о её рождении серии № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13), справкой о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.128), то есть, в силу статьи 1142 Гражданского кодекса РФ относится к наследникам по закону первой очереди после смерти отца Г.А.А.

Другим наследником первой очереди по закону является супруга наследодателя – ответчик по делу ФИО4

В соответствии с пунктом 1 статьи 1152 Гражданского кодекса РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (пункт 1 статьи 1154 Гражданского кодекса РФ).

Согласно статье 1113 Гражданского кодекса РФ, наследство открывается со смертью гражданина.

В силу пункта 3 статьи 192, пункта 1 статьи 1154 Гражданского кодекса РФ срок принятия наследства после смерти Г.А.А. истек ДД.ММ.ГГГГ. Наследство приняла его супруга ФИО4, свидетельство о праве на наследство не выдавалось, отказавшихся от наследства нет, что следует из ответа нотариуса Кувандыкского городского округа Оренбургской области К.Е.М. (л.д.35).

ФИО1 срок принятия наследства пропустила.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1155 Гражданского кодекса РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании», требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 Гражданского кодекса РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Таким образом, основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства - смерти наследодателя, но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не знал и не должен был знать об этом событии по объективным, независящим от него обстоятельствам, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением. Другой уважительной причиной пропуска срока принятия наследства, влекущей возможность его восстановления судом, являются обстоятельства, связанные с личностью истца.

Из пояснений истца ФИО1 в судебном заседании установлено, что о смерти отца Г.А.А. она узнала ДД.ММ.ГГГГ, была на его похоронах. В установленный законом срок не обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, так как не знала о порядке и сроках принятия наследства, ей не было известно о наличии наследственного имущества. Её мать ФИО4 обещала ей, что сама включит её в число наследников. К нотариусу она обратилась только 22 июля 2019 года.

Данные обстоятельства в судебном заседании подтвердил и допрошенный в качестве свидетеля по делу супруг истца – С.А.М.

Вместе с тем, незнание наследника о составе наследственного имущества, о порядке и сроках принятия наследства в силу разъяснений, содержащихся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании», не является уважительной причиной пропуска срока принятия наследства.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о невозможности ФИО1 по объективным причинам, связанным с её личностью (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), обратиться к нотариусу в шестимесячный срок после смерти отца, суду не представлено.

Кроме того, истцом пропущен шестимесячный срок, установленный для обращения в суд, так как о праве на получение наследства, как следует из иска и пояснений ФИО1 в суде, она узнала 22 июля 2019 года, в суд с настоящим иском обратилась 15 июля 2020 года, а требование о восстановлении срока принятия наследства заявила только 18 августа 2020 года (л.д.61-64). Данный срок восстановлению не подлежит.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении требования ФИО1 о восстановлении срока принятия наследства после смерти отца Г.А.А. и в удовлетворении производных требований о включении в состав наследства Г.А.А. <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, о признании за истцом права собственности на <данные изъяты> долей и за ФИО4 – на <данные изъяты> долей в праве собственности на данную квартиру следует отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статьей 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя.

Истцом ФИО1 при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 6109 рублей, что подтверждается чеком - ордером от 26 декабря 2019 года на сумму 5709 рублей (л.д.3) и чеком - ордером от 31 июля 2019 года на сумму 400 рублей (л.д.4). Также истцом оплачены услуги представителя ФИО2 в сумме 10000 рублей, что видно из договора на оказание юридических и консультационных услуг от 24 июля 2019 года, квитанции к приходному кассовому ордеру № от 24 июля 2019 года (л.д.135-140).

Суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме, поэтому судебные расходы истца по оплате государственной пошлины в сумме 6109 рублей и по оплате услуг представителя в сумме 10000 рублей взысканию с ответчиков не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

отказать ФИО1 в удовлетворении иска к ФИО4, акционерному обществу «Южно-Уральский криолитовый завод» о признании недействительным договора на приватизацию квартиры от 18 октября 1993 года в части, включении в число собственников квартиры, определении долей в праве собственности на квартиру, восстановлении срока принятия наследства, включении в состав наследства <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру, признании права собственности на <данные изъяты> долей в праве собственности на квартиру, взыскании судебных расходов в полном объеме заявленных требований.

Решение суда может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Кувандыкский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.В. Белова