Решение № 2-3371/2017 2-3371/2017~М-3098/2017 М-3098/2017 от 24 октября 2017 г. по делу № 2-3371/2017

дело № 2-3371/2017

мотивированное
решение изготовлено 30 октября 2017 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Рыбинский городской суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Голованова А.В.,

при секретаре Лебедевой А.О.,

с участием прокурора Салюк В.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Рыбинске 25 октября 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Гидромех сталь» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в Рыбинский городской суд с исковым заявлением (с учетом уточнения) к АО «Гидромех сталь» о взыскании компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.

Свои требования истец мотивирует следующими обстоятельствами.

Истец работал в АО «Гидромех сталь» на участке <данные изъяты>. Стаж работы в данной профессии составляет <данные изъяты> лет, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет <данные изъяты> лет.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном обследовании и лечении в <данные изъяты>, поступил туда с жалобами на <данные изъяты>. В ходе медицинского осмотра было установлено, что <данные изъяты>. В результате дополнительного обследования в <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ было установлено профессиональное заболевание - <данные изъяты>. Истцу противопоказана работа в контакте с пылью, веществами фиброгенного, раздражающего, аллергизирующего, сенсибилизирующего, токсического действия, в неблагоприятных микроклиматических условиях. Также истцу было рекомендовано наблюдение и постоянное лечение у врачей-специалистов, санаторно-курортное лечение, а также динамическое наблюдение в <данные изъяты>.

Профессиональное заболевание получено при следующих обстоятельствах: в течение <данные изъяты> лет ФИО1 работал в условиях <данные изъяты>, в контакте с <данные изъяты>, в повышенном шуме и с физическими перегрузками рук. В соответствии со сведениями, содержащимися в санитарно-гигиенической характеристике условий труда, время воздействия вредного производственного фактора, <данные изъяты>, составляло 100 % рабочей смены. По факту обнаружения у истца профессионального заболевания был составлен Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов: <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно ст. 22, 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, но никакие медико-профилактические мероприятия с целью предотвращения появления данного профессионального заболевания не проводились. Вина истца в получении профессионального заболевания отсутствует.

В результате полученного профессионального заболевания истцу были причинены физические и нравственные страдания. <данные изъяты>. Заболевание неизлечимо, в дальнейшем оно будет развиваться только с отрицательной динамикой.

Из-за постоянных болей в руках истец <данные изъяты>. Для восстановления здоровья нуждается в регулярных консультациях медицинских специалистов; вынужден нести дополнительные расходы, поскольку требуется проходить сложные медицинские диагностические исследования, чтобы следить за состоянием здоровья.

На основании вышеизложенного, в соответствии со ст. 151, 1064, 1083 ГК РФ, ст. 2, 212 ТК РФ, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» истец просит о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, размер компенсации морального вреда оценивает в размере 300 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца адвокат Трофимова Н.В., действующая на основании ордера, исковые требования поддержали в полном объеме с учетом уточнения по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «Гидромех сталь» в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте судебного заседания надлежаще. Ранее в судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности, возражал относительно удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление (л.д. 32-33), указав, что истцом не доказана причинно-следственная связь между причиненным вредом здоровью истца и действиями ответчика. Кроме того, трудовая деятельность истца осуществлялась не только на АО «Гидромех сталь» и не только в <данные изъяты>, что при оценке условий, в которых работал ФИО1 не было учтено, в частности, ФИО1 работал <данные изъяты> с условиями вредности производства.

Третье лицо АО «Завод гидромеханизации» извещено о дате, времени и месте судебного заседания надлежаще, в судебное заседание представителя не направило.

Третье лицо АО «ОДК-Газовые турбины» извещено о дате, времени и месте судебного заседания надлежаще, в судебное заседание представителя не направило.

Суд с учетом мнения участвующих в деле лиц, определил: рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. ст. 21, 22 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, а работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в иных случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

Судом установлено, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - работал в <данные изъяты>.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал <данные изъяты> по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1 работал в АО «Гидромех сталь» по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>.

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ прекращен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ (по заявлению работника).

На наличие вредных производственных факторов при работе обрубщиком указывает характеристика условий труда рабочего места обрубщика (л.д. 21-23).

ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт № о случае профессионального заболевания. ФИО1 был установлен заключительный диагноз: <данные изъяты>.

Согласно п. 9 акта № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет <данные изъяты>:

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - работал в <данные изъяты>;

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - работал <данные изъяты>:

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - работал в <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> производство переименовано в ЗАО «Гидромех сталь».

Согласно п. 18 акта № о случае профессионального заболевания причиной профессионального заболевания истца послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно п.20 акта № о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание истца возникло в результате длительного, в течение <данные изъяты> лет воздействия повышенных концентраций <данные изъяты>.

Наличия вины истца в возникновении и развитии у него профессионального заболевания по результатам расследования установлено не было, что отражено в Акте № о случае профессионального заболевания.

По сведениям от ДД.ММ.ГГГГ, представленным из ГУ Ярославское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ФИО1 не является получателем страховых выплат в отделении Фонда, сведениями об установлении степени утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 отделение Фонда не располагает.

Из справки, выданной Бюро № 8 ФКУ МСЭ по Ярославской области серии № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности в связи с полученным профзаболеванием от ДД.ММ.ГГГГ (акт о проф. заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ). Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ

Согласно выписки-эпикриз из истории болезни № <данные изъяты>, выписке-эпикриз из медицинской карты № у ФИО1 имеется заболевание: <данные изъяты>.

Заключение – основное заболевание: профессиональное, сопутствующее – общие. Противопоказана работа в контакте с пылью, веществами фиброгенного, раздражающего, аллергизирующего, сенсибилизирующего и токсического действия, в неблагоприятных микроклиматических условиях. Рекомендовано избегать переохлаждений, наблюдение и лечение у специалистов по месту жительства, санаторно-курортное лечение в санатории <данные изъяты>.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний"). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии с п. 22 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания N 12 от 14 декабря 2015 года, выданной Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека условия труда обрубщика не соответствуют санитарно-гигиеническим нормативам по показателям: запыленность (кремнесодержащая пыль), производственный шум, локальной вибрации, тяжести трудового процесса.

Ответчик не представил доказательств выполнения мероприятий в целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний или отравлений, предусмотренных п. 22 акта № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания.

По информации, представленной АО «ОДК-Газовые турбины» истец был включен в список работников, подлежащих прохождению периодического медицинского осмотра (ПМО) в <данные изъяты>, который проходил с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ По результатам прохождения ПМО никаких отклонений по состоянию здоровья у ФИО1 выявлено не было. В 2010 году ФИО1 также был включен вместе с другими работниками вредных профессий в список работников, подлежащих прохождению периодического медицинского осмотра (ПМО) в <данные изъяты>, который проходил с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ По результатам прохождения ПМО никаких отклонений по состоянию здоровья у ФИО1 также выявлено не было. Поскольку, аттестация рабочих мест (в цехе №, предположительно проводилась в ДД.ММ.ГГГГ, то все документы по ней находятся в ПАО «<данные изъяты>», либо в городском архиве и в ОАО «<данные изъяты>» не передавались, т.к. до ДД.ММ.ГГГГ АО «ОДК-ГТ» (ОАО «<данные изъяты>») входило в состав ПАО «<данные изъяты>» (ОАО «<данные изъяты>»). В ДД.ММ.ГГГГ в связи с падением в ОАО «<данные изъяты>» объемов производства <данные изъяты> для собственных нужд и отсутствием договоров со сторонними заказчиками, <данные изъяты> цех № был упразднен со штатной численностью и рабочими местами (Приказ ГД от ДД.ММ.ГГГГ №), возможности представить информацию по характеристике условий труда рабочего места обрубщика нет, т.к. цеховые документы не сохранились.

Согласно п. 4 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ дать описание условий труда <данные изъяты> в цехе № ОАО «<данные изъяты>» не представляется возможным в связи с ликвидацией <данные изъяты>.

Указывая в отзыве на иск на необходимость учета периода работы ФИО1 <данные изъяты> в цехе № ОАО «<данные изъяты>», а также иных периодов работы, ответчик не представил доказательств возникновения у истца профессионального заболевания в период работы у других работодателей, в порядке ст. 56 ГПК РФ.

Доказательства возникновения профессионального заболевания вследствие непреодолимой силы, либо умысла самого работника, ответчиком также не представлены.

Факт причинения вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания <данные изъяты> подтвержден материалами дела, в том числе актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причиной данного заболевания явилось длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ, а непосредственной причиной профессионального заболевания истца послужило <данные изъяты>

Суд приходит к выводу о том, что между профессиональным заболеванием истца и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов во время работы у ответчика, имеется причинно-следственная связь, так как ответчик не создал истцу безопасных условий труда, тем самым, причинил ему моральный вред в результате профессионального заболевания.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд учитывает, что ему был причинен вред здоровью при исполнении трудовых обязанностей, он утратил профессиональную трудоспособность на 10 %.

С учетом степени вины ответчика, степени физических и нравственных страданий истца, продолжительности работы ФИО1 у ответчика, отсутствие ранее у истца профессионального заболевания, факт выявления данного заболевания, степень утраты профессиональной трудоспособности истцом, состояние здоровья истца, принципы разумности и справедливости, баланс интересов сторон, суд полагает определить компенсацию в размере 100 000 руб.

В остальной части иска суд полагает отказать.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с АО «Гидромех сталь» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 300 рублей с зачислением в бюджет ГО гор. Рыбинск.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Удовлетворить исковые требования частично.

Взыскать с акционерного общества «Гидромех сталь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда - 100 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Гидромех сталь» государственную пошлину в размере 300 рублей с зачислением в бюджет городского округа город Рыбинск.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.В. Голованов