Постановление № 44Г-50/2018 4Г-406/2018 от 14 мая 2018 г. по делу № 2-296/2017

№ 44г-50/2018


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Хабаровского краевого суда

г. Хабаровск 14 мая 2018 года

Президиум Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего Барабанова С.Г.,

членов президиума Мироновой Л.Ю., Трофимовой Н.А.,

ФИО3

при секретаре Ксьонжик А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о признании недействительными и исключении из Единого государственного реестра недвижимости сведений об описании местоположения границ земельных участков, установлении границ земельных участков,

по встречному иску ФИО5 к ФИО4 о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права,

по кассационной жалобе ФИО5 на решение суда района имени Лазо Хабаровского края от 15 сентября 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 декабря 2017 года.

Заслушав доклад судьи И.И. Куликовой, объяснения ФИО4, её представителя ФИО6, объяснения ФИО5, президиум Хабаровского краевого суда

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратилась в суд с настоящим иском к ФИО5, с учетом уточненных требований просила признать недействительными и исключить из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН) сведения об описании местоположения границ земельных участков, расположенных по <адрес>, принадлежащих истцу и ответчику соответственно, установить их границы в соответствии с заключением кадастрового инженера № от 17 мая 2017 года. Требования мотивировала тем, что указанные земельные участки являются смежными. В 2008 году на земельном участке ответчика были проведены кадастровые работы, в результате которых уточнена смежная граница, разделяющая земельные участки сторон. Межевые знаки по границе не устанавливались, в связи с чем истец полагала, что общая граница земельных участков проходит по разделяющему их забору. В 2015 году ФИО5 убрала забор, разделяющий земельные участки, и использует часть земельного участка истца общей площадью 245 кв.м. Полагает, что при проведении кадастровых работ в 2008 году неправильно было установлено местоположение общей границы смежных земельных участков, что повлекло нарушение прав истца как смежного собственника.

ФИО5 обратилась в суд со встречным иском к ФИО4 о возложении обязанности восстановить смежную границу земельных участков, указав, что смежная граница земельных участков сторон установлена в соответствии с действующим законодательством, границы принадлежащего ФИО5 земельного участка были согласованы со смежными землепользователями, в том числе с прежним правообладателем принадлежащего ФИО4 земельного участка, сведения о местоположении земельного участка ФИО5 внесены в Единый государственный реестр недвижимости. Фактически ФИО4, сместив колышки, обозначающие смежную границу, использует часть принадлежащего ФИО5 земельного участка площадью 150 кв.м.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены администрация Могилевского сельского поселения муниципального района имени Лазо Хабаровского края, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю, ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю».

Решением суда района имени Лазо Хабаровского края от 15 сентября 2017 года в удовлетворении исковых требований ФИО4 и встречных исковых требований ФИО5 отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 декабря 2017 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО5 и ФИО4 – без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО5, поступившей в Хабаровский краевой суд 6 февраля 2018 года, ставится вопрос об отмене состоявшихся судебных постановлений в связи с допущенными судами, разрешившими дело, нарушениями норм права.

15 февраля 2018 года гражданское дело истребовано в Хабаровский краевой суд, поступило 28 февраля 2018 года.

Определением судьи Хабаровского краевого суда от 17 апреля 2018 года кассационная жалоба ФИО5 передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Хабаровского краевого суда.

В судебном заседании ФИО5 поддержала доводы кассационной жалобы, просила жалобу удовлетворить.

ФИО4, её представитель ФИО6 просили состоявшиеся по делу судебные постановления отменить, поскольку спор о местоположении границ земельных участков не был разрешен по существу. Относительно варианта определения местоположения границ земельных участков полагают необходимым установить смежную границу земельных участков согласно требований истца.

Представитель администрации Могилевского сельского поселения муниципального района им. Лазо, ФГБУ «Федеральная кадастровая палата», Росреестра по Хабаровскому краю, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не известили, об отложении дела не просили.

В соответствии с частью 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы гражданского дела, заслушав объяснения ФИО5, ФИО4, её представителя ФИО6, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно доводов кассационной жалобы, президиум Хабаровского краевого суда находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению в части по следующим основаниям.

В силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения вступивших в законную силу судебных постановлений являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении и разрешении настоящего дела.

При разрешении дела судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО4 на основании договора купли-продажи от 7 марта 2013 года, заключенного с ФИО1 является собственником земельного участка № по <адрес> края с кадастровым номером №, площадью 6100 кв.м., сведения о котором в ГКН впервые внесены 27 октября 1992 года.

ФИО5 на основании договора дарения от 25 февраля 2014 года является собственником земельного участка № по <адрес> края с кадастровым номером № площадью 5000 кв.м., сведения о котором в ГКН впервые внесены 28 ноября 2005 года.

Указанные земельные участки являются смежными, были предоставлены для ведения личного подсобного хозяйства, относятся к категории земель населенных пунктов и имеют статус ранее учтенных. На местности граница между ними обозначена межой и забором.

В декабре 2008 года границы земельного участка с кадастровым номером № были уточнены прежним землевладельцем ФИО2, с внесением соответствующих сведений в ГКН.

Уточнение границ земельного участка произведено по согласованию с собственником смежного земельного участка ФИО1, которым 25 августа 2008 года при выполнении работ по уточнению границ указанного земельного участка подписан акт согласования.

В ходе судебного разбирательства судом по делу назначена землеустроительная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Межевание плюс».

По результатам проведенной судебной экспертизы составлено заключение № от 23 июня 2017 года, из которого следует:

- границы (конфигурация и площадь), внесенные в ГКН, земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО4, не соответствуют границам и площади, определенным в правоустанавливающем документе (государственный акт на землю № от 27.10.1992);

- фактическое местоположение границ участка № отличается от границ в договоре купли-продажи от 7 марта 2013 года;

- фактически используемый земельный участок № налагается на кадастровые границы соседнего земельного участка с кадастровым номером 27:08:0010213:64, площадь наложения составляет 150 кв.м.;

- технических или реестровых ошибок в сведениях ГКН на смежные земельные участки не выявлено.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО4, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 6, 25 Земельного кодекса Российской Федерации, статей 7, 22, 38 Федерального закона от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», и исходил из того, что местоположение границ принадлежащего ФИО5 земельного участка № произведено по согласованию с собственником смежного земельного участка ФИО1, у которого в 2013 году ФИО4 приобрела земельный участок по договору купли-продажи, и которым 25 августа 2008 года при выполнении работ по уточнению границ указанного земельного участка был подписан акт согласования.

Суд пришел к выводу о том, что граница, разделяющая земельные участки с кадастровыми номерами №, была описана и отражена в государственном кадастре недвижимости с учетом мнения (по согласованию) собственников таких земельных участков, в соответствии с требованиями земельного законодательства.

Отказывая в удовлетворении встречного иска ФИО5, суд первой инстанции исходил из того, что 26 октября 2016 года смежная граница была установлена в натуре, закреплена на местности кадастровым инженером и передана заказчику ФИО5, что подтверждено соответствующим актом кадастрового инженера от 26 октября 2016 года. При закреплении границы на местности ни кадастровым инженером, ни самой ФИО5 несоответствий границы, закрепленной на местности, сведениям, внесенным в ГКН, не выявлено, размер земельного участка ФИО5 не изменился, что подтверждено их подписями в акте. Доказательств смещения ФИО4 колышков, обозначающих смежную границу, не представлено, в связи с чем суд пришел к выводу об отсутствии нарушений прав ФИО5

Проверяя законность и обоснованность решения суда первой инстанции суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что исковые требования ФИО4 и встречные требования ФИО5 не подлежат удовлетворению, но по иным основаниям.

Так, коллегия указала, что избранный в иске способ защиты прав и интересов ФИО4 не соответствует принципу добросовестного осуществления гражданских прав, поскольку предъявленные ФИО4 требования об оспаривании всех границ земельных участков, принадлежащих истцу и ответчику имеет целью изменение не только общей границы, которая находится в споре, но и всех границ двух смежных земельных участков, тогда как иные границы земельных участков в споре не состоят. Поэтому избранный ФИО4 способ защиты прав является ненадлежащим.

В этой связи, расценив действия ФИО4 как злоупотребление правом, коллегия отказала в удовлетворении исковых требований ФИО4 по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом суд апелляционной инстанции исключил из мотивировочной части решения выводы суда первой инстанции о недоказанности ФИО4 предъявленного иска, невозможности разрешения спора на основании представленных в деле доказательств, как не имеющие правового значения для разрешения настоящего дела.

Относительно встречных требований ФИО5 суд апелляционной инстанции указал, что они не могут быть удовлетворены без разрешения спора об установлении границы, разделяющей смежные земельные участки.

Президиум Хабаровского краевого суда находит выводы суда апелляционной инстанции постановленными с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

В соответствии со статьей 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных данной главой, либо без учета таких особенностей при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

В силу требований статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в апелляционном определении должно быть указано краткое содержание обжалуемого решения суда первой инстанции, апелляционных жалобы, представления, представленных доказательств, объяснений лиц, участвующих в рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции; обстоятельства дела, установленные судом апелляционной инстанции, выводы суда по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления; мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылка на законы, которыми суд руководствовался. При оставлении апелляционных жалобы, представления без удовлетворения суд обязан указать мотивы, по которым доводы апелляционных жалобы, представления отклоняются.

Принимаемое судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения дела новое решение должно также соответствовать общим требованиям, предъявляемым к решению суда в соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть должно быть законным и обоснованным.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 5 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

При этом реальное обеспечение прав и свобод граждан правосудием (пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 2, 18 Конституции Российской Федерации) предполагает безусловную обязанность суда исследовать и оценивать все возможные варианты их защиты, поскольку правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

Как разъяснено в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Вместе с тем при разрешении настоящего дела установленные законом требования судом апелляционной инстанции выполнены не были.

Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (статья 45, часть 1; статья 46, часть 1). Право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1; статья 18).

Исходя из предписаний статей 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения за судебной защитой, будучи связанным, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства (Постановление от 22 апреля 2013 года N 8-П; определения от 17 ноября 2009 года N 1427-О-О, от 23 марта 2010 года N 388-О-О, от 25 сентября 2014 года N 2134-О, от 9 февраля 2016 года N 220-О и др.).

Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12), которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 года N 1179-О-О, от 20 февраля 2014 года N 361-О, от 27 октября 2015 года N 2412-О, от 28 января 2016 года N 140-О и др.).

Перечень этих способов защиты в силу абзаца четырнадцатого статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому защита гражданских прав осуществляется иными способами, предусмотренными законом, является открытым.

Таким образом, исходя из принципа диспозитивности гражданского судопроизводства заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом. В силу положений части 1 статьи 3 и части 1 статьи 4 ГПК РФ условием реализации этих прав является указание в исковом заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.

Обращаясь с иском ФИО4 указала, что при проведении кадастровых работ в 2008 году неправильно было установлено местоположение общей границы смежных земельных участков, обозначенной на местности межой и забором, поскольку оно не соответствует её фактическому местоположению на протяжении многих лет. Просила признать недействительными сведения в ЕГРН об описании местоположения границ земельных участков и установить их границы.

По существу ФИО4 оспаривается результат межевания земельного участка ответчика, выполненного в 2008 году, послуживший основанием для внесения в ЕГРН сведений о местоположении земельных участков сторон, что сопровождается принятием соответствующего решения уполномоченного государственного органа, заявлен спор о местоположении границ земельных участков.

Абзацы шестой, третий статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают такой способ защиты гражданских прав, как признание недействительным акта государственного органа; восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, оспаривание заинтересованным лицом права.

Частями 5, 6 статьи 43 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" предусмотрено право на предъявление в судебном порядке иска о разрешении земельного спора о местоположении границ земельных участков.

В соответствии с вышеприведенными положениями действующего законодательства использование ФИО4 указанного в иске способа защиты своего права закону не противоречит.

Реализация ФИО4 права на выбор формы и способа защиты своих прав, не запрещенных законом, в том числе посредством обращения за судебной защитой с иском об оспаривании результатов межевания и установлении границ земельных участков, не может рассматриваться как злоупотребление правом.

Кроме того, судебной коллегией не было учтено, что действующим законодательством не предусмотрена возможность установления смежной границы земельного участка без установления границ всего земельного участка, поскольку это повлечет изменение площади земельного участка.

В этой связи вывод судебной коллегии о возможности установления смежной границы без установления всех иных границ земельного участка, выборе ФИО4 ненадлежащего способа защиты своих прав, не отвечает требованиям законности.

Для правильного разрешения настоящего спора суду надлежало проверить фактические обстоятельства, приводимые истцом в обоснование предъявленного иска, возражения ответчика, дать надлежащую правовую оценку доводам сторон, проверить соответствие земельному законодательству выполненных по заявке ответчика и оспариваемых заявителем кадастровых работ.

Вместе с тем указанные обстоятельства в апелляционном определении не получили правовой оценки.

Приведенные положения норм права не были учтены судом апелляционной инстанции.

Президиум Хабаровского краевого суда находит допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм права существенными, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене по основаниям, предусмотренным статьей 387 ГПК Российской Федерации, с направлением дела на новое рассмотрение.

Руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса РФ, президиум Хабаровского краевого суда

п о с т а н о в и л:

кассационную жалобу ФИО5 удовлетворить в части,

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 6 декабря 2017 года отменить,

настоящее гражданское дело направить в судебную коллегию по гражданским делам Хабаровского краевого суда на новое апелляционное рассмотрение в ином составе суда.

Постановление президиума Хабаровского краевого суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий С.Г. Барабанов