Приговор № 1-177/2019 от 22 сентября 2019 г. по делу № 1-177/2019

Дело № 1-177/2019

УИД 33RS0003-01-2019-001352-54


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 сентября 2019 года г.Владимир

Фрунзенский районный суд г.Владимира в составе:

председательствующего Барышева М.А.,

при секретаре судебного заседания Емельяновой Е.Ю.,

с участием государственных обвинителей Беловой И.Е., Пестова А.П.,

потерпевшей Е..,

подсудимого ФИО1 и

защитника подсудимого – адвоката Шеховцовой Я.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, года рождения, уроженца , гражданина России, имеющего среднее специальное образование, состоящего в зарегистрированном браке, имеющего на иждивении одного малолетнего ребенка, официально не работающего, не имеющего регистрации, не военнообязанного, содержащегося под стражей с 8 июня 2018 года, судимого:

18 марта 2019 года приговором Ленинского районного суда г.Владимира по п. «г» ч.3 ст.158; ст.73 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 9 месяцев, условно, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено подсудимым при следующих обстоятельствах.

В период времени с 21 часа 26 марта 2018 года по 0 часов 20 минут 27 марта 2018 года в во время распития алкогольных напитков между находившимися в состоянии алкогольного опьянения К. и ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого у последнего на почве личной неприязни возник преступный умысел на убийство К.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, находясь на кухне указанной квартиры, действуя умышленно, с целью убийства К., по мотиву личной неприязни к последнему, нанес тому не менее 1 удара рукой в область лица, от чего К. упал на пол, а также не менее 1 удара ногой в область передней поверхности грудной клетки.

Действия ФИО1 были пресечены М.., который попросил прекратить нанесение ударов К. После того, как М. ушел, ФИО1, находясь в прихожей квартиры, в вышеуказанный период времени, действуя умышленно, в продолжение реализации своего преступного умысла, с целью убийства К., по мотиву личной неприязни к последнему, нанес тому не менее 1 удара рукой в область лица, от которого потерпевший упал на пол, после чего нанес лежавшему на полу К. не менее 2 ударов рукой в область лица, не менее 3 ударов ногой в область передней поверхности грудной клетки и передненаружной поверхности левого бедра в верхней трети и не менее 4 ударов ногами в прыжке в область лица. Непосредственно после этого ФИО1, продолжая действовать умышленно, с целью убийства К., проследовал на кухню квартиры, где взял деревянную разделочную доску. Вернувшись с ней в прихожую, удерживая доску в руке и используя ее в качестве оружия, ФИО1 нанес ей лежавшему на полу К. не менее 8 ударов в область лица, а также не менее 2 ударов ногами в прыжке в область лица последнего.

Преступными действиями ФИО1 потерпевшему К. были причинены следующие телесные повреждения:

многооскольчатый перелом верхней челюсти и нижних стенок глазниц, поперечные переломы всех отростков обеих скуловых костей, краевой оскольчатый перелом альвеолярного отростка нижней челюсти в области передних зубов (резцов). Данные травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего К.;

поперечные переломы семи ребер: второго ребра слева по средней ключичной линии, 3-5 ребер слева между средней ключичной и окологрудинной линиями; поперечные переломы 3-5 ребер справа по средней ключичной линии. Данные травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего К. не имеют, однако могли способствовать ускорению наступления его смерти;

кровоподтек на передненаружной поверхности левого бедра в верхней трети, не причинивший вреда здоровью потерпевшего К.

Смерть К. наступила на месте происшествия в указанный период времени от острого нарушения внешнего дыхания (механической асфиксии), развившегося в результате аспирации (вдыхания) крови, изливавшейся в полости верхних дыхательных путей (рта и носа), при кровотечении, обусловленном переломами костей лица.

Подсудимый ФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого преступления признал частично и показал, что умысла убивать потерпевшего у него не было. Он нанес К. меньшее количество ударов, чем указано в предъявленном обвинении, и чем то количество, которое указывает свидетель Ж. Последняя оговаривает его из-за ревности, так как он, расставшись с ней, сошелся с другой девушкой, а также по причине того, что она является потерпевшей по уголовному делу, по которому ему предъявлено обвинение в мошенничестве. Он не бил потерпевшего ногами, не прыгал по нему, а также не использовал для нанесения ударов разделочную доску. К. спровоцировал его на драку. Во время распития спиртного они не сошлись во мнениях, потерпевший стал махать перед ним руками, и из-за этого возникла конфликтная ситуация. Во время конфликта он находился в состоянии алкогольного опьянения, но не настолько сильном, чтобы не отдавать отчет своим действиям. Свою роль сыграло провоцирующее поведение К. Ударил ли его в ходе конфликта потерпевший, он точно сказать не может. Драка происходила на кухне. Всего он нанес К. около 9 ударов по лицу. Когда потерпевший падал на пол, он ударился обо что-то, возможно, о кухонную плиту. Оказавшись на полу, К. лежал и не поднимался. Он хотел привести его в чувства, похлопал его по щекам, но тот не реагировал. Он решил умыть К. водой в ванной комнате, но не дотащил его туда и оставил лежать в коридоре. Он понял, что потерпевший умер, так как он не дышал и ни на что не реагировал. После этого он позвонил Н. и сказал, что, возможно, К. умер. Тот спросил, как такое могло произойти, на что он ответил, что был конфликт, и в ходе драки он, возможно, переборщил с силой. Н пообещал приехать, но он не дождался его приезда и заснул. Утром он понял, что произошла трагедия, но вызывать скорую помощь и полицию не стал, так как испугался. Он решил вывезти труп из квартиры и где-нибудь закопать его. В квартире находился шкаф, в который он положил тело, предварительно замотав его в два полотенца и пленку. Сам шкаф он обмотал плотной бумагой и скотчем. Затем, на грузовом такси он отвез шкаф в гараж, который предварительно арендовал на два месяца. Впоследствии, когда собственник потребовал освободить гараж, он вывез труп и закопал его неподалеку. Имевшиеся у потерпевшего телесные повреждения в области лица, возможно, образовались в результате его действий, так как удары у него сильные. Что касается переломов ребер, то, вероятно, они образовались при транспортировке тела.

Также подсудимый обращает внимание суда на то, что, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, К. мог самостоятельно передвигаться после нанесения ему ударов. При этом эксперт не смог конкретно установить, от чего скончался потерпевший.

В соответствии с протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте, в помещении кухни кв....... у него произошла драка с К. Он нанес К. около шести ударов кулаком в область головы и туловища, после которых К. упал на пол. Затем К. поднялся, но сев на стул и выпив спиртное, вновь упал на пол. Он подошел к К. потряс его рукой по плечу, похлопал ладонью по щекам, но на указанные действия К. не реагировал, признаков жизни не подавал (т.3, л.д.94-98).

Суд критически относится к изложенным показаниям подсудимого, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, исследованных судом.

Так, из показаний свидетеля Ж. следует, что в ночь с 26 на 27 марта 2018 года к ней домой приехали ФИО2, К. и М.. В то время она проживала в д. . На кухне они стали распивать спиртные напитки, и она вскоре присоединилась к ним. Между ФИО2 и К. из-за чего-то произошел конфликт, и ФИО2 толкнул потерпевшего. От толчка К. упал, ударившись при падении головой о батарею, а ФИО2 дополнительно пнул его ногой и ударил кулаком в лицо. Она и М. подняли его с пола, проводили в комнату, где обработали рану и оставили его спать на диване, а сами вернулись на кухню. В течение часа после этого М. уехал домой. После ухода М., на кухню пришел К., который, выпив стопку, также стал собираться домой. Обуваясь в коридоре, он упал на пол, после чего она увидела, что ФИО2 наносит ему удары. Всего ФИО2 нанес потерпевшему от 5 до 8 ударов, она точно не помнит. Затем ФИО2 пришел на кухню, чтобы выпить. Когда из коридора послышался шорох, ФИО2 побежал туда и продолжил избивать К. ногами, прыгал ему на голову, затем взял разделочную доску и продолжил бить ею. Он нанес К. около 4 ударов кулаком по лицу, около 8 ударов ногами по туловищу, около трех раз прыгал ему на голову и ударил разделочной доской около 8 раз. Затем он еще прыгал К. на голову. При этом у потерпевшего уже не было видно лица, все было в крови. Она видела не все удары, но по звукам понимала, что происходит избиение. После этого ФИО2 подошел к ней и сказал «иди, посмотри, как люди подыхают». Разделочная доска от ударов разлетелась на несколько частей и ФИО2 впоследствии ее выкинул. На следующий день к ним приехали Н и Т. которых ФИО2 попросил помочь избавиться от трупа. До их приезда она и ФИО2 перенесли тело в ванную, а на следующий день упаковали труп в тряпку светлого цвета и полиэтиленовый пакет из-под матраса и отнесли его на балкон. По указанию ФИО2 она вымыла пол в квартире и срезала обои с кровью. Через несколько дней Н и Т. привезли к ним домой шкаф. Она и ФИО2 положили труп в шкаф, затем ФИО2 и Т. вынесли шкаф на улицу, после чего ФИО2 с ней на грузовом такси марки «Газель» перевезли тело в заранее арендованный гараж на ул.Нижняя Дуброва. Долгое время шкаф с трупом простоял в гараже, после чего ФИО2 сказал ей, что необходимо освободить гараж, так как его собираются продавать. В конце мая 2018 года она и ФИО2 приехали на легковом автомобиле в гараж, перенесли шкаф в автомобиль и отвезли его на пустырь. Там около обрыва они оставили шкаф, после чего уехали домой. В тот же день ФИО2 сказал ей, что вечером она должна вернуться и закопать труп. В тот день она испугалась это делать, но ФИО2 вновь потребовал, чтобы она закопала труп. На следующий день вечером она вернулась на место, где находился шкаф. Лопатой, взятой в квартире, она выкопала яму, после чего вынула из шкафа труп, положила его в яму и закопала. Лопату она выкинула в кусты поблизости.

Как следует из протоколов проверки показаний свидетеля Ж. на месте, в кв. между ФИО1 и К. произошел конфликт, в ходе которого тот ударил К. в область шеи. От этого К. упал и ударился головой о батарею. Она и М. отвели К. в комнату, где обработали его рану. После этого М. уехал. Позже, когда К. также стал собираться домой, ФИО1 вышел к нему в коридор и нанес ему удар. ФИО1 был агрессивно настроен, ударил потерпевшего еще несколько раз рукой в область лица. При этом К. лежал на полу и не пытался встать. Затем она с ФИО1 пошли покурить на балкон. Вернувшись в коридор, ФИО1 нанес К. от трех до пяти ударов ногой по телу. Через некоторое время ФИО1 еще четыре – пять раз ударил потерпевшего ногами в область головы, в том числе, прыгая ему на голову двумя ногами. Потом ФИО1 взял на кухне деревянную разделочную доску и стал бить ею К. по голове, нанеся около восьми ударов. От ударов доска разбилась на несколько частей. К. захрипел, а ФИО1 сказал ей: «иди, смотри, как люди подыхают». После этого ФИО1 опять пошел в коридор и еще два раза ударил К. ногами по голове, говоря при этом «сдохни тварь». Потом К. перестал хрипеть, лежал без движения, не подавая признаков жизни. Затем ФИО1 позвонил Н. и сказал, что он убил К. Днем она и ФИО1 переложили тело в ванную, а вечером замотали труп и вынесли его на балкон. Позже ФИО1 снял гараж. Н. и ФИО3 привезли шкаф. Когда Н. ушел, Т. с ФИО1 положили тело К. в шкаф. ФИО1 забил дверцы шкафа гвоздями, сам шкаф замотал скотчем. Затем ФИО1 и Т. вынесли шкаф и загрузили его в такси.

Затем шкаф с находившимся в нем трупом на грузовом такси «Газель» был перевезен в арендованный ФИО1 гараж №... ГСК «Вышка», расположенный вблизи ул.Нижняя Дуброва г.Владимира. С конца марта по конец мая 2018 года труп К. находился в данном гараже. В конце мая 2018 года шкаф с трупом был перевезен ею и ФИО1 на участок местности, расположенный за гаражами ГСК «Вышка», западнее гаража №... На данном участке местности она по поручению ФИО1 вырыла штыковой лопатой яму, вынула труп из шкафа, перенесла его в яму и закопала. После этого при помощи той же лопаты она разломала шкаф на несколько частей и раскидала их в разных местах недалеко от места, где был закопан труп К. (т.2, л.д.58-62, 91-102).

Суд признает изложенные показания свидетеля Ж. достоверными. Они являются подробными, последовательными и согласуются, как с показаниями других свидетелей, так и с заключениями проведенных по делу судебных экспертиз. Незначительные расхождения в показаниях Ж., данных ею в разное время, являются несущественными, и, по мнению суда, обусловлены тем, что со временем люди утрачивают воспоминания о подробностях произошедших событий.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 05 марта 2019 года, обнаруженные у К. телесные повреждения не могли образоваться в результате действий ФИО1, при обстоятельствах, указанных им в ходе проверки показаний на месте.

Обнаруженные у К. телесные повреждения могли образоваться в результате действий ФИО1 при обстоятельствах, указанных Ж.в ходе проверки показаний на месте (т.2, л.д.187-191).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия, в ГСК «Вышка» на ул.Нижняя Дуброва г.Владимира обнаружен участок местности с отсутствующим травяным покрытием. На земле находятся многочисленные обломки деревянных досок. При съеме грунта на глубину 30 сантиметров обнаружен полиэтиленовый сверток длиной около 170 сантиметров, обмотанный липкой лентой с надписью «подарок». После вскрытия свертка в нем обнаружен труп К., завернутый в два махровых полотенца и ткань (т.2, л.д.64-80).

Свидетель М. пояснил, что в ночь с 26 на 27 марта 2018 года он, К. и ФИО2 приехали домой к последнему. Каких-либо телесных повреждений у К. не было. В квартире также находилась Ж.. На кухне они стали выпивать. Через некоторое время К. сказал, что хочет уйти домой. Это разозлило ФИО2, и тот несколько раз ударил К. кулаком в область лица. От этого К. упал и ударился головой о батарею. Когда К. лежал на полу, ФИО2 ударил его ногой в живот. В ответ К. ударов ФИО2 не наносил. Он успокоил ФИО2, а К. отвел с кухни в комнату, где обработал ему рану. Вскоре после этого он уехал к себе домой. Около 23 часов, когда он уже собирался ложиться спать, ему позвонил ФИО2 и сказал, что случайно убил К.. Он не придал значения этим словам, так как подумал, что ФИО2 перепил спиртного. Через день ФИО2 позвонил ему и попросил помочь вывезти труп, но он отказался.

В соответствии с протоколом проверки показаний свидетеля М. на месте, место совершения преступления находится в <...>. В его присутствии, на кухне данной квартиры ФИО1 нанёс К. удар правой рукой в область лица. Он остановил ФИО1 Через некоторое время ФИО1 нанес К. еще удар правой рукой в подбородок. Он опять остановил ФИО1 и вывел его на балкон. Когда они вернулись на кухню, то К. лежал на полу. ФИО1 подошел к тому и два раза ударил его ногой в живот. Он оттащил ФИО1 от потерпевшего, а последнего отвел с кухни в комнату, где обработал ссадину у него на голове. К. не просил вызвать ему скорую помощь, чувствовал себя нормально, передвигался сам. После этого он уехал к себе домой (т.2, л.д.2-9).

Согласно показаниям свидетеля Н., ночью ему позвонил ФИО2 и сообщил, что убил К.. Он и К. приехали к ФИО2 домой, который снимал квартиру ....... При входе в квартиру, в прихожей, они увидели труп мужчины. По одежде он понял, что это К.. По лицу погибшего было трудно узнать, так как оно было все в крови и гематомах. Рядом с трупом лежали какие-то доски и щепки. Они разбудили ФИО2, и тот рассказал, что подрался с К.. У ФИО2 на лице была ссадина, а кулаки были все разбиты. Позже ФИО2 попросил привезти ему шкаф. У своей знакомой он и К. забрал шкаф и привезли его ФИО2. К. вызвал автомобиль «Газель», после чего тот остался с ФИО2, а он (Н.) уехал по своим делам.

Как следует из показаний свидетеля Н., данных на стадии предварительного следствия, 27 марта 2018 года, около 13-15 часов, он и К. приехали к ФИО1 К. стал расспрашивать ФИО1, что произошло, на что ФИО1 пояснил, что употреблял с К. спирт. Затем, в ходе распития, К. стал собираться домой. ФИО1 был пьян и стал конфликтовать с К. из-за того, что последний бросает его и выпивать ФИО1 остаётся не с кем. После ФИО1 сказал, что не знает, что на него нашло, он стал сильно избивать К. кулаками. О том, что он избивал потерпевшего ногами и предметами ФИО1 им не пояснял. При входе в квартиру ФИО1 трупа уже не было. ФИО1 сказал им, что тело лежит в ванной (т.2, л.д.11-15, 16-18, 19-21, 23-28; т.4, л.д.73-75; т.5, л.д.200-203).

Свидетель Н. подтвердил достоверность оглашенных показаний.

В соответствии с показаниями свидетеля Ю., ночью в марте 2018 года у Н. зазвонил телефон. В ходе разговора Н. сказал «потрогай пульс». Затем он сказал, что ФИО2 кого-то убил, попросил у нее ключи от автомобиля и уехал к нему.

Свидетель К. пояснил суду, что ночью ему позвонил Н. и сказал, что ФИО2 кого-то убил. Они вместе поехали домой к ФИО2 на ул.Добросельскую г.Владимира. Зайдя в квартиру, они увидели в коридоре окровавленное тело мужчины. После того, как они разбудили ФИО2, он сказал им, что в ходе конфликта не рассчитал силу. На следующий день ФИО2 попросил привезти ему шкаф. Они привезли ему шкаф, который взяли у знакомой девушки. Через день ФИО2 попросил помочь ему вынести шкаф. В связи с этим, он (К.) попросил своего знакомого, занимающегося грузоперевозками, вывезти шкаф в гараж, который арендовал ФИО2. Он помог загрузить шкаф в «Газель», после чего ушел по своим делам.

Свидетель С. показал, что он осуществляет грузоперевозки на автомобиле «Газель». Однажды ему позвонил К. и попросил перевезти шкаф с ...... Когда он приехал по нужному адресу, К. и ФИО2 вынесли из дома шкаф. Тот был тяжелый, перемотанный скотчем. Ему сказали, что в шкаф скинули всякий хлам. Он помог им погрузить шкаф в кузов машины. Затем К. уехал, а он с подсудимым и его девушкой поехали в гараж, располагавшийся на ул.Нижняя Дуброва г.Владимира. Там они выгрузили шкаф, ФИО2 ему заплатил деньги и он уехал.

Как следует из протокола проверки показаний свидетеля С. на месте, в конце марта - начале апреля 2018 года он по просьбе К. осуществлял перевозку шкафа от д.167-а по ул.Добросельской г.Владимира в ГСК «Вышка» (т.5, л.д.53-61).

В соответствии с показаниями свидетеля С., подсудимый ФИО1 на два месяца арендовал у него гараж, расположенный в ГСК «Вышка».

Согласно показаниям потерпевшей Е., погибший К. был ее братом. О том, что ее брат пропал, ей стало известно из телефонного разговора с сотрудником полиции. На следующий день после данного разговора она обратилась в полицию для объявления брата в розыск. Спустя, приблизительно, три месяца ее брата нашли мертвым.

Как следует из протокола предъявления для опознания, потерпевшая Е. опознала по фотографии трупа, обнаруженного на участке местности в ГСК «Вышка», своего брата К. (т.5, л.д.82-84).

В соответствии с заявлением Е. от 31 марта 2018 года о розыске К., последний раз она видела своего брата у себя дома 25 марта 2018 года (т.1, л.д.84)

Как следует из показаний свидетеля Ш., им проводились оперативно-розыскные мероприятия по заявлению Е. о розыске ее брата. По их итогам было установлено, что к исчезновению и смерти К. причастен ФИО2, который 26 марта 2018 года убил потерпевшего в квартире на ул.Добросельской г.Владимира.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа К. от 26 июня 2018 года следует, что при его исследовании выявлены следующие телесные повреждения:

Многооскольчатый перелом верхней челюсти и нижних стенок глазниц, поперечные переломы всех отростков обеих скуловых костей, краевой оскольчатый перелом альвеолярного отростка нижней челюсти в области передних зубов (резцов);

Поперечные переломы семи ребер: второго ребра слева по средней ключичной линии, 3-5 ребер слева между средней ключичной и около грудинной линиями; поперечные переломы 3-5 ребер справа по средней ключичной линии;

Кровоподтек на передненаружной поверхности левого бедра в верхней трети.

Характер, количество и локализация повреждений, обнаруженных на трупе, свидетельствуют, что они могли образоваться не менее чем от трех ударных травматических воздействий тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью соударения.

Смерть К. могла наступить от острого нарушения внешнего дыхания (механическая асфиксия), развившегося в результате аспирации (вдыхания) крови, изливавшейся в полости верхних дыхательных путей (рта и носа), при кровотечении, обусловленном переломами костей лица. Эти повреждения вызвали расстройство жизненно важных функций организма (острое нарушение внешнего дыхания, приведшее к наступлению смерти), по признаку опасности для жизни относятся к телесным повреждениям, причиняющим тяжкий вред здоровью и имеют, прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти К.

Поперечные переломы ребер по признаку опасности для жизни относятся к телесным повреждениям, причиняющим тяжкий вред здоровью. Прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти К. не имеют, однако могли способствовать ускорению наступления его смерти.

Повреждение в виде кровоподтека на бедре у живых лиц не вызывают расстройства здоровья. По этому признаку оно относится к телесным повреждениям, не причиняющим вреда здоровью.

Все обнаруженные на трупе телесные повреждения имеют признаки прижизненного образования и могли образоваться незадолго до наступления смерти К.

Характер повреждений, обнаруженных на трупе, не исключает возможности совершения потерпевшим активных целенаправленных действий, в том числе, передвижения после их причинения, в течение короткого промежутка времени, до момента наступления острой дыхательной недостаточности, наступившей от асфиксии.

Принимая во внимание степень выраженности гнилостных изменений мягких тканей и внутренних органов трупа, можно полагать, что смерть К. могла наступить в пределах 2-3 месяцев до момента исследования трупа в морге (т.2, л.д.165-167).

Заключение судебно-медицинской экспертизы трупа является ясным, полным и обоснованным. Из его выводов бесспорно следует, что все телесные повреждения потерпевшего носят прижизненный характер, а его смерть наступила в результате множественных переломов костей лица.

Факт того, что характер повреждений не исключает возможности совершения потерпевшим активных целенаправленных действий в течение короткого промежутка времени не опровергает вывод суда о доказанности совершения ФИО1 убийства К.

В соответствии с протоколом осмотра предметов и документов (детализации телефонных соединений ФИО1, Т. и Н.), 27 марта 2018 года в 0 часов 20 минут ФИО1 совершил телефонный звонок Н. продолжительностью 112 секунд. После этого, 27 марта 2018 года в 1 час 39 минут Т. поступило входящее СМС-сообщение от Н. (т.5, л.д.111-168).

Показания потерпевшей, свидетелей, заключения судебных экспертиз и сведения, содержащиеся в протоколах следственных действий, согласуются друг с другом, являются достоверными и относящимися к делу. Оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ, для признания их недопустимыми судом не установлено.

Давая правовую оценку действиям подсудимого ФИО1, суд исходит из установленных приведенными выше доказательствами обстоятельств дела, в соответствии с которыми ФИО1 умышленно, с целью причинения смерти, нанес К. не менее 18 ударов руками, ногами и деревянной разделочной доской по голове, и не менее 4 ударов ногами по туловищу и конечностям. В результате нанесения ударов по голове, потерпевшему были причинены телесные повреждения в виде многооскольчатого перелома верхней челюсти и нижних стенок глазниц, поперечных переломов всех отростков обеих скуловых костей, краевого оскольчатого перелома альвеолярного отростка нижней челюсти в области передних зубов (резцов). Данные телесные повреждения причинили тяжкий вред здоровью потерпевшего по признаку опасности для жизни, обусловили кровотечение, приведшее к острому нарушению внешнего дыхания, развившегося в результате вдыхания крови, изливавшейся в полости рта и носа, и повлекли за собой смерть К. на месте происшествия.

Многократное нанесение со значительной силой ударов ногами (в том числе, путем прыжков на голову лежавшего на полу потерпевшего), использование для нанесения ударов по голове деревянной разделочной доски, локализация данных ударов в области головы, являющейся жизненно важным органом, свидетельствуют о том, что умысел ФИО1 был направлен именно на лишение жизни К. При этом подсудимый предвидел возможность наступления смерти К. и желал ее наступления.

При таких данных действия ФИО1 следует квалифицировать по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В соответствии с заключением амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, у ФИО1 обнаруживается расстройство личности. Указанное расстройство не лишало ФИО1 способности в период совершения инкриминируемого деяния в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В период совершения инкриминируемого деяния у ФИО1 не было какого-либо временного психического расстройства, включая патологическое опьянение, лишающего его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Он верно ориентировался в окружающем, вступал в адекватный речевой контакт, совершал последовательные, целенаправленные действия, у него отсутствовали бред, галлюцинации и другая психотическая симптоматика.

В настоящее время ФИО1 также способен осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать по ним показания. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т.3, л.д.2-5).

С учетом изложенного, суд признает ФИО1 вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния.

При назначении размера и вида наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, в том числе, наличие обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО1, суд признает, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ, наличие малолетнего ребенка у виновного.

Суд не признает обстоятельством, отягчающим наказание, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку суду не представлено доказательств того, что употребление ФИО1 алкоголя перед совершением преступления явилось фактором, повлиявшим на его поведение и приведшим к совершению им преступления.

ФИО1 на момент совершения инкриминируемого преступления не судим и не привлекался к административной ответственности, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно.

В тоже время, суд учитывает, что он совершил особо тяжкое преступление против жизни, за которое в качестве основного вида наказания предусмотрено только лишение свободы.

Учитывая это, суд принимает решение назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы. При этом суд не усматривает оснований для применения положений ст.64 УК РФ и назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершенное подсудимым преступление, а равно положений ст.73 УК РФ для признания назначенного наказания условным.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, подсудимому необходимо назначить отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

Учитывая наличие смягчающего наказания обстоятельства, суд считает возможным не применять к подсудимому дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, не имеется.

В целях обеспечения исполнения приговора, в соответствии со ст.255 УПК РФ, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу, избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения.

В силу п.3 ч.3 ст.81 УПК РФ, носки, трусы, рубашку, футболку К.., полиэтиленовую пленку, два полотенца и отрезок ткани, в которые был завернут труп К., элементы шифоньера и буккальный эпителий ФИО1, Т., Н., М. и Ж. необходимо уничтожить, как предметы, не представляющие ценности и не истребованный стороной.

Согласно п.5 ч.3 ст.81 УПК РФ, детализации телефонных соединений на бумажных носителях и на компакт-диске и результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», содержащиеся на компакт-диске, необходимо хранить при уголовном деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу, избранную в отношении ФИО1, оставить без изменения.

Начало исчисления срока отбывания ФИО1 наказания считать со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 время содержания под стражей, а именно, период с 8 июня 2018 года по день вступления настоящего приговора в законную силу, в срок лишения свободы, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор Ленинского районного суда г.Владимира 18 марта 2019 года исполнять самостоятельно.

Вещественные доказательства:

носки, трусы, рубашку, футболку К., полиэтиленовую пленку, два полотенца и отрезок ткани, в которые был завернут труп К., элементы шифоньера и буккальный эпителий ФИО1, Т., Н., М. и Ж. уничтожить;

детализации телефонных соединений на бумажных носителях и на компакт-диске и результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», содержащиеся на компакт-диске, хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его провозглашения во Владимирский областной суд через Фрунзенский районный суд г.Владимира, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья М.А. Барышев