Апелляционное определение № 33-17301/2025 33-956/2026 от 28 января 2026 г.

УИД: 66RS0003-01-2025-004649-07

Дело № 2-5782/2025 (№ 33-956/2026 (№ 33-17301/2025))

мотивированное
апелляционное определение изготовлено 29.01.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 23 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Колесниковой О.Г.,

судей Пономаревой А.А., Редозубовой Т.Л.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Безумовой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску Федеральной службы судебных приставов к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса,

по апелляционной жалобе истца на решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 20.10.2025.

Заслушав доклад судьи Колесниковой О.Г., объяснения ответчика ФИО1, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы истца и просившей оставить решение суда без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Федеральная служба судебных приставов (далее по тексту ФССП России) обратилась в Кировский районный суд г. Екатеринбурга с иском к ФИО1 о взыскании материального ущерба в порядке регресса в размере 347 888 руб.

В обоснование иска указано, что ответчик ФИО1 проходит службу в органах принудительного исполнения в должности судебного пристава-исполнителя Екатеринбургского специализированного отделения по взысканию административных штрафов Главного управления ФССП России по Свердловской области (далее Специализированное отделение). Вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 04.05.2023 по административному делу № 2а-224/2023 установлено, что ответчиком незаконно вынесено постановление от 10.03.2023 о временном ограничении на выезд из Российской Федерации должника Л., что создало ситуацию, при которой последней причинены убытки. Вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 30.11.2023 по гражданскому делу № 2-6774/2023 с Российской Федерации в лице ФССП России в пользу ФИО2 за счет казны Российской Федерации взыскано в возмещение убытков 337 888 руб., в возмещение морального вреда – 10 000 руб. Денежные средства в возмещение убытков и морального вреда в общей сумме 347 888 руб. перечислены Л. Министерством финансов РФ платежным поручением № 490458 от 05.09.2024. Указывая, что ко взысканию убытков с ФССП России привело вынесение ответчиком незаконного постановления, ссылаясь на положения ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 233, 238 Трудового кодекса РФ, нормы Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации», положения должностного регламента ответчика, истец просил взыскать с ФИО1 в порядке регресса денежную сумму в размере 347 888 руб.

Ответчик ФИО1 против удовлетворения иска возражала, ссылаясь на то, что ни решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 04.05.2023 по административному делу № 2а-224/2023, ни решением того же суда по гражданскому делу от 30.11.2023 ее вина в причинении ущерба не установлена. Указала на недоказанность размера причиненного ущерба и своей вины в причинении ущерба, нарушение процедуры привлечения к материальной ответственности, выразившееся в непроведении проверки для выяснения обстоятельств причинения ущерба, определения размера ущерба, установления виновных в причинении ущерба лиц.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 20.10.2025 исковые требования ФССП России к ФИО1 оставлены без удовлетворения.

С таким решением не согласился истец.

В апелляционной жалобе представитель ФССП России ФИО3 просит отменить указанное решение, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, принять по делу новое решение об удовлетворении иска. Выражает несогласие с выводом суда о наличии у представителя нанимателя обязанности по проведению проверки для установления размера причиненного ущерба и обстоятельств его возникновения, поскольку данные обстоятельства уже установлены имеющими преюдициальное значение решениями Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 04.05.2023 и от 30.11.2023, а потому не подлежат доказыванию в рамках настоящего спора.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец своего представителя не направил, о месте и времени апелляционного рассмотрения дела извещался заблаговременно и надлежащим образом: путем направления судебного извещения по электронной почте, а также путем размещения 17.12.2025 соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда (с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 16 постановления от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»). Сведениями о причинах неявки представителя истца судебная коллегия не располагает, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, никем из участвующих в деле лиц не заявлено.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав объяснения ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы истца, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом, следует из материалов дела, ответчик проходит службу в органах принудительного исполнения в должности судебного пристава-исполнителя Специализированного отделения (копии выписки из приказа о назначении на должность, контракта о прохождении службы в органах принудительного исполнения - л.д. 21-24).

Вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 04.05.2023 по делу № 2а-3022/2023 по административному исковому заявлению Л. к судебному приставу-исполнителю ФИО1, начальнику Специализированного отделения П., ГУФССП России по Свердловской области о признании незаконным действий, бездействия, признано незаконным постановление, вынесенное ответчиком 10.03.2023 по исполнительному производству № 678816/22/66003-ИП, о временном ограничении на выезд из Российской Федерации должника Л. Судом установлено, что судебным приставом-исполнителем ФИО1 не осуществлен необходимый объем исполнительных действий в рамках исполнительного производства № 678816/22/66003-ИП, чем нарушены права и законные интересы административного истца (л.д. 20 с оборотом).

Вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 30.11.2023 по гражданскому делу № 2-6774/2023 с Российской Федерации в лице ФССП России в пользу Л. за счет казны Российской Федерации взыскано в возмещение убытков 337 888 руб., в возмещение морального вреда – 10 000 руб. Названным решением установлено, что убытки и моральный вред Л. причинены вследствие вынесения незаконного постановления о временном ограничении на выезд из Российской Федерации от 10.03.2023 (л.д. 18, 19).

Взысканные решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 30.11.2023 суммы убытков и морального вреда в общем размере 347 888 руб. перечислены Л. Министерством финансов РФ платежным поручением № 490458 от 05.09.2024 (л.д. 17).

Разрешая спор при указанных обстоятельствах, суд первой инстанции руководствовался положениями Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации», Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные акты Российской Федерации»,

ст.ст. 1069, 1081 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 232, 238, 241, 242, 243, 247 Трудового кодекса РФ, разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, изложенными в постановлении от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», и исходил из недоказанности виновного противоправного поведения ответчика и наличия причинно-следственной связи между ее действиями (бездействием) и убытками должника по исполнительному производству. Суд также указал на нарушение порядка привлечения к материальной ответственности, поскольку проверка для выяснения обстоятельств причинения ущерба, определения размера ущерба, установления виновных в причинении ущерба лиц представителем нанимателя не проводилась.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для привлечения ответчика ФИО1 к материальной ответственности в связи с нарушением установленного законом порядка привлечения к материальной ответственности, недоказанностью вины ответчика в причинении ущерба.

Согласно п.п. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту Федеральный закон от 01.10.2019 № 328-ФЗ) сотрудник органов принудительного исполнения обязан знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере деятельности органов принудительного исполнения, обеспечивать их исполнение, проходить в порядке, устанавливаемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере обеспечения установленного порядка деятельности судов и исполнения судебных актов и актов других органов, регулярные проверки знания Конституции Российской Федерации, законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации в указанной сфере; знать и выполнять должностную инструкцию и положения иных документов, определяющих его права и служебные обязанности, выполнять приказы и распоряжения прямых руководителей (начальников); соблюдать при исполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан, общественных объединений и организаций.

Согласно п. 2 ст. 19 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ, далее по тексту Федеральный закон от 21.07.1997 № 118-ФЗ) сотрудник органов принудительного исполнения несет ответственность за проступки и правонарушения в соответствии с законодательством Российской Федерации. Аналогичная норма предусматривалась и в ранее действовавшей редакции указанного закона.

Федеральным государственным служащим является гражданин, осуществляющий профессиональную служебную деятельность на должности федеральной государственной службы и получающий денежное содержание (вознаграждение, довольствие) за счет средств федерального бюджета (п. 1 ст. 10 Федерального закона от 27.05 2003 № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации», далее – Федеральный закон от 27.05.2003 № 58-ФЗ).

На основании п. 3 ст. 10 Федерального закона от 27.05.2003 № 58-ФЗ нанимателем федерального государственного служащего является Российская Федерация. В соответствии с п. 2 ст. 1 Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (далее Федеральный закон от 27.07.2004 № 79-ФЗ) представитель нанимателя - руководитель государственного органа, лицо, замещающее государственную должность, либо представитель указанных руководителя или лица, осуществляющие полномочия нанимателя от имени Российской Федерации или субъекта Российской Федерации.

В силу п. 4 ст. 10 Федерального закона от 27.05.2003 № 58-ФЗ правовое положение (статус) федерального государственного служащего, в том числе ограничения, обязательства, правила служебного поведения, ответственность, а также порядок разрешения конфликта интересов и служебных споров устанавливаются соответствующим федеральным законом о виде государственной службы.

Ущерб, причиненный сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации (п. 3 ст. 19 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ).

Отношения, связанные с возмещением вреда, регулируются нормами гл. 59 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 названного кодекса, а также по решениям Европейского Суда по правам человека имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение (п. 3.1 ст. 1081 Гражданского кодекса РФ).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи, в частности, следует, что в случае причинения государственным служащим органов принудительного исполнения при исполнении служебных обязанностей вреда гражданину или юридическому лицу его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации. Лицо, возместившее вред, причиненный федеральным государственным служащим при исполнении им служебных обязанностей, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Специальным законодательством не определены основания, порядок и виды материальной ответственности государственных служащих за ущерб, причиненный нанимателю, в том числе при предъявлении регрессных требований в связи с возмещением вреда, а потому в силу ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 01.10.2019 № 328-ФЗ к спорным правоотношениям подлежат применению нормы трудового законодательства.

Нормы трудового права, регулирующие служебные отношения с государственными служащими в органах Федеральной службы судебных приставов, содержатся в Отраслевом соглашении, заключенных директором Федеральной службы судебных приставов - главным судебным приставом Российской Федерации и председателем профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации.

В Отраслевом соглашении, заключенном между Федеральной службой судебных приставов и Общероссийским профессиональным союзом работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации на 2024-2026 гг., предусмотрен п. 2.1, согласно которому служебные отношения сотрудников регулируются федеральными законами от 01.10.2019 № 328-ФЗ, от 21.07.1997 № 118-ФЗ, от 30.12.2012 № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», иными нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, Минюста России, нормативными и иными правовыми актами органов принудительного исполнения, принятыми в пределах их компетенции. В случаях, не урегулированных указанными нормативными правовыми актами, к правоотношениям, связанным со службой в органах принудительного исполнения, применяются нормы трудового законодательства.

По смыслу изложенных выше нормативных положений к спорным отношениям по возмещению в порядке регресса вреда, причиненного судебным приставом-исполнителем вследствие ненадлежащего исполнения им своих служебных обязанностей, подлежат применению нормы Трудового кодекса РФ о материальной ответственности работника. Аналогичная правовая позиция изложена Верховным Судом РФ в определении судебной коллегии по гражданским делам от 03.02.2020 № 46-КГ19-31.

Статьей 238 Трудового кодекса РФ установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Статьей 241 Трудового кодекса РФ определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами (ч. 2 ст. 242 Трудового кодекса РФ).

На основании ч. 1 ст. 247 Трудового кодекса РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно ч. 2 ст. 247 Трудового кодекса РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Кодексом (ч. 3 ст. 247 Трудового кодекса РФ).

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Вопреки позиции истца, порядок привлечения ответчика к материальной ответственности представителем нанимателя не соблюден, проверка в соответствии со ст. 247 Трудового кодекса РФ не проводилась, ее вина в причинении ущерба не устанавливалась и в ходе рассмотрения дела доказана не была.

Ссылку истца в апелляционной жалобе на преюдициальное значение решений Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 04.05.2023 по административному делу № 2а-3022/2023 и от 30.11.2023 по гражданскому делу № 2-6774/2023 нельзя признать обоснованной. Решением от 04.05.2023 по делу № 2а-3022/2023 установлен лишь факт вынесения ответчиком ФИО1 незаконного постановления о временном ограничении на выезд должника. В то же время причинно-следственная связь данного нарушения с причинением убытков признана решением по гражданскому делу № 2-6774/2023, к участию в рассмотрении которого ответчик не привлекалась, а потому названное решение не имеет для суда преюдициального значения, на что правомерно сослался суд первой инстанции в обжалуемом решении.

В этом случае наниматель обязан установить вину сотрудника, ведущего исполнительное производство, в данном нарушении (как обязательный элемент состава материальной ответственности), наличие (отсутствие) возможности надлежащим образом исполнить эту обязанность, неисполнение такой обязанности только по вине сотрудника, а также должен истребовать от сотрудника письменное объяснение. При этом истребование объяснения является обязательным, что прямо следует из Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.12.2018. Эти требования ст. 247 Трудового кодекса РФ не выполнены нанимателем, а потому не доказаны указанные выше обстоятельства, подлежащие доказыванию истцом (вина ответчика, соблюдение порядка привлечения к материальной ответственности).

То обстоятельство, что объяснения от ответчика отбирались в сентябре 2024 г., о чем ответчик пояснила в судебном заседании 20.10.2025 (протокол судебного заседания - л.д. 51), нельзя считать надлежащим выполнением представителем нанимателя обязанности по истребованию объяснений. Сам по себе факт истребования объяснений не означает, что истцом предприняты меры по объективному и всестороннему установлению всех юридически значимых обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка, его вины, причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка, характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка, наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в органах принудительного исполнения. Служебная проверка по факту причинения ущерба представителю нанимателя не проводилась, заключение по результатам проверки не составлялось, а потому не представляется возможным сделать вывод о том, какие обстоятельства учитывались при принятии решения о взыскании ущерба, какие доводы сотрудника приняты представителем нанимателя во внимание, а какие признаны несостоятельными. По аналогичным мотивам отклоняются судебной коллегией и доводы истца в апелляционной жалобе о том, что ответчик воспользовалась правом на предоставление объяснений при рассмотрении дела судом.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что наниматель не установил вину именно ответчика в причинении ущерба, наличие или отсутствие факторов, исключающих материальную ответственность работника (ст. 239 Трудового кодекса РФ), факт причинения ущерба Л. исключительно по вине ответчика, наличие возможности для надлежащего исполнения обязанностей по принятию мер к исполнению требований исполнительного документа, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности ФССП России вины ответчика в причинении материального ущерба и причинной связи между ее действиями (бездействием) и причинением ущерба, вопреки ошибочным доводам истца об обратном.

С учетом изложенного, решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 20.10.2025 об отказе в удовлетворении иска ФССП России к ответчику ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса является законным, обоснованным и отмене по доводам апелляционной жалобы истца, направленным на иную оценку исследованных судом доказательств и основанным на неверном субъективном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, отмене не подлежит.

Нарушений процессуальных норм, повлекших неправильное разрешение спора, а также процессуальных нарушений, которые в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ являются безусловным основанием для отмены решения суда, по материалам дела судебной коллегией не усматривается.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 20.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Федеральной службы судебных приставов – без удовлетворения.

Председательствующий: Колесникова О.Г.

Судьи: Редозубова Т.Л.

Пономарева А.А.