Приговор № 1-263/2017 1-6/2018 от 15 февраля 2018 г. по делу № 1-263/2017

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

город Белгород 16 февраля 2018 года

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Сытюка В.А.,

при секретаре Полянской Л.В.,

с участием:

государственного обвинителя, старшего помощника прокурора г.Белгорода Григоровой С.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника, адвоката Булавиновой Т.Ф., представившей удостоверение №54 и ордер №020208,

потерпевшего М.Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <...>обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего при следующих обстоятельствах.

В ночь на <...>года подсудимый вместе со своими знакомыми, среди которых находились Ж.С.В. и В.А.В., сидели на лавочке на улице возле подъезда общежития, расположенного по адресу: г. <...>, где они употребляли спиртные напитки.

Около <...> часа <...>года из подъезда данного общежития на улицу вышел М.А.В., который направился к вышеуказанной компании и попросил у присутствовавших там лиц налить ему тоже спиртного. Получив отрицательный ответ, потерпевший произнес фразу: "Вы, что, не мужики, что ли"? на которую обиделся ФИО1, восприняв ее, как сомнения в его мужественности.

После этого подсудимый подошел к М.А.В.., действуя умышленно, здесь же, на почве возникших в результате этого неприязненных отношений, нанес последнему около двух ударов кулаками в область головы, от которых тот упал на противоположную от компании лавочку, а из раны на губе у него началось кровотечение. Когда потерпевший поднялся с лавочки, то К.И.ОБ. нанес ему еще коло <...> ударов кулаками в область головы, от которых М.А.В.упал на подготовленную под укладку тротуарной плитки поверхность в виде песчано-цементной смеси, после чего остался лежать в месте падения в бессознательном состоянии.

В результате действий ФИО1 потерпевшему М.А.В.. причинены телесные повреждения, <...>, – причинившую тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, явившуюся причиной смерти потерпевшего.

Смерть М.А.В. наступила на месте происшествия в подъезде вышеописанного общежития, куда его отвели в полубессознательном состоянии Ж.С.В. и В.А.В., от отека и нарушения микроциркуляции головного мозга и спинного мозга, образовавшегося в результате причинения компонентов закрытой черепно-мозговой травмы в виде: раны на верхней губе с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, кровоизлияние в мягкие ткани нижней губы, травматической экстракции зубов, кровоизлияние в мягкие ткани головы, под оболочки, в желудочки и вещество головного мозга, оболочки спинного мозга, то есть в результате причиненного действиями ФИО1 тяжкого вреда здоровью потерпевшему.

Подсудимый вину в совершении инкриминируемого преступления фактически не признал, не смотря о его заявление в конце судебного заседания о частичном признании вины.

По существу дела ФИО1 пояснил, что около полуночи <...>года, когда он направлялся в общежитие, расположенное по адресу: г. <...>, сидевшие возле подъезда на скамейке за столиком его знакомые, среди которых находились Ж.С.В. и В.А.В., предложили ему выпить вместе с ними спиртного. Он присоединился к этой компании и выпил всего около <...> грамм коньяка. Через некоторое время из подъезда общежития вышел М.А.В.., подошел к их столику, и попросил налить ему коньяка. Потерпевшему было отказано в этом, после чего М.А.В.. сказал фразу: "Вы, что, не мужики, что ли". После этих слов В.А.В. поднялся со скамейки, подошел к потерпевшему, и нанес последнему два удара кулаком по лицу. Следом за этим к М.А.В.. подошел Ж.С.В., отвел потерпевшего в сторону, и тоже нанес последнему несколько ударов, от которых М.А.В.. упал навзничь без сознания.

Он (ФИО1) ударов М.А.В.никаких не наносил. Подсудимый заявил, что В. А.В. и Ж.С.В. оговаривают его, поскольку сами причастны к совершению преступления. Также ФИО1 полагает, что и свидетели Г.И.Н. с Г.Е.Н. также дают ложные показания.

При этом по окончании судебного следствия ФИО1 заявил, что допускает нанесение одного случайного удара потерпевшему в тот момент, когда он разнимал дерущихся.

Показания подсудимого о непричастности к умышленному причинению М.А.В.. телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью и приведших к смерти последнего, суд считает несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, так как они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Виновность подсудимого в совершении инкриминируемого преступления подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевший М.Ю.В.В., брат погибшего, пояснил, что о совершенном преступлении ему стало известно со слов других лиц, так как очевидцем происшествия он не был. При этом М.А.В. был добродушным безобидным человеком. С братом они находились в постоянном контакте, М.А.В.. ухаживал за престарелой матерью. В связи со смертью брата им были понесены материальные затраты, связанные с погребением М.А.В., а также ему причинен моральный вред.

Свидетели Ж.С.В. и В.А.В. в суде показали, что они вместе со своими знакомыми в ночь на <...>года отдыхали возле подъезда общежития <...>, сидя на лавочке за столиком и распивая коньяк. В первом часу к ним подошел ФИО1, который присоединился к их компании и стал употреблять спиртное. После этого, минут через двадцать из подъезда вышел М.А.В., и попросил их налить и ему коньяка. На эту просьбу потерпевшему было отказано, в связи с чем, М.А.В.произнес фразу: "Вы что, не мужики". Услышав эти слова, ФИО1 стал предъявлять претензии к потерпевшему, так как, по мнению подсудимого, она означала наличие сексуальных проблем у мужчины. Входе предъявления этих претензий ФИО1 начал наносить удары по лицу М.А.В..

При этом Ж.С.В. показал, что лично он видел <...> ударов со стороны подсудимого в область головы М.А.В. От первых <...> потерпевший упал на противоположную скамейку возле подъезда, на бок, но сразу же поднялся. После этого ФИО1 нанес еще <...> удара, от которых М.А.В. упал на спину на песчано-цементную смесь, подготовленную для укладки тротуарной плитки, и остался лежать там без сознания.

В.А.В. видел <...> удара со стороны ФИО1, так как первоначально сидел спиной к конфликтующим. После последнего удара в область головы М.А.В. упал на спину и ударился головой о песчано-цементную смесь.

Они (Ж.С.В. и В.А.В.) участия в конфликте с потерпевшим не принимали.

После этого, видя, что М.А.В.. остался лежать без сознания, Ж.С.В. и В.А.В. подняли потерпевшего с земли, поставили последнего на ноги, и повели в общежитие. Когда зашли в подъезд, то М.А.В. пришел в себя. Они спросили, сможет ли он дойти до своей комнаты самостоятельно, и получив утвердительный ответ, оставили потерпевшего стоящим на ногах на первом этаже возле лестничного марша, ведущего наверх. После этого они вышли на улицу, и, находясь возле подъезда, услышали звук упавшего тела, но возвращаться в подъезд не стали.

Когда через некоторое время они вернулись в подъезд общежития, то обнаружили М.А.В. лежавшим без признаков жизни на том же лестничном марше, возле которого они его и оставили, располагавшимся вниз лицом. После этого они подняли потерпевшего на лестничную площадку между первым и вторым этажами, и вызвали бригаду скорой медицинской помощи.

Показаниям Ж.С.В. и В.А.В. у суда нет оснований не доверять, поскольку они согласуются с показаниями других свидетелей. Поэтому суд признает показания данных свидетелей достоверными, и они опровергают пояснения подсудимого о непричастности к нанесению телесных повреждений М.А.В.

При производстве проверки показаний на месте Ж.С.В. воспроизвел обстоятельства нанесения ФИО1 ударов М.А.В., продемонстрировав на манекене места приложения физической силы со стороны подсудимого. Также в ходе данного следственного действия Ж.С.В. указал места на площадке перед подъездом, где причинялись телесные повреждения потерпевшему, и куда тот падал.

Доводы защитника о недопустимости данного доказательства является необоснованными, поскольку следственное действие проведено, а протокол проверки показаний на месте составлен, в соответствии с нормами УПК РФ.

Допрошенные в суде Г.И.Н. и Г.Е.Н. пояснили, что на период совершения преступления они проживали в общежитии <...> в комнате, расположенной на втором этаже, окна которой выходят на площадку возле подъезда. После полуночи <...>года они пришли к себе в комнату, и видели произошедший между подсудимым и потерпевшим конфликт, в ходе которого ФИО1 нанес удары руками М.А.В. от которых последний упал на землю.

Г.И.Н. также пояснил, что потерпевшего бил только К.И.ОБ. Другие лица, находившиеся на улице возле подъезда, ударов М.А.В.. не насилии.

Г.Е.Н., кроме вышеназванного, показала, что она крикнула К.И.ОВ.: "Ты его убьешь", когда увидела, как после последнего нанесенного подсудимым удара потерпевший упал на землю.

После этого у них (Г.И.Н. и Г.Е.Н.) с подсудимым начался словесный конфликт, в результате которого ими был вызван наряд полиции.

Показания Г.И.Н. и Г.Е.Н., которые суд находит достоверными, опровергают показания подсудимого об избиении потерпевшего Ж.С.В. и В.А.В., и соответственно о причастности последних к смерти М.А.В..

В показаниях вышеуказанных свидетелей имеется противоречия, касающееся конкретных мест на площадке возле подъезда, где были нанесены удары подсудимым потерпевшему, а также касающиеся того, где находился М.А.В.после избиения и до приезда сотрудников полиции по вызову Г., сидел на лавочке возле подъезда или уже находился в подъезде общежития. Однако данные противоречия несущественны и не влияют на факт и обстоятельства причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью, приведшего к его смерти.

Доводы стороны защиты о том, что свидетели могли договориться между собой с целью оговора ФИО1 суд находит надуманными.

Во-первых, Ж.С.В. и В.А.В. не знакомы с Г.И.Н. и Г.Е.Н., и не поддерживают отношения между собой.

Во-вторых, свидетели допрошены сразу же в день совершения преступления и на следующий день после него, в связи с чем, с учетом отсутствия знакомства между ними, у них не было возможности договориться между собой.

К тому же Г.И.Н. и Г.Е.Н. в суде пояснили, что они не являлись постоянными жителями данного общежития, и в настоящий момент там тоже не проживают. На момент преступления они находились в комнате общежития, так как она досталась им от родственников по наследству.

Поэтому суд считает, что у Г.И.Н. и Г.Е.Н. нет никаких мотивов для оговора подсудимого.

Так же необоснованным является и довод защитника, со ссылкой на приобщенные ответы из "Белгородэнерго" филиала МРСК"Центра", что супруги Г.не могли видеть того, кто именно наносил удары потерпевшему, в связи с отсутствием освещения на месте происшествия в указанное в обвинении время.

Во-первых, в приобщенном защитником ответе сказано, что "Белгородэнерго" не располагает сведениями об осветительных установках, расположенных на дворовой территории дома <...>, так как они не числятся на балансе "Белгородэнерго".

Во-вторых, государственным обвинителем в суд предоставлена справка из МБУ"Белгородблагоустройство" о том, что в ночь на <...>года наружное освещение в районе дома <...>было включено с <...>минуты до <...>минут.

Заявление защитника о том, что супруги Г.также не могли видеть происходящего по причине закрытия обзора площадки перед подъездом растущим здесь же деревом основано на предположении, поскольку и Г.И.Н., и Г.Е.Н. в суде заявили, что все происходящее им было хорошо видно.

В ходе проведения опознания Г.И.Н. указал на ФИО1, как на лицо, которое в ночь на <...>года нанесло около <...>ударов кулаками в область головы потерпевшего.

Доводы защитника о недопустимости проведенного опознания является необоснованными по следующим основаниям.

Нормы ст.193 УПК РФ устанавливаю, что опознаваемый предъявляется для опознания вместе с другими лицами, по возможности внешне схожими. То есть закон не устанавливает обязанность подбирать статистов похожих на опознаваемого, в том числе по дате рождения, цвету волос, типу стрижки и так далее. Важно, чтобы предъявленные лица, в первую очередь, не отличались по половому признаку, расовому внешнему виду, существенно внешне не отличались по возрастному восприятию, не зависимо от даты рождения. Следовательно, данное следственное действие проведено, а протокол опознания составлен, в соответствии с нормами УПК РФ.

При производстве осмотра места происшествия, в протоколе от <...>года зафиксирована обстановка возле подъезда общежития <...>и наличие трупа М.А.В.. в подъезде данного общежития. С места происшествия изъята пустая бутылка из-под коньяка, что подтверждает показания свидетелей о причинах начала конфликта.

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы трупа М.А.В.., при исследовании обнаружены следующие телесные повреждения: <...>ФИО2 В.комплекса закрытой черепно-мозговой травмы (все телесные повреждения в обрасти головы) причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Ссадины на передненаружной поверхности верхней трети правой голени не причинили вреда здоровью.

Смерть М.А.В.. наступила от отека и нарушения микроциркуляции головного мозга и спинного мозга, образовавшегося в результате в результате причинения компонентов закрытой черепно-мозговой травмы в виде: <...> На теле М.А.В.. имело место <...>области приложение силы, <...> в области головы и <...> в области конечности.

Выявленные у М.А.В.. компоненты закрытой черепно-мозговой травмы могли образоваться от <...>ударов кулаками в область головы.

Характер обнаруженных на трупе повреждений не исключает возможность образование кровоизлияний в мягкие ткани височно-затылочной части области головы при ударе этой областью в результате, как свободного падения, так и падения с ускорением из положение стоя на ногах, и ударе областью повреждений о твердую землю.

В судебном заседании, по ходатайству защитника, допрошен судебно-медицинский эксперт К.Н.Е., который подтвердил выводы вышеуказанной экспертизы, и пояснил, что в результате падения потерпевшего из положения стоя на ногах на спину и ударе о песчано-цементную смесь могло образоваться только одно телесное повреждение, это кровоизлияние в мягкие ткани височно-затылочной части области головы. Образование же остальных компонентов черепно-мозговой травмы, и в частности при падении на лестничный марш, должно было сопровождаться ушибленными ранами, чего на трупе обнаружено не было.

Также эксперт пояснил, что подпункт <...> подпункта <...> сделанного им заключения содержит техническую опечатку, так как текст, изложенный в скобках, следует читать " <...>".

Выводы данной экспертизы детально обоснованы в описательной части и сделаны на основе научных методик, экспертиза проведена в соответствии с требованиями УПК РФ, в связи с чем, суд признает ее объективной, допустимым доказательством по делу.

Показания эксперта в суде мотивированы, они согласуются и дополняют сделанное им заключение, поэтому суд признает эти показания достоверными.

Показания эксперта опровергают предположение стороны защиты о возможности получения М.А.В.тяжкого вреда здоровью в результате падения на лестничный март в подъезде общежития либо от удара головой о песчано-цементную смесь после падения.

В прениях защитник привел ряд доводов о неполноте проведенного предварительного расследования, связанного с неполнотой изъятых с места происшествия предметов, не проведением по изъятым с места происшествия смывам вещества бурого цвета экспертных исследований, не проведением допросов всех присутствовавших на месте происшествия лиц в качестве свидетелей.

Однако не проведение тех или иных следственных действий в ходе предварительного следствия не может служить основанием для оправдания подсудимого, поскольку суд принимает решение только на основе тех доказательств, которые имеются в материалах уголовного дела и представлены сторонами обвинения и защиты.

В данном случае на основе анализа исследованных в судебном заседании доказательств, суд приходит к выводу, что представленных стороной обвинения доказательств достаточно для признания подсудимого К.И.ОГ. виновным в совершении преступления.

Действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ, – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Подсудимый, нанося удары потерпевшему в жизненно важный орган – голову, применяя тем самым насилие опасное для жизни и здоровья, причинившее тяжкий вред здоровью, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасного последствия, но относился к этому безразлично, то есть действовал с косвенным умыслом, по отношению к причинению тяжкого вреда здоровью. На наличие косвенного умысла, указывает тот факт, что ФИО1 нанес все удары в область головы потерпевшего, а когда свидетели потребовали прекратить избиение последнего, то подсудимый перестал наносить удары. В то же время ФИО1, причиняя тяжкий вред здоровью потерпевшему, не предвидел возможность наступления смерти М.А.В., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, поскольку он имеет достаточный жизненный опыт и расстройств психической деятельности не обнаруживает. Следовательно, по отношению к смерти М.А.В.в действиях подсудимого имеется неосторожная форма вины в виде небрежности.

<...>Вывод указанной экспертизы детально обоснован в описательной части и сделан на основе научных методик, экспертиза проведена в соответствии с требованиями УПК РФ, в связи с чем, суд признает ее объективной и допустимой по делу.

В судебном заседании ФИО1 всесторонне ориентирован, на вопросы отвечает по существу. Проявил логическое мышление, последовательное суждение, не дав усомниться в его психическом статусе. При таких данных суд признает подсудимого вменяемым.

При назначении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает следующее.

Преступление, совершенное ФИО1, направлено против жизни и здоровья человека, являющейся высшей общечеловеческой ценностью. Избиение потерпевшего подсудимым совершено в результате конфликта, связанного с употреблением спиртных напитков, и по своей сути носил бытовой характер.

<...>

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, предусмотренным ч.1 ст.61 УК РФ, суд признает добровольное частичное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления.

Доводы защитника о необходимости признать смягчающим обстоятельством противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, суд считает не основанными на законе, поскольку М.А.В.никаких противоправных либо аморальных действий в отношении подсудимого и находившихся на месте происшествия лиц не совершал. Сам факт нахождения потерпевшего в нетрезвом виде на улице не может расцениваться, как обстоятельство предусмотренное п."з" ч.1 ст.61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных ст.63 УК РФ, в судебном заседании не установлено.

При таких данных суд считает, что достижение целей наказания и исправление подсудимого возможно лишь при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы на определенный срок, с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Суд считает возможным не назначать подсудимому дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Оснований для применения при назначении наказания положений ст.64 либо ст.73 УК РФ суд не находит.

С учетом обстоятельств совершения преступления, оснований для изменения его категории на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ судом не усматривается.

В соответствии с требованиями п."в" ч.1 ст.58 УК РФ, ФИО1 наказание должен отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Принимая в соответствии со ст.81 УПК РФ решение по вещественным доказательствам, суд считает, что: бутылку из-под коньяка и три пластиковых стакана, хранящиеся в СО по <...>, следует уничтожить.

Потерпевшим М.Ю.В.. в рамках уголовного дела заявлен гражданский иск о возмещение имущественного ущерба, связанного с погребением М.А.В.на сумму <...> рублей, и о компенсации причиненного преступлением морального вреда в сумме <...> рублей.

Исковые требования М.Ю.В.о возмещении причиненного ущерба, на основании ст.1064 ГК РФ, подлежит частичному удовлетворению, в той части, в которой потерпевший предоставил документы о понесенных расходах. Расходы <...>подтверждены документально на сумму <...>рубля.

С учетом перенесенных М.Ю.В.нравственных страданий, руководствуясь принципом разумности и справедливости, на основании ст.151, 1099, 1101 ГК РФ, гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит полному удовлетворению. При этом из данной суммы необходимо вычесть добровольно уплаченную в счет компенсации морального вреда сумму в размере 100000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.307,308,309 УПК РФ, суд,–

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок девять лет шесть месяцев в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания осужденному ФИО1 исчислять с <...>года.

Зачесть ФИО1 в срок наказания время задержания его в порядке ст.91 УПК РФ и время предварительного содержания под стражей с <...>года включительно.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения К.И.ОВ. оставить без изменения, – содержание под стражей.

<...>

Гражданский иск М.Ю.В.о взыскании имущественного ущерба удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу М.Ю.В., на основании ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в счет возмещения имущественного ущерба, <...> копеек.

Гражданский иск М.Ю.В.о компенсации морального вреда удовлетворить полностью, определив на основании ст.151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, сумму компенсации морального <...> рублей. Взыскать с ФИО1, в счет компенсации морального вреда, в пользу М.Ю.В., за вычетом добровольно уплаченной суммы в <...>рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В тот же срок, в случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья В.А. Сытюк