Апелляционное определение № 22-2250/2025 от 9 декабря 2025 г.

Председательствующий по делу Дело № 22-2250/2025

судья Жегалова В.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Чита 10 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе председательствующего судьи Горюновой Н.Г.,

судей Климовой Е.М., Шемякиной Е.В.,

при секретаре судебного заседания Гаряшиной Е.А.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Лазаревой А.В.,

осужденных ФИО1, ФИО2,

адвокатов Тимофеева И.А., Хомутова С.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО2 и ее защитника - адвоката Хомутова С.Ю., защитника осужденного ФИО1 - адвоката Тимофеева И.А. на приговор <данные изъяты> районного суда г.Читы от 21 августа 2025 года, которым

ФИО1, родившийся <Дата> в <адрес>, не судимый,

осужден по п.«в» ч.3 ст.286 УК РФ к лишению свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью в сфере проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий сроком на 2 года.

ФИО2, родившаяся <Дата> в <адрес>, не судимая,

осуждена по п.«в» ч.3 ст.286 УК РФ к лишению свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью в сфере проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий сроком на 2 года.

В отношении ФИО1, ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, осужденные взяты под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок наказания зачтено время содержания осужденных ФИО1, ФИО2 под стражей с 21 августа 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. При образовании по итогам льготного зачета остатка в размере 1/2 дня содержания под стражей постановлено зачесть данный остаток за один день лишения свободы.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью в сфере проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий постановлено ФИО1, ФИО2 исчислять со дня освобождения осужденных из исправительного учреждения.

За гражданским истцом ГКУ «<данные изъяты>» признано право на удовлетворение гражданского иска о возмещении материального ущерба, вопрос о размере гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Арест, наложенный постановлением <данные изъяты> районного суда г.Читы от 9 декабря 2024 года на имущество ФИО1 - ? доли в общей долевой собственности жилого помещения (квартиры) по адресу: Забайкальский край, г.<данные изъяты>, ул.<данные изъяты>, д.<данные изъяты>, кв.<данные изъяты>, кадастровый номер <данные изъяты>, сохранен до рассмотрения гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу.

Кроме того, осужденной ФИО2 подана апелляционная жалоба на постановление <данные изъяты> районного суда г.Читы от 21 августа 2025 года о передаче несовершеннолетнего ребенка ФИО2 - <данные изъяты> органу опеки и попечительства Комитета образования администрации ГО «<данные изъяты>» для решения вопроса о передаче на попечение близких родственников или других лиц либо помещении в детское социальное учреждение.

Заслушав доклад судьи Горюновой Н.Г., выслушав адвоката Хомутова С.Ю., осужденную ФИО2, адвоката Тимофеева И.А., осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Лазаревой А.В. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы их полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с причинением тяжких последствий.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1, ФИО2 вину в предъявленном обвинении не признали.

Кроме того, одновременно с постановлением обвинительного приговора судом вынесено постановление о передаче несовершеннолетнего сына осужденной ФИО2 - <данные изъяты>., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который в связи с осуждением матери к лишению свободы остается без попечения, органу опеки и попечительства Комитета образования администрации ГО «<данные изъяты>» для решения вопроса о передаче на попечение близких родственников или других лиц, либо помещение в детское социальное учреждение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная ФИО2, выражая несогласие с приговором, считает его незаконным и несправедливым, постановленным с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов, выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Не соглашается с наличием признака «группой лиц по предварительному сговору» и ее признанием должностным лицом, поскольку полномочиями начальника ГАУ «<данные изъяты>» наделена не была, их не присваивала, ФИО1 на должности начальника не заменяла, без согласования с ФИО1 подписание заключений было невозможно, делалось это лишь после их направления <данные изъяты>., у которого находилась электронная цифровая подпись ФИО1 Наличие у нее организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций не подтверждено; согласно Уставу ГАУ «<данные изъяты>» учреждение возглавляет начальник, предусмотрено его единоличное исполнение; Распоряжением № 16-р от 9 июля 2019 года начальник назначается в единственном лице, является единоличным исполнительным органом, осуществляющим руководство деятельностью учреждения, несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей; Должностной инструкцией на начальника возложены обязанности по техническому руководству и т.д.; Приказом № 24 от 9 июля 2019 года начальником ГАУ «<данные изъяты>» назначен ФИО1 В перечисленных документах фамилия ФИО2 не указана, приказом о принятии на работу и должностной инструкцией организационно-распорядительные функции не предусмотрены, установлена обязанность подчиняться, исполнять приказы, распоряжения и указания начальника учреждения, каковым являлся ФИО1

При трудоустройстве в июле 2019 года ФИО1 изготовлена электронная цифровая подпись, по договоренности с <данные изъяты> сделаны копии ЭЦП экспертов; заключения подписывались ФИО1 через <данные изъяты>., о чем всем было известно. Она же трудоустроена 2 декабря 2019 года, ЭЦП ФИО1 сводные заключения не подписывала, подпись руководителя ставилась после подписания экспертами. По просьбам и прямым указаниям ФИО1 в его отсутствие она и главный бухгалтер подписывали документы его ЭЦП, что подтверждает ФИО1 Проекты заключений направлялись <данные изъяты>., о чем докладывалось ФИО1, который направлял ей уведомления о регистрации заключений в ГИС «Единый государственный реестр заключений», и ему на личную электронную почту поступали уведомления о подписании заключений и их выгрузке в ЕГРЗ. В моменты, о которых сообщали свидетели <данные изъяты>., <данные изъяты>., <данные изъяты>., она с ведома ФИО1 подписывала договоры и информационные письма, к ним ситуации с 10 станциями ВНС не относятся, они происходили задолго до ноября-декабря 2020 года.

Навыками составления документов и знаниями о стадиях проведения экспертиз обладали все сотрудники учреждения, в том числе <данные изъяты>., <данные изъяты>., <данные изъяты>., <данные изъяты>., <данные изъяты>. и <данные изъяты>

В группе мессенджера «WhatsApp» состояли все эксперты, в ней <данные изъяты>., узнав о выдаче заключений, продолжала переписываться с экспертами по поводу устранения замечаний в январе 2021 года. <данные изъяты> и <данные изъяты> сообщали, что подписали заключения до нового года, зная, что другие устраняли замечания в январе 2021 года. <данные изъяты> и <данные изъяты> согласно должностной инструкции должны были подготовить локальное заключение, чего не сделали и вопросы руководителю не задавали. Показания <данные изъяты>. о том, когда она узнала о выдаче заключений противоречивы, при этом зная, о их выдаче, она продолжала подготовку сводного заключения в 2021 году, вопросов не задавала. Свидетелям <данные изъяты>., <данные изъяты>. про ЭЦП известно по слухам.

Показания <данные изъяты>., <данные изъяты>., <данные изъяты>. основаны на предположениях, противоречат показаниям ФИО5 <данные изъяты>. и являются недопустимыми доказательствами, сотрудники ГАУ «<данные изъяты>» имеют к ней личную неприязнь, оговаривают ее, доводы о чем не приняты во внимание судом.

Не соглашается с наступлением от ее действий тяжких последствий в виде срыва деятельности организации, ее обязательств перед другими лицами, государственных планов и причинения ГКУ «<данные изъяты>» материального ущерба в значительном размере, поскольку денежные средства в рамках национального проекта доведены до необходимых органов, контракты на строительство заключены в 2022 году, разрешения на строительство получены, подрядчики приступили к работам, часть ВНС построена и введена в эксплуатацию, по ВНС <данные изъяты> контракт расторгался дважды из-за недобросовестного подрядчика, в эксплуатацию не введено лишь две ВНС, а строительство объектов и отчетность о их эксплуатации в ее полномочия и ГАУ «<данные изъяты>» не входит. Заказчик и подрядчик в любом случае использовали бы первоначальную ПСД и положительные заключения, а в случае если бы они не были выданы, то Забайкальский край не попал бы в федеральную программу и не получил бы мер поддержки на строительство ВНС, и ГКУ «<данные изъяты>» повторно бы затратило денежные средства на разработку ПСД и проведение экспертизы. В случае несогласия или трудностей при строительстве объектов ГКУ «<данные изъяты>» имело право обжаловать заключения, чего не сделало.

Полагает, что ее действия должны быть квалифицированы по ч.5 ст.33 ч.1 ст.286 УК РФ как пособничество ФИО1 в совершении должностного преступления, поскольку она была осведомлена о составлении положительных заключений по ВНС, об организации ФИО1 подготовки сводных заключений до конца 2020 года и даче указаний о их согласовании с ООО «<данные изъяты>» и направлении <данные изъяты>., что она контролировала и докладывала ФИО1; давала указания <данные изъяты> о внесении в журнал сведений о выданных заключениях заказчику ООО «<данные изъяты>», что сделала после подписания ФИО1 актов приемки оказанных услуг и титульных листов заключений с оговоркой о том, что замечания будут устранены, необходимые документы составлены позже, чтобы успеть попасть в федеральную программу, о чем все сотрудники знали и понимали, что выдать заключения до конца года законным путем невозможно. По этой причине штатные эксперты отказались подписать положительные заключения, на что ФИО1 сказал, что заключения будут подписаны <данные изъяты>., о чем он даст указание. В ГАУ «Госэкспертиза <данные изъяты>» все знали о получении ФИО1 и <данные изъяты> из ООО «<данные изъяты>» указания от Правительства Забайкальского края о необходимости любым способом до конца 2020 года изготовить ПСД и положительные заключения, чтобы Забайкальский край попал в федеральную программу, слушались ФИО1 и помогали ему. Она была свидетелем и контролировала незаконные указания ФИО1 по изготовлению проектов заключений, давала указания о их направлении <данные изъяты>., по указанию ФИО1 организовала их реализацию через <данные изъяты>., подготовила на подпись ФИО1 акты выполненных работ и титульные листы заключений, после подписания которых поручила <данные изъяты>. внести сведения в журнал о выдаче этих заключений. В содеянном раскаивается, вину не признавала, опасаясь предъявления большего обвинения, причастные лица уверили в ненаказуемости ее действий по оказанию помощи ФИО1 ввиду занимаемой должности.

При решении вопроса о мере наказания просит учесть, что одна воспитывает двоих сыновей, которые остались без средств к существованию и не способны исполнять ее кредитные обязательства, квартира, приобретенная по ипотечному договору, является для них единственным жильем; она лишена возможности осуществлять трудовую деятельность и исполнять обязательства по кредитным и ипотечным договорам; сын <данные изъяты> привязан к ней, испытывает стресс, отказывается учиться и заниматься спортом, что влияет на его социализацию, сказывается на психике ребенка. Считает, что опасности для общества не представляет, реальное лишение свободы не заслужила, новых преступлений совершить не может, так как не работает в учреждении. С учетом ее роли в преступлении просит назначить наказание с применением ст.73 УК РФ, дав возможность воспитывать детей.

В апелляционной жалобе адвокат Хомутов С.Ю., выражая несогласие с приговором, дополнил о неправильном применении уголовного закона при квалификации содеянного ФИО2, ошибочности выводов суда о том, что его подзащитная является должностным лицом и причинила тяжкие последствия.

ФИО2 должностным лицом, а, следовательно, соисполнителем совершенного ФИО1 должностного преступления не является, поскольку начальник планово-договорного отдела ГАУ «<данные изъяты>» должностным лицом не является, организационно-распорядительными функциями согласно должностной инструкции и регламенту работы планово-договорного отдела не наделена. Не конкретизировано, какие функции, осуществляемые ФИО2 по указанной должности, явились организационно-распорядительными, поскольку государственные экспертизы она не проводила, а лишь организовывала их производство. ФИО2 полномочия ФИО1 по должности начальника путем использования ЭЦП начальника и исполнения его указаний о выдаче заключений на себя не принимала, поскольку согласно Уставу и трудовому договору начальник не имеет права делегировать свои полномочия начальнику планово-договорного отдела; полномочия сотрудников строго определены должностными инструкциями и регламентами отделов; должностная инструкция ФИО2 и ее трудовой договор не предусматривают возможность исполнения полномочий начальника учреждения.

Передача должностным лицом ЭЦП другому лицу не свидетельствует о передаче полномочий по должности. Федеральный закон от 6 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» и судебная практика предусматривают возможность передачи права использования ЭЦП от ее владельца иному лицу с сохранением ответственности владельца ЭЦП за ее использование. ФИО1 и ФИО2 отрицают факт наделения и передачи полномочий начальника ФИО2, при этом показания ФИО1 о том, что он не несет ответственности за использование ФИО2 его ЭЦП, противоречат Федеральному закону № 63-ФЗ и направлены на уход от ответственности. Не свидетельствуют о передаче полномочий начальника его подзащитной показания свидетелей <данные изъяты>., и <данные изъяты> о том, что ФИО2 вместо ФИО1 руководила рабочим процессом учреждения, поскольку они же утверждают, что ФИО2 действовала во исполнение указаний ФИО1, который через ФИО2 доводил до них рабочие задачи. ФИО1 при совершении преступления непрерывно пребывал в должности начальника, что исключает передачу им полномочий ФИО2 Все инкриминируемые действия совершены ФИО2 в должности начальника планово-договорного отдела, по которой субъектом должностных преступлений не является.

Не соглашается, что действия ФИО2 по даче указаний составить заключения с заведомо ложными сведениями, направлению заключений на электронную почту <данные изъяты>., проставлению ЭЦП ФИО1 на титульных листах заключений, даче указаний <данные изъяты> внести в информационный журнал сведения о выдаче уже зарегистрированных в ЕГРЗ заключений являются юридически значимыми и повлекли юридические последствия, поскольку на тот момент заключения начальником подписаны и зарегистрированы в ЕГРЗ не были, статус официального документа получили в момент их подписания <данные изъяты> усиленными квалифицированными ЭЦП ФИО1 и четверых экспертов 21 декабря 2020 года, что также не свидетельствует о виновности ФИО2, поскольку <данные изъяты> в служебном подчинении у ФИО3 не находится, исполнять ее требования не обязан. Следовательно, юридическое значение имели и влекли юридические последствия только действия <данные изъяты> по подписанию заключений ЭЦП и их загрузке в ЕГРЗ и указания об этом ФИО1, участия в которых ФИО2 не принимала. Последующие действия ФИО2 по проставлению ЭЦП ФИО4 на титульных листах заключений, внесению сведений о их выдаче в информационный журнал также юридически значимыми не являются, юридических последствий не влекут.

Не соглашается с выводом о причинении ФИО2 тяжких последствий в виде материального ущерба ГКУ «Служба <данные изъяты>» в виде затраченных средств на производство 10 экспертиз, поскольку расчет за проделанную работу произведен на законных основаниях. Не соответствует нормам гражданского законодательства вывод о том, что денежные средства, которыми ООО «Энергопроект» в декабре 2020 года рассчиталось с ГАУ «Госэкспертиза <данные изъяты> края», принадлежат ГКУ «Служба <данные изъяты>», поскольку согласно Гражданскому кодексу РФ денежные средства, находящиеся на банковском счете ООО, являются собственностью общества; директор ООО «<данные изъяты>» показал, что оплату ГАУ «<данные изъяты> края» по проведению экспертиз произвело из собственных и заемных средств, сведения о чем судом не проверены. ГКУ «Служба единого заказчика Забайкальского края» бюджетные средства за изготовление ПСД перечислило ООО «<данные изъяты>» по пяти контрактам 25 декабря 2020 года, по другим пяти контрактам - 20 апреля 2021 года, когда к ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» до 25 декабря 2020 года перечислили на счет ГАУ «<данные изъяты>» собственные денежные средства в качестве частичной оплаты по договорам о проведении экспертиз в размере 2 833 279, 5 рублей, и к 30 декабря 2020 года полностью рассчитались с ГАУ «<данные изъяты>». Следовательно, ООО «<данные изъяты>» произвело частичный расчет с ГАУ «<данные изъяты>» за счет собственных средств, которые не могут принадлежать ГКУ «Служба <данные изъяты>», что не может расцениваться как причинение материального ущерба. Из договоров о проведении экспертиз следует, что ГАУ «Госэкспертиза <данные изъяты>» выдает положительные или отрицательные заключения на представленные ПСД, а ООО «<данные изъяты>» обязано принять заключения и подписать акт сдачи-приемки оказанных услуг. Из государственных контрактов следует, что в случае получения ООО «<данные изъяты>» отрицательных заключений на ПСД, повторное прохождение экспертиз осуществляется за счет общества. Из исследованных доказательств следует, что в декабре 2020 года ГАУ «<данные изъяты>» приняло в работу 10 экспертиз, экспертами они изучены и выданы отрицательные заключения в декабре 2020-январе 2021 года. ГАУ «Госэкспертиза Забайкальского края» должно было выдать ООО «<данные изъяты>» 10 отрицательных заключений, поскольку ПСД не соответствовала требованиям закона, за что ответственность перед ГКУ «Служба <данные изъяты>» несло исключительно ООО «<данные изъяты>» как проектировщик, обязавшийся принять положительное заключение на ПСД. С учетом того, что экспертизы были приняты в работу, эксперты изучили ПСД и выдали заключения оплата работ по проведению 10 экспертиз для ООО «<данные изъяты>» была обязательной, следовательно ГКУ «<данные изъяты>» в любом случае обязано было компенсировать ООО «Энергопроект» первичные затраты по прохождению экспертиз. Поэтому для ООО «<данные изъяты>» и ГКУ «<данные изъяты>» первичная оплата услуг ГАУ «<данные изъяты>» за первичные экспертизы была обязательной. Финансовое состояние ГКУ «<данные изъяты>» и ГКУ «<данные изъяты>» от того, что по контрактам денежные средства перечислены из бюджета Забайкальского края не пострадало, тяжких последствий в виде материального ущерба не наступило. Ответственность перед ГКУ «Служба <данные изъяты>» за предоставление надлежащей ПСД несло ООО «<данные изъяты>», директор которого заведомо знал о том, что изготовленные ПСД не соответствуют требованиям закона, положительные заключения будут выданы незаконно. Следовательно, ответственность с ООО «<данные изъяты>» за некачественно выполненную ПСД снята быть не может, ответственность за причиненный материальный ущерб ГКУ «<данные изъяты>» при наличии такового не связана с действиями ФИО1 и ФИО2 и не находится с ними в прямой причинно-следственной связи, и может быть лишь последствием от действий <данные изъяты>, которые подлежат уголовно-правовой оценке по ст.159 УК РФ в рамках отдельного материала, выделенного из уголовного дела.

Также не соглашается с причинением ФИО2 иных тяжких последствий, описание которых приводит в жалобе, полагая, что перечисление через ГКУ «<данные изъяты>» на счет ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» средств в счет компенсации затрат по прохождению первичных экспертиз не влечет тяжких последствий для бюджета Забайкальского края в силу незначительности ее размера; тот факт, что строительство объектов велось за счет федерального финансирования и бюджета Забайкальского края, который является дефицитным, не означает, что для Забайкальского края наступили тяжкие последствия, поскольку доля затрат на строительство указанных объектов для региона незначительна. Срок реализации федеральной программы «Чистая вода» изначально охватывал период до конца 2024 года и продлен до 2030 года, в связи с чем вывод о том, что в результате действий ФИО2 в Забайкальском крае программа не выполнена в срок необоснован. Экспертизы были приняты в работу ГАУ «<данные изъяты>», и по ним должны были быть выданы отрицательные заключения, в связи чем со стороны ООО «<данные изъяты>» оплата договоров на сумму 8 493 355, 20 рублей подлежала в обязательном порядке, а значит, указанные затраты неминуемо имели место опосредованно и у ГУК «<данные изъяты>», которое в последующем компенсировало затраты ООО «<данные изъяты>» в виде прохождения первичных экспертиз разработанной ПСД, в силу чего понесенные расходы не могут быть расценены как тяжкие последствия, они являлись неизбежными и понесены на законных основаниях. Размеры дополнительных затрат и факты их взыскания с ГУК «<данные изъяты>» не указаны поэтому необоснованными являются выводы о несении подрядчиками дополнительных расходов, предположения о том, что они могут быть взысканы в будущем необоснованны. Причиной затягивания сроков строительства 10 станций водоподготовки явилась необходимость замены импортного оборудования на отечественное из-за санкций в отношении РФ, что неминуемо повлекло за собой корректировку ПСД под новое оборудование и не зависело от ФИО2 Заказчиком ПСД использована по назначению при строительстве объектов, ввод которых в эксплуатацию свидетельствуют об отсутствии тяжких последствий. ФИО2 наступление вышеуказанных тяжких последствий не вменялось, таковыми признало лишь наступление материального ущерба для ГКУ «<данные изъяты>» поэтому суд не вправе делать выводы о признании таковых от действий ФИО2, поскольку в этом случае суд выйдет за рамки предъявленного обвинения, что недопустимо.

Выводы о наступлении от действий ФИО2 тяжких последствий для ГКУ «<данные изъяты>» и ГКУ «<данные изъяты>» не соответствуют положениям Пленума Верховного суда РФ № 19 от 16 октября 2009 года.

Таким образом, содеянное ФИО2 по п.«в» ч.3 ст.286 УК РФ квалифицировано неверно, ее действия необходимо квалифицировать по ч.5 ст.33 ч.1 ст.286 УК РФ без применения при назначении ей наказания отягчающего признака «совершенное группой лиц по предварительному сговору».

При обсуждении вопроса о соразмерности и справедливости назначенного ФИО2 наказания просит учесть наличие на иждивении детей, кредитных обязательств, лишение возможности исполнять финансовые обязательства в связи с нахождением под стражей. Реальное лишение свободы негативно влияет на условия жизни семьи осужденной, развитие и воспитание несовершеннолетнего сына. Просит приговор в отношении ФИО2 отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в <данные изъяты> районный суд г.Читы в ином составе.

В суде апелляционной инстанции просил о переквалификации действий ФИО2 и применение положений ст. 73 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Тимофеев И.А., выражая несогласие с приговором, полагает, что наличие инкриминируемого состава преступления, причастность к его совершению ФИО1 по предварительному сговору и распределением ролей с ФИО2 не подтверждены, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются исследованными доказательствами.

Считает, что единственным доказательством вины ФИО1 являются противоречивые показания свидетеля ФИО5 <данные изъяты>., не соответствующие действительности и недостаточны для постановления обвинительного приговора. Так, показания <данные изъяты> о просьбах ФИО1 скопировать электронные цифровые подписи опровергаются показаниями ФИО1 и экспертов о том, что при вступлении в должность начальника ФИО1 распорядился передать экспертам все ЭЦП, находившиеся в распоряжении предыдущего руководителя; о звонке ФИО1 21 декабря 2020 года о необходимости подписания заключений скопированными ЭЦП штатных экспертов и ФИО1 и их выгрузки в ГИС «Единый государственный реестр заключений» опровергаются осмотром мессенджера «WhatsApp» ФИО1 от 13 декабря 2024 года, согласно которому звонки <данные изъяты> в указанный период не поступали, однако судом содержание данного доказательства искажено путем указания о том, что ФИО1 добровольно выдал сотовый телефон марки «Айфон» и в мессенджере «WhatsApp» установлена переписка с бизнес-аккаунтом, сведения о звонках и сообщениях за 21 декабря 2020 года, когда подписаны положительные заключения. ФИО5 в показаниях от 27 ноября 2023 года пояснил, что о необходимости загружать подписанные заключения в ЕГРЗ ему сообщали <данные изъяты>., <данные изъяты>. либо ФИО2; в первых показаниях пояснил, что затрудняется ответить, кто давал указания о загрузке экспертиз в ЕГРЗ, однако в последующем смог назвать точную дату и время звонка от ФИО1 Полагает, что указание о подписании заключений поступило <данные изъяты> не через мессенджер «WhatsApp», а вместе с заключениями, направленными ему на электронную почту с почты учреждения, стиль написания которого характерен для ФИО2 Показания <данные изъяты> о наличии у ФИО1 рабочего ноутбука с программой для подписания документов с помощью ЭЦП не согласуются с его же показаниями о том, что ФИО1 кроме 21 декабря 2020 года с просьбами о подписании и загрузке заключений в ЕГРЗ не звонил, поскольку для чего ФИО1 давать такие указания, если он мог сделать это самостоятельно. Показания ФИО5 не соответствуют показаниям ФИО1, которые в свою очередь подтверждаются показаниями других свидетелей, протоколами осмотра электронной почты ФИО5 и ГАУ «<данные изъяты>», телефона ФИО1, протоколами осмотра доказательств нотариусом. Указывает, что <данные изъяты> оговаривает и дает показания против ФИО1 ввиду опасений того, что в случае указания на ФИО2, она сообщит о его осведомленности о незаконности таких действий, что повлечет его привлечение в качестве соучастника преступления, а также с целью выгородить ФИО2, поскольку в период ее руководства учреждением его супруга <данные изъяты>. имела с учреждением коммерческие отношения, и он получал денежные средства, размер которых возрос с приходом к руководству ФИО2, что подтверждает свидетель <данные изъяты> Показания <данные изъяты> не подтверждают осведомленность ФИО1 о том, что государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий по 10 станциям водоподготовок не проведена, положительные заключения не соответствуют действительности и не подготовлены экспертами, о чем была осведомлена ФИО2

Бездействие, выразившееся в самоустранении ФИО1 от исполнения возложенных на него обязанностей начальника ГАУ «<данные изъяты>», состав преступления, предусмотренного ст.286 УК РФ, не образует. Не доказано наличие у ФИО1 мотива на совершение преступления в виде: корыстной заинтересованности, обусловленной желанием получить незаконную прибыль, поскольку согласно показаниям ФИО1 и сотрудников ГАУ «<данные изъяты>» оплата за проведение экспертиз не зависела от результатов экспертизы, напротив выгоднее было выдать отрицательные заключения, что влекло бы необходимость повторного представления документов на экспертизу и внесения за это оплаты; иной личной заинтересованности, побуждаемой карьеризмом, поскольку ФИО1 в 2020 году отказался от предложения возглавить Министерство строительства, дорожного хозяйства и транспорта Забайкальского края.

Полагает о наличии в действиях ФИО1 признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ - халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, что выразилось в позволении ФИО2 использовать его электронную цифровую подпись.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить и оправдать его в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.3 ст.286 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях состава указанного преступления.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2, выражая несогласие с постановлением, считает его незаконным и необоснованным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое путем ограничения процессуальных прав участников уголовного судопроизводства, повлияло на вынесение законного и обоснованного решения. Суду было известно о наличие у ее несовершеннолетнего ребенка близких родственников и иных лиц, которым он мог быть передан на попечение, следовательно, решение о передаче <данные изъяты> органу опеки и попечительства нарушает положения ч.1 ст.313 УПК РФ. Просит постановление суда о передаче несовершеннолетнего <данные изъяты> органу опеки и попечительства отменить.

Исследовав представленные материалы уголовного дела, выслушав мнение участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО1, ФИО2, о квалификации содеянного и другие подлежащие установлению обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ, в приговоре обоснованы исследованными в суде доказательствами и полностью аргументированы, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании надлежащих доказательств: показаниях представителя потерпевшей, свидетелей, показания которых подробно приведены в приговоре, а также письменных материалов дела.

Добытые по делу доказательства суд обоснованно посчитал не противоречащими, дополняющими друг друга и конкретизирующими обстоятельств совершенного преступления, в связи с чем в своей совокупности достаточными для признания ФИО1, ФИО2, виновными в совершении инкриминируемого преступления. Все собранные по делу доказательства проверены в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, их всесторонний анализ содержится в приговоре.

Оценка всем доказательствам виновности ФИО1, ФИО2, в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.3 ст.286 УК РФ дана правильная, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Предварительное следствие и судебное заседание проведены с соблюдением требований закона, состязательность процесса не нарушена, сторонам была предоставлена одинаковая реальная возможность в предоставлении доказательств.

Приговор постановлен в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В нем изложены описание преступного деяния, признанного судом доказанным, доказательства, на которых основаны выводы суда, указание на все обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, мотивы решения вопросов, относящихся к назначению наказания, обоснование принятых судом решений по указанным в ст.299 УПК РФ вопросам в приговоре изложены в соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ.

Доводы осужденных об отсутствии в их действиях состава преступления тщательно были проверены судом первой инстанции и опровергнуты совокупностью исследованных доказательств.

Так, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО1 и ФИО2 являлись должностными лицами ГАУ «Госэкспертиза <данные изъяты>». Данные выводы судом подробно мотивированы и оснований не согласиться, с ними у судебной коллегии не имеется.

Доводы адвоката Тимофеева И.А. о том, что суд признал бездействие, выразившееся в самоустранении ФИО1 от исполнения возложенных на него обязанностей начальника ГАУ «<данные изъяты>», основаны на иной оценке исследованных судом доказательств и собственном толковании автором апелляционной жалобы, в связи с чем не свидетельствуют о незаконности приговора.

Поскольку как правильно указал суд ФИО6, являясь должностным лицом, явно превышая свои должностные обязанности начальника ГАУ «<данные изъяты>» самоустранился от исполнения возложенных на него обязанностей ГАУ «<данные изъяты>», перенаправив свою активность с законных полномочий на незаконные, предложил Журавлевой действовать по его указаниям без проведения госэкспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, организовать выдачу до конца 2020 года 10 положительных заключений по 10 станциям водоподготовки, дал указание <данные изъяты> о подписании имеющимися у него в распоряжении дубликатами сертификатов ЭЦП Ватагига и экспертов положительные заключения и загрузить их в ГИС ЕГРЗ для присвоения реестровых номеров, сам подписал с ООО «<данные изъяты>» акты выполненных работ, являющихся официальными документами, что послужило основанием для оплаты фактически не выполненных ГАУ «<данные изъяты>» работ по проведению государственной экспертизы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб судом установлены и приведены в приговоре мотивы противоправных действий осужденных, которые имели личную заинтересованность в их совершении, а также дана надлежащая оценка о наличии материального ущерба ГКУ «<данные изъяты>».

Выводы суда о том, что ФИО1 и ФИО2 действовали по предварительному сговору между собой являются аргументированными, с которыми соглашается судебная коллегия.

Ссылаясь на ст.ст. 41,42 Конституции РФ; на ст.ст. 34,158 Бюджетного кодекса РФ суд первой инстанции, рассматривая вопросы существенного нарушения прав граждан, интересов общества и государства, правильно установил это на момент подписания актов сдачи-приемки оказанных услуг по договорам №№ 739,741,744,756,740,743,742,755,757, заключенным с ООО «<данные изъяты>» и № 758, заключенного с ООО «<данные изъяты>», а не на текущий момент.

Вопреки доводам стороны защиты Журавлевой судом первой инстанции учтены показания экспертов <данные изъяты>., <данные изъяты>. том, что замечания проектно-сметной документации были серьезные, не устранение влекло экономические последствия в виде неработоспособности станций водоподготовки, не качественной эксплуатации объекта; свидетеля <данные изъяты>. о том, что не устранение выявленных ею замечаний в области безопасности и надежности объектов влекло серьезные последствия, в том числе разрушение зданий, фундамента, экономических затрат и возможно жертв; свидетеля <данные изъяты>. о наличии проблем с предоставленными участками для строительства, проектировкой трубопроводов, необходимостью проведении экологических экспертиз, ошибки в проектировании в части не учета дополнительного оборудования, что повлекло увеличение стоимости контрактов, по нескольким станциям водоподготовки выходили на экспертизу повторно; свидетеля <данные изъяты> об отсутствии в проектно-сметной документации части чертежей, информации по земляным и монтажным работам, лишь частично менялось оборудование в связи с наложением санкций; представителя потерпевшего <данные изъяты>., о том, что в установленный контрактом срок, 10 станций водоподготовки построены не были, цели и задачи, для которых выделены бюджетные средства, достигнуты не были, потребность жителей Забайкальского края в получении из систем централизованного водоснабжения питьевой воды надлежащего качества своевременно не удовлетворена, так как вносились изменения в проектно-сметную документацию по каждому объекту, не считая замену оборудования, которая была связана с введенными санкциями. Свидетеля <данные изъяты>. в связи с тем, что 10 станций водоподготовки не введены в эксплуатацию, население вынуждено потреблять воду, не соответствующую гигиеническим нормативам.

Таким образом, в результате совместных и согласованных действий ФИО1 и ФИО2 существенно нарушены права и законные интересы граждан на благоприятную окружающую среду, экологическое, санитарно-эпидемиологическое благополучие, своевременное обеспечение населения Забайкальского края качественной питьевой водой, гарантированные Конституцией РФ, а также охраняемые законом интересы общества и государства на эффективное и результативное использование бюджетных средств.

Несмотря на изменившуюся позицию осужденной ФИО2 о ее роли в совершении преступления, оснований для переквалификации ее действий на ч.5 ст.33 ч.1 ст.286 УК РФ судебная коллегия на основании вышеизложенного не усматривает.

Вопреки доводам стороны защиты у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для признания не соответствующими действительности показаний вышеуказанных свидетелей, а также свидетелей <данные изъяты>, поскольку они получены в соответствии с нормами и требованиями уголовно-процессуального закона, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам случившегося, подробны, последовательны, согласуются с другими исследованными доказательствами. Мотивов у свидетелей для оговора, либо иной заинтересованности в неблагоприятном исходе дела для осужденных судом установлено не было.

То обстоятельство, что надлежащая оценка, данная судом собранным доказательствам, не совпадает с позицией авторов апелляционных жалоб, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для изменения или отмены приговора в отношении осужденных в апелляционном порядке.

Таким образом, суд верно квалифицировал действия ФИО1 и ФИО2 по п. «в» ч.3 ст. 286 УК РФ, как превышение должностных полномочий, то есть совершении ими как должностными лицами действий, явно выходящих за пределы их полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, с причинением тяжких последствий.

При назначении ФИО1, ФИО2 наказания суд первой инстанции, в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности, указанные в приговоре все смягчающие наказание обстоятельства и отягчающее наказание обстоятельство, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Назначенное осужденным наказание является справедливым, соразмерным содеянному, соответствует требованиям ст. 43 УК РФ о его назначении в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Суд обоснованно счел необходимым назначить ФИО1, ФИО2 наказание в условиях реального отбывания в местах лишения свободы, мотивировав выводы в этой части конкретными обстоятельствами дела, опасностью содеянного, совокупными данными о личности осужденных, верно определив им вид исправительного учреждения.

Выводы суда о назначении дополнительного наказания, а также об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, являются обоснованными и правильными.

Кроме того, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановления <данные изъяты> районного суда г.Читы от 21 августа 2025 года о передаче несовершеннолетнего ребенка ФИО2 - <данные изъяты> органу опеки и попечительства Комитета образования администрации ГО «<данные изъяты>» для решения вопроса о передаче на попечение близких родственников или других лиц либо помещении в детское социальное учреждение. Данный вопрос правомерно разрешен в соответствии с требованиями ч.1 ст. 313 УПК РФ. В силу положений Гражданского кодекса РФ попечительство устанавливается над несовершеннолетними в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, при этом попечитель назначается органом опеки и попечительства, основанием возникновения отношений между попечителем и подопечным является акт органа опеки и попечительства. Попечитель должен соответствовать требованиям, указанным в ч.ч.2,3 ст. 35 ГК РФ, надзор за деятельностью попечителя осуществляет орган опеки и попечительства.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор <данные изъяты> районного суда г.Читы от 21 августа 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, постановление <данные изъяты> районного суда г.Читы от 21 августа 2025 года о передаче несовершеннолетнего ребенка ФИО2 - <данные изъяты> органу опеки и попечительства Комитета образования администрации ГО «<данные изъяты><данные изъяты>» для решения вопроса о передаче на попечение близких родственников или других лиц либо помещении в детское социальное учреждение оставить без изменения.

Апелляционные жалобы осужденной ФИО2, адвокатов Хомутова С.Ю., Тимофеева И.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение в части оставления без изменения постановления Центрального районного суда г. Читы от 21 августа 2025 г. может быть обжаловано в порядке гл. 47.1 УПК РФ путем подачи кассационной жалобы, представления непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Кемерово), а в остальной части апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Кемерово) в порядке, предусмотренном гл.47.1 УПК РФ через суд, постановивший приговор.

Кассационные жалоба, представление, могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденных, содержащихся под стражей в тот же срок со дня вручения им копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Лицо, подавшее кассационную жалобу (представление) вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Н.Г. Горюнова

Судьи Е.М. Климова

ФИО7