Решение № 2-3021/2017 2-3021/2017~М-2989/2017 М-2989/2017 от 17 декабря 2017 г. по делу № 2-3021/2017

Дело 2-3021\2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 декабря 2017 года г. Биробиджан

Биробиджанский районный суд Еврейской автономной области

в составе Сладковой Е.Г.,

При секретаре Матюшенко С.И.,

С участием прокурора Зыкиной Д.С.,

рассмотрел в судебном заседании в городе Биробиджане дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Гостиница «Центральная» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного травмой на производстве,

У с т а н о в и л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к Киму Р.Ч. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного травмой на производстве. Свои требования мотивировала тем, что она получила травму на производстве 15.02.2017, изначально травма было легкой, на данный момент травма признана тяжелой, и она получила инвалидность 3 группы. На момент получения травмы она была единственным кормильцем в семье, имеет двоих детей и мужа инвалида. Она просит взыскать морально материальный ущерб с предприятия, так как в данный момент она инвалид и работать не может, на лечение нет средств. Просит суд взыскать в ее пользу морально материальный ущерб в размере 1 500 000 рублей.

Определением от 24.11.2017 произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО4 на надлежащего ответчика общество с ограниченной ответственностью «Гостиница «Центральная».

Истица ФИО3 в судебном заседании исковые требования уточнила, просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 1500 000 рублей. Доводы иска поддержала, суду дополнительно пояснила, что с апреля 2015 года она работала у ответчика. С инструкцией по технике безопасности она была ознакомлена. 15.02.2017 она пришла на работу, приняла смену. Ей было дано указать помыть двери. Она поставила стул и когда слезала со стула, упала и поломала руку. Ей была сделана первая операция, потом ее направили в Курган на вторую операцию. На данный момент травма признана тяжелой, она получила инвалидность, рука ее в полной мере не работает. Ее доход был единственный в семье.

Представитель ответчика ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что считает, что вины работодателя нет. Согласно заключения травма легкая. В акте о несчастном случае установлена причина несчастного случая – неосторожность, невнимательность пострадавшей. Работодателем предусмотрены предварительный инструктаж и повторные обучения. Истица была ознакомлена с инструкцией по охране труда. При работе уборщика никто не лимитирует по времени. Работник имел возможность обратиться к работодателю и попросить стремянку. Однако работники упрощают себе работу. Со стороны истица имелась халатность.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора, приходит к следующему.

В судебном заседании из материалов дела установлено, что с 30 июня 2017 года ООО «Гостиница «Восток» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Гостиница «Центральная».

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Возмещение вреда, причиненного здоровью гражданина, регулируется параграфом 2 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), определяющим объем и характер возмещения вреда, причиненного гражданину повреждением здоровья при исполнении им договорных обязательств.

Работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепляемом главой 59 ГК РФ в случае и в размере, если обеспечение по страхованию не компенсирует вред в полном объеме.

На основании абз. 13 ст. 21 ТК Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу статьи 22 ТК Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 212 ТК Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (с последующими изменениями) возмещение застрахованному морального вреда, причиненного, в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 237 ТК Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. (п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» от 17.03.2004 № 2).

В соответствии со ст. 151 ГК Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с частью 2 статьи 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Согласно части 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинении вреда жизни или здоровью гражданина", вопрос о том, является ли допущенная неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).Согласно разъяснениям, данным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В судебном заседании установлено, что в соответствии с заключенным трудовым договором от 19.04.2016 ФИО3 была принята на работу в должности уборщика служебных помещений в открытое акционерное общество «Гостиница «Восток».

12.07.2016 года истица ФИО3 была ознакомлена с должностной инструкцией уборщика служебных помещений.

12.07.2016 истица ФИО3 была ознакомлена с инструкцией по охране труда для уборщика служебных помещений.

На основании приказа №-к от 21.09.2017 года, ФИО3 уволена 21. 09.2017 по инициативе работника п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

В судебном заседании установлено, что 15.02.2017 года в 8 часов 15 минут в холле 3 этажа гостиницы ООО «Гостиница «Восток» произошел несчастный случай на производстве.

По факту несчастного случая составлен акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве, в котором установлена, что причина несчастного случая является неосторожность, невнимательность ФИО3

В пункте 8 акта указано, что ФИО3 в 8 часов приступила к мытью двери ведущей из холла 3 этажа на лестничную клетку помещения гостиницы «Восток». Для мытья верхней части двери ФИО3 использовала стул с мягкой сидушкой с тканевой обивкой, спинка с металлическими решетками, ножки оснащены антискользящими накладками. В 8.15 ФИО3 закончила мытье и стала спускаться на пол, невнимательно осмотрев пол для постановки ноги для упора, поставила ногу на порог двери, в результате чего потеряла равновесие и стала подать на спину. Для предотвращения повреждений спины и головы при падении подставили левую руку, на которую пришелся все тела при падении.

В акте о несчастном случае на производстве указано, что в результате несчастного случая ФИО3 получила закрытый оскольчатый разгибательный перелом луча в типичном месте слева, перелом шиловидного отростка локтевой кости со смещением отломков. Согласно заключению ОГБУЗ «Областная больница» г. Биробиджан от 20.02.2017 № травма относится к категории легких (пункт 8.2).

Согласно медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 20.02.2017, выданного ОГБУЗ «Областная больница», пострадавшая ФИО3, уборщик служебных помещений, поступила в ОГБУЗ «Областная больница» травматологическое отделение 15.02.2017 в 9-00, диагноз и код диагноза по МКБ-10- закрытый оскольчатый разгибательный перелом луча в типичном месте слева, перелом шиловодного отростка локтевого кости со смещением отломков, согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относиться к категории – легкая.

В судебном заседании установлено, что истица ФИО3 находилась на лечение в травматологическом отделение областной больницы с 15.02.2017 по 17.02.2017. В отделение истцу сделана закрытая ручная репозиция лучевой кости под внутривенным обезболиванием, фиксация гипсовой лангетной повязкой.

Согласно выписного эпикриза от 11.04.2017, истица находилась на лечение в ОГБУЗ «Областная больница» травматологическом пункте с 20.02.2017 с диагнозом неправильно-консолидированный перелом дистального метаэпифиза левой лучевой кости, посттравматическая компрессионно-ишемическая полинейроптия нижней трети левого предплечья, бронхиальная астма, направляется в РНЦ «ВТО» для костнопластической операции на лучевой кости и продолжения лечения метолом ЧКО по ФИО6.

Истица ФИО3 находилась на лечении травматолого- ортопедическом отделении № ФГБУ «РНЦ «ВТО» с 21.06.2017 по 18.07.2017 с диагнозом: неправильно сросшийся перелом лучевой кости левой кисти.

Из выписного эпикриза следует, что 05.07.2017 истцу проведена операция: <данные изъяты>.

В судебном заседании установлено, что 20.09.2017 истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности -50% в связи с несчастным случаем на производстве 15.02.2017 на срок с 12.09.2017 по 01.04.2018 (справка №, выданная бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по ЕАО»).

20.09.2017 истцу установлена третья группа инвалидности на срок до 01.10.2018, причина инвалидности – трудовое увечье (справка №, выданная бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по ЕАО»)

Согласно заключения врачебной комиссии № от 21.09.2017 у ФИО3 неправильно-консолидированный перелом дистального метафиза левой лучевой кости, состояние после костнопластической операции, МОС АВФ ФИО6, компрессионно-ишемическая брахиоплексопатия слева, парез левой руки, хронический болевой синдром. Степень тяжести производственной травмы –тяжелая.

Пленум Верховного суда Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным видом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, неприкосновенность частной жизни и т.д.).

В судебном заседании установлено, что в результате несчастного случая, произошедшего на производстве истцу ФИО3 был причинен вред здоровью, выразившейся в получение травмы признанной тяжелой, в связи с чем она находилась на амбулаторном и стационарной лечении, что подтверждается материалами дела, исследованные в судебном заседании.

Из пояснений истца следует, что в связи с полученными телесными повреждениями истец испытывала не только физические, но и нравственные страдания, связанные со стрессом, болевыми ощущениями, были нарушены ее жизненные планы.

Свидетель ФИО1 суду пояснила, что знает истицу более 2 лет. Истица работала в гостиницы и убираясь, оступилась, упала и сломала руку. Она ее навещала в больнице, потом дома. Сначала истцу сказали, что травма легкая, но после проведенного лечения, сказали, что травма тяжелая. Истица очень переживает по поводу случившегося.

Свидетель ФИО2 суду пояснила, что истица ее мать. 15.02.2017 ей позвонили из гостиницы и сказали, что мама упала и сломала руку. Мама находится на лечение с февраля по настоящее время. У мамы постоянные боли. Врачи сказали, что рука не будет работать. После случившегося мама не может полностью себя обслуживать, не может одеться самостоятельно.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, так как показания последовательны и логичны; о нравственных страданиях истца свидетелям известно вследствие непосредственного общения с истцом. Показания свидетеля не оспорены в судебном заседании.

Суд считает, что нравственные и физические страдания истца ФИО3 в связи с полученными телесными повреждениями подлежат компенсации.

Исследуя вопрос о размере компенсации морального вреда, суд считает, что данные требования истца завышены.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд в соответствии с вышеуказанным нормами закона, учитывая обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО3, объем и характер причиненных ей физических и нравственных страданий, выразившихся в длительном лечении, нахождении в данное время на инвалидности с ограничением работоспособности, степень утраты профессиональной трудоспособности, длительность нравственных переживаний, что отрицательно сказалось на ее эмоциональном состоянии, истица испытала и продолжает испытывать физические и нравственные страдания.

Также при определении размера компенсации морального вреда, суд, учитывая конкретные обстоятельства несчастного случая (производственная травма на территории предприятия в течение рабочего времени), и то, что потерпевшая сама допустила неосторожность и невнимательность, принимая во внимание обстоятельства получения истцом трудового увечья, объем и характер причиненных ей нравственных и физических страданий, с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что с ООО «Гостиница «Восток» в пользу истца ФИО3 подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 150 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец от уплаты государственной пошлины в силу закона освобожден, то она подлежит взысканию с ответчика, сумма госпошлины по удовлетворенным требованиям о взыскании компенсации морального вреда составляет 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-197 ГПК РФ, суд,

Р е ш ил:

Исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Гостиница «Центральная» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного травмой на производстве – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Гостиница «Центральная» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Гостиница «Центральная» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в суд Еврейской автономной области в течение месяца через Биробиджанский районный суд ЕАО со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Сладкова Е.Г.