Решение № 2-1255/2024 2-15/2026 2-15/2026(2-63/2025;2-1255/2024;)~М-913/2024 2-63/2025 М-913/2024 от 24 февраля 2026 г. по делу № 2-1255/2024

Дело № 2-15/2026 (№2-63/2025,№ 2-1255/2024)

УИД 74RS0010-01-2024-001475-18


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 февраля 2026 года село Кизильское

Агаповский районный суд Челябинской области, постоянное судебное присутствие в с. Кизильское Кизильского района Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Землянской Ю.В.,

при секретаре Лыковой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО6, ФИО3, ФИО4, Администрации Кизильского муниципального округа Челябинской области о признании жилого дома многоквартирным, признании водопровода общим имуществом многоквартирного дома, восстановлении водоснабжения, запрета самовольного перекрывания подачи холодной воды, взыскании компенсации морального вреда, взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, собственнику <адрес> в <адрес> о признании водопровода общим имуществом многоквартирного дома, восстановлении водоснабжения, запрета самовольного перекрывания подачи холодной воды, взыскании компенсации морального вреда, взыскании неосновательного обогащения. В обоснование иска указала, что она проживает в <адрес> в <адрес>, в <адрес> проживает ФИО5, в <адрес> проживает ответчик. Трехквартирный жилой дом, где они проживают, имеет общую стену, разделяющую квартиры, общее чердачное помещение и крышу. Наличие данных элементов общего имущества свидетельствует о том, что данный трехквартирный дом является многоквартирным домом. Водоснабжение указанного трехквартирного жилого дома, осуществляется через центральную сеть водопровода. Водопровод в их многоквартирном доме проводили в период деятельности совхоза «Богдановский», который был предназначен для водоснабжения всех жителей дома, услуги по водоснабжению осуществляются на основании договора, заключенного с ООО «Квартирный вопрос». Система водоснабжения и водоотведения указанного жилого дома является общим имуществом многоквартирного дома, владение и пользование которыми должно осуществляться по соглашению всех собственников квартир в данном жилом доме. Ответчик ФИО2 с февраля 2024 года до 15 апреля 2024 года перекрыл подачу воды в квартиры. Считает, что указанные действия ответчика по принудительному прекращению функционирования системы водоснабжения в их доме, по прекращению подачи воды владельцам инженерной системы водоснабжения, является незаконными, и нарушают её права на владение, пользование и распоряжение принадлежащим ей имуществом. Указанными действиями, ей причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях. Кроме того, ответчику ФИО2 она оплатила 4000 руб. якобы за восстановление водоснабжения, но каких-либо документов о затратах на восстановление или ремонт водопровода за счет этих денежных средств ответчик ей не представлял, считает эту сумму неосновательным обогащением ответчика. Просит признать водопровод, расположенный в многоквартирном жилом доме по адресу <адрес>, и обеспечивающий снабжение указанного дома на участке от центрального водопровода до границ домовладения каждой квартиры, общим имуществом многоквартирного дома, возложить на ответчика ФИО2 обязанность восстановить водоснабжение, запретить ответчику ФИО2 и собственнику <адрес> данного дома самовольно перекрывать подачу холодной воды, за исключением аварийных ситуаций, взыскать с ответчика ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., неосновательное обогащение в размере 4000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Определением суда от 06 ноября 2024 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен собственник <адрес> в <адрес> ФИО6.

Также судом в качестве соответчиков привлечены ФИО3, ФИО5, администрация Богдановского сельского поселения Кизильского муниципального района Челябинской области.

Впоследствии истец ФИО1 уточнила заявленные исковые требования, просила признать жилой дом, по адресу <адрес>, многоквартирным, признать водопровод, расположенный в многоквартирном жилом доме по адресу <адрес>, и обеспечивающий снабжение указанного дома от внешней границы стены жилого дома и внутри жилого дома общим имуществом многоквартирного дома, запретить собственнику <адрес> указанного дома самовольно перекрывать подачу холодной воды, за исключением аварийных ситуаций, взыскать с ответчика ФИО2 неосновательное обогащение в размере 4000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., в обосновании уточнения исковых требований указала, что собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения многоквартирного дома, несущие конструкции, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры. Собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме. Первые отключающие устройства и запорно-регулировочные краны на отводах внутриквартирной разводки являются элементами внутридомовых инженерных систем, предназначенных для выполнения функций горячего и холодного водоснабжения, газоснабжения, а также безопасности помещений многоквартирного дома. Обеспечивая подачу коммунальных ресурсов от сетей инженерно- технического обеспечения до внутриквартирного оборудования, указанные элементы изменяют параметры и характеристики внутридомовых инженерных систем, тем самым осуществляя влияние на обслуживание двух помещений многоквартирного дома. С учетом данных технических особенностей первые отключающие устройства и запорно-регулировочные краны отвечают основному признаку общего имущества как предназначенного для обслуживания нескольких или всех помещений (том 1 л.д.232-234).

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Общество с ограниченной ответственностью «РВС», ФИО7, ФИО8.

Судом произведена замена ответчика администрации Богдановского сельского поселения Кизильского муниципального района Челябинской области в связи с реорганизацией на её правопреемника администрацию Кизильского муниципального округа Челябинской области, а также произведена замена ответчика ФИО5, умершей 27 февраля 2025 года на её наследника ФИО4.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования, с учетом уточнения исковых требований, поддержала в полном объеме, по обстоятельствам указанным в исковом заявлении, дополнительно указала, что она является собственником <адрес> в <адрес>. Указанный жилой дом является многоквартирным, состоит из трех квартир, которые являются изолированными друг от друга, имеют отдельные входы, которые ведут на отдельные земельные участки, разграниченные забором, чердачное помещение является общим, отопление в квартирах является индивидуальным. Во всех квартирах центральное водоснабжение, ввод водоснабжения в дом осуществляется от центрального водопровода, расположенного вблизи дома через <адрес>, где расположен запорно-регулировочный кран, и через разводящую трубу водоснабжение проходит в другие квартиры. Центральное водоснабжение было проведено в дом по согласованию между владельцами квартир. В <адрес> ранее проживала ФИО9, которая умерла 12 января 2024 года. После её смерти в январе 2024 года ответчик ФИО2 слил воду из системы отопления и перекрыл подачу воды во все квартиры, затем по её просьбе открыл общий кран водоснабжения, передав ей ключи от <адрес>, чтобы она следила за водоснабжением, которое могла перемерзнуть. 07 февраля 2024 года она уехала в <адрес>, а ключи от <адрес> передала соседке ФИО5, которая проживала в <адрес>. В феврале 2024 года после прорыва водяного трубопровода в санузле <адрес> ответчик ФИО2 перекрыл подачу воды в квартиры, и водоснабжение в доме отсутствовало до апреля 2024 года. В этот период времени, она в квартире не проживала, приехала из <адрес> только 03 мая 2024 года, об отсутствие водоснабжения знает со слов соседки ФИО5 15 мая 2024 года ответчик ФИО2 снова перекрыл подачу воды в квартиры, потребовав с неё и ФИО5 по 2000 руб. в счет возмещения оплаты услуг водоснабжения, поскольку во время прорыва у него был большой расход по водоснабжению. Она передала ему денежные средства в указанном размере и ФИО2 включил кран подачи воды, водоснабжение в доме было восстановлено, более ФИО2 воду не перекрывал. В ноябре 2024 года было кратковременное отключение водоснабжения, но причина ей не известна. В настоящее время со стороны ответчика ФИО6, либо третьих лиц ФИО7 и ФИО8, фактически проживающих в данной квартире, действий по самовольному отключению водоснабжения не было, но на словах третье лицо ФИО7 предлагал ей провести водоснабжение самостоятельно, не через их квартиру. Полагает, что действиями ответчика ФИО2 по самовольному отключению водоснабжения нарушены её права, денежные средства, переданные 15 мая 2024 года ФИО2, являются его неосновательным обогащением. В настоящее время водоснабжение имеется, но чтобы не было самовольного отключения подачи воды собственником <адрес> лицами, проживающими в квартире, просит признать водопровод общим имуществом многоквартирного дома.

Представитель истца ФИО10 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещался судебной повесткой, направленной по адресу, являющимся местом его регистрации по месту жительства. Конверт с судебной повесткой возвращен в суд с отметкой оператора почтовой связи «истек срок хранения». Порядок вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное» соблюден. Ранее представитель истца ФИО10 принимал участие в судебном заседании, заявленные исковые требования по обстоятельствам указанным в исковом заявлении поддержал в части, требования о восстановлении водоснабжения, компенсации морального вреда не поддержал, указал, что <адрес> в <адрес> отвечает признакам многоквартирного жилого дома, при этом документальное подтверждение отсутствует, водопровод указанного дома является общим имуществом многоквартирного дома, проходит от центрального колодца через <адрес> по разводящей трубе проходит в <адрес>, а затем в <адрес>. Кран, который перекрывает поставку водоснабжения в квартиры истца и <адрес> расположен в <адрес>. Действия ответчика ФИО2, а также собственника <адрес>, по самовольному отключению водоснабжения указывает на то, что имеется спор относительно пользования водоснабжением, являющегося общим имуществом многоквартирного дома.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещался судебной повесткой, направленной по адресу, являющимся местом его регистрации по месту жительства. Конверт с судебной повесткой возвращен в суд с отметкой оператора почтовой связи «истек срок хранения». Порядок вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное» соблюден. Ранее ответчик ФИО2 принимал участие в судебном заседании, с заявленными требованиями не согласился, пояснил, что в <адрес> в <адрес>, проживала ФИО9, которая приходится матерью его супруги ФИО3, квартира в заявленный истцом период, находилась в собственности его супруги ФИО3 Ранее указанный дом состоял из четырех квартир, затем <адрес> была соединена с квартирой №. В 90- годах в квартиру ФИО9 было проведено водоснабжение из центрального водопровода, затем по устной договоренности между владельцами квартир, из указанной квартиры по разводящей водяной трубе было проведено водоснабжение в другие квартиры, общий кран, перекрывающий подачу воды, соответственно расположен в <адрес>, при этом вводная труба водоснабжения в <адрес> зимний период времени постоянно перемерзала. В феврале 2024 года подачу воды он самовольно не перекрывал, после прорыва трубопровода в <адрес> водопровод перемерз, и только весной отогрелся. Не оспаривает, что в результате конфликта с истцом ФИО1, по вине которой произошел прорыв водяной трубы, так как она не контролировала водоснабжение и допустила большой расход воды и перемерзание трубопровода, в мае 2024 года на короткий промежуток времени он выключал кран подачи воды в квартиры дома, и истец ФИО1 передала ему денежные средства в размере 4000 руб. (за себя 2000 руб. и за ФИО5 2000 руб.), в счет возмещения расходов по оплате водоснабжения.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещалась судебной повесткой, направленной по адресу, являющимся местом её регистрации по месту жительства. Конверт с судебной повесткой возвращен в суд с отметкой оператора почтовой связи «истек срок хранения». Порядок вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное» соблюден. Ранее ответчик ФИО3 принимала участие в судебном заседании, с заявленными требованиями не согласилась, указала, что в период с 2023 года по июль 2024 года она являлась собственником <адрес> спорного жилого дома, но в квартире не проживала, около 30 лет в указанной квартире проживала её мать ФИО9 Водоснабжение в данной квартире было проведено из центральной колонки, а затем по разводящим трубам водоснабжение было проведено в другие квартиры, не отрицает, что системой водоснабжения владельцы квартир дома всегда пользовались совместно. После смерти ФИО11, её супруг ФИО2 передал ФИО1 ключи от <адрес>, чтобы она могла пользоваться водоснабжением, поскольку вводная труба могла перемерзнуть, чтобы этого не произошло, необходимо было контролировать водоснабжение. В марте 2024 года произошел прорыв водяной трубы в её квартире, а затем вводная труба перемерзла и только весной отогрелась.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещался судебной повесткой, направленной по адресу, являющимся местом его регистрации по месту жительства, а также адресу места нахождения недвижимого имущества, находящегося в его собственности. Конверты с судебной повесткой возвращены в суд с отметкой оператора почтовой связи «истек срок хранения». Порядок вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное» соблюден, при этом ранее ответчик ФИО6 о рассмотрении дела был извещен, каких –либо возражений относительно заявленных требований не представил.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещался судебной повесткой, направленной по адресу, являющимся местом его регистрации по месту жительства. Конверт с судебной повесткой возвращен в суд с отметкой оператора почтовой связи «истек срок хранения». Порядок вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное» соблюден.

Представитель ответчика администрации Кизильского муниципального округа Челябинской области в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил, возражений относительно заявленных требований не представил.

Представитель третьего лица ООО «РВС» в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил, возражений относительно заявленных требований не представил.

Третьи лица ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещались судебной повесткой. Конверты с судебной повесткой возвращены в суд с отметкой оператора почтовой связи «истек срок хранения». Порядок вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное» соблюден.

В соответствии с действующим законодательством, участвующие в деле лица по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им процессуальными правами, в том числе правом на участие в судебном заседании. Поскольку ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО6, ФИО4 о месте и времени настоящего судебного заседания извещались по адресам, являющимся адресом их регистрации по месту жительства, судебная корреспонденция возвращена по истечении срока хранения, принимая во внимание риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, являющихся местом их регистрации, суд полагает обязанность по извещению сторон исполненной, и при достаточности доказательств, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон.

Заслушав пояснения истца ФИО1, и её представителя ФИО10, ответчиков ФИО2, ФИО3, заслушав показания свидетелей Свидетель 1, Свидетель 2, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 к ФИО6, ФИО4 подлежат удовлетворить частично, исковые требования к ФИО2, ФИО3, администрации Кизильского муниципального округа Челябинской области удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В силу п. 2 ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 17 Жилищного кодекса Российской Федерации жилые помещения предназначены для проживания граждан.

Согласно ч. 6 ст. 15 Жилищного кодекса Российской Федерации многоквартирным домом признается здание, состоящее из двух и более квартир, включающее в себя имущество, указанное в пунктах 1 - 3 части 1 статьи 36 настоящего Кодекса. Многоквартирный дом может также включать в себя принадлежащие отдельным собственникам нежилые помещения и (или) машино-места, являющиеся неотъемлемой конструктивной частью такого многоквартирного дома. Информация о многоквартирном доме, входящих в его состав жилых помещениях, принадлежащих отдельным собственникам, нежилых помещениях и (или) машино-местах, являющихся неотъемлемой конструктивной частью многоквартирного дома, а также об имуществе, указанном в пунктах 1 - 3 части 1 статьи 36 настоящего Кодекса, характеризующая и индивидуализирующая такие помещения, машино-места и имущество, включается в электронный паспорт многоквартирного дома. Форма электронного паспорта многоквартирного дома, порядок его формирования и состав включаемой в него информации устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере жилищно-коммунального хозяйства.

Определение многоквартирного дома также дано в пункте 3.21 ГОСТ Р 51929-2014 «Национальный стандарт Российской Федерации. Услуги жилищно-коммунального хозяйства и управления многоквартирными домами. Термины и определения» (утвержден и введен в действие Приказом Росстандарта от 11.06.2014 N 543-ст), в соответствии с которым под многоквартирным домом понимается оконченный строительством и введенный в эксплуатацию надлежащим образом объект капитального строительства, представляющий собой объемную строительную конструкцию, имеющий надземную и подземную части, включающий в себя внутридомовые системы инженерно-технического обеспечения, помещения общего пользования, не являющиеся частями квартир, иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам, и жилые помещения, предназначенные для постоянного проживания двух и более семей, имеющие самостоятельные выходы к помещениям общего пользования в таком доме (за исключением сблокированных зданий); в состав многоквартирного дома входят встроенные и (или) пристроенные нежилые помещения, а также придомовая территория (земельный участок).

В соответствии с пунктом 1.1 СП 54.13330.2022 «Свод правил. Здания жилые многоквартирные. СНиП 31-01-2003» (утвержден и введен в действие Приказом Минстроя России от 13.05.2022 N 361/пр) (далее также СП 54.13330.2022) данный Свод правил распространяется на проектирование новых и реконструируемых многоквартирных жилых зданий (в том числе блокированных) высотой до 75 м для малоэтажной, среднеэтажной и многоэтажной застройки (согласно СП 42.13330), в том числе общежитий квартирного типа, а также жилых помещений, входящих в состав помещений зданий другого функционального назначения.

Пунктом 6 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 28.01.2006 № 47 (ред. от 19.10.2024) предусмотрено, что многоквартирным домом признается здание, соответствующее признакам, установленным частью 6 статьи 15 Жилищного кодекса Российской Федерации. Не допускаются к использованию в качестве жилых помещений помещения вспомогательного использования, а также помещения, входящие в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Квартирой является структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также из помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении (п. 5 вышеуказанного Положения).

Пунктом 12 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 28.01.2006 № 47 (ред. от 19.10.2024) установлено, что жилое помещение должно быть обеспечено инженерными системами (электроосвещение, хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение, водоотведение, отопление и вентиляция, а в газифицированных районах также и газоснабжение).

В силу ч. 1 ст. 36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе, помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы); крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и другое оборудование (в том числе конструкции и (или) иное оборудование, предназначенные для обеспечения беспрепятственного доступа инвалидов к помещениям в многоквартирном доме), находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

Собственники помещений в многоквартирном доме владеют, пользуются и в установленных Жилищным кодексом Российской Федерации и гражданским законодательством пределах распоряжаются общим имуществом в многоквартирном доме (ч.2 ст. 36 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.2,5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. №491, в состав общего имущества включаются помещения в многоквартирном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного жилого и (или) нежилого помещения в этом многоквартирном доме (далее - помещения общего пользования), в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, колясочные, чердаки, технические этажи (включая построенные за счет средств собственников помещений встроенные гаражи и площадки для автомобильного транспорта, мастерские, технические чердаки) и технические подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, мусороприемные камеры, мусоропроводы, иное обслуживающее более одного жилого и (или) нежилого помещения в многоквартирном доме оборудование (включая котельные, бойлерные, элеваторные узлы и другое инженерное оборудование); внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях.

Внешней границей сетей электро-, тепло-, водоснабжения и водоотведения, сетей связи, входящих в состав общего имущества, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, является внешняя граница стены многоквартирного дома, а границей эксплуатационной ответственности при наличии коллективного (общедомового) прибора учета соответствующего коммунального ресурса, если иное не установлено соглашением собственников помещений с исполнителем коммунальных услуг или ресурсоснабжающей организацией, является место соединения коллективного (общедомового) прибора учета с соответствующей инженерной сетью, входящей в многоквартирный дом (п.8 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. №491).

В соответствии со ст. 289 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику квартиры в многоквартирном доме наряду с принадлежащим ему помещением, занимаемым под квартиру, принадлежит также доля в праве собственности на общее имущество дома (статья 290).

В силу п. 1 ст. 290 Гражданского кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения многоквартирного дома, несущие и ненесущие конструкции, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование многоквартирного дома, расположенное за пределами или внутри помещений, обслуживающее более одного помещения.

Собственнику принадлежат права владения,пользованияи распоряжения своим имуществом (ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом Российской Федерации.

В силу п. 4 ст. 212 Гражданского кодекса Российской Федерации права всех собственников защищаются равным образом.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В силу ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии со ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу ст.247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение ипользованиеимуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия - в порядке, установленном судом.

В соответствии с п.п. 45, 46,47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в силу статей304,305 ГК РФиск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо иного объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

В судебном заседании установлено, что жилой <адрес> в <адрес> состоит из трех квартир, расположен на земельном участке, при этом в Едином государственном реестре недвижимости сведения на указанный жилой дом, земельный участок отсутствуют, жилой дом на кадастровый учет не поставлен.

Квартира, кадастровый №, площадью 12 кв.м., расположенная по адресу <адрес>, с 11 ноября 2016 года находится в собственности истца ФИО1 Земельный участок №, расположенный под указанной квартирой так же принадлежит истцу ФИО1 с 11 ноября 2016 года.

Квартира, кадастровый №, площадью 27 кв.м., расположенная по адресу <адрес>, в период с 06 октября 2023 года по 22 июля 2024 года находилась в собственности ответчика ФИО3, с 22 июля 2024 года находится в собственности ответчика ФИО6 Ранее в указанной квартире проживала ФИО9, 12 января 2024 года она умерла, с момента её смерти по 31 августа 2024 года в указанной квартире никто не проживал. Земельный участок №, расположенный под указанной квартирой принадлежит ответчику ФИО6 с 22 июля 2024 года

Квартира, кадастровый №, площадью 38,9 кв.м., расположенная по адресу <адрес> 03 апреля 2015 года находилась в собственности ФИО5

27 февраля 2025 года ФИО5 умерла, после её смерти в соответствии со ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации открылось наследство, в состав которого в силу п. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации вошла указанная квартира, в которой ФИО5 проживала на момент смерти одна.

К нотариусу нотариального округа Кизильского муниципального района Челябинской области в силу п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО5 обратился её сын ФИО4, как наследник первой очереди по закону (п. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации) по заявлению которого нотариусом и было заведено наследственное дело 40431838-156/2025. Свидетельство о праве на наследство по закону на недвижимое имущество в виде квартиры, расположенной по адресу <адрес>, выдано ответчику ФИО4, на основании которого право собственности на указанную квартиру зарегистрировано за ФИО4 01 ноября 2025 года. Данная квартира расположена на земельном участке, вместе с тем, сведения о зарегистрированных правах на земельный участок отсутствуют.

В ЕГРН имеются сведения о земельном участке, площадью 120 кв.м., кадастровый №, и земельном участке, площадью 384 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу <адрес>, которые были поставлены на кадастровый учет 24 декабря 2005 года, граница земельных участков не установлена и 10 октября 2017 года земельные участки сняты с кадастрового учета.

Указанные обстоятельства подтверждаются ответом главы Богдановского сельского поселения Кизильского муниципального района Челябинской области (том 1 л.д.34), Уведомлениями Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии об отсутствии в Едином государственном реестре недвижимости сведений о недвижимом имуществе (том 1 л.д.244,245), Выписками из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (том 1 л.д.22, том 2 л.д. 186-187), Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости (том 1 л.д.79), Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (том 1 л.д.21), Выпиской их похозяйственной книги (том 1 л.д.103), записью акта о смерти ФИО9 (том 1 л.д.105), Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (том 2 л.д. 184-185), Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (том 1 л.д.20), записью акта о смерти ФИО5 (том 2 л.д.30-31), справкой формы №29 (том 2 л.д.108), наследственным делом, открытым нотариусом нотариального округа Кизильского муниципального района Челябинской области, после смерти ФИО5 (том 2 л.д.58-106), Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (том 2 л.д.99-101), Выписками из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (том 2 л.д.188,189).

Общаясь в суд с требованиями о признании жилого дома по <адрес> в <адрес> многоквартирным жилым домом, истец ФИО1 и её представитель ФИО10 в судебном заседании указали, что для признания водоснабжения (внутридомовой системы водоснабжения) в квартирах жилого <адрес> в <адрес>, общим имуществом многоквартирного дома, при отсутствии документального подтверждения на указанный дом, как многоквартирный, необходимо в судебном порядке признания указанного дома многоквартирным, с внесении соответствующих сведений ЕГРН.

В соответствии с положением ст.16Жилищного кодекса Российской Федерации как квартира, так и жилой дом (часть жилого дома) имеет единый статус - жилого помещения и являются самостоятельными объектами жилищных прав.

Согласно терминам и определениям, применяемым в СНиП 31-01-2003 «Здания жилые многоквартирные», утвержденном Приказом Минрегионразвития РФ от 24.12.2010 № 778, жилое здание многоквартирное - это жилое здание, в котором квартиры имеют общие внеквартирные помещения и инженерные системы; блокированный жилой дом (дом жилойблокированнойзастройки) - это здание, состоящее из двух квартир и более, каждая из которых имеет непосредственно выход на приквартирный участок, в том числе при расположении ее выше первого этажа.

В силу п.3 ст.16Жилищного кодекса Российской Федерации квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.

В соответствии с СП 55.13330.2016 «Дома жилые одноквартирные» в актуализированной редакции СНиП 31-02-2001, автономные жилые блоки блокированных жилых домов рассматриваются как отдельные жилые блоки, имеющие самостоятельные инженерные системы и индивидуальные подключения к внешним сетям, не имеющие общих с соседними жилыми блоками чердаков, подполий, шахт коммуникаций, вспомогательных помещений наружных входов, а также помещений, расположенных над или под другими жилыми блоками.

Пунктом 39 части 1 статьи1 Градостроительного кодексаРоссийской Федерации установлено, что объектом индивидуального жилищного строительства является отдельно стоящее здание с количеством надземных этажей не более чем три, высотой не более двадцати метров, которое состоит из комнат и помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании, и не предназначено для раздела на самостоятельные объекты недвижимости. При этом названной нормой понятия «объект индивидуального жилищного строительства», «жилой дом» и «индивидуальный жилой дом», применяемые в разных кодексах, федеральных законах или иных нормативных актах Российской Федерации признаются тождественными, если иное не предусмотрено такими федеральными законами и нормативными правовыми актами.

Домомблокированнойзастройкив соответствии с пунктом 40 статьи1 Градостроительного кодексаРоссийской Федерации является жилой дом, блокированный с другим жилымдомом(другими жилыми домами) в одном ряду общей боковой стеной (общими боковыми стенами) без проемов и имеющий отдельный выход на земельный участок.

По смыслу указанных норм жилые домаблокированнойзастройкине относятся к многоквартирным, поскольку основным критерием отнесения жилого дома к многоквартирному дому является наличие блок-секций, состоящих из нескольких квартир и помещений общего пользования (подъездов), а существенным признаком, отличающим многоквартирный дом от блокированного дома, состоящего из нескольких квартир, является наличие в многоквартирном доме помещений общего пользования.

Действующие законодательство - пункты 3, 5 статьи 16 Федерального закона от 30.12.2021 года № 476-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» позволяетпризнатьдомомблокированнойзастройкилюбой объект, независимо от его наименования в ЕГРН (квартиры в многоквартирном двух-, трех-, до десяти- квартирном доме, доли в праве на индивидуальный жилой дом, части жилого дома, помещения в жилом доме, здании) в том случае, если фактические параметры такого объекта соответствуют критериямблокированнойзастройки.

При этом, предусмотрена возможность отнесения к домублокированнойзастройкивсех объектов, чьи характеристики соответствуют названным в п. 2 ч. 2 ст.49 Градостроительного кодексаРоссийской Федерации (жилой дом с количеством этажей не более чем три, состоящий из нескольких блоков, количество которых не превышает десять и каждый из которых предназначен для проживания одной семьи, имеет общую стену без проемов с соседним блоком, расположен на отдельном земельном участке и имеет выход на территорию общего пользования), и конкретизированным в п. п. 3.2 и 3.3 СП 55.13330.2016 (блок жилой автономный - жилой блок, имеющий самостоятельные инженерные системы и индивидуальные подключения к внешним сетям, не имеющий общих с соседними жилыми блоками чердаков, подполий, шахт коммуникаций, вспомогательных помещений, наружных входов, а также помещений, расположенных над или под другими жилыми блоками; блокированная застройка домами жилыми одноквартирными - застройка, включающая в себя два и более пристроенных друг к другу дома, каждый из которых имеет непосредственный выход на отдельный приквартирный участок), при этом наименование объекта, указанное в ЕГРН, не имеет значения.

Из ответа администрации Кизильского муниципального района Челябинской области следует, что <адрес> домом блокированной застройки (том 1 л.д.106).

Между тем из ответа не усматривается, имеется ли у собственников квартир 1, 2 и 3 техническая и функциональная обособленность жилых помещений друг от друга, а так же имеются ли в доме какие-либо помещения общего пользования, что не позволяет суду однозначно на основании указанного ответа прийти к выводу о соответствии спорного дома признакам дома блокированной застройки, либо многоквартирного дома.

Как указали в судебном заседании истец ФИО1, ответчики ФИО2, ФИО3 указанные квартиры жилого <адрес> в <адрес> изолированы, разделены капитальной стеной, имеют отдельные выходы на земельные участки, прилегающие к дому. Здание указанного жилого дома имеет общую крышу, чердак, выстроено на общем фундаменте, имеет общую системуводоснабжения.

Указанные обстоятельства также подтвердил свидетель Свидетель 2, который указал, что является главой Богдановского сельского поселения Кизильского муниципального района <адрес>. Жилой <адрес> в <адрес> является многоквартирным, имеет общее чердачное помещение, ранее в доме отсутствовало центральное водоснабжение, затем жильцы дома по договоренности провели водоснабжение от центрального водопровода, при этом схема водоснабжения, указанного жилого дома, ввод его в эксплуатацию в администрации сельском поселении отсутствует.

Таким образом, жилой <адрес>ёжной в <адрес> является единым строением, включает в себя три квартиры и содержит элементы общего имущества (несущие и ограждающие конструкции): крышу, стены, чердак, перекрытия, общую системуводоснабжения.

При этом истец ФИО1 обращаясь с требованиями о признании <адрес> в <адрес> многоквартирным, какого-либо технического заключения, технической документации на данный дом не представила, иного материалы дела не содержат.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая, что сведений о наличии в многоквартирном доме помещений общего пользования в таком доме в соответствии с жилищным законодательством не указано, какая-либо техническая документация на указанный дом не представлена, ходатайств о проведении экспертизы, для установления характеристик многоквартирного дома, истцом не заявлялось, паспорт на жилой дом отсутствует, площадь жилого дома не определена, жилой дом на кадастровом учете не состоит, суд приходит к выводу, что оснований для принятия решения о признании указанного дома многоквартирным и постановки его на кадастровый учет с внесением соответствующих сведений в ЕГРН у суда не имеется.

Из материалов дела следует, что водопровод в с.Богдановское Кизильского района Челябинской области, протяженностью 8020 м., находится в собственности муниципального образования – Богдановское сельское поселение Кизильского муниципального района Челябинской области (том 1 л.д.219-221).

При этом водопроводные сети в с.Богдановское Кизильского района Челябинской области, в том числе по <адрес> с ограниченной ответственностью «Районные водяные сети» во владение и пользование, на основании концессионного соглашения, заключенного 17 марта 2020 года с Богдановским сельским поселением Кизильского муниципального района Челябинской области (том 1 л.д.170-194).

Факт того, что водоснабжение в <адрес> в <адрес> находится в общем пользовании всех квартир, система водоснабжения в <адрес>, проведена из центрального водопровода, расположенного вблизи дома, а затем из указанной квартиры по разводящей водяной трубе водоснабжение проведено в другие квартиры, и отключающее устройство в виде запорно-регулировочного крана расположено в <адрес> подтверждается сведениями, представленными ООО «РВС» согласно которых водоснабжение жилого <адрес> в <адрес> осуществляется из центральной сети путем подключения частного водопровода. Между собственниками дома (квартир) и ООО «РВС» заключены договоры на водоснабжение. Индивидуальные приборы учета потребления воды установлены в каждой квартире. Точка врезки частной сети в центральную трубу, расположенную в 32 метрах от дома является местом балансового разграничения. Схема прокладки частного водопровода отсутствует (том 2 л.д.183); а также актом обследования 12 февраля 2025 года Главой Богдановского сельского поселения Кизильского муниципального района и сотрудником ООО «РВС» водомерного узла в <адрес> вышеуказанного жилого дома, согласно которого в квартире установлен водомерный узел, также имеется отключающее устройство в виде запорно-регулировочного крана, обследование проведено в присутствии жильцов квартиры ФИО7 и ФИО8 (том 1 л.д.141), показаниями свидетеля Свидетель 1, которая указала, что является социальным работником, её подопечной была ФИО5, которая проживала в <адрес> в <адрес>, центральное водоснабжение в квартире, осуществляется через <адрес>, где расположена разводящая водяная труба в другие квартиры, на разводящей трубе расположен кран, перекрывающий подачу воды. В зимний период времени ввод водяной трубы водоснабжения в <адрес> часто перемерзал.

Данный факт ответчики ФИО2, ФИО3 не оспаривали.

Таким образом, указанными доказательствами подтверждается, что система водоснабжения дома, осуществляемая из <адрес>, собственником которой в период с 06 октября 2023 года по 22 июля 2024 года являлась ответчика ФИО3, а с 22 июля 2024 года является ответчик ФИО6 по своему назначению и конструктивным особенностям входитвсоставсистемыводоснабжения всех жилых помещений дома, в связи с чем владение ипользованиеею должно осуществляться по соглашению между собственниками жилых помещений и именно такой порядокпользованияданнойсистемойводоснабжения существовал с момента ее проведения до возникновения между сторонами конфликтной ситуации в 2024 году, в результате которой истец, была лишена доступа к системе водоснабжения по инициативе ответчика ФИО2

Обстоятельства воспрепятствования в пользовании истцом системой водоснабжения со стороны ответчиков ФИО2, ФИО3, а именно самовольном отключения подачи воды в мае 2024 года нашли свое подтверждение в судебном заседании и подтверждаются материалами проверки по обращению ФИО12 в прокуратуру Кизильского района Челябинской области (том 2 л.д.1-11), а именно заявлением ФИО1, ФИО5 в прокуратуру Кизильского района Челябинской области от 24 мая 2024 года (том 2 л.д.4-5), объяснениями ФИО1 от 12 июня 2024 года (том 2 л.д.11), ФИО5 (том 2 л.д. 10), рапортом УУП (сельской местности) ОУУП и ПДН ОМВД России по Кизильскому району (том 2 л.д.2), и не оспаривались ответчиками ФИО2, ФИО3 в судебном заседании.

24 мая 2024 года ФИО1, ФИО5 обратились в прокуратуру Кизильского района Челябинской области с заявлением о принятии мер по поводу отключения водоснабжения в их квартире со стороны дочери и зятя умершей соседки ФИО9, которая проживала в квартире, где расположена инженерная система водоснабжения, в котором также указано, что с 24 февраля по 12 апреля водоснабжение было перекрыто, затем снова было отключение воды зятем ФИО9, который потребовал по 2000 руб. с них, в счет оплаты (том 2 л.д.4-5).

В соответствии с объяснениями ФИО1 от 12 июня 2024 года, она проживает по адресу <адрес>, в <адрес> установлен главный кран подачи воды. В конце мая она обратилась к Главе сельского поселения по поводу отключения воды, которую перекрыли соседи, воду включили, но ФИО2 потребовал за это с каждой квартиры по 2000 руб., объясняя это тем, что они заморозили трубы (том 2 л.д.11).

Из объяснения ФИО5 от 12 июня 2024 года следует, что она проживает в <адрес>. В конце мая к ней пришла соседка ФИО1, и сказала, что им нужно отдать по 2000 руб., чтобы соседи включили воду, и она дала 2000 руб. ФИО1 отдала ФИО2 4000 руб. и он включил воду. Отключение воды он объяснил тем, что у него в квартире прорвало трубы, так как они не уследили за водой и по счетчику начислено было 6000 руб., ключи от квартиры были у неё, чтобы они следили за водой, чтобы трубы не перемерзли (том 2 л.д.10).

По результатам рассмотрения обращения данных указывающих на признаки преступления, события административного правонарушения не обнаружено, о чем УУП (сельской местности) ОУУП и ПДН ОМВД России по Кизильскому району 12 июня 2024 года составлен рапорт (том 2 л.д.2).

Ответчик ФИО2, не оспаривая данные обстоятельства, в судебном заседании указал, что 12 января 2024 года умерла ФИО9, которая проживала в <адрес>, собственником которой являлась его супруга ФИО3 После её смерти, он слил воду с системы отопления <адрес>, а для возможности пользоваться водоснабжением другим жильцам, он передал ключи от <адрес> истцу ФИО1, которая должна была следить, чтобы вводная труба водоснабжения не замерзла. В феврале 2024 года произошел прорыв водяной трубы в <адрес> трубы перемерзли. Весной трубы были отогреты и водоснабжение в квартирах возобновилось. В результате прорыва водяной трубы был затрачен большой объем воды, он понес расходы по оплате услуг водоснабжения на сумму 6000 руб. В мае 2024 года он кратковременно перекрыл подачу воды в квартиры, в связи с конфликтом с истцом по поводу затрат за прорыв, и в тот же день истец ФИО1 и ФИО5, проживающая в <адрес>, передали ему по 2000 руб. каждая в счет погашения затрат, которые он понес в результате прорыва водяной трубы. Больше воду самовольно он не перекрывал.

Указанные обстоятельства также не оспаривала ответчик ФИО3

При таких обстоятельствах суд считает установленным, что ранее ответчик ФИО2, по согласованию с ответчиком ФИО3, препятствовали истцу, и другим собственникам жилого помещения в использовании общей системы водоснабжения, что привело к нарушению прав и интересов истца, выраженных в невозможном использовании общей системы водоснабжения дома в один из дней мая 2024 года, иного сторонами не представлено.

Вместе с тем, доводы истца, что в период с февраля 2024 года до 15 апреля 2024 года ответчик ФИО2, по согласованию с собственником <адрес> на тот период времени, ответчиком ФИО3, а равно в ноябре 2024 года ответчик ФИО6, являющийся собственником данной квартиры производили самовольное отключение системы водоснабжения, своего подтверждения в судебном заседании не нашли, доказательств тому истцом не представлено, при этом истец не оспаривала, что вводная труба водопровода в жилом помещении в зимний период часто перемерзала, иного материалы дела не содержат.

Кроме того, истец ФИО1 в судебном заседании указала, что претензий к ответчику ФИО6 у нее не имеется, водоснабжение в квартире имеется, требования о признании водопровода, расположенного в многоквартирном жилом доме по адресу <адрес>, общим имуществом многоквартирного дома, заявлены к ответчику ФИО6 во избежание самовольного отключения подачи водоснабжения на будущее время.

Согласно ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором несет собственник.

Исследованными в судебном заседании доказательствами подтверждается, что жилой <адрес> в <адрес> является единым строением, включает в себя три квартиры и соответственно содержит элементы общего имущества, в том числе систему водоснабжения. Каких-либо документов, подтверждающих право собственности на водопроводные сети, идущие от центрального водопровода к дому № через <адрес>, ответчика ФИО3, являющейся ранее собственником <адрес>, а равно ответчика ФИО6, собственника <адрес>, суду не представлено.

Проживая в смежных квартирах, имеющих единую систему водоснабжения, стороны обязаны пользоваться указанной системой, соблюдая права и законные интересы друг друга. Сведений о том, что истец имеет техническую возможность провестииндивидуальную систему водоснабжения для обслуживания своей квартиры материалы дела не содержат, сторонами иного не представлено.

Таким образом, требования истца о признании водопровода, проходящего через жилые помещения: <адрес> (кадастровый №), <адрес> ( кадастровый №), <адрес> (кадастровый №), <адрес> в <адрес> общей для всех квартир системой водоснабжения обоснованы.

Поскольку система водоснабжения для квартир истца и ответчиков ФИО6, ФИО4 является общей, и судом установлено, что имело место воспрепятствование ответчиками ФИО2, ФИО3, истцу в пользовании водоснабжением, имеются основания для удовлетворения требования истца об обязании собственников и лиц, проживающих в жилых помещения: <адрес> (кадастровый №), <адрес> (кадастровый №), <адрес> (кадастровый №), <адрес> в <адрес> № не чинить препятствия в пользовании общей системой водоснабжения.

Вместе с тем, учитывая, что водоснабжение в жилых помещениях восстановлено, ответчики ФИО2, ФИО3 собственниками <адрес> настоящее время не являются, оснований для возложения на них обязанности по восстановлению водоснабжения, и обязанности не чинить препятствия в пользовании общей системой водоснабжения у суда не имеется.

В силу п.1 ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу п.2 ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Основанием обращения истца в суд с требованиями о взыскании с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда, явилось действия ответчика ФИО2 создавшие препятствия в пользовании общей системой водоснабжения, при этом в чем выразились моральные страдания из-за действий ответчика ФИО2 истец не указала.

Принимая во внимание установленные обстоятельства пользования общей системой водоснабжения между владельцами жилых помещений, и что ответчик ФИО2 препятствовал в пользовании общей системой водоснабжения в мае 2024 года вследствие возникшего между владельцами квартир спора относительно системы водоснабжения, в настоящее время система водоснабжения восстановлена, истец пользуется водоснабжением, ответчик ФИО2 более не создает препятствий в пользовании системой водоснабжения, учитывая, что компенсация морального вреда за нарушение имущественных прав истца, связанных с созданием препятствий в пользовании общей системой водоснабжения, которые подлежат восстановлению на основании ст.304 ГК РФ, суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда. Кроме того, указанные требования истец и ее представитель в судебном заседании не поддержали.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей является неосновательное обогащение. При рассмотрении требований о взыскании неосновательного обогащения должны быть установлены факт такого обогащения и его размер.

В соответствии с п.1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правила, предусмотренные гл. 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Чтобы квалифицировать отношения как возникшие из неосновательного обогащения, они должны обладать признаками, определенными ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Заявляя исковые требования о взыскании с ответчика ФИО2 неосновательного обогащения в размере 4000 руб., истец ссылается на получение ответчиком ФИО2 денежных средств без законных оснований, вместе с тем указывая на то, что фактически передавая ФИО2 денежные средства в размере 4000 руб., из которых ей принадлежало только 2000 руб., понимала, что никаких обязательств перед ФИО2 у нее не имеется, фактически денежные средства были переданы в результате конфликта возникшего из-за водоснабжения, с ответчиком ФИО2 никаких правоотношений не имелось.

Возражая против исковых требований, не оспаривая факт передачи истцом денежных средств в размере 4000 руб., ответчик ФИО2 ссылался на наличие между ним и истцом ФИО1, а также при жизни ФИО5 договоренности об оплате коммунальных расходов, связанных с порывом трубы водоснабжения, контролировать использование водоснабжения которого обязалась истец.

Ответчиком ФИО2 в подтверждение несения расходов по оплате коммунальных платежей в <адрес> в <адрес> представлены квитанции об оплате водоснабжения и чеки по операциям с марта по сентябрь 2024 года на общую сумму 5801,90 руб. (л.д. том 1 л.д.157-169).

Судом установлено, что после смерти ФИО9, проживающей в <адрес>, где расположено отключающее устройство от центрального водоснабжения всего дома в виде запорно-регулировочного крана, ответчик ФИО2, по согласованию с собственником указанной квартиры ФИО3 передал ключи от указанной квартиры истцу ФИО1, для возможности контролировать функционирование общей системы водоснабжения, не допускать перемерзания трубопровода.

В феврале 2024 года произошла авария водопроводной сети и затопление в <адрес>, при этом акт залития квартиры не составлялся.

Указанный факт истец ФИО1 и ответчики ФИО2, ФИО3 не оспаривали, данные обстоятельства также в судебном заседании подтвердил свидетель Свидетель 1, которая указала, что в феврале 2024 года она по просьбе ФИО5 зашла в <адрес>, где в ванной комнате обнаружила, что из водяной трубы вылетела заглушка и вода лилась на пол, перекрыв общий кран водоснабжения, она установила заглушку на водяную трубу. Ей известно, что ФИО5 и ФИО1 передали ФИО2 по 2000 руб. каждая, чтобы погасить задолженность по уплате услуг водоснабжения в результате порыва.

Факт конфликта между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 в судебном заседании подтвердил свидетель Свидетель 2, который указал, что в 2024 году к нему, как к главе Богдановского сельского поселения по поводу залива квартиры обращалась жительница <адрес> ФИО1 Весной 2024 года в его присутствие ФИО14 передала ФИО2 денежные средства примерно в размере 6000 руб., ФИО2 при этом пояснял, что соседи, которым он отдавал ключ от квартиры, не контролировали водоснабжение, лопнули трубы, которые затем перемерзли.

Истец ФИО1 не оспаривала факт передачи ей ключей от <адрес> ответчиком ФИО2, а также то, что по договоренности с ФИО2 она должна была обеспечить контроль за общей системой водоснабжения жилых помещений.

Поскольку, отношения между истцом и ответчиком ФИО2 по вопросу оплаты жилищных и коммунальных услуг, либо иного содержания объекта недвижимости каким –либо образом не оформлялось, истец ФИО1 собственником спорной <адрес> не являлась, доказательств заключения соглашения с истцом, в порядке ч. 7 ст. 31 ЖК РФ, об оплате за жилое помещение и коммунальные услуги за спорный период сторонами представлено не было, соответственно не освобождало ответчика ФИО3, являющейся собственником квартиры в спорный период, нести бремя содержания имущества в силу ст.210 ГК РФ, при этом истец, полагая, что система водоснабжения в <адрес> является общей для всех квартира, взяв ключи от <адрес>, приняла на себя обязанность нести бремя содержания общей системы водоснабжения.

Доказательств того, что между истцом и ответчиком ФИО2 возникли правоотношения, предусматривающие передачу ФИО2 денежных средств в заявленном размере, материалы дела не содержат.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями действующего Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Таким образом, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, тем самым формируя по нему предмет и распределяя бремя доказывания.

Обязанность возвратить неосновательное обогащение предусмотрена гл. 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Содержащееся в данной главе правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения, предусматривающее в рамках его ст. 1102 возложение на лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретателя) за счет другого лица (потерпевшего), обязанности возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного Кодекса, а также применение соответствующих правил независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли, по существу, представляет собой конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (ч. 3 ст. 17) (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2017 г. N 9-П).

Исходя из содержания гл. 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, законодателем напрямую определены случаи, в которых подлежат применению нормы о неосновательном обогащении (ст. 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем, положения ст. 1102 предусматривают возможность взыскать неосновательное обогащение только в отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований при приобретении (сбережении) другим лицом имущества.

Согласно п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

С учетом названной нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления - в дар либо в целях благотворительности.

Таким образом, указанной нормой введено правило, исключающее возможность требовать обратно деньги или иное имущество, если передавшее их лицо заведомо знало, что делает это при отсутствии у него какой-либо обязанности и осознавало отсутствие этой обязанности.

Из материалов дела следует и не оспаривалось ответчиком ФИО2, что истец в мае 2024 года осуществила передачу ФИО2 денежных средств в размере 4000 руб. При передачи денежных средств истец достоверно понимала, что передает ответчику ФИО2 денежные средства в размере 4000 руб., из которых 2000 руб. принадлежали ей, а 2000 руб. принадлежали ФИО5, истец также достоверно понимала, что между ней и ответчиком ФИО2 возникли конфликтные отношения по поводу водоснабжения жилых помещений.

Истцом в нарушение требований ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены допустимые и относимые доказательства наличия какого-либо законного или договорного обязательства для передачи спорных денежных средств ответчику ФИО2

Доводы истца, что она не знала и заблуждалась относительно природы передачи спорной денежной суммы ответчику ФИО2 суд считает несостоятельными подлежащими отклонению, поскольку данные доводы противоречат материалам дела, истец факт передачи ей ключей от спорной <адрес>, основания передачи ключей не оспаривала, передачей денежных средств ответчику ФИО2 истец фактически подтвердила согласия урегулирования конфликтных отношений с ответчиком ФИО2 в связи с прорывом трубы водоснабжения в <адрес>.

Соответственно, передав денежные средства ответчику ФИО2, истец знала об отсутствии обязательств ФИО2 перед ней, учитывая пояснения истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, денежные средства были переведены в счет иных правоотношений возникших между ними.

Таким образом, спорные денежные средства были переданы истцом при отсутствии каких-либо обязательств, добровольно, безвозмездно.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о факте осведомленности истца на передачу ответчику ФИО2 денежных средств, которыми воспользовался ответчик ФИО2, что им было не оспорено, во исполнение несуществующего обязательства, безвозмездно, поскольку воля истца на передачу ответчику ФИО2 денежных средств осуществлена в отсутствие обязательств, передача денежных средств истцом ФИО1 ответчику ФИО2 была осуществлена ею самой по своему волеизъявлению, иного сторонами не представлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу, что факт передачи истцом ответчику ФИО2 денежных средств не может безусловно свидетельствовать о неосновательном обогащении со стороны ответчика ФИО2 Истцом каких-либо доказательств в подтверждение своих доводов в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, фактов, свидетельствующих о наличии всей совокупности условий возникновения обязательства на стороне ответчика ФИО2 не установлено, так и отсутствие правовых оснований для приобретения имущества (денежных средств) за счет истца ответчиком не нашло своего подтверждения, денежные средства истца поступили во владение ответчика ФИО2 при осведомленности истца об отсутствии какого-либо обязательства между сторонами, передавая денежные средства ответчику ФИО2 истец ФИО1 знала об отсутствии обязательств ФИО2 перед ней, что ею указывалось и в судебном заседании, поскольку денежные средства были переведены в счет иных правоотношений между ответчиком ФИО3, и иными лицами, учитывая, что судом какие-либо обязательства ФИО2 перед истцом не установлены в силу положений ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключается возврат денежных средств в качестве неосновательного обогащения.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о недоказанности факта возникновения на стороне ответчика ФИО2 неосновательного обогащения за счет имущества истца, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика ФИО2 неосновательного обогащения не имеется.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Поскольку в удовлетворении исковых требований к ответчику ФИО2, ФИО3 истцу отказано, государственная пошлина взысканию с ответчиков ФИО2, ФИО3 не подлежит. Оснований для взыскания расходов по уплате государственной пошли с других ответчиков, с учетом установленных обстоятельств дела, и частичного удовлетворения требований, не связанного с нарушением прав истца действиями со стороны ответчиков ФИО6, ФИО4 администрации Кизильского муниципального округа Челябинской области, суд также не находит.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО6, ФИО4 о признании жилого дома многоквартирным, признании водопровода общим имуществом многоквартирного дома, восстановлении водоснабжения, запрета самовольного перекрывания подачи холодной воды удовлетворить частично.

Признать водопровод, проходящий через жилые помещения: <адрес> (кадастровый №), <адрес> (кадастровый №), <адрес> (кадастровый №), <адрес> в <адрес> общей для всех квартир системой водоснабжения.

Обязать собственников и лиц, проживающих в жилых помещения: <адрес> (кадастровый №), <адрес> ( кадастровый №), <адрес> (кадастровый №), <адрес> в <адрес> № не чинить препятствия в пользовании общей системой водоснабжения.

В удовлетворении остальной части исковых требований о признании жилого дома многоквартирным, признании водопровода общим имуществом многоквартирного дома, восстановлении водоснабжения, расходов по уплате государственной пошлины к ФИО6, ФИО4 ФИО1 отказать.

В удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО3 о признании жилого дома многоквартирным, признании водопровода общим имуществом многоквартирного дома, восстановлении водоснабжения, запрета самовольного перекрывания подачи холодной воды, взыскании компенсации морального вреда, взыскании неосновательного обогащения, расходов по уплате государственной пошлины, а также к администрации Кизильского муниципального округа Челябинской области о признании жилого дома многоквартирным, признании водопровода общим имуществом многоквартирного дома, расходов по уплате государственной пошлины ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Агаповский районный суд Челябинской области.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 25 февраля 2026 года.