Решение № 2-825/2020 2-825/2020~М-144/2020 М-144/2020 от 27 мая 2020 г. по делу № 2-825/2020

дело №2-825\2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 мая 2020г. г. Тверь

Московский районный суд г. Твери в составе

Председательствующего судьи О.Ю. Тутукиной

при секретаре А.В. Васильевой

с участием истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Арктик-ГЕРС» о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, доплаты за выполнение обязанностей по замещению, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Арктик-ГЕРС» о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, доплаты за выполнение обязанностей по замещению, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что ФИО1 в течение 12 лет работала у ответчика в должности заместителя генерального директора по экономике., а именно с 10 декабря 2007 года по приглашению ООО «Арктик-ГЕРС» в порядке перевода. 26.06.2019 истец получила уведомление о сокращении ее должности с 31 августа 2019г. (суббота, не рабочий день) с прелдложением должности экономиста в бухгалтерию с окладом 30000 рублей. Но в течение 2 последующих месяцев должностная инструкция для ознакомления ей предоставлена не была. При этом 12 лет назад она была принята с окладом 45000 рублей. После увольнения зам. Генерального директора ФИО5 с апреля 2018г. на время отсутствия генерального директора по приказам на ФИО1 возлагалось руководство Обществом со всеми правами и обязанностями генерального директора на период от одного дня до нескольких недель. При этом доплата не назначалась, несмотря на то, что в ее должностные обязанности не входило замещение генерального директора в период его отсутствия. Аудиторы при проверке за 2018г. в феврале 2019г. обратили на этот факт внимание генерального директора. После аудиторской проверки истцу принесли на подпись дополнительное соглашение от 21.03.2019 к трудовому договору № от 10.12.2007 с наделением правами генерального директора на период его отсутствия без увеличения заработной платы. Оклад увеличен не был, что исключило бы с ее стороны притязания на назначение доплаты на время замещения. ФИО1 отказалась подписать дополнительное соглашение на этих условиях. Выйдя из отпуска 10 июня 2019г. генеральный директор хотел поручить ей помимо основной работы заниматься поиском тендеров на разных тендерных площадках, оформлением полного пакета тендерной документации. В связи с появлением тендерных процедур у истца к основной работе добавились к оформлению формы, которые относились к ее работе, для их формирования истец непрерывно накапливала информацию и всегда готова была заполнить тендерные формы. Устно они пришли к соглашению, что за это будет производиться доплата 15000 рублей. После праздника 12 июня секретарь начала передавать ей дела, главный бухгалтер, совмещающий обязанности начальника отдела кадров, принес приказ, но ни о какой доплате, как ранее договорились, речи не было. Приказ истец не подписала. Учитывая объем работы в основное время, выполнить эту работу в рабочее время было невозможно. Надо было оставаться на работе дополнительно в вечернее время, а также в выходные дни. Когда она выходила на работу в выходные дни по своей основной работе, то ее никто не оплачивал и в табеле рабочего времени не учитывал. 28.08.2019 гл. бухгалтер уточнил у истца остается ли она работать экономистом, истец отказалась. 30 августа 2019 главный бухгалтер принес подписанный генеральным директором приказ №17У от 28.08.2019 об увольнении 31.08.2019 (суббота). Истец его подписала, 30 августа на обещание выплатить полный расчет, сделано не было. В трудовой книжке также была сделана запись об увольнении 31.08.2019. Через некоторое время гл. бухгалтер сообщил, что увольнение переносится на 2 сентября 2019 и внес в трудовую книжку запись об отмене предыдущей записи об увольнении. Генеральный директор при этом ни разу не счел нужным переговорить с истцом и как-то сгладить ситуацию. Истец испытала чувство унижения и отчаяния. Относительно устойчивое финансовое положение истца позволило ей взять кредит на ремонт дома. Стабильная работа не предвещала такого развития событий. Теперь крайне сложно погасить кредит, при том, что приходиться значительные средства вкладывать в лечение после такого сокращения. После всего происходящего у истца значительно поднялось давление, о моральном состоянии лучше не вспоминать, доехать сама до дома истец не имела физического здоровья. В субботу 31 августа пришлось обратиться в поликлинику в связи с возникшим гипертоническим кризисом ситуационного типа. В связи с нарушением сна доктор выписала истцу препараты и дала направление на консультацию к психотерапевту. За 12 лет работы на больничном истец была 2-3 раза, но не по давлению. 16 сентября 2019 истец отработала целый рабочий день, подписала приказ №У от 16.09.2019, в котором в основании увольнения указано п.2 ст.81 ТК Р, пропущены слова «часть 1», получила расчет за август, б\лист и выходное пособие за первый месяц. Однако при заполнении трудовой книжки допущена грубая ошибка, не была указана статья увольнения. После сделанного замечания записи исправлялись. Записи делались на скорую руку (с 34 по 39 стр.), что говорит о безответственности и наплевательском отношении к увольняемому, а в приказе недостающая ссылка осталась. По направлению истец ходила на прием к психотерапевту 18.09.2019 с диагнозом астено-невротическое состояние, ей назначено лечение. После сокращения истец истратила на лечение и обследования значительную сумму, и расходы за год будут увеличиваться. 19.09.2019 в соответствии с ТК РФ ФИО1 встала на учет в ГКУ Тверской области «ЦЗН г. Твери». Ей не смогли найти работу соответствующую образованию и опыту работы истца. 17.12.2019 ФИО1 получила решение Центра занятости населения о сохранении среднего месячного заработка в течение 3 месяца со дня увольнения, отвезла его работодателю, написав заявление на выплату пособия (с 17.11.2019 по 16.12.2019). Генеральный директор приказал охране не пускать ее на территорию офиса и общества. Узнав, что платить по этому решению ответчик не собирается, ФИО1 написала генеральному директору уведомление от 27.12.2019 с приложением полученного разъяснения из Государственной инспекции труда по Тверской области, которое так же было проигнорировано. Ситуация с увольнением (сокращением) правомерно относится к особым условиям. В связи с многочисленными нарушениями ответчиком прав истца, она в течение длительного времени и до сих пор испытывает сильные негативные эмоции и переживания, что выражается в преобладании плохого настроения, упадке сил, снижении работоспособности, нарушении сна, повышенной раздражительности, из-за чего был существенно утрачен положительный эмоциональный фон при общении с семьей и друзьями. Лечение истец проходит до сих пор. Таким образом, в связи с грубым нарушением ответчиком прав истца с последнего подлежит взысканию моральный вред, размер которого истцом оценен в 100000 рублей.

Истец просит взыскать среднюю месячную зарплату за 3 месяц после сокращения штатов по п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ в сумме 83901,40 рублей; компенсацию за задержку выплаты зарплаты за 3 месяц с 21.12.2019 до даты вынесения решения суда, что за период с 21.12.2019 по 17.02.2020 за 59 дней составляет 2051,38 рублей); доплату за выполнение обязанностей генерального директора за периоды его замещения в сумме 84473,55 рублей; причиненные убытки, связанные с лечением (затраты на медикаменты) в сумме 9567,50 рублей; компенсацию за причиненный моральный вред в сумме 100000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, обосновав доводами, изложенными в исковом заявлении. Дополнительно указывала, что отказалась от предложенной должности экономиста в организации по причине того, что оклад был предложен 30000 рублей, а не как у нее был ранее, а также не предъявления ей должностной инструкции по предлагаемой должности. Психотерапевт сообщила ей, что особым случаем, спровоцировавшим ее состояние здоровья, является увольнение, поэтому подлежат взысканию убытки на медикаменты, которые ей придется принимать еще долгое время, ситуация с ее здоровьем требует лечения. Просила восстановить пропущенный срок на обращение в суд с иском, полагала его пропуск по уважительной причине, а также просила срок исчислять с даты ее увольнения, поскольку если бы ранее обратилась с такими требованиями, то ее сокращение произошло бы гораздо раньше. Она не собиралась ранее обращаться в суд по поводу доплаты, хотя ее это и не устраивало, но когда ей отказали в выплате третьего заработка, она обратилась в Государственную инспекцию труда в Тверской области, решила обратиться в суд с настоящим иском. Сведений о заработной плате директора она никому не разглашает, у нее есть штатное расписание, где указан иной оклад директора, но об этом она узнала уже позже, уточнять требования не стала. Просила удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 в суде и письменных пояснениях с иском не согласилась, указывала, что решение ГКУ Тверской области «Центр занятости населения города Твери» о сохранении за ФИО1 средней заработной платы на период трудоустройства в течение третьего месяца со дня увольнения является незаконным. Действительно, нормы ст.178 ТК РФ не препятствуют получению работнику, ищущему подходящую работу, на сохранение за ним третьего оклада. Однако ГКУ не учтено, что законодатель дает такое право работнику в исключительных случаях, которых не приведено. Сам по себе факт того, что работник ходил отмечаться в Центр занятости добросовестно, тем самым, по мнению ГКУ, выполнив условия сохранения третьего среднемесячного заработка, не относится к исключительным случаям. Законодатель ставит право получения такого заработка в зависимости от соблюдения всех критериев в совокупности и одновременно: исключительный случай, и выполнение указанных в законе условий. При несоответствии решения закону суд должен принять решение в соответствии с законом – нормы ст.178 ТК РФ и отказать истцу в удовлетворении заявленных требований. Поскольку требования о компенсации за задержку выплаты производны от первого требования, то в удовлетворении этого требования также следует отказать. Действительно, нормы ст.151 ТК РФ обязывают работодателя производить выплаты за совмещение должностей. Истец указывает, что в период с 2018г. она неоднократно замещала генерального директора на время его отсутствия, при этом доплат ей не производилось. Однако это не соответствует действительности. Согласно Положению о премировании за 2018 год и 2019 год (пункт 3.2) работодателем производится доплата за сложность и опыт работы работников (в том числе включающая совмещение и дополнительные функции). ФИО1 такая доплата производилась регулярно. Ответчик не отрицает того факта, что само по себе увольнение по любой причине является стрессом. Однако, документы, представленные истцом, свидетельствуют о перенесенном гипертоническом кризе ситуационного типа 31 августа 2019г., в последний день истечения двухмесячного срока, за который предупреждается работник о предстоящем увольнении по сокращению штата. Процедуру сокращения истец не оспаривает. Истец заявляет о том, что в период с декабря 2019г. и до настоящего времени не выплачен третий заработок. Однако документов, свидетельствующих о том, что истец испытывал нравственные и физические страдания, вызванные отказом ответчика произвести такую выплату, в материалах дела отсутствуют. В нарушении ст.56 ГПК РФ истец перенесенных страданий, а также причинно-следственную связь доказательств не представил. Дополнительно также указала, что по части исковых требований пропущен срок обращения в суд, определенный в ст.392 ТК РФ. Просила применить срок давности к требованиям о взыскании доплаты за совмещение должностей, который следует исчислять с даты выплаты заработной платы после месяца совмещения, срок пропущен по всем периодам, за исключением 18.02.2019г. 21.01.2020г., уважительных причин пропуска срока не имеется и он восстановлению не подлежит. Со стороны работника имеется злоупотребление правом, поскольку она ранее не обращалась за такими выплатами, а сейчас находится в стесненных финансовых условиях, не работает, получает пенсию, есть кредит, но улучшение финансового положения не должно происходить за счет работодателя. Кроме того, тяжелой болезни у истца не установлено, доказательств не представлено. Просила отказать в восстановлении срока по этим требованиям. Если суд все же сочтет возможным удовлетворить иск, то проценты за задержку исчисляются истцом не правильно, необходимо исчислять с 23.12.2019г., со следующего дня, установленного для выплаты заработной платы в организации. Также размер третьего среднего заработка истцом произведен не верно, при среднедневном заработке в размере 3813,70 рублей, который приведен истцом верно и они его не оспаривают, размер третьего заработка за 21 день составит 80087,70 рублей. Просила отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2 в суде указывал, что в организации сложилась такая практика, что доплата за совмещение профессий и должностей включена в сумму назначаемых ежемесячно стимулирующих выплат за сложность, опыт работы, она предусмотрена трудовым договором и выплачивается каждый месяц без учета того, что работник в этот месяц будет совмещать какие-то должности или работы, на будущее. У истца такая доплата была предусмотрена, выплачивалась ежемесячно. Размер доплаты и наиболее опытных и подготовленных сотрудников, определял он, пользуясь своими полномочиями, а также при необходимости согласовывал с заместителями. У тех, у кого из работников такой доплаты нет, а работник совмещает должности или работы, то с ним заключается трудовой договор о работе по совместительству. В любом случае доплата составляет 25-30%, а не разницу между окладами по занимаемой и совмещаемой должности как производит расчет истец в своем исковом заявлении. Кроме того, она в своем иске разглашает сведения о его заработной плате, его окладе по занимаемой должности, что является недопустимым, она брала обязательство о неразглашении таких сведений. Что касается тендеров, то это входит в должностную инструкцию истца и ее полномочий, которые истец выполняла лишь наполовину, то есть работу экономиста, что и было предложено истцу при сокращении занимаемой ею должности зам. директора, но она отказалась. Сейчас в организации на должности экономиста работает новый сотрудник, принятый на работу. Работу генерального директора ФИО1 не знает, и не могла в полном объеме исполнять обязанности генерального директора. Кроме того, он всегда оставался на связи, помогал при необходимости. Неприязни к истцу нет, претензий по выполняемой работе не было.

Представитель третьего лица ГКУ Тверской области «Центр занятости населения» г. Твери ФИО4 в суде и письменном отзыве на иск полагала требования истца в части взыскания среднего месячного заработка за 3 месяц со дня увольнения и компенсации за его несвоевременную выплату подлежащими удовлетворению. ФИО1 поставлена на учет в целях поиска подходящей работы, а не в качестве безработного, поскольку является пенсионером по возрасту. При постановке на регистрационный учет и при предоставлении государственной услуги по содействию в поиске подходящей работы Центр строго руководствовался законом РФ от 19.04.1991 №1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации», Правилами регистрации граждан в целях поиска подходящей работы, утвержденными постановлением Правительства РФ от 07.09.2012 №891, Административным регламентом Федеральной службы по труду и занятости по предоставлению государственной услуги содействия гражданам в поиске подходящей работы, а работодателям в подборе необходимых работников. При поиске работы учитывается исключительно только последняя занимаемая должность, с которой гражданин был сокращен. Работа по ранее занимаемой должности ей не была найдена. Все остальные должности, в частности, экономиста, если имелись таковые, могут быть предложены работнику только с его согласия. ФИО1 были соблюдены все условия для получения третьего заработка при сокращении. Истец проходила тестирования по профобучению, так как для пенсионеров также нет исключений, поскольку в ином случае можно расценивать как дискриминация по возрасту, необоснованных отказов от предложенной работы не было. Истец не работает и после получения справки продолжает посещать Центр занятости в поисках подходящей работы. Работа Центра занятости строго регламентирована, в документах, которые регулируют их работу, в том числе при принятии решения о выплате третьего заработка, не требуется истребование у работника каких-то дополнительных сведений или документов. Редакция ч.2 ст.178 ТК РФ предполагает, что указанный в ней перечень условий, при наличии которых органы службы занятости принимают решение о сохранении в исключительных случаях среднего месячного заработка за уволенным работников в течение третьего месяца со дня увольнения, является исчерпывающим. Перечень же исключительных обстоятельств, в действующем трудовом законодательстве отсутствует. В условиях отсутствия правовой нормы, закрепляющей и регламентирующей исключительные обстоятельства, работник-пенсионер при увольнении по сокращению численности штата имеет право на выплату средней заработной платы, если он в установленный срок обратился в Центр занятости, но не был трудоустроен. Оценивая имеющиеся обстоятельства Центром был сделан вывод о наличии исключительных обстоятельств, в связи с чем принято решение о сохранении за ФИО1 третьего заработка на период сокращения. Кроме того, в суде еще установлено, что она взяла кредит, нуждается в лечении, это еще дополнительные обстоятельства для выплаты третьего заработка.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Согласно ст.1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, как следует из статьи 2 ТК РФ, признаются: свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; равенство прав и возможностей работников; обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда; установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно ст.ст. 56, 57 ТК РФ между работником и работодателем заключается трудовой договор, т.е. соглашение, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату. При этом трудовой договор обязательно должен содержать условия оплаты труда работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты.

Судом установлено и никем не оспаривается, что ФИО1 с 09.12.20070 года по 16.09.2019г. осуществляла трудовую деятельность в ООО «Арктик-ГЕРС» в должности заместителя генерального директора по экономике в аппарате управления. 16.09.2019г. уволена в связи с сокращением штата работников организации, трудовые отношения с ней прекращены на основании п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ.

В силу ст.11 Трудового кодекса РФ все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Права и обязанности работодателя в трудовых отношениях осуществляются органами управления юридического лица (организации) или уполномоченными ими лицами в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами (ст.20 ТК РФ).

Из ст.15 ТК РФ следует, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается работнику в месте выполнения им работы либо перечисляется на его счет в банке.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка.

В соответствии со ст. 60.2 Трудового кодекса РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса).

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности).

Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

Работник имеет право досрочно отказаться от выполнения дополнительной работы, а работодатель - досрочно отменить поручение о ее выполнении, предупредив об этом другую сторону в письменной форме не позднее чем за три рабочих дня.

Согласно ст. 149 Трудового кодекса РФ при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу ст. 151 Трудового кодекса РФ при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 настоящего Кодекса).

Проанализировав указанные положения федерального законодательства в их взаимосвязи, следует, что для установления совмещения работник должен представить работодателю свое письменное согласие на совмещение, после чего стороны должны заключить соглашение, в котором будет установлено содержание и объем выполняемой дополнительно работы и размер оплаты (доплаты) за нее.

Из материалов дела следует, что приказами «О передаче полномочий генерального директора на время его отсутствия» за подписью руководителя ООО «Арктик-ГЕРС» № от 05 июля 2018г. (с 10 июля по 13 июля 2018г.), № от 20.07.2018г. (с 26 июля по 10 августа 2018г.), № от 26.10.2018г. (с 29 октября по 30 октября 2018г.), № от 15.01.2019г. (с 21 января по 21 января 2019г.), № от 15.02.2019г. (с 18 февраля по 18 февраля 2019г.) на период отсутствия генерального директора (отпуск, командировка) на истца возлагались обязанности генерального директора с правом подписания трудовых и коммерческих договоров, актов выполненных работ (услуг), счетов-фактур, приказов, документов по личному составу и иных документов, тендерной документации, представлять интересы Общества во всех организациях и учреждениях.

Судом также установлено и никем не оспаривается, что письменное согласие ФИО1 при издании приказов, возложении на нее дополнительных обязанностей не получалось, письменное согласие отсутствует. Вместе с тем, со всеми приказами истец был ознакомлен в день издания каждого из них, о чем поставил отметку на приказе об ознакомлении, от исполнения обязанностей не отказался.

Таким образом, истец после ознакомления с приказами о возложении на него дополнительных обязанностей без освобождения от основной работы возражений или дополнений к его содержанию, в том числе по объему возлагаемых обязанностей и размеру возможной оплаты не выдвигал, согласился на выполнение дополнительной работы на условиях отраженных в приказе.

Судом также установлено и никем не оспаривается, что в период с 10 июля по 13 июля 2018г., с 26 июля по 10 августа 2018г., с 29 октября по 30 октября 2018г., 21 января 2019г., 18 февраля 2019г. истец помимо работы по замещаемой им должности заместителя генерального директора по экономике исполнял обязанности по должности генерального директора того же Общества.

В силу ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

На основании ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст.59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Истец при рассмотрении дела указывала, что выполняла работу по должности генерального директора в полном объеме, при этом размер полагающихся ей выплат обосновывает разницей между окладами по ее должности и должности генерального директора. Представитель ответчика в лице генерального директора Общества ФИО2 указывал на то, что истец работу генерального директора не знает, и не могла в полном объеме исполнять обязанности генерального директора, а кроме того, в те периоды он всегда был на связи и помогал при необходимости.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд полагает, что истцом, вопреки бремени доказывания, не предоставлено доказательств по объему выполненной им дополнительной работы по должности генерального директора. Ответчик выполнение работы в полном объеме оспаривает.

Таким образом, определить объем этой работы и произвести расчет оплаты за нее без определения существенных условий, которые должны были быть установлены в письменном соглашении между сторонами, не представляется возможным. О том, что соглашения по оплате за совмещение не было достигнуто, следует как из искового заявления, об этом указывала истец и в судебном заседании.

Истец, дав свое согласие на исполнение дополнительной работы, добровольно согласился и принял на себя обязательства в отсутствие письменного соглашения о размере доплаты за ее выполнение. Своим правом досрочно отказаться от выполнения дополнительной работы ввиду отсутствия оплаты и (или) отсутствия соглашения о размере доплаты, истец на протяжении всего времени не воспользовался.

Вместе с тем, Положениями о премировании работников ООО «Арктик-ГЕРС», действующих в период 2018г., 2019г., пунктом 3.2 раздела 3 «Материальное поощрение работников», предусмотрена выплата премий по результатам работы за месяц в размере премиального фонда. Базой для расчета премиального фонда является сумма начислений по окладам и надбавкам за сложность и опыт работы работников (в том числе включающая совмещение и дополнительные функции) за фактически отработанные часы в месяц с учетом командировок, сверхурочной работы, работы в выходные и праздничные дни, а также начисление за исполнение обязанностей временно отсутствующего работника.

Из материалов дела также следует, что трудовым договором № от 10 декабря 2007г. истцу установлен оклад по занимаемой должности 45000 рублей согласно штатному расписанию и приказу руководителя, иные выплаты не предусмотрены.

Дополнительными соглашениями к указанному трудовому договору размер оплаты труда (оклад) ФИО1 неоднократно изменялся, а также было включено условие о выплате надбавки за сложность и опыт работы. В частности, дополнительным соглашением от 04.05.2016г. предусмотрена выплата указанной надбавки в размере 3000 рублей, дополнительным соглашением от 30.12.2016г. размер надбавки оставлен без изменения. Дополнительным соглашением от 29.12.2018 установлена надбавка в размере 8000 рублей, а от 01.02.2019 – 10000 рублей. Дополнительные соглашения к трудовому договору подписаны сторонами, копии вручены работнику. Предусмотренные п.3.2 указанного выше Положения о премировании надбавки за сложность и опыт работы (в том числе включающая совмещение и дополнительные функции) выплачивались ежемесячно истцу в дни выплаты заработной платы в согласованном сторонами размере, что ФИО1 при рассмотрении дела не оспаривалось, а также подтверждается расчетными листками за спорный период и списками на зачисление на счета «зарплатных» карт. Такая форма доплаты за совмещение (выполнение дополнительной работы) была предусмотрена в организации не только истцу, но и другим наиболее опытным работникам, которым возможно поручить больший объем работ, по решению генерального директора, о чем указывал в суде сам генеральный директор Общества, а также допрошенные свидетели ФИО6, занимающая должность заместителя генерального директора по исследованиям, ФИО7, занимающий должность заместитель генерального директора-главный бухгалтер и должность инспектора кадров. Показания свидетелей последовательны и логичны, согласуются с материалами дела, и не доверять им у суда оснований не имеется.

Таким образом, суд полагает, что между сторонами на протяжении длительного периода времени в части доплаты истцу за совмещение должности генерального директора в определенные периоды фактически сложились отношения и, соответственно, достигнуто соглашение по оплате в виде ежемесячных премий согласно п.3.2 указанных выше Положений, оснований для взыскания доплаты у суда не имеется.

Кроме того, рассматривая заявление ответчика о частичном пропуске срока исковой давности по этим требованиям, суд учитывает следующее.

Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно Правил внутреннего трудового распорядка ООО «Арктик-ГЕРС» заработная плата выплачивается 22 числа (за первую половину текущего месяца), 7 числа следующего за отчетным (за вторую половину месяца) путем перечисления на указанный работником счет в банке. Работодатель обязан информировать работников о составных частях заработной платы, размерах и основаниях произведенных удержаний, а также об общей денежной сумме подлежащей выплате на руки путем предоставления расчетных листков, форма которых предусмотрена бухгалтерской программой «Камин» применяемой Обществом для расчета заработной платы; обеспечить выдачу расчетных листков на руки работникам общества в день перечисления заработной платы за вторую половину месяца 7 числа в бухгалтерии Общества с 14 до 16 часов, (п.5.1 Правил).

Истец уволен 16.09.2019г., в суд иск подан 21.01.2020г., то есть по оплате за совмещение должностей за период с 13 июля 2018г., с 26 июля по 10 августа 2018г., с 29 октября по 30 октября 2018г. срок им пропущен, что является дополнительным основанием для отказа в удовлетворении иска. Оснований для восстановления срока или признания уважительной причиной пропуск срока по тем основаниям, которые указаны истцом, суд не усматривает. Истец ежемесячно получала расчетные листки о составных частях своей заработной платы, дважды в месяц заработную плату и не могла не знать, что доплата за совмещение должности генерального директора ей доплата в том понимании, о котором говорит истец, не осуществляется. Доказательств того, что при заявлении требований ранее она была бы уволена еще раньше, надлежащих доказательств не представлено. Представитель ответчика, генеральный директор в суде указал, что неприязни к ФИО1 не испытывает, претензий по работе к ней не было.

При указанных обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в части взыскания доплаты за совмещение должностей за спорный период суд не усматривает, а поскольку требования о взыскании компенсации за задержку этих выплат производны от основного, суд отказывает в удовлетворении иска в этой части.

Согласно ст.178 ТК РФ при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

В исключительных случаях средний месячный заработок сохраняется за уволенным работником в течение третьего месяца со дня увольнения по решению органа службы занятости населения при условии, если в двухнедельный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен.

В Определении от 29 ноября 2012 года N 2214-О Конституционный Суд Российской Федерации выявил смысл положения части второй статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающего сохранение в исключительных случаях за уволенным работником, имеющим право на получение среднего месячного заработка в период трудоустройства установленных законом случаях, среднего месячного заработка в течение третьего месяца со дня увольнения по решению органа службы занятости населения при условии, если в двухнедельный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в названном Определении, орган службы занятости населения при решении вопроса о сохранении за уволенным работником среднего месячного заработка в течение третьего месяца со дня увольнения должен не только устанавливать наличие формальных условий возникновения у такого лица права на получение соответствующей выплаты - своевременного (в двухнедельный срок после увольнения) обращения в орган службы занятости и отсутствия его трудоустройства в течение трех месяцев, но и учитывать иные имеющие значение для решения этого вопроса обстоятельства.

При этом оспариваемое законоположение не предполагает предоставление органу службы занятости населения при решении данного вопроса действовать произвольно, признавая или не признавая соответствующий случай исключительным и не лишает работодателя права обжаловать решение органа службы занятости населения в суд, который обязан оценивать обжалуемое решение с точки зрения его правомерности и обоснованности, устанавливая, исследуя и анализируя при этом всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств.

В соответствии со ст.4 Закона "О занятости населения в Российской Федерации" подходящей считается такая работа, в том числе работа временного характера, которая соответствует профессиональной пригодности работника с учетом уровня его квалификации, условиям последнего места работы (службы), за исключением оплачиваемых общественных работ, а также состоянию здоровья, транспортной доступности рабочего места.

Таким образом, к юридически значимым обстоятельствам, подлежащим установлению при разрешении споров, связанных с предоставлением работнику, уволенному в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата сотрудников организации, государственной гарантии в виде сохранения среднего месячного заработка в течение третьего месяца со дня увольнения относятся: факт обращения такого работника в двухнедельный срок после увольнения в соответствующий орган службы занятости населения, нетрудоустройство этого работника указанным органом в течение трех месяцев со дня увольнения и наличие исключительного случая, касающегося уволенного работника.

При этом, положениями статьи 178 Трудового кодекса РФ не установлен перечень исключительных случаев, при наступлении которых средний месячный заработок сохраняется за уволенным работником в течение третьего месяца со дня прекращения трудового договора. В каждом конкретном случае отнесение тех или иных обстоятельств к таковым находится в компетенции органа службы занятости населения и направлено на обеспечение работника средствами существования, которых он лишился в связи с утраченной возможностью трудиться по независящим от него причинам.

19.09.2019г. ФИО1 обратилась в ГКУ Тверской области «Центр занятости населения города Твери» с заявлением о предоставлении государственной услуги по содействию в поиске подходящей работы, а также об информировании о положении на рынке труда в субъекте РФ.

В течение трех месяцев ФИО1 регулярно (дважды в месяц) обращалась в орган службы занятости населения за сведениями о наличии вакансий, однако не была трудоустроена, соответствующих направлений на работу ей не выдавалось в связи с отсутствием вариантов подходящей для нее работы.

17 декабря 2019г. ФИО1 после посещения Центра занятости выдано решение № о сохранении среднего заработка на период трудоустройства в течение 3 месяца со дня увольнения.

Из материалов дела также усматривается, что ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости.

Как указывает в своем отзыве на исковое заявление третье лицо, они полагают, что в условиях отсутствия правовой нормы, закрепляющей и регламентирующей исключительные обстоятельства, работник-пенсионер при увольнении по сокращению численности штата имеет право на выплату средней заработной платы при условии соблюдения своевременного обращения в Центр занятости и его нетрудоустройства. Представитель третьего лица в судебном заседании дополнительно также указала, что необходимо учесть наличие кредитных обязательств, состояние здоровья истца.

Судом установлено, что истец ФИО1 до уведомления ее о сокращении получен кредит в сумме более 300000 рублей, а также в долг по расписке на сумму также более 300000 рублей. В период проведения процедуры сокращения здоровье истца ухудшилось, появилась необходимость в получении медицинской помощи и приобретении лекарственных препаратов. Лечение истец проходит до настоящего времени, а также выплачивает долг по расписке и кредитному договору. Данные обстоятельства при рассмотрении дела ответчиком не оспорены.

Кроме того, суд также учитывает, что истец является получателем страховой пенсии по старости с 2015 года, занимаемую ранее должность, которая была сокращена, и согласно которой Центр занятости занимается поиском подходящей для истца работы, размер выплачиваемой истцу заработной платы в период работы, а также и то обстоятельство, что в период поиска такой работы истцу не было предложено ни одной подходящей, истец от предложений не отказывалась. Более того, как следует из материалов дела, истец до настоящего времени получает в Центре занятости государственные услуги по поиску подходящей работы и до настоящего времени не работает. Указанные обстоятельства в их совокупности, как полагает суд, возможно отнести к исключительным.

Предоставляя работодателю как субъекту, организующему трудовую деятельность и использующему труд работников, правомочия в сфере управления трудом, законодатель предусмотрел и правовые гарантии защиты прав работников в сфере труда.

В силу требований статей 2, 7, 8 (часть 1), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (часть 2), 37 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в целях обеспечения баланса конституционных прав и свобод работников и работодателей, являющегося необходимым условием гармонизации трудовых отношений в Российской Федерации как социальном правовом государстве и составляющего основу для справедливого согласования прав и интересов сторон трудового договора посредством соответствующего правового регулирования, законодатель вправе был установить для работодателя дополнительные обязанности по отношению к увольняемым работникам, которые представляют собой менее защищенную сторону трудовых отношений, нуждающуюся в дополнительной защите.

Предоставление работодателю права расторгнуть трудовой по собственной инициативе предполагает и возложение на него обязанности по соблюдению определенных законодателем правовых гарантий защиты увольняемого работника от негативных последствий, которые могут наступить для него в результате потери работы. К их числу относятся установленные статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации выплата каждому увольняемому работнику выходного пособия.

Основанием для сохранения за работником, уволенным в связи с ликвидацией организации, среднего месячного заработка в течение третьего месяца со дня увольнения является принятие органом службы занятости населения соответствующего решения, которое, будучи направленным на обеспечение реализации конституционного права такого лица на защиту от безработицы (статья 37, часть 3, Конституции России), одновременно обязывает работодателя осуществить в его пользу указанную выплату.

Руководствуясь положениями названных правовых норм, регулирующих спорные правоотношения, оценивая представленные доказательства, суд полагает, что решение о сохранении истцу третьего заработка принято Центром занятости обоснованно. Принятое решение Центра занятости направлено на обеспечение работника средствами существования, которых он лишился в связи с утраченной возможностью трудиться по независящим от него причинам.

Из материалов дела также следует, что решение о сохранении за истцом среднего месячного заработка за 3 месяц после увольнения от 17.12.2019г. ФИО1 ИМ.Н. предъявила работодателю 19.12.2019г., о чем свидетельствует входящий номер регистрации на заявлении.

Таким образом, с учетом установленных в Обществе дней выплаты заработной платы, данная выплата должна была быть произведена в ближайший день выплаты заработной платы у работодателя, а именно 22 декабря 2019г., но не произведена до настоящего времени. Имеются основания для взыскания данной выплаты.

Суд, проверив расчеты истца и ответчика, учитывая, что стороны не спорят о размере среднедневного заработка, из которого следует исчислять размер выплаты, полагает обоснованным исчислять пособие исходя из среднедневного заработка в размере 3813,70 рублей.

Вместе с тем, истец производит расчет этого пособия исходя из 22 рабочих дней, а ответчик из 21 рабочего дня, подлежащих оплате средним заработком.

Исходя из установленного трудовым договором с истцом режима работы, а именно пятидневной рабочей недели с двумя выходными днями, период, подлежащий оплате с 17.11.2019г. по 16.12.2019г. составляет 21 рабочий день, размер выплаты составит 80087,70 рублей (3813,70х21), который подлежит взысканию в пользу истца.

Согласно ст.236 Трудового Кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Исходя из указанной нормы закона, а также имевшейся задолженности по выплате пособия, суд полагает исковые требования в этой части обоснованными. Однако, учитывая установленные обстоятельства, а также изменение размера задолженности по пособию за третий месяц после увольнения, установленным в организации дням выплаты, а также учитывая, что истец просит взыскать проценты по день вынесения решения суда, представленный истцом расчет компенсации также подлежит изменению.

Таким образом, в пользу истца надлежит взыскать проценты за задержку выплаты за период с 23.12.2019 по 28.05.2020г. в размере 5041,51 рублей, а именно: с 23.12.2019 по 09.02.2020 – за 49 дней 1635,12 рублей (80087,70х6,25%\150х49); с 10.02.2020 по 26.04.2020г. за 77 дней (80087,70х6,0%\150х77); с 27.04.2020 по 28.05.2020 – 32 дня (80087,70х5,50%\150х32).

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу положений статей 15 и 1064 ГК РФ, взыскание убытков, возмещение ущерба – это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее взыскания убытков, должно доказать наличие и размер нанесенного ему ущерба, причинную связь между действиями лица, заявленного в качестве причинителя вреда, и ущербом.

При этом, отсутствие хотя бы одного из названных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Согласно ст.232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Из ст.233 ТК РФ следует, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии с ч.1 ст.3 ГПК Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующие ст.12 ГК Российской Федерации. Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. При этом избранный истцом способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

Согласно статьям 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истец просит взыскать в качестве убытков денежные средства в размере 9567,50 рублей, затраченные ею на приобретение лекарственных препаратов и указывает, что в связи с процедурой сокращения у нее возникли гипертонический криз ситуационного типа и астено-неврологическое состояние, которые необходимо лечить в течение года в соответствии с выпиской психотерапевта.

В подтверждение убытков представлена выписка ГБУЗ ГКБ №6 поликлиника № от 18.09.2019г. о посещении ФИО1 18.09.2019 психотерапевта, рецепты на лекарственные препараты от 18.09.2019, 05.12.2019, 10.02.2020, кассовый чек и товарный чек на сумму 3628 рублей от 10.02.2020, кассовый и товарный чек на сумму 863,30 рублей от 10.02.2020, кассовый чек на сумму 206,72 рублей от 20.12.2019, кассовый чек на сумму 101,50 рублей от 11.12.2019, кассовый и товарный чек на сумму 680,20 рублей от 10.02.2020, а всего кассовых и товарных чеков на сумму 5479,72 рублей.

Принимая во внимание положения норм закона, оценивая приведенные выше доказательства в своей совокупности, суд полагает, что истцом, вопреки бремени доказывания, не представлено достаточных и бесспорных доказательств причинения ей виновными действиями ответчика убытков в заявленном размере. Оснований для взыскания убытков не имеется. Обращение ФИО1 к психотерапевту само по себе не подтверждает причинение убытков последней по вине работодателя. В представленной выписке ссылка об этом отсутствует, запись о возникновении жалоб на состояние здоровья по причине сокращения в выписке сделано со слов самой ФИО1 Иных медицинских документов после указанной даты не представлено, свое увольнение истец ФИО1 не оспаривает.

Суд не находит оснований для применения положений ст. ст. 15, 1064 ГК РФ, при этом также учитывая, что каких-либо доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика по сокращению численности штата и расходами понесенными истцом в результате обращения к психотерапевту, истцом также не представлено. Также истцом не представлено доказательств того, какое именно право ее было нарушено действиями ответчика и подлежит восстановлению. Объяснения истца в указанной части относимыми и допустимым, достаточными доказательствами не подтверждены, являются ее субъективным мнением и основаны лишь на предположениях, не подтвержденных какими-либо доказательствами.

Таким образом, суд отказывает в удовлетворении заявленного требования о взыскании убытков.

В соответствии со ст.237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

С учетом характера нравственных страданий, причиненных истцу нарушением его трудовых прав при выплате по решению Центра занятости сохраненного месячного заработка на третий месяц после увольнения, периода задержки выплат, поведения ответчика, а также принципа разумности, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец по настоящему делу освобожден от уплаты госпошлины в силу закона, то подлежащая уплате им госпошлина должна быть взыскана с ответчика в доход бюджета муниципального образования г. Тверь исходя из положений ст.333.19 НК РФ, а именно в размере 2753,88 рублей.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Арктик-ГЕРС» в пользу ФИО1 среднюю заработную плату на период трудоустройства в течение 3 месяца со дня увольнения по сокращению штата (численности) в сумме 80087,70 рублей, проценты за задержку выплаты за период с 23.12.2019 по 28.05.2020г. в размере 5041,51 рублей, в счет компенсации морального вреда 3000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «Арктик-ГЕРС» в доход бюджета муниципального образования город Тверь государственную пошлину по делу в размере 2753,88 рублей.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Московский районный суд г. Твери в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий О.Ю. Тутукина

В окончательной форме решение принято 04 июня 2020г.

дело №2-825\2020