Апелляционное определение № 02-0155/2025 02-0155/2025(02-3708/2024)~М-2714/2024 02-3708/2024 33-60246/2025 М-2714/2024 от 8 декабря 2025 г. по делу № 02-0155/2025

УИД 77RS0027-02-2024-008814-61

Судья Стеклиева А.В.

Дело в апелляционной инстанции № 33-60246/2025

Дело в суде первой инстанции №2-0155/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Мызниковой Н.В.,

и судей Дегтеревой О.В., Ефремова С.А.,

при помощнике судьи Гавриленко К.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Дегтеревой О.В.,

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Тверского районного суда города Москвы от 30 июля 2025 года, которым постановлено:

иск Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» к ФИО1 возмещении материального ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» в счет возмещения материального ущерба 326 105 руб. 58 коп., расходы по уплате государственной пошлины 6 461 руб. 06 коп.

В удовлетворении встречного иска ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному учреждению высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» о признании незаконными результатов инвентаризации незаконными, защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда отказать;


УСТАНОВИЛА:

ФГБУ ВО «Российский государственный гуманитарный университет» обратился с иском к ФИО1 о взыскании суммы ущерба в размере 326 105 руб. 58 коп., судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 6 461 руб. 06 коп., ссылаясь в обоснование заявленных требований на то, что с 01 апреля 2022 года ФИО1 работает в ФГБОУ ВО «РГГУ» по трудовому договору №0022/173 в должности руководителя Административно-технического департамента, трудовой договор с ФИО1 был прекращен 05.07.2023 г. на основании п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника. 05.07.2023 года в результате проведенной инвентаризации выявлена недостача товарно-материальных ценностей (ТМЦ) на общую сумму 326 105,58 руб. Недостающие товарно-материальные ценности были получены ответчиком по Акту приема-передачи от 28.10.2022 года, а также по приходному ордеру от 15.11.2022 года №0000-000674. О результатах инвентаризации работник был уведомлен письмом с описью вложения, истребованы у него объяснения, в добровольном порядке ущерб ответчиком истцу не возмещен, что послужило основанием для обращения в суд.

Ответчик ФИО1 в суде иск ФГБОУ ВО «РГГУ» не признал, обратился в суд со встречными исковыми требованиями к ФГБУ ВО «РГГУ» о признании незаконными результатов инвентаризации, защите чести достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, поскольку инвентаризация была проведена с грубыми нарушениями установленного порядка, в его действиях вина отсутствует, необоснованное обвинение в причинении материального ущерба истцу порочит его честь, достоинство и деловую репутацию, влечет компенсацию морального вреда, который в размере 300 000 руб. просил истец взыскать с ответчика и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого просит ответчик ФИО1 по доводам апелляционной жалоба.

Проверив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части взыскания материальной ущерба с ФИО1

В соответствии с ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие основания для частичной отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы ФИО1, изученным материалам дела, имеются.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 01 апреля 2022 года между ФГБОУ ВО «РГГУ» и ФИО1 был заключен трудовой договор (эффективный контракт) № 0022/173 по условиям которого, (п. 1.1), работник ФИО1 принимается на работу в РГГУ на должность руководителя Административно-технического департамента для выполнения работы в соответствии со штатным расписанием и должностной инструкцией.

05 апреля 2022 года между сторонами также был заключен договор № 0000-000166 о полной индивидуальной материальной ответственности.

05 июля 2023 года ФИО1 было подано заявление об увольнении с работы по собственному желанию, на основании которого приказом №1111/УК от 05.07.2022 ответчик уволен по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).

Как следует из материалов дела, приказом от 04.07.2023 принято решение о проведении инвентаризации административно-технического департамента с 5 июля 20233 года.

Постоянно действующей комиссией по проведению инвентаризации в ходе проведения инвентаризации 05 июля 2023 года составлен Акт о результатах инвентаризации, по результатам которого была выявлена недостача товарно-материальных ценностей (ТМЦ) на общую сумму 326 105 руб. 58 коп.

При этом из Акта видно, что недостающие товарно-материальные ценности представляют собой трубы и задвижки, полученные в результате демонтажа коллектора на территории РГГУ и принятые ФИО1 по акту приема-передачи от 28.10.2022 года и деловой уголок, полученный в результате демонтажа автомобильной эстакады и принятый ФИО1 по приходному ордеру от 15.11.2022 года №0000-000674.

ФИО1 был извещен о проведении инвентаризации двумя срочными телеграммами, на проведение инвентаризации не явился.

Актом о результатах инвентаризации от 05.07.2023 года №0000-000074 отмечается, что инвентаризация производится в отсутствие материально ответственного лица.

Согласно инвентаризационной описи (сличительной ведомости) от 05.07.2023 г. №0000-000106, выявлена недостача: металлолома в количестве 15,094 т на сумму 241 512 руб., уголок в количестве 12 пог.м. на сумму 52 814,28 руб., уголок в количестве 81,5 пог.м. на сумму 31 779,30 руб., всего на сумму 326105,58 руб., по результатам инвентаризации ответчик был уведомлен письмом с описью вложения.

06 июля 2023 года истец адресовал ответчику уведомление о результатах инвентаризации (акт о реализации инвентаризации от 05 июля 2023 года, инвентаризационные описи, ведомость расхождений), содержащее сообщение о выявленной недостаче в размере 326 105 руб. 58 коп., с предложением в срок до 12 июля 2023 года дать объяснение по факту выявленной недостачи, в добровольном порядке ответчик ущерб не возместил.

Удовлетворяя заявленные исковые требования о взыскании суммы возмещения ущерба, причиненного работником в размере 326105,58 руб., суд исходил из того, что в материалах дела нашел свое подтверждение факт ненадлежащего исполнения ответчиком как материально ответственным лицом, своих трудовых обязанностей, что выразилось в не принятии необходимых мер по сохранности вверенных ей материальных ценностей, следствием чего явилось причинение работодателю ущерба, в связи с чем именно ФИО1 должен нести ответственность за ущерб причиненный работодателю, установленную трудовым законодательством.

Также отказывая во встречном иске ФИО1 о признании результатов инвентаризации незаконными, защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, суд исходил из того, что результаты инвентаризации судом незаконными не признаны, а сведения в отношении работника по результатам инвентаризации, изложенные ФИО1 в объяснениях, и претензиях работодателя по возмещению ущерба, являются доказательством по конкретному гражданскому делу, и не свидетельствуют о нарушении ответчиком ФГБУ ВО «РГГУ» чести и достоинства, деловой репутации бывшего работника, с учетом спора по материальному ущербу разрешенного судом.

Между тем, судебная коллегия считает, что вышеуказанные выводы суда первой инстанции в части взыскания материального ущерба с ответчика основаны на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если иск о возмещении ущерба заявлен по основаниям, предусмотренным статьей 245 Трудового кодекса Российской Федерации (коллективная (бригадная) материальная ответственность за причинение ущерба), суду необходимо проверить, соблюдены ли работодателем предусмотренные законом правила установления коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также ко всем ли членам коллектива (бригады), работавшим в период возникновения ущерба, предъявлен иск. Если иск предъявлен не ко всем членам коллектива (бригады), суд, исходя из статьи 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вправе по своей инициативе привлечь их к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, поскольку от этого зависит правильное определение индивидуальной ответственности каждого члена коллектива (бригады). Определяя размер ущерба, подлежащего возмещению каждым из работников, суду необходимо учитывать степень вины каждого члена коллектива (бригады), размер месячной тарифной ставки (должностного оклада) каждого лица, время, которое он фактически проработал в составе коллектива (бригады) за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Между тем, судом при разрешении спора по иску ФГБУ ВО «РГГУ» к ответчику о возмещении ущерба, нормы трудового законодательства, регулирующие порядок возложения на работника ответственности за причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей имущественный вред, приняты во внимание не были, в связи с чем не были установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора о возложении на работника материальной ответственности, а именно: наличие ущерба у работодателя, вина ответчика в причинении ущерба, причинно-следственная связь между его действиями (бездействием) и наступившим у истца ущербом, а также размер причиненного ущерба.

Принимая в качестве доказательств наличия прямого действительного ущерба, причиненного ФИО1 истцу, а также размер этого ущерба, представленную истцом в суд первой инстанции копию Акта инвентаризации, а также представленные в суд Акт от 5.07.2023 о результатах инвентаризации и инвентарные ведомости от 05.07.2023, суд не учел обстоятельства того, что подписи работника с ознакомлением с результатами инвентаризации и указанными актами отсутствуют.

С приказом о проведении инвентаризации от 04.07.2023 ФИО1 ознакомлен не был, до начала инвентаризации расписка о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход, от ответчика истребованы не были, и представленные суду материалы дела не подтверждают участие ФИО1 при проведении инвентаризации.

При этом, противоречия по инвентаризации устранены не были, суд первой инстанции не проверил, соблюден ли истцом порядок проведения инвентаризации материальных ценностей в РГГУ, проведения проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения в июле 2023, в суд первой инстанции не представлено, не были приобщены такие доказательства и в суде апелляционной инстанции.

При этом факт недостачи может считаться установленным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке.

Так, согласно части 2 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Федеральный закон от 6 декабря 2011 г. № 402-ФЗ) при инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

В части 3 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. №402-ФЗ определено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (часть 4 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ).

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, пунктом 27 которого установлено, что проведение инвентаризации является обязательным в том числе при смене материально-ответственных лиц, при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

В соответствии с пунктами 26, 28 названного положения инвентаризация имущества и обязательств проводится для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, в ходе ее проведения проверяются и документально подтверждаются наличие, состояние и оценка указанного имущества и обязательств. При этом выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 г. N 49 утверждены Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (далее - Методические указания).

Согласно Методическим указаниям в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей (пункт 1.5).

Персональный состав постоянно действующих и рабочих инвентаризационных комиссий утверждает руководитель организации. Отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными (пункт 2.3 Методических указаний).

До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункты 2.4, 2.8 Методических указаний).

Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (пункт 2.10 Методических указаний).

Как усматривается из материалов дела, в нарушение Методических указаний при проведении в РГГУ 05.07.2023 инвентаризации не была отобрана расписка у ответчика как материально ответственного лица о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие под их ответственность, оприходованы; в нарушение пункта 2.8 Методических указаний инвентаризация проведена в отсутствие проверяемых материально-ответственных лиц; в нарушение пункта 2.10 Методических указаний в инвентаризационной описи отсутствует подпись проверяемого материально-ответственного лица. Данные обстоятельства судом оставлены без внимания и соответствующей правовой оценки.

Делая вывод о том, что представленными истцом копиями документов подтвержден факт наличия ущерба у работодателя и размер этого ущерба, суд первой инстанции также не учел, что приходные и расходные документы, отчеты о движении материальных ценностей и их списании, их стоимость, с подписями ответчика также суду представлено не было.

При этом телеграмма истцом о проведении инвентаризации в связи с нахождением на листке нетрудоспособности получена не была.

Также в возражениях на иск, истец ссылался на то, что металлом, который указан в Акте инвентаризации был вывезен в рамках исполнения контракта от 22.07.2024 с ООО «ЮЛМА-2011», вывоз осуществлялся на основании согласия руководства РГГУ, демонтаж эстакады и перемещение делового уголка были произведены в интересах истца, стоимость металлолома оценена не была и оценки довода ответчика об утилизации имущества, в решении не содержится.

Исходя из вышеизложенного, судебная коллегия считает, что достаточных доказательств, с бесспорностью подтверждающих вину ответчика в причинении ущерба, наличия причинно-следственной связи между действиями и наступившим ущербом в материалах дела не имеется, а истцом не представлено, также как и не представлено доказательств соблюдения процедуры привлечения работника к материальной ответственности.

Кроме того, истец в суде ссылался на материальное положение и применение статьи 250 ТК РФ, который судом разрешен не был, с учетом того, что истец не работает, является пенсионером.

В соответствии с частью 1 статьи 250 ТК РФ орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника.

По смыслу статьи 250 ТК РФ и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению (ходатайству) работника, но и по инициативе суда. В случае, если такого заявления от работника не поступило, суду при рассмотрении дела с учетом части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения работника, а также конкретной ситуации, в которой работником причинен ущерб.

Таким образом, основания для взыскания с ответчика прямого действительного ущерба отсутствуют, поэтому решение суда первой инстанции в части взыскания с ФИО1 ущерба подлежит отмене в полном объеме, с отказом в удовлетворении заявленных требований истцу о возмещении материального ущерба в полном объеме, и как следствие, руководствуясь положениями ст. 98 ГПК РФ, о взыскании судебных расходов.

В остальной части решение суда по доводам жалобы ФИО1, не свидетельствуют о наличии обстоятельств, оставленных без внимания судом первой инстанции и имеющих правовое значение для правильного разрешения заявленных требований, а потому не могут быть положены в основу отмены законного и обоснованного решения суда первой инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Тверского районного суда города Москвы от 30 июля 2025 года отменить в части взыскания с ФИО1 материального ущерба, судебных расходов, принять в указанной части новое решение.

В иске ФГБОУ ВО «Российский государственный гуманитарный университет» о взыскании с ФИО1 материального ущерба отказать.

В остальной части решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19.12.2025 года

Председательствующий

Судьи