Решение № 2-1047/2019 2-1047/2019~М-989/2019 М-989/2019 от 3 декабря 2019 г. по делу № 2-1047/2019

УИД: 35RS0006-01-2019-001657-94 2-1047/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Великий Устюг 4 декабря 2019 г.

Великоустюгский районный суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Зеленской Т.Г.,

при секретаре Урюпиной М.Н.,

с участием прокурора Великоустюгской межрайонной прокуратуры Четверикова Д.С.,

истца ФИО1 и его представителя ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к НАО «СВЕЗА Новатор» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 с учетом увеличения исковых требований обратился в суд с иском к НАО «СВЕЗА Новатор» о восстановлении на работе в должности специалиста по пожарной безопасности, ГО и ЧС НАО «СВЕЗА Новатор», взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с 25 сентября 2019 г. по день восстановления на работе и компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

В обоснование требований указал, что с 16 мая 2018 г. он работал в должности специалиста по пожарной безопасности, ГО и ЧС НАО «СВЕЗА Новатор». Приказом НОВ-8301 № 252К от 24 сентября 2019 г. уволен по соглашению сторон в соответствии с пунктом 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Увольнение считает незаконным. В июле 2019 года, находясь в трудовом отпуске, он получил подтверждение о получении квоты на операцию на сердце в лечебном учреждении г. Санкт-Петербург и начал собирать анализы, направления и прочие документы для проведения лечения. При рентгеновском обследовании сердца ему сообщили, что у него выявлено подозрение на <данные изъяты>, не позволяющее приступить к лечению сердечного заболевания. После этого он начал проходить обследование и собирать анализы на предмет подтверждения онкозаболевания (УЗИ, КТ, рентген). Также неоднократно отправлялся терапевтом на приемы и консультации к торакальному хирургу в Вологодский областной онкологический диспансер и на обследование (УЗИ, ФБС). С 22 июля 2019 г. находился на амбулаторном лечении с оформлением электронного листка нетрудоспособности. После сбора всех необходимых документов был направлен на хирургическое лечение в Вологодский областной онкологический диспансер. С 8 августа 2019 г. находился на хирургическом лечении. 12 августа 2019 г. была проведена хирургическая операция в области грудной клетки. Клинический (заключительный) диагноз: <данные изъяты> На лечении он находился до 27 августа 2019 г. При выписке получил рекомендации: терапия по месту жительства, освидетельствование на МСЭК, явка на прием по месту жительства 3 сентября 2019 г., остается нетрудоспособным, явка на прием к химиотерапевту в ВООД. 16 сентября 2019 г. он прибыл на прием к лечащему торакальному хирургу и направлен им 16 сентября 2019 г. на план лечения в поликлинику ВООД, где комиссией был установлен план лечения и получено направление на лечение (химиотерапию) в отделение противоопухолевой лекарственной терапии (ОПОЛТ) на 25 сентября 2019 г. Начиная с 3 сентября 2019 г. он собирал необходимые документы на медико-социальную экспертизу и с 19 сентября 2019 г. после обследования в РКУ «ГБ МСЭ по Вологодской области» ему была установлена 2 группа инвалидности по общему заболеванию на срок до 1 октября 2019 г. На 23 сентября 2019 г. была назначена очередная врачебная комиссия в поликлинике Великоустюгской ЦРБ. На комиссии ему сообщили, что закрывают лист нетрудоспособности 18 сентября 2019 г. Выдана справка о том, что 23 сентября 2019 г. он находился на врачебной комиссии. Опасаясь, что на 23 сентября 2019 г. у него нет листка нетрудоспособности и он может быть уволен за прогул, он позвонил на предприятие своему непосредственному начальнику – руководителю службы по охране труда, промышленной безопасности и экологии М.В. и сообщил о том, что ему установлена 2 группа инвалидности и на 23 сентября 2019 г. у него закрыт лист нетрудоспособности. М.В. заверил его, что решит этот вопрос и пригласил прибыть на работу 24 сентября 2019 г. 24 сентября 2019 г. он прибыл на рабочее место и обратился к М.В. Последний сказал, что посоветовался с руководителем службы по организационному развитию и персоналу Л.Е. и предложил написать заявление о предоставлении трех дней в счет отпуска без оплаты с 23 сентября 2019 г. по 25 сентября 2019 г., чтобы не было прогулов, а также написать заявление об увольнении по соглашению сторон (бланки заявлений направил по электронной почте на его рабочий компьютер) на том основании, что 2 группа инвалидности является нерабочей, и он не может допустить его до работы, чем ввел его (истца) в заблуждение, так как позже он узнал, что все группы инвалидности являются рабочими с оговоренными ограничениями. Находясь в подавленном, смятенном состоянии после получения этой информации, он, особо не вчитываясь в предложенные бланки, подписал эти заявления. При этом у него на руках находилась справка об инвалидности и ИПРА инвалида. Таким образом, пользуясь его неосведомленностью о необходимости предоставления этих документов работодателю, не запросив документы и не предложив ему никаких вариантов дальнейшей работы с подходящими условиями, ему предложили увольнение по соглашению сторон и фактически вынудили его уволиться на данных условиях. При оформлении записи в трудовой книжке была допущена ошибка, так как статья 77 не является основанием для увольнения, а также вместо Трудового кодекса РФ написано Трудового договора РФ. Узнав, что его уволили незаконно, он обратился к работодателю с заявлением о восстановлении в прежней должности, однако, ответа так и не получил. В настоящее время он продолжает медикаментозное лечение и готовится к госпитализации на второй курс химиотерапии.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО1 требования поддержали в полном объеме, сославшись на доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно пояснив, что истец был уволен незаконно, введен работодателем в заблуждение, не было предложено иной подходящей ему работы, уволен без отработки двухнедельного срока, с ошибкой в записи в трудовой книжке. Кроме того, у истца имелись дни неиспользованного отпуска, однако, его вынудили написать заявление о предоставлении трех дней за свой счет.

Представитель ответчика – НАО «СВЕЗА Новатор» ФИО2 с иском не согласна. Пояснила, что с 16 мая 2018 г. ФИО1 работал в НАО «СВЕЗА Новатор» в должности специалиста по пожарной безопасности, ГО и ЧС на основании приказ НОВ-8301 № 80К. В сентябре 2019 г. изъявил личное желание прекратить трудовые отношения с НАО «СВЕЗА Новатор» по соглашению сторон, о чем просил в своем заявлении от 24 сентября 2019 г. На основании заявления ФИО1 от 24 сентября 2019 г., соглашения о прекращении трудового договора от 24 сентября 2019 г. приказом НОВ-8301 № 252К действие трудового договора от 16 мая 2018 г. № НОВ-8301 № 20 было прекращено по пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ. Окончательный расчет, выдача трудовой книжки были произведены согласно норм Трудового кодекса РФ, без каких либо нарушений. Ни одного медицинского документа ни в день увольнения, ни до него истец не предоставлял. После увольнения и написания заявления о восстановлении на работе, неоднократно специалисты НАО «СВЕЗА Новатор» по телефону связывались с ним и общались. Также с целью досудебного урегулирования спора 23 октября 2019 г. в ответ на заявление истца о восстановлении на работе состоялась встреча с руководителем Службы по организационному развитию и персоналу. Считает, что какие-либо нарушения трудового законодательства РФ при прекращении трудового договора с ФИО1 отсутствуют. НАО «СВЕЗА Новатор» готово рассмотреть заявление ФИО1 о приеме на работу по должности: специалист по пожарной безопасности, ГО и ЧС, о чем работнику сообщалось, в случае отсутствия у него каких либо ограничений для выполнения этих трудовых функций, должность является вакантной. Какие либо другие вакансии, подходящие для истца, отсутствуют и отсутствовали на момент его увольнения с работы.

Свидетель Л.Е. в судебном заседании подтвердила факты, указанные представителем ответчика ФИО2

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, показания свидетеля, изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым в удовлетворении исковых требований отказать, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что с 16 мая 2018 г. истец ФИО1 работал в должности специалиста по пожарной безопасности, ГО и ЧС НАО «СВЕЗА Новатор». Приказом НОВ-8301 № 252К от 24 сентября 2019 г. уволен по соглашению сторон.

В соответствии с пунктом 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 ТК РФ).

Статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Таким образом, из правового смысла вышеуказанных норм следует, что при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами.

При этом такая договоренность в соответствии со статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации должна быть оформлена в письменном виде и порождает для обеих сторон трудового договора юридически значимые последствия.

Для прекращения трудового договора по соглашению сторон недостаточно волеизъявления одной стороны работодателя или работника, а необходимо взаимное волеизъявление обеих сторон. Основанием для расторжения трудового договора с ФИО1 явилось подписанное им собственноручно заявление от 24 сентября 2019 г., согласно которому истец просит расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон с 25 сентября 2019 г.

Взаимное волеизъявление обеих сторон подтверждается соглашением о прекращении трудового договора от 24 сентября 2019 г., подписанное представителем работодателя и работником. Экземпляр данного соглашения получен ФИО1 24 сентября 2019 г.

Приказом НОВ-8301 № 252К от 24 сентября 2019 г. действие трудового договора от 16 мая 2018 г. № НОВ-8301 № 20, заключенного с ФИО1, было прекращено по пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. С приказом ФИО1 ознакомлен под роспись. Доводы истца о том, что при подписании заявления и соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон, его ввели в заблуждение, являются несостоятельными. После того, как ФИО1 сообщил своему непосредственному руководителю М.В. об отсутствии у него листка нетрудоспособности, истцу было предложено написать заявления о предоставлении отпуска за свой счет, а также об увольнении по соглашению сторон. Бланки заявлений были направлены истцу для ознакомления. С заявлениями истец был ознакомлен. Указанные заявления были подписаны ФИО1 без какого либо давления со стороны работодателя, о чем ФИО1 сообщил в судебном заседании.

Нарушений трудового законодательства при предложении ФИО1 написать заявление о предоставлении трех дней в счет отпуска без оплаты труда, также не усматривается, поскольку с 23 по 25 сентября 2019 г. у истца отсутствовал листок нетрудоспособности.

Доказательств тому, что до написания заявления и подписания соглашения ФИО1 работодателю были представлены медицинские документы, суду не представлено. Указанные документы были представлены истцом работодателю с заявлением о восстановлении на работе от 14 октября 2019 г., что подтверждается показаниями свидетеля Л.Е., и не опровергается письменными объяснениями М.В.

Согласно акту проверки Государственной инспекции труда в Вологодской области от 25 ноября 2019 г. в Государственную инспекцию труда в Вологодской области из Великоустюгской межрайонной прокуратуры Вологодской области поступило обращение ФИО1 по поводу расторжения трудового договора с НАО «СВЕЗА Новатор». В ходе проведения проверки запрошены бухгалтерские документы, кадровые документы (трудовой договор, приказ о приеме на работу ФИО1 и приказ об увольнении), локальные нормативные правовые акты. В соответствии с приказом от 24 сентября 2019 г. № НОВ-8301 № 252К трудовые отношения между ФИО1 и НАО «СВЕЗА Новатор» прекращены по пункту 1 части первой статьи 77 ТК РФ, по соглашению сторон с 25 сентября 2019 г. (заявление ФИО1 от 24 сентября 2019 г., соглашение о прекращении трудового договора от 24 сентября 2019 г.). Трудовая книжка получена ФИО1 25 сентября 2019 г. Денежные средства, положенные при увольнении, выплачены ФИО1 25 сентября 2019 г. (платежное поручение № 11284 от 25 сентября 2019 г.) в день увольнения. В ходе проведения проверки нарушений не выявлено.

Также судом установлено, что работодатель в настоящее время готов рассмотреть вопрос о приеме ФИО1 на работу в прежней должности, а также при необходимости и обращении с соответствующим заявлением оказать материальную помощь. Действующим законодательством при расторжении трудового договора по соглашению сторон не предусмотрена обязанность работодателя предлагать работнику другую, имеющуюся у него работу. В Трудовом кодексе РФ нет условия об обязательной двухнедельной отработке. Ошибка в записи об увольнении в трудовой книжке истца не является основанием для восстановления его на работе.

При изложенных обстоятельствах, отсутствии нарушений трудового законодательства при увольнении ФИО1, суд считает необходимым отказать истцу в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе и производных требованиях о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Поскольку моральный вред, причиненный работнику, возмещается при установлении неправомерных действий или бездействия работодателя, в процессе рассмотрения дела не был установлен факт нарушения прав истца виновными действиями ответчика, требования ФИО1 о возмещении морального вреда не подлежат удовлетворению. На основании изложенного и руководствуясь ст. 198 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к НАО «СВЕЗА Новатор» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Великоустюгский районный суд в месячный срок со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья: Т.Г. Зеленская