Апелляционное постановление № 10-12997/2025 от 7 июля 2025 г. по делу № 01-0363/2024

Судья Криворучко А.В.Дело № 10-12997/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 июля 2025 годаг. Москва

Московский городской суд в составе председательствующего судьи Андрюхина А.Н.,

при помощнике судьи Антоновой Д.А.

с участием:

прокурора Кузнецовой Э.А.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Иваненко И.В.,

осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Савельевой О.П.,

представителей потерпевшего ..., адвоката Новикова П.Е.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Потаскуевой Д.В., апелляционные жалобы адвокатов Иваненко И.В., Савельевой О.П.

на приговор Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2024 года, которым

ФИО1, ...

осужден: по п. «а» ч. 2 ст. 243.4 УК РФ к 2 годам лишения свободы; по ч. 2 ст. 214 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством РФ; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования г. Москвы и Московской области. На основании ч. 2 ст. 69, п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в колонии-поселении,

ФИО2, 1...

осужден: по п. «а» ч. 2 ст. 243.4 УК РФ к 2 годам лишения свободы; по ч. 2 ст. 214 УК РФ к 1 году 8 месяцам ограничения свободы, с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством РФ; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования г. Москвы и Московской области. На основании ч. 2 ст. 69, п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении

Мера пресечения оставлена без изменения – домашний арест.

К месту отбывания наказания ФИО1 и ФИО2 определено следовать самостоятельно в порядке, предусмотренном ч. 1, 2 ст. 75.1 УИК РФ

Срок наказания исчислен с учетом положений п. «в» ч. 3.1, ч. 3.4 ст. 72 УК РФ.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Андрюхина А.Н., мнение участников процесса, суд

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 и Козловский признаны виновными в совершении повреждения расположенных на территории Российской Федерации мемориальных объектов, увековечивающих память погибших при защите Отечества или его интересов, а равно мемориальных объектов, посвященных лицам, защищавшим Отечество или его интересы, в целях причинения ущерба историко-культурному значению таких объектов, группой лиц по предварительному сговору, а также в совершении вандализма, то есть осквернения сооружений, порчи имущества в общественных местах, группой лиц.

Преступления совершены в г. Москве 11 марта 2024 года в 04 часа 49 минут при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 и Козловский вину признали частично.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Потаскуева, не оспаривая установленных судом обстоятельств дела и доказанности вины осужденных, полагает, что при назначении наказания Козловскому был нарушен уголовный закон, поскольку ему было назначено по п. «а» ч. 2 ст. 243.4 УК РФ 2 года лишения свободы, по ч. 2 ст. 214 УК РФ 1 год 8 месяцев ограничения свободы, при сложении наказания по совокупности преступлений суд сослался на п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ, согласно которому при сложении наказаний одному дню лишения свободы соответствуют 2 дня ограничения свободы, из чего следует, что 1 году 8 месяцам ограничения свободы соответствуют 10 месяцев лишения свободы, при этом окончательное наказание Козловскому в виде лишения свободы сроком на 3 года по ч. 2 ст. 69 УК РФ назначено по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, которое превышает максимально возможный срок наказания путем полного сложения назначенных наказаний, который составил бы 2 года 10 месяцев. В связи с изложенным государственный обвинитель просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда.

В апелляционной жалобе адвокат Иваненко в интересах осужденного ФИО1 не оспаривая установленных судом обстоятельств дела и доказанности вины осужденного, считает приговор несправедливым вследствие его чрезмерной суровости, полагает, что суд в приговоре не учел должным образом все смягчающие наказание обстоятельства, не в полной мере учел данные о личности осужденного, его поведение после совершения преступлений, отношение к содеянному, не учел позицию потерпевшей стороны о назначении ФИО1 наказания, не связанного с реальным лишением свободы, на предварительном следствии ФИО1 активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, вину признал полностью, раскаялся в содеянном, в ходе судебного разбирательства принес искренние извинения потерпевшей стороне, добровольно компенсировал материальный ущерб, оказал гуманитарные помощи участникам СВО, характеризуется положительно, является квалифицированным научным сотрудником, что свидетельствует о том, что он не нуждается в назначении наказания, связанного с реальным лишением свободы. В связи с изложенным просит приговор отменить, вынести новое решение, назначив ФИО1 наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Савельева в интересах осужденного Козловского считает приговор незаконным и необоснованным, несправедливым. Полагает, что в данном уголовном деле отсутствуют предметы и объекты преступлений, предусмотренных ст.ст. 243.4, 214 УК РФ, обстоятельства данного дела не позволяют признать основанным на законе осуждение Козловского одновременно по п. «а» ч. 2 ст. 243.4, ч. 2 ст. 214 УК РФ за одни и те же действия, отсутствует совокупность преступлений, вменение в вину Козловскому действий по нанесению ударов по мемориальным, траурным венкам, не основано на материалах дела и опровергается показаниями осужденных. Указывает, ссылаясь на толковый словарь и нормативные акты, что суд в приговоре необоснованно называет объект преступного посягательства мемориалом, также выражает несогласие с тем, что указанный в материалах дела стихийный мемориал суд относит к памятному месту, материалы дела не содержат сведений, что информация о стихийном мемориале или каком-либо мемориальном объекте, увековечивающим память погибших при защите отечества или его интересов, расположенном на ул. Варварка города Москвы, содержится в приведенной защитником в жалобе единой информационной системе города. Выражает несогласие с проведенной по делу комплексной инженерно-технической историко-культурной судебной экспертизой, указывая на допущенные, по мнению защиты, нарушения законодательства при ее проведении, ставит под сомнение квалификацию и компетентность эксперта, ее проводившего. Подробно анализируя законодательство, указывает, что данные о том, что граждане или общественные объединения обращались с предложением в уполномоченный федеральный орган исполнительной власти по увековечиванию памяти погибших при защите Отечества, он их рассмотрел и принял меры по их реализации, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем отсутствуют предметы преступлений. Обвинение по ст. 214 УК РФ входит в конфликт с обвинением по ст. 243.4 УК РФ, поскольку предметом вандализма является любое имущество, не обладающее культурной либо исторической ценностью, кроме того, личное движимое имущество не является предметом данных преступлений, наличие права собственности на объект, увековечивающий память погибших при защите Отечества или мемориала, не доказано. В связи с изложенным защитой делается вывод, что фотографии, флаги, цветы, венки и вазы с цветами движимое имущество физических лиц с данным общественным местом не связаны, а их размещение на ограде выбрано произвольно, по желанию отдельных граждан без разрешений и согласований, они не являются составной частью лестницы и ограды лестницы, не могут образовывать с оградой единую культурную композицию, а значит, созданный из них стихийный мемориал ФИО3 и ФИО4 не является, по мнению защиты, памятным местом или мемориальным объектом, увековечивающим память погибших при защите Отечества или его интересов. Также указывает, что суд, признав Козловского виновным по ч. 2 ст. 214 УК РФ, указав о назначении ему наказания в виде ограничения свободы, не возложил на него соответствующую обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию с указанием конкретного числа явок в течении месяца, то есть фактически не назначил ему наказание за данное преступление. В дополнении защитном указывается, что мотив инкриминируемых Козловскому действий не установлен, у него не было умысла на совершение повреждения именно мемориального объекта, увековечивающего память погибших при защите Отечества или его интересов, обвинение, изложенное в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении не соответствует формулировке диспозиции ч. 2 ст. 214 УК РФ, суд в приговоре не раскрывает, почему посчитал доказанным совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 243.4 УК РФ, группой лиц по предварительному сговору, а преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 214 УК РФ, группой лиц. Обращает внимание на данные, характеризующие личность Козловского, который характеризуется исключительно положительно, является молодым ученым, ранее не судим, на учетах не состоит, дал правдивые показания, проживает с гражданской супругой, имеет тесные социальные и родственные связи со своими родителями-пенсионерами и родителями супруги, оказывает им помощь, осуществляет уход за домашними животными, имеет ряд заболеваний. Адвокат просит приговор отменить, полностью оправдать Козловского, или, с учетом указанных в жалобе нарушений требований УПК РФ, допущенных на стадии предварительного следствия, возвратить уголовное дело прокурору на основании ст. 237 УПК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, суд приходит к следующему.

Суд счёл вину ФИО1 и Козловского полностью доказанной, положив в основу этого вывода анализ материалов дела.

Их вина установлена собранными по делу доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре:

– показаниями представителя потерпевшего ..., согласно которым она является учредителем Молодежной патриотической организации «Поколение Русской Весны». Сам мемориал был создан стихийно. Она и ее единомышленники узнали о его создании от публичных личностей, которые в интернет ресурсах сообщали о том, что создан такой объект. 24 апреля 2023 года она и ее единомышленники посетили указанный мемориал. Примерно в начале мая 2023 года ей и ее единомышленникам стало известно, что на указанный мемориал неоднократно совершались покушения к его разрушению, поэтому ими было принято решение заниматься поддержанием указанного мемориала, ими размещались флаги, государственная символика, плакаты, фотографии погибших бойцов, героев русской весны и СВО, все это производилось за их счет. Мемориал с момента начала надзора за ним со стороны Молодежной патриотической организации «Поколение Русской Весны» разросся, структурировался и расширился. После смерти командиров ЧВК «Вагнер», после 20.08.2024 года из Евразийского совета союза молодежи установили на мемориале портрет ФИО5, затем стали размещаться фотографии погибших бойцов. В 11 часов 17 минут 12 марта 2024 года ей была произведена публикация поста в телеграмм-канале о совершении уничтожения и повреждения объекта памяти «Мемориал на Варварке». К указанному посту была приобщена видеозапись с места происшествия, на которой видно, как двое мужчин пинают ногами объекты, расположенные на указанном «Мемориале русской весны и героев СВО». Приобщенная видеозапись сделана и получена с камеры видеонаблюдения, которая была ей и ее единомышленниками установлена на доме № 8 по улице Варварка в городе Москве. Ей кажется, указанные двое мужчин прямо осквернили память участников специальной военной операции, проводимой вооруженными силами Российской Федерации против Вооруженных сил Украины (ВСУ) с целью защиты мирного населения Донбасса, а также демилитаризации и денацификации Украины;

– показаниями свидетеля ... о том, что утром 12 марта 2024 она, находясь дома по месту своего проживания, ознакамливаясь с новостями, увидела пост от 12 марта 2024 года в 11 часов 17 минут о том, что двое мужчин совершили повреждение объекта памяти «Мемориал на Варварке». К указанному посту была приобщена видеозапись с места происшествия, на которой видно, как двое мужчин пинают ногами объекты, расположенные на указанном «Мемориале русской весны и героев СВО». Увиденная новость очень сильно возмутила ее, ей было неприятно видеть такие события. Она считает, что действия указанных лиц является вопиющим нарушением. Она считает, что указанный мемориал имеет свой посыл и расположен в совершенно правильном месте, около церкви, люди могут подойти и отдать дать памяти погибшим защитникам Родины. Ей также известно, что за указанным мемориалом следят, поддерживают его в правильно состоянии, этим занимается ... которая также является администратором канала «Мемориал cvо Народный Мемориал». Она сама неоднократно возлагала цветы к указанному мемориалу. Лично для нее указанный мемориал означает память о погибших бойцах, отдавших свою жизнь во благо Родины, для ее спокойствия. Действия двух указанных мужчин очень возмутили ее, так как никому не позволено совершать таких действий по отношению к памяти людей, отдавших свой долг стране. Таким образом, люди не должны проявлять свое отношение к памятным объектам, датам. По ее мнению, указанный объект – «мемориал на Варварке» является объектом, увековечивающим память погибших при защите Отечества или его интересов. Ей кажется, указанные двое мужчин прямо осквернили память участников специальной военной операции, проводимой вооруженными силами Российской Федерации против Вооруженных сил Украины (ВСУ) с целью защиты мирного населения Донбасса, а также демилитаризации и денацификации Украины;

- показаниями свидетеля ... о том, что на ул. Варварка, д. 4, рядом с церковью Максима Блаженного, организован стихийный мемориал памяти героям специальной военной операции и военным действиям на Донбассе. Она является волонтером и состоит в инициативной группе волонтеров данного мемориала. 11 марта 2024 года одним из волонтеров были обнаружены повреждения мемориала: разбиты вазы, оторваны венки и инсталляция, о чем сообщил в группу в Телеграм-канале. После этого были просмотрены записи камеры видеонаблюдения, на которой в ночь с 10 на 11 марта два молодых человека все разбили и раскидали, порвали венки и надругались над памятью, которую волонтеры пытаются поддерживать собственными силами, уделяют этому много времени, поскольку для них это очень важно. Она также осматривала видеозапись и в данный момент может идентифицировать указанных двух молодых людей как подсудимых ФИО1 и Козловского. Наличие данного мемориала имеет для ФИО6 большое значение, впервые пришла к мемориалу после гибели ФИО7, подписчицей которого являлась. Посмотрев видеозапись она видела, что молодые люди целенаправленно шли к мемориалу, вели себя неадекватно, разбросали вазы, оторвали венки, Козловский был более активен.

Их показания объективно подтверждены приведенными в приговоре письменными доказательствами:

- справкой о причинении ущерба, учредителя Молодежно-патриотической организации «Поколение Русской Весны», согласно которой в результате осквернения мемориала героям СВО на Варварке в ночь с 10 на 11 марта мемориальному сооружению был нанесен ущерб в размере 55 732 рублей;

- актом осмотра канала в мессенджере «Telegram», согласно которому осмотрена страница «Telegram»-канала «Плохие новости», при просмотре ленты которой обнаружена новостная публикация от 12.03.2024 года о происшествии, произошедшем у «Мемориала героев Русской весны и СВО в Москве», расположенного по адресу: <...>;

- протоколом осмотра места происшествия от 18.03.2024 года, согласно которому осмотрены территории, прилегающие к дому по адресу: <...>. Установлено, что между домом № 4, который является колокольней Знаменского Монастыря и № 8, который является ФИО8 по улице Варварка, расположен мемориал бойцов, погибших при защите Отечества или его интересов. Мемориал расположен ближе к адресу: <...>;

- протоколом осмотра предметов и документов от 18.03.2024 года, согласно которому осмотрены видеозаписи с камер видеонаблюдения, подтверждающие совершение Козловским и ФИО1 инкриминируемых им действий;

- вещественным доказательством, которым по делу признан CD-R диск золотого цвета, имеющий серийный номер LH3183 CH14115157 D1, содержащий видеозаписи исследуемых событий с камер видеонаблюдения за 11.03.2024 года, которые были просмотрены в судебном заседании суда первой инстанции;

- протоколом осмотра предметов и документов от 26.03.2024 года, согласно которому осмотрены видеозаписи с камер видеонаблюдения, подтверждающие совершение Козловским и ФИО1 инкриминируемых им действий;

- вещественным доказательством, которым по делу признан DVD-R диск золотого цвета, имеющий серийный номер CMFP653 BAZ, содержащий видеозаписи исследуемых событий с камер видеонаблюдения за 11.03.2024 года, которые были просмотрены в судебном заседании суда первой инстанции;

- заключением эксперта № 6055 комплексной инженерно-технической историко-культурной судебной экспертизы от 13.05.2024 года, согласно которому в 2023-2024 годах вблизи дома № 4 по улице Варварка в городе Москве (между домом № 4 - ФИО8, а также домом № 8 по той же улице Варварка - колокольней Знаменского Монастыря) возник мемориал погибших при защите Отечества бойцов специальной военной операции на территории ДНР, ЛНР и Украины, который имеет особую ценность с точки зрения новейшей истории России в части объединения России с ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областями, а также борьбы с националистами за указанное воссоединение с данными территориями. Данный мемориал имеет огромное социально-культурное и воспитательно-патриотическое значение для организации учебно-воспитательного процесса в школах и других учебных заведениях, а также для создания военно-патриотических клубов, основывающих свою работу на увековечивании памяти павших героев России и воспитании их в духе мужества и отваги, присущих погибшим бойцам специальной военной операции. С экспертной точки зрения, мемориал, находящийся вблизи дома № 4 по улице Варварка в городе Москве, является памятным местом, посвященным памяти погибших при защите Отечества бойцов специальной военной операции, так как данный мемориал, возникший в 2023-2024 годах вблизи дома № 4 по улице Варварка в городе Москве (между домом № 4 (ФИО8) и домом № 8 (колокольня Знаменского Монастыря)), связан с многочисленными героическими событиями всей специальной военной операции, которые имеют особую военно-историческую и культурно-воспитательную ценность для граждан России, в том числе и для жителей ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей. Мемориал бойцов специальной военной операции, возникший вблизи дома № 4 по улице Варварка в городе Москве, является памятным местом, посвященным памяти погибших при защите Отечества бойцов специальной военной операции на территории ДНР, ЛНР и Украины, а также других граждан, отдавших свои жизни за объединение нашего народа для достижения скорейшей победы в специальной военной операции, поэтому, с экспертной точки зрения, имеет большое общественное значение. С экспертной точки зрения, данный мемориал бойцов специальной военной операции, расположенный вблизи дома № 4 по улице Варварка в городе Москве (ФИО8), увековечивает память погибших при защите Отечества и его интересов бойцов специальной военной операции, а также других граждан, отдавших свои жизни за объединение нашего народа для достижения скорейшей победы в специальной военной операции, а также с целью защиты мирного населения Россий, в том числе недавно присоединенных территорий ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей, и поддержания международного мира и безопасности на нашей планете.

Все доводы защиты о незаконности приговора и невиновности осужденных направлены на иную оценку имеющихся по делу доказательств, проверялись судом первой инстанции, получили надлежащую оценку в приговоре и мотивированно отвергнуты как несостоятельные.

Так, все доказательства по делу судом были оценены с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности, оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания их недопустимыми не установлено.

Показания представителя потерпевшего и свидетелей обвинения судом тщательно исследованы, обоснованно признаны достоверными, правильно оценены и правомерно положены в основу обвинительного приговора. Оценка этим показаниям соответствует материалам дела, требованиям закона и сомнений в своей обоснованности у суда апелляционной инстанции не вызывает. Оснований для оговора осужденных и какой-либо заинтересованности в исходе дела, не установлено, не сообщено о таковых и самими осужденными. Существенных противоречий в показаниях представителя потерпевшего и свидетелей обвинения относительно значимых для дела обстоятельств, суд апелляционной инстанции не находит. Возникшие в судебном заседании противоречия в показаниях были устранены.

В то же время, суд обоснованно критически отнесся к показаниям осужденных, частично признавших свою вину, при этом указал мотивы, по которым признал их недостоверными и несостоятельными.

Доводы защиты по существу направлены на переоценку доказательств, положенных в основу приговора, они подробно воспроизводят позицию стороны защиты, занятую в предыдущих стадиях рассмотрения уголовного дела, однако данные доводы не опровергают выводов суда, а сводятся к несогласию с ними, что не является достаточным основанием для отмены приговора

Заключение эксперта № 6055 от 13 мая 2024 года соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертиза проведена надлежащим лицом. Само заключение является мотивированным и научно обоснованным, содержит ответы на поставленные в постановлении следователя вопросы в пределах полномочий и компетенции эксперта, выводы эксперта мотивированы, оснований сомневаться в компетентности эксперта, объективности и достоверности его выводов, не имеется, противоречий в заключении не усматривается.

Суд апелляционной инстанции не имеет оснований для иной оценки доказательств, чем приведена в приговоре суда первой инстанции и считает её объективной.

Обстоятельства совершенного преступления были установлены органами предварительного расследования, подтверждены в ходе судебного разбирательства, оценка доказательств и установление вины входит в компетенцию суда. Само по себе несогласие защиты с оценкой доказательств, данной судом в приговоре, не является основанием для признания их недопустимыми.

Оценив все исследованные доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 и Козловского в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 243 УК РФ. Данный вывод соответствует фактическим обстоятельствам дела и является правильным.

Квалифицирующие признаки судом мотивированы и нашли своё подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Суд пришел к правильному выводу о том, что мемориал бойцов специальной военной операции, расположенный вблизи дома № 4 по улице Варварка в городе Москве является объектом преступления, предусмотренного ст. 243.4 УК РФ, то есть мемориальным объектом, увековечивающим память погибших при защите Отечества или его интересов

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии данного мемориального объекта в реестре объектов культурного наследия, как обоснования позиции об отсутствии надлежащего объекта преступления, предусмотренного ст. 243.4 УК РФ, являются несостоятельными, поскольку в отличие от ст. 243 УК РФ, предусматривающей ответственность за уничтожение или повреждение объектов культурного наследия, включенных в единый государственный реестр, ст. 243.4 УК РФ (введенная Федеральным законом от 7 апреля 2020 года N 112-ФЗ), таких требований к объекту преступного посягательства не имеет и предусматривает ответственность за уничтожение любых мемориальных сооружений и объектов, посвященных лицам, защищавшим Отечество или его интересы.

Отсутствие сведений о мемориале в единой информационной системе города Москвы также не может свидетельствовать о том, что он не является объектом преступления, предусмотренного ст. 243.4 УК РФ, поскольку данное утверждение не основано на законе.

При описании преступного деяния, признанного доказанным, суд указал, что ФИО1 и Козловский совершили повреждение расположенных на территории Российской Федерации мемориальных объектов, увековечивающих память погибших при защите Отечества, в целях причинения ущерба историко - культурному значению таких объектов.

Таким образом, приведенная в описании преступного деяния, признанного судом доказанным, специальная цель совершения данного преступления, демонстрирует установленный судом прямой умысел ФИО1 и Козловского при его совершении, соответственно, выполняя требования ст. 307 УПК РФ, суд указал на совершение описанного ими преступного деяния, признанного доказанным, умышленно.

Соглашаясь с квалификацией действий ФИО1 и Козловского, суд апелляционной инстанции отмечает, что осужденные действовали в рамках реализации совместного преступного умысла, направленного на повреждение мемориального объекта.

При этом, находясь совместно в одном месте, действия осужденных были очевидны друг для друга, ФИО1 и Козловский были осведомлены о своих совместных преступных действиях, действовали согласованно, осознавая возможность наступления последствий от своих действий и желая их наступления. Указанные обстоятельства, бесспорно, свидетельствуют о наличии у ФИО1 и Козловского совместного преступного умысла, в связи с чем доводы защиты в данной части не принимаются.

Каких-либо процессуальных нарушений на стадии предварительного расследования не допущено, данных о фальсификации материалов уголовного дела не имеется.

Обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ, составлено в объёме, необходимом для установления всех обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также вины осужденных; основания для возвращения уголовного дела прокурору отсутствуют.

Доводы защиты о необъективности судебного разбирательства, не принимаются, поскольку судебное разбирательство проведено полно, всесторонне, принцип состязательности сторон судом соблюден, ограничений прав участников процесса не допущено, нарушений требований ст.ст. 6, 252 УПК РФ, влекущих отмену приговора, не усматривается.

Как следует из протокола судебного разбирательства, суд исследовал все представленные сторонами доказательства, предоставил сторонам обвинения и защиты равные возможности по реализации своих процессуальных прав, принял все необходимые меры для установления истины по делу, мотивированно разрешил по существу все заявленные ходатайства.

Само по себе несогласие защиты с принятыми судом решениями по заявленным ходатайствам не является основанием для признания их незаконными.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд на основании ст. 88 УПК РФ дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, а также указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Каких-либо новых объективных сведений и доводов, которые могли бы повлиять на принятие судом законного и обоснованного решения, а также повлечь его отмену, суду апелляционной инстанции не представлено.

Вместе с тем, частично соглашаясь с доводами апелляционной жалобы стороны защиты, суд апелляционной и инстанции считает, что действия ФИО1 и Козловского излишне квалифицированы дополнительно по ч. 2 ст. 214 УК РФ, поскольку по ст. 214 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за осквернение сооружений, порчу имущества в общественных местах, в то время, как по ст. 243.4 УК РФ уголовная ответственность наступает за повреждение расположенных на территории Российской Федерации мемориальных объектов, увековечивающих память погибших при защите Отечества или его интересов, а равно мемориальных объектов, посвященных лицам, защищавшим Отечество или его интересы, в целях причинения ущерба историко-культурному значению таких объектов, в связи с чем в данном случае ст. 243.4 УК РФ является специальной нормой по отношению к общей норме, предусмотренной ст. 214 УК РФ.

Между тем, в соответствии с ч. 3 ст. 17 УК РФ, если преступление предусмотрено общей и специальной нормами УК РФ, то совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме.

Таким образом, принимая во внимание, что при квалификации действий ФИО1 и Козловского по ч. 2 ст. 214 УК РФ им инкриминируется совершение тех же действий, которые описаны в обвинении по п. «а» ч. 2 ст. 243.4 УК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из осуждения ФИО1 и Козловского ч. 2 ст. 214 УК РФ (общую норму), как излишне вмененную.

С учетом этого является необходимым исключение назначения наказания на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений.

Вопреки приведенным доводам в апелляционных жалобах, при назначении наказания суд, исходя из положений ст.ст. 6, 60, 67 УК РФ, учитывал характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновных, состояние здоровья, возраст, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей, а также характер и степень фактического участия каждого осужденного в совершении группового преступления, значение этого участия для достижения цели преступления.

Суд обоснованно учёл обстоятельства, смягчающие наказание ФИО1 – на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ привлечение к уголовной ответственности впервые, частичное признание им своей вины и его раскаяние, принесение публичных извинений потерпевшей стороне, наличие ряда положительных характеристик, участие в археологических раскопках и волонтерской деятельности, благотворительной деятельности по оказанию безвозмездной помощи участникам СВО и детям приюта «Родной дом», наличие благодарственных писем, а также в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение ФИО1 имущественного ущерба, причиненного в результате преступления.

Суд также обоснованно учёл обстоятельства, смягчающие наказание Козловского – на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ привлечение к уголовной ответственности впервые, частичное признание им своей вины и его раскаяние, принесение публичных извинений потерпевшей стороне, наличие ряда положительных характеристик, участие в археологических раскопках и волонтерской деятельности, внесение им пожертвования в благотворительный фонд, наличие хронического заболевания, а также в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ добровольное возмещение Козловским имущественного ущерба, причиненного в результате преступления.

Иных обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, материалами дела не установлено и судом апелляционной инстанции не усматривается.

Вывод суда о необходимости исправления осужденных в условиях реального отбывания наказания в виде лишения свободы и отсутствия оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ мотивирован судом совокупностью указанных в приговоре конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, выводы суда об индивидуализации наказания правильны, назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не усматривается.

Нарушений конституционных прав, норм материального и процессуального права, которые могли бы послужить основанием отмены приговора, при рассмотрении настоящего уголовного дела не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Тверского районного суда г. Москвы от 18 ноября 2024 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить.

Исключить из осуждения ФИО1 и ФИО2 ч. 2 ст. 214 УК РФ, как излишне вмененную.

Исключить из приговора указание на применение ч. 2 ст. 69 УК РФ, считать ФИО1 и ФИО2, каждого, осужденными по п. «а» ч. 2 ст. 243.4 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции по правилам гл. 471 УПК РФ в течение 6 месяцев, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии определения, путём подачи жалобы (представления) через районный суд, а по истечении указанного срока – путём подачи жалобы (представления) во Второй кассационный суд общей юрисдикции; осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий