Апелляционное постановление № 22-5451/2021 от 12 августа 2021 г.

Судья: Окладников С.В. Дело № 22-5451/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 12 августа 2021 года

Красноярский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Левченко Л.В.,

при секретаре-помощнике судьи Бурмакиной О.Г.,

с участием прокурора Уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Боровкова В.А., адвокатов Жуковой А.А., Гальянова В.А., осужденного Казяева А.С. посредством видеоконференц-связи, представителя потерпевшей ФИО31. - адвоката Лисовской Д.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Иланского района Красноярского края Сенькина Д.А., по апелляционным жалобам потерпевших ФИО31 ФИО33 ФИО34 ФИО35 с дополнением от потерпевшей ФИО31 по апелляционной жалобе адвоката Жуковой А.А. в интересах осужденного Казяева А.С. на приговор Иланского районного суда Красноярского края от 23 апреля 2021 года, которым

Казяев А.С., родившийся <данные изъяты>, не судимый;

осужден по ч. 4 ст. 264 УК РФ (в ред. Федерального закона от 31.12.2014 года № 528-ФЗ) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года 4 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения Казяеву А.С. в виде заключения под стражей постановлено оставить без изменения, срок наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

На основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей Казяеву А.С. в период с 29 января 2021 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, исправительной колонии общего режима. Кроме того, Казяеву А.С. зачтено 28 дней пребывания в медицинской организации, оказывающей <данные изъяты> за 28 дней лишения свободы.

Гражданские иски ФИО35 ФИО34 ФИО33 и ФИО31. удовлетворены частично. Постановлено взыскать с Казяева А.С. в пользу ФИО35 в счёт возмещения материального ущерба 90 800 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, в пользу ФИО35 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей, в пользу ФИО33 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей, пользу ФИО31 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Левченко Л.В., мнение адвокатов Жуковой А.А., Гальянова В.А. и осуждённого Казяева А.С., не поддержавших доводы жалобы стороны защиты, адвоката Лисовскую Д.В., поддержавшую доводы жалоб потерпевших, выступление прокурора Боровкова В.А., полагавшего приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления и отмене в части рассмотрения гражданских исков, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Казяев осужден за совершение 17 февраля 2018 года в <адрес> Красноярского края нарушения правил дорожного движения во время управлением автомобилем в состоянии опьянения, что повлекло по неосторожности смерть человека, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании Казяев вину признал частично, отрицал управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения.

В апелляционном представлении прокурор Иланского района Красноярского края Сенькин Д.А., выражая несогласие с приговором суда, просит его изменить, исключить из резолютивной части приговора указание о зачете времени содержания Казяева под стражей в срок лишения свободы в исправительной колонии общего режима, поскольку осужденному назначена для отбывания колония-поселение.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО31 выражает несогласие с приговором суда в части гражданского иска, считая его несправедливым.

Считает, что оцененный судом причиненный ей моральный вред в размере 200000 рублей явно не соответствует моральным переживанием в связи с гибелью близкого человека. Указывает, что в связи со смертью младшего брата испытывала и испытывает нравственные страдания, действиями Казяева ей причинен моральный вред, выражающийся в невосполнимой утрате близкого человека. Также ссылается на то, что для нее не имеет значение, с какой формой вины совершил преступление Казяев. Просит взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 600000 рублей.

В дополнениях потерпевшая ФИО31 указывает, что сложившаяся судебная практика подтверждает, что суммы, взыскиваемые с лица, виновного в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ, составляют от 500000 рублей до 1000000 рублей. Не понятно, по какой причине ей и ее родителям была присуждена компенсация морального вреда, в несколько раз заниженная по сравнению с другими лицами, потерявшими своих родных людей, в приговоре не разъяснено. Считает, компенсация морального вреда не соответствует степени перенесенных нравственных страданий и должна быть увеличена.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО33 выражает несогласие с приговором суда в части гражданского иска, считая его несправедливым.

Считает, что оцененный судом причиненный ей моральный вред в размере 250000 рублей явно не соответствует моральным переживанием в связи с гибелью близкого человека. Указывает, что в связи со смертью сына испытывала и испытывает нравственные страдания, действиями Казяева ей причинен моральный вред, выражающийся в невосполнимой утрате близкого человека. Также ссылается на то, что для нее не имеет значение, с какой формой вины совершил преступление Казяев.

Просит взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО34 выражает несогласие с приговором суда в части гражданского иска, считая его несправедливым.

Считает, что оцененный судом причиненный ему моральный вред в размере 250000 рублей явно не соответствует моральным переживанием в связи с гибелью близкого человека. Указывает, что в связи со смертью сына испытывал и испытывает нравственные страдания, действиями Казяева ему причинен моральный вред, выражающийся в невосполнимой утрате близкого человека. Также ссылается на то, что для него не имеет значение, с какой формой вины совершил преступление Казяев.

Просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО35 выражает несогласие с приговором суда в части гражданского иска, считая его несправедливым.

Указывает, что в его пользу взыскан материальный ущерб в размере 90800 рублей, вместе с тем, он понес затраты на похороны в большем размере, что подтверждается представленными документами.

Считает, что оцененный судом причиненный ему моральный вред в размере 200000 рублей явно не соответствует моральным переживанием в связи с гибелью близкого человека. Указывает, что в связи со смертью брата испытывал и испытывает нравственные страдания, действиями Казяева ему причинен моральный вред, выражающийся в невосполнимой утрате близкого человека. Также ссылается на то, что для него не имеет значение, с какой формой вины совершил преступление Казяев.

Просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, расходы на погребение в сумме 156138 рублей.

В апелляционной жалобе адвокат Жукова А.А. выражает несогласие с приговором суда, считая, что судом были нарушены нормы процессуального права.

Ссылается на то, что действующее уголовное законодательство признает состояние опьянения только в случае наличия абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений.

Указывает, что из материалов следует, что в надлежащем порядке состояние опьянения у Казяева установлено не было. Имеющееся заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы № 161 от 02 апреля 2021 года было проведено на основании копии медицинской карты, которая не является документом, заверенным в надлежащем порядке, а сведения, указанные в этом документе, вызывают сомнения.

Считает заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы № 161 от 02 апреля 2021 года ненадлежащим доказательством, а вывод суда о нахождении Казяева в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения незаконным.

Отмечает, что вывод суда, что приобщенная копия медицинской карты заверена надлежащим образом и не вызывает у суда сомнения в действительности указанных в нем сведений, не основан на законе, поскольку из предоставленной копии невозможно определить дату заверения, а также, кто заверил документ. В связи с чем предоставленный документ вызывает сомнение, поскольку сведения в нем не могут быть проверены для сравнения с оригиналом.

Просит приговор изменить, переквалифицировать действия Казяева на ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, выслушав объяснения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции о виновности Казяева А.С. в совершении инкриминируемого преступления соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, обоснованно признанных судом допустимыми, оцененными в соответствии со ст. 88 УПК РФ, анализ которых приведен в приговоре и им дана надлежащая оценка.

Судом установлено, что 17 февраля 2018 года около 07 часов 00 минут Казяев А.С., предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, выразившихся в нарушении предписаний Правил дорожного движения Российской Федерации (далее по тексту – ПДД РФ), но без достаточных на то оснований, самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, в нарушение п. 2.7 ПДД РФ, находясь в состоянии алкогольного опьянения, поскольку концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом им воздухе составила 0,2247 мг/л, что соответствует 0,5 грамма на один литр крови, управляя личным технически исправным автомобилем «LADA 217050 LADA PRIORA» регистрационный знак №, перевозя на переднем пассажирском сиденье пассажира ФИО53 проезжая на расстоянии около 135 метров от километрового знака с обозначением «28 км» по автодороге «<адрес> в направлении <адрес> Красноярского края, в нарушение требований п. 10.1 ПДД РФ, избрал скорость движения своего автомобиля около 90 км/ч, не обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства, своевременно не предпринял возможных мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, в нарушение п. 9.1 ПДД РФ, не учёл ширину проезжей части, не справился с управлением, выехал на сторону дороги, предназначенную для движения во встречном направлении, где допустил столкновение с автомобилем «MITSUBISHI CANTER» регистрационный знак №№ под управлением ФИО56., двигавшимся во встречном ему направлении со стороны пос. <адрес> по своей полосе движения, в результате которого пассажиру ФИО53 были причинены телесные повреждения, от которых тот скончался в медицинском учреждении 20.02.2018 года в 06-30 часов, тем самым Казяев А.С. причинил по неосторожности ФИО53 телесные повреждения, не совместимые с жизнью. Причиной смерти ФИО53 явилась сочетанная тупая травма тела, осложнившаяся развитием травматического и геморрагического шока.

Фактически сторонами не оспаривается виновность Казяева А.С. в совершении данного дорожно-транспортного происшествия, а доводы апелляционной жалобы адвоката в интересах осужденного, которые осужденный не поддержал в суде апелляционной инстанции, полностью признав свою вину, сводились к оспариванию совершения Казяевым А.С. ДТП в состоянии опьянения.

Аналогичные доводы обвиняемого Казяева А.С. были предметом судебного разбирательства суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Из материалов судебного следствия следует, что судом по данному вопросу были получены показания не только самого Казяева А.С., но и свидетелей, как стороны защиты, так и стороны обвинения, назначена и проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза по материалам дела № 161 от 02 апреля 2021 года, по результатам которой определен перерасчёт единиц измерения этилового спирта, обнаруженного в крови Казяева А.С. при поступлении в день ДТП в медицинскую организацию.

Согласно заключению экспертов № 161 от 02 апреля 2021 года в момент обращения 17 февраля 2018 года за помощью в стационар КГБУЗ «<данные изъяты> (заверенная копия медицинской карты больного № Казяев А.С. находился в состоянии алкогольного опьянения, в его крови обнаружено 0,5 промилле этилового спирта (или 0,5 г/л в пересчете по формуле Дубровского), что соответствует легкой степени опьянения. В данном случае 0,5 г/л соответствует 0,2247 – концентрации этанола в выдыхаемом воздухе.

Оснований для признания данного заключения экспертов, как и приобщенной к материалам дела копии медицинской карты стационарного больного Казяева А.С., недопустимыми доказательствами, судом первой инстанции не установлено, не имеется и у суда апелляционной инстанции.

Так, судом обоснованно принято во внимание, что приобщенная копия медицинской карты (т. 1 л.д. 68-69) заверена подписью должностного лица, имеется гербовая печать медицинского учреждения, которое осуществляло составление и ведение этой карты.

Более того, судом учтено, что оригинал данной медицинской карты получен отцом подсудимого ФИО58 (т. 2 л.д. 221), однако стороной защиты для проведения судебно-медицинской экспертизы не представлен, несмотря на то, что судом были предприняты соответствующие меры, выяснялось местонахождения медицинской карты, которая со слов отца подсудимого была передана адвокату.

Дана оценка судом и показаниям свидетелей ФИО59 и ФИО60 согласно которых в утреннее время 17.02.2018 года они не наблюдали признаков опьянения у Казяева А.С. Как правильно указал суд, эти лица не проводили каких-либо лабораторных исследований в отношении биологических сред подсудимого, не являются специалистами в области наркологии, способными установить состояние опьянения.

Обоснованно суд посчитал, что доводы матери подсудимого Казяевой А.В. о том, что на месте ДТП она вводила своему сыну какие-то обезболивающие препараты внутривенно, также не могут свидетельствовать о введении последнему спиртосодержащих инъекций, поскольку как указывает ФИО61 она вводила медицинские препараты, при этом исходя из показания свидетеля врача ФИО62 медицинские обезболивающие препараты не содержат алкоголь.

Из показаний самого Казяева А.С., данных в ходе предварительного следствия с участием защитника, следует, что он не отрицал факт употребления алкогольного вещества накануне управления им автомобилем (т. 1 л.д. 121-124, л.д. 134-136), в суде апелляционной инстанции вину признал полностью.

Суд апелляционной инстанции принимает также во внимание, что в больницу Казяев А.С. был доставлен непосредственно с места происшествия с различными травмами, сведений о том, что в этот промежуток времени он употреблял спиртное, в материалах дела не имеется.

Установленное наличие концентрации этанола в крови Казяева А.С. в размере 0,5 промилле соответствует концентрации этилового спирта в размере 0,2247 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, что превышает возможную суммарную погрешность измерений, установленную законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях согласно примечанию 2 к ст.264 УК РФ, для признания лица находящимся в состоянии опьянения.

В связи с чем суд апелляционной инстанции полагает, что нашел подтверждение такой квалифицирующий признак, предусмотренный ч.4 ст.264 УК РФ, как совершение деяния лицом, находящимся в состоянии опьянения.

Действия Казяева А.С. правильно квалифицированы по ч. 4 ст. 264 УК РФ (в ред. Федерального закона от 31.12.2014 N 528-ФЗ).

Судебное разбирательство было проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.

Обстоятельства совершения преступления были исследованы судом полно, всесторонне и объективно.

Психическое состояние Казяева А.С. в судебном заседании проверено надлежащим образом, в отношении инкриминируемого деяния он обоснованно признан вменяемым.

При назначении Казяеву А.С. наказания суд, руководствуясь положениями ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории средней тяжести, характеризующие данные о его личности, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также конкретные обстоятельства дела.

При этом в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел наличие малолетнего ребёнка у виновного, в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование расследованию преступления, в силу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове отца и матери, которые оказали ФИО63 помощь в извлечении из деформированного автомобиля, погрузке в автомобиль скорой помощи, а также введение ФИО63 обезболивающих препаратов совместно с фельдшером <данные изъяты>, добровольное частичное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, выразившиеся в принесении извинений; в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, наличие инвалидности и плохое состояние здоровья подсудимого.

Оснований для снижения размера назначенного Казяеву А.С. наказания по доводам защиты в суде апелляционной инстанции, в том числе с учетом того, что Казяев А.С. не поддержал доводы апелляционной жалобы адвоката, пояснив, что вину признает полностью, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку признание вины, раскаяние в содеянном признаны судом в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

Каких-либо других обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих наказание в соответствии с ч.1 ст. 61 УК РФ, судом установлено не было и суду апелляционной инстанции не представлено.

С выводами суда о том, что исправление Казяева А.С. возможно только с изоляцией от общества с назначением ему наказания в виде лишения свободы на определённый срок с применением положений ч.1 ст. 62 УК РФ и невозможности применения ст. 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности судом первой инстанции принято обоснованное решение об отсутствии оснований для применения к осужденному положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения – колония-поселение - назначен судом правильно, в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ. Поэтому принято правильное решение о зачете на основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени содержания под стражей Казяеву А.С. в период с 29 января 2021 года до дня вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

При этом, как правильно указывает прокурор в апелляционном представлении, указание на зачет времени нахождения Казяева А.С. под стражей в срок лишения свободы в исправительной колонии общего режима, является необоснованным, подлежит исключению из резолютивной части приговора, поскольку Казяеву А.С. к отбытию наказания назначена колония-поселение.

Также суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора при указании о не нуждаемости в применении принудительных мер медицинского характера на фамилию ФИО65 в отношении которого дело не рассматривалось.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену приговора в целом, по делу не установлено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене в части разрешения гражданских исков потерпевших.

В соответствии с положениями ст. 309 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить предъявленный по делу гражданский иск.

При этом суд обязан привести в приговоре мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска либо отказ в нем, указать с приведением соответствующих расчетов размеры, в которых удовлетворены требования истца, и закон, на основании которого разрешен гражданский иск.

Вышеуказанные положения уголовно-процессуального закона по данному делу соблюдены не в полной мере.

Заслуживают внимания доводы апелляционных жалоб потерпевших о неправильной оценке причиненного морального вреда, доводы Наумникова В.В. о том, что он понес затраты на похороны в большем размере.

Так, суд в приговоре указал, что гражданский иск ФИО53 о возмещении материального ущерба подлежит частичному удовлетворению в силу ст. 1064 ГК РФ, доказанностью материалами дела, за вычетом затрат на поминальную трапезу, приобретения воды и сока. Гражданские иски ФИО53 ФИО34 ФИО33 и ФИО31 о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, учитывая фактические обстоятельства дела, принимая во внимание степень вины подсудимого, совершившего преступление по неосторожности, а также степень нравственных страданий потерпевших, поскольку в результате совершения преступления наступила смерть ФИО53 являвшегося их близким родственником, сыном и братом, ввиду чего они испытывали страдания.

Таким образом, судом не мотивировано надлежащим образом частичное удовлетворение исковых требований потерпевших, нет ссылок на нормы права, которыми суд руководствовался, рассматривая исковые требования о компенсации морального вреда, при отказе во взыскании расходов на поминки.

В соответствии со ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. В соответствии со ст. 1174 ГК РФ расходы на достойные похороны включают необходимые расходы.

Размер подлежащих возмещению расходов на погребение подлежит определению с учетом положений Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", содержащего понятие "погребение" и устанавливающего перечень расходов, связанных с ним.

В силу ст. ст. 3, 5 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. К обычаям и традициям в Российской Федерации относится обязательное устройство поминального обеда в день похорон для почтения памяти умершего родственниками и иными лицами.

Данные положения закона оставлены судом без внимания.

Кроме того, из материалов дела следует, что суд в судебном заседании так и не выяснил позицию Казяева А.С., как гражданского ответчика, по заявленным искам. После оглашения исков потерпевших в судебном заседании 29 января 2021 года подсудимый пояснил, что по искам выскажется позже (т.5 л.д. 34). Однако к данному вопросу до окончания судебного следствия суд не вернулся, мнение подсудимого не выяснил.

При этом в судебном заседании 08 февраля 2021 года свидетель ФИО72мать подсудимого) пояснила, что они отдавали родственникам погибшего 30 000 рублей на похороны. Также свидетель пояснила, что страховая компания ФИО73 подала в суд, с подсудимого было взыскано за машину ФИО74 и матери ФИО63 они должны выплатить 500000 рублей.

Тогда как согласно правовой позиции, выраженной в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", при наличии у суда сведений о получении потерпевшим, гражданским истцом страхового возмещения, материальный ущерб в пользу потерпевшего подлежит взысканию в сумме, не покрытой страховыми выплатами. Иное бы предусматривало взыскание с осужденного материального ущерба в пользу потерпевших дважды.

Кроме того, судом приобщены кассовые чеки о почтовом переводе в адрес ФИО33 (одной из потерпевших) от 15 марта 2021 года на сумму 30000 рублей и от 05 апреля 2021 года на сумму 35000 рублей. (т.5 л.д.226)

Представитель потерпевшей ФИО31 адвокат Розман Ю.Ю. суду пояснил, что ему известно, что денежные средства в размере 30000 рублей не получены, но они не отрицают, что предпринимались меры к возмещению вреда со стороны виновного. (т.6 л.д.5)

Данные обстоятельства также оставлены судом без внимания.

Тогда как в качестве обстоятельства, смягчающего осужденному наказание, суд признал частичное добровольное возмещение причиненного преступлением имущественного ущерба. При этом, в каком размере осужденный возместил ущерб и как он был учтен судом при удовлетворении исковых требований потерпевших, в приговоре судом также не указано.

По смыслу закона, разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий; при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела; наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Между тем приговор в части определения размера подлежащей взысканию с осужденного в пользу ФИО80 ФИО34 ФИО33 и ФИО31 компенсации морального вреда не отвечает нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона при разрешении исков потерпевших являются существенными, повлиявшим на исход дела, что является основанием для отмены приговора в части разрешения гражданских исков и направлению исков на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, поскольку данные нарушения не устранимы в суде апелляционной инстанции в отсутствие потерпевших, сведений о размере возмещения ущерба, в том числе страховой компанией, и кому из потерпевших.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Иланского районного суда Красноярского края от 23 апреля 2021 года в отношении Казяева А.С. изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при указании суда о не нуждаемости в применении принудительных мер медицинского характера на фамилию ФИО83

Исключить из резолютивной части приговора указание на зачет времени нахождения ФИО1 под стражей в срок лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Отменить приговор в части удовлетворения гражданских исков частично. Гражданские иски потерпевших ФИО35 ФИО34 ФИО33 и ФИО31 направить на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в тот же суд в ином составе.

В остальной части приговор Иланского районного суда Красноярского края от 23 апреля 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Жуковой А.А. в интересах осужденного ФИО1 – без удовлетворения, удовлетворив апелляционное представление прокурора Иланского района Красноярского края Сенькина Д.А. и частично апелляционные жалобы потерпевших ФИО31 ФИО33 ФИО34 ФИО35

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу. Осужденный имеет право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Красноярского краевого суда Л.В.Левченко